- -
- 100%
- +
Телефон настойчиво призывал ответить, и я не выдержала:
– Что тебе от меня надо?
– Я скучаю по тебе, Тось…
Его мягкий обволакивающий голос, когда-то такой притягательный, от которого бежали мурашки по всему телу, теперь не вызывал эмоций. И это было удивительно приятно так, как приятна долгожданная свобода. Именно к этому я стремилась, убегая из своего маленького городка в большой город, где надеялась затеряться. Прошло всего несколько дней, и я уже чувствовала окрыляющую разницу.
– …Почему не отвечаешь мне? Всё еще дуешься?
– Не отвечаю, потому что мне нечего сказать. И нет, я не дуюсь, не переживай, Фил. Мне просто всё равно.
На том конце провода раздался тихий смех:
– Детка, ты же знаешь, что я могу сделать так, что тебе не будет все равно. Возвращайся скорее.
– Нет, это уже всё. На этот раз.
– Ну тогда я сам верну тебя. Не забывай, что ты – моя.
Нажала кнопку. Какое-то время бездумно глядела в потолок, закусив губу. Могла ли я бояться Филиппа? Да, он заправлял всем в нашем городе, у него связи везде, но это там, а не здесь, в Москве. Здесь он никто, да и как он может отыскать меня? Все равно что иголку в стоге сена. Вот сегодня же сяду и отпишусь изо всех соцсетей. В конце концов, нас не связывает ничего, кроме непродолжительного романчика с жарким сексом. Которого, как я не так давно поняла, ему с лихвой хватало с другими женщинами.
С Филиппом я познакомилась, когда проходила практику в автомастерской. Как сейчас помню: подъехал на серебристом «Porsche», красивый стриженный под ежик блондин, загорелый, словно только что вернулся со средиземноморского курорта. По-хозяйски прошел внутрь, огляделся. Я сразу заметила, как залебезил перед ним старший механик, затем по рации связался с главным, и тот уже через пять минут расшаркивался перед посетителем. Стараясь оставаться неприметной, исподтишка продолжала разглядывать его. На вид молодому человеку было около двадцати пяти лет, но по тому, как перед ним заискивали, казалось, что он старше. Парни потом объяснили мне, что он сын мэра и ему подвластны почти все частные предприятия нашего городка.
Оказалось, что я зря пряталась – Филипп меня заметил сразу, потому как неделю спустя, когда я возвращалась домой, настиг на своей тачке.
– Привет, красавица! – окликнул.
Так как я продолжала, не оборачиваясь, свой путь, то и он продолжал следовать за мной на машине. И вообще, скорее всего, «красавица» относилось не ко мне. Как я могу быть такой, если на голове непонятно что, руки еще не отмыты от моторного масла, лицо уставшее. Уже когда готова была открыть дверь подъезда, услышала позади хлопок дверцы и быстрые шаги. Затем кто-то схватил меня за плечи.
– Малышка, – горячо прошептал мне на ухо. – Упрямая, глупая девочка. Заставляешь меня таскаться за тобой через весь город.
– Ну и не таскайся, – оттолкнула его. – Кто ты такой?
– А вот это уже намного лучше, – парень рассмеялся. Зубы такие красивые, ровные. – Разрешите представиться – Филипп Морин.
Он впился взглядом в мое лицо, затем слегка нахмурился.
– Понимаю… Ты, наверное, слишком много слышала обо мне… – Пожав плечами, повернулась, чтобы уйти. – Обо мне бродят разные слухи.
Эта фраза меня заинтриговала. А кто он такой? И какие слухи?
– Извини, Филипп, но я не из числа тех, кто прислушивается к сплетням. Сказать честно, никогда не слышала о тебе. Газеты тоже не читаю и телевизора стараюсь избегать.
– Правда? – он почему-то обрадовался. – Ну так это здорово! А теперь, может, все-таки назовешь свое имя?
Поколебавшись немного, решилась:
– Антонина. – В конце концов, если этому чуваку так нужно мое имя, то он запросто мог его узнать в автосервисе, так что смысла не было скрывать.
– Антонина. Тоня, Тося, – он пробовал моё имя на вкус, а сам задумчиво глядел на меня темно-карими глазами. Необычное сочетание со светлыми волосами. – А можно пригласить тебя поужинать?
– Сегодня? – быстро кинула взгляд на свои руки и помотала головой. – Нет. Я устала и хочу отдохнуть.
Хмыкнул.
– Ну а завтра?
– Навряд ли. После работы я предпочитаю полноценный отдых.
