- -
- 100%
- +
– Слава богу, жива! А то ведь не разберешь, что вообще происходит! Мы тут тебя спровадили, заскучали с Фросей, как на работу приходит хмурый Игорь. Открывает дверь и тебя спрашивает. А Вики нет! Вот тебе и поворот, думаю я. Так она в магазин вроде вышла. Он слегка улыбнулся. В Абхазию, в Сухуме магнитика на холодильник прикупить, добавила я, так он сразу и побагровел. Молча посидел с нами на твоем рабочем месте минут десять, кого ждал, непонятно, и ушел. Так вот, дорогая Викуся, ты не скажешь, какого хрена тут происходит?
– И я рада вас слышать, Земфира Николаевна. У меня все хорошо, солнце светит, море зовет, песок греет, с Игорем легкое недопонимание произошло, которое сейчас разрешу. Абхазия шикарна, один воздух чего стоит. Я только приехала, но уже чувствую, что жизнь прекрасна. Кстати, Земфира Николаевна, вы случайно не знаете, что значит, когда кавказцы не берут с вас денег за проезд? И бывало ли такое, что таксист на полпути вдруг оказывается не таксистом, а бизнесменом?
– Ой, девочка моя, кто знает, что на уме у этих горячих мужчин. Почему таксист денег не взял, мне не понятно. Может, ты ему дальней родственницей пришлась, может, понравилась, а может, у него настроение хорошее. Мне вот один в Гаграх по молодости пять литров вина подарил за красивые глаза. Ты мозги свои не отключай!
– Ладно вам, не девчонка вчерашняя. Самой скоро уже сорок, сама кого хочешь уму-разуму научу. Земфира Николаевна, тут Фрося на второй линии. В общем, все хорошо! На связи!
– Вика! Где же тебя носит? Мамочки, сидим, значит, на работе с Николаевной и гадаем, доехали вы или нет. Тут представь, открывается дверь…
– И входит Игорь!
– Да! Игорь твой сам не свой. Тебе звоним – телефон выключен. До меня все никак не дойдет, как это Игорь здесь, а ты там? Игорь не знает, где ты. А где ты вообще? И что вообще происходит?
– Фрося, все хорошо! Я в Абхазии. С Игорем небольшая путаница. У взрослых так бывает. Давай потом расскажу, сейчас не хочется… Ты лучше мне вот что скажи! Как ты думаешь, почему таксист может не взять деньги с клиентки?
– Может, акция? Не знаю, с меня всегда таксисты денег брали. А таксист молодой и красивый? Он не джигит в седьмом поколении? Машину на два задних колеса не ставил? Лезгинку за рулем не танцевал? Все игрушки во всех тирах тебе с закрытыми глазами не выигрывал?
– Закатай губу обратно, – засмеялась Вика, – это не кино – это жизнь! Да какой-то странный он, довез до отеля, денег не взял. Абсолютно не располагает к себе, даже отталкивает. Но два добрых дела сделал: не взял с меня денег и отвез меня в другой отель, а то я чуть в борделе не поселилась.
– Какой загадочный образ. Точно пранк! Ты смотри, может, и вправду шейхом окажется, который для своего блога таксистом работает. Что-то мы слишком увлеклись. Ты давай с Игорем решай, а то мне его так жалко, мучается, бедный. Ну пока, не забывай!
Остались два пропущенных – от Сахамилова и Игоря. Вика предпочла решить с автором, прежде чем окунуться в семейную драму.
– Вика, здравствуйте! Знаю, что вы на отдыхе, или не на отдыхе? Так и не понял, где вы и что с вами! Я вот что хотел сказать… Недавно гулял в парке, и меня так вдохновило, что родились три идеи. Первая – парень влюбляется в свой телефон и женится на нем, вторая – что, если написать о романе каменного камня и огненного огня? Третья, самая гениальная, написать повесть о рыбе, которая всю жизнь хотела сказать другой рыбе, что любит ее, но не могла из-за физических ограничений.
– И тебе привет! Все три – отличные. Последняя просто гениальная! Я сейчас на отдыхе, ты начинай писать, приеду, глянем, что получилось. Слушай, Сахамилов, ты же кавказец! Вот скажи, что означает, когда таксист не берет денег с отдыхающей туристки?
– Так, так… поставлю себя на место таксиста. Почему бы я не взял денег с туристки. Так, так… а он вам комплименты не делал? Не говорил, что еще увидитесь?
– Делал, говорил.
