Потеряшки (не) от генерального

Глава 1

Лежу в родильном блоке, после того, как меня привезли по скорой в частную клинику, где я наблюдалась всю беременность. Разум затуманен, а тело пронзает все новой и новой болью. Время идет мучительно долго, а я все не слышу криков моих детей. Мне делают очередной укол, после которого чувствую себя только хуже. Голоса врачей звучат как в тумане. Удается разобрать лишь обрывки фраз:

– Сейчас, неси быстрее… Да, одного… Делай, что говорят…

Наконец пространство с тяжелым, пропитанным лекарствами воздухом, пронзает детский крик, затем, кажется, второй. Или это все тот же плач раздается в моей голове, не понимаю. Чувствую тошноту и сильную слабость.

– … ребенок умер… не узнает…

Отключаюсь.

***

(Три года спустя)

– Мама, смотли, там шалики! – тянет меня за руку Ириша. – Хотю! Ма, купим?

Малышка вертит головой в разные стороны и то и дело просит меня купить ей что-то. Сегодня выходной, поэтому в парке полно развлечения для деток. Полно народу и куча палаток со сладостями, сувенирами, игрушками и прочей яркой мелочевки.

– Зайчик, может, лучше купим тебе молочный коктейль? Ты ведь его так любишь, – предлагаю доченьке, сев перед ней на корточки.

На все сразу у нас, к сожалению, нет денег. У меня закончился декретный отпуск, и я ищу работу. Но пока безуспешно. Как только работодатель слышит о наличии у меня маленького ребенка, обещает перезвонить. Ну, и никто, естественно, так и не перезванивает. А у мужа сейчас трудности на работе. Вот нам и приходится затянуть пояса. Но ничего страшного. Я уверена, что скоро все наладится.

– Дя, коктейль! Клубничный! – радостно хлопает в ладоши моя принцесса.

Я покупаю розовый коктейль со взбитыми сливками в бумажном стакане и мы устраиваемся под зонтиком летнего кафе.

– Ну как, вкусно?

– Дя! – довольно отвечает, слизывая молочные усики над верхней губой.

Как же я люблю свою малышку. На все готова, лишь бы дать ей лучшее. Я наизнанку вывернусь, но дам ей все, что есть у каждого ребенка. А еще хорошее образование важно, но это немного позже. Денис говорит, что я балую нашу дочь, но это не так. Сейчас я экономлю на всем. У нее нет кучи игрушек и нарядных платьев на выбор. Мы ходим в самый обычный детский сад. Иришка просится еще в секцию по плаванию, но нам это пока не по карману. Быстрее бы устроиться на работу. Хоть какую-нибудь. Я уже готова полы мыть, лишь бы приносить в дом лишнюю копеечку. Но муж точно не одобрит. Он не хочет, чтобы я работала по вечерам. А такая работа в основном вся после рабочего дня, когда по домам расходятся все офисные работники. Денис не остается сидеть с дочкой, говорит, что устает на работе. Он и правда в последнее время возвращается домой позже обычного. Поэтому я стараюсь дополнительно не нагружать его пусть и мужскими, но домашними делами и ребенком.

– Ма, – хлопает по мне ладошкой дочка. – Я тоже сегодня гуляет в палке, – вдруг выдает она, а я бледнею.

В последнее время Иришка кого-то называет “я”, но рассказывает о ней в третьем лице. И меня это очень пугает. Дочка не знает, что росла в утробе не одна. Не знает, что у нее была сестричка.

Вспоминать о том дне до сих пор тяжело, хоть и прошло три года. Я тогда вышла в магазин за продуктами, хотела порадовать мужа вкусным ужином. Но выходя из магазина, оступилась и упала на ступеньки. Ударилась я совсем не сильно, да и смогла задержаться руками и смягчить приземление на бедро. Даже синяка не осталось. Поэтому была уверена, что ничего страшного не произошло. Но из-за того, что было уже тридцать восемь недель, решила перестраховаться. Живот начало слегка тянуть, и я вызвала скорую по номеру, который был записан у меня в книжке беременной.

