- -
- 100%
- +
© В. Оришин, 2023
© Издательство «Родники», 2023
© Оформление. Издательство «Родники», 2023
Глава 1
Молодой человек находился в комнате допроса.
Раздражающее гудение электрических ламп сверлило мозг. Запястья болели от наручников, цепь которых была пристёгнута к столу. Потёртая тюремная роба не в размер сбилась на спине, и сидеть было неудобно. Голые ступни холодило стальным полом. Выбито несколько зубов. Порез на скуле, залепленный пластырем, саднило. Левый глаз плохо видел из-за массивного фингала. Коротко подстриженные тёмные волосы разделяли два шрама. Губы опухли от недавних ударов. Костяшки пальцев сбиты. А если задрать робу, то можно будет увидеть и синяки, и ссадины, и порезы, и пару свежих заживающих дырок от пуль.
И, несмотря на всё это, парень лет двадцати, пристёгнутый ногами к стулу, а руками к столу, принял расслабленную, насколько возможно, позу и с наглой улыбкой смотрел в зеркало. Он точно знал, какое количество людей стоит на той стороне, а некоторые были ему известны поимённо. Стеснения или неудовольствия заключённый не выказывал.
Дверь за его спиной открылась. Вошёл мужчина, высокий, стильно подстриженный. Крепкая мускулатура проступала сквозь тонкую рубашку. Брюки идеально отглажены, ботинки начищены, как положено по уставу. Но галстука нет, а верхняя пуговица расстёгнута. Это непорядок. В нагрудной кобуре пистолет. Парень скользнул по рукояти взглядом. Он никогда нигде не служил, обученный обращаться с оружием на уровне самообороны, рассмотрел пистолет, узнал модель. А ещё узнал, что это не уставной «Бур», он же «пистолет Бурова десятимиллиметровый», положенный всем офицерам внутренних дел Российской Империи, а редкий «Коваль», он же «пистолет Ковалёва специальный». Госбезопасность. Только они могут позволить себе известные вольности во внешнем виде. Молодой человек никак не обозначил открывшегося ему знания.
– Здравствуй, Иван, – поздоровался мужчина, садясь на свободный стул. Карие глаза внимательно рассмотрели парня. – Как же тебя расписали!
Тот криво улыбнулся.
– Ерунда. Закурить дай, – у него имелся едва заметный акцент, русский был для Ивана хоть и родным, но в последние годы жизни редко используемым языком.
Мужчина ничуть не изменился в лице, но пристальный взгляд ничего хорошего не сулил. Однако заключённому после событий последнего месяца на пристальные взгляды было откровенно наплевать.
Безопасник поднялся и вышел за дверь. Вскоре вернулся, положив на стол перед Иваном пачку сигарет и зажигалку. Цепь несколько сковывала движения, но парень, наклонившись вперёд, привычным жестом, будто являлся курильщиком с многолетним стажем, извлёк сигарету, таким же привычным жестом закинул её в рот. Легко закурил, втянул горьковатый дым, с блаженством выдохнул, откинувшись на спинку и закрыв глаза.
В досье было указано, что Иван не курил.
– Рассказывай, Ваня. Как ты докатился до жизни такой?
Парень приоткрыл один глаз, тот, что без фингала. Затянулся.
– Представился бы для начала. А то меня сразу Ваней, а сам? Я, может, и не подданный Его Императорского, но законы-то знаю.
– Майор Олег Куликов, ИСБ, – ответил мужчина. – И насчёт подданства ты неправ. Как наследник ECS, вступивший в наследование в момент смерти твоего отца, ты стал подданный Российской Империи. Потому что…
Иван ухмыльнулся:
– Буферный пакет находится в ведомстве Его Величества, я знаю. Да только наша Electronic Control Systems того, тю-тю. Все физические активы либо уничтожены, либо конфискованы Чосонской администрацией, – парень сделал ещё одну глубокую затяжку. – Нынче я without allegiance, как говорят британцы.
