Сокровище Хайшары. Обретение

© О. Олие, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1

Ларгария. Особняк герцога Лорта

Прилетевший вестник не порадовал сидящего за столом в кабинете мужчину. Он был в ярости. Перед ним лежал шар, в котором клубилась сила. Это единственное, что успел прихватить из лаборатории в последний раз, когда находился там. Да, Тайрэт намеревался еще раз воспользоваться услугами давно не существующего братства безумного мага. Ему нужна эта девчонка. И именно до того, как войдет в полную силу. Потом герцог уже ничего не сможет сделать. Она и так стала намного сильнее. Еще и эта дружба с видящей, будь она неладна.

Бывший друг Зуат, на которого Тайрэт возлагал столько надежд, наверняка уже успел поведать обо всех тайнах. И как теперь быть? Личина не вариант. Эта девка иномирская всех видела насквозь. Вон, даже в Академии его раскусила. Может, сперва от нее избавиться? В прошлый раз они с ведьмой проникли во дворец с трудом. Сейчас это и вовсе будет невозможно. Если юные маги и выбирались в город, то только все вместе и с охраной.

Мужчина покосился на перстень. На губах змеилась неприятная усмешка. Сколько секретов таилось в этой безделушке, благодаря которой теперь у Тайрэта имелась вторая ипостась. Птица. Пусть не боевая, но выгоду принести наверняка сможет, главное, с умом распорядиться таким шансом.

А еще у герцога возникла весьма занимательная идея. Раз не выгорело с одним, вполне может получиться с другим. Когда-то он предоставлял информацию драконам, значит, пришла пора действовать через них, благо теперь лорду было что им предложить, но условия следовало поставить немного другие. И в этот раз наверняка получится преодолеть первую ступень на пути к цели. Накладок быть не должно, ведь все давно подготовлено, необходимо правильно распорядиться полученными данными. А потом до маленькой принцессы можно будет добраться без проблем.

Стремительно поднявшись, подошел к двери, прихватив с собой шар с силой. Тайрэт не знал, что внутри, но сомнения отпали, когда он принял окончательное решение. Что бы там ни было, это точно сделает его сильнее, а затем появится шанс получить желаемое. Осталась сущая мелочь – провести ритуал передачи магии из шара себе. Этим лорд и намеревался заняться прямо сейчас. А потом снова в Хайшару, к цели. На этот раз осечек герцог допускать не намеревался. И эта девка будет его. А если понадобится, еще и сделает женой, только бы успеть до обретения ею второй ипостаси, тогда сила принцессы может перейти к нему. И эта девка ему больше не понадобится. Тайрэт сам станет читать чужие мысли, переворачивать мозги и идти к своей цели. Этот мир еще будет у его ног.

Еллина

Новость Рича о нашем родстве ошеломила всех. И пусть я не могла испытывать эмоций, но ощутила внутри нечто сродни теплого пушистого комочка, который довольно урчал от блаженства. А та самая нить, за которую я дергала по наводке темного, в данный момент стала намного толще. Да, я проверила. Стоило ее обозначить и вытащить на поверхность, как она тут же стала укрепляться.

Практика закончилась. Мы возвращались домой. Для меня пока было непривычно все, ведь своим домом я считала совсем другое место. Зато осознала выгоду данного состояния. Надо было посмотреть, как трясло Альёну от волнения перед предстоящей встречей с правящей четой Хайшары, и становилось понятно: будь у меня эмоции, я бы сейчас тряслась вместе с ней, наверное, еще пуще, так как не представляла реакцию родителей. Мы ведь столько лет не виделись, я никого из них не помнила. Какие они? Думали ли обо мне? Хотя, судя по отношению Рича, наверняка. Ведь именно из-за меня он и поступил в Академию.

Стоило нам появиться в тронном зале, как меня будто под дых ударили. Родители. Они беспокоились, и очень сильно. Теперь я это отчетливо видела. У отца на лице выступили красные пятна, он и не пытался ничего скрывать. У мамы глаза блестели, будто она едва сдерживала слезы. И сейчас родные смотрели на нас всех и на меня в частности с затаенной радостью и нежностью. Знание пришло само, и у меня легко вырвалось обращение:

– Мама? Папа? Я дома!

Правильнее было бы сказать обо всех нас, но об этом, уверена, позаботится Рич, меня же родные не видели долгих десять лет. Вон с каким трудом мама паталась не заплакать. Ага, королевы не плачут, знаю, читала. Но сейчас не было подданных, перед которыми надо держать лицо. Я выпустила руку Саньи и смело шагнула к родителям.