Уже в клинике врач, которая вела мою беременность, приняла решение оставить меня в стационаре под наблюдением. Мне поставили капельницу с витаминами и велели отдыхать. Но ночью у меня начались схватки. Дальше я помню все урывками, так как периодически теряла сознание. А на утро мне сообщили страшную весть.

Одна из моих девочек-близняшек не выжила при родах.

Я впала в отчаяние, горе разрывало меня изнутри. Передать всю ту боль, что я испытывала невероятно сложно. В тот день не стало половины меня. Я даже начала сходить с ума. Периодически слышала голос второй дочки по ночам. А однажды даже встала и пошла на него. Дошла до палаты адаптации, где лежали дети в кювезах. Мне показалось, я слышала ее голос. Тот крик, который до сих пор живет в моей голове, в моем сердце.

Но уже в дверях меня перехватила акушерка. Естественно, внутрь меня не пустили, хоть я и рыдала, умоляла. Я просто хотела увидеть ее, успокоить. Но меня быстро вернули обратно в палату. В ту ночь я спала под успокоительными. С тех пор я больше не слышу ее. И от этого больно.

Да и сейчас легче мне стало не на много. В моем комоде до сих пор лежат парные вещички, которые я купила перед родами. Рука так и не поднялась выкинуть их или кому-то отдать.

А когда вижу где-нибудь на улице близнецов, особенно в одинаковых костюмчиках, в глазах наворачиваются слезы.

– Ириш, ты опять? О ком ты говоришь?

– Пло меня, – отвечает, болтая ногами. – Я сегодня видела.

– Ты же это придумала, да?

– Неть, я видела, – обиженно отвечает Иришка. – У нее синие бантики на голове.

Говорят, маленькие дети иногда видят умерших. Я не особо в это верю, но в последнее время другого объяснения словам дочери у меня нет.

– Ладно, все хорошо, – говорю то ли Иришке, то ли себе, пытаясь успокоиться. – Ты допила коктейль? Пойдем, уже пора домой.

Беру дочку за руку и веду к выходу из парка. Народу все еще много, не протолкнуться. Поэтому беру малышку на руки. Чувствую себя немного потеряно из-за слов о “я” в синих бантиках. Нужно еще раз сходить в церковь.

– Хорошилова! Юлька, – окликает меня знакомый голос. – Давно не виделись. Как я рада тебя видеть! – приобнимает меня университетская подруга Галя. – Ой, а кто это у нас тут? Какая милая принцесса.

– Привет, Галочка, – чмокаю подругу в щеку.

– Ты куда пропала? Тебя даже погулять не вытащишь. Совсем одомашнилась? Вот и дочку твою давно уже не видела. Какая красавица!

– Да, так и есть, одомашнилась, – улыбаюсь ей.

Галя знает, что я потеряла одну из дочек. Она пыталась поддержать меня, но я закрылась ото всех. Только недавно начала приходить хоть как-то в себя и выходить на улицу дальше двора.

– Слушай, давай как-нибудь кофе попьем, поболтаем. Я ужасно соскучилась по тебе, – предлагает мне встретиться по старой дружбе Потапова.

– Да, давай созвонимся на днях, – впервые за последние три года соглашаюсь я куда-то сходить с подругой.

– Ма, – отвлекает меня Иришка. – Ма, смотли. Вон Я в синих бантиках, – тычет пальчиком куда-то.

Не знаю, зачем, но я поворачиваюсь в ту сторону, куда показывает дочка и пытаюсь найти в толпе эти призрачные синие бантики.

И нахожу!

Глава 2

– Галь, подержи Иришку, – сунув подруге ребенка, мчусь вслед за удаляющимися бантиками, расталкивая толпу.