– Тогда вообще ничего не понятно. Думаю, он узнал, что вы редактор и надеется на скидку. Ладно, отдыхайте, мне писать и писать еще…
Виктория не набрала в тот день Игорю. Ее радовало, что он расстроенный и мучается. Она нашла это наказанием за его поведение. Решила еще денек не звонить, не хотелось омрачать первый день отдыха скандалом, который неизвестно как закончится. Вика положила голову на подушку, и Морфей унес ее в свое царство.
6
Когда Джон вошел во двор, Милана держала на руках младенца и развешивала белье. Увидев мужа, она тут же побежала на кухню, чтобы разогреть еду. Джон удобно разместился на скамейке, вытянул ноги, скрестил на животе ладони и тяжело вздохнул. Сказывался тяжелый рабочий день вкупе с мимолетным перерывом на отдых.
Два маленьких босых ребенка пяти и трех лет поспешили к папе. Видеть отца дома для них занятие нечастое, но всегда радостное. Джон, не вставая со скамейки, осматривал забор, который держался на честном слове Джона. Он уже несколько лет клятвенно обещал его отремонтировать.
– Папа, что ты нам принес? Ты купил пистолеты?
– Нет, сегодня не получилось.
– Ничего страшного, папа, – ответил старший, они уже привыкли, что на отца нельзя ни в чем положиться, – поэтому я сам себе сделал автомат, смотри, – ребенок принес забитые гвоздями три дощечки, длинная доска служила прикладом и стволом, короткие заменяли рукоять и магазин.
– Энвер, давай-ка свой автомат.
Джон поработал топором по длинной дощечке, сделав толщину ствола в два раза меньше. Прибил на кончике маленький гвоздик – получилась мушка для прицеливания. Придав автомату более достоверный вид, он вернул игрушку сыну, счастью которого не было предела.
– Папа, а ты шоколадку купил? – спросил младший сын.
Джон сходил до машины и принес из бардачка несколько расплавленных от жары конфет.
– Держи, так даже вкуснее!
Дети жадно схватили конфеты, слизывая с фантика остатки шоколада. Из кухни вышла жена – в одной руке по-прежнему был младенец, во второй – поднос, на котором была мамалыга, фасоль, свежий салат и кусок вареной говядины с аджикой. Зная, что муж приехал уставший с дальнего рейса, она не задавала никаких вопросов, дав возможность спокойно отужинать. А сама, не теряя времени, положила ребенка в люльку и взялась подметать крыльцо. Дождавшись, когда муж окончит трапезу, она села напротив него.
– Джон, сегодня потек бойлер в ванной. Весь день без горячей воды сидим. Может, поищешь мастера? И еще Энверу в сентябре в нулевой класс. Давай отправим его на подготовительные занятия? А то он даже буквы не знает. И вещи ему нужны. Давид его донашивает, а Энверчику совсем ходить не в чем. Я понимаю, тебе тяжело. Сегодня приходила Марина, предлагала вечерами печь булочки для санатория, может, попробовать?
Джон закурил, ничего не ответив.
– В этом месяце у нас, – продолжила Милена, – две свадьбы, четыре дня рождения. Ах да, ты не забыл, что я брала у Светы в прошлом месяце десять тысяч? Их вернуть надо. Я понимаю, тебе непросто, но что я могу сделать? И этот забор, я уже не знаю, как и чем его подпирать. Он основательно сгнил. Бог ты мой, отчего жизнь такая сложная? Хорошо бы позади нашего дома построить коттеджи для туристов. Вот наша соседка Мидея пару лет назад вложилась в этот бизнес, а сегодня уже с семьей ездит отдыхать на Красную поляну. Она смогла, и мы сможем!
Джон молча докурил сигарету и выкинул ее в огород.
– Джон, у малышки памперсы закончились, и питания осталось на два дня, – Милена принялась убирать посуду, – как съездил? Вижу, купил мокасины. Правильно сделал! Не ходить же тебе, нашему добытчику, в рваной обуви! Красивые, модные. Может, и мне получится на сезоне одеться? Я понимаю, что я целыми днями дома по хозяйству, что без вещей еще могу обойтись, но я еще молодая, мне так хочется красиво выглядеть. Так что, на обратном пути привез кого с границы? Дашь на памперсы?
Джон снова прикурил сигарету.
– На обратном пути машина сломалась. Пришлось все деньги на запчасти потратить, чтобы до дома доехать. Я пустой. Придется копилку открывать.
