Зимнее чаепитие и Новое хобби Яги

За окном избушки с утра сыпал снег. Поляна была покрыта глубокими сугробами, на ветвях деревьев белели высокие шапки. На столе пыхтел блестящий самовар, в чашках дымился крепкий сладкий чай. Из угла горницы, из люльки, доносилось негромкое сопение. Яга и Кощей с аппетитом уминали оладьи. Баюн дремал на печи.

– И все-таки, старый, как ты до такого додумался? – вопросила Яга. – Я понимаю, что трансформация – дело непростое, но до такой степени ошибиться?

– А я и не ошибался, – удивленно возразил Кощей.

– Но ведь требовался смышленый паренек, который может оборачиваться волком. Откуда взялась девочка-младенец, превращающаяся в лягушку?

Кощей отпил еще чаю и с неудовольствием посмотрел на бабку.

– И как ты это себе представляешь? Отловить первого попавшегося смышленого паренька и превратить в оборотня? А если вдруг он не согласен? Не все, знаешь ли, бросят дом и близких ради сомнительного удовольствия бегать без продыху по лесу и сражаться с нечистью. Не могу я против воли людей зачаровывать, я ж не злодей какой-нибудь. Ну и кроме того, в процессе экспериментов я выяснил, что на результат существенно влияют физические и психо-эмоциональные характеристики подопытного…

Заметив недоуменный взгляд Яги, старик попытался разъяснить:

– Ну вот смотри. Как можно охарактеризовать волка? Одинокий, сильный, быстрый, страшный, гордый, опасный… А лягушку?

– Нууу… Маленькая, зеленая и квакает? – предположила бабка.

– Угу. Маленькое безволосое существо, которое громко орет, – подтвердил Кощей, покосившись на люльку.

– Ничего я не поняла, – недовольно протянула Яга. – Какие такие эксперименты ты проводил, если, по твоим словам, не было желающих в них участвовать?

– Был все-таки один доброволец, – со вздохом признался Кощей. – Мальчишка лет восьми, его ко мне сестра привела. Она наслышана о Сергее и придерживается о нем высокого мнения. Наш оборотень, было дело, всю их захудалую деревеньку спас… Очень та девушка надеялась, что трансформация поможет брату стать сильнее, умнее и благороднее.

– И что же произошло? – с любопытством спросила бабка.

– А ничего хорошего, – отрезал Кощей. – Я сварил эликсир, дал его этому маленькому засра… Короче, подопытному.

Перед Кощеем, мрачно уставившемся в окно, как наяву, предстали брат с сестрой. Девушка то бледнела, то краснела, пока маленький паршивец хамил, хватал все подряд с полок и разбивал колбы с ценными снадобьями. Попытки призвать негодяя к порядку были безуспешными – слушаться ее он не собирался, поэтому Кощею ничего не оставалось, как, стиснув зубы, доваривать зелье.

– Ну? – поторопила Яга. – Договаривай уже. Он не превратился?

– Почему же, превратился, – ответил Кощей. – Только не в волка, а в козла.

Бабка онемела, а колдун продолжил:

– Пришлось снять с козленка заклятие… кстати, говорят, что он с тех пор тише воды, нда… После я рассудил так – чем младше будет ребенок, тем меньше характерных черт проявится после трансформации. Ну и взял у Лешего подходящее мне дитя, а уж что оно оказалось девочкой, тут воля судьбы. Правда, волчица из нее тоже не получилась, но поверь мне, лягушка – не худший результат.

Они помолчали, потом Яга подлила еще чаю. Двое умиротворенно смотрели в окно, за которым огромными хлопьями бесшумно падал снег.

Новое хобби Яги

Леший пробирался по мокрому и слякотному лесу. Снега было много и мало одновременно – с неба он сыпался редкими несмелыми хлопьями, а под ногами прочно замешался с грязью. С голых дрожащих ветвей падали холодные капли. Весна в этом году дебютировала холодом, сыростью, ветром и мрачно-серым небом.

Наконец Леший выбрался на небольшую полянку. Посередине ее нахохлилась потемневшая от влаги избушка. Почему-то казалось, что здесь она утвердилась совсем недавно, выбрав место посуше и устроившись на нем поудобнее. Окна уютно светились. Леший, предвкушая крепкий горячий чай, постучал.

Обитательница избушки не ответила, но дверь со скрипом приоткрылась. Показавшийся на пороге Баюн брезгливо посмотрел на окружающую слякоть, потряс ушами и снова скрылся в тепле. Леший, отряхнув, как мог, грязь с корней, прошествовал за ним.

