Русалка в черной перчатке

Глава 1

На свадьбе никто не кричал «Горько!». Вике так хотелось. По опыту свадеб подруг она знала, что чем больше будет выпито спиртного, тем чаще будет звучать заветное слово – и тем скомканнее оно будет произноситься. Поэтому требование проявлений любви между молодыми было решено выражать аплодисментами или звоном «мелодий ветра» – тонких металлических трубочек, специально для этого подвешенных над столами.

Еще пару лет назад Вика и подумать не могла, что столь ответственно подойдет к собственному бракосочетанию. Потому что пару лет назад она вообще была замужем за совершенно другим человеком и второй раз под венец не собиралась.

Она и первый-то раз не собиралась. Виктория Вишневская не относилась к тихим романтичным девочкам, которые целыми днями продумывают собственную свадьбу и вглядываются в далекий горизонт, ожидая увидеть там принца на белом коне. Она как раз подходила к жизни прагматично. С отличием окончила школу, решила стать переводчиком, стала изучать иностранные языки. Вошла в число лучших выпускников своего курса и занялась подбором высокооплачиваемой работы.

Точно так же спокойно, даже хладнокровно Вика подходила к вопросу отношений с мужчинами. Если слишком большую ставку делать на романтику, то в итоге останешься одна, в слезах и с разбитым сердцем! Нет, лучше уж сразу исповедовать простую истину о том, что никто никому ничего не должен. А когда нет обязательств, нет и ответственности, жить становится проще… а еще – скучнее и холоднее, но это детали.

Впрочем, даже при прагматичном подходе Вика не меняла мужчин посезонно. Просто от долгосрочных отношений она не ожидала любви и романтики, наслаждалась ими, пока они длились, и расставалась без скандалов. А потом работа и личная жизнь для нее пересеклись.

Лучшим местом работы для начинающей переводчицы неожиданно оказалось международное брачное агентство. Заведение было солидное, не отсылающее юных наивных «танцовщиц» в страны Азии, а создающее вполне реальные семейные пары. Переводчик им требовался для работы с документами и переговоров. Вику это устраивало, да и она бы работодателю подходила, если бы не одно «но».

Директриса агентства требовала, чтобы сотрудницы обязательно состояли в официальном браке. Ей почему-то казалось, что это предотвратит личные отношения между менеджерами и иностранцами. Вика такой подход считала по меньшей мере поверхностным, но спорить не стала. Она попросила небольшую отсрочку, а через неделю вернулась уже со штампом в паспорте.

Ее мужем стал знакомый по университету – Алессандро Сальери. Итальянец, убежденный хиппи, тусовщик и лодырь, каких мало. Вика намеренно выбрала того, с кем у нее никогда не было романа и кого она вообще не воспринимала как мужчину. Ей казалось, что такой «муж» будет самым удобным.

Сальери тоже отказываться не стал, у него имелся свой интерес. Итальянцу очень уж не хотелось возвращаться на родину, где его ждал строгий семейный контроль, обязательная работа и, скорее всего, брак по расчету. Женитьба на Вике позволяла ему остаться в России и снова вернуться к любимым вечеринкам, пьянкам и череде доступных девиц, западавших на итальянский акцент.

Долгое время Вику все устраивало, а потом она вдруг поняла, что такие легкие отношения хороши, лишь когда нет серьезных проблем. Поддержкой и опорой они не станут.

А поддержка ей очень даже понадобилась, когда девушка обнаружила, что за ней начал охоту настоящий маньяк. Серьезных доказательств для полиции у нее не было. Ее подружки в такой ситуации помочь бы не смогли. Родителей она беспокоить боялась – еще сердце не выдержит! А ее официальный супруг привычно не трезвел и слушать ничего не хотел…

…Зеркало в тяжелой раме отражало невесту. Пышное, но вместе с тем элегантное платье цвета слоновой кости, тонкое кружево, неброский макияж и уже успевшие отрасти почти до плеч огненно-рыжие волосы. Вика не представляла, что будет выглядеть так, но ей нравилось все, что происходило сегодня. Страшно даже обернуться и полностью осознать, сколько они шли к этому дню, как трудно он им дался!

