- -
- 100%
- +
Глава 1
Бегу со всех ног по лестнице и влетаю в распахнутые швейцаром двери отеля. Скользя балетками по мраморному полу, пересекаю холл. Спотыкаюсь на пороге, но все же успеваю заскочить в хозблок минуту в минуту, где с недовольным видом и скрещенными руками на груди уже стоит Галина Глебовна.
— Новенькая, еще раз опоздаешь, вылетишь с работы. Все понятно? — язвительно-доминирующим голосом обращается ко мне Вольц. Среднего возраста худощавая женщина с идеальной укладкой на мелированных волосах чем-то напоминает мне Круэллу из старого фильма.
— Так я же не опоздала, — запыхавшись, растерянно мямлю перед нашей старшей, бросив взгляд на настенные часы, которые показывают ровно восемь утра.
— Ты еще не в форме и без инвентаря, — повышает голос, указывая на мой внешний вид. — Прийти на работу вовремя еще не значит, что ты готова к работе. Но так как это только твой первый полноценный рабочий день, обойдемся просто выговором. Больше поблажек не жди, — разворачивается на квадратных каблуках и покидает помещение дежурного персонала. Ей только пятнистой накидки не хватает для наибольшего сходства.
Я же впопыхах переодеваюсь в свою рабочую форму, которая состоит из черной юбки по колено и синей блузки с фирменной золотистой вышивкой на груди. В самый шикарный отель нашего города меня пристроила подруга. Ведь здесь даже горничные получают в три раза больше, чем я получала, работая в детском саду. А деньги мне сейчас нужны как никогда.
— Маш, ты чего опоздала? — выкатывает Лера тележку с бытовой химией и прочими приблудами для уборки номеров. Вздохнув, я топаю за ней в апартаменты, нуждающиеся в том, чтобы их хорошенько отдраили.
— Будильник не услышала, — жду, пока Лера откроет номер ключ-картой.
— Опять не спала полночи? — бросает на меня сочувствующий взгляд подруга.
— Ага. Ого! — раскрываю рот от открывшейся мне картины.
— Да, — мечтательно вздыхает Леруся. — Это президентский номер. Здесь останавливаются только нереальные богачи. Однажды я тоже когда-нибудь войду в такой не как горничная, а как гостья, вот увидишь. А ты, между прочим, еще бисквит испечь обещала.
— Я помню. В выходной приходи, чаю попьем, — улыбаюсь я подруге и принимаюсь за дело.
А шоколадный бисквит я обещала испечь Лере за то, что она вдобавок похлопотала и договорилась, чтобы меня поставили работать к ней в пару. Иначе я сейчас драила бы не люксовый номер, а какой-нибудь хозблок, как и все те, кто только начинает работать в сети гостиниц с пафосным названием “Ампир”.
— А Галина Глебовна всегда такая злая? — спрашиваю, натирая зеркало до блеска.
— Вольц? Злая? — усмехается Лера. — Это ты еще Медведева не видела. Вот кто по настоящему злой. К нему на глаза и вовсе лучше не попадаться. Запросто может уволить за что угодно. Например, до тебя со мной Люба работала. Ее он вышвырнул за лишнюю расстегнутую пуговицу на блузке, представляешь?
— Да уж. Это ты сейчас про владельца? Разве он здесь, в отеле? — машинально проверяю пуговицы на своей блузке.
— Да, про Олега Макаровича. Сущий демон. Где ж ему еще быть, как ни здесь. Должен же он кому-то кровь пить, — фыркает Леруся, взбивая подушки.
— Я думала, что владелец такого крупного бизнеса не заглядывает в уголки своих угодий, а отдыхает на яхте где-нибудь в океане.
— Другие, может, так и делают. Только не Медведев. Этот пока всем люлей не раздаст, наверное, спать спокойно не ляжет. А еще он однажды лишил премии нашего швейцара за то, что тот дверь открыл на секунду позже, чем следовало. Ведь нашему величеству, видите ли, пришлось замедлить шаг.
После рассказов Леры о владельце у меня даже невидимые волоски по всему телу дыбом встают. Да уж, лучше держаться подальше от этого Медведева. Еще бы знать, как он выглядит, чтобы наверняка не столкнуться с ним.
В короткий обеденный перерыв я успеваю проглотить бутерброд, запивая его кофе и забить в поиск фамилию Медведев, добавив к ней “владелец Ампир отель”.
— Да уж, не густо, — поджав губы, листаю я выданные мне результаты поиска, но все же нахожу на одном сайте фотографию нужного мне мужчины.