Я понимаю, что маленький ребенок мог выдумать все, что угодно. И несуществующего друга, и “я” в синих бантиках. Но я их вижу! Маленькая девочка идет за руку с какой-то женщиной. И я бы не бросилась за ними, если бы не одно “но”. Девочка в голубом платьице и синими бантиками в волосах, как две капли воды похожа на мою Иришку!

Спотыкаюсь и на секунду теряю их из виду. Нет! Где они? Ищу глазами в толпе, но не нахожу. Чертовы аттракционы и карусели, из-за которых сегодня толпа народу. Меня всю трясет, кровь бежит по венам с такой скоростью, что шумит в ушах. Сердце колотится, как ненормальное. Все еще пытаюсь найти эти синие бантики, крутясь у самого выхода из парка. Замечаю уже слишком поздно. Они уже садятся в машину к представительному мужчине в темно-синем костюме, который закрывает дверцу и уже через пару секунд увозит их прочь.

– Юль, ты чего? – окликает меня подруга.

– Галь, ты видела девочку? С такими же волосами, как у Иришки. На ней были бантики, синие.

– Нет, не видела, – хмурится она. – С тобой все в порядке?

Нет, я не в порядке. Кажется, я снова схожу с ума. Черт, что происходит? Это все бред, мираж. Но не мог же он привидеться нам обеим?

– Видимо, показалось, – забираю дочку. – Извини, Галь, мы пойдем, нам пора.

– Может, вас подвезти? – не сводит с меня настороженного взгляда подруга.

– Да, спасибо, – соглашаюсь на предложение. – Если тебе не трудно.

Хочется скорее добраться до дома, чтобы рассказать обо всем Денису. Потому что мне ни фига не показалось! Нам обеим!

Благодарю подругу, что подвезла нас, обещаю, что мы скоро встретимся и тороплюсь к мужу. Слава богу, он уже дома. Включаю Иришке мультики, усадив ее на диван, а сама прикрываю дверь в кухню, где муж пьет кофе.

– Денис, Иришка ничего не выдумала, – начинаю сходу рассказывать о случившемся. – Я сама видела эту девочку в парке! Она и правда копия нашей дочери.

– Юль, успокойся, – прерывает меня супруг взмахом руки. – Когда это уже закончится? Ты понимаешь, что это невыносимо? Сходи к врачу.

– Денис, но я серьезно. Я видела ее. Сама видела.

– Нет, так больше продолжаться не может, – встает он так резко, что стул под ним отлетает к стене. – Мне надоело все это. Дома находиться невозможно. Ты уже достала со своей паранойей.

– Это не паранойя! Я видела ее. Спроси у Иришки, это правда. Она не выдумывала, а мы ей не верили, – смотрю на мужа умоляющими глазами. Почему он не верит?

– Ты хочешь, чтобы я просил у трехлетнего ребенка подтвердить слова умалишенной матери?

Я делаю шаг в сторону Дениса, но он выставляет ладонь, останавливая меня.

– Тебе нужно к психиатру, Юль. Я не выдержу, если это повторится снова. Подумай над этим, – бросает и идет в сторону входной двери.

– Денис, ты куда? – испуганно смотрю ему в спину. Он уйдет сейчас? Вот так бросит меня наедине с тем, что я сегодня увидела и пережила?

– Не жди меня сегодня, – единственное, что он отвечает, захлопывая за собой дверь.

Я прислоняюсь спиной к шершавой стене и сползаю по ней на пол. Начинаю тихо плакать. Не понимаю, почему он не поверил мне. Куда сейчас уехал? Мне больно от того, что я снова осталась наедине со своими чувствами, со своими проблемами. После его слов я на минуту поверила в то, что схожу с ума, что мне нужен врач. Но нет, это не были галлюцинации. Я отчетливо помню широкую спину мужчины, что увез их. Ту женщину в строгом темно-сером костюме и белой блузке. Ее туфли на невысоком квадратном каблуке. И трехлетнего ребенка, которого она держала за руку. Светловолосую курносую девочку с синими бантиками. Она загляделась на клоуна проходящего мимо, поворачиваясь ко мне лицом. В тот момент меня словно ледяной водой окатили и следом подключили провода под напряжением. Я увидела в той малышке мою Ришу, только по другому одетой и причесанной. Все это не могло мне привидеться. Я не сумасшедшая.

