Предназначенная для оборотня

Я сидела на широком подоконнике, обхватив руками колени и положив на них подбородок. Это положение стало для меня привычным ещё с самого детства. Когда мне было грустно и одиноко, а после смерти родителей такое случалось частенько, я забиралась на подоконник и смотрела на людей внизу, живущих, как мне казалось, настоящей жизнью.

Карина всегда была красива, своими огнями, силуэтами зданий, но особенно вечером, в незаметно подкравшихся к городу сумерках. Резиденция Охотников, которая официально принадлежала Ковену магов и являлась его подразделением, располагалась почти в самом центре. Окна моих комнат выходили на один из лучей, здесь всегда было светло, днём – от заливавшего улицы солнца, а ночью – от многочисленных магических светильников, превращавших Карину в залитый огнями город.

Город, в котором мне было очень одиноко…

Хотя теперь я знала, что, почти всю свою жизнь была одинока, несмотря на постоянное присутствие рядом сестры-близнеца. Я была по-настоящему одинока, пока не встретила Арона…

Ход моих мыслей прервался болезненным уколом где-то в области сердца. Я старалась не думать о нём, слишком болезненными были эти мысли. Особенно воспоминания о проведённых вместе днях и ночах.

Единственное, что я знала об Ароне – он ещё жив…

Наша внутренняя связь позволяла точно определить его состояние. Я была уверена, что к нему не применяли пыток, но отголоски чёрной тоски и обиды, разъедавших его душу, доносились и до меня. Встречаясь с моим чувством вины и одиночества, они смешивались в ядовитый коктейль, лишавший нас обоих сна и покоя.

Прошло уже три дня с тех пор, как мы были пойманы в хитроумную ловушку. Арон попался не один, хотя он так и не думал, я оказалась в западне вместе с ним. Я почему-то перестала быть Гулой, циничной Охотницей, коварной, способной на любую подлость ради достижения цели. Но её жизнь, её память и способности теперь вернулись ко мне. Кто я теперь? Какая я теперь? Над этими вопросами я и размышляла последние дни.

– Гула, – дверь без стука открылась. Так бесцеремонно себя мог вести только один человек – моя сестра Гура.

Я никак не отреагировала на её появление, хотя Гуре и не была нужна моя реакция. Она пришла с какой-то определённой целью и уйдёт, лишь достигнув желаемого, или разругавшись со мной в пух и прах. В каком-то смысле сестра была не только моим зеркальным отражением, но и точной копией моей прежней личности – хищной, корыстной, безапелляционной, не приемлющей отказа. За те недели, что я отсутствовала, Гура сумела получить собственный отряд Охотников. Теперь она была выше по положению и даже могла приказывать мне, если того вдруг потребует ситуация. При мысли об этом я хмыкнула, с моей стороны было бы большой ошибкой полагаться на родственные чувства сестрёнки. Впрочем, как и ей на мои. В этом отношении между нами ничего не изменилось.

Со времени моего возвращения мы виделись уже второй раз, но вот возможность поговорить нам представилась впервые. Интересно, зачем сестрица пожаловала? Я знала точно, что ей что-то от меня нужно, поэтому молчала, предоставив Гуре самой начинать разговор. Но и она не торопилась, прошлась по комнате, будто невзначай касаясь ладонью то одного, то другого предмета. «Надо будет после её ухода просканировать пространство на наличие маячков и заклятий», – отметила я для себя.

Наконец сестра остановилась напротив меня и замерла, разглядывая мой профиль. Поскольку за всё время её пребывания в моей комнате я так и не повернула головы. Это во сне тогда, много дней назад, почти в прошлой жизни, я хотела встретиться с сестрой-близнецом, сейчас же я предпочла бы, чтобы её не было вовсе.

– Ты долго ещё собираешься меня игнорировать? – Спросила она, уязвлённая моим нарочитым невниманием.

– Говори, что хотела и уходи, – я по-прежнему смотрела в окно, где прохожие спешили по своим делам, дежурный маг зажигал фонари, а моё отражение в стекле пристально следило за каждым движением Гуры.

– Уступи его мне, – наконец сказала сестрица.

– Кого? – Не поняла я.

– Оборотня.

– Кого? – Я хорошо расслышала её, но была так поражена, что резко обернулась и уставилась ей в лицо, отыскивая там истинное значение её слов.