– Полноценный? И что под таким отдыхом подразумевается?
– Обычно горячая ванна и сон.
– Какая скучная жизнь для такой молодой и красивой девушки. – Взявшись за ручку двери, потянула на себя. Никчемный разговор начинал меня утомлять. – Хорошо, отдохни сегодня, а завтра я заеду в полдень, и мы куда-нибудь сходим, договорились?
Я только покачала головой – какой настырный, и скрылась в темноте подъезда.
А вечером позвонил мой шеф и сказал, что завтра у меня оплачиваемый выходной, и это подарок для хорошего работника – меня. Мне и в голову не пришло, что это могло быть связано с моим новым знакомством.
Спала до десяти утра, затем долго принимала душ, и когда, наконец, решила позавтракать, в дверь позвонили. Как была в ситцевом халатике и стоптанных тапках, бросилась открывать дверь.
– Фи… Филипп? – сначала увидела огромный букет хризантем, затем лицо парня. – Ты? О, господи! Откуда ты… Да я… – слова терялись и застревали в горле.
– Для меня нет ничего невозможного, особенно когда это касается понравившейся мне женщины, – протянув букет, смерил меня взглядом с головы до ног, заставив покраснеть от смущения. – Жду в машине.
Тут же скрылся, оставив меня в раздрае. Что делать? Парень симпатичный и упертый. Да и пора начинать личную жизнь. По сравнению с моими сверстниками, с которыми раньше тискалась по подъездам, Филипп казался взрослым и матерым, знающим толк в ухаживаниях.
Уткнувшись лицом в букет, вдохнула аромат. Никто до этого даже не думал дарить мне цветы, а тем более приглашать на ужин. А еще никто из моих предыдущих ухажеров не мог позволить себе такую роскошную тачку.
***
Филипп за мной ухаживал красиво – дарил цветы, подарки, водил в дорогие рестораны – у нас таких было всего два, а весной мы собирались поехать в Крым, где у его дяди коттедж в Новом Свете. Я влюбилась в парня по уши и готова была делать для него все, чего он желал. Фил стал моим первым мужчиной.
Он только-только купил новую квартиру и, конечно же, пригласил меня отпраздновать новоселье. С радостью согласилась. От счастья кружилась голова. Была уверена, что эта покупка не просто так, а особый знак. Знак того, что рано или поздно – а я надеялась, что совсем скоро – мы будем жить вместе как законные муж и жена. Всё, чего оставалось ждать – это предложения руки, сердца и кольца.
В тот день я отпросилась с работы пораньше, долго собиралась, делала прическу, перемерила невообразимое количество платьев и к семи вечера уже с замирающим сердцем стояла у двери новехонькой квартиры. Я догадывалась, что должно было произойти сегодняшней ночью.
Стол был накрыт на двоих – свечи, бутылка шампанского в ведерке, красиво оформленные закуски.
– Ну, вот моё новое жилье, – парень обвёл рукой помещение. – Нравится?
Я только кивнула. От волнения в горле стоял ком. Словно поняв, что я нервничаю, Филипп откупорил бутылку и налил в фужер шипучий напиток.
– Нет, – замахала рукой. – Я же не пью, ты знаешь.
– Дурочка, это безалкогольное.
С сомнением поглядев на бутылку, всё-таки взяла из рук парня бокал. Я принципиально не употребляла алкоголь. Моя мать была алкоголичкой, спилась до самого низа после того, как мой отец бросил ее.
Напиток мне понравился и, когда Фил наполнил мой бокал еще раз, согласилась. Я ему верила. Не будет же мой парень обманывать меня! Да и зачем?
Мы весело болтали, затем он пересел на диван рядом со мной. От волнения начала кружиться голова, и стало как-то легко. Ладонь Филиппа скользнула по коленке вверх, заставляя все внутри сжаться. Он привлёк меня к себе, губами скользнул по виску, захватил мочку уха. Стало невероятно трудно дышать. А парень уже расстёгивал пуговички на моей блузке.
– Что ты делаешь? – прошептала несмело.
– Тсс, я хочу любить тебя, – взяв мою руку, положил себе между ног, где уже, пытаясь вырваться из плена тесных джинсов, выпирал затвердевший орган. – Ты моя девочка, моя красавица, только тебя люблю, одну… – Ртом с вожделением впился в мои губы, вбирая в себя страстные стоны. – Скажи, ты будешь моей? – спросил, на миг отстранившись.