На вид ему лет шестьдесят, с легкой проседью в волосах и не очень складной фигурой, со слегка округлившимся животом. Хотя для своего возраста он выглядит довольно неплохо. Запомнив хозяина в лицо, одной из последних спешу вернуться к работе, но меня перехватывает взволнованная Вольц.
— Краснова, быстро в номер триста один, — суетится наша старшая, не успев поймать кого-то другого. — Смотри, не оплошай, иначе уволю! — толкает она меня в спину, торопя на выход. — И, пожалуйста, Краснова, улыбайся!
Глава 2
— Что? Я? Куда? — накатывает на меня легкая паника. — А как же инвентарь? — пытаюсь я сопротивляться, чтобы взять все для уборки.
— Как получишь распоряжение, так возьмешь все, что нужно. А сейчас марш, сказано!
Вздрогнув от рявканья Вольц, я несусь в сторону служебного лифта, чтобы подняться на шестой этаж.
— Номер триста один, номер триста один, — бормочу, чтобы не забыть, куда меня послали. А у самой руки трясутся. Ведь это один из самых дорогих номеров, а мне не выдали ключ-карту, значит, там гость. Очень важный и богатый гость. Черт, почему так волнительно?
На несколько секунд замираю перед нужным мне номером и перевожу дыхание. Стучу в дверь.
— Войдите, — слышу грубый мужской голос.
Опустив ручку, делаю неуверенный шаг внутрь.
— Добрый день, меня зовут Мария, — блею дрожащим голосом. — Я могу чем-то помочь вам?
— Да, — выходит из ванной мужчина лет тридцати пяти с полотенцем на бедрах.
А я замираю, поймав взглядом, как по его идеальному торсу скатываются прозрачные капельки воды. Пока он идет к креслу, успеваю разглядеть его потрясающий профиль с ровным носом, легкой щетиной на щеках и мокрые темные волосы на голове, которые он трет белоснежным полотенцем. Никогда не думала, что мужчина может быть одновременно и красивым, и богатым. Ведь идеальных не существует. А этот словно с обложки журнала сошел.
Мужчина сгребает с кресла пару рубашек и, подойдя, вручает их мне, грубо сунув в руки.
— Это в прачечную. Принести обратно через два часа, — разворачивается и собирается уйти. Ну каков наглец!
— Простите, но по правилам нашего отеля вы должны сами положить их в специальный для этого пакет и…
Но договорить я не успеваю. Гость достает крупную купюру из бумажника, что лежал на столике, и кладет ее поверх своих рубашек у меня в руках.
— Внизу есть табачный магазин. Принесете мне пачку вот таких сиг*рет, — демонстрирует он мне пустую пачку, лежащую все на том же столике. На это у вас есть десять минут.
Что? Да что он себе позволяет? Думает, раз у него куча денег, то и весь мир у его ног? Что все вокруг его слуги? Вы посмотрите на его наглую морду! Деньгами он тут разбрасывается.
— Извините, но это не входит в мои обязанности, — еле выдавливаю из себя слабое возражение, но гордо вскидываю подбородком. Но если он нажалуется на меня Вольц, мне конец. Но и быть его послушной собачкой я не намерена. Возомнил о себе, король мира.
— Что? — ухмыляется он в ответ, удивленно поведя бровью.
— Рубашки, так и быть, я отнесу в прачечную. Но за ядом вам не побегу, — стараюсь проявить твердость в голосе.
— Я не ослышался? Или вы что-то перепутали? — рычит он на меня. — Если я сказал, вы должны выполнить мой приказ немедленно.
— Нет, не ослышались, — решаюсь я поставить на место заносчивого гостя. — Я вам не подружка и не служанка, чтобы бежать по первому зову и выполнять все ваши хотелки.
— Та-а-к, — то ли раздраженно, то ли удивленно протягивает он. — Новенькая, полагаю?
— Новенькая, но это не значит, что вы можете так вести себя, — пихаю обратно его шмотки. Сам пусть стирает, говнюк.
— Тогда ты уволена!
Глава 3
— Нет, ты представляешь, каков наглец? — жалуюсь подруге на несносного гостя. — “Уволена!” — изображаю его недовольное и наглое выражение лица.
— А ты что? — с неподдельным интересом слушает Лера, помогая мне разбавлять средство для дезинфекции поверхностей.
— А я сказала, что не он меня сюда нанимал, не ему и увольнять. Швырнула в него его же шмотками и ушла. Он мне еще в спину что-то явно невежливое сказал. Но я уже не слушала этого придурка.
