- -
- 100%
- +
ВАСЯ
Вася сидел на корточках и сосредоточенно смотрел на гладь воды. Он неподвижно сидел так долго, что не мог определить который теперь час, не замечал, что ноги его затекли, а пальцы рук стали покалывать от напряжения. Рыба не ловилась.
– Ни карасика, ни пескарика кошке на ужин, – мог бы подумать Вася, но даже этой простой мысли у него в голове не было.
– Дядя, я рыбку поймал.
Вася не услышал голос.
– Дядя, я рыбку поймал, – голос стал более отчётливым.
Вася краем глаза посмотрел на того кто потревожил его одиночество.
– Дядя, я рыбку поймал.
Слева, немного сзади него стоял мальчик лет пяти. Одет он был в видавшие виды, стоптанные, с оббитыми носками ботинки, брюки «с чужого плеча», закатанные у щиколоток и ватное пальтишко, застегнутое на одну пуговицу.
– Что за мать, – мелькнуло в голове у Васи: – Пуговицы ребенку не пришила.
Из полурасстёгнутого пальто виднелся вязаный свитер серо-неопределённого цвета с растянутым воротником, из которого торчала тоненька детская шея. Весь наряд ребёнка завершала шапка – ушанка со спущенными ушами без веревочек. Вася отвернулся, ну какое ему дело до чужого ребёнка.
– Дядя, я рыбку поймал, – мальчик был настойчив.
Вася ещё раз обернулся на голос. Действительно, у мальчика был кусок лески, который он бережно приподнимал левой рукой, а правой поддерживал блестевшую чешуёй маленькую рыбку. Лицо мальчика было спокойным, а огромные серые глаза грустными.
Вася молча пожал плечами и посмотрел на свой поплавок, который стоял в воде не шевелясь.
– Дядя, я рыбку поймал.
– Какой навязчивый пацан, – подумал Вася и решил не оборачиваться.
– Дядя, я рыбку поймал для Вас.
Вася сплюнул и всем телом, повернулся в сторону говорящего.
Мальчика рядом не было, но из-за деревьев вышел худенький парень лет двадцати. Парень мог бы казаться красивым, если бы не сильная сутулость и жесткая складка у губ.
Вася тряхнул головой, но мальчик не появился, а парень не исчез.
– Где мальчишка? – Вася не узнал свой голос.
– Какой мальчишка?
– С рыбкой.
– С рыбкой, – парень повторил, растягивая слова, словно пел.
– Да, с рыбкой.
– Он вырос.
Вася еще раз тряхнул головой: – Что значит вырос?
– Почему ты не взял рыбку, которую он для тебя поймал? – ответил вопросом на вопрос парень.
– Я не привык брать чужое.
– Это была твоя рыбка.
– Я свою, ещё не поймал.
– Я дам тебе рыбу, у меня здесь за излучиной сети стоят.
У парня в руках появился садок полный крупных сазанов и лещей.
– Сам поймаю, – Вася отвернулся.
Парень присел рядом на корточки, положил садок с рыбой перед собой. Рыба от прикосновения с землёй зашевелилась.
– Посмотри, она именно такая, какая нужна тебе.
– Чужое не беру, – в голосе у Васи появилась смесь злобы и досады.
Парень поднялся, но садок с рыбой не тронул.
– Жаль, мне так хотелось помочь тебе.
– Шел бы ты своей дорогой, – Вася поднялся с корточек.
Парня не было. На земле лежал пустой, старый, ржавый садок, видимо забытый много лет назад кем-то. Вася поднял его, размышляя как можно приспособить находку.
– Не получится.
Вася вздрогнул, садок из его рук выпал и скатился в воду, не издав ни звука, ни всплеска, поверхность воды осталась гладкой как стекло.
– Пойдем со мной, – голос у мужчины был хриплым.
Вася присмотрелся, глаза у стоявшего перед ним были мутные, словно небо в дождливую погоду, сеть глубоких морщин шла от них к вискам. Запёкшиеся гнойники на веках вызывали чувство брезгливости.
– Я рыбу ловлю, – сказал как отрезал Вася.
– Река, – мужчина потёр подбородок.
– Да, река, – Вася не хотел смотреть в глаза незнакомцу.
– А вода стоит.
– Действительно стоит, – подумал Вася и подёргал удочку.
Поплавок по-прежнему стоял в воде, словно приклеенный, не качнувшись и не ответив на подёргивания удилища.
– Здесь всё не живое, незнакомец вытащил сигарету.
