Палестина 1936: «Великое восстание» и корни ближневосточного конфликта

Рождение мандата

Сочетание сложных разнородных причин привело к появлению документа, известного в истории как декларация Бальфура[31]. К ним относились и польза Палестины для империи, и предполагаемая ценность еврейской поддержки (особенно в Америке и России) в условиях военного времени, а также этические и религиозные чувства ключевых представителей британского чиновничьего аппарата[32].

Однако вряд ли все стало бы возможным без Хаима Вейцмана. Разработанный этим британским химиком, рожденным в Российской империи, процесс получения ацетона оказался крайне важен для производства взрывчатки у союзников. Именно во второй роли, как лидер мирового сионистского движения, обаянием, лестью и неутомимостью Вейцман занял свое место в британских политических кругах.

«По отдельности евреи умны и трудолюбивы, но вместе они безмерно глупы», – писал британский колониальный администратор. Он сетовал на нетерпеливость, бестактность большинства еврейских руководителей, чем те, по его мнению, сами себе вредили. Однако Вейцман, единственный из них, «великий химик и великий человек», «обладал мудростью Цинцинната[33] и умел ждать».

Другой чиновник вспоминал, что Вейцман как оратор был «почти пугающе убедителен» – «той страстной убедительностью, которую славяне обычно проявляют в любви, а евреи – в деловых вопросах; в его случае она была взлелеяна, отточена и направлена на достижение Сиона»[34].

Через пять недель после декларации Бальфура британцы захватили Иерусалим. Установив военную администрацию, они столкнулись с проблемой. Их христианская империя оккупировала территории с преимущественно мусульманским населением, связи которого с халифом и султаном она только что разорвала и чьи земли пообещала отдать под национальный очаг для еврейского народа. Британцы поспешили поддержать местные власти. Позаимствовав титул из Египта, они повысили муфтия Камиля аль-Хусейни до верховного муфтия. Он отплатил за такую честь, заверив общественность, что Британия – благородная империя и будет правильно поступать со своими новыми подданными.

Однако убедить в этом население оказалось непросто: слухи о декларации Бальфура быстро распространились в зарождающейся арабской прессе Палестины. В годовщину декларации Муса Казим Хусейни – недавно назначенный мэр Иерусалима и дядя муфтия – направил военной администрации письмо от имени ста представителей арабской знати.

«Мы, арабы – мусульмане и христиане, – всегда глубоко сочувствовали евреям, гонимым в других странах, их лишениям – писал мэр, – но есть большая разница между таким сочувствием и согласием, чтобы эта нация… правила нами»[35].

Через девять дней война закончилась. Муса Алами сел на корабль до Константинополя, его отец представлял там в парламенте Иерусалим – больше не существовавший избирательный округ. Когда семья возвращалась в Палестину, младший Алами – «замечтавшись по обыкновению», как вспоминал он позже, – упал в желоб для угля и повредил ребра. Его лечил единственный врач на борту – говоривший по-арабски еврейский ветеринар из Иерусалима.

В этом же плавании Муса впервые столкнулся с новым типом евреев – европейскими сионистами. Они размахивали знаменем еврейского национального движения с полосами и звездой и распевали их гимн «Атиква». Алами показалось, что он уловил в них презрение не только к арабам, но и к евреям Востока – таким, как ветеринар, который лечил его ребра[36].

В январе 1919 г. Вейцман пересек Иордан и встретился с героем арабского восстания Фейсалом в его лагере в пустыне, где при посредничестве Томаса Эдварда Лоуренса (известного как Лоуренс Аравийский) подписали соглашение: эмир фактически одобрил призыв декларации Бальфура к серьезной еврейской иммиграции в Палестину, которая не должна войти в будущее арабское государство Фейсала.

В совместном заявлении лидеры отметили, что они «помнят о родстве и древних узах, связывающих арабов и евреев, и понимают, что самым надежным средством достижения их естественных устремлений выступает максимально тесное сотрудничество в развитии арабского государства и Палестины». Однако Фейсал обусловил соглашение с реализацией более масштабных арабских притязаний на независимость, которую должны были обсудить на предстоящей Парижской мирной конференции, иначе он не сочтет себя связанным «ни единым словом» этого соглашения[37].