Нам понадобился час для объятий, поцелуев и знакомства по всем правилам. С нас с Ричем сняли личины. Брат оказался самым настоящим красавчиком, умело маскирующим свою привлекательность. Вон как у нашей иномирянки глазки засияли, а рот слегка приоткрылся.

– Теперь понятно, зачем личина, мне пришлось бы с боем отгонять от тебя поклонниц типа нашей Силь, – выдохнула девушка и тут же зажала рот рукой, а королева расхохоталась, искренне и тепло. Сразу видно, нечасто ей такое удовольствие перепадало. Более того, про искренность во дворце многие даже слыхом не слыхивали, не говоря уже о том, чтобы ее демонстрировать.

– Ты лучше глянь на нашу Ёлочку, от ее красоты даже дух захватывает. Бедный Санир, мне его даже жаль. Увидит нашу Куколку, мозги окончательно уплывут, – хихикнул Санья. – Они же с Ричем совершенно одинаковые. Как одно отражение, только разного пола.

– Да уж, хорошо, что наша ледышка носила личину, иначе, боюсь, за нее тоже начались бы бои без правил, – кивнула пареньку Альёна, а Рич развернул нашего помощника к родителям и представил:

– Это наш Санья, самый лучший помощник. Он и помог Ёлочке в первые дни обучения. С его помощью она не попадала в дурные ситуации. Санья из того же мира, что и моя невеста, – поведал брат. Больше всех был впечатлен Грезгор, узнав, что паренек был из того же теста, что и он сам. Они даже одним делом занимались: ловили преступников.

Юный помощник покорил всех с первого взгляда. За помощь королева готова была наградить парня сразу и титулом, и деньгами, но ее со смехом остановил Рич:

– Мам, все это можно сделать позже. Ты же знаешь, как только Санья все это получит, то не сможет находиться рядом, ему придется принимать опекунство. Тогда уже ни о какой Академии не пойдет речи до необходимого возраста. Да и делами детского дома никто не позволит заниматься в силу юности. Так что, не надо пока ограничивать свободу парня.

Сам Санья усиленно закивал. Сперва он, конечно, обрадовался, едва танцевать не начал, пока не услышал обо всех ограничениях, связанных с титулом и аристократичными законами. Даже головой мотнул. Сидеть под опекой непонятно кого точно не желал, потому и приблизился ко мне, снова взял за руку и смело выдал королеве:

– Ваше величество, я премного благодарен за участие, но все же мне бы хотелось остаться с Еллиной, во всяком случае до тех пор, пока она во мне нуждается.

– А для этого мне придется многому научиться, но произойдет это еще не скоро, – привычно раздвинула губы в улыбке. – Санья самый чудесный помощник. А еще хороший делец, помогает копить деньги, перед этим стрясая их с тех, кто приходит с просьбами.

– Хорошо, раз вы сами так желаете, – вздохнула мама. Потом предупредила: – О вашем возвращении уже многим известно, завтра вечером будет устроен бал. Заодно убьем сразу двух грыхров: покажем вернувшуюся дочь и познакомим народ с избранницей сына. Надеюсь, это остудит некоторых, а ты, Рич, теперь без опаски станешь ложиться в собственную постель.

– А раньше с опаской это делал? – уточнила я, так как не поняла смысла сказанного.

– Ёлочка, думаю, не ошибусь, если предположу, что туда забирались самые ретивые поклонницы, которые рассчитывали в темноте скрыть свой страх, но добиться желаемого, – елейным голосом пропела Альёна, строго глянув на Рича. Тот даже руками замахал:

– Не надо на меня так смотреть, я никого не звал. Они сами приходили.

– Верю, – засмеялась иномирянка, взяв парня за руку.

Королева смотрела на них с предвкушением, что заметила я одна, остальным было не до этого. Темный с иномирянкой не могли оторваться друг от друга, Санья исследовал антураж тронного зала, а я не отрывала взгляда от родителей.

– Эх, жаль, тут нет Санира, вот кто бы отгонял от нашей Ёлочки поклонников. Уверен, их тут будет, как грязи, – невозмутимо поведал помощник.

– А ты его не пригласишь на бал? – уточнила Альёна, немного опередив меня.

