Успеть до

Холодный ноябрьский день. Ничего необычного. Со стороны выглядит, будто три подружки решили прогуляться в парке, прихватив глинтвейн в термокружках, и пощебетать о своей непростой студенческой жизни. Яркие шарфы, длинные ресницы и громкий смех – всё именно так, как должно быть у красоток, которым нет и двадцати. Но у одной из них нет в глазах и капли жизни. Не то чтобы для неё это в новинку – она и раньше жила мёртвой внутри. И лучше бы так и оставалось. Однако последние полгода её, будто в насмешку окунули с головой в самую настоящую жизнь, и потом всё отобрали. Звон кружек, голоса подруг и музыка из колонок, которая окутала парк атмосферой уюта и скорого зимнего чуда – это всё словно издёвка откуда-то сверху. Она только телом стоит здесь, рефлексом отвечает на посторонние раздражители, а мыслями её снова нет. И лучше бы и не было.

Глава 1

Идея с вечеринкой в лесу мне не нравилась изначально. Но я никогда не принимаю участия в организации праздников, а только таскаюсь туда, убеждая себя, что мне это нравится. Молли и Эмбер – мои подруги и однокурсницы – постоянно упрекают меня в безэмоциональности и отсутствии вкуса к жизни и тем не менее продолжают меня везде с собой брать. Наверно, стоит сказать им спасибо. Университет и специальность за меня выбрали родители, друзья нашлись сами собой на лекциях, студенческая жизнь подхватила мощной волной, которая с невероятной силой сносит на своем пути даже тех, кто в ней не заинтересован. Единственное, что я делаю для себя, и место, где я, кажется, чувствую жизнь, – это маленький класс изобразительного искусства, где я пишу красками свои мысли. И никому никогда их не показываю. Мне это не нужно, да и никому это не нужно.

– Ты правда хочешь тащиться через эти заброшки в ночи? – Молли уже почти перешла на нервный писк, скрестив руки на груди в знак протеста.

– Так быстрее и уж точно дешевле, чем на такси! – протестовала Эмбер. Её ноздри широко раздувались от напряжения, а брови были высоко подняты. Ей хотелось оказаться на месте раньше всех, ведь музыкант, в которого она влюблена, будет там со своей группой к самому началу. Она давно грезит о нём, надеясь, что именно её он заметит в толпе, и у них будет настоящее "долго и счастливо". Молли умоляюще посмотрела на меня, но тут же отвела взгляд, ведь знала, что мне все равно – пешком так пешком. Теплый майский вечер, воздух пропитан запахом костра и свежести. Уже около десяти вечера, тусовка давно началась, а мы с подругами всё ещё блуждаем по кварталу между заброшенными домами. Девочки, словно курицы на рынке, кричат друг на друга всю дорогу и попивают шампанское прямо из бутылки.

– Мы явно заблудились, Эмбер! Ты просто невозможная со своим помоечным рокером! – вопит Молли и почти уже плачет, однако Эмбер не сдаётся :

– Я тебе сейчас оторву твою белобрысую шевелюру, сучка! В том, что мы не знаем, где находимся, твоей вины столько же!

Внезапно в одном из зданий что-то глухо зашумело, будто упала на пол доска или дверь. Я судорожно остановилась на месте, как вкопанная. Тусклый свет далеких фонарей до нас не дотягивался, и мрак начал на меня давить. Я словно снова вернулась в ту страшную ночь, которая изменила мою жизнь семь лет назад. В голове шумело, хотелось тереть виски, но руки не двигались. Я прекрасно слышала, как подруги кричали мне, что надо бежать и что они вот-вот догонят нас. Но тело не слушалось. На секунду я подумала, что и не хочу никуда бежать. И, может быть, пора уже исчезнуть и телом? Душой я давно умерла.

Глава 2

Я почувствовала удар по затылку, и только это заставило меня двигаться. Упав на колени, я резко повернула голову и увидела моего обидчика: высокий лысый парень, у него нет даже ресниц и бровей, глаза карие, и будто стеклянные, губы потрескались и высохли хлопьями. Весь его вид показывал опасность, вселял страх и какой-то странный дикий трепет. Однако показывать страх я и не думала, просто сидела и смотрела на него.