Английский давался Ване намного лучше русского. Не удивительно – больше практики.
– Вопрос с активами компании твоего отца ещё решается, – возразил Олег. – И отсутствие подданства – лишь формальность в твоём случае. Мы легко всё уладим. Когда выясним, что произошло.
Иван ухмыльнулся криво, затянулся и кивнул.
– Да, выясним, типа. Но… – парень открыл второй глаз, без всяких проблем, будто синяк ему и не мешал, пристально посмотрев на безопасника. – Всё же просто. Конкуренция. Just business, nothing personal. Моего отца убили и забрали компанию себе.
Иван одной затяжкой прикончил сигарету. Бросил окурок в крышку пачки и достал следующую. Закурил.
– А потом… – он собрал пальцы левой ладони в пистолет и «выстрелил» в Олега. – Я убил их. Вся история. И она вам известна.
Снова затянулся, насмешливо улыбаясь.
– Да, – не стал отрицать безопасник. – Эта часть нам известна. Нас интересует другая.
Мужчина снова поднялся и вышел, но тут же вернулся с пачкой фотографий в руках. Фото были небрежно брошены на стол. На фотографиях были трупы и следы разрушений.
– Нас интересует, как двадцатилетний парень, практик третьего круга, в одиночку перемалывает личный состав службы безопасности Митсуя Групп, а заодно и всех ключевых лиц компании.
Иван беззаботно улыбнулся, разведя руками:
– Повезло?
Олег отрицательно покачал головой.
– Нет, Ваня, не повезло. Давай начнём сначала. Рассказывай. Пока мы с тобой не закончим, всё равно ты отсюда не выйдешь.
Парень снова затянулся.
– As you wish. С чего начать?
Поза безопасника изменилась. Он приготовился внимательно слушать.
– Сначала.
Иван криво ухмыльнулся.
– С сотворения мира что ли?
Мужчина юмора не оценил:
– Хватит паясничать.
– Да я и не начинал, – ответил заключённый. – Уточняю. Что брать за отправную точку?
Олег чуть подумал… Или слушал указания через гарнитуру.
– С первой твоей встречи с людьми Митсуя.
Иван хмыкнул, затянулся. Задумался, закрыв глаза. Откинулся назад.
– Ну… – протянул он, не открывая глаз, – можно и оттуда. Но, на мой взгляд, самое интересное начинается позже. Jalmosdoen sigan, – перешёл он на корейский, который знал заметно хуже английского, но лучше русского.
– Что? – безопасник этого языка не знал.
Иван выпрямился. Работать в восточном регионе и не знать языка чосонцев нельзя. Приезжий из столицы или просто притворяется?
– Я сказал: не то время. Ну да как хотите. Первая встреча, да? Первый раз мы с Митсуя встретились на какой-то вечеринке. Вроде как даже случайно пересеклись с их финансовым директором, Сяо Митсуя, – заключённый ухмыльнулся. – Это была ненависть с первого взгляда. Я стильный, наглый и харизматичный мажор. Он вечно вздрюченный, напыщенный индюк с раздутым ЧСВ. Мы не могли друг другу понравиться.
Ещё раз глубоко затянувшись, Иван улыбнулся с таким видом, будто вспомнил что-то приятное.
– Чосонцы вечно держат харю кирпичом, словно в брюки кучу наложили, и сосредоточенно держат осанку, чтобы через штанины не вываливалось. А тёлки у них скорее пальцы в мясорубку засунут, чем будут стонать или дадут удовольствию проявиться на лице, – поделился Иван своими наблюдениями.
– Что за вечеринка? – напомнил Олег.
– Да я вспоминаю, вспоминаю, – кивнул заключённый. – Там чья-то днюха была. Кажется, этой… Да, этой, из якудза. Хироюки Датсун вроде.