Сзади к ней подошел светловолосый мужчина, обнял за талию и улыбнулся. Не оборачиваясь, Вика вернула эту улыбку его отражению в зеркале.

– Что, одиночества захотелось? – спросил он.

– Просто небольшая передышка, – отозвалась девушка. – От шума и гостей, не от тебя. От тебя мне передышки не нужны.

– Уж надеюсь!

… Марк появился в ее жизни тогда, когда был больше всего нужен. Он на тот момент представлял интересы немецких партнеров агентства и был для Вики, по сути, никем. Но только он один заметил, что девушка напугана, и вызвался помочь.

Роман между ними начался быстро, бурно и, впервые в жизни Вики, не был запланированными отношениями. И контролируемыми тоже не был. Он, скорее, напоминал летний дождь: хлынул внезапно и сразу сильно. Девушка поняла, что влюбилась.

С Марком хотелось думать о белом платье, семье и прочих вещах, которые ей раньше казались излишне романтичными и бесконечно далекими от реального мира. Правда, долго это не продлилось. Ровно до того момента, как секретарь агентства сообщила ей, что в Германии Марка ждут жена и маленький сын.

Такого Вика не ожидала. Во-первых, ее оскорбило то, что сам мужчина и словом об этом не обмолвился. Во-вторых, разрушать чужую семью она не собиралась, а уж тем более оставлять ребенка без отца! Поэтому девушка гордо ушла, решив, что объяснения – для слабаков. Все попытки Марка поговорить с ней, понять, что же произошло, она пресекала на корню.

Со временем он успокоился и исчез из ее жизни. А вот Вика ничего забыть не могла – в груди словно черная дыра образовалась, и заполнить ее ничем не получалось. Даже при том, что после истории с маньяком ее законный супруг вдруг остепенился и стал проявлять к ней недвусмысленный интерес.

Чтобы отвлечься от тоски, Вика завязала роман с собственным мужем. Вот только ничего серьезного из этого не вышло. После того, как она узнала, что такое настоящая любовь, строить отношения по прежнему принципу уже не получалось. Сальери, естественно, был недоволен, но его никто не спрашивал.

Тогда Вика решила гасить депрессию работой. Она отправилась с группой российских невест в Германию в качестве сопровождающего менеджера. Чего девушка не знала, так это того, что поездку тайно организовал Марк. Он отказывался просто так вычеркивать ее из своей жизни, хотя бы не попытавшись поговорить!

Разговор оказался весьма полезен. Вика узнала, что с женой Марк развелся за два года до встречи с ней. Его супруга мужа никогда не любила, жила с ним лишь потому, что он создавал ей необходимый комфорт. Сын вообще был не от него, Марк просто растил его с рождения. Однако как только у мужчины начались неприятности, благоверная уподобилась известному животному и первой покинула тонущий корабль. Через пару месяцев она уже выскочила замуж за богатого соотечественника. Правда, через какое-то время она попыталась вернуться, сообразив, что упустила, однако ее уже никто не ждал…

… Гости определенно наслаждались праздником. Французский отель, занимавший здание бывшего монастыря, идеально подходил для торжественной церемонии. На небольшой сцене разместился оркестр, играла музыка, многие пары танцевали. Смотрелось это удивительно красиво, да и погода радовала теплом и солнечным светом.

При этом в общем веселье участвовали не все. На балконе второго этажа можно было различить тонкую фигурку в длинном перламутрово-сером платье. Молоденькая девушка обладала заметной внешностью и вместе с тем казалась нежной: фарфоровая кожа, огромные водянисто-голубые глаза, полные губы, высокие скулы и миниатюрный носик. А природа, словно решив, что этого богатства мало, добавила еще и роскошные льняные волосы. Мимо такой красавицы не прошел бы ни один фотограф… по крайней мере пока не заметил бы взгляд светлых глаз: слишком мудрый для ее возраста, откровенно хищный и не совсем здоровый.