– Что, сучка, допрыгалась? Сейчас я разрисую твое красивое личико! – стеклянные глаза забегали по моему телу, а в руках я увидела нож. Надо бежать, надо бояться. Но я сижу и смотрю. Ощущение, что это шанс наконец-то все закончить. У меня никогда не было мыслей о самоубийстве, но мысль, что это сделает со мной кто-то другой, меня заворожила. Я слышала, как остальные парни побежали за Молли и Эмбер. Шум в голове сменился пустотой. Интересно, мои глаза сейчас такие же стеклянные, как у этого животного? Лысый парень опустился перед моим лицом, встал на колени и начал проводить лезвием по щеке, оставляя тонкий порез. Стекло из его глаз испарилось и сменилось удивлением.

– Ты тупая? Это настоящий нож! У тебя что девять жизней? – он начал орать мне в лицо, упираясь своим лбом в мой, а я чувствовала только запах дешёвого пойла из его рта и просто ждала, что будет дальше.

– Чокнутая стерва, ты портишь весь кайф! – парень практически прорычал это.

– Если ты хотел страха, то извини. Во мне его нет. Делай, что хотел, или иди нахер отсюда, – наконец прервала я молчание.

– Ты точно больная! – огрызнулся лысый и посмотрел вслед друзьям. Никого не было: только я, он и заброшенная больница рядом. И для меня, и для этого урода вечер сложился явно не так, как мы планировали.

Глава 3

– Вали отсюда! – прошептал бандит и пошёл обратно в здание. Я же не двигалась с места. Осознание только пришло, и вот теперь началась дрожь. Я все ещё не боялась этого урода, я боялась теперь себя и своих мыслей. Меня пугало разочарование, что всё закончилось.

– Ты точно тупая, – вернулся ко мне парень.

– Я не знаю, где я и куда идти, – призналась я.

– Мисс богачку не ждёт лимузин на выезде? – лысый усмехнулся и отпил что-то из пластиковой бутылки.

– Нет, меня никто не ждет, – ответила я, подняв глаза на далёкие фонари. – А ты тут девушек убиваешь? – не ожидая от себя таких слов, вдруг спросила я.

– Нет, я не убийца, просто попугать. Хотелось послушать, как богатенькая сучка умоляет трахнуть её, только чтобы не изуродовали её глянцевую морду, – лысый ухмылялся и противно скоблил ножом кожу на пальце.

– Угостишь выпивкой? – я кивнула в сторону бутылки. Да что со мной?

– Конечно, госпожа! – он сделал довольно правильный реверанс и протянул бутылку. На запах ещё хуже, чем на вид. Я сделала большой глоток и вернула алкоголь парню.

– Лика, – представилась я и встала с земли. Черные джинсы были все в песке, а на ладонях кровавые ссадины. Я коснулась щеки в месте, где она сильнее всего горела, и обнаружила там кровь. Он меня и правда порезал.

– Кит, – вдруг ответил парень. Называя свое имя, я не очень-то надеялась на ответ. Вечер становился всё интереснее. Отпив ещё из нашей бутылки, Кит предложил пройти с ним в заброшку. Молча мы поднялись на второй этаж, и я увидела костёр, прямо посередине здания. Вот откуда эти запахи на улице. Около окна стояли стопкой сложенные поддоны, а рядом виднелась стяга такого же пойла, что была в руках у моего нового знакомого. Я взглядом попросила разрешения и взяла бутылку себе, размещаясь на поддонах.

– Ты охренеть какая странная, – послышался в тишине голос Кита. Я не нашлась, что ответить. – Парни сейчас вернутся, я скажу им, что ты неадекват, ты портишь всё веселье! – продолжил парень, а я только почувствовала страх за себя. Очень вовремя, учитывая, что назад дороги нет. Мое молчание прервали крики и улюлюканье, приближающихся к костру друзей Кита. Один из них, похоже главный, был не по погоде одет в кожаную куртку, а на голове красовался целый ворох длинных кудрявых волос. Двое других – как типичные парни из вечерней школы – не вызывали у меня никаких эмоций.