– Ого! Какая реакция! – Гура усмехнулась. – Я так и знала, что ты к нему неровно дышишь.

– Что тебе нужно? – Я заставила успокоиться бешено колотящееся сердце. Этой ведьме нельзя давать таких козырей, как моя привязанность к Арону. Она не преминет этим воспользоваться в свою пользу, а для нас с оборотнем это может закончиться весьма плачевно.

– Ладно, давай начистоту, ты всё равно скоро узнаешь, – она прищурилась, оценивая свои шансы обыграть меня, само собой, не посвящая меня в правила игры, даже не удосужившись сообщить, в какую игру мы сейчас играем. – Я хочу пойти с оборотнем вместо тебя.

Что? Я смотрела на неё во все глаза, пытаясь сообразить, о чём сейчас идёт речь. Я уже знала, что отвечу ей нет в любом случае. Но то, что она знает намного больше, чем я, сбивало с толку. Мастер посвятил бы меня, если б нашёл что-то важное. Или нет? Что если ставка, которую он всегда раньше делал на меня из-за непредсказуемости Гуры, теперь переведена на мою сестру?

– Нет, – твёрдо ответила я, глядя прямо в глаза ведьме.

Выражение её лица мгновенно переменилось, слащаво-приторная маска тут же слетела с него, обернувшись гримасой неприкрытой ненависти.

– Это мы ещё посмотрим! – Разумеется, покидая в бешенстве мои покои сестрица не преминула громко хлопнуть дверью.

Как только она ушла, я спрыгнула с подоконника и отправилась к Мастеру. Я точно знала, где его можно найти, несмотря на вечернее время, поэтому направилась прямиком в дом Арона, так как там сейчас велась активная исследовательская работа.

В этот раз я зашла в музей войны с оборотнями через центральный вход. Охранник за столом учтиво поздоровался со мной, наверняка уже встречался с моей любимой сестрёнкой. Я знала, где искать Бегена, поэтому просто кивнула стражу и направилась к тайной комнате.

Мастер сидел за рабочим столом Адара, склонившись над бумагами. Он ещё больше похудел, под глазами проступили тёмные круги. Мне пришлось дважды окликнуть его, чтобы Беген поднял глаза.

– А, моя девочка, – его лицо просияло, и мне стало даже немного стыдно, что я обвиняла его в предательстве при первой встрече, – я так и знал, что ты придёшь.

Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не поддаваться обаянию его улыбки. Но я слишком хорошо знала, что под милым образом дряхлого старичка скрывается сильный маг, продумывающий многоходовые интриги, которые практически всегда срабатывали так, как он задумал изначально. Он умел задеть струны души каждого, увидеть сильные и слабые стороны, лишь мельком взглянув на человека. Этому он учил и нас с Гурой, и как выяснилось, весьма успешно.

Я не спешила начинать разговор, предположив, что, если я играю какую-то роль в его планах, Мастер мне об этом сообщит. И оказалась права. Этот старый интриган всё же неплохо меня натаскал.

– Подойди ко мне, Гула, – он сделал вид, что не заметил моей грубости, значит, задумал что-то действительно важное.

Я сделала шаг по направлению к нему и замерла. Перед стариком на столе вибрировал прозрачный магический купол, под ним лежал полосатый котёнок, которого медленно поглощало нечто, похожее на белую плесень. Я сразу поняла, что это такое. Белая смерть. С виду она не выглядела опасной, плотный пушистый налёт. Но котёнок, понемногу исчезавший под ним, уже даже не мог открыть глаз, лишь по слегка вздымавшейся грудной клетке можно было понять, что он ещё жив.

Проследив за моей реакцией, особенно тщательно выискивая следы сострадания на моём лице, Беген взмахнул рукой, и магический купол начал сжиматься, пока не превратился в точку, озарив на мгновение лёгким сиянием лицо Мастера и бумаги на столе.

– Ты представляешь, – он, будто ничего не случилось, продолжал разговор, – этот сумасшедший оборотень экспериментировал с действующими образцами.

Я хмыкнула, это говорит мне тот, кто только что повторил эксперимент с Белой смертью, причём на живом существе.

– У меня есть две новости: плохая и хорошая, – продолжил Беген. – Хорошая заключается в том, что я теперь знаю точно – одолеть эту напасть возможно! Сложно, но возможно. Плохая же… – Тут он пристально взглянул на меня, будто оценивая мои возможности. – Для этого нужен оборотень и… ведьма крови.