— Вот гад какой, — поддакивает мне Лера. — Надо девчонок предупредить. Из какого он номера?
— Из триста первого.
— Из какого? — схватившись за лицо, охает она и, подавившись воздухом, закашливается.
— Лер, ты чего? — начинаю подозревать что-то неладное. Что там какой-то супер-пупер важный гость?
— Разве Вольц не предупредила тебя, когда посылала туда? — с ужасом смотрит на меня подруга.
— О чем?
— Это же номер Медведева!
— Нет, — улыбнувшись, отмахиваюсь я. — Это точно был не Олег Макарович. Его фотку я уже в интернете нашла, чтобы знать хозяина в лицо. А тот гость молодой, лет на пятнадцать меня старше, с темной шевелюрой, а не с проседью, как у этого милого дедушки, — тычу открытой на смартфоне вкладкой с фотографией Медведева.
— Ой, Машкааа… — сползает на стул Лера, держась рукой за сердце. — Это же старший Медведев, его отец. Он еще в прошлом году от дел отошел, передав все управление бизнесом своему сыну.
— Как это? — предчувствуя беду, сильно бьется мое сердце. — Олег Макарович что, живет в гостинице?
— Нет, но ночует частенько.
— Краснова! — раздается за спиной разъяренный крик Вольц. Мамочки, мне конец.
— Галина Глебовна, я все объясню! — складываю ладони в молящем жесте и бросаюсь к старшей. — Только не увольняйте, пожалуйста!
— Краснова, ты в своем уме? Ты что натворила? У тебя была возможность получить положительную оценку у самого Олега Макаровича. А ты что? Что ты ему наговорила, что он так зол?
— Я… я… он просто…
— Мария, если ты хочешь здесь работать, лучше больше не показывайся ему на глаза, — произносит Вольц сквозь зубы. — Это было твое последнее предупреждение. В следующий раз ты будешь уволена. И скажи мне спасибо, что не в этот.
— Спасибо, Галина Глебовна, — опустив голову, шмыгаю в ответ. И за второе “последнее” предупреждение тоже спасибо ей.
Черт, что же я натворила. Разозлила самого владельца Ампира. Какой кошмар. Слава Вольц, меня не уволили! Иначе, лишившись этой работы, я лишилась бы и собственной крыши над головой.
На следующий день я пришла на работу раньше на полчаса и тут же шмыгнула в комнату для персонала, чтобы не попадаться никому на глаза. А перед сменой даже успела попить кофе, ведь до самого обеда потом и присесть будет некогда.
Убрав несколько номеров, мы с Лерой задерживаемся в одном чуть дольше, чтобы перевести дух. Руки уже начинают отваливаться от постоянных однотипных движений, несмотря на то, что мы с Лерусей уже менялись своими оговоренными обязанностями: я натираю поверхности, а она отвечает за постель.
— Что там у тебя с квартирой? — откинувшись на диванчике, спрашивает моя любимая напарница по уборке.
— Все плохо. Если не внесу платеж до конца месяца, меня могут выселить, — устало роняю голову ей на плечо.
— Фигово. А отец что? Так и не появлялся?
— Нет. Как ушел из дома, так больше и не появлялся.
— Повезло ж тебе с отцом, — ворчит Лера в ответ. — Нет, чтобы помогать единственной дочери, он еще и в долги ее вогнал.
— Кто ж знал, что он квартиру в залог оформит, — чуть не плачу я.
— Маш, а может тебе тот золотой перстень продать, который от бабушки достался? Я, конечно, понимаю, что это память, но все же.
— И перстня больше нет. Вместе с отцом и пропал.
— Ну вообще кошмар! Как он мог? — возмущается Лера, но тут же замолкает и соскакивает с места, услышав шаги за дверью. — Все, давай работать.
Только мы убрали номер, как Вольц посылает нас в следующий. И так до бесконечности. Кажется, что в гостинице каждую минуту кто-то вселяется и выселяется. Какой-то бесконечный круговорот гостей и грязных простыней.
— Девочки, Вольц велела подготовить конференц-зал. А я не могу, у меня еще куча номеров, — обреченно заявляет коллега именно в тот момент, когда мы с Лерой только присели на секундочку отдохнуть. — Возьмите кто-нибудь, а?
— Иди, его легче подготовить, чем номера убирать, — толкает меня в бок подруга.
— А как же ты? Одна будешь весь номер драить?