– Пацан поймал рыбку, – возразил Вася.
– Потому что не для себя.
– Я тоже не для себя.
– Для кого?
– Для кошек.
– А ещё для кого? – усмехнулся мужчина.
– Для собак.
– И всё?
Вася не хотел отвечать, сел на корточки и слегка дёрнул удочку. Незнакомец был настойчивым и не собирался уходить. Он смял выкуренную сигарету, достал новую, закурил и сел рядом с Василием на корточки. Вася с шумом вздохнул.
– Тяжело? – спросил мужчина.
– По-разному, – процедил Вася.
– Знаю что тяжело, сам виноват.
– Да пошёл ты, – огрызнулся Вася.
– Рад бы, но не могу. – голос мужчины был спокойный и безразличный.
Оба помолчали.
– Я могу тебе помочь, – незнакомец сделал паузу, ожидая ответ.
Вася молчал.
– Тут у меня капканы стоят на ондатру, если поможешь, соберём зверьков и все шкурки твои.
– Мне не надо.
– Надо, жизнь изменишь.
– Поздно.
– Ещё есть время изменить. Зря у мальчишки рыбку не взял.
– Бычок, – презрительно фыркнул Вася.
– Зато от души и мне легче было бы.
– Тебе-то от чего?
– Не пришлось бы капканы ставить.
– Так ты о ком беспокоишься? – Вася дёрнул удочку, почувствовал натянувшуюся леску, но поплавок по-прежнему стоял без движения.
– О себе.
– А парень с рыбой тоже с тобой? – Вася уловил связь между тремя людьми.
– С нами.
– И много вас?
– Нас?
– Да, вас.
– Много, двадцать одна тысяча девятьсот, а если учитывать високосные года, то больше, – незнакомец беззвучно пошевелил губами: – Двадцать одна тысяча девятьсот пятнадцать, минус сегодняшний день.
– Сегодняшний, почему минус?
– Он еще не прожит.
– Здесь по близости есть спец учреждения?
– Те, о которых ты подумал, нет, – не весело усмехнулся незнакомец.
– Я пожалуй домой пойду.
– Иди, – незнакомец затушил сигарету, встал и посмотрел на поплавок.
Вася начал наматывать леску на старую, видавшую виды катушку. Леска шла плавно, катушка слегка потрескивала.
– Так можно тянуть всю оставшуюся жизнь.
– Это моё дело, – огрызнулся Вася.
– Конечно твоё, – голос незнакомца изменился.
– Отстань.
– Не дерзи старшим. – в голосе появились знакомые властные нотки.
Вася дёрнул леску, но поплавок не отреагировал на рывок.
– Дураком жил, дураком помрёшь.
– Да я тебя! – Вася бросил удочку, вскочил на ноги и резко замахнулся, посмотрев незнакомцу прямо в глаза.
– Папа? – рука повисла на полпути.
– Да какой я тебе папа! – старик с растрёпанными, редкими волосами шамкнул беззубой челюстью.
Вася потёр кулаком глаза.
– Это я, Вася.
– Вижу, не слепой, – кашлянул старик.
– Я рыбу ловлю.
– Я и говорю, дурак.
– Река не течёт, – удивление в голосе у Васи было бесконечным.
– И не текла никогда.
– Я ловил раньше.
– Ловил, когда я хотел, – старик самодовольно выпятил грудь.
– Что изменилось?
– Всё, ты больше не нужен.
– Кому, не нужен? – недоумение застыло в глазах Васи.
– Мне и моим детям.
– У меня семья.
– Видимость.
– Я им не нужен? – Вася съёжился, словно от холода.
– Они тебе не нужны.
– Не правда!
– Ты не способен меняться и менять свою жизнь, – старик источал презрение.
– Пап! – в глазах у Васи заблестели слёзы.
– Повторяю, ты не моей крови.
– Я догадывался, – Вася бросил взгляд на поплавок.
Поплавок слегка качнулся.
– Они предлагали тебе изменить всё с самого начала, – старик презрительно сощурил глаза.
– Они?
– Да, тот ты в пять лет, тот ты в двадцать лет, тот ты в тридцать лет, но у тебя душа раба. Ты всё время держался за удочку, которая заброшена в реку, которая не течёт.
Вася виновато опустил голову, скользнул взглядом по траве, взял в руки удилище, подёргал его и неожиданно для себя сломал о колено.
– Пошло, – услышал он откуда-то издалека.
Вася оглянулся. Старика не было. Никого не было. Он с сожалением посмотрел на брошенные обломки.
