Улыбнитесь, в вас стреляют!

Глава 5

День денег – веселое такое словосочетание. Мелодичное. Особенно если в кошельке у тебя остаются две скромно сжавшиеся бумажки, а в холодильнике мышь по имени Феодосий сдает помещения под ресторан. Агния обнаружила, что, чем больше она зарабатывает, тем больше ей не хватает денег. Раньше гораздо меньших сумм на месяц ей было вполне достаточно, а тут – еле-еле уложилась! А все почему? Потому что не нужно усилием воли оттаскивать себя от магазинов, можно смело зайти, примерить и – вау! – даже купить. А потом целую неделю надеяться только на то, что выплату гонорара не задержат.

Конечно, Даниил предлагал давать ей деньги «на мелкие траты», но был послан далеко и совсем не по-дамски. Она уже давно в состоянии зарабатывать самостоятельно! Причем именно зарабатывать, а не брать деньги у мужчины, потому что ему, видите ли, столько не надо.

Деньги – это не счастье само по себе, но это одна из составляющих на пути к нему. Сложно думать о прекрасном, когда урчание в животе заглушает концерт Вагнера! Но чтобы деньги стали настоящей свободой, нужно получать их самостоятельно, а не выпрашивать у кого-то.

– Бабулечки! – этим радостным визгом Агния сопроводила передачу ей довольно пухлого конверта. – Денежки мои!

Некоторые клиенты предпочитали переводить деньги на банковский счет. Агния не протестовала, двадцать первый век, все-таки! Но получать такие вот конвертики ей было почему-то приятнее.

– Слушай, тебе зарплату выдавать реально здорово! – улыбнулась Люда, секретарь рекламного агентства, на которое работала Агния.

– Правда?

– Конечно! Ты всегда так искренне радуешься! А остальные в конверт заглянут, поморщатся и начинают жаловаться, как жить стало тяжело!

– Ну и зануды, не собираюсь я с них пример брать!

Агния тоже далеко не всегда была довольна тем, сколько ей платили, особенно если учитывать, что цены в Москве поднимались независимо от размеров ее гонораров. Но обычно это недовольство имело место во время назначения суммы вознаграждения и проходило непосредственно ко дню выдачи денег.

– Приятно с тобой общаться, – вновь восхитилась Люда. – Даже настроение поднимается!

– Мне тоже приятно!

На настроение она не жаловалась, как-то оно все же закрепилось на высоком уровне. С работой все отлично, непонятная тоска по Даниилу с каждым днем слабеет. И неважно, что этот гад не звонит больше, она тоже не сорвется! Ей и одной тут неплохо!

На этом общем безоблачном фоне выделялось лишь мрачное воспоминание о смерти Тани. Уже десять дней прошло, а Агния никак не могла в себя прийти. На похороны она так и не попала, причем по очень обидной причине – не пустили. Лера все-таки позвонила родственникам Тани и нарвалась на неприятный разговор. Судя по всему, ее и Агнию родня погибшей решила обвинить в хранении на территории студии легковоспламеняющихся веществ. Даже в суд уже подали! Это был такой бред, что Агния не стала обращаться к Даниилу за помощью. Какие вещества?! Они фотографы, а не химики! Смерть Тани – случайность, понятно ведь и так! Кому нужно было ее убивать? Да никому! А обвинять в этом людей, которых ее смерть искренне опечалила, по меньшей мере глупо.

Агния всеми силами старалась отвлечься. В частности, она брала больше заданий, потому что приходилось копить на новое оборудование – она тоже много добра потеряла из-за пожара.

– Это хорошо, когда люди всем довольны, – заметила секретарь. – Кстати, о жизнерадостности! Есть одно дело, давно хотела тебя спросить… Ты ведь Жин-Жин знаешь?

– Не очень хорошо, но знаю.

«Не очень хорошо» тут было ключевым моментом. С Жин-Жин, популярной и высокооплачиваемой моделью, а теперь еще и актрисой, Агния нару раз пересекалась на тусовках и съемочных площадках. Они мило общались, могли бы даже подружиться, если бы время у обеих нашлось.

– С ней в последние дни что-то странное творится.

– Что именно? – насторожилась Агния.

– Многие клиенты хотят с ней работать, она ведь очень популярна! В том числе, и у нас ее «заказывают». А она работать не хочет! Раньше никаких проблем с ней не было, а теперь – ерунда какая-то! От любых съемок отказывается, да еще и причину не называет!