— Ничего, я справлюсь, а ты еще успеешь умотаться. Только смотри, чтобы стулья стояли вровень друг с другом, и не на сантиметр в сторону. Иначе Медведев сожрет потом заживо, если кто-то настучит.
— Медведев? Может, тогда мне лучше в номер?
— Да не бойся, зал готовится за час до совещаний, ты даже не пересечешься ни с кем. А если накосячишь, возьму все на себя, клянусь, — заверяет меня Наташа и умоляющим взглядом смотрит мне в глаза. — А номер триста один я готова взять на себя, в случае чего, — мечтательно прикусывает губу Наташа.
— Хорошо, я все сделаю, — соглашаюсь и, взяв все необходимое, иду в конференц-зал.
Глава 4
Огромное просторное помещение на втором этаже ярко освещается лампами дневного свечения. В центре стоит длиннющий стол и по десять стульев с каждой стороны. По центру стоит внушительное кожаное кресло, а на тумбе установлена аппаратура для презентаций. Эх, когда-то я мечтала, что буду работать дизайнером и обсуждать крупные проекты вот в таком же зале. Но после учебы мне пришлось срочно искать работу, чтобы оплачивать счета за квартиру, в которой мы жили вдвоем с отцом. А после очередной пьянки он прихватил все ценное, что было дома и пропал, повесив на меня ипотечный кредит.
Не успела я доубираться, как в конференц-зал входят трое мужчин в деловых костюмах и что-то шумно обсуждают.
— Сергей Владимирович, вы не правы. Сейчас это очень модно, — басит один из мужчин.
— Это вычурно, а не модно, — возражает ему другой.
— Но и у нас гостиница высшего класса, а не хостел на отшибе, — продолжается спор.
Я ойкаю и прижимаю пульверизатор к груди, бросив опрыскивать пальму. Неужели я не успела вовремя все подготовить? Заметив меня, мужчины резко прекращают гомон и устремляют все внимание на меня.
— Извините, я уже ухожу, — впопыхах начинаю складывать все в тележку горничной.
— Что вы, что вы! Можете спокойно работать, это мы пришли раньше, — останавливают меня мужчины.
— Ладно, мне совсем немного осталось, — собираюсь закончить уборку.
В это время мужчины включают проектор, выводят на экран изображение и начинают снова спорить. Я невольно обращаю внимание на предмет их разногласий.
— Декоративная отделка стены здесь совершенно лишняя.
Я начинаю вникать, о чем речь. Мужчины спорят об интерьере в помещении. Судя по всему, это гостиничный номер.
Завершая уборку и оценив ситуацию, я уже не могу не вставить свое мнение.
— Извините, но со стеной на этом изображении все в порядке, — скромно подаю я голос. — Проблема в колонне. Она визуально делит помещение и скрадывает пространство. А так же страдает эргономичность. Колонна мешает доступ к гардеробной и загораживает обзор панорамного окна.
Когда я заканчиваю, понимаю, что все молча слушают меня.
— Извините, что влезаю, — опомнившись, толкаю тележку на выход, опустив глаза в пол. Черт меня дернул вставить свои пять копеек.
Неожиданно колесики тележки резко упираются во что-то и отказываются двигаться дальше. Наверное, это порожек. Нервничаю еще больше, хочется поскорее испариться отсюда. Делаю еще одну попытку посильнее толкнуть тележку, но она снова натыкается на преграду.
— Вы так отчаянно стараетесь не попадаться мне на глаза, что готовы переехать тележкой? — слышу страшно знакомый рычащий голос.
Тяжело сглатываю густую слюну и медленно поднимаю глаза, заметив, что колесики тележки упираются в дорогие мужские туфли. Это Медведев, да? Господи, надеюсь, мне показалось, что это его голос. Двигаюсь взглядом вверх по идеально отутюженным стрелкам на брюках, пуговицам белой рубашки, легкой щетине на подбородке, напряженно сомкнутым губам. Останавливаюсь на холодных, серых с прищуром глазах. Делаю непроизвольный рваный вдох.
— Извините, Олег Макарович, я вас не заметила, — от страха произношу еле слышно.
— Не узнали. Не заметили. Что дальше? Снова наплюете на то, кто я?
— Это случайность, — произношу чуть громче в свое оправдание. Я ведь и правда не случайно, это все недоразумение.
— Олег Макарович, — спасает меня один из сидящих в зале мужчин. — Отличный персонал у вас, компетентный. Умница, еще и красавица. На раз-два решила наш недельный спор. Вот, взгляните сюда.