– Чёрт, Кит! Мы пленных не берём! – заливаясь со смеху, заявил главный.

– Скотт, отвянь, она не в себе, таких трогать – себя марать, – ответил Кит и подошел ближе ко мне.

– Белоснежка, с тебя десятка за выпивку, – ответил Скотт и протянул ладонь. Я спокойно сняла золотой браслет и отдала ему :

– Он стоит две сотни, забирай. Налички у меня всё равно нет..

– Ты, сука, думаешь, я в твоих цацках нуждаюсь? – резко огрызнулся любитель кожи. Я лишь повела плечами и вновь присосалась к бутылке. Через час уже вся компания забыла обо мне, в общем, как и всегда в моей жизни. Будучи невидимкой, я всегда понимала, что дело не в компании вокруг, а в моем мертвом внутреннем «я». Сложно замечать то, чего нет.

Глава 4

– Лика, ты останешься тут? – спросил Кит, туша костёр.

– А что, вечеринка закончилась? – я ответила очень медленно, не понимая от опьянения, что вообще надо делать.

– У тебя охрененно странное представление о вечеринках, – вздохнул мой новый друг и пошёл на лестницу. Я медленно встала и побрела за ним. Выйдя из квартала заброшек, мы оказались около заправки, через дорогу от которой стоял старый кирпичный дом. Кит пошёл в его сторону, а я так и шла следом.

Уже у подъезда он остановился и развернулся ко мне:

– Ты издеваешься? Ты ведёшь себя, как гребаный призрак!

– Можно я останусь у тебя? – спросила я, обходя его, и открыла дверь в подъезд.

– Ты точно ненормальная – ответил Кит, и мы пошли в его квартиру. Видели ли вы когда-нибудь дома сразу после сдачи владельцу? Унылые, серые стены, кухонная мебель стандартного образца и цвета, голые бетонные полы. Квартира Кита оказалась именно такой. Разбавлял её только громадный книжный шкаф, заставленный книгами, и кровать с чёрным покрывалом. Я села на край кровати и посмотрела в окно. Неон от вывески заправки светил как раз в то место, где находилось изголовье. Понятно, от чего Кит такой сумасшедший.

– Будешь чай? – спросил мой недавний мучитель.

– Буду, без сахара, – ответила я и продолжила сидеть, глядя в окно.

– Я как в сраном фильме ужасов. Это всё очень странно, – сказал Кит, поднося мне чашку. Теперь я могла лучше его рассмотреть. Волос, ресниц и бровей и правда не было, губы все такие же сухие и в хлопьях, но взгляд уже не такой стеклянный, а глаза не такие маленькие и жуткие. На правой щеке – жуткий шрам. Я протянула руку и коснулась его, на что Кит тут же ответил ударом по руке.

– Лика, не надо, – коротко сказал он. Я взяла чашку, и мы стали молча пить чай. Мучитель, который сейчас больше напоминал жертву, и жертва, которая заставляла себя уничтожить. В это день я почувствовала себя живой.

Глава 5

Проснулась я с дикой головной болью, Кита рядом не было. На столе стояла чашка кофе и тарелка с холодной яичницей, и баночка таблеток аспирина. Позавтракав, я снова села на кровать. Надо сходить в душ, но мне не во что переодеться. Интересно, где Кит? Собираюсь ли я домой? От мыслей о доме меня снова начала догонять пустота в груди. Я быстро их отбросила и решила не думать о том, что будет.

Кит пришёл после обеда, и увидев, что я готовлю ужин округлил глаза:

– Ты ещё не ушла? Меня полиция сейчас схватит?

– Я не хочу никуда идти, – решила я о себе. – И нет, полиции ты не нужен.

– Это какой-то грёбаный бред, – он занёс руку за голову, будто поправляя несуществующую причёску. – Когда ты уйдёшь?