Присоединилась и Америка. Президент Вудро Вильсон, одобривший декларацию Бальфура еще до ее публикации, снова выразил поддержку: «Я убежден, что союзные страны, при полном одобрении нашего собственного правительства и народа, согласны с тем, что в Палестине следует заложить основы еврейского государства»[38].

В следующем году в городе Сан-Ремо на Итальянской Ривьере союзники официально оформили разделение Леванта. Территория под названием «Палестина» была образована из бывшего османского округа Иерусалим и частей провинций Бейрут и Дамаск, при этом мандат недавно учрежденной Лиги Наций на Палестину предоставили Великобритании.

Тем временем евреи уже активно создавали на Святой земле прообраз правительства: существовало Палестинское еврейское бюро, позже переименованное в Еврейское агентство, которое занималось всеми вопросами – от иммиграции, поселения и сельского хозяйства до образования и финансов. Оно, в свою очередь, подчинялось Сионистской организации (позже переименованной во Всемирную сионистскую организацию), которую основал Теодор Герцль, а в тот момент возглавлял Вейцман, находившийся в Лондоне[39].

Муса Алами, 1918 г.

(фотография в свободном доступе)[40]

Вейцман придерживался либеральных, даже капиталистических взглядов, однако в ишуве преобладали лейбористы-сионисты, которые отдавали предпочтение иммигрантам с такими же социалистическими убеждениями. Лейбористы руководили мощной профсоюзной организацией Гистадрут, куда входили три четверти работающих евреев Палестины: она защищала права еврейских – и только еврейских – работников. Они главенствовали в Еврейском национальном фонде, который приобретал землю, осушал болота и высаживал леса.

У арабов ничего подобного практически не было. Первые арабские общественные организации в Палестине, названные мусульманско-христианскими ассоциациями, появились только после Первой мировой войны. Поначалу их внимание было обращено не на Иерусалим, а на Дамаск. Арабы Палестины в целом разделяли мечты своих соседей о Великой Сирии, а в перспективе – о более масштабном союзе с Ираком и Хиджазом. После перемирия Мухаммад Амин прочил Фейсала в короли такого государства и писал соответствующие статьи для недолго просуществовавшей иерусалимской газеты «Сурия аль-Джанубия» («Южная Сирия»). В начале 1919 г. нотабли Иерусалима созвали первый ежегодный Палестинский арабский конгресс, на котором осудили империализм и сионизм и потребовали включить Палестину в состав арабской Сирии. Несколько месяцев спустя в Дамаске арабские лидеры подтвердили, что «южная часть Сирии, известная как Палестина», должна стать частью независимой Великой Сирии[41].

Все это время Муса Алами учился в Кембридже – оказавшись там, вероятно, первым арабом из Палестины. Более зрелый по сравнению с другими студентами, он держался отстраненно, в основном дружил с преподавателями. Изучая право, увлекался философией, а также читал историю сионизма Нахума Соколова, будущего главы Сионистского конгресса (с предисловием Артура Бальфура).

Однажды Алами пригласили в гости еврейские студенты, родственники друзей его семьи из Иерусалима. Другие присутствовавшие решили, что кембриджский студент-юрист из Палестины, должно быть, еврей, они приветствовали его «Шалом» и спросили, когда их братья «покончат с грязными арабами»[42].

Истикляль!

Апрель в Палестине. «Поля и склоны холмов покрыты белыми, пурпурными и розовыми цикламенами и алыми анемонами, – писал один из арабистов министерства колоний. – На фермах проклюнулись зеленые проростки пшеницы и ячменя, а в каменистых руслах ручьев цветет розовый олеандр. Только те, кому довелось видеть это, могут понять великолепие весны в Палестине»[43].

Весна означала также праздник пророка Мусы (библейского Моисея) – ежегодное шествие из Иерусалима мусульман к святилищу на берегу Мертвого моря, где, как считается, находится гробница законоучителя. В 1920 г. со всей страны и соседних территорий сюда стекались люди с флагами и оружием. Толпа намного превосходила собрания военных лет: набралось около шестидесяти тысяч человек. Звучали крики Истикляль! («Независимость!»)[44].