Так вот чего хотела Гура. Видимо, исполнителя ждало немалое вознаграждение, раз она решилась о чём-то попросить меня. Я молча смотрела на Мастера и ждала продолжения, точнее предложения. Если он хочет, чтобы я сопровождала Арона, пусть сам об этом скажет. Просьба ни в коем случае не должна исходить из моих уст.

Эта игра в молчанку и переглядывания продолжалась пару минут, и Беген не выдержал первым. Но похвалить себя за выдержку я не успела.

– Если ты ещё не отдохнула после предыдущего задания, или у тебя есть какие-либо причины отказаться, то сестра согласна тебя заменить. – Ну конечно, кто бы сомневался. – Внешне вы не различимы, особенно, если не видеть вас вместе. Так что вряд ли оборотень заметит разницу…

– Почему вы думаете, что он согласится? – Перебила я, не желая слышать подробности возможного путешествия Арона с моей сестрицей.

– Как ты думаешь, свобода – достаточный аргумент? – Ответил он вопросом на вопрос. – Причём я собираюсь предложить полную амнистию для всех оборотней. Я уже знаю, что заклятие наложили ведьмы крови… Да-да, – он поймал мой быстрый взгляд и торжествующе улыбнулся. – Твои родственницы постарались. Если эту информацию пустить в народ, то вместо охоты на оборотней нас ждёт охота на ведьм. Причём, уверен, обозлённые двуликие будут в первых рядах зрителей, когда вы начнёте пылать на кострах.

Если он пытался запугать, то ошибся в методах. Для меня намного важнее было то, что Арона ждёт полное помилование. Конечно, какое-то время оборотням придётся трудно, пока люди не привыкнут к ним заново. Но это уже шанс на нормальную, полноценную жизнь. А ведьм давно пора поставить на место. Да и Беген скорее пугает меня, чем грозит, вряд ли он решится избавиться от таких сильных помощниц. Тех же оборотней ому-то придётся сдерживать, чтобы они не решили мстить за многолетние гонения и расправу над ними.

Поэтому для меня существовал только один вариант, и я озвучила его прежде, чем даже успела подумать:

– Я согласна.

ГЛАВА 2

В прошлый раз я наведалась к оборотням, не зная, как выяснилось, всех нюансов задания. Теперь же я была намерена разузнать каждую мелочь, чтобы не рисковать понапрасну ни жизнью Арона, ни своей. Хотя, отправляясь навстречу Белой смерти, трудно не рисковать жизнью.

Из тех записей, что расшифровал Беген, следовало, что оборотень и ведьма должны создать Защитницу, и такое возможно лишь их совместными усилиями. Что за Защитница, и как её создавать, в черновиках Адара не пояснялось. Видимо, отец Арона считал это само собой разумеющимся или не посчитал нужным расписывать, а может, просто не знал, как именно это сделать.

Однако, Беген не унывал.

– Там на месте и разберётесь с этой Защитницей. – Ну конечно, не ему же рисковать своей шкурой, а в тиши и безопасности кабинета эти недомолвки и впрямь выглядят несущественными.

Но я не стала с ним спорить, потому что не видела смысла. При отсутствии полной информации это будет пустым сотрясанием воздуха. Поэтому я ответила:

– Хорошо.

По лицу Мастера я поняла, что он ожидал от меня жарких споров, и главным бы его аргументом стала Гура, готовая меня заменить в опасном путешествии. А я не хочу, чтобы Арон смотрел на мою сестрицу и думал, что видит меня. Боюсь, что он разочаруется во мне ещё больше. Хотя куда уж больше?

Я шла к нему на встречу с тяжёлым сердцем, не представляя, как начать разговор. Конечно, он будет непростым. Я это понимала и была уверена, что Арон согласится, поскольку на кону стояла жизнь его сородичей. Но вот как быть с нами? И были ли ещё какие-то мы?

Когда дверь открылась, мужчина автоматически обернулся. И я имела удовольствие наблюдать весь спектр эмоций, которые он испытывал ко мне – от радости, что снова меня видит, до напускного равнодушия, наполненного разочарованием и болью. Я поняла – не простит. Как бы я ни старалась, что бы сейчас ни сказала, он не простит предательства. И ему не нужны мои оправдания, раскаяние или желание начать всё заново. Он меня любит, но не простит.