– Действительно, ерунда. Может, она просто с кем-то из наших поссорилась и теперь не хочет сотрудничать с агентством?

Под «кем-то» Агния имела в виду в первую очередь Инну Зубкову, руководительницу агентства, женщину скандальную, властную и не очень умную. Из-за капризов мадам Зубковой многие модели и фотографы и слышать про агентство не желали.

– Я тоже так подумала, потом решила проверить.

– Как?

– Позвонила своей знакомой, она на другую компанию работает, – пояснила Люда. – Так вот, с ними Жин-Жин тоже не сотрудничает. Она вообще ни с кем не желает иметь дел! Забаррикадировалась в своей квартире, и все. Может, с ума сошла?

Агния мнение секретаря не разделяла, но ситуацию тоже нашла странной. Жин-Жин обожает свою работу, с чего бы ей в отшельницы уходить? Да еще сейчас, когда заказы сами сыплются на нее! Что-то случилось. Человек, рискнувший чуть ли не всем, приехав из Саратова в Москву, трусостью вряд ли отличается. Причина, заставляющая Жин-Жин вести себя так, не может быть несерьезной.

– Пожалуй, я заеду к ней сегодня, – решила Агния. – У тебя адрес есть?

– Вот здорово! – Люда склонилась над компьютером. – Адрес сейчас найду. Я ей звонить пыталась, но она со вчерашнего дня трубку не снимает.

Секретарь быстро написала на небольшом листке пару строк, передала его Агнии.

– Спасибо.

– Да не за что. Было бы очень хорошо, если бы ты уговорила ее работать с нашим агентством! А то заказов для нее накопилось – куча!

А заказы на модель почти всегда означают заказы и на фотографа. Да уж, уговорить Жин-Жин будет нелишне! Но не это являлось главной целью для Агнии. Она и правда беспокоилась, потому что чувствовала: что-то не так.

Казалось, что весь город, окутанный жарой, стоял в пробках. Машины гудели, водители лениво и малоэмоционально матерились. Движение было редкой роскошью, три сантиметра вперед – и все. Снова душный кисель, ловушка из раскаленного воздуха. В такие моменты Агния радовалась, что ее желтая «Хонда» прошла капитальный ремонт. Изначально, конечно, повода для радости не было: машинке, некогда протараненной одним психопатом, изрядно досталось. Но восстановлению она очень даже подлежала, заодно и половину деталей поменяли. Все это было сделано по заказу Вадима, Агния тогда лежала в больнице и заниматься машиной никак не могла. Позже она пыталась вернуть ему деньги, но нарвалась на мрачное замечание:

– У меня свои есть.

Так что теперь новенький кондиционер исправно поддерживал в салоне заданную температуру. Агния могла позволить себе наблюдать за вспотевшими красными водителями соседних машин с сочувствием. Они же смотрели на нее с нескрываемой завистью, и лишь дикая жара удерживала их от того, чтобы выйти и стукнуть по возмутительно блестящим бокам желтой «Хонды» монтировкой.

Фифа какая за рулем! Небось не сама на такую машину заработала!

Агния даже на такие заочные споры силы предпочитала не тратить. Некоторым людям невозможно доказать, что не только обладатели мужских половых органов могут зарабатывать деньги, а не получать их за ловкое владение языком. Причем совсем не иностранным.

До дома Жин-Жин она добралась часа за два – а дорога на метро отняла бы двадцать минут. В целом Агния ничего не имела против общественного транспорта, просто ей не хотелось оставлять свою машину возле агентства. Никогда не знаешь, что Зубковой в голову придет! Говорят, в жару некоторые сумасшедшие буйствуют…

Агния поднялась на третий этаж, позвонила в дверь. В доме было не менее жарко, чем на улице, и девушка надеялась, что: 1) модель откроет и 2) в квартире есть кондиционер.

Из-за двери не было слышно даже шевеления. Агния позвонила еще несколько раз, а минуты между тем продолжали проползать мимо. Девушка уже готова была отчаяться и уйти, когда из-за двери наконец донеслось:

– Кто там?

Голос определенно принадлежал Жин-Жин, просто звучал непривычно тихо.

– Агния.

– Какая еще Агния?

– Барто! Блин, Женька, у тебя много Агний знакомых?!