Конечно! Конечно, буду! Я только и мечтала об этом. Дурочка, думала, что это и есть предложение руки и сердца.
Филипп был нежен и осторожен. Мне было больно, очень больно, когда он проник в меня, но парень шептал ласковые слова, целовал, и я расслабилась. Я даже не могла подумать, что это было началом конца наших отношений.
Мы продолжали встречаться, заниматься любовью и ходить по ресторанам, но уже не таким дорогим. Да и встречи стали всё короче и однообразнее: секс в его новой квартире, на заднем сиденье автомобиля… Все чаще Фил отменял свидания, ссылаясь на занятость. Я бы продолжала верить, пока коллега не открыл мне глаза.
В груди поднялась ярость при воспоминании об этом.
Алик подошел ко мне, смерил заинтересованным взглядом, на губах странная усмешка:
– Ну что, Тоха, и ты туда же?
Отложив в сторону разводной ключ, нахмурилась.
– Ненавижу, когда говорят загадками.
– Да? Ну тогда можно и проще. Я к тому, что ты тоже по рукам пошла?
Пожалела, что отложила ключ – захотелось врезать этому идиоту.
– Что значит «по рукам», и что значит «тоже»? Если сказал А, то говори и Б.
– Ну а как еще, Антоха, если сначала спишь с одним, а потом с другим? Да еще за бабло. Уж от тебя этого не ожидал…
Алик не договорил, побледнел, попятился, увидев, как сжались мои кулаки.
– Да ты рамсы попутал, падла! – я уже собиралась наброситься на него, но вдруг поняла, что Алик просто так никогда бы подобного не брякнул. Дыма без огня ведь не бывает. – Ладно, – кивнула, – что за базар?
– Тох, Тох, прости, правда… – испугался придурок. – Просто разговоры идут о тебе и Филе.
– Говори, что еще за разговоры! – мне было ясно, что все это ерунда, и даже предвкушала, как расскажу об этом своему парню, и мы вместе посмеемся.
– Ну, что Фил отдал тебя Усольеву в обмен на его дочку и теперь крутит с ней.
Я потрясла головой. То есть как это?
Алик виновато смотрел на меня глазами побитой собаки.
Усольев – владелец деревообрабатывающего завода, ему уже было за пятьдесят. Во всяком случае, мне так казалось. Мне он не нравился. Все время, заходя в наш автосервис, зырил на меня своими маленькими маслянистыми глазами. И дочка у него еще та тварь, хотя на личико достаточно смазливая. Я решила, что разберусь с этим бредом позже, спрошу у Филиппа напрямую.
Сразу это сделать не получилось. Фил опять явился с цветами, вытащил меня покататься на машине, потом мы поехали к нему домой и так хорошо провели вечер, что все тревоги вылетели из головы.
Уже утром, когда я собиралась на работу, а он, лежа в кровати, тянул сигарету, вспомнила про наш с Аликом разговор.
– Фил, – улыбнулась, присела рядом, чтобы поцеловать на прощание. – Ты меня любишь?
– Конечно, малышка, – хохотнул, сбросил пепел в стакан.
– Почему бы нам тогда не подать заявление в ЗАГС? – сказала, а у самой сердце в пятки ушло.
Вопрос давно вертелся на языке, но я ужасно боялась услышать отрицательный ответ.
Парень снисходительно улыбнулся, потрепал меня по щеке:
– Тось, ты с дуба рухнула? Какая женитьба? Нам надо с тобой еще добра нажить, чтобы свадьбу сыграть шикарную, и лучше где-нибудь в Дубаи или на Коста-Рике. – Откинув одеяло, спустил ноги на пол. – Кстати, Максим Валерьевич просил посмотреть его авто. Я сказал ему, что ты самый лучший спец по двигателям и электронике.
– Усольев?
Вот и всё! Сердце на миг остановилось.
– Да, он просил тебя вечерком заехать к нему на дачу, будет тебя ждать. Обещал шикарно отблагодарить.
– Поехали вместе?
– Не могу. Папашка устраивает прием, мне надо там быть.
– Ну тогда договорись с Усольевым на завтра, а на прием пойдем вместе.
– Слушай, Усольев уезжает завтра, ему надо срочно проверить движок…
Изо всех сил стараясь не выдать того, что чувствую, попрощалась и вышла из квартиры.
В этот же вечер, надев одно из лучших платьев, отправилась в тот самый ресторан, где должен был проходить прием. Успешно притворившись одной из приглашенных, прошла внутрь. Похоже, ужин уже закончился, и гости развлекались кто как. Кто-то стоял в сторонке и беседовал, кто-то пил, сидя за столом, а некоторые уже пошли в пляс.