Олег чуть качнул головой в отрицательном жесте. Всё верно, Датсун к якудза отношения не имеют, наоборот, враги лютые. Значит, всё же шарит господин СБшный офицер. – Или не её. Я с утра приглашение в штанах нашёл. Не иначе Миша, чёрт занудный, подсунул. Вот кто вписывался в представления чосонцев о правильном мужчине. Бетонная стена и та выразительнее его физиономии, – Иван погасил вторую сигарету. – Принеси пива. Горло промочить.
Олег вздохнул.
– Могу предложить квас.
Иван поморщился:
– Квас для сосунков с маленьким писюном. Сами травитесь своим nationalgetränk. Я с академии чешского пива не пил. Ну, принеси, чего тебе, сложно что ли?
Куликов вздохнул и обернулся на зеркало. Услышал ответ и вновь повернулся к Ивану.
– Сейчас принесут.
– Gut gemacht! – оскалился заключённый. – Чосонское пиво – это обезьянья моча. Русское, правда, тоже. У них там нормально выпить можно только в ресторане с европейской кухней. Вот именно в хорошем немецком ресторане мы с этим Сяо и встретились. Вежливо облили друг друга помоями, он меня до колена, я его притопил по макушку, но это нормально. Они всех европейцев немытыми гориллами называют, ну, и мы в долгу не остаёмся. На этом всё. Я подцепил какую-то нимфу и выруливал наружу в поисках ночного клуба. Он… Не знаю, может, хотел засвидетельствовать свой поцелуй в зад этой Хироюки. Короче, по делам он был. Просто случайная встреча.
Иван задумался. Потянулся к пачке и вытащил ещё одну сигарету. Закурил.
– Потом я с ними долго не пересекался. Получается… Да, полгода, или почти год. А, нет, полгода. Отец меня начал в дела втягивать. Я, ясен пень, всеми конечностями сопротивлялся. Так, с поставщиками немного общался да с логистикой разбирался, когда затыки случались. Но по большей части ставил подвиги на ниве выпитого алкоголя и заваленных в постель девиц. Уж там я развернулся по полной программе.
Открылась дверь. Молодой мужчина, также безопасник, но из молодых сотрудников, принёс ящик баночного пива. Олег на ящик посмотрел со смесью недоумения и скепсиса, Иван с предвкушением.
– О! Оперативность! Выпишите парню премию, оформите, как склонение враждебно настроенного информатора к сотрудничеству. Или ещё чего-нибудь заверните, как вы умеете! – похвалил заключённый.
И тут же выловил из ящика одну банку, открыл. Отпил, с удовольствием зажмурился.
– Оно! Вот теперь жить можно, – отпил ещё раз, затянулся.
И опрокинул в себя всю банку. Оторвал язычок и начал аккуратно колдовать что-то с опустевшим сосудом. Очень ловко, привычно, будто всю жизнь только этим и занимался. Сигарету удерживал губами, легко затягиваясь и продолжая говорить.
– Короче, снова я встретил Митсуя, когда к нам в офис приехал Люй. Они с отцом и Билли, нашим техническим директором, как раз условия сотрудничества обкашливали. Ну, и я чисто на рядом посидеть подключился…
За стеклом в этот момент один из зрителей отрицательно покачал головой. Высокий, мускулистый, даже сейчас, раненый и проходивший реабилитацию, он выглядел внушительно, как скала. Тот самый Миша, Михаил Конев, глава СБ ECS, ещё недавно занимавшийся охраной жизни Ивана и его отца.
– Он всегда такой? – спросила женщина.
Невысокая, миниатюрная. В обычном, насквозь казённом строгом костюме, она выглядела обманчиво хрупкой. Вот только Ольга Несвитская, княжна, была практиком шестого круга, и в её случае выражение «внешность обманчива» играло совершенно иными красками.
– Диссонанс, – кратко ответил Михаил.