Женей модель назвали родители, люди скромные, интеллигентные и от гламура далекие. Но в модельном бизнесе на момент прихода туда юной провинциалки и так уже тусовалось несколько десятков Жень. Поэтому для всех она стала Жин-Жин, а свое настоящее имя сообщала лишь тем, с кем ей приятно было общаться. Так, по крайней мере, она сказала Агнии.

– Ты зачем пришла?

– Поговорить с тобой хочу. Женя, я беспокоюсь!

Дверь распахнулась, и две тоненькие, но сильные руки втащили Агнию в квартиру. После этого замок снова защелкнулся. Все произошло так быстро, что девушка не сразу сообразила, что именно случилось.

– Женька, какого черта?!

– Безопасность обеспечиваю, – коротко сообщила модель.

Выглядела она непривычно. Нет, вовсе даже неплохо, просто не так шикарно, как обычно. На тусовках Жин-Жин всегда появлялась в дорогих платьях и в туфлях на высоких каблуках. Сейчас на ней был бирюзовый спортивный костюм, сложную прическу сменил конский хвост. На модели даже не наблюдалось косметики, что не только не портило ее, но и делало моложе.

– Какую еще безопасность?! Жень, что происходит?

– Мне кажется, меня преследуют. Убить хотят или похитить.

Прозвучало это нелепо, и Агния даже собиралась рассмеяться. Мешали только глаза Жин-Жин – уставшие и очень печальные.

– На ха-ха тебя не пробило? – горько усмехнулась модель. – Уже хорошо. Если бы ты заржала, я бы тебя сразу в коридор выставила.

– Не надо меня никуда выставлять, я помочь хочу! Только для этого тебе придется объяснить мне, что происходит.

– Ладно, куда уж от тебя денешься. Пойдем, я хоть чай поставлю!

Они прошли в просторную кухню. Шторы там оказались плотно задернуты, хотя необходимости в этом не было, солнце в помещение и так не попадало.

– Ну и тебя тут и бункер! – отметила Агния, занимая место за столом.

Жин-Жин не отреагировала. Она включила электрический чайник, а пока кипела вода, стала расставлять на столе сахар, конфеты и печенье – все то, потребление чего считалось чуть ли не смертельным грехом в модельном бизнесе. Агния не могла не заметить, что руки у хозяйки квартиры подрагивают.

– Женя, мы с тобой не лучшие подруги, но я рискну сказать, что знаю тебя. Ты не похожа на истеричку или на кисейную барышню. Посему мне уже страшно предположить, что могло довести тебя до такого состояния, но я все равно настаиваю на ответе.

– Уверена?

Агния кивнула. Было очевидно, что она лезет не в свое дело и, возможно, рискует. Но просто развернуться и уйти, спрятаться в свой уютный мирок она уже не могла. Потому что у Женьки, как и у нее, родных в Москве не было, близких людей – тоже. Агния по собственному опыту знала, как плохо оставаться с бедой один на один.

Жин-Жин поставила перед гостьей смешную чашку с керамическими ручками в форме кулачков и лишь после этого села за стол сама.

– Все, что я тебе сейчас скажу – только мои домыслы, – тихо произнесла она. – Очень похоже на бред. Поэтому я не могу обратиться в милицию или попросить знакомых защитить меня, мне просто стыдно. Вот я и спасаюсь, как могу. Мне кажется, что за мной следят. Я никого не видела, мне не звонят с угрозами, но с каждым днем это ощущение, что за мной наблюдают, усиливается. Я уже спать нормально не могу, боюсь из дома выйти! А сколько работы я потеряла – не хочу и думать! Умом я осознаю, что это неправильное поведение, но… Понимаешь, интуиция всегда была очень важна для меня. Она меня вела все это время! А сейчас она подсказывает мне, что нужно прятаться.

– От чего?

– Не знаю, говорю же! Врагов у меня вроде бы и нет, я никому особенно не мешаю… Да, были конфликты с некоторыми коллегами по подиуму, так это у всех случается!

– Ну хоть какие-то объективные причины у твоего страха есть?

Жин-Жин задумалась и через минуту ответила:

– Да, пожалуй, есть. Одно из моих последних заданий… На первый взгляд оно кажется идеальным, но что-то пошло не так, я чувствую. Там снимались пять моделей, в том числе и я. Знаешь что? Из четырех оставшихся трое уже пропали!