Он задал именно тот вопрос, на который я не хотела отвечать. Я только начала чувствовать хоть что-то, и мне казалось, что если я уйду, то и ЖИЗНЬ снова уйдет.

– Я останусь тут! – ответила я и отвернулась к плите, сама до конца не понимая себя, и почувствовала резкий рывок в сторону. Кит притянул меня к себе трясущимися руками и зло ответил:

– Я нихрена тебя не понимаю, и меня это уже бесит! Вали отсюда!

Сердце в панике забилось быстрее, я подняла глаза на разъяренного парня, вывернула свою руку и положила ему на щеку. Глаза Кита стали ещё круглее, было видно, как он шокирован и напуган. Я приблизилась к нему и коснулась губами. Сначала очень робко, ожидая, что он может оттолкнуть. Однако он едва заметно ответил на мой поцелуй и обнял руками за талию. Я чувствовала его сухие губы, дрожь от моих прикосновений и тяжёлое дыхание. Внутри меня всё кипело. Не знаю почему, но я испытывала настоящее счастье, которого не было у меня уже много лет. Поцелуй тем временем превратился из робкого в более страстный, мои руки скользили по спине Кита, а его остановились на бёдрах и нежно сжимали их.

Глава 6

– Лика, нам надо остановиться, – прошептал Кит. Голос у него был глубокий, из самой грудной клетки. Я отстранилась от парня и снова повернулась к плите. Чёрт, чуть не сгорело! Мы молча поужинали, и я попросилась в душ. Кит выдал мне футболку и полотенце. М-да, надо что-то придумать с вещами. В следующий раз, когда он будет выходить, я попрошу заскочить для меня в супермаркет. Стоя под струями горячей воды, я почувствовала, как напряжение со всего тела спадает. Я разучилась так сильно чувствовать, и теперь это казалось очень сложно. Я семь лет была мертва и даже не пыталась себя найти. Мне казалось невозможным, что я где-то есть, так как ничто в этом мире не могло заставить меня дышать жизнью. Я не знаю, что происходит, но я точно никуда не уйду отсюда, даже если Кит захочет выставить меня силой. Кит. Так много вопросов к нему. Почему он издевается над девушками? Он больной маньяк? Почему у него нет волос? Даже элементарное – сколько ему лет и чем он занят, пока не режет лица красоткам? И главное, почему меня этот факт не пугает? Выйдя из душа, я застала Кита за чтением книги.

– Как заметила, я не смотрю телик. Если скучно – вон шкаф – он указал книгой в сторону своей библиотеки.

Проведя пальцем по полкам, я отметила, что тут много фэнтези и научной фантастики. В детстве я такое очень любила читать, это было одной из моих страстей, пока в один день мне стало не до интересов. Я выбрала уже знакомый мне роман о марсианах и села рядом с Китом. Здесь, рядом с ним, так спокойно и уютно. Я слышу своё сердце, я, наконец, боюсь за себя. Только теперь я боюсь всего этого лишиться.

– Если ты собираешься здесь жить, тебе нужны вещи, – сказал Кит, наливая нам кофе. Кажется, он не собирается меня выгонять, это очень хорошо.

– Да, я напишу тебе список, купи мне кое-что в супермаркете, – ответила я и тут же поняла, где в моем плане проблема. У меня нет налички – у меня есть карта, драгоценности. Но если меня ищут, то легко вычислят банкомат или могут обнаружить в ломбарде украшения. А я не хочу, чтобы меня нашли. И чтобы искали. Я не хочу туда, где была мертвой, теперь, когда мне так хочется жить.

– У меня нет денег, Кит. Я верну тебе позже, если ты не против.

– Все в порядке, не думай об этом, – ответил он.

Я, наверно, сошла с ума, но и он, похоже, не здоров. Почему он согласен поддержать меня, хотя так ничего обо мне и не знает? Следующие несколько дней прошли спокойно. Мы почти не разговаривали, ведь утром он уходил, пока я ещё спала. И раз за разом оставлял мне застывший кофе и ледяную яичницу, а когда возвращался, мы обедали и читали перед сном. Пока он пропадал, я убиралась в квартире, смотрела в окно, сидя на краю кровати или готовила ужин. Со временем мне стало скучно, когда Кита не было рядом, и я попросила его купить мне краски и холст. Рисование, спокойствие и ощущение полной жизни. Эти дни, проведённые в скучной квартире, были без преувеличения одними из самых счастливых в моей жизни.

