- -
- 100%
- +
Пролог
Фотоаппарат оттягивал плечо бесполезным грузом. Наверно, то, что бесполезно, всегда давит. На эту махину немало денег ушло… Еще кредит не выплачен! А в итоге что? Бесполезный источник проблем!
Алексей давно уже понял, что журналистикой он много не заработает. Это в студенчестве он не сомневался, что заветная профессия таит в себе золотые горы и бриллиантовые берега. В реальности же его статьи не открывали людям глаза на тайны вселенной и не рушили политические карьеры. Нет, его заметки тонули в серости газетных страниц, не замеченные большинством читателей.
Он не комплексовал по этому поводу. Все равно он не сильно напрягался, чаще всего переписывая чужие статьи своими словами. Алексею нужны были деньги, слава – штука вторичная, а на творчество и вовсе плевать.
Как-то они пили со знакомым фотографом после рабочего дня, и тот в пьяном угаре стал выдавать, сколько нынче платят за снимки. Алексей тоже был далеко нетрезв, но цифры врезались в память.
Уже на следующий день он задумался о покупке фотоаппарата. У него ведь есть преимущества! Он уже работает на газету, следовательно, покупать снимки лучше у него, чем у какого-то стороннего выскочки! С ним ведь и договориться проще…
Но идеальный сценарий в реальность так и не воплотился. Нет, фотоаппарат-то он купил, однако его финансовое положение от этого только ухудшилось. Выяснилось, что его родная газета не спешила покупать снимки у кого бы то ни было, их просто скачивали из Интернета. Издание было слишком маленькое и такими вещами мало интересовалось. Если Алексею хотелось напечатать свое творчество – пожалуйста. Если нет – тоже не страшно, а вот платить ему никто не собирался.
Но он все равно брал с собой фотоаппарат каждый день. Чувствовал его вес по дороге в офис, злился на себя, на пьяного приятеля-фотографа и на весь мир. Может, вообще продать этот бесполезный кусок пластика? Хотя нет, по той же цене он уже не уйдет, а терять на этом еще деньги жалко!
Крики заставили Алексея вздрогнуть, отвлечься от своих мыслей. Он остановился посреди улицы, пытаясь понять, что происходит. Люди рядом с ним все так же спешили куда-то и недовольно ворчали на «барана, перегородившего путь». Значит, ничего страшного не случилось. Но кто же тогда кричит?
Звук доносился из-за сетчатого забора, которым была огорожена территория стройки. Алексей подошел поближе, и стало видно, что часть рабочих собралась у края глубокой ямы, с которой начиналось строительство автопарковки, еще часть беспокойно металась туда-сюда.
Это интриговало. Алексей ходил по одному и тому же маршруту каждый день, стройку эту знал, однако ничего подобного раньше не замечал. Строители вечно куда-то спешили, им было не до зрелищ, а тут… Что же их могло так отвлечь?
Посторонние на стройку не допускались, о чем красноречиво свидетельствовала цепь на воротах. Только сейчас остановить Алексея было некому. Дежурный тоже глазел в сторону ямы, а прохожим на улице было плевать, чем он занимается, лишь бы им не мешал. Поэтому мужчина пролез под цепью, одновременно расстегивая чехол камеры. Интуиция подсказывала: сегодня фотоаппарат очень даже может понадобиться!
На него не обратили внимания. Он уже четче слышал крики, которые с улицы казались бессмысленными звуками.
– В полицию уже позвонили?
– Такой умный – сам звони!
– Какого черта тянете!
– Надо хозяина вызвать… Раньше его пусть менты не приезжают!
– Но с нашей-то стороны вины нет!
– Мало ли… Как такое объяснишь?
Алексей уже видел, что так напугало мужчин. Он был с ними солидарен: такое объяснить непросто. Даже он, буквально рвавшийся к сенсации, на практике был настолько шокирован открывшимся зрелищем, что позабыл о фотоаппарате.
В дно ямы уже были вбиты толстые металлические сваи, которым предстояло стать основой будущего здания. Больше строители ничего толком сделать и не успели.
И сейчас на этих сваях, в нескольких метрах над землей, зависло тело молодой девушки, обмотанное колючей проволокой. Она была обнаженной, за исключением странного корсета из кожаных полосок, который, впрочем, мало что скрывал. Но воспринимать данный факт как нечто эротическое не получалось, и не только потому, что речь шла о трупе.