Беспокойство оказалось штукой опасной, сродни гриппу. Агния чувствовала, что заражается им все больше.

– Как это – пропали?

– По-разному, но – все трое. Я не поддерживаю с ними контакт постоянно, просто… Мы должны были сниматься с Иваной на одной сессии, а она не пришла. Потом мне сказали, что ее машину нашли где-то на лесной трассе, разбитую, но самой Иваны там не было. Это даже по телевизору показали! Причем никто из ее друзей не знал, что она вообще делала на этой трассе. Она в совершенно другом месте должна была находиться! Мне это не понравилось, я решила позвонить Вике Серебренниковой, она с Иваной достаточно близко общалась. У меня был только домашний… Трубку сняла ее мама, она сильно плакала… Сказала, что Вика якобы решила бросить все и уехать в Америку. А «все» – это не только работа! Это еще и жених, небедный совсем, и ее любит. Причем, после своего якобы отъезда она ни разу ни с кем не связывалась. Тогда уже я начала проверять всех, целенаправленно, и обнаружила, что исчезла еще одна модель, Венера Милова. И случилось это аж десять дней назад!

Об исчезновении Миловой Агния что-то мельком слышала по радио. Вроде бы ее похитил бывший возлюбленный, но какой именно – определить не удалось. У Венеры имелось много бывших возлюбленных.

– Ну а пятая? – Агнии вовсе не хотелось знать все, но теперь не было смысла останавливаться.

– Пятой была Настя Луна. С ней вроде бы все в порядке, я ей вчера звонила. Она только посмеялась, сказала, что я переработала и мне надо отдохнуть. Я пыталась ее предупредить, но она и слышать ничего не хотела!

Что ж, Настя, теоретически, отреагировала правильно. Исчезновение трех моделей – дело подозрительное, но эти случаи никак не связаны между собой. У Иваны нашли только машину, может, ее-то за рулем и не было! Венера Милова давно уже нарывалась на неприятности, а Виктория Серебренникова вообще сама уехала.

Агнии хотелось верить в это. Но все же… она, как и Жин-Жин, чувствовала некий подвох.

– Ну и что ты намерена делать дальше? Прятаться тут всю жизнь?

– Не знаю, – беспомощно развела руками модель. – Я только знаю, что очень боюсь выходить из дома. Я бы хотела сейчас быть такой, как Настя. Я же курицей пугливой себя чувствую!

– Нет, Женька, предчувствия – вещь серьезная. Я это по своему опыту знаю! Может, ты в Саратов на время уедешь?

– Ну конечно! И подставлю под удар родителей! Если существует реальная опасность, я предпочитаю встретить ее здесь, а не тащить домой.

Справедливо, смело, где-то даже благородно, но – не выход.

Агния не собиралась критиковать Жин-Жин, она очень хотела ей помочь. Оставалось лишь найти способ:

– Давай подойдем к делу с другой стороны… Как ты вообще связана с этими моделями? Над каким вы заданием работали?

– Над каталогом одним. Это было недели две тому назад.

– Так… А кто съемку вел?

– Татьяна Тарасова. Знаешь такую?

Агния чуть не выронила забавную кружку с ручками-кулачками. Ну точно, не зря ей имена этих моделей показались знакомыми! Таня упоминала, что клиент обеспечил присутствие лучших, назвала тогда их всех. К тому же Таня, одалживая фотоаппарат, упомянула и Жин-Жин, но Агния об этом благополучно забыла. А теперь трое из них пропали, еще одна запугана. В совпадение верится все меньше и меньше.

– Я подумываю позвонить ей, – Жин-Жин попыталась выловить ложкой цветочек, проскользнувший из заварника в чашку. – Давно уже хочу, просто времени не находится. Я тут вообще в такую отшельницу превратилась!

Она ничего не знает? Конечно, не знает. Это ведь об исчезновении Венеры Миловой сообщают везде и всюду – звезда пропала! Таня такой знаменитостью не была, вот ее смерть и не заметили. А смерть эта, если задуматься, произошла одновременно с исчезновением Венеры!

– Агния, ты что? – испугалась Жин-Жин. – Побледнела вроде бы! Хорошо себя чувствуешь?

– Нормально. Только… ты не сможешь позвонить Тане.

– Почему?

– Она умерла десять дней назад.