Искать Филиппа пришлось недолго. Он стоял у барной стойки, смеялся и что-то шептал на ухо брюнетке в блестящем платье. Его ладонь скользила по ее заднице. Словно бык во время корриды, я бросилась к нему, расталкивая людей. Его глаза прищурились, в них явно было недовольство, брови сошлись на переносице.
– Ты что здесь делаешь, Тося? – тихо спросил он. – Разве ты не должна быть сейчас у Максима Валерьевича?
– У папы? – его спутница с интересом поглядела на меня.
– Решила вместо этого развлечься, – глаза жгло от ярости.
– Тося, тебе здесь не место.
– Фил, кто это? – дочка Усольева презрительно скривила накрашенный рот.
– Ириш, не обращай внимания, это так, бегает за мной, как собачка.
– А-а, а я подумала, одна из очередных эскортниц моего папочки.
Они громко захохотали, а у меня перед глазами вдруг встала белая пелена. Схватив у проходившего официанта бокалы с красным вином, плеснула обоим в лица.
Пока шла к выходу, в ушах стояли их вопли, но мне было все равно.
На следующий день я была уволена, а еще через пару деньков хозяйка квартиры, которую мы снимали вдвоем с подругой, попросила и меня, и Надьку убраться оттуда в течении двадцати четырех часов. Звонил Филипп, но я отключила телефон и включила, только чтобы позвонить мачехе, когда поняла, что работы в этом городе мне уже не найти.
Вся эта круговерть пошла мне на пользу, отвлекла от мыслей о несчастной любви. К тому времени, когда я уже сидела в автобусе, чтобы ехать в Москву, от прежних романтических чувств к Филиппу осталась только холодная ненависть и презрение.
***
Кажется, Антонина всё-таки запомнила мои объяснения о кофеварке. Кофе был готов, такой, как я любил – с пенкой. На столе тарелка с горкой тоненьких блинчиков и – на выбор – банка с икрой, мёд, протертая клубника с сахаром. Похоже, девчонка взялась за ум.
– Тонь! – окликнул ее. Тишина. Неужто уже куда-то убежала? Нашла работу? Вышел на балкон и стиснул зубы – открыв капот, Тонька что-то разглядывала под ним. Вот черт, какого фига она ковыряется в моей и так прекрасно настроенной ламбе?
– Эй, а ну закрой! – прокричал. – Не трогай машину.
– А то что?
– Тоха, только попробуй что-нибудь с ней сделать…
Она фыркнула, руки в бока. Хороша в этих коротких шортиках!
– Это только ты мог додуматься забивать картошку в выхлопные трубы.
Хмыкнул:
– Вспомнила же…
– Я много чего могу вспомнить, Лапша.
Не желая спорить, перепрыгнул через перила балкона на газон и бросился к своей машине.
– Иди, ешь свой завтрак, а то на работу опоздаешь, – огрызнулась, когда я оттиснул ее подальше от машины. – Я просто решила полюбоваться твоей тачкой, лох. Заодно посмотреть, что у тебя там за движок, какая турбина…
– Не твоё дело, – захлопнул капот и на всякий случай запер двери.
Хм, специалист, ёжь твою мать. Пусть возится с пятерками и девятками и не сует свой нос куда не надо. Только вчера получил машину из сервисного центра и жалоб не имею.
Проводил взглядом удалявшуюся фигурку. Аппетит пропал, но все-таки я вернулся в дом, забросил в себя пару блинков, через силу проглотил их. Всего три дня как объявилась сводная сестрица, а уже нервы ни к черту. Так и жду подвоха.
Пока собирал все необходимое в портфель, девица наверху ворковала с кем-то по телефону. Не в силах побороть любопытство, прислушался.
– …Да, в любое время… Обязательно. Через полчаса? Эмм… записываю…
Похоже, у нее или свиданка, или ее приглашают на интервью.
Девчонка спустилась вниз, радостно сияющая.
– Лапша, подвезешь до станции?
– Извини, но мне в другую сторону.
Видел, как она закусила губу, задумалась.
– Это в твоих интересах. Чем быстрее найду работу, тем быстрее от тебя съеду.
Скрипя зубами согласился. В конце концов, она права.
Антонина быстро облачилась в один из своих пацанских прикидов, вышла и прямиком направилась к машине. Уселась на сиденье, словно всю жизнь ездила только в «Lamborghini». Меня даже слегка покоробило такое равнодушие.