Колючая проволока безжалостно впивалась в бледную кожу, разрывая ее на лоскутья почти до самых костей. Крови было столько, что она покрывала девушку, как саван, только не белый, а алый. Отдельный венок из колючей проволоки обвивал ее голову, зловеще выделяясь на фоне рыжих волос, как издевательство над ее смертью.
Сложно сказать, что именно оборвало ее жизнь. Возможно, болевой шок. Или потеря крови. Или петля, захлестнувшая шею. Последний вариант был наиболее вероятен, если судить по тому, как исказилось ее в прошлом хорошенькое лицо. Глаза навыкате, подбородок залит кровью – она сильно прикусила язык… Она повешена.
Как, почему, кто это сделал – Алексей не брался угадать. Слишком уж жутко, пусть полиция разбирается! Он не затем сюда пришел.
Избавившись от первого шока, он вспомнил о фотоаппарате. Поначалу мужчина боялся, что строители попытаются помешать ему. Но нет – они его если и замечали, то не обращали внимания. Как будто только этого и ждали!
В кадр попало все: кровь, травмы, нанесенные колючей проволокой, застывший взгляд. Алексей не знал, кем была эта девушка и отчего она умерла. А вот после смерти она стала для него карьерным прорывом.
День-то определенно выдался удачный!
Часть 1
Добро пожаловать в чужую жизнь!
Глава 1
– Ты уверен, что хочешь этого? – в который раз спросила Вика.
В теории мысль о том, что кто-то готов сломать свою жизнь ради того, чтобы быть с ней, представлялась весьма лестной. На практике же становилось боязно. Он ведь не посторонний, не некий абстрактный воздыхатель, а человек, который ей более чем не безразличен! С этой точки зрения решение, которое он собирался принять – или уже принял! – не выглядело таким уж романтичным.
– Уверен, – укоризненно посмотрел на нее Марк. – Может, хватит об этом?
– Я за тебя волнуюсь!
– А не надо за меня волноваться. Я не шестнадцатилетний подросток, который уже пообещал тебе звезду и с этой целью покупает скафандр и пушку. Я знаю, что делаю.
– Но такие перемены…
– …Давно уже назревали. Вика, я устал от этого бродяжничества. У меня есть недвижимость, а не дом. Я хочу изменить этот факт. Это – цель, все остальное – средства.
– Страшно же, – вздохнула она.
– Да? А мне, как ни странно, нисколько! Я рад. Да, года два назад я бы об этом и подумать не мог… Да даже год назад, если задуматься, я тебя год знаю! Но теперь я ни в чем не сомневаюсь.
Год… так странно! Вике казалось, что в эти месяцы уместилось больше событий, чем во всю ее предыдущую жизнь.
Но это потому, что предыдущая жизнь была скучноватой. Ее все устраивало, причем лишь оттого, что ей не с чем было сравнить. Вике казалось, что для успеха и счастья достаточно все держать под контролем. Получить хорошее образование, построить достойную карьеру, не слишком озадачиваться романтикой, когда речь заходит об отношениях с мужчинами, – и нервы определенно будут целее.
Долгое время у нее все получалось. Окончив университет с блестящими результатами, новоиспеченная переводчица начала искать работу. Задумывалась Вика о международных компаниях и даже правительственных организациях, однако самую высокую зарплату ей неожиданно предложили в… брачном агентстве.
Хотя компания оказалась солидной, этот факт игнорировать нельзя. Не очередная «шарашкина контора», которая отправляла девочек в страны Азии, обещая сделать их танцовщицами, а агентство, устраивающее международные браки. Переводчик им нужен был для оформления документов и контактов с клиентами. Вике нравилось все: расположение офиса, свободный график, доход, бонусы и премии.
Работодателю девушка тоже пришлась по душе, но препятствие для незамедлительного трудоустройства все же нашлось: в агентство принимали только соискательниц, состоящих в официальном браке. Директриса наивно предполагала, что это сдержит молодых девушек от попыток построить личное счастье за корпоративный счет. Вика такой подход считала крайне наивным, однако спорить с начальством, да еще и потенциальным, – гиблое дело.