Просидев на полу чуть меньше получаса, иду к дочке. Она уже свернулась калачиком на диване и тихо спит, обнимая свою любимую мягкую игрушку в виде длинного кота. Выключаю мультики и закрываю окно в комнате. Иду в ванную, где накопилась целая гора грязных вещей. Нужно отвлечь себя и заняться делами. Собираю рубашки Дениса и закидываю их в барабан, когда к моим ногам падает какой-то клочок небольшой белой бумаги. Беру его в руки и смотрю на него. Долго не понимаю, как это могло оказаться в кармане мужа. Чек на покупку дорогих часов. Я могла бы предположить, что Денис хотел сделать мне подарок, но мы не можем позволить себе такую роскошь. Это не тысяча, не десять и даже не сто.

Я хотела спросить мужа об этой покупке, но Денис так и не вернулся тем вечером. Он и ночевать не приехал. А я всю ночь проплакала в подушку. Мне было обидно, что муж с так холоден ко мне. Что оставил одну в такой сложной неоднозначной ситуации.

Утром я с трудом встала, чтобы собрать Иришку в садик.

– Мам, а когда мы еще сходим в палк? – все еще под впечатлением она от вчерашней прогулки.

– Обязательно сходим, малышка. Обещаю, – чмокаю ее в курносый носик.

Оставив дочку в детском саду, сажусь в ближайшем летнем кафе и снова перелопачиваю тонну объявлений о работе. Но меня отвлекает звонок подруги.

– Юль, у меня тут свободное время внезапно выдалось, встретимся? Ты обещала.

– Да, я как раз сижу в кафе возле парка.

– О, отлично, сейчас буду.

Уже через пятнадцать минут вижу машину Гали, из которой выходит и она сама.

– Привет, подруга. Наконец-то мы нормально посидим, как раньше, – одаривает она меня лучезарной улыбкой. – А ты чего сидишь тут с голым чаем? Официант, принесите завтрак на двоих.

Галя очень улыбчивая, яркая и активная девушка. После универа она устроилась на практику в какой-то холдинг, так там и осталась работать. А я вышла замуж за Дениса и посвятила все свое время на хождения по больницам. Мы не хотели затягивать с детишками.

– Ну как ты, подруга? – с сочувствием смотрит на меня Галочка. – Ожила немного?

– Прежней я уже никогда не буду. Поэтому, принимай как есть, если захочешь, конечно.

– Шутишь? Я знаешь, как по тебе скучала все это время. Но ты ж не подпускала к себе никого.

– Прости, мне нужно было самой пройти через все это.

– А как же твой Денис? Это же вроде как и его касается, между прочим.

– У мужчин все проще. Мне иногда кажется, что они совершенно с другой планеты.

– Это не мужчины с другой планеты. Это твой Денис…

– Галь, ну хватит. Я помню, что он не понравился тебе с первых дней. Просто он переживал все в себе, не показывал.

– Ага, – усмехается подруга. Но спорить с ней на эту тему больше не хочу. Как не хочу больше ругаться с ней из-за него.

– Галь, ты же разбираешься во всяких там брендах. Что вот это? – протягиваю ей чек, который нашла у Дениса.

– Ого, ничего себе, – округляются у нее глаза. – Откуда у тебя это?

– У мужа в рубашке нашла, – честно признаюсь ей.