«Мы получили эту страну мечом, – восклицали участники, вспоминая завоевания более чем тысячелетней давности, – мечом и удержим!» Мухаммад Амин, теперь уже 25-летний, поднял портрет эмира Фейсала и выкрикнул: «Это ваш король!» Мэр Муса Казим Хусейни призвал арабов «пролить кровь» за Палестину.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Районы подмандатной Палестины, из доклада комиссии Пиля 1937 г.

2

Подобная трактовка восстания как предшественника и образца для последующих арабо-израильских столкновений принадлежит Кеннету Стейну: The Intifada and the 1936–39 Uprising: A Comparison. Journal of Palestine Studies 19, no. 4 (July 1, 1990): 64–66.

3

В англоязычной литературе его обычно называют Великим восстанием, в отечественной чаще Арабским восстанием. В переводе используются оба наименования. – Прим. пер.

4

Джеймс Янковски отмечает: «Первая серьезная попытка арабов добиться господства в Палестине произошла не в конце 1940-х, а в конце 1930-х гг., и во многих отношениях она наиболее интересна. Только в это время… Палестина заняла центральное место в восприятии арабов». Jankowski. The Palestinian Arab Revolt of 1936–1939. Muslim World 63, no. 3 (July 1973): 220, 230.

5

Барух Киммерлинг и Джоэл Мигдал пишут: «Восстание помогло создать нацию, даже покалечив ее социальную и политическую основу». Kimmerling and Migdal, The Palestinian People: A History (Cambridge, MA: Harvard University Press, 2003), 102, 131. Гассан Канафани, романист и военный, убитый Израилем в 1972 г., писал: «За всю историю палестинской борьбы народное вооруженное восстание никогда не было ближе к победе». Kanafani, The 1936–39 Revolt in Palestine (London: Tricontinental Society, 1972, 1980), 48.

6

Анита Шапира считает, что в эту эпоху основное течение сионизма переходит от оборонительной к наступательной тактике: «Главное психологическое и моральное решение было принято во время Арабского восстания». Shapira, Land and Power: The Zionist Resort to Force, 1881–1948 (Oxford; New York: Oxford University Press, 1992), 219–22, 250–54, 270. О сионистских иллюзиях см.: Yehoyada Haim, Abandonment of Illusions: Zionist Political Attitudes Toward Palestinian Arab Nationalism, 1936–1939 (London; New York: Routledge, 1983).

7

Мэттью Хьюз отмечает: «Литература о восстании скудна – на арабском, английском и иврите». Hughes. The Banality of Brutality: British Armed Forces and the Repression of the Arab Revolt in Palestine, 1936–39. English Historical Review CXXIV, no. 507 (April 1, 2009): 315.

8

Ted Swedenburg, Memories of Revolt: The 1936–1939 Rebellion and the Palestinian National Past (Minneapolis: University of Minnesota Press, 1995), xxii. За десятилетие, прошедшее после восстания, была опубликована одна книга: John Marlowe, Rebellion in Palestine (London: Cresset Press, 1946). Однако она основана на личном опыте и разговорах, а не на исторических документах, которые, естественно, тогда еще оставались засекреченными.

9

Yuval Arnon-Ohanah, Mered Arvi be-Eretz Israel 1936–1939 [Арабское восстание в Земле Израиля, 1936–1939 гг.] (Jerusalem: Ariel, 2013). Еще одна работа на иврите, как и работа Хьюза, представляет собой военно-историческое исследование борьбы с повстанцами: Yigal Eyal, Ha-Intifada ha-Rishona: Dikui ha-Mered ha-Arvi al-Yede ha-Tsava ha-Briti be-Eretz-Yisrael, 1936–1939 [«Первая интифада»: Подавление арабского восстания Британской армией в Земле Израиля, 1936–1939 гг.] (Tel Aviv: Maarachot, 1998).

10

Накба (ар. «катастрофа, потрясение») – исход палестинцев со своих территорий после поражения в арабо-израильской войне. Термин используется в арабской литературе. – Прим. пер.