Объяснив, куда ехать, попросила:
– Только ты высади меня, чтобы никто не видел, как я выхожу из твоей машины. Ну как-то неправильно, что автослесарь приезжает на такой крутой тачке. Боюсь, что это может многим не понравиться.
Вот те на, скромняга. Ладно, выброшу где-нибудь у пыльных кустов, пусть сама добирается. Взревел двигателем, взвизгнули покрышки, сорвался с места – отчего-то хотелось повыделываться. Ноль эмоций и никакой реакции. Сидит, молчит, думает о чем-то своем.
– Приехали, – как и обещал, остановил за гаражами.
Уже выйдя из машины, усмехнулась:
– У тебя отвратительно настроена коробка передач, Макар.
***
У стеклянных дверей небольшой проходной меня встретил охранник, проверил документы и, кивнув в сторону обитой черным дерматином двери, велел проходить.
Женщина-секретарь окинула меня любопытным взглядом.
– На какую позицию?
– На автомеханика, – протянула ей свои документы. Она долго их перелистывала, затем отложила в сторону, сняла очки и уставилась на меня.
– У нас ремонтируют автомобили разной ценовой категории: от эконом до класса люкс. Какой опыт у вас, девушка?
– Достаточный. Я думаю, что в состоянии справиться практически с любой неполадкой в любом авто. К тому же у меня сертификат по диагностике различных типов двигателей, в том числе тяжелых.
– Зилов, Камазов?
– А так же Мерседес, Вольво и многих других. В резюме так же указано, что я специализировалась в тюнинге спортивных автомобилей.
– На место автомеханика у нас еще два претендента, и если вы пройдете испытательный срок, то получите эту должность.
– Я готова попробовать, – улыбнулась самой нежнейшей улыбкой, на которую была способна.
– Испытательный срок состоит из двух этапов: три неоплачиваемых дня, чтобы определить, на что вы вообще способны, и далее, если подойдете нам, еще три месяца за минимальную оплату – пятнадцать тысяч рублей в месяц.
Ох, немного, но хоть сколько-то. Придётся задержаться у Макара чуть дольше.
– Когда я могу приступить к первому?
– Уже сегодня.
– Сегодня?! – хорошо, что я не пришла сюда в платье.
– Ну так как? Вижу, что вы растерялись. Если вас не устраивает, – женщина заглянула в мои документы, – Антонина Сергеевна, то я не буду терять с вами свое время.
– Нет, то есть да, меня все устраивает. Я согласна.
– Ну и прекрасно. Свою сумку оставите в мастерской, вас туда проводят. Пожалуйста, подождите в коридоре.
Счастливая, не в силах сдержать улыбку, я выскочила за дверь и чуть не сбила с ног какого-то мужика. Тот успел подхватить меня за руки. Подняв голову, встретилась с внимательным взглядом серых глаз.
– Ой, простите…
– Ни к чему так торопиться, девушка. Работа не волк, в лес не убежит.
– А с чего вы взяли, что я спешу на работу?
Он пару секунд разглядывал меня, потом заключил:
– Во-первых, на вас рабочая одежда, которую девушки просто так не носят, а во-вторых, вы только что вышли из кабинета начальника отдела кадров. Меня зовут Илья Альбертович, и я генеральный директор этого места.
Значит этот симпатяга здесь хозяин?
– Очень приятно, – я собралась уже откланяться, но он остановил меня. – Но вы так и не сказали ваше имя.
– Антонина.
– Необычное и очень приятное.
Он задумчиво посмотрел на меня, и это мне не понравилось. В последнее время я стала подозрительно относиться к подобным странным знакам внимания «сильных мира сего». Хватило уже и Филиппа и Усольева. Мне нужна просто работа.
– Я могу идти?
– Конечно, идите, Антонина. Очень приятно было встретиться с вами.
***
В небольшом гараже меня встретили с легким подозрением. Четверо молодых парней переглядывались, отпуская в мою сторону ироничные шутки. Мужики постарше молча делали свою работу и, хотя выглядели неприветливо, не поскупились дать мне несколько советов как новичку.
Вскоре я уже и забыла о том, что первый день в новом коллективе – включилась в работу. Для начала мне поручали мелочи – менять масло, балансировать колёса… Это все было привычно и легко. После обеда пригнали побывавшую в аварии бэху с незначительными повреждениями рамы, которые можно было исправить с помощью прокладок и сваривания. Пришлось снимать кузов, и пока ребята разбирались со списком запчастей, которые нужно было заказать, я взялась за сварочный аппарат. Подошедший старший механик – пожилой, похожий на ковбоя дядька – стоял позади, внимательно наблюдая за моей работой. В колледже я была одной из самых лучших в сварке.