– Ты же на новую машину копишь? Жалко, давай подумаем, может, еще у кого-то можно занять? Боже, за что эти все наказания на нашу голову! Я уже устала успокаивать себя, что где-то идет война, а я хоть под мирным небом живу.
Джон проследовал в спальню. Оттуда донесся звук разбитой копилки. Вернувшись, он положил перед женой несколько купюр, которых едва хватало на памперсы и детское питание. Остальные деньги он положил в задний карман.
– Все это мелочи. Главное, чтобы войны не было, ты права. Прорвемся! На машину все равно накопить не получится, с этим долларом ужас что происходит. Я пока пятьдесят тысяч коплю, она на сто тысяч дорожает. Лучше я эти деньги в свою машину вложу, чтобы она как часы работала. А то корову каждый день доим, а кормить забываем!
– Джон, но у нас нет коровы!
– Милана, это образное понятие! Почему тебе всегда все так сложно объяснить? Короче, я до Хасика пойду, посидим, подумаем, какой еще бизнес открыть можно. Ты, главное, духом не падай! Еще немного, и все будет хорошо. И погладь мою выходную белую рубашку. Мало ли, с инвесторами встреча будет, чтобы я соответствующе выглядел.
7
Забавно, вот существует фраза «встал не с той ноги», а когда «встал с той ноги»? Вика проснулась в одиннадцать. Она вышла на балкон, откуда был виден полупустой пляж – любители утреннего моря неспешно складывали полотенца в сумки. Солнце, стремясь к зениту, обещало пекло, но голод по солнцу перевешивал страх перед ожогами, и Виктория летящей походкой поспешила к морю.
На ресепшене администратор возмущался жарой. Без особой необходимости он старался не покидать рабочее место, отлично проветриваемое вентилятором. Виктория читала на форумах, что в некоторых отелях Абхазии туристы жаловались на сервис, в особенности на надменный персонал. Ей не хотелось в такое чудесное утро слышать замечания «приходите вовремя», «не опаздывайте» или «а во сне не покормили?» Но следовало узнать время обеда, так как завтрак она успешно проспала.
Администратор будто ждал, когда заселившаяся вчера блондинка, которую он с утра не видел, задаст этот вопрос. Викторию проводили в гостиничный ресторан, где с минуты на минуту обещали накормить. Не припоминая ни одного случая, когда простому туристу восстанавливали упущенный завтрак, гостья стала отнекиваться, ссылаясь, что спешит на пляж. Но когда принесли горячую лодочку с яйцом, свежий сулугун, салат из огурцов и помидоров, шампур шашлыка и бокал красного вина, гостья поняла, что сильно голодна.
– Ничего себе! – откинувшись на кресле, воскликнула сытая Виктория, – а у вас всегда такие потрясающие завтраки? Обещаю, больше не просплю!
– Этот завтрак устроил вам очень уважаемый человек. Он спрашивал о вас утром, мы сказали, что вы не были на завтраке.
Все попытки Виктории узнать, кто этот уважаемый человек, провалились. Администратор не сказал ни слова больше! В течение дня ей пришлось еще не раз услышать «это вам от очень уважаемого человека». На пляже парень, занимающийся арендой шезлонгов, три раза ей приносил коктейли с короткими записками: «Твоя улыбка светит как солнце. Надо предупреждать, чтобы люди не ослепли», «Сегодня обещали шторм, но с твоим приходом – штиль. Стихия подвластна красоте», «Температуру на пляже мерили исключительно до твоего прихода. После перегорели все термометры». Вика и тут допытывалась, от кого внимание? Ей пообещали, что она все узнает, когда придет время. Несмотря, что гостья возмущалась, все коктейли были выпиты, а записки надежно спрятаны.
После пляжа Виктория отправилась в уютную кофейню. После сытного позднего завтрака есть совсем не хотелось. Сидя за столиком, она то и дело оглядывалась, разыскивая тайного поклонника. Никаких намеков не было. Но когда официант принес кофе, на подносе лежало два аджинджуха.
– Это от уважаемого человека? – спросила Виктория, рассматривая до этого невиданное угощение.
– Это от добрых людей, – мило ответил официант, – коим и является наш очень уважаемый человек.
Виктория смаковала кофе, не притрагиваясь к десерту. Она хотела показать, что ей уже надоели такие подкаты, но любопытство взяло верх – она отломила кусочек. Дальнейшие попытки оторваться от орехов, покрытых несколькими слоями виноградного сока, оказались бесполезными. Виктория съела все, с удовольствием облизав пальцы.