– Двинулось, – сказал голос сзади.
Вася посмотрел на поплавок. Поплавок медленно крутнулся на месте и подхваченный течением стал удаляться к излучине реки.
– Движение, это жизнь, – сказал тот же голос.
– Жизнь это движение, – подхватил голос по тоньше.
– Вот теперь будет жить, – голоса слышались издалека.
– Да буду, – Вася посмотрел на небо и зажмурился от яркого света ударившего в глаза.
– Сильный, – тонкий голос слегка приблизился.
– Да, я сильный, – Вася открыл глаза.
Перед ним был чистый белый потолок, белые кафельные стены и пол.
КТО ХУЖЕ ТАТАРИНА
Телевизор орал на всю квартиру. Ведущие то и дело предлагали пожениться.
– Пожениться это хорошо. – хохотнул дед и отключил звук во время рекламы.
– Угу, – выдохнула из себя его внучка.
Дед был глуховат и не услышал скепсиса в её голосе.
– Я б себе бабёнку тоже присватал, – дед мечтательно сощурился.
– Мне кажется, в ноябре Вам восемьдесят пять исполнится, – она всегда называла деда на Вы.
– Да, но я ещё поживу!
– Кто б сомневался, – тихо сказала внучка.
– Меня Бог любит, ведь хранит же он меня столько лет, – дед самодовольно провёл рукой по лбу.
– Знаем, – взгляд девушки скользнул по потолку.
– Живу, работаю, деньги капают, – дед характерно помусолил большим и указательным пальцами.
– И такое бывает, – согласилась внучка.
Дед не замечал едких замечаний девушки: – Эх, умерла бы моя Елена пораньше, тогда, когда мне было только пятьдесят, я бы на молодой женился и ещё детей развёл, и выучил, и на ноги бы поставил, финансы позволяют. Есть деньжата!
Очередная реклама закончилась, и дед включил полную громкость. Невесты на экране пели пронзительными голосами, не попадая в ноты, и плясали что-то среднее между танцем живота и хип хопом.
– Ты вон ту выбирай, – советовал дед жениху.
– Почему? – спросила внучка.
– Ей ещё тридцати нет.
– Так ведь жениху уже шестьдесят! – удивилась девушка.
– Ну и что? Зачем ему старуха? – удивился дед.
– Так другой сорок один всего.
– Всё равно старуха! – дед утвердительно махнул головой.
– А ведущие тоже старухи?
– Нет, – протянул дед: – Мне бы пошли за первый сорт.
– Так им по пятьдесят, – уточнила внучка.
– Я Елене обещал на молодой не жениться, но и старуху – развалину за себя не брать, – важно сообщил дед.
– Женщине, которая сюда приходит, сколько лет?
– Это домработница и меня пока устраивает, – дед презрительно скривил губы.
– Что ж она тогда свою ночную рубашку и косметику под подушкой прячет? – ухмыльнулась внучка.
Старик не услышал её последнюю фразу. Началась очередная реклама. Дед отключил звук и повернувшись к внучке спросил, – Собака у отца есть?
– Есть, – утвердительно кивнула внучка.
– Приеду, заберу, – пригвоздил дед.
– Но папа не отдаст, он её любит, – возразила девушка.
– Другую заведёт, мне обученная нужна.
– Я не стала бы так утверждать, – произнесла внучка и подумала: – Чёрт меня дёрнул сказать что собака есть.
– На Новый Год приедем с Игорьком, посоветуем твоему отцу как жить, – реклама закончилась, дед включил звук.
– Папе неделю назад исполнилось шестьдесят.
– Я знаю, – пренебрежительно бросил дед и пересел к телевизору почти вплотную.
– Он, вроде как сам, знает как жить, – внучка закусила губу.
– Ты, домой, когда приедешь, узнай, сколько там у вас дачи стоят, я себе дачу куплю!
– Мы себе тоже хотели дачу купить.
– У вас денег нет, – фыркнул дед.
– Мы заработаем, – в голосе у внучки не было уверенности.
– Я куплю, мне ваш климат нравится, зимы тёплые, – дед сделал звук у телевизора тише.
– Ой, у нас последние три года ветры дуют, морозы днём по минус двадцать, а ночью все тридцать. И снег лежит, никуда не проехать.
– Ничего, мы с Игорьком приедем сами посмотрим, – стоял на своём дед.
– У нас дома ремонт.
– Крыша есть?
– Есть, – врать, что крышу снесло ураганом было не возможно.