В последнее время у нас с Денисом не клеится. Он пропадает на работе, а я посвящаю себя нашей дочери. Он стал раздражителен и все реже проводит время дома. Говорит, что его удручает мой убогий вид. Но я же не просто так превратилась из улыбчивой ромашки в поникший кактус. Я до сих пор переживаю потерю ребенка.

– Что-то я не помню, чтобы Денис тебя такими подарками осыпал, – бросает она взгляд на мое запястье, на котором лишь браслетик из красного шнурка.

– А что это за модель? Может, она мужская?

– Нет, Юль, – уже без усмешки произносит она. – Это женские часы известного бренда. Вот, смотри, – набирает она в поиске и показывает мне на экране смартфона модель часов с розовым ремешком и камнями на циферблате вместо цифр. – Лимитированная коллекция, между прочим.

– Это…

– Это бриллианты, Юль.

– Может, это чек от какой-нибудь реплики? А это артикул?

– Это цена. И чек из приличного магазина, он не торгует репликами. Ты уверена, что твой Денис не изменяет тебе?

Глава 3

– Нет, он не может так поступить со мной. Мы же вместе пережили такое горе, – мотаю головой, не допуская даже мысли об измене. – Я просто спрошу у него, что это за чек.

– Ага, так он тебе и признался. Ладно, хватит уже о нем, много чести. Лучше расскажи о себе, о дочке. Что вчера произошло с тобой в парке?

Несмотря на перерыв, я чувствую, что наша дружба с Галей никуда не делась. Она по прежнему искренне переживает за меня. Хочет для меня лучшего. Поэтому она иногда говорит в лоб все, что думает. Вот так честно и открыто. Зато я могу ей довериться. И если она тоже посчитает меня сумасшедшей, значит, так и есть. Запишусь к врачу, как и советовал мне Денис.

– В общем, все нормально, насколько это возможно. Просто я вчера увидела девочку в парке. Галь, она была один в один моя Иришка. Вот я и сорвалась, хотела догнать и убедиться, что мне не показалось. Я правда видела ее. Ты мне веришь?

– Верю. Я даже верю, что в мире у каждого человека есть свой двойник. Вот ты видела, например, дублеров у звезд? Их же порой не отличить. А дети и вовсе все на одно лицо, для меня, по крайней мере.

– Да, ты права. Наверное, они просто похожи, вот и все. И Иришка могла запросто принять ее за себя из-за схожести, – соглашаюсь с таким хотя бы разумным объяснением.

– Ну, слава богу, я то уж подумала, что у тебя ну… галлюцинации на нервной почве.

– Нет, я уверена, что это не галлюцинации. Просто увидела похожую девочку.

– В твоей ситуации это нормальная реакция, – успокаивает меня Галя. – Просто времени прошло еще не так много. Я уверена, если бы ты смогла догнать их, ты бы убедилась, что это совершенно другой ребенок, просто со схожими чертами.

– Галь, спасибо тебе, – сжимаю руку подруги.

Мне правда нужно было это услышать. Слова поддержки, что я не сумасшедшая, в конце концов. И я очень рада, что Галя инициировала наше общение. Ведь мне больше не с кем было поговорить, кроме Дениса. Мои родители живут в другом городе далеко отсюда, а с родителями мужа у нас общение не сложилось. Они хотели, чтобы их сын делал карьеру, а не женился в двадцать пять лет. И теперь в его провалах винят меня. Говорят, что семья тормозит его развитие. Они даже Иришку не принимают, не то, что меня.

Когда у нас не получалось с зачатием, родители Дениса надеялись, что мы разведемся. Но этого не случилось. Нам помогли в одной очень хорошей клинике. Правда, пришлось потратить все наши накопления. Я тогда брала работу на дом, как могла тоже пыталась зарабатывать на ведении бухгалтерии онлайн. Все деньги, которые мы копили на отдых, пришлось потратить на обследование. Внятных причин, почему у нас не получалось, я так и не получила. Говорили, что скорее всего проблемы в нашей несовместимости. Но мы справились.