– Ева грустит, тебе не кажется? – обеспокоенно поинтересовалась Вика.

– Да с ней все в порядке! – отмахнулся Марк. – Ты слишком волнуешься! Стоит себе, смотрит на людей. Она же как кошка: будет на отдалении, но рядом со всеми. Первый раз, что ли!

Он был прав. Вика уже достаточно хорошо изучила девушку, чтобы понимать ее настроения. Сейчас Ева спокойна, а ушла от остальных, потому что собрания людей не любит…

… Ева и была неприятностями, обрушившимися на Марка почти четыре года назад. Тогда он спокойно работал, заставлял себя верить, что жена его любит, и пытался убедить себя, что воспитывает родного сына. Потому что искренне любить ему очень хотелось – а некого было. Родители Марка к тому моменту умерли, а старшая сестра ушла из дома много лет назад. С тех пор единственной связью с Еленой были редкие телефонные звонки, всегда – с ее стороны, потому что своего номера она не оставляла. Женщина просто давала знать, что с ней все хорошо. Как сложилась ее жизнь, кем она стала, вышла ли замуж, родила ли детей – этого ее родственники не знали. Она не появилась даже на похоронах родителей.

И вот Марку позвонили из полиции и сообщили, что Елена мертва. Более того, ее убила собственная дочь, когда мать находилась под воздействием наркотиков. Четырнадцатилетняя Ева не могла эту версию ни опровергнуть, ни подтвердить, она вообще не умела разговаривать. По крайней мере, так Марку сказали врачи. В медицинских справках значилось, что девочка родилась с рядом серьезных психических отклонений. Она не воспринимала окружающий мир, не разговаривала, иногда проявляла агрессию.

Марку все советовали сдать племянницу в специальный интернат. Зачем такую брать домой? Толку от нее все равно не будет, только угроза! Громче всех об этом кричала супруга мужчины. Впрочем, ее больше интересовало не это, а то, что муж начал тратить на новоприобретенную родственницу деньги.

Чтобы успокоить жену, Марк снял для Евы отдельный дом, нанял гувернантку. Но немка была недовольна всем и вскоре подала на развод. Мужчина остался один на один с собственным горем, ощущением предательства и недоверием ко всем женщинам.

А потом появилась Вика, и все изменилось. Марк почувствовал, как сердце, почти окоченевшее, начинает оттаивать. Более того, Ева неожиданно начала общаться! Дело с маньяком заинтересовало ее, она дала понять, что прекрасно разговаривает и все понимает.

Уровень интеллекта у девочки оказался намного выше, чем полагалось в ее возрасте. Сумасшествие Евы заключалось не в этом. Она действительно обладала склонностью к насилию, ее мучили галлюцинации, она осознавала, что опасна для окружающих.

Но в расследованиях, в которые были втянуты Марк и Вика, Ева неожиданно нашла здоровый выход своему сумасшествию. Она не сражалась со своей сущностью, а охотилась – но охотилась на тех, кто представлял угрозу. Она получила «добычу», на которую можно было излить агрессию и при этом защитить ни в чем не повинных людей. Вика не всегда соглашалась с ее методами, но радовалась, что девушке удается сохранить рассудок.

При первой встрече Вика и Ева не поладили. Девочка помнила, сколько боли причинило ее дяде предательство жены. Соответственно, и к новой его возлюбленной она отнеслась с настороженностью, которая для Вики перерастала в угрозу. Но постепенно им удалось поладить… можно сказать, даже стать семьей…

… К тонкой фигуре девушки на балконе присоединилась ее полная противоположность – в лучах заходящего солнца можно было рассмотреть силуэт высокого статного мужчины. На вид ему было около сорока пяти, но возраст не лишил его и доли природной силы, чувствовавшейся в каждом его движении. Темные волосы успела тронуть седина, вызванная скорее не временем, а испытаниями, через которые ему пришлось пройти. Лицо мужчины наполовину закрывали солнечные очки, но если бы он снял их, окружающие получили бы возможность увидеть идеально точную копию глаз Евы.