– Нам с Игорьком хватит.
– Так машину некуда поставить, а под окном если, то угонят, – словно за соломинку ухватилась внучка.
– Не угонят.
– У нас город очень криминальный, просто ужас!
– Отец куда машину ставит? – спросил дед.
– В гараж.
– Освободит гараж, мы в него свою загоним, – дед не терпел возражений.
– Как же ездить по городу будете?
– Отец твой нас возить будет.
– Он на работе целыми днями, – внучка сделала очередную попытку отстоять отца.
– Отпуск возьмёт.
– Он уже брал.
– Без содержания возьмёт, – у деда на всё был ответ.
– Тогда нам не на что будет жить. – внучка плохо скрывала удивление и возмущение.
– Не обедняете!
– У нас папа полы снял, чтобы новый постелить, но не успел, – ей показалось что это веский аргумент
– Во всех комнатах?
– В двух.
– Но одна комната с полами есть? – уточнил дед.
– Есть.
– Нам с Игорьком хватит.
– А у нас в ней мыши и крысы живут.
– Много? – удивился дед.
– Очень, – выпалила внучка.
– Кошку заведите, – посоветовал дед.
– У нас шестнадцать кошек, – девушка сама удивилась тому что сказала.
– Пятнадцать? – недослышал дед.
– Да, пятнадцать, – внучка не стала уточнять первоначальное количество кошек.
– Всех мышей и крыс переловили?
– Не успевают.
– Выбросить всех кошек и купить одну, которая ловит, – скомандовал дед.
– Так зима скоро, – девушка набрала в лёгкие побольше воздуха.
– Всё равно немедленно выбросить, – дед повторил приказ.
– Экзюпери говорил что мы…
– Мне Экзюпери не указ, – перебил её дед: – К нашему приезду кошек выбросить и приготовить комнату.
– У нас зимой эпидемию гриппа обещают.
– Мы с Игорьком каждую зиму делаем прививки от гриппа, – дед отмёл в сторону угрозу заболеть.
– Папе нельзя делать прививки, – сообщила внучка.
– Кто сказал? – удивился дед.
– Врач.
– Плохой врач. Прививки всем к нашему приезду сделать! – дед не терпел возражений.
– Мама против прививок.
– Много разговаривает, – деда перекосило от упоминания о невестке.
– У нас зимой вода замерзает в трубах, мы канистрами её возим.
– Утеплить! – дед продолжал давать команды.
– Так в земле не глубоко провели.
– Принять меры!
– У папы нет времени, – девушка защищала отца как умела.
– Отец на охоту ходит? – дед пропустил мимо ушей фразу о времени.
– Нет, он в этом году даже путёвки не покупал, – соврала внучка.
– Ничего, я себе и Игорьку разовые куплю.
– А у нас все охот хозяйства частные и туда путёвки не продают.
– Ерунда, – дед был непоколебим.
– Охрана в угодьях всех штрафует на огромные суммы.
– У меня деньги есть, заплачу штраф, – дед улыбнулся при воспоминании о деньгах.
– Так штраф через суд берут, могут оружие отобрать, – испугала деда внучка.
– Ты за меня не бойся! – дед по-своему понял её испуг.
– Да, я вроде как не боюсь, – сама себе под нос произнесла девушка.
– Я ещё тот старый поршень, я жить хочу полной жизнью.
– Да, конечно, – вздохнула внучка.
– Я Игорьку так сказал, ты меня береги и уважай, а за мной не пропадёт.
– Папа Вас тоже уважает.
– Уважение уважению рознь, – дед назидательно поднял указательный палец вверх.
– Да, папа помнит мультик.
– Что за мультик?
– Про «кто похвалит меня лучше всех».
– Не знаю такого мультика, – программа про поженимся закончилась, дед выключил телевизор и поднялся со стула.
Раздался звонок, девушка подхватила свою сумку, нашарила в ней телефон, поднесла его к уху.
– Доча, как ты там? – голос отца звучал участливо: – Ты уж прости, что тебе пришлось поехать.
– Папа, дед собирается к нам в гости. Извини, я тебе ничем помочь не могу.
ЗЕМСКИЙ ДОКТОР
Трр – трр – трр – настойчиво зазвенел звонок, прибитый в прихожей к стене над входной дверью.
– Кого там ещё нелёгкая принесла? – зевнув, скрипучим голосом, спросил старик и отхлебнул из чашки чай.
– Сейчас посмотрю, – ответила ему старуха и пошаркала к входной двери.
– Кто там?