– Я бы с радостью, но понятия не имею, где он находится, – развел руки в стороны братец.

– Как это? Ты же сам пригласил Санира в гости, я думала, вы обменялись координатами, – прозвучал уже мой вопрос.

– Не совсем так, мы договорились, что через месяц он приедет в гости, но разговор вели про столицу в целом. По прибытии Санир должен отправить мне именного вестника, завязанного на ауру, мне останется только его встретить и проводить во дворец. Других вариантов мы не рассматривали, – отозвался Рич.

– Тайны Мадридского двора, блин, – покачал головой Санья, Альёна с ним согласилась.

– А Санир – это тот самый друг Еллины? – догадалась мама, все разом кивнули. – И он не знает, кто вы? – обратилась уже к нам с братом.

– Я и сама до недавнего времени об этом не знала, а Рич тот еще конспиратор, – глянула на темного.

– Конспирация – вынужденная мера, – начал было отец, но продолжать не стал, я кивнула:

– Знаю, мне об этом уже говорили. Но хотелось бы уточнить, посещать подопечных Саньи мы будем под личиной или в своем виде?

Возникла заминка. Оказалось, об этом никто не подумал, не посчитав значимым. Зато сейчас мои слова всех озадачили.

– Решим этот вопрос позже, – наконец, приняла решение Ее величество. – Нам стоит продумать причину посещения приюта наследниками, ведь ранее вы там в своем истинном виде замечены не были. А значит, ваш интерес к тому месту может вызвать подозрения. А мы же не хотим, чтобы кто-то раньше времени открыл тайну двух студентов?

С этим все согласились. Никто не хотел, чтобы нас раскрыли, ведь учиться предстояло еще целых четыре года. О том, чтобы бросить учебу, не могло быть и речи.

– Ваше величество, обед подан, – провозгласил слуга, появившись в дверях. Все встрепенулись.

Никто не заметил, как быстро пролетело время. В разговорах и знакомстве мы провели три часа, которые пролетели как несколько минут. Зато теперь я лично ощутила голод и с удовольствием отправилась есть. Встречные слуги кланялись, но меня при этом рассматривали с интересом, удивлением и толикой страха. Рич их пугал своей тьмой, а я холодностью. Наверняка многих настораживал мой, как говорила Альёна, пустой взгляд, проникающий до печенки. Но тут я ничего поделать не могла. Смотреть по-другому не умела и не училась, так как сама ничего пугающего не замечала.

Удивительно, но Грезгор, несмотря на свою тьму, вызывал у окружающих уважение и желание преклоняться. Но ведь Рич такой же. Тогда почему от моего брата все приходили в ужас?

«Потому что мой брат научился прятать тьму так, чтобы она не вызывала опасений, Ричу до этого еще далеко», – объяснила мама. Я благодарно кивнула за ответ и продолжила наблюдение.

Мысли у всех разбегались. Кто-то радовался моему возвращению, несмотря на ужас, некоторые искали способы получить работу подальше от крыла, куда нас поселили. Нашлись и те, кто волновался, как бы чего не случилось, считая, что теперь начнется охота. На кого собрались охотиться, я не поняла из-за полного сумбура в голове размышляющего.

Столовая, куда мы вошли, оказалась не очень большой, видимо, была рассчитана как раз на семейные посиделки. Стол по моим прикидкам мог вместить около десятка человек, не больше. Королева и король разместились на разных его концах, мы устроились по бокам. Слуги бесшумными тенями сновали по залу, размещая блюда. Непривычно.

Я потянулась к мясу, но мне тут же его положили на тарелку. Служанка рядом тряслась от беспокойства. На Санью поглядывала вопросительно, с недоумением. Надо отдать парню должное, этикет он знал прекрасно, как и Альёна, вон как умело ребята обращались со столовыми приборами. Недаром почти год штудировали книги и терпеливо сносили придирки Рича и Санира.

Есть в такой атмосфере было весьма сложно. Страх прислужников липкой пленкой оседал на коже. Я глянула на Рича и не удержалась от мысленного вопроса:

«Так всегда происходит? А можно нам как-то остаться одним и поесть нормально?»

«Можно», – вместо брата ответила мама. Так я скоро привыкну общаться без слов.

– Оставьте нас, – произнесла королева повелительно. Слуги мгновенно поклонились и так же тихо исчезли. Я вздохнула свободнее.

– Они всегда такие пугливые? – спросила у мамы.