Глава 7.

– Лика, почему тебя не ищут? – спросил Кит, проснувшись рядом.

– Меня наверняка ищут, купи газету с колонкой о поисках людей, я там точно буду, – ответила я, спустив ноги с кровати.

Сегодня, видимо, у него выходной, раз он никуда не ушел и явно не торопится вставать.

– А ты не переживаешь за родных? Они, наверное, места себе не находят, – продолжил парень допрос.

За последние дни это, пожалуй, самый странный разговор. Или странно было об этом вовсе не говорить?

– Кит, не начинай. Есть причины, почему я так себя веду, – наврала я.

Причин, кроме моих внутренних ощущений, нет. Я не сбежала от родителей тиранов или буллинга, мне не нужно прятаться от ревнивого мужа или коллекторов. Я просто там не живу, а тут живу. Он не поймёт. Парень посмотрел на меня, пожал плечами и пошёл в душ. Я сварила нам кашу и сделала ароматный кофе. Позавтракав, Кит предложил поиграть в карты на желание. Я охотно согласилась, не догадываясь, в чем подвох.

После первого же проигрыша он сказал:

– Мое желание – честно ответь на вопрос, – парень поднял карие глаза на меня и слабо улыбнулся, – почему ты здесь живёшь?

Кит и уставился на меня с видом детектива. Однако вопрос вполне ожидаемый, хотя ответа толком я и сама не знаю.

Видимо, его выигрыш не давал ему гарантии, что ответ будет честным. Врать я ему не собиралась. и кивнула в знак одобрения.

– Потому что здесь мне хорошо, и, поверь, это максимально честный ответ.

– Ты меня не боишься?

– Так, мы договорились – на один вопрос! А если серьёзно, то нет, не боюсь, – я отвечала, не отводя взгляд.

– Я думал, ты под наркотой или вообще шизанутая, когда… – парень ненадолго замолчал и опустил глаза, – когда напал на тебя.

– Извини, – ответила я и встала, чтобы налить себе воды. Кит рассмеялся, но смех был невеселый, и отдавал горечью.

– Это ты уж меня извини.

Мы продолжили играть, и на этот раз победа оказалась за мной.

– То же самое желание! Честный ответ на один вопрос! – объявила я.

Кит театрально закатил глаза, скрестил руки на груди и стал ожидать мести.

– Сколько тебе лет?

– Чего? Из миллионов вопросов, которые витают в воздухе, ты задаёшь этот? ,

– И всё же?

– Мне двадцать два. Лика, я не думаю, что желание надо тратить на подобные вопросы. О себе я могу рассказать и так! – Кит тоже встал с кровати и подошёл к окну.

И правда, мы живём вместе уже несколько дней, даже целовались, а я до сих пор создаю какую-то ауру неведения. Зачем? Я скрываюсь от других, а не от него.

– Давай тогда составим рассказ о себе. Ничего личного, только то, что нужно знать живущим вместе людям.

– То есть ты тут живёшь? Хм, ладно. Меня зовут Кит Паркер, мне двадцать два года, я работаю в социальной службе. Меня нет в соцсетях, у меня нет телевизора, детей и жены, – он обвел руками нашу квартиру, будто подтверждая сказанное, – и я люблю красное вино. Кстати, будешь? – Не дожидаясь ответа, он взял два бокала и достал из нижнего шкафчика бутылку вина. – Отлично!

– Я Лика, полное имя – Анжелика, но я его не люблю. Мне двадцать, я студентка университета, изучаю занудное банковское дело и люблю рисовать, – Подражая ему я указала на холст с красками, который пока был пуст. Взяв вино, я сделала глоток и была очень удивлена вкусу – никак не сравнить с тем пойлом в заброшке. И вообще, Кит в тот вечер и Кит все остальное время – это будто разные люди. Особенно тот стеклянный взгляд.