— Свободна, — бросает на меня босс уничтожающий взгляд и делает шаг в сторону.
Я пулей вылетаю из конференц-зала и чуть ли не быстрее тележки несусь по этажу. В хозблоке сажусь прямо на опрокинутое ведро, чтобы отдышаться.
— Краснова, почему ты не убираешься в номере с Деминой? — настигает меня Вольц. Боже, в этом отеле всегда такое давление на персонал?
— Я готовила конференц-зал, — оправдываюсь, поднявшись перед начальницей.
— Ты работой не дорожишь, Краснова? Я же сказала тебе не попадаться Олегу Макаровичу на глаза. А ты что? Пошла в зал, где у него совещание. Ты в своем уме?
— Галина Глебовна, я не знала, что там будет Медведев.
— Не знала она, — осуждающе качает головой. — Уволил?
— Нет. Наверное, — уже не уверена в своем ответе. — Просто сказал, что я свободна. Это он меня уволил? — поднимаю испуганный взгляд на Вольц.
— Не уволена, если больше он ничего не сказал.
— Вроде нет, — пытаюсь вспомнить, ничего ли не слышала себе в спину, как в прошлый раз.
— Тогда помоги закончить Деминой и свободна на сегодня.
После рабочего дня переодеваюсь в свой белый сарафанчик с воланами на плечах и выхожу из гостиницы. Наконец-то можно расслабиться и вдохнуть полной грудью свежего майского воздуха. Но в нос почему-то забивается не речной запах с набережной, а терпкий мужской парфюм.
Глава 5
— У вас привычка стоять в дверях?
Подпрыгиваю на месте от неожиданности и соскальзываю со ступени в своих балетках с “лысой” подошвой. Сердце ухает, когда я стремительно начинаю лететь вниз, вскинув руками. Зажмуриваюсь, ожидая свое позорное падение перед Медведевым. Но спасительный рывок вверх избавляет меня от грандиозного фиаско. Олег Макарович держит меня за плечо, помогая поймать равновесие.
— Спасибо, — мямлю я от неловкости. Уж слишком близко он стоит. Я практически утыкаюсь носом в грудь босса. А в голове непрошенно возникают картинки с воспоминанием, как именно выглядит эта грудь после душа. Боже, Маша, что за глупости у тебя в голове?
— Фамилия? — требует Медведев. И я моментально концентрируюсь на его голосе.
— М-маша, — с испугу выдаю я и тут же дергаюсь, пытаясь высвободиться из его хватки.
— Будьте осторожны, Маша, — произносит он и отпускает меня.
А я стою и смотрю, как Медведев садится в свой несомненно дорогой автомобиль, пытаясь понять, что он имел ввиду? Быть осторожной с ним? Или на ступеньках? И почему у меня по всему телу бегут мурашки целым стадом?
Вернувшись домой, я надеваю хлопковую футболку и короткие шорты. Заматываю волнистые волосы в гульку и приступаю к готовке ужина. Сегодня у меня в меню картофельное пюре с… пережаркой. Больше в квартире ничего съедобного нет. Поэтому приходится довольствоваться тем, что есть. Но я не отказалась бы от пасты с морепродуктами и брауни на десерт. Во рту сразу же обильно выделяется слюна. Эх, вот как начну получать хорошую зарплату, обязательно порадую себя чем-нибудь вкусненьким.
От готовки меня отвлекает оживший дверной звонок. Я вытираю руки и иду на электронный зов в стиле Моцарта. Думая, что это соседка, я распахиваю дверь. Но тут же делаю шаг назад. На пороге стоит здоровый мужик размером с добротный шкаф.
— Краснова Мария Игоревна? — басит он, заглянув в какие-то бумажки в руках.
— Д-да, — неуверенно отвечаю. Кто это, и что ему от меня нужно?
— Вы не внесли платеж по кредиту. Если не погасите в ближайшие два дня, я буду приходить чаще, — скалится он, обнажая желтые зубы. — И заверяю вас, так вежлив я уже не буду. Все ясно?
— Но у меня зарплата только через месяц. Я все погашу, просто чуть позже, — пытаюсь убедить громилу.
— Да плевать мне на твою зарплату, — грубо прерывает меня мужчина. — Не будет денег, не будет спокойствия. А в последствии и квартиры. Объяснил на русском языке. Остальное не мои проблемы. Усекла?
— Усекла, — ничего не остается мне, как послушно кивнуть.
— Вот и ладненько, — подмигивает мне и спускается по ступеням.