– К сожалению. Вытравить эту эмоцию так и не получилось, – поведали мне.

– В таком случае, можно ли в моменты приема пищи обходиться без них? Аппетит пропадает, – Рич меня опередил с вопросом. – Я-то привык, а вот Еллине пока сложно. Она ведь не только ловит их страх, но и слышит мысли. Так и о еде забыть немудрено.

– Ты прав, я решу эту проблему, – подмигнула нам королева.

А после обеда нам показали комнаты. Во дворце имелось королевское крыло, куда посторонним заходить воспрещалось. Даже слуги там сновали те, кто прошел множество проверок у Грезгора, а его, как я поняла, обмануть невозможно. В отличие от общего количества работающих во дворце, здесь обслуживающего персонала было значительно меньше, но они каким-то образом прятали свой страх. Даже дышать легче стало.

В коридоре Рич первым поднял вопрос, который беспокоил и меня. Сама я не торопилась озвучивать, а вот брату не терпелось кое-что узнать:

– Мама, когда будет проведен ритуал? Мне, если честно, не терпится увидеть сестру живой, а не ледяной статуей.

– Подготовку мы уже начали. Ты ведь понимаешь, такие вещи в спешке не делаются. Хранителю уже влили часть родовой силы, но алтарь пока спит. Когда он проснется, мы об этом узнаем. А сейчас отдыхайте, – мягко улыбнулась Ее величество. – Могу сказать лишь приблизительные ориентиры: от трех недель до месяца.

Наши комнаты располагались сразу за поворотом и будто находились в скрытой части дворца. В нашем крыле насчитала шесть дверей, но нам понадобилось всего четыре. Монаршая чета удалилась. Я глянула им вслед и заметила легкую дымку, возникшую после ухода родителей.

– Рич, это что? – не стала отказывать себе в любопытстве.

– Защита. Она расположена в нескольких местах королевского крыла. После твоего похищения меры безопасности были усилены. Родные боятся повторно потерять тебя, – поведал братец.

– А мне интересно, как во дворце можно создать такую планировку? Тут же не коридоры, а самые настоящие змеи, выучить такой лабиринт будет проблематично, – вздохнула Альёна.

– А мне кажется, ничего сложного. Пока шли, я считал повороты. Два раза направо, один – налево, еще один снова направо и два налево. Обратно в таком же порядке, но с поправкой на лево-право, – довольно изрек Санья. Почему-то именно в его способностях я не сомневалась.

– Получается, я одна страдаю топографическим кретинизмом? – патетично воскликнула иномирянка.

– Не знаю, что это такое, но звучит жутко, – отозвалась в ответ я. – Позже мы все рассмотрим, а сейчас и правда не мешало бы отдохнуть.

Меня опять бросало то в жар, то в холод, магия внутри заворочалась, запросилась наружу. И амулет, и перстень слегка нагрелись, будто пытались о чем-то предупредить. И первым мое состояние заметил помощник. Он взял меня за руку и вскрикнул:

– Ёлочка, что с тобой? Ты же горишь вся, к тебе прикоснуться невозможно.

– Это то же самое, что было тогда в общежитии, когда ты сознание потеряла? – уточнила землянка. Мне оставалось кивнуть, потому что горло перехватило спазмом.

– Надо срочно позвать лекаря, – спохватился брат. Я с трудом мотнула головой и засипела:

– Не надо, сейчас пройдет, это не в первый раз.

Я всего на пару минут прикрыла глаза, облокотившись о стену. Это состояние действительно долго не продержалось. Слабость и жар схлынули так же внезапно, как и появились, не оставив следа. Но ребята с беспокойством смотрели и ждали моего вердикта.

– Все хорошо, мне намного легче. И нет, я не знаю, что со мной происходит, потому и ответить не получится. Что можно нового сообщить лекарю, если я сама едва ли не каждый день сканирую свой организм в поисках причины такого недомогания? – с каждой фразой голос креп.

– И правда, нашли кому лекаря вызывать, – хмыкнул Санья. – Но разобраться все равно стоит. Не дело это: переживать такие приступы.

– Да я бы и сама не прочь понять, с чем связана моя временная дезориентация, только в организме все прекрасно, никаких отклонений, – пояснила друзьям. – Все, разбираем комнаты.

Санья снова оказался между нами с Ричем, Альёна выбрала дальнюю, угловую, обзор из которой открывался, по словам подруги, изумительный. Мне же до красот не было дела.