– Какая-то чертова магия! Не могу понять, что происходит, – обижалась она на саму себя.
Ее напрягала эта ситуация – с одной стороны, пугала неизвестность, кто этот уважаемый всеми человек? Что ему надо? Почему он так добр к ней? С другой – ей это льстило и нравилось хотя бы потому, что все было вкусно и вовремя. Она слышала и о большом гостеприимстве этой земли, и о горячем темпераментном нраве местных жителей.
Вернувшись в номер, Виктория почувствовала себя хорошо и расслабленно. Ее тело, размякшее от солнца и соленой воды, требовало горизонтального положения. Четко обозначенное время обеда и ужина теряло актуальность. Виктория самую малость посопротивлялась сну, сказав себе, что не спать сюда приехала, но потом решила – и это тоже отдых как-никак!
Будучи одной на Кавказе, попадать в зависимость от незнакомых, пусть и уважаемых людей, – забава настораживающая. С другой стороны, все так вовремя и к месту, что не откажешь. И кажется все это чем-то опасным и неправильным, но в то же время завораживающим и интересным. Виктория планировала обдумать в целях безопасности свое дальнейшее поведение, но уснула, как только легла на кровать. На часах было три часа дня.
8
Это была аутентичная кавказская пацха: повсюду натуральный камень, дерево, шкуры животных. В ресторане громко играла национальная музыка. Гости столицы тихо смаковали вино, в то время как шумные местные жители, не стесняясь никого, говорили громкие тосты и пили одним махом. Вдоль столов мелькали официанты, которые разносили по столам мамалыгу, сыр, мясо. Под аккомпанемент местных исполнителей, попивая домашний коньяк, вели беседу два друга. Они сидели в дальнем углу, откуда хорошо проглядывался весь ресторан.
– Я спрашиваю у нее: а где ваш муж? А она с грустью отвечает, что у мужа не получилось, он, мол, весь в делах. Я же не дурак! Мне дважды говорить не надо. Женщин я понимаю настолько, что могу и книгу написать «Женский намек». Сам знаешь, какой у меня опыт!
– Джон, ты – волк! С коктейлями оригинально придумал. А зачем ты ей сказал, что не таксист, а бизнесмен?
– Потому что в эпоху капитализма живем. Вот ты с кем замутил бы – с моделью или уборщицей?
– С моделью, конечно!
– Вот и она в мечтах бизнесменов видит, а не таксистов. У меня все по плану. Сейчас она придет в это кафе, сядет за столик. Подойду я, закажу вина, спрошу, как прошел день. Она расскажет, как счастлива, что все благодаря одному уважаемому человеку. Тут я признаюсь во всем и все, она растает! Проведу ее до номера, и там, – Джон хлопнул ладонью о кулак, – а вот и она идет! Все по плану, как я тебе и говорил.
– А откуда ты узнал, что она придет в эту пацху? – друг был явно удивлен.
– А оттуда! Я же сам ее привез в эту гостиницу через дорогу. Она-то прямо возле моего дома изначально поселиться хотела. Оно мне надо? Сам знаешь – дома жена, соседи, лишние взгляды. Более того скажу, она днем зашла в номер и не выходила. На обеде и ужине не была. Соответственно, проголодается! Куда, если не сюда? Логика, брат мой!
У ворот пацхи появилась симпатичная блондинка в легком летнем платье. Местные мужчины, сидевшие за столиками, с нескрываемым интересом обернулись в ее сторону. Один подошел познакомиться.
– Это что, Сохо к ней подрулил? – собеседник засмеялся, – все? Сорвалась рыбка с крючка. Чао, бамбино!
– Я тебе дам – сорвалась!
– Только не говори, что ругаться с ним входит в твои планы? Сам знаешь, он парень авторитетный, при делах! Конфликт не нужен, тем более, он всегда ходит с группой ребят, поищи другую пассию.
Джон пропустил между ушей совет друга и, выйдя из-за столика, отправился к входу, где у Сохо с Викторией завязывался диалог:
– Девушка, минуточку, вы не могли бы проследовать за тот столик? Надо переждать часик. Должны приехать саперы. По слухам, в этом заведении заминирована бомба.
Виктория, раскрыв рот, внимательно слушала незнакомца. Она дернулась в указанную сторону, но ее смутило спокойствие посетителей, которые спокойно ели и пили в ожидании саперов в заминированном заведении.
– Спасибо. Но можно я подожду за другим столиком?
– Давайте вы займетесь самодеятельностью, когда мы все окажемся в безопасности. А сейчас бомба должна находиться рядом со мной! Чтобы в случае опасности я смог накрыть ее своим телом.