Я захлопываю дверь и возвращаюсь к готовке. Начинаю резать лук. В носу щекочет, а глаза щиплет. Вскоре на стол падает первая слезинка, а за ней еще одна, и еще. Не сдерживаюсь и начинаю рыдать, сползая по стенке. Ну почему все так? Почему именно сейчас?
Просидев на полу и поплакав около получаса, я все же довариваю горе-пюре. Но в горло и кусочек не лезет. Обхожусь голым чаем.
Набираю Леру в надежде, что она поможет мне.
— Привет, подруга, как дела? Чего это ты звонишь на ночь глядя? Ничего не случилось? — отвечает она на мой звонок.
— Лер, ты сможешь мне занять до зарплаты? — спрашиваю, шмыгая распухшим от рыданий носом.
— Машунь, прости, но я сама сейчас без денег. Ты же знаешь, что у меня кредит за телефон. Поэтому только с зарплаты. А что у тебя с голосом?
— Лер, ко мне какой-то мужик приходил. Коллектор, наверное. Сказал, если я не внесу платеж, он мне “райскую” жизнь устроит.
— Ого, вот дела. Ладно, на работе нужно поспрашивать, может, и займет кто, — обещает подруга помочь найти деньги.
Но ее попытки помочь проваливаются. Все живут от зарплаты до зарплаты. У кого-то высокие платежи за квартиру, у кого-то кредит, а у кого-то куча детей, на которых уходит денег больше, чем они зарабатывают. Так что не у одной меня проблемы с деньгами.
— А что, если попросить аванс? — все еще надеюсь я, что смогу вовремя внести платеж.
— Ну, даже не знаю. Попробуй поговорить с Галиной Глебовной. Возможно, она пойдет навстречу, хотя я сомневаюсь в этом, — отвечает Лера, расстилая покрывало на роскошной кровати в номере.
Ближе к концу рабочего дня я иду к Вольц, чтобы умолять ее войти в мое положение. Но на ее месте обнаруживаю Наташу.
— Привет, а где Галина Глебовна? — растерянно смотрю на коллегу.
— Ее сегодня уже не будет, у нее срочные дела. Если у тебя что-то важное, то все вопросы к Медведеву.
— Ясно, — киваю я и выхожу из комнаты для персонала.
Что же делать? Не к Медведеву же идти? Если я еще раз попадусь ему на глаза, он точно уволит меня. Нет, к этому зверю я точно не пойду.
Глава 6
— Войдите, — слышу в ответ серьезный голос, после стука в дверь.
— Олег Макарович, можно? — виновато заглядываю в кабинет босса.
— А, Краснова, входите, — указывает мне стильной шариковой ручкой на стул, стоящий напротив стола, за которым сидит Медведев, зарывшись в бумагах. — Вы по поводу увольнения?
— Увольнения? Нет, — нервно ковыряю заусенец, спрятав руки за спиной. Надеюсь, босс не собирается меня увольнять!
— Странно, я думал вы не задержитесь у нас, Мария Игоревна, — произносит он мое имя, словно пытается распробовать его на вкус.
— Почему? — вырывается у меня. Счел меня плохой работницей? Обидно, он же не видит, как я стараюсь. И не знает, как у меня потом вечерами ноги и спина отваливаются.
— Молодой специалист, высшее образование, отличная характеристика с прежнего места работы, — перечисляет он и поднимает на меня внимательный взгляд. — Что вы забыли на месте горничной?
— У вас платят хорошо, а мне очень нужны деньги, — честно признаюсь я. — В общем-то с этим вопросом я и пришла к вам. Вернее, с просьбой.
— Та-а-к, — откладывает он бумаги и складывает руки на столе, сцепив пальцы в замок. Медведев так пристально всматривается в мое лицо, что я невольно ежусь под его тяжелым взглядом. — Слушаю вас.
— Олег Макарович, могу ли я попросить выдать мне аванс? — прошу, набравшись смелости. А у самой поджилки трясутся.
Медведев удивленно вскидывает бровями.
— Краснова, напомните мне, какой день вы работаете здесь?
— Третий, — разочарованно на выдохе отвечаю я.
— Если бы внимательно ознакомились с договором, вы бы знали, что аванс выплачивается в конце месяца, — возвращается он к бумагам, потеряв ко мне всякий интерес. — Если у вас все, Краснова, то свободны.
Чуть не расплакавшись перед боссом, спешу вернуться к работе. И почему я понадеялась, что у этого зверя есть хоть капля человеческого?