В покоях, куда я вошла, оказалась служанка. Миниатюрная блондинка с блеклыми глазами, широким, слегка приплюснутым носом и тонкими губами. На вид лет семнадцати, вряд ли больше. Судя по рукам, сложной работой она не занималась. Девушка мгновенно вскочила и присела в реверансе. Я махнула рукой, прося ее подняться.

– Ты кто? Что здесь делаешь? – задала вопрос, борясь со слабостью.

– Ваше высочество, меня зовут Мирта, с сегодняшнего дня я ваша личная горничная, буду помогать и…

– Да-да, поняла, но позже, сейчас я слишком устала, оставь меня, – попросила и ощутила исходящее от служанки не то недовольство, не то страх, но боялась она совсем не меня. Неужели королева так всех застращала?

Впрочем, этот вопрос меня волновал мало, не терпелось остаться одной. В какой-то момент я едва не вытолкала мешкающую девчонку самостоятельно. Как только та все же ушла, облегченно выдохнула. Из-за оставшейся слабости только и успела ополоснуться и упасть на кровать. Сон сморил мгновенно.

Но провалилась я не во тьму, как было раньше, а оказалась не то на солнечной поляне, не то на лугу. Где-то шумел водопад, чирикали птицы. Я же осматривалась вокруг, пытаясь понять, где оказалась и что это за место. На обычный сон не похоже, впрочем, и наведенным он тоже не был. Я бы почувствовала потоки магии, а здесь все казалось слишком умиротворенным и спокойным. Тогда что это?

– Можно сказать, наше подсознание, – прямо из воздуха передо мной выпрыгнула рыжая волчица.

– И в нашем подсознании ты умеешь говорить? Кстати, почему в нашем? И как ты здесь оказалась? – Неужели это сон? Но какой-то слишком реальный.

– А меня ждать не надо? – раздался еще один недовольный голос, и из дымки величаво выступила самка снежного барса с огромными и красивыми крыльями за спиной. Могла бы, восхитилась.

– Нечего заставлять себя ждать, – ворчливо выдала волчица.

– Вот только у тебя совета не спросила, – фыркнула снежная особь. – Вообще-то, ты у нас промежуточное создание, а я целостная натура.

– Ты? Не смеши мой хвост. Наличие крыльев не делает тебя целостной, зато меня уже выпускали в мир. Есть повод задуматься? – самодовольство отчетливо слышалось в тоне волчицы. Самка барса выпустила клыки.

Я устроилась прямо на мягкой траве и наблюдала за зверями. Они, хоть и казались странными, но между нами существовала связь. Сейчас в этом необычном месте я чувствовала ее слишком остро. Но пока никак не могла сообразить, откуда. Что эти существа делали в моем подсознании. Как они вообще сюда попали?

– Может, прерветесь на минуту от взаимных обвинений и поведаете, что мы здесь делаем и кто вы такие?

Оба зверя мгновенно повернулись ко мне. Приблизились. Устроились по бокам, толкнувшись в ладони. Я погладила обеих. Их мягкая шерстка казалась абсолютно одинаковой. Но ведь этого не могло быть. У волчицы по определению она должна быть жестче, а у барса мягче из-за пушистости.

– Итак, я жду, – напомнила о себе, так как существа заурчали и прикрыли глаза, мои действия им явно понравились.

– А ты до сих пор не поняла? – первым подняла голову самка барса. Я мотнула головой. – И что за молодежь нынче пошла? – различила я фальшивое сожаление.

– Так может, умудренные опытом звери соизволят пояснить? – спросила с сарказмом.

– Мы – твои вторые ипостаси. Если бы тебя готовили к принятию второй сущности с самого детства, то нам пришлось бы расти вместе с тобой, но вышло не так, как должно было быть. Хранитель рода заблокировал твою память и чувства, меня и вовсе заставил спешно взрослеть самостоятельно, чтобы присматривать за тобой. Да, я всегда находилась рядом, отваживала тех, кто хотел причинить вред. Потому твои вылазки из особняка герцогини и проходили гладко. Барс в это время еще рос и развивался внутри тебя. Не знаю, почему хранитель отделил только меня, – выдохнула волчица.

– Потому что обо мне он знать не знал, две ипостаси в теле наследницы – редкость. Такое происходит раз в тысячу лет. Да и то, не случись похищения, наверное, из нас двоих осталась бы только одна. А так, мы будто стражи: внешний и внутренний, – поведал второй зверь.