11

Mustafa Kabha, The Courts of the Palestinian Arab Revolt, 1936–39. Untold Histories of the Middle East, ed. Amy Singer, Christoph K. Neumann, and Selçuk Akşin Somel (London; New York: Routledge, 2011), 197. За последние годы Кабха сделал больше всех для закрытия этого пробела в арабской литературе. В 2009 г. он стал одним из соавторов первого значимого арабского труда, посвященного восстанию: 1000-страничного перечня бойцов и командиров, основанного на архивных документах и устных свидетельствах. Mustafa Kabha and Nimer Serhan, Sijil al-Qadah wal-Thuwar wal-Mutatawi’in li-Thawrat 1936–1939 [Перечень командиров, повстанцев и добровольцев, участвовавших в восстании 1936–1939 гг.] (Kafr Qara, Israel: Dar Elhuda, 2009). Ранее на арабском появилась книга: Subhi Yasin, Thawrah al-Arabiyah al-Kubra [Великое Арабское восстание] (Cairo, 1959). Сведенберг отмечает, что книга Ясина полезна в некоторых деталях, однако в остальном «крайне ненадежна». Swedenburg, Memories of Revolt, 21, 215n36.

12

Matthew Hughes, Britain’s Pacification of Palestine: The British Army, the Colonial State, and the Arab Revolt, 1936–1939 (Cambridge: Cambridge University Press, 2019). Matthew Kraig Kelly, The Crime of Nationalism: Britain, Palestine, and Nation-Building on the Fringe of Empire (Oakland: University of California Press, 2017). На момент публикации данной книги историю восстания «снизу» писал также Чарльз Андерсон; см.: Anderson, State Formation from Below and the Great Revolt in Palestine. Journal of Palestine Studies 47, no. 1 (November 1, 2017): 50.

13

Это не означает, что не существовало евреев, которые надеялись на возможную государственность или боялись массовых убийств в Европе, или что не существовало арабов, которые опасались потерять собственность и быть выселенными сионистами; просто никто не знал, когда и как реализуются их страхи. Большинство жителей Палестины, вероятно, ожидали, что мандат продлится как минимум еще несколько десятилетий.

14

Фолкнер У. Реквием по монахине // Фолкнер У. Собрание сочинений в 9 т. – М.: Терра – Книжный клуб, 2001. Т. 7. С. 349. – Прим. ред.

15

Цитата из Уильяма Фолкнера.

16

Simon Sebag Montefiore, Jerusalem: The Biography (London: Weidenfeld & Nicolson, 2011), 305–6n, 370, 522n. Yehoshua Porath, The Palestinian Arab National Movement, vol. 2, From Riots to Rebellion, 1929–1939 (London; New York: Routledge, 1977), 60. Geoffrey Furlonge, Palestine Is My Country: The Story of Musa Alami (New York: Praeger, 1969), 6–10.

17

Johann Büssow, Hamidian Palestine: Politics and Society in the District of Jerusalem 1872–1908 (Leiden: Brill, 2011), 554. Montefiore, Jerusalem, 433–44.

18

Furlonge, Palestine, 33–34.

19

Школа Братьев (фр.). Братья христианских школ (фр. Frères des écoles chrétiennes) – монашеская конгрегация, с XVII в. занимающаяся обучением молодежи в христианском духе. – Прим. пер.

20

Сефарды – субэтническая группа евреев, которая сформировалась на Пиренейском полуострове. Позднее были оттуда изгнаны. – Прим. пер.

21

Eliahu Elath. Conversations with Musa al–"Alami". Jerusalem Quarterly no. 41 (Winter 1987): 37. Furlonge, Palestine, 6–15, 33–34, 86.

22

Этим собеседником был Виктор Якобсон. Yaakov Sharett and Rina Sharett, eds., Shoher Shalom: Hebetim u-Mabatim al Moshe Sharett [Поборник мира: Мнения о Моше Шарете] (Tel Aviv: Moshe Sharett Heritage Institute, 2008), 536ff.

23

Philip Mattar, The Mufti of Jerusalem (New York: Columbia University Press, 1992), 6–8. Furlonge, Palestine, 6.

24

Kenneth Stein, The Land Question in Palestine, 1917–1939 (Chapel Hill: University of North Carolina Press, 1984), 233. Tom Segev, One Palestine, Complete (New York: Henry Holt, 2001), 275.

25

Alliance Israélite Universelle (фр.) – Всемирный еврейский союз, международное культурное общество, созданное во Франции для защиты евреев. – Прим. пер.