Я была безумно счастлива, когда увидела две полоски на тесте. Беременность протекала идеально, близняшки развивались по всем нормам. И то, что она закончится трагедией, я даже в страшном сне себе представить не могла. Мы потеряли одного ребенка. Это для меня большое потрясение, от которого я так и не оправилась. И вряд ли вообще смогу отпустить это.

Я ждала от Дениса поддержки, но он продолжил жить привычной жизнью. Работал, ходил на корпоративы, встречи с друзьями, ездил в командировки. А я… я пыталась держаться ради Иришки. Вот и сейчас пытаюсь вернуться к обычной жизни. И все ради моей малышки. Хочу, чтобы она ни в чем не нуждалась.

– Галь, не знаешь, куда можно еще резюме отправить? Я уже отчаялась найти работу.

– Слушай, я узнаю. Нам вроде в бухгалтерию сотрудник требовался. Скинь мне свое резюме на почту. Если что, я его сама отправлю по корпоративке, так будет действенней, – согласилась подруга помочь мне и с работой. – Ну все, я побежала, мне пора.

Попрощавшись с подругой, я даже не подозревала, чем закончится сегодняшний вечер. Час от часу не легче.

– Привет, – целую мужа в щеку. Но он холоден, и кажется, что ему даже неприятен мой порыв. – Ужинать будешь?

– Нет, на работе перекусил, – скидывает пиджак и идет в ванную, мыть руки.

Прислонившись к косяку, наблюдаю за Денисом. Решаю, что нам нужно поговорить о моей находке. Я не собираюсь скандалить и ругаться. Я уверена, что он озвучит мне вполне логичное объяснение этой дорогой покупке.

– Денис, у тебя из кармана рубашки выпало вот это, – показываю ему тот самый чек. – Можешь объяснить откуда это?

– Господи, – устало закрывает глаза, стряхивая с рук капли воды. – Ну что ты лезешь, куда тебя не просят? Какая тебе разница?

– Просто мне ты говоришь, что у тебя сейчас проблемы на работе.

– Это не мое. Друг купил своей супруге на годовщину, попросил передержать, чтобы она не увидела подарок раньше времени. Вчера я ему вернул, а чек, видимо, остался в кармане.

– Он отдал тебе подарок с чеком?

Странно, конечно, отдавать такую дорогую вещь с чеком. Но, как говорит Денис, это его друг. Я не знакома с друзьями мужа, но Гале я бы доверила, что угодно. Может, я зря переживаю?

– Юль, – тяжело вздыхает он. – Хватит уже. К твоим срывам еще и истерики на почве ревности прибавились? Ты думаешь, я буду все это терпеть?

– Я тебя ни в чем не обвиняла. Просто спросила. И нет у меня никаких срывов. Ты же знаешь, что это…

– Хватит себя оправдывать, Юля, – повышает он голос. – Ты стала невыносима. Я так больше не могу, я устал.

– Что ты хочешь этим сказать? – испуганно смотрю на мужа. Он же не решится бросить нас?

– Я ухожу от тебя. Совсем.

Глава 4

Всю ночь моя подушка впитывала очередную порцию слез. Как заснула, даже не помню. Благо сегодня выходной и не нужно рано подниматься и вести Ришу в садик. Поэтому иду на кухню и наливаю себе кофе. Думаю, как жить дальше.

Денис вчера собрал все свои вещи, погрузил их в машину и уехал, оставив мне свой комплект ключей от квартиры. Все равно она съемная. Он сказал, что больше не может жить с такой как я. Что его достали мои слезы и вечно недосоленная еда. А еще мой внешний вид, который похож, по его словам, на гардероб его бабушки. Но это он явно преувеличил. Нормально я одеваюсь. Просто у меня нет денег на модные брендовые шмотки и дорогущие сумочки. А лишнюю копеечку я лучше потрачу на ребенка, чем на бесполезные туфли на шпильках, в которых мне даже пойти некуда.