– Это я соседка, откройте.
Старуха погремела ключами, повернула задвижку и открыла дверь. За дверью стояла сгорбленная женщина, в глазах у которой стояли слёзы.
– Катерина Витальевна, помогите.
– Что случилось? – старуха сделала шаг назад.
– Мужу плохо, скорую вызвали, уже полтора часа ждём, а её всё нет, а мужу всё хуже и хуже.
– Да чем же я могу помочь? – старуха развела руками.
– Сынок ваш ещё не уехал?
– Здесь он, – старуха стала понимать что к чему: – Сейчас я его позову. Он поможет.
– Я знаю у вас сынок врач. Уж вы извините, что мы его потревожили. Мы понимаем, что он отдыхать приехал, но может он к нам поднимется, посмотрит на мужа.
– Сейчас я его разбужу.
– Спасибо, – женщина прижала руки к груди.
– Вы идите, а он следом придёт.
Женщина ушла, а старуха, прикрыв за ней дверь, пошла вглубь квартиры. Остановившись в дверях маленькой комнаты заставленной коробками, она сказала: – Петруша, там соседка пришла, просит помочь, у неё муж заболел.
– Я занят, – недовольно ответил Петруша не поднимая голову и не выпуская иголку из рук.
– Надо Петруша помочь человеку, а то неловко получается, я им рассказывала, какой ты хороший врач общей практики и что ты депутат земского собрания Галиновского сельского поселения.
– Есть такое, – Петя поднял голову от обёртки, лицо его расплылось в самодовольной улыбке: – Им бы скорую вызвать.
– Так вызвали давно, но у нас такой город, такой город, – вздохнула старуха.
– Город, а проблемы сельские, – хмыкнул Петя.
– Так ты сходи Петюня, помоги человеку, вдруг помрёт, что соседи скажут? А ведь нам тут жить, – вздохнула старуха.
– Нам через три дня уезжать, а мы еще и половину коробок не привели в порядок, – вступила в разговор жена Пети. Она подняла голову, отодвинула от себя обёртку от шоколадки и воткнула иголку в игольницу.
– Я быстро схожу, а ты пока отдохни, – обратился к ней Пётр.
– Он быстро, ты Светочка не сердись, а я тебе чайку принесу, – голос у старухи был жалобно просящий.
– Ладно, одна нога там, другая здесь, – скомандовала Света.
– Что там, у соседа может быть? – поинтересовался Петя у матери.
– Там страшного ничего нет, давление у него скачет, ты ему укол сделай и на том спасибо, – подсказала старуха.
– За десять минут управлюсь. Вот только не знаю, сколько с них денег спросить, – Петя провёл языком по губам.
– Как всегда, чем они лучше, – откликнулась Света.
– Что с них спросить можно, мать? – Петя обратился к старухе.
– Ой, Петюня не проси у них денег. Они к нам хорошо относятся.
– Ко мне в Галинке все хорошо относятся, так я что должен из-за этого от зарплаты до зарплаты без денег сидеть, – проворчал Петя.
– Петюня, когда им родня гостинцы привозит, они с нами обязательно делятся.
– Это их выбор, – потянулась Света.
– Ладно, только ради тебя сделаю исключение, – Петя вышел, а старуха пошла в кухню, наливать невестке чай.
Светлана посмотрела в окно, за которым сгустились сумерки и перевела глаза на коробки аккуратно сложенные в две стопки: – Восемьдесят штук в одной коробке, двадцать четыре коробки сделаны, ещё над шестнадцатью коробками корячиться, чай она мне принесёт, мне кофе необходим.
Старуха осторожно, чтобы не расплескать поставила чашку чая перед Светланой.
– Сахар положили?
– Нет, я помню, миленькая, что ты без сахара пьёшь, – старуха робко заглянула Светлане в глаза.
– Печенье есть?
– Нет, миленькая, а ты с шоколадкой попей, вон у вас шоколада сколько!
– Ма-а-ма! – Светлана сделала ударение на первый слог. – Он уже год как просроченный!
– Вспомнила, у меня сгущёнка есть.
– Свежая? – Светлана наморщила лоб.
– Третьего дня купила.
– Не надо, я себе гоголь-моголь сделаю, – Светлана встала и пошла на кухню. Старуха пошаркала следом, предано глядя ей в спину.
Светлана была любимая невестка, в семье её уважали за деловые качества и умение вовремя услужить старикам. По мнению свекра, Светлана была идеальной парой для их сына, а сын был их гордостью.