– О, видишь, долго одна она сидеть не будет! – Марк мужчину тоже заметил. – Сейчас Эрик ее обратно вниз отведет. Тебе не кажется, что они лучше ладить стали?

– Однозначно! – подтвердила Вика. – Не знаю, есть ли в ее личном мире понятие отца, тут я ни за что не поручусь, но она ему доверяет.

Об этом свидетельствовал уже тот факт, что Ева осталась с мужчиной на ограниченном пространстве и даже перекинулась парой фраз. Того, кто ей неприятен, она бы уже сбросила с балкона…

… О том, что у Евы есть отец, никто особо и не думал. Казалось самим собой разумеющимся, что им стал случайный партнер Елены, имени которого не знала даже она. Такая версия подходила образу жизни ее последних лет. Когда же стала известна истина, она шокировала всех.

Эрик и Елена познакомились на научной базе в Таиланде. Там преступная организация создавала наркотики и медицинские препараты, а заодно и без малейших представлений о морали и жалости тестировала их на людях. Многообещающего американского хирурга и молодую фармацевтку туда обманом привез один из лидеров организации, Лука Аворио. Правда, в первое время они не знали всей сути происходящего и думали, что получили лишь отличный способ заработать. Когда же они поняли, во что вляпались, уехать с острова им никто не дал.

В творящемся там хаосе Эрик и Лена оказались настоящим спасением друг для друга. Вскоре девушка забеременела. Аворио позволил ей сохранить ребенка лишь для того, чтобы иметь отличный повод для шантажа. Но жить им одной семьей он все равно не позволил. После родов он объявил Эрику, что его ребенок умер. Елену же заставили перебраться в Германию под угрозой смерти младенца. Больше молодые люди друг друга не видели – и всегда любили.

Эрик так и не узнал, что у него родилась дочь. Физически здоровая и крепкая девочка – но с умственными отклонениями, вызванными вредными испарениями, которыми дышала при беременности ее мать. Мужчина считал, что ребенка нет в живых, и жил лишь надеждой однажды вернуть Лену. Для этого он стал личным ассистентом Аворио и работал над разрушением организации изнутри.

Тем временем охоту на Аворио начала повзрослевшая Ева. Тот не убивал ее мать лично, но именно он обвинил в убийстве девочку. Да и в целом, сломанная жизнь Елены тоже была на его счету. Поэтому Ева отправилась в Геную, чтобы расправиться с ним.

Там она столкнулась с Эриком. Не узнать эти глаза было невозможно – слишком точная копия, слишком безупречно передан оттенок. Эрик был в замешательстве. Его планы на будущее, представление о жизни – все стало с ног на голову. Впервые за долгие годы он потерял хладнокровие и попытался напасть на Аворио открыто, за что чуть не поплатился головой. Его спасла Ева, которая была гораздо более расчетлива и хладнокровна в своей мести, независимо от обстоятельств.

Даже когда правда открылась, Ева не спешила принимать отца. Она вообще неохотно и тяжело допускала людей в свой личный мир. Эрику приходилось снова и снова доказывать, что она ему нужна, прежде чем девушка чуть ослабила оборону.

Теперь они, похоже, находили общий язык. Делать прогнозы было сложно, ведь речь шла о Еве, а более непредсказуемого человека Вика не знала. Но сейчас они вместе и выглядят вполне довольными своей маленькой семьей…

– Ха, смотри, а ведь не только мы за гордым одиночеством моей племяшки наблюдаем! – привлек внимание Вики Марк.

Повернувшись в указанном направлении, девушка сразу поняла, кого он имеет в виду.