К счастью, отношения воспринимались девушкой как явление управляемое. В любовь она не верила, считая ее мифом времен гормонального взрыва, и к выбору партнеров подходила трезво. В мужья она самолично позвала итальянца Алессандро Сальери, с которым познакомилась еще в университетские времена.
Вика выбирала не мужа как такового, а того, кто не слишком будет беспокоить ее как сожитель. Сальери представлялся ей наиболее асексуальным из всех знакомых, да и она его не привлекала. Они жили под одной крышей и мало интересовались личной жизнью друг друга. Сальери с женой приятельствовал, однако на брак согласился не из-за надежд на близость, а из-за вида на жительство и жилплощади – очень уж ему нравилось в Москве.
Он получил регистрацию, Вика – работу, и оба считали себя выигравшими. Недовольны остались разве что родители «молодоженов». Отец и мать Вики желали понянчить внуков, увидеть дочь с нормальным мужчиной, а не хиппующим итальянцем, ее стремление к карьерным высотам им категорически не нравилось. Старшее поколение Сальери стремилось наблюдать сына на родине, работающим на семейную компанию и женатым на добропорядочной итальянке. От внуков они тоже не отказались бы! Однако ни Вика, ни Алессандро менять свою жизнь из-за их пожеланий не собирались.
А жизнь меж тем взяла и поменялась сама. Да еще и не самым лучшим образом: Вика обнаружила, что за ней охотится маньяк, убивший уже несколько женщин. На тот свет девушке совсем не хотелось, но и помощи ждать было неоткуда: друзьям она не настолько доверяла, родителей втравливать в происходящее боялась, а «муж» оказался на редкость бесполезным созданием, которое только усложняло ей жизнь.
Вот тогда и появился Марк – представитель немецкой компании, сын русских эмигрантов и талантливый переговорщик. Спокойный и уверенный, он помог ей не поддаться отчаянию и понемногу, по чуть-чуть разобраться в ситуации. То, что они сблизились в процессе импровизированного расследования, Вику не слишком удивило. Поражало скорее то, что на сей раз все шло не по привычному сценарию. Чувства, знакомые лишь отдаленно, стирали само представление о контроле. Девушка поняла, что умудрилась как-то наивно влюбиться.
Однако ее намерение поддаться ситуации и дать шанс этой любви долго не продержалось. От секретаря агентства Вика узнала, что в Германии Марка ждут жена и маленький сын. А рушить семью, да еще и с ребенком, она не собиралась! Поэтому девушка просто самоустранилась, не объясняя причин.
Марка такой подход категорически не устраивал. Он пытался разобраться, что же произошло, но Вика виртуозно пряталась, когда он приезжал в ее родной город. Наконец он, как показалось девушке, успокоился и смирился. От этого было тоскливо, хотя в правильности своего решения она не сомневалась. А тут еще и Сальери, впечатленный тем, как ловко его супруга расправилась с маньяком, начал проявлять к ней неподдельный интерес. Чтобы отвлечься, Вика согласилась на роман с собственным мужем, который, впрочем, долго не продлился. Итальянец прикладывал все усилия, серьезно изменился, но и этого оказалось недостаточно. Сложно быть с одним, когда мысли и эмоции заняты другим.
К счастью, появился более эффективный отвлекающий фактор. Вику назначили сопровождающей при группе российских невест, приглашенных на Рождество в Германию. Позже девушка выяснила, что это задание – заслуга Марка, который хотел во что бы то ни стало вытащить ее со «знакомой территории», чтобы нормально поговорить.
И разговор все-таки состоялся. Выяснилось, что с женой мужчина к тому моменту был пару лет как разведен, а ребенок вообще не от него – он женился на беременной. Супруга была рядом, когда у Марка все шло хорошо и он мог обеспечить красивую жизнь ей и ее отпрыску. Когда же у него начались проблемы, предприимчивая немка быстро собрала чемоданы и удрала, а вскоре выскочила замуж за пожилого, но весьма состоятельного соотечественника.
Тем более что проблемы Марка были серьезными и явно не временного характера! Неожиданно для себя он стал опекуном четырнадцатилетней племянницы, о существовании которой раньше и не подозревал. Его старшая сестра Елена покинула отчий дом много лет назад, с тех пор контакт с ней был минимальный. Где она, с кем, чем занимается – не представляли ни Марк, ни его родители. Девушка лишь иногда отзванивалась, чтобы сказать, что она жива.