– Поясни, – потребовала Ольга.
– Он никогда не курил. А выглядит так, будто десять лет выкуривает по пачке в день, – начал перечислять уже бывший глава СБ. – Сделал пепельницу. Спокоен, расслаблен. Жестикуляция свободная. Иван всегда был нагловат, но за наглостью пряталась неуверенность. Когда начались его тренировки, как практика, парень взялся за них всерьёз. Но когда выяснилось, что третий круг – его предел, он опустил руки. Затем его привлекли к управлению компанией. Он снова с энтузиазмом взялся за дело, но не вытягивал. А потом подслушал наш разговор с Русланом, когда тот озвучил, что не видит сына своим преемником. Ваня пустился во все тяжкие, потерял мотивацию. Дошло до наркотиков.
Михаил помолчал, прислушиваясь к тому, как его подопечный отвечал на вопросы Олега.
– Это он. Мимика, построение фраз, интонации. И не он. Жестикуляция, внимательность, уверенность. Два одновременно разных человека.
Ольга задумчиво угукнула.
– Худеешь на пару килограмм, надеваешь красивое нижнее бельё, встаёшь на каблук повыше, вот тебе уверенность в себе и другая жестикуляция.
Михаил хмыкнул:
– Не думаю, что причина в трусах от Гуччи. Он не мог всего этого сделать, – мужчина отрицательно покачал головой в жесте неверия. – Тот Ваня, которого я видел перед атакой Митсуя, в лучшем случае дал бы себя убить, приняв смерть с облегчением. Смерть матери его надломила глубоко внутри. Я не могу объяснить, как он сделал то, что сделал.
Несвитская кивнула своим мыслям.
– Понятно. Тогда послушаем его рассказ. Уверена, услышим массу интересного.
Иван тем временем допивал вторую банку.
– Всё шло нормально. Митсуя, конечно, хуже занозы в заднице. Дотошные, как немецкие аудиторы. Докопаться готовы до торчащей ниточки в трусах уборщика ночной смены. Хотя теперь понятно, чего они так скрупулёзно нас изучали. Оценивали. Или, точнее, приценивались, – Иван затушил очередную сигарету в банке. – Вокруг отца всё эта стерва вилась, Сяонг. Он её даже вроде завалил пару раз, ну чисто по-мужски, не проходить же мимо, когда такая модель сама ноги раздвигает сразу на шпагат. Но Миша, я уверен, бдил, аки ясный сокол. Всё, что касалось нашей контрактной деятельности, они могли хоть облизать и обнюхать, но дальше – ни-ни. Что там у нас в финансах – none of your fucking business.
Банка была с хрустом смята и поставлена рядом с «пепельницей». Покрутив третью в руках, Иван всё же не стал и её вскрывать, вернув к остальным.
– Нагрелось. Где там этот крутой парень. Пусть отнесёт их в холодильник, – и, под тяжёлым взглядом Олега, добавил. – Что? Пиво должно быть охлаждённым. Ты же свой квас, небось, в холодильнике хранишь, на полке рядом с молоком, а не в шкафу над духовкой.
Куликов кивнул:
– Сейчас он придёт.
Иван кивнул, откидываясь на спинку.
– Excellent! Пропишите ему ещё премию. И от меня воздушный поцелуйчик. Чисто бонусом, чтобы не скучал.
Безопасник просьбу проигнорировал.
– На каком круге ты был, когда всё это началось?
Иван пожал плечами:
– Так ты сам сказал. На третьем. Мой предел. Я и сейчас где-то там же. Знаешь ли, не было ни времени, ни возможности тренироваться и медитировать. В перерывах между… – Иван запнулся, подбирая слово, – …нашими с Митсуо встречами в полный контакт я, в основном, выковыривал железо из брюха. У них реально на службе стояли два натуральных ниндзя. Я, когда их впервые увидел, даже не понял, они вообще мальчики или девочки. Морды слащавые, тельца тщедушные, штанишки обтягивающие, ничего не выпирает. А в них не то, что причиндалы не спрятать, рисовое зёрнышко торчать будет. Но дрались, черти, опасно. По всем правилам ниндзюцу! По потолку ползали, как натуральные мухи. В том смысле, что быстро, тихо и задница торчком.