26

Amin al-Husseini, Mudhakkirat Al-Hajj Muhammad Amin al-Husayni [Мемуары аль-Хаджа Мухаммада Амина аль-Хусейни], ed. Abd al-Karim al-Umar (Damascus: Al-Ahali, 1999), 10. См. также: "Haj Amin al-Husayni, the Mufti of Jerusalem", U. S. State Department confidential file, April 24, 1951, в документах ЦРУ о Хусейни, vol. 4, no. 160, http://archive.org/details/HusseiniAminEl; Mattar, Mufti of Jerusalem, 8–15, 142.

27

Шериф (шариф) – арабский титул для потомка пророка Мухаммеда и для людей знатного происхождения в целом. – Прим. пер.

28

Во многом благодаря усилиям Джорджа Антониуса эта переписка Макмагона и Хусейна вновь всплыла в дискуссиях 1938 и 1939 гг. о палестинской политике. См. главы 6 и 7.

29

Furlonge, Palestine, 38–47. Elath, "Conversations", 37.

30

Об этом периоде см., напр.: Benny Morris, Righteous Victims: A History of the Zionist-Arab Conflict, 1881–2001 (New York: Vintage, 2001), 68–72; Howard M. Sachar, A History of Israel, 3rd ed. (New York: Knopf, 2007), 94–111.

31

Причины появления декларации остаются предметом споров и выходят за рамки этой книги. Подробный анализ, уделяющий внимание роли Вейцмана, см.: Jonathan Schneer, The Balfour Declaration: The Origins of the Arab-Israeli Conflict (New York: Random House, 2010). Другая работа, рассматривающая стратегические интересы Британии: Michael J. Cohen, "Centenary of the Balfour Declaration" in Cohen, Britain’s Hegemony in Palestine and the Middle East, 1917–56: Changing Strategic Imperatives (London; Portland, OR: Vallentine Mitchell, 2017), 7–20. См. также: Benny Morris, "Mandate Palestine in Perspective", Bustan: The Middle East Book Review 5, no. 2 (January 1, 2014): 142–43.

32

В 1937 г. Ллойд Джордж дал частное свидетельство о мотивах декларации Бальфура, подчеркнув ее пропагандистский эффект в условиях военного времени для русских и американских евреев. См.: Oren Kessler, "’A dangerous people to quarrel with’: Lloyd George’s Secret Testimony to the Peel Commission Revealed", Fathom, July 2020. Его замечания также отражены в секретном меморандуме "The Origins of the Balfour Declaration", Foreign Office Research Department, November 6, 1944, TNA FO 492/18.

33

Римский полководец Луций Квинкций Цинциннат обычно считается образцом простоты и скромности, а не мудрости. – Прим. пер.

34

W. F. Stirling, Safety Last (London: Hollis and Carter, 1953), 118–19. Ronald Storrs, Memoirs (New York: Putnam, 1937), 439. Собственное изложение Вейцмана см. в книге: Chaim Weizmann, Trial and Error: The Autobiography of Chaim Weizmann (New York: Schocken, 1966), chap. 14–18.

35

Morris, Righteous Victims, 76, 90. См. также: Yasin, Thawrah, 11, 15.

36

Furlonge, Palestine, 67.

37

О соглашении Фейсала – Вейцмана и сопутствующих противоречиях см.: Ali A. Allawi, Faisal I of Iraq (New Haven: Yale University Press, 2014), 116–18, 186–89; Oren Kessler, "Book Review: ’Faisal I of Iraq,’" Wall Street Journal, April 14, 2014. См. также: Michael J. Cohen, "Colonial Intrigue in the Middle East: The Faysal – [Lawrence] – Weizmann Agreement, January 1919", in The British Mandate in Palestine: A Centenary Volume, 1920–2020, ed. Cohen (London; New York: Routledge, 2020), 13–28.

38

Цитируется по: "Cmd. 5479: Report of the Palestine Royal Commission" (His Majesty’s Stationery Office, 1937), 24.

39

Полезное описание догосударственных сионистских органов см. в: Kelly, Crime of Nationalism, 188n15.

40

Муса Алами, 1918 г.

41

Colin Shindler, The Triumph of Military Zionism: Nationalism and the Origins of the Israeli Right (London: I. B. Tauris, 2006), 21. Британские власти не признавали Палестинский арабский конгресс, который в 1920-е гг. собирался несколько раз, однако мирились с ним.