– Антонина, – мужчина похлопал меня по плечу. – Ты молодца. Лихо управляешься. Трудно поверить, что за три года всему этому можно научиться.
Даже покраснела от смущения. Приятно, когда заслуженно хвалят.
– Честно сказать, я училась постепенно с самого детства. Были хорошие учителя.
– Ты, наверное, голодная? Заметил, что ты не обедала со всеми.
– Да, честно говоря, я и не ожидала, что сразу начну работать. Думала, что будет просто интервью.
– Пойдем тогда, моя Шурка навертела бутербродов, поделюсь с тобой.
Пока перекусывала, Егор Дмитриевич – так звали старшего механика – расспрашивал обо всем.
***
В обеденный перерыв пожаловала Юлька. Как только она появилась в дверном проёме – голова высоко поднята, во взгляде презрение, – почувствовал себя виноватым. Середина недели, а я так и не удосужился ей позвонить и, что еще хуже, не отвечал на ее звонки.
– Юля… – встал из-за стола. Ну, блин, как объяснить, что завертелся-закрутился?
– Бугров, ты совсем охренел?! Почему ты молчишь?!
– Дел полно, вот и молчу, – прочистил горло, чтобы сделать тон чуть жестче. Давно известно, что чем строже с бабами, тем они покорней. – А ты что здесь делаешь? Время обеда.
Она закрыла за собой дверь и, пройдя к столу, уселась на край. Втянул носом волнующий аромат ее дорогих духов и почувствовал, что соскучился. Соскучился по ее умелым рукам, губам, да просто понял, что хочу Юльку, хоть ори. А она, как назло, выгнулась кошкой, выставив буфера. Ух…
– Юль, щелкни замком и иди ко мне, – уже развалился в кресле, рука на ширинке, готовая вжикнуть молнией.
Подружка усмехнулась, облизнула розовым язычком губки, но с места не двинулась.
– Обеденный перерыв, говоришь?
– Угу, – подмигнул и опустил глаза вниз, указывая на припасенный для нее «гостинец».
– Ну так собирайся, и пойдем куда-нибудь перекусим. В то кафе на углу хотя бы.
– Ю-ля.
– Заодно поговорим, – продолжала она.
Настырная. И плевать, что брюки в том самом месте напоминают юрту. Чертова баба.
Шли по коридору, Юлька чуть впереди, позволяя мне полюбоваться ею. Бедра ходуном ходят, платиновой гривой чуть встряхивает…
…В кафе почти никого не было, заказ принесли быстро, и я набросился на еду, словно голодал целую неделю.
Подруга какое-то время молча наблюдала, а потом отодвинула от меня тарелку.
– В чем дело?
– Мы вроде пришли сюда поговорить.
– Это ты пришла поговорить, а у меня с утра во рту почти маковой росинки не было.
– Что-то эта девица тебя плохо кормит, – не выдержала, съязвила все-таки.
– Не девица, а сестра, – придвинул тарелку обратно. – Она только завтраки готовит.
– Вот об этом я и хотела поговорить с тобой, Масик.
– Ну, говори, – пробурчал с набитым ртом.
– Я не забыла, что ты предложил мне пожить вместе, ну… я не про замужество, можешь не волноваться, – она хихикнула. – Просто, милый, мне так хочется просыпаться каждое утро с тобой, заботиться о тебе, сидеть по вечерам у камина и наслаждаться музыкой. Ну и, конечно, я могу тебе сама готовить завтраки, какие ты пожелаешь. Ведь я твоя, а ты мой, правда же?
***
До дома меня довез один из механиков – Игорь. Сначала он явно клеился ко мне, но потом понял, что мне это неинтересно, и оставшиеся минуты мы разговаривали исключительно по работе. Радовало, что на машине дорога занимала не больше десяти минут.
– Это ты в таком крутом домине живешь?! – высадив меня у ворот, Игорь с восторгом воззрился на высокий кирпичный забор.
– Временно, у брата.
– А он кто у тебя? Ой, извини… – тут же поправился.
– Бизнесмен, – помахала рукой на прощание.
А ведь правда, кто такой Макар, чем занимается? За все это время я даже не удосужилась поинтересоваться. Знала только, что он провел несколько лет за границей, учился чему-то. Ну еще, что на саксофоне играет.