Естественно, с ее смертью это прекратилось. Марку сообщили, что, кроме него, у ее дочери, Евы, никого нет. Хотя, конечно, он не обязан брать опекунство – и лучше этого не делать. Потому что Ева оказалась обладательницей впечатляющего списка психических диагнозов. Она не говорила, выборочно реагировала на внешние раздражители и была склонна к приступам агрессии. Иными словами, не ребенок, а бомба замедленного действия! К тому же, согласно официальной версии, именно Ева убила свою мать – зарезала кухонным ножом, когда та была в состоянии наркотического опьянения.
И все же отказаться от племянницы Марк не мог, не в его характере это было. Он всегда очень хотел семью. Его родители к этому моменту умерли, сестру он считал потерянной, жена его не любила и общих детей рожать отказывалась. Но Ева – другое дело. Это все-таки родная кровь, девочка, у которой больше никого нет! Как и у него…
Жена его решение не поддержала. Скандалы устраивались ежедневно – немка требовала сдать «безмозглую кретинку» врачам. Марк попытался найти компромисс, снял, а потом и выкупил для Евы отдельный дом, нанял гувернантку. Но супруга его стараний не оценила, развод не заставил себя долго ждать.
Обжегшись на этом предательстве, Марк и не стремился построить новые отношения. Если с женщинами он и встречался, то для известных целей – и быстро расставался. Впускать их в свое сердце и в свой дом он не собирался.
А потом встретил Вику. Для него эти отношения стали такой же неожиданностью, как и для девушки. И тем больнее было внезапно потерять ее, когда все вроде бы шло хорошо! Марк пообещал себе, что на сей раз он не сдастся и хотя бы попытается выяснить, что там Вика вбила в свою прекрасную рыжеволосую голову.
С недоразумением они разобрались. Вика твердо решила, что уж на этот раз она сделает все правильно! Правда, при отсутствии официальной супруги и ребенка проблема все равно оставалась – Ева. Девочка была отнюдь не так глупа, как предполагали врачи. Напротив, ее интеллектуальные способности как таковые претендовали на гениальность! Да и говорить она умела, просто делала это лишь тогда, когда хотела. Она все, если задуматься, так делала… В ее, безусловно, нездоровом сознании творилось нечто непонятное.
Ева решила, что должна защитить дядю от новой эмоциональной боли – а значит, избавиться от Вики, которая один раз уже ранила его. Девушка получила однозначное предупреждение: если не уберется – будет уничтожена.
Перспектива наметилась пугающая, и в какой-то момент Вика даже подумывала дать слабину. Но в итоге опомнилась: чем это обернется для них обоих? Она уже пыталась порвать с Марком один раз, и это не привело ни к чему хорошему. Поэтому, несмотря на страх, она упрямо стояла на своем. Ева оценила это. Чуть позже обстоятельства заставили их вместе спасаться от группы убийц, подосланных в их дом. Это окончательно погасило конфликт между девушками.
Их новым приятельским отношениям Марк искренне радовался. Угнетало лишь то, что пока они вынуждены были жить на две страны. У Вики оставалась работа в Москве, мужчине по профессии полагалось много путешествовать. Они приезжали друг к другу при первой возможности, но и этого было недостаточно.
Чтобы немного улучшить ситуацию, Марк взял отпуск и прилетел в Россию. На этот раз он даже взял с собой Еву – шаг рискованный, но по-своему оправданный. Очень уж ему хотелось приблизить племянницу к нормальной жизни! При этом и он, и Вика боялись, что в любой момент Ева может втянуть их в неприятности.
Однако девочка как раз вела себя крайне благоразумно. Неприятности пришли в лице Сальери, который из обостренного чувства справедливости решил разобраться в смерти проститутки, совершившей самоубийство… прямо в квартире Вики. Девушка считала, что история сама по себе неприятная и нужно просто отстраниться. Но нет, Сальери пылал праведным гневом, да и Марк согласился ему помочь. В итоге пострадали оба, Марк чуть не погиб, а гасить конфликт пришлось Вике с серьезной помощью от Евы.