Мы сыграли ещё несколько партий и решили прекратить, так как вопросы пошли совсем глупые. Знаете, как у людей, которые сами что-то не хотят ворошить и из солидарности не трогают другого. Мы друг друга понимали. Мы не собирались лезть в душу, но и не собирались её раскрывать. Мне хорошо здесь и сейчас. Допивая бутылку, мы решили, что Кит сходит ещё за одной на заправку, а я сделаю горячие бутерброды. Я бросила взгляд в окно и немного проследила за ним. Интересно, вызывает ли он страх у людей своим внешним видом? Он и днем вселяет опасение, а в сумерках он вообще кажется смесью суровости и животной злобы. Отбросив эти мысли, я дождалась его, и мы поужинали. Когда я убирала посуду, Кит стоял позади и, попивая вино, смотрел на меня.

– Лика, если не знать предыстории, то мне иногда кажется, что я выиграл в лотерею идеальную девушку, – голос был немного пьяным, и Кит явно хотел поговорить. Что ж, я не против.

– Ты не можешь себе представить, какой джекпот сорвала я, встретив тебя.

– Зачем ты врёшь?

– Я не вру. Я много лет ничего не чувствовала, а после той ночи в заброшенной больнице я снова чувствую.

Откровение и вино заставили мои глаза слезиться, я вытерла лицо обратной стороной рукава и закрыла кран. Кит молчал. И это правильно. Он чувствовал, что этого и так много для одного дня. Всё еще глядя в пол, я подошла к Киту и обвила его талию руками. Он быстро поставил бокал на стойку и прижал меня к себе, обнимая за плечи.

– Я представить себе не могу, от чего ты убежала, если тебе хорошо со мной, – начал он говорить, но я его прервала, прикоснувшись поцелуем к его губам. На этот раз он сразу ответил на поцелуй, и могу поклясться, его губы стали гораздо мягче. Я ласкала его губы, периодически немного прикусывая нижнюю, от чего парень издавал едва слышный стон. Его руки опустились на мои бёдра, которые оказались совершенно голыми под его старой длинной футболкой, прикосновения обжигали кожу. Я оторвалась от его губ, чтобы перейти к мочке уха, и услышала, как его дыхание стало тяжелее. Он поцеловал мою щёку и стал опускаться поцелуями вниз по шее, раздавая моему телу россыпи мурашек. Каждая моя клеточка зажигалась огнём от его прикосновений, губы немного опухли, щёки горели, а внизу живота начало приятно тянуть. Я вернулась к его губам, и поцелуй уже не имел и намека на скромность. Кит подхватил меня на руки и посадил на столешницу, теперь наши лица были на одном уровне, что оказалось гораздо удобнее, так как парень выше меня сантиметров на тридцать. Я обвила Кита ногами за талию, а он стянул с меня футболку и продолжил целовать, руками изучая моё тело. А мне этого чертовски хотелось. И я думаю, что по моим тихим стонам и тяжёлому дыханию парень это понимал. Внезапно Кит отклонил голову, прервав поцелуй, и уперся своим лбом в мой:

– Нам надо остановиться, – сказал он почти задыхаясь от возбуждения.

– Почему?

– Я не хочу об этом говорить.

Парень резко отошел от меня, взял ключи и вышел из квартиры, оставив меня полуголую на стойке бара.

Глава 8

Он опять ушёл к заброшкам? Ему нужно кого-то изрезать, и он побоялся мне навредить? Сотни вопросов в голове. Сегодня выходной, а значит, ровно неделя с того происшествия. А что если он кого-то убьёт? Живя с ним, я не могла себе этого представить, но я помню тот взгляд, и у меня на щеке до сих пор красуется отметка, сделанная его руками. Я просидела до утра на подоконнике, вглядываясь в подворотни. С первыми лучами солнца я ушла спать, и когда проснулась, он уже лежал рядом. Никаких больше вечеров откровений. Это сыграло с нами слишком злую шутку. Чтобы не потерять его, я должна вести себя как раньше. Поэтому без лишних слов я сделала завтрак и села писать картину. Кит позавтракал молча, взял какие-то бумаги и ушёл. Все наладится, я уверена.