– О них поговорим позже, – оборвал разглагольствования Олег.
Вошёл тот же молодой сотрудник, хотел забрать и пустые банки, но Иван ему не позволил.
– Не-не-не, эти оставь. Эти мне ещё нужны. Сделаю из них ложки, буду копать отсюда путь на волю, – объяснил своё желание заключённый.
Сотрудник бросил вопросительный взгляд на Олега, и, получив утвердительный кивок, унёс только не открытые банки. Иван тем временем снова закурил.
– Да я, собственно, почти всё рассказал, что до основных событий случилось. Митсуя собрали информацию, что у нас есть и как это охраняется. Теперь, думая об этом, я даже не уверен, моё бельё у меня просто пропадало или поработали шаловливые азиатские ручки. Понятно, что любой настоящий японец обязан раздобыть женские трусики, это ритуал взросления у них. Но мои-то им для каких тайных ритуалов потребовались?
Олег поморщился:
– Давай к делу. Переходи к инциденту с подосланной к тебе эскортщицей, – попросил он.
Хотя Иван и сидел в застенках родной структуры, но формально предъявить ему было нечего. Преступлений против Российской Империи он не совершал, а преступления против Чосона – это дело самого Чосона.
Иван широко улыбнулся, глядя в глаза Куликову, будто чего-то ожидая. И только Олег хотел спросить, чего тот ждёт, как открылась дверь. Сотрудник принёс две охлаждённые банки, поставив их на стол. Иван тут же сграбастал одну из них, открыв и отпив приличный глоток.
– Вот! Теперь можно и переходить к основной части. Это всё была, так сказать, прелюдия. Сцена со вступительными титрами в кино, – парень сделал глубокую затяжку. – Интересное начинается сейчас. Дорогой немецкий автомобиль, дорогая азиатская проститутка и я. Главный герой этой невероятной истории.
Глава 2
месяцем ранее
Одни называли Чосон не иначе как «Третьим Азиатским Драконом», а другие – «Большой Азиатской Клоакой». Правы были и те, и другие.
Но такие тонкости не заботили водителя и пассажирку новенького красного Порше, шедшего с предельно допустимой скоростью по крайней полосе автострады. День медленно переходил в ночь, вокруг притягательно мерцали огни города, мелькали небоскрёбы, играла музыка, лишь по ровной дороге тихо шуршали шины. Иван довольно улыбался, краем глаза косясь на девушку. Ради этого он даже снял солнечные очки и убрал их в карман белоснежной рубашки. А коситься было на что. Девочка могла похвастаться модельной внешностью, осанкой, ухоженностью. Тоненькое платье, в полумраке клуба ещё как-то скрывавшее и отсутствие бюстгальтера, и предельно скромные трусики, сейчас скорее помогало Ивану наслаждаться телом спутницы. На ногах туфельки. При себе сумочка-кошелёк на цепочке. Парень предвкушал весьма интересную ночь.
– Если угадаю, какого цвета трусики, ты их снимешь, – сообщил он девушке.
По улыбке, которую он получил в ответ, было понятно, что она готова снять и их, и платье, и вообще делать всё, что он захочет, но игра пришлась ей по вкусу. Иван вдавил кнопку открытия стёкол и дал газу. Порыв ветра ворвался в салон, раздув платье и задрав подол.
– Зелёные, – удовлетворённо улыбнулся он.
– Угадал, – с сильным корейским акцентом ответила девушка.
И без ложной скромности освободилась от элемента нижнего белья. Одной рукой придерживая подол, чтобы тот не раздувался слишком сильно, вторую она выставила в окно, держа трусики, как знамя.