Арон не отворачивался от меня. Он был уже достаточно взрослым, чтобы играть в эти игры. Он смотрел на меня и ждал, когда я начну разговор, потому что понимал, я пришла не просто так.

– Хорошего дня, – мой голос звучал хрипло, пришлось откашляться.

– И тебе, Дара, или как там тебя зовут на самом деле, – его голос, напротив, был ровным, холодным, лишённым эмоций. Он хотел, чтобы я поверила, что ему действительно всё равно. Но Арон забыл о нашей связи и о том, что я чувствовала его так же, как и он меня. Поэтому я знала, что ему очень больно, и эту боль причинила я.

Я сумела продумать нашу встречу только до этого момента. Что говорить дальше, не имела ни малейшего представления. Наверное, так же чувствовала себя Гура, придя ко мне в комнату с просьбой, при этом заранее зная, что я отнесусь к ней враждебно. Поэтому я поступила как она, надеясь потянуть время, прошлась по комнате, касаясь разных предметов, представляя, что до меня их касались пальцы Арона.

Комнату оборотню выделили одну, но достаточно просторную и светлую для пленника, которому грозила скорая смерть. Мебели, конечно, было не слишком много – кровать, стол, два стула и небольшой шкафчик для одежды. Одежда, кстати, на нём также была новой.

Значит, Мастер с самого начала планировал использовать его в своих целях. Но со мной своими намерениями, как всегда, не поделился.

– Ты позволишь? – Я указала на один из стульев, который стоял по другую сторону стола, в то время как Арон сидел на кровати. Я решила, что для нейтрального разговора не стоит подходить слишком близко к оборотню. Вдруг у него возникнет желание меня придушить.

Он кивнул, по-прежнему выжидающе глядя на меня. Я опустилась на стул, глубоко вздохнула, набираясь храбрости начать разговор.

– Арон, – я быстро посмотрела на него, но наткнувшись на слишком пристальный взгляд, тут же опустила глаза. И дальше я говорила уже покрытой матерчатой скатертью столешнице, тщательно подбирая каждое слово. – Ковен просит тебя выполнить одно непростое задание…

– И что я получу взамен? – Перебил меня оборотень, демонстрируя свою заинтересованность.

– Свободу для тебя… – Он издал какой-то хмыкающий звук, который, видимо, должен был показать мне его скептическое отношение к обещаниям Ковена. Или моим обещаниям… Поэтому я быстро выдохнула: – И амнистию для всех остальных оборотней.

– Что?! – По выражению лица Арона я поняла, что мне удалось его зацепить, теперь он пойдёт куда угодно и даже вместе со мной.

– Беген прочёл исследования твоего отца, – пояснила я, решив быть честной с ним, – и выяснил, что заклятие Белой смерти наложили ведьмы крови…

– Такие как ты?! – Теперь в его взгляде полыхала неприкрытая ненависть.

Ну и пусть, пусть ненавидит меня, пусть презирает, но врать ему я больше не стану. Никогда.

– Да, такие, как я.

Я перевела взгляд на окно, которое выходило во двор. Охотникам подвезли припасы, и возница как раз разгружал лошадь. Я вспомнила, как ехала на телеге, ежесекундно боясь, что Арона обнаружат стражи. Я его больше не потеряю, чего бы мне это ни стоило, я докажу этому упрямому оборотню, что пусть я и появилась в его жизни обманом, но мои чувства к нему были самыми настоящими. Хотя почему были? Они таковыми и остались. За время пути он привыкнет ко мне, я постараюсь убедить его в своей искренности и любви. Для меня совместное путешествие – это шанс возродить утраченное доверие. Поэтому я набрала побольше воздуха и произнесла:

– Мы с тобой пойдём в край Белой смерти и вместе снимем это заклятье.

ГЛАВА 3

– Нет! – Громко произнесли одновременно два голоса, находящиеся в разных концах комнаты. Я обернулась к двери, в проёме стояла разъярённая Гура и сверлила меня злобным взглядом.

Ну что ж, мой муж и моя сестра не хотят, чтобы я отправилась спасать мир, значит, тем более придётся это сделать, хотя бы им назло. Правда, я не ожидала такой слаженности от этих двоих.