Зелёный абажур мягким светом освещал ровный ряд начищенных кастрюль на полке. Чайник гордо стоял на буковой подставке, пёстрые подхваты висели на крючочках рядом с белоснежным полотенцем. Старуха присела к столу и подперев рукой щёку задумчиво уставилась в окно: – Совсем темно, Петя что-то задерживается.
– Дел по горло, – Светлана тряхнула миксером: – Неужели скорая помощь до сих пор не приехала?
– Я сейчас схожу наверх, посмотрю что там случилось, – засуетилась старуха.
– Сходите, напомните Пете, что он в отпуске, – Светлана с шумом поставила миксер на стол.
– Уже иду, – старуха поправила на плечах шаль и вышла вон.
– Так уютно, аж спать хочется, – Светлана попробовала сбитый гоголь-моголь, поморщилась и вылила его в мойку, затем поднялась на носки, прикоснулась к абажуру. Абажур закачался, и пятно света закачалось вслед за ним. Светлана взяла из холодильника солёный огурец, надкусила его с хрустом, опять поморщилась, бросила надкусанный корнишон в мойку в пятно взбитого гоголь – моголя и вышла из кухни.
Старуха вернулась и сразу прошла в комнату невестки.
– Ну что там? – недовольно спросила Светлана.
– Скорая помощь ещё не приехала.
– Я не про скорую спрашиваю.
– Соседу чуть лучше.
– Меня сосед не интересует.
– Петруша укол сделал, ждёт.
– Чего ждёт, у моря погоды?
– Лекарство подействует, и он придёт.
– А кто будет на обёртках даты менять?
– Хочешь, я помогу? – старуха с готовностью двинулась к столу, на котором лежала груда шоколадок.
– Да где вам мама с вашими глазами! Обертку, фольгу или этикетку повредите, и считайте, что деньги на ветер выбросили.
– Может дед поможет?
– Спит он давно, и десятый сон смотрит.
– Петруша сказал, что тебе отдохнуть можно.
– Я сама решаю, что мне можно.
– А вот и я, – Петя, широко улыбаясь, неслышно появился в проёме двери.
– Я спать, – старуха поправила кончик воротника на рубашке сына.
– А мы с тобой сейчас начнём работать, – Петя потер ладони.
– Не успеем, – вздохнула Светлана.
– Можем задержаться на один день.
– Работаем до одиннадцати, и спать, – Света поставила на стол очередную коробку с шоколадом.
– Иголки где?
– Тут были.
Петя включил настольную лампу, сел к столу, взял иголку и потрогал кончик пальцем: – Завтра надо новые иглы купить и по тоньше, эти затупились уже.
– Скажу матери, она купит, – Светлана принялась за работу.
Утром, пока все спали, старуха замесила тесто и приготовила начинку. Сынок наезжал в гости к ним по два раза в год, и каждый раз это был для стариков праздник. Пирожки с джемом, капустой, картошкой и мясом должны были радовать сыночка, а булочки напоминать счастливое детство.
– Мне с капустой, – в кухню вошёл взъерошенный, не совсем проснувшийся старик.
– Тише ты, сына разбудишь, – цыкнула на него старуха.
– Молчу, молчу, – старик осторожно надел шапку, накинул на плечи куртку и прошел на балкон. Он сел на табурет и стал смотреть поверх крыш на небо. Стая голубей сделала круг над домами и опустилась на козырёк крыши.
– Прилетели, дармоеды? – дед был рад поговорить хоть с кем-нибудь: – Крупы на вас не напасёшься, попрошайки!
Балконная дверь приоткрылась, и рука старухи просунула в щель тарелку с пирожками: – Сиди здесь, а я в магазин за молоком схожу. Петруша просил раньше девяти не будить.
Старуха ушла. Дед посидел ещё немного, съел пирожки, кинул крошки голубям и пошёл досыпать. Проснулся он от тихого разговора.
– Я вам так благодарна, – это был голос соседки.
– Наш Петя всегда всем на помощь приходит, он у нас самый уважаемый человек в деревне.
– Он такой умный, – льстила соседка.
– Да, такого специалиста ещё поискать надо, – хвалилась старуха.
– Он очень благородный человек, – соседка старалась подлизаться изо всех сил.
– Он специалист.
– Высшее образование у многих, но не всем знания даются, – соседка умилялась на все сто.
– У нас и невестка образованная, – старуха стала хвалиться невесткой.
– Для такого как ваш Петя другая жена не подойдёт.
– Она у нас юрист, – старуха гордо подняла голову.