Я слушала внимательно и не перебивала. А потом до меня дошло:

– Мое состояние связано с вами обеими, так? Все эти перепады температуры, слабость, головокружение и потеря сознания?

– Да, мы заново налаживали связь, открывали каналы магии, настраивая их еще и на себя, это приносило тебе дискомфорт. Но сейчас наша полная привязка завершилась. После разблокировки эмоций и памяти можно учиться обращаться. По всем законам тебе это предстоит примерно через год, но у нас ситуация нестандартная. До совершеннолетия ты уже будешь полностью цельной двуипостасной натурой, – довольно оскалился белоснежный зверь.

– Скорее трехипостасной, – поправила волчица. – Ведь у нашей Еллины будет два зверя. Плюс ее собственное тело.

– Вот вечно ты меня во всем поправляешь, – недовольно зашипела самка барса. Рыженькая показала клыки. Интересно, внутри меня они тоже будут вечно спорить? Даже представлять такое не хотела.

– А еще мы, наконец, начнем общаться не только во снах, ты сможешь беседовать с нами в любое время, – довольно рыкнула волчица, словно прочитав мои мысли.

– Но это после того, как дашь нам имена, не раньше. Имя – это привязка, полная и безоговорочная, – снова подала голос белоснежная красавица.

– А обращаться в кого из вас я буду? – глянула поочередно на каждую. На меня посмотрели возмущенно.

– В обеих. Еллина, три ипостаси подразумевают и тройное обращение. У меня намного лучше обоняние и слух, я ищейка и воин, – горделиво подняла голову рыжая подруга.

– А у меня есть крылья, благодаря им в воздухе мы сможем творить немыслимое. А еще в моем арсенале острые когти, пропитанные ядом, несущие смерть любому врагу, – заметила самка барса.

Эти двое мне определенно импонировали, вот только я пока воспринимала их как отдельных существ, соотнести с собой не получалось. А уж представить, как сама оборачиваюсь – и вовсе не выходило. Я ведь не оборотень. Хотя сейчас уже сомневалась в этом. Но, думаю, это пока. Целый год впереди, чтобы свыкнуться с таким положением.

– И что нам для полного слияния понадобится? – деловито уточнила я. Должна же знать, каких еще сюрпризов ждать.

– Ничего особенного, раз в три дня будем учиться сливаться здесь, чтобы ты имела хоть какое-то представление. Наша подготовка займет время, как минимум полгода, а там видно будет, – махнула хвостом волчица.

Больше мы ни о чем поговорить не успели, я проснулась, ощутив на себе взгляд. Распахнув глаза, едва не вскочила, так как передо мной сидела девушка и лила слезы.

– Ты кто? И что здесь делаешь? – спросила, заставив нежданную гостью дернуться и уставиться на меня во все глаза. – Другого места для рыданий не нашла? Почему именно моя комната? И кто тебя сюда впустил?

– Твоя комната? Значит, это правда? – всхлипнула незнакомка. И зарыдала еще горше. – Рич притащил неве-е-есту-у-у… А как же я?

– Хватит! Концерт не действует, мне плевать на слезы и на твои фальшивые душевные переживания. И еще, когда задумываешь гадость, надо хотя бы прятать мысли. И последнее, я не невеста Рича, я его сестра-близнец. Невеста брата в другой комнате. А сейчас оставь меня одну.

От каждого моего слова незнакомка, казалось, пыталась стать незаметной, съежиться, а то и вовсе сбежать. Я отчетливо чувствовала ее ужас, а уж мысли… В очередной раз порадовалась блокированным эмоциям. В противном случае жизнь этой недалекой висела бы на волоске.

Да, мысли она не прятала, скорее всего, не знала, что я умела их читать. Так мне удалось выяснить, что провел дочь в это крыло один из королевских советников, строго настрого наказав соблазнить Рича и вызвать отца, чтобы свидетели застали пикантный момент, тогда брату пришлось бы жениться. Меня она перепутала с Альёной, которой собиралась со слезами поведать душещипательную историю о великой любви и помехе в лице непонятно откуда взявшейся невесты. О сестре девушка тоже слышала, но пока не принимала всерьез, до знакомства со мной. Зато увидев, осознала, насколько тьма Рича – ласковый котенок в сравнении с ледяным высокомерием его сестрички, от которой не просто шел мороз по коже, а леденело все внутри.