Я посмотрела на Арона, тот ошалело переводил взгляд с меня на Гуру. Он ведь тогда не поверил мне и думал, что моя сестра-близнец умерла или вообще являлась лишь плодом моего воображения, к тому же и меня пытался убедить. А она стоит тут живая и настоящая, ресничками, магически удлинёнными, машет.

И только сейчас я поняла: перепутать нас могли лишь те, кто не знал близко. Зря сестрица собиралась выдать себя за меня, Арон сразу бы заметил подмену.

Да, мы – близнецы, мы схожи лицом и фигурой, но и только. Манера одеваться, волосы, сама подача себя – всё кричало о том, что перед вами находятся два совершенно разных человека.

Я, в отличие от сестры, никогда не стремилась подчеркнуть свою женственность, всегда предпочитала удобную, неброскую одежду, волосы заплетала в косу или стягивала в хвост. Косметикой не пользовалась вовсе, делая исключения разве что для официальных приёмов Ковена. Я не любила лгать и притворяться, хотя мне и приходилось это делать.

Гура же предпочитала яркие цвета и провокационные фасоны, она умела сделать акцент на своих достоинствах и оттенить недостатки. Когда сестра входила в помещение, все взгляды, причём и мужские, и женские, устремлялись к ней. Её длинные блестящие волосы нежным шёлком струились по спине, завершая образ совершенной богини, прекрасной и обольстительной.

Но я почти никогда не могла понять, о чём она думает и что чувствует. Мне казалось, что сестра с самого детства носила маску, за которой прятала себя настоящую, ту Гуру, которую я могла бы полюбить…

– Тебе здесь не место! Уходи! – Я первой нарушила воцарившееся в комнате молчание, опутанное паутиной взглядов.

– Это тебе здесь не место! – Прошипела она в ответ. – И не тебе решать, кто составит компанию оборотню!

Мне очень не хотелось устраивать семейные разборки при Ароне, ведь этот спор характеризовал меня совсем не с лучшей стороны, но эту наглую выскочку уже давно нужно было поставить на место.

– Ковен уже утвердил мою кандидатуру. – Я была уверена в этом, поскольку Беген говорил о том, что это я отправлюсь с оборотнем, как о чём-то давно решённом.

– Ковен утвердил вовсе не тебя, а ведьму крови. Так что пойти может любая из нас. – Гура так разошлась, что я несколько опешила. Я не могла понять этой соревновательной установки. Почему ей настолько важно самой отправиться в этой опасное путешествие – чтобы получить повышение по службе или чтобы обойти меня?

– И вообще, – сестрица так коварно улыбнулась, что я поняла – она придумала какую-то каверзу, которая мне наверняка очень не понравится, – пусть оборотень сам выбирает, с кем из нас он хочет пойти.

Я была не просто удивлена, я была поражена её хитроумной изобретательностью. Переведя ошарашенный взгляд на Арона, я увидела, что он всерьёз рассматривает её предложение.

– Ну же, оборотень, – подбросила она ещё веток в костёр, – подумай сам: разве можешь ты доверять той, что уже обманывала тебя?

– А ты, значит, не обманешь? – Усмехнулся Арон.

– Меня ты не знаешь, – парировала она, – поэтому вероятность делится пополам – либо обману, либо нет. А в её случае – наверняка.

Я чувствовала себя будто в кошмарном сне: моя насквозь лживая сестра убеждала Арона в своей искренности, и он, кажется, был готов ей поверить.

Я несколько раз отрывала рот, чтобы смести её пустые слова шквалом убедительных аргументов, но снова закрывала, так и не найдя, что возразить. По сути, она ведь была права… Заметив хитрый прищур мужчины, я поняла, что он наслаждается ситуацией. А я-то считала, что он уже взрослый для этих игр. Неужели он хочет сделать мне больно таким способом? Неужели он мстит мне? Но ведь это значит, что… у меня есть шанс вернуть наши отношения? Вернуть его доверие и любовь? Или я преувеличиваю, выдавая желаемое за действительное? «Преувеличиваешь», – ответил голос разума, но я его не послушала.

– Вот что, девочки, – оборотень хитро улыбался, наслаждаясь своей задумкой, и чуть ли не потирал руки в предвкушении. – Думаю, это будет неплохим развлечением, поэтому в такой долгий и унылый путь мы отправимся втроём.

– Нет! – Прозвенел одинокий отчаянный голос. На этот раз мой.

Они оба посмотрели на меня с торжеством.