Этим девочка заслужила доверие, но простого «спасибо» ей не хватило. Она удивила всех неожиданной просьбой: свой семнадцатый день рождения Ева хотела отметить в Генуе, неподалеку от знаменитой статуи «Христос из Бездны». Почему, как она узнала про это место – девочка говорить не собиралась. Марк решил пойти ей навстречу: раньше она никогда ни о чем не просила, а порадовать племянницу ему очень уж хотелось.
Вика была настроена менее оптимистично. Она чувствовала: Ева что-то задумала. Но что – кто же ее поймет?! Пришлось ехать в Геную и ждать.
Выяснилось, что мишенью Евы стал Лука Аворио – бизнесмен, который много лет назад сломал жизнь ее матери, заставив ее, талантливого химика, работать в нелегальной лаборатории, занимающейся производством наркотиков и запрещенных препаратов. По крайней мере, это Ева знала наверняка и уже за это готова была мстить. Но в ходе ее импровизированной «вендетты» всплыли новые детали истории из прошлого, о которых никто не подозревал.
Об отце Евы Елена никогда не говорила. По умолчанию предполагалось, что это был случайный партнер – может, охранник или и вовсе первый встречный из бара. Под конец жизни подобные «приключения» стали для нее нормой. Однако оказалось, что такое поведение было следствием, а не причиной.
Елена начала работать на Аворио рано, только окончив университет. Она сразу отправилась на закрытую базу в Таиланде, где познакомилась с талантливым хирургом из Америки Эриком Тайлером. Эрик тоже прельстился высоким доходом и решил, что нет ничего плохого в работе на «не совсем легальную организацию».
Однако обоих ждало пугающее открытие: эксперименты, проводившиеся на базе, были гораздо более жестокими, чем они могли предположить. Да и руководство никого просто так отпускать не собиралось, особенно хирурга. На фоне творящегося хаоса Елена и Эрик сблизились, вскоре девушка обнаружила, что беременна.
Этот ребенок стал для Аворио идеальным объектом шантажа. С помощью младенца он заставил родителей трудиться вдвойне усердней, несмотря на то, что работа с химикатами вредила беременной Елене. А потом Лука и вовсе разлучил их. Елене он велел ехать в Германию, иначе он просто убьет новорожденную девочку, а с Эриком больше никаких контактов не поддерживать. Тайлеру же было объявлено, что у него родился сын, который сразу же умер. Елена якобы винит в этом его и не желает иметь с ним ничего общего.
По натуре Елена была слабее. Ради дочери она поддалась, уехала в Европу, но забыть Эрика так и не смогла. Карьеру она строила стремительно, а вот в личной жизни ей не везло. Она скучала по единственному человеку, которого по-настоящему любила. А тут еще и у дочери стали проявляться явные умственные отклонения, о духовной близости и мечтать не приходилось. Постепенно у Елены начались проблемы с алкоголем, она подсела на наркотики. Через четырнадцать лет после того, как она покинула базу в Таиланде, ее убил обкуренный сожитель, который чуть позже имел несчастье столкнуться с Евой. Это была последняя встреча в его жизни.
Тайлер же сдаваться не собирался. Он притворился сломленным, но жил одной надеждой – разрушить организацию Аворио изнутри и вернуть себе Елену. Получалось у него неплохо, он связался с официальными властями и передавал им информацию о новых базах. Благодаря ему были спасены сотни жизней, но этого было недостаточно, чтобы уйти – проект держался крепко.
О том, что Елена умерла, он не знал до того момента, пока не столкнулся с Евой в Генуе. Внешнее сходство было очевидным, и он не понимал, как это объяснить. В итоге Эрик сорвался, позабыл об осторожности и чуть не погиб. Его спасло то, что как раз в этот момент Ева пришла за Аворио.
Воспринимать его как отца девочка не собиралась. Во-первых, потому, что в отце не нуждалась. Во-вторых, вряд ли ей было так легко игнорировать тот факт, что он все-таки не сумел спасти ее мать. Поэтому из Генуи Ева улетела, пока Эрик оставался в больнице.