– Сохо, она со мной! – крикнул таксист на все кафе.
Вика никак не ожидала встретить тут Джона. Эта ситуация, как и многие другие происходящие с ней в Абхазии, не поддавались пониманию. Как минимум, ей хотелось отвязаться от незнакомца, уж очень сильно он внушал страх. Таксиста Джона она знала и считала его хоть и странным, но забавным.
Высокий бледный парень злобно посмотрел на него, потом взглянул на столик, за которым сидел в компании шести крепких ребят. Парни забавлялись происходящим. Они знаками дали понять своему лидеру, что он действует абсолютно правильно и может рассчитывать на их поддержку.
– Что-то я не вижу на ее лбу написанного твоего имени! И пришла она сюда без тебя! Сиди там и помалкивай, с ним она, видите ли!
Центр внимания, смещенный с Виктории на Сохо, теперь сфокусировался на Джоне. Последний хорошо соображал, чтобы прикинуть расклады сил в этой заварушке. С одной стороны – крутой Сохо с шестерками, которым только дай повод подраться, с другой – щупленький Джон с другом, забившимся в угол в мечте выпасть из зоны видимости. И посередине – награда победителю конфликта – очередная туристочка. С точки зрения здравого смысла следовало бы избежать драки и постараться решить вопрос мирно. Но проваливающийся план толкнул Джона на весьма необдуманный поступок:
– Это ты мне будешь говорить помалкивай? Мне, уважаемому на весь город, человеку?
Джон со всей силы ударил Сохо по лицу. Свалить с ног не получилось, но он встряхнул его не на шутку. Виктория и все посетители замерли, ожидая ответа Сохо. Тот проверил, что челюсть на месте и со страшным криком бросился на Джона. Схватил его за плечи и всей массой толкнул. Джон упал, а Сохо сверху наносил на лету удар за ударом. Очень быстро к двум рукам Сохо присоединились ноги его друзей. Посетители вместе с Викторией старались прекратить драку, но оттянуть группу крепких ребят, жаждущих «справедливого возмездия», оказалось непростой задачей.
– С него достаточно! – свистнул Сохо, – я же говорил, что ты бомба! Смотри, какой взрыв! – Сохо с ребятами, опасаясь визита милиции, исчезли за минуту.
Джона усадили на стул. Побитый, он тяжело дышал. Виктория влажной салфеткой стирала кровь с его лица. Оно неплохо сохранилось, учитывая масштаб драки, но пару синяков и ссадин все же были.
– Не переживай! На нем все как на собаке заживет, – пошутил вышедший из угла, когда все утихомирилось, друг, – давай лучше бери его под руку, проводим до дома.
9
Когда подошли к забору Джона, друг неожиданно исчез. Викторию окружала темнота – одна тусклая лампочка над балконом освещала пустой двор. Истерично лаяла соседская собака, но никто из жителей не реагировал. Виктория перевела дух, отпустила локоть Джона и облокотилась о забор. Державшееся на соплях ограждение с грохотом упало. На улицу вышли соседи и хозяйка дома, которым предстала странная картина – эффектная блондинка на высоких каблуках стряхивала с дорогого платья щепки и грязь, а рядом, шатаясь, как пьяный, стоял Джон.
– Джон, ты совсем страх потерял, девок домой водить?
– Как вообще Милена с тобой живет, позор ты своей фамилии.
– Так вы что, прямо тут? Прямо так? Аж забор сломался?
Поочередно выслушав нападки соседей, Джон попытался оправдаться, но получилось только нечленораздельное мычание. Малейшее движение челюсти отзывалось острой болью. Виктория в отличие от защитника не считала нужным оправдываться перед незнакомыми людьми, которые поспешили ее оклеветать, ей чисто по-человечески стало жалко Джона:
– Вы все неправильно поняли! Я – туристка из России, пришла поужинать в кафе. Ко мне стал приставать наглый человек, Сохо, или как там его? Джон взялся защитить меня. Справедливости ради стоит отметить, что их было намного больше. Так что Джон – герой!
– Да дурак твой Джон! Нашел время драться, когда у него спорный момент с Сохо за участок! Он всем говорил, что таких людей лучше обходить, а за тебя, смотри-ка, на рожон полез.
Соседи стали расходиться. На лужайке перед сломанным забором стояли Джон, Виктория и Милена. На минуту воцарилась тишина, даже неугомонный пес утих. Каждый думал о чем-то своем. Плач младенца вывел всех из оцепенения…
– Давайте зайдем домой, – робко предложила Милена.