Теперь уже настала очередь Жин-Жин бледнеть, и руки ее затряслись еще сильнее. Но, надо отдать ей должное, паниковать модель не собиралась. Только спросила едва слышно:

– Думаешь, это как-то связано?

– Может быть. Я бы очень хотела ответить «нет», но не получится. До этого момента я могла игнорировать все странности, связанные с Таниной смертью, потому что некому было ее убивать! А теперь я в этом не уверена. Блин, во что вы вляпались?!

– Не знаю я! – почти выкрикнула Жин-Жин. – Я думала об этом, но ничего понять не могу! Заказчик – солидная фирма. Ни у кого из нас не было таких врагов… Да и зачем чьим-то врагам похищать всех?

– И убивать.

– И убивать… Тупик, понимаешь! Это очень страшно… Знать бы, откуда придет опасность, может, мне и полегче бы стало!

С этим Агния была согласна. Неизвестность хуже всего, не знаешь, к чему готовиться, как защищаться. Следовательно, в первую очередь они должны расправиться с неизвестностью.

– Может, что-то случилось во время самой сессии?

– Да нет, – нахмурилась Жин-Жин. – Отлично все прошло!

– Никаких конфликтов с местными?

– Не было там местных, Агния! Глушь кругом, только мы да природа!

Это как раз можно было проверить. Только теперь Агния вспомнила, что эта злосчастная фотосессия проводилась ее фотоаппаратом. Таня одалживала и карту памяти, вернула и ее тоже, все жаловалась, что снимки удалить не успела! Так что пожар в студии уничтожил не все.

Узнав об этом, Жин-Жин заметно приободрилась:

– Ну наконец-то, хоть что-то конкретное! Если бы только понять… Я уже больше не могу от собственной тени шарахаться!

– И не будешь! Сейчас мы поедем ко мне, посмотрим фотографии. Если обнаружится что-то подозрительное, предупредим Настю и привлечем моих и твоих друзей.

– А если не обнаружим?

– Ты перестанешь психовать и вернешься к нормальной жизни!

– Очень на это надеюсь, – слабо улыбнулась Жин-Жин.

Глава 6

Настя Луна была очень рада, что рядом нет колюще-режущих предметов, потому что сейчас она пребывала почти в том состоянии, в каком люди за себя не отвечают. К капризам модельеров, людей творческих (по их же версии) она давно уже привыкла. Но сегодня день какой-то дурацкий выдался: и жара усилилась, и кондиционер в комнате сломался. Его заменили чахлым вентилятором, который изначально был в полуобморочном состоянии от столь важной роли.

И вот в таких условиях гламурный столичный модельер Крис Тимошенко подгонял наряды из новой коллекции. Если бы господин Тимошенко работал нормально и каждый день, все было бы проще. Но вместо этого сей творческий дятел откладывал все на последний момент, а потом сутки напрокат портил жизнь себе и моделям.

– Настюша, золотце, а ты не могла бы похудеть? – задумчиво поинтересовался Тимошенко.

Ткани на объемный бюст модели определенно не хватало.

– Нет, – отрезала Настя. – К завтрашнему дню – точно нет!

– Жаль.

Худеть еще не хватало! Она и так месяц назад в больнице лежала с подозрением на анорексию. К тому же за пышные формы ее в основном и ценили – хоть посмотреть есть на что! Причем Тимошенко об этом прекрасно знал, ему лишь бы гадость ляпнуть! Хотя наряды он создает все равно шикарные, этого у него не отнимешь.

– Ладно, подумаем, – модельер приподнял юбку и почесал волосатую коленку. Свою коленку, естественно, потому что Настя как раз стояла в брюках. У Криса Тимошенко вообще были революционные взгляды на моду. Именно поэтому в жаркую погоду он ходил в льняной юбке чуть ниже колена. А чего париться-то из-за каких-то скучных конформистов?

«Странно, что он ноги не бреет, – невольно подумала Настя. – Это сейчас у мужчин уже дурной тон!»

В итоге недостаток ткани он замаскировал обилием бус и отпустил измученную, уставшую модель домой. Если в процессе работы Настя еще подумывала принять приглашение подруг и отправиться в клуб, то теперь эта мысль с писком удрала в неведомом направлении. Какой клуб! Добраться бы домой, залезть в холодильник и не вылезать оттуда до осени! Хотя нет, выйти из дому все же придется. Если она завтра не появится на показе, Тимошенко найдет ее и затыкает до смерти булавочкой со стразиками. Потому что, как бы он ни бурчал, громкие имена моделей – это тоже реклама для него. А «громче» имени Насти Луны в распоряжении Криса Тимошенко никого не было. Ивана куда-то пропала, а Жин-Жин и вовсе «кинула» его.