Сам же Денис уехал в новую квартиру, которую ему недавно купили родители. Мы там не жили, так как жилье первичное и там до недавнего времени были только бетонные стены.

Черт, надеюсь, я успею найти работу прежде, чем нужно будет вносить следующий платеж за квартиру.

И только я об этом подумала, как вздрагиваю от резко звонившего телефона.

– Юлька, ты уже не спишь? Срочно собирайся и дуй к нам в офис. Тебя на собеседование пригласили, – верещит мне в трубку Галя.

– Так сегодня же суббота, – растерянно мямлю в ответ.

– Да, у нас бывают авралы иногда, вот и выходим по выходным. Но начальство потом компенсирует, ты не переживай.

– Да я не из-за этого. Просто мне Иришку девать некуда. Галь, от нас Денис ушел, – всхлипываю, прижимая телефон к мокрой щеке.

– Та-а-к, – протягивает Галя. – Ладно, что-нибудь придумаем. Собирайтесь обе и приезжай на Стрелковую, знаешь, где это?

– Да, знаю, в центре почти.

– Все, ноги в руки и бегом сюда. Я тебя встречу. Только позвони.

Положив трубку, я вскакиваю с табуретки и несусь к шкафу. Вытряхиваю оттуда все вещи, ища свой строгий костюм и белую блузку. Налепив под глаза дольки огурцов, натягиваю капроновые колготки. Мне нужно произвести впечатление серьезного и ответственного человека. Это мой шанс устроиться работу. И я не должна его упустить. Ведь от этого зависит наше с Иришкой дальнейшее качество жизни. А без денег сейчас так себе просуществуешь. Даже если Денис вернется, деньги все равно лишними не будут.

Когда я уже почти собрана, просыпается Иришка. Одеваю на нее первое попавшееся под руку платьице и собираю волосы в пучок. По-быстрому кормлю ее завтраком и тащу на остановку, благо мы не так далеко живем от центра, всего минут тридцать на маршрутке.

Дочь не капризничает, понимает, что для мамы это очень важно.

Галя встречает нас у турникетов на входе в офис. Торопливо ведет дальше по коридору, отчитавшись охране, что мы с ней, на собеседование.

– Так, идешь сейчас к генеральному, – цокает каблуками подруга, объясняя мне дальнейшие действия.

– Сразу к генеральному? – начинаю я нервничать.

– Да, он сам отбирает сотрудников офиса. А я пока возьму Иришку с собой. Не будут же тебя полдня мурыжить.

– Спасибо, Галь, – иду следом за подругой, в который раз благодаря ее за помощь и отзывчивость.

– Сейчас прямо по коридору, потом налево. Там кабинет Стефана Дмитриевича.

– Стефана? Он что, не русский?

– Почему? – останавливается Галя, а я чуть не впечатываюсь в ее спину. – Русский. Просто у него мать из Сербии. Ну все, иди.

– Ага, – киваю, пытаясь игнорировать свое волнение, и иду в указанном мне направлении.

– Юль, – окликает меня Галя и улыбается. – Удачи!

Выдыхаю перед дверью с табличкой генерального директора Арховского Стефана Дмитриевича, стучу.

– Входите, – слышу строгий мужской голос. Удивительно чистый и одновременно грубый.

Фантазия сразу рисует образ молодого мужчины с острыми чертами лица. Но на деле все оказывается немного иначе. Войдя в кабинет, сразу вижу в кресле серьезного мужчину лет тридцати пяти.

– Здравствуйте, я на собеседование, – негромко произношу, пряча за спиной дрожащие руки.

– Присаживайтесь, – указывает мне мужчина в темно-синем строгом костюме, который сидит на нем, как влитой. Не удивлюсь, если он пошит на заказ.