– Спасибо! Но мне пора в отель, – ответила Виктория и не спеша побрела по пустынной улице.
Джон, едва ковыляя, добрел до кровати, на которую обессиленно плюхнулся. Милена, успокоив ребенка, принялась раздевать мужа.
– Голова, голова болит, – простонал Джон.
Милена перевернула аптечку, но ничего подходящего не нашлось. Пока она искала, младенец проснулся и опять заплакал, разбудив старших братьев.
– Мама, что случилось? – спросил Энвер.
– Твой папа – герой! На туристку напала группа бандитов. Папа ее спас, но сам немного пострадал. Идите спать, ему нужно отдохнуть.
– Ты это слышал? – с гордостью в голосе сказал Энвер младшему брату, – наш папа – герой!
Довольные за отца, дети пошли в свою спальню.
– Голова, голова, – не унимался Джон.
– Сейчас до соседей сбегаю, – засуетилась Милена.
– Забери ребенка с собой! Невыносимо слышать его плач! Почему вы меня не понимаете?
– Да, да, – Милена послушно взяла младенца и вместе с ним побежала к соседям.
Когда Милена вернулась, Джон уже храпел. Она положила рядом таблетки, уложила младенца спать, а сама принялась штопать его брюки…
Вика забежала в номер и первым делом зашла в интернет. Ее распирало от новостей! Редактор, правивший многочисленные опусы, впервые сама ощутила себя персонажем романа. Вокруг нее вился непонятный сюжет, ситуация одновременно и напрягала, и утомляла, и захватывала.
Вика проверила пропущенные вызовы. Их не было. Все вроде понятно – человек на отдыхе. Одно беспокоило, почему не звонит Игорь. «Как бы невинные шалости не довели до развода» – подумала Виктория. И только она нажала на контакт «муж», как сразу сбросила. Ей хотелось сначала разобраться с сегодняшней историей. Общение с супругом она оставила на потом. Где-то в Волгограде зазвонил телефон в доме престарелой Земфиры Николаевны.
– Я думала, что отдохну от тебя, когда ты уезжала. Ну, судя по всему, ты без меня жить не можешь!
– И я рада вас слышать, Земфира Николаевна! Мне совет ваш нужен, – заныла Вика, – а то тут такое происходит, такое происходит!
– Конечно, будет происходить! Это же Кавказ! Чего ты думаешь Лермонтов туда рвался? Климат ему в двадцать три года понравился, что ли?
– Земфира Николаевна, просыпаюсь утром, опаздываю на завтрак, а меня кормят какой-то сногсшибательной едой. Иду на пляж – все бесплатно. И все – от какого-то суперуважаемого мужика. Вечером ко мне пристает гопник… И что же вы думаете? Появляется вчерашний таксист и бьет его в морду! На моих глазах чуть ли не половина людей в кафе избивает моего защитника и исчезает в неизвестном направлении. Мне приходится провожать его до дома. Думаю, отдышусь и к себе пойду. Облокачиваюсь, и тут гребанный забор падает, громыхая на весь район. Это еще не все! Стоит он весь побитый, я в грязном платье, а вокруг собрались соседи и давай стыдить Джона, мол, ты чего это тут с ней удумал? И все это на глазах его жены.
– Охренеть!
– Что делать-то?
– Пока рано говорить… Обязательно набери мне в это же время завтра и расскажи, если будет продолжение истории. Очень интересно, ну прям очень. А то я после правки Сахамилова совсем уныла. Принес сегодня якобы франшизу на роман «Левша», где кузнец влюбляется в блоху.
– А представьте, какого мне? И трех дней не прошло! Меня как будто без подготовки в космос отправили!
– Не ной ты. Все хорошо будет! Поезжай завтра на экскурсию. В Абхазии много достопримечательностей, красивых озер и горных вершин. Дуй в горы – это я тебе как врач говорю. И смотри мне, если что интересное будет – сразу звони. А я пойду сон нагуливать, а то ты своим триллером всех моих овечек разогнала.
Положив телефон, Виктория сочла справедливым набрать и Фросе, от которой всегда веяло позитивом.
– Фрося, не спишь? Слушай, а ты видела пранк, где одного человека бьют вшестером? Чтобы розыгрыш растягивался на несколько дней? А локацией был весь город? Количество актеров зашкаливало? И все ради того, чтобы разыграть обычного редактора! Есть такие шейхи?