Вике было искренне жаль мужчину, она чувствовала, что дочь важна для него, и бывшая жена была важна. Поэтому перед отлетом она оставила Тайлеру свой телефон, хотя слабо представляла, что может помирить его с агрессивной, как бультерьер, доченькой.
Ну а дальше жизнь снова понеслась, не оставляя времени на философские размышления. Вика наконец развелась с мужем, хотя, несмотря на негодование Марка, оставила его фамилию. Сальери принял это с показным смирением, но заявил, что позицию друга будет отстаивать до конца. Вика не возражала.
Марк же окончательно устал от «кочевой» жизни. Он объявил Вике, что переезжает в Россию, причем с Евой.
И вот тут Вика выяснила, что подобные перемены – это не сказка наяву. Ей было страшно из-за того, что он, быть может, принимает неправильное решение. Девушке совсем не хотелось, чтобы он по ее вине становился несчастным! В Германии у него налаженный быт, престижная работа, стабильный доход… А тут что?
Даже сам Марк пока не мог сказать, чем он теперь будет заниматься! Однако мужчину это не смущало:
– Я придумаю что-нибудь. Раньше придумывал, сейчас тоже исключения не будет! Какой прок мне от этой стабильности, если она меня все равно в депрессию вгоняет? Я хочу быть с тобой постоянно. Это для меня важнее всего! Да и не хочу я больше мотаться. Да, в деловых переговорах есть свой азарт. Но мне это наскучило уже. Я хочу видеть, как развивается мое собственное дело, хочу, чтобы оно получило материальное воплощение! Ты уж прости, но советы конкретно в этом моем решении мне не нужны, а твои сомнения меня, если честно, обижают. Зато от поддержки я бы не отказался!
– Поняла…
Переезд не был ни спонтанным, ни мгновенным. Пока что Марк и Ева продолжали жить в Германии – ему необходимо было уладить многие дела. Вике же полагалось найти квартиру, в которой будут жить все трое.
Собственную жилплощадь к этому моменту она продала. Было немного жаль, все-таки подарок родителей, да и привыкла она к этому месту! Впрочем, оставаться в квартире, где не так давно весь пол был залит кровью, ей не хотелось, несмотря ни на какие сантименты.
Девушка надеялась, что полученную от продажи квартиры сумму Марк позволит ей вложить в их общий дом, но мужчина был непреклонен.
– Я все сделаю сам. Тебя я прошу помочь с выбором. У женщин это получается лучше! Ты выбираешь, а я, условно говоря, буду строить этот дом.
– Что дальше? Условно тебе сына родить?
– Давай не будем торопить события…
Вика могла бурчать сколько угодно, в глубине души мысль о том, что он скоро будет здесь и ему больше не придется уезжать, грела ее. Пока же она жила в съемной однокомнатной квартире и работала на прежней работе. Там ей позволили остаться невзирая на развод – в порядке исключения. Просто директриса уже знала об их отношениях с Марком, поэтому сомневалась, что Вика вдруг решит приставать к клиентам.
Он обещал переехать к Новому году. Тогда все будет хорошо. Пока же Вика мирилась с зябким ноябрем в одиночестве и с легкой опаской ждала перемен, которые вот-вот должны были наступить.
* * *Ваза с цветами перелетела через комнату и врезалась в стену. Хрусталь с треском разбился, оседая на полу искрящимися осколками. Крупные желтые хризантемы будто взорвались салютом лепестков, закружившихся в воздухе. Вода оставила на стене мокрое пятно.
– И больше не таскай сюда всякую хрень! – кричала Соня. – Какого черта ты меня преследуешь? Сталкер, мать твою, нашелся! Оставь меня в покое!
Она серьезно злилась. Обычно бледная кожа раскраснелась, и огненные волосы только подчеркивали это. Зеленые глаза пылали всеми огнями преисподней. Казалось, еще чуть-чуть, и в воздухе вокруг нее появятся искры!
Такое перевоплощение… Кто мог ожидать? Кто мог догадаться? Ведь еще совсем недавно эти же цветы она принимала совсем не так! Улыбалась, кокетливо морщила покрытый веснушками носик и ласково смотрела на него из-под падающих на лицо рыжих прядей. Куда все это делось?
Фурия, стоящая перед ним, была совсем не той Соней, которую он знал. Да и знал ли вообще? Игорь начинал в этом сомневаться.