Вечером он пришёл в хорошем настроении и протянул мне газету. Сам сел ужинать и уставился в книгу. Я тут же открыла страницу с поисками людей – и да, вот моё фото с паспорта, вот статья с данными. Меня это никак не волнует. Я не могу вернуться к ним. Я отложила газету и пошла в душ, но по пути меня остановил голос Кита:

– Тебя всё-таки ищут, может объявишься?

– Нет, спасибо.

Я ускорила шаг, но он сорвался с места, преградив мне путь руками.

– Лика, почему ты избегаешь родных? Что они тебе сделали? Я очень хочу помочь тебе, – он не просто кричал, он требовал. Мне стало очень жутко, сердце забилось так, что я боялась потерять сознание.

– Тебе это не нужно, Кит. Пожалуйста, – я не заметила как начала рыдать, но он не отпускал.

– Лика, это ненормально! Ты пришла в дом к человеку, который угрожал тебе, вместо родного дома. Что там случилось, что сломало тебя?

Я не могла ответить, а только рыдала, стуча кулаками по его груди. Всего неделя прошла, а он заставляет меня чувствовать так много. Я не выдержу, я начала вспоминать, почему когда-то убила всё внутри себя. Жить больно, и мне было легче без всего этого. Парень обнял меня и прижал к себе, гладя по волосам. А чего он ожидал, спрашивая такое? Мне нужно время, я, правда, хочу ему все рассказать. Если он позволит мне остаться с ним, я обязательно все расскажу со временем. Будто читая мои мысли, Кит отпустил меня и сказал :

– Прости. Иди в душ. Расскажешь, когда и если посчитаешь нужным.

Глава 9

Я живу в квартире напротив заправки уже четыре месяца. Потихоньку начинается осень, но я ни разу не вышла из дома Кита. Объявления о пропаже исчезли, как и мои мысли о том, чтобы хоть когда-то вернуться. Мы каждый день вкусно едим, много читаем и иногда целуемся. По выходным Кит больше не уходит, но стал дольше оставаться на работе, объясняя это осенним потоком стариков в дома престарелых. У меня к нему нет вопросов, он делает меня самой счастливой на свете хотя бы тем, что не поднимает больше тему моего возвращения. Но я обязательно скоро все ему расскажу. Кстати, у него стали появляться брови и ресницы, и вопреки моим ожиданиям, отрасли светлые волосы. Кажется, он решил уйти от имиджа бандита. Я не пристаю с расспросами. Сегодня я затеяла генеральную уборку и решила перебрать шкаф. Кучи книг, журналов и личные документы. Оказалось, что по образованию Кит – инженер, и закончил колледж довольно успешно. Также он явно раньше бывал за границей, а возможно, его семья откуда-то из Европы. Пара фото со Скоттом привлекли мое внимание: на них Кит с волосами, длинная белая челка чуть закрывала глаз и шрам на щеке. Скотт тут такой же, как был в заброшке, ни больше ни меньше. Видимо, они давно дружат. Дальше на глаза мне попались медицинские документы, и я совершила ужасную ошибку – я начала их читать. Руки тряслись от понимания того, что я только что увидела. Я перечитывала раз за разом одно и то же и отказывалась верить. Около полугода назад у Кита была опухоль лимфатического узла, он был прооперирован и прошел большой курс химиотерапии. Если верить написанному, а мне этого очень не хочелось, то в детстве он перенес острый лейкоз, и тогда казалось, что болезнь отступила. Но через годы все вернулось. Последнее обследование было на прошлой неделе, написано, что все в порядке, и явка через месяц. Вот и тайна Кита. Одна из тайн. Я проклинаю себя за то, что прочитала это. Я не имела права на эту правду. Ладони потели, в голове пульсом отдавала мысль: "Я могу потерять его".