Гости все еще веселились. Среди танцующих фигур было совсем несложно заметить молодого парня, который стоял неподвижно и смотрел вверх, явно на балкон. Раскосые глаза, «подарок» отца-азиата, которого он никогда не знал, казались задумчивыми, почти печальными.

– Запал он на Еву крепко, – констатировала Вика. – Наивный ребенок!

– Не наивный, а странный… Ты не подумай чего, я Еву люблю, но не могу не признать, что она… как бы это сказать… Особа не совсем обычная.

– Она очень красивая.

– Да, но она людей убивала! – напомнил Марк. – Понятно, что эти люди угрожали ей, если бы не она их – то они ее наверняка. Но она просто другая, у нее само представление о совести отсутствует! Любить ее как родственник – это одно. Но влюбиться в нее… не понимаю я его!

– Может, он видит больше, чем мы с тобой? Все-таки тоже немало пережил, не мальчик уже…

… Максиму Лисицыну везло и не везло в равной степени с самого рождения. Автомобиль, в котором ехала его беременная мать, попал в аварию. Погибли все, кто находился внутри, – кроме него. Младенца вырезали уже из тела мертвой женщины. Оставшиеся в живых родственники забирать малыша к себе не спешили. О родных отца было известно немного, а семья матери не приветствовала союз с «поганым узкоглазым».

Узнав об этом, новорожденного усыновил виновник аварии – миллионер Трофим Лисицын. У Трофима была собственная дочь Нина, изуродованная страшными ожогами и практически обездвиженная. В результате полученных травм девушка понемногу сходила с ума, проникаясь ненавистью ко всем «нормальным» людям. Максим же и после случившегося был жизнерадостен, оптимистичен и открыт миру. Несмотря на наличие больших денег, Трофиму удалось вырастить на редкость добродушного и искреннего мальчишку.

Зато родную дочь он упустил. Решив, что отец ей больше не нужен, Нина избавилась от Лисицына-старшего быстро и безжалостно. Максима пощадила лишь потому, что боялась подозрений со стороны друзей отца – не слишком ли много несчастных случаев стало происходить? Но свою ненависть она выражала иначе, стараясь превратить брата чуть ли не в личного раба.

В конечном итоге она приказала Максиму изнасиловать и убить Вику, которая в своем расследовании слишком близко подобралась к преступлениям Нины. Парень отказался, хотя и понимал, что рискует собственной жизнью. Это еще больше разозлило его сводную сестру. В конечном счете она похитила Максима и заперла в доме, полном зловещих ловушек.

Главная ошибка Нины заключалась в том, что вместе с Максимом она прихватила и Еву – просто так, чтобы было веселее. Она, привыкшая управлять людьми, не представляла, что такое настоящий, клинический психопат, который еще и неплохо контролирует свою болезнь. Ева с легкостью разгадала подготовленные для них ловушки и ответила собственной уловкой, после которой состояние Нины резко ухудшилось.

Максим же во время этого заточения познакомился с Евой поближе. Он сумел увидеть в ней личность, обычно надежно спрятанную за очевидным безумием. И, судя по тому, с какой преданностью он с тех пор к ней относился, личность эта ему понравилась. Ну и конечно, природная красота Евы лишь подливала масла в огонь.

Вика понятия не имела, что чувствует по отношению к парню сама Ева. Кто ж это угадает! Но она начала доверять Максиму, позволила помогать ей в очередном расследовании. А это уже хороший знак…

– Может, вернемся к народу? – предложил Марк. – А то они нас скоро начнут с собаками искать!

– Думаешь, мы им так сильно нужны? Но вернуться надо, а то все на свете пропустим!

Свадьба прошла на удивление легко и празднично. Вика боялась, что после долгой подготовки ей самой уже ничего хотеться не будет, старалась в основном для гостей. Однако в день торжества усталость как рукой сняло. Она чувствовала, что ее окружают люди, которые ей искренне рады – и рады за нее. Это значило больше, чем дорогой отель и хорошая погода.