– Отпускай, подарю новые.
В ту же секунду пальцы разжались, и кусочек ткани остался где-то позади. Иван кивнул, усаживаясь удобнее.
– А теперь, малышка, покажи, что ты умеешь делать ротиком.
Азиаточка улыбнулась чуть шире, но отрицательно покачала головой:
– Не так быстро. Имей терпение, жеребец.
– Я лучше поимею тебя, крошка, – отозвался Иван.
Но взгляд в зеркало заднего вида заставил его немного приуныть.
Их нагоняли два чёрных «Вепря», гражданские экспортные версии армейских лёгких внедорожников Российской Империи. Иван вздохнул, начав искать свой телефон.
– Что-то не так, милый? – насторожилась девушка.
– Нет, крошка, всё отлично, – беззаботно отозвался парень. – Не видела мой телефон?
Девушка заглянула в бардачок, где и обнаружила пропажу. Не думая сбавлять скорость, Иван нашёл в контактах «Мрачного Зануду» и нажал на вызов. Пошли гудки, но зануда принимать вызов не спешил.
– Возьми трубку, чтоб тебя, – проворчал Иван по-русски.
Но требование не возымело результата. Телефон выдавил ещё несколько гудков и отключил вызов.
– Scheisse! – прошептал Иван.
Вепри нагнали Порш, первый из двух внедорожников поравнялся с немцем. Наглухо тонированные стёкла не позволяли понять, что происходит внутри. Несколько секунд машины ехали борт в борт, пока Вепрь не вырвался вперёд, чтобы пристроиться к Порше спереди. Второй прижался сзади. Тот, что ехал впереди, мигнул поворотниками, приказывая прижаться к обочине. И такая мелочь, как запрет производить остановку на автомагистралях, никого совершенно не волновал.
Иван вздохнул, криво ухмыльнулся и выполнил требование, снижая скорость и прижимаясь к краю полотна. Спутница, нервно посматривавшая на внедорожники, его уже не волновала совершенно. Вскоре все три машины остановились. Из Вепрей вышли несколько ребят в форме службы безопасности, и главным среди них был Михаил. Мужчина подошёл к Ивану, но лишь мазнул по нему взглядом, сосредоточившись на девушке.
– Выходи, – на уверенно корейском приказал Михаил.
Девушка мрачно смотрела вперёд, не двигаясь с места. – Лу, вытащи эту… – повернулся безопасник к одному из своих людей.
– Я сама, – ответила азиатка, покидая машину.
– Сюда иди, – Михаил указал на место перед собой.
Подчиняясь, она обошла машину и встала перед мужчиной. Рядом с громадой безопасника девушка, что по местным меркам считалась высокой, потерялась, оказавшись ему на уровне груди. Михаил, ничего не спрашивая, отобрал сумочку, открыл её и вывалил содержимое на асфальт. Помада, пара каких-то тюбиков, презервативы. Несмотря на медвежьи габариты, пальцы безопасника были ловки и легко вскрыли нутро сумочки. К уже валявшемуся на асфальте полетели тоненький телефон и ещё пара каких-то хитрых девайсов. Михаил без сожаления поднял ногу и опустил на них свой тяжёлый ботинок. Раздался хруст пластика, заставивший девушку вздрогнуть.
– Снимай платье.
На её лице возмущение смешалось с удивлением.
– Ты охренел?!
– Сейчас, – мужчина и не думал отступать.
Девица выругалась на каком-то местном диалекте и подчинилась, стянув через голову свою тряпочку, оставаясь только в одних туфельках. Прикрыла она, отчего-то, грудь, а не промежность. Иван ещё раз оценивающе прошёлся взглядом по её телу и разочарованно вздохнул. Нет, его ожидания подтвердились полностью, детка оказалась натуральной моделью, и пошалить с такой в постели было настоящей мечтой. Разочарование было вызвано уверенностью – Миша её прогонит.