Машину Настя водить не умела, как-то не получалось у нее. Сдавать на права пыталась, это да, но более двадцати попыток ни к чему не привели. Тогда один из обожателей подарил ей на день рождения и права, и машину. Настя радовалась подарку ровно два дня – пока не села в первый раз за руль и не устроила аварию с участием еще аж семи машин. Насте очень не понравилось попадать в аварии, и она решила, что машину водить не будет. Общественный транспорт ее тоже на подвиги не вдохновлял, поэтому, если ей нужно было куда-то доехать, она или просила друзей подвезти ее, или брала такси. Здесь у нее друзей не было. Крис Тимошенко? Он-то, конечно, не откажет, но по дороге ей всю печень выклюет. Да и вообще, пришлось бы еще подождать, пока он закончит, с тряпочками своими наиграется!

Поэтому Настя предпочла такси. Даже по телефону вызвать хотела, но тут на горизонте появилась расписанная шашечками машина, очень даже представительского класса. В такой и кондиционер должен иметься, а это сейчас – самое главное!

Настя подошла к краю дороги и подняла руку, в глубине души надеясь, что машина не занята и не едет на вызов. Есть, останавливается! Повезло. Настя вообще считала себя везучей. За рулем сидел добродушного вида дядька лет сорока. Именно с такими водителями модель и предпочитала ездить: у этого, скорее всего, семья есть, может, и дочка, ее возраста. Такие обычно не пристают, чего не скажешь о таксистах помоложе.

– Куда поедем? – осведомился водитель. Настя назвала адрес. – Так это ж далеко, почти за городом!

– Я заплачу больше, если надо…

– Не надо, по счетчику поедем! Я так просто, удивился.

Удивляется он! Может, ему еще подробности сообщить? Что живет она не в своем доме? Обязательно! Хорошо хоть, машина оказалась именно такой, как хотела Настя: чистой, кондиционированной и почти бесшумной. Да и дядька быстро реабилитировался в ее глазах – тем, что не стал дальше болтать. Хочет девушка ехать в тишине – ну и пускай себе едет!

Мысли Насти невольно все время возвращались к Жин-Жин. Как-то странно она ведет себя в последнее время – от такого задания отказалась! Крис Тимошенко, конечно, не подарок, но демонстрировать его коллекции сейчас очень престижно, он модным человеком стал. Да и платит честно, что тоже немаловажно! Но даже не это было самым странным. Настя прекрасно помнила их недавний разговор. Жин-Жин несла какую-то околесицу касательно опасности, похищений, а толком ничего объяснить не могла. Настя и слушать ее не стала, посоветовала отдохнуть. Стресс – страшная штука! Смеяться над Жин-Жин и не воспринимать ее всерьез было легко. В такие моменты Настя чувствовала себя особенно самостоятельной и взрослой. Вон, даже Жин-Жин, которую все считают абсолютно невозмутимой, боится, а она – спокойна! Вот только где-то в глубине души неприятным осадком зависло сомнение. А что, если Жин-Жин права?

Да ну, не может быть! Кто будет похищать известных моделей, у которых есть куча влиятельных друзей? И, если уж на то пошло, некоторых вовсе не похитили – Вика сама куда-то усвистала. С другой стороны… Настя, вероятнее всего, была единственным человеком, знавшим, что съемка в лесу прошла далеко не так гладко и в полном соответствии с планом, как считали остальные. Ей понравилось задание, даже при том, что рядом постоянно тусовалась эта истеричка Венера. Плевать ей было на Венеру, места-то какие красивые! А воздух! Приятный контраст по сравнению с Москвой.

Настя всегда любила природу, хотя всю жизнь провела в большом городе. Нравилось ей, и все тут! Поэтому по вечерам, когда все остальные разбредались по палаткам, она уходила гулять. Отсутствие компании ее нисколько не смущало: в окружении природы одиночество оказалось очень успокаивающим. Один из менеджеров как-то предупредил, чтобы она далеко не отходила, но на этом забота об ее безопасности закончилась. Да и вообще, кого можно встретить в такой глуши?