– Да, – злорадно пропела сестрица.

– Если не хочешь идти с нами, можешь остаться здесь, – равнодушным голосом сказал Арон.

ГЛАВА 4

Может быть, я зря не пошла жаловаться Бегену на самоуправство сестры. Точнее, я не дошла до него, услышав из-за двери Мастера голос Гуры, я струсила, побоялась показаться смешной со своими детскими симпатиями и антипатиями. Поэтому просто вернулась к себе.

На следующий день нас с Гурой вызвали к старшим магам Ковена, где уже поджидал Беген и несколько представителей руководства, все как на подбор худые, с длинными седыми бородами и узловатыми пальцами. Они оценивающе разглядывали нас с Гурой и похоже, что использовали мысленное общение для оценки нашей профессиональной пригодности в столь ответственной экспедиции.

Нам разъяснили, что жизнь оборотня имеет первостепенное значение, поэтому необходимо сохранить её во что бы то ни стало, правда, только на пути туда. Ведь без его участия невозможно создать Защитницу. Насчёт обратной дороги (на этом месте маг, разъяснявший нам инструкции, запнулся и переглянулся с Мастером, тот слегка кивнул и снова опустил взгляд) особых распоряжений не поступило. Мы могли отпустить Арона на все четыре стороны или обойтись с ним на своё усмотрение. При этих словах Гура хищно улыбнулась, и мне стало не по себе.

Выехали мы через три дня, ранним утром. Нам выдали обычных лошадей, потому что магические кони слишком остро реагировали на присутствие оборотня. Впрочем, меня эта замена не слишком расстроила. Пусть так мы медленнее доберёмся до южных провинций, захваченных Белой смертью, зато можно спокойно сидеть в седле, не переживая каждую минуту за здоровье Арона, сброшенного и покусанного магическими конями.

Гораздо больше меня волновало, что моя сестра и мой муж нашли общий язык. И предоставив мне возглавлять наш небольшой отряд, они ехали позади, держась рядом и о чём-то беседуя. Вот о чём может оборотень разговаривать с ведьмой крови, которая по умолчанию является его смертельным врагом?! Я не знаю, было ли то, что меня снедало, ревностью или завистью, но чувствовала я себя препаршиво. И в голову даже закралась упадническая мысль – повернуть назад…

Чем ближе к югу, тем более становилось заметно наступление весны. На деревьях набухали почки, готовые вот-вот раскрыться навстречу солнцу и новой жизни. Молодая травка начинала пробиваться сквозь влажную прогретую землю. Поэтому крестьяне из расположенных вдоль дороги деревень вышли в поля, чтобы успеть распахать и засеять пашню.

Но ни мирная сельская жизнь, ни погожий солнечный денёк не радовали меня, снедаемую ревностью. Всё же я была вынуждена признать наличие у себя этого чувства.

Я заставляла себя следить за огибающей небольшое озерцо дорогой, но против воли и здравого смысла прислушивалась к обрывкам негромких фраз, к тому же заглушаемых топотом лошадиных копыт по утрамбованной земле.

Мои мрачные мысли внезапно прервал звонкий смех Гуры, я вздрогнула от неожиданности и сдавила коленями бока своей каурой кобылы, в ответ она прибавила ходу.

– Дара, ты куда?! – Донёсся до меня голос Арона. – Мы решили сделать привал у этого живописного озера.

Я обернулась, их лошади стояли рядом, почти соприкасаясь боками. В то время как Арон вопросительно смотрел на меня, ожидая согласия (вежливый какой, гад!), Гура с романтическим видом любовалась окрестностями. Здесь действительно было красиво, в другое время и в другом настроении я бы и сама предложила сделать остановку, возможно, даже остаться на ночь. Воспоминание об одной из наших ночей внезапной вспышкой осветило моё сознание. Арон тёмным взглядом смотрит на меня, касается губами, прежде чем войти в меня, и ловит ртом мой стон. Я крепче стиснула зубы и помотала головой, прогоняя наваждение, но всё равно чувствуя, как между ног стало мокро, и тёплая волна желания начала подниматься от живота к груди. Я испуганно взглянула на оборотня, надеясь, что он ничего не заметил и не почувствовал. Но тщетно. По понимающей ухмылке мужчины стало очевидно, он прекрасно знал, о чём я только что думала. Я вспыхнула и отвернулась, скрывая пылающие щёки.