А мужчина тем временем, не обращая внимания на голую кореянку, обыскивал платье. Пара секунд, и из неприметной складки был извлечён ещё какой-то хитрый гаджет, тонкий и гибкий. Миша без сомнений раздавил его в руке. Ещё несколько секунд поисков, и под сильными пальцами порвалась ткань. На свет было извлечено два кольца, соединённых тонкой прочной леской. Оружие для удушения. Тряпка, в которую превратилось платье, была выброшена к остальным вещам, а безопасник переключился на девушку. – Не смей меня трогать! – на чистом английском, уже без всякого акцента, крикнула она.
Но вопреки крикам сопротивления не оказывала. Михаил бесцеремонно мял её кожу, пока не нашёл слева под ключицей тайник. Под слоем искусственной кожи пряталось несколько тонких прозрачных пластинок по сантиметру в диаметре. Микрофоны. В таком же тайнике, но под другой ключицей, нашлась мини-камера, тоже плоская и тонкая, но не прозрачная, да и заметно побольше микрофонов.
– Проваливай, – отмахнулся от девицы безопасник.
– Козёл! – отозвалась девушка и как есть потопала по дороге.
Первая же проезжавшая мимо машина притормозила, и высунувшийся из окна мужчина громким свистом высказал свои впечатления от открывшегося ему вида. Это заставило девицу выругаться и вернуться, чтобы поднять с земли остатки своего платья. Попытка его надеть показала, что Михаил его безнадёжно испортил. После очередной порции ругательств девушка порвала ткань, превратив её в два обрывка, которыми перевязала грудь и талию. И за неимением других вариантов, вновь пошла по дороге.
Иван проводил её взглядом, ещё раз тоскливо вздохнул и перевёл взгляд на Михаила.
– Ты знаешь, чего меня лишил?
Безопасник ответил ему хмурым взглядом.
– Не, я понимаю, – продолжил Иван, – что все твои влажные эротические фантазии связаны с работой и только работой, а о том, что делать с женщинами, ты знаешь только из справочников по медицине, но не все же вокруг такие!
– Она была подослана, – ответил Михаил.
Иван закатил глаза.
– Да знаю я! Она слишком модель, чтобы быть обычной эскортницей! А для приличной девушки, просто захотевшей оторваться, она слишком путана. Ну и что? Мог дать мне с ней развлечься хотя бы? Потом вломился бы в номер и выставил её! – Иван замолчал и посмотрел на Михаила так, будто на него сошло озарение. – Оу! Так это была твоя фантазия? Раздеть и провести обыск девушки прямо на улице? Миша, ну что ты как ребёнок. Давай я тебе номерок дам, тебе и не такие ролевые игры там организуют.
Пока Ваня трепал языком, Михаил поместил отобранные микрофоны и камеры в сканер. Получив результат, безопасник с наслаждением вдавил кнопку электромагнитного импульса, сжигая тонкие приборы.
– Садись в машину, – он указал Ивану на стоящий впереди Вепрь.
Чем заставил парня скривиться так, будто тот проглотил лимон.
– Слушай, у меня есть клевомобиль, а на отстоймобилях ездите сами.
– Вылезай и садись в машину, – настойчиво повторил Михаил, – пока я тебя сам не вытащил. Ли, тачку в гараж.
Подчинённый понятливо кивнул. Они вообще предельно понятливые ребята, других Михаил к себе не брал. Ли открыл водительскую дверь и с ожиданием смотрел на Ивана. Тот поднял руки в жесте капитуляции:
– Ладно, ладно, я понял. Это такой хитрый план мести, да? – парень вылез из машины и пошёл за Михаилом к внедорожнику. – Вы будете возить меня в своём катафалке, пока мой позвоночник не раскрошится окончательно и не высыплется через задницу?