Пол в горнице устилали заляпанные куски бересты, на которых кое-где еще можно было рассмотреть название «Тридесятые факты». Местами виднелся даже дорогой пергамент с выкройками заморских модных нарядов. По центру на всем этом высилась груда земли, окруженная небольшими горшочками и чугунками. Яга, близоруко прищурившись, перебирала что-то в руках и бормотала себе под нос: «Тааак, это у нас морковка… а это – капуста…а здесь непонятно что, какие-то аленькие цветочки…».

Леший удивленно осмотрел погром и поздоровался. Яга, не прерываясь, махнула в сторону самовара, завершила свое священнодейство и лишь после этого достала расписные чашки.

– Ну и что это такое? – спросил Леший, наливая в чашку кипяток.

– Это – будущая рассада! – авторитетно заявила Яга.

– В каком смысле? – поперхнулся Леший.

– А что такое? – удивилась бабка. – Люди сажают, а я не могу, что ли?

– Люди на пропитание сажают, а тебе зачем? Ты ж все равно провиантом на рынке закупаешься.

– Много ты понимаешь в людях, – упрекнула собеседника бабка. – И потом, провиант я так и буду покупать. Это все – для удовольствия.

Леший нахмурился.

– Вот не знал, что таскать мешки с землей и копаться в грязи для тебя удовольствие…

– Ну ты даешь, – неприятно поразилась Яга. – Уж от кого от кого, но от тебя я не ожидала! Хочешь сказать, что сам ничего не выращиваешь?

– То – я, – спокойно возразил Леший.

– И чем же это ты так принципиально отличаешься?! – запальчиво спросила старуха.

– Прежде всего, мне не приходится полоть, – пояснил ее собеседник.

Яга ненадолго задумалась.

– Так-то да, – неохотно согласилась она.

– Кроме того, я не заморачиваюсь с рассадой, – продолжил Леший. – С пикировкой, с поливом, с удобрением…

Яга с сомнением покосилась на горшки.

– Но я ж совсем немного посажу. Справлюсь как-нибудь.

– А как ты вообще до этого додумалась? – поинтересовался Леший.

– Скучно, – просто ответила бабка. – Травы, грибы да ягоды собирать я уж привычная, зелья варить тоже, делаю это все на автомате. Пряжу прясть и все прочее тоже с измальства могу… А тут столько нового! Да и на пользу пойдет, я думаю. Вот смотри – морковка зимой снеговикам пригодится, капустой, если уродится, зайцев буду угощать… Цветы вот – красивые, по слухам, а кроме того, из них, как отцветут, получается приправа для выпечки…

– А это что? – указал Леший на неопрятные темные клубни.

– Заморское растение, в Тридесятом царстве почти неизвестное, – ответила Яга. – Говорят, цветет красиво меленькими белыми звездочками, а уж коль повезет, то на него удивительные полосатые жучки прилетают…

Допив чай, Леший задумчиво удалился, оставив Ягу наедине с ее сокровищами. Энтузиазм подруги его искренне восхитил. Тем более – раз уж она собирается зайцев подкармливать… Ушастые были Лешевыми любимцами. И все-таки Лешего грызло смутное подозрение, что энтузиазм в этом деле – еще не все. Тут опыт требуется…

На следующий день к Яге в окошко снова постучали. На этот раз Леший пришел не один. Его спутником оказался невысокий шустрый мужичок, который с порога окинул горницу цепким взором и бодро устремился к горшкам с землей. Рассмотрев имеющиеся семена, мужичок принялся разъяснять бабке, как что сажать, чем удобрять и много ли поливать. Леший с умилением смотрел на огородников-любителей и прихлебывал чай.

Разошлись они только под вечер. К этому времени почти все чугунки были наполнены землей и нашпигованы семенами. Напоследок мужичок протянул Яге замусоленный пакетик, попрощался и бодро зашагал через лес.

Леший посмотрел ему вслед, вздохнул, свистом подозвал зайца и велел сопроводить. Потом развернулся к Яге. Бабка как раз высыпала на ладонь содержимое пакетика – еще несколько семян.

– Завтра их тоже посажу, – сияя, заявила она. – Сказал, что репка. А ты его откуда знаешь?

– Да сколько раз уж он по моему лесу блуждал, – усмехнулся Леший. – Заядлый огородник, вечно ходит, какие-то растения ищет. То грибницу выкопает, то черенок от ежевики отрежет… Недалеко отсюда живет, в Мичурино.

Они еще немного постояли на крыльце, а потом Леший отправился домой.