Дистанция перехвата. Механик

1

Двое суток после прибытия Джека на орбитальную базу им никто не интересовался.

Ему лишь выделили койку в двухместной капсуле, такой тесной, что вдвоем там можно было разминуться только с трудом.

А еще выдали именной жетон с чипом, пользуясь которым он мог получать стандартное питание не только на этой базе, но и на многих других опорных пунктах в пределах орбит Лимы-Красной.

Джек с интересом изучил их длинный список.

Там были пассажирские терминалы, ремонтно-строительные доки, заправочные базы и логистические хабы.

И независимо от того, кому они принадлежали – государству или частным структурам, там были обязаны бесплатно покормить работника орбитальной системы, поскольку поддержание ее в должном порядке оставалось в интересах всех пользователей.

Наверное, если бы в капсуле образовался еще один жилец, там можно было существовать только лежа на койке, однако пока второй человек не заселился и Джек наслаждался комфортным одиночеством.

Он стал замечать, что в бытовом плане привык быть один обходясь без каких-то компаний.

Даже на острове в океане не особенно страдал от одиночества, во всем полагаясь только на себя.

Здесь от нечего делать он слонялся по секторам орбитальной базы, изучая ее строение и организацию.

Ему было интересно, как спроектированы такие большие объекты в космосе, ведь тут имелись и жилые помещения, и кухни, и ремонтные ангары, и складские помещения. А все это требовало обеспечения энергией: электричеством с позитронной составляющей и попросту топливом для генераторов.

Помимо уже изученных им территорий, должны были иметься и площадки с электростанциями, подготовки воздуха, водоснабжения и канализационной очистки. Однако, вход на эти территории был ограничен и посетить их без специального ключа у Джека не получилось.

На вторые сутки ожидания он поднялся по ступеням витой лестницы с очень слабой гравитацией в администрацию комплекса, чтобы разузнать новости о своем назначении.

– А, это ты! Ну, наконец-то! – воскликнул местный кадровик с профессорской бородкой и свернутым набок боксерским носом, на котором чуть косо сидели очки. – А мы тебя потеряли!

– Я никуда не девался. Я здесь – на базе, – пожал плечами Джек.

– Как же «на базе», если мы с тобой вчера созванивались и ты был Сурвее в гостинице? – напомнил кадровик и улыбнулся, словно ребенку, которого застали за воровством конфет.

– Нет, вы меня с кем-то путаете, я этот… Майкл Догерти.

– Догерти?

Служащий заглянул в свой монитор, потом полистал какие-то бумаги и снова посмотрев на Джека, кивнул.

– Да, ты новенький «мусорщик». Только нет пока твоего Бачинского – загулял, мерзавец.

Кадровик вздохнул. Видно было, что от поведения Бачинского он был далеко не в восторге.

– Так мне что – просто ждать?

– А что еще делать? Так-то он надолго не пропадает – задержится на пару дней на праздники, а потом заявляется – то с мордой побитой, то с полицейской квитанцией за штраф. Обязательно во что-то вляпается. Но, работник безотказный, на все заторы в ночь-полночь поднимается и без вопросов. Часто по полторы смены сидит на орбите, когда заменить некем. Так что мы на многие его эти самые – смотрим сквозь пальцы.

Узкая дверца позади Джека распахнулась и в нее кто-то заглянул.

– А, у тебя занято…

– Нет-нет, Паркер, мы уже закончили. Заходи.

Джек посторонился, пропуская рослого мужчину лет сорока в потертой робе, а сам вышел.

– Это кто? Вроде незнакомый… – услышал он из-за тонкой двери.

– Новый «мусорщик». Бачинского дожидается.

Спустившись по лестнице Джек постоял в коридоре, пропахшем железной окалиной и дезинфекцией. Система кондиционирования работала здесь не очень хорошо, хотя вчера он этих запахов тут не замечал.

Сунув руки в карманы, он вразвалочку двинулся вдоль рядов дверей, люков и лючков в серых стенах, маркированных самыми разными цветами и самыми замысловатыми надписями: «РДСиБ», «100кр», «Дроссельный».

А на одной, под какой-то аббревиатурой имелось дополнение сделанное фломастером: «Эрни сюда не лезь!». Надпись была старая и неизвестно, работал ли еще на базе этот «Эрни».

Мимо прошел мужчина – вероятно электрик, поскольку катил перед собой тележку нагруженную мотками проводов и скоростных шин.

Кивнув Джеку, как старому знакомому он прошел мимо и ответив на приветствие, Джек остановился и проводил электрика взглядом.

Все, кого встречал он на базе были заняты каким-то делом и только он слонялся, как неприкаянный, вдыхая коктейли из технологических запахов. А ведь от него там внизу ожидали каких-то действий, напутствовали, можно сказать. А он что? Джек снова вздохнул и почувствовав запах из пищеблока вспомнил, что проспал завтрак, а сейчас было самое время подкрепиться.

Приняв решение, он зашагал теперь уже целенаправленно. Сделал поворот на развилке технологических направлений и разминувшись с роботом-уборщиком, отчаянно начищавшим коробчатый плинтус, поспешил в сторону все усиливавшейся волны ароматов.

Вот и обеденный зал, защищенный «воздушным клапаном», который сегодня почему-то не работал, оттого запахи из пищеблока и расползались так далеко.

Внутри ничего особенного, полтора десятка из персонала базы сидели за столиками в разных концах зала, достаточно просторного для орбитального объекта.

Те, кто пришел перед заступлением на смену, сидели поодиночке, те кто готовился через час-полтора скинуть бремя дежурства на «свежих» коллег, подкреплялись по двое-трое, обсуждая перспективы развлечений на ближайшее свободное время.

Джек взял поднос и встал на раздачу, где сейчас находился только один человек.

– Здравствуйте, – кивнул он полной женщине лет пятидесяти с бейджиком «Джардин», которую видел тут каждый раз, при том, что пищеблок работал круглосуточно, полностью подчиняясь рабочему расписанию базы.

– Что, удивлен? – обратился к Джеку стоявший перед ним работник в чистой серой робе менеджера «среднего звена». Высокий, рыжий, горбоносый чуть ссутуленный, со светлыми глазами навыкате.

– Простите?

– Ты удивлен, что она тут в любое время? Так это робот. Смотри – харя совершенно без эмоций. И набор действий – простой и ограниченный…

Джек невольно стал присматриваться к тому, как однообразными движениями раздатчица наливала суп-лапшу и добавляла мясные брикеты.

– Норман, я тебя когда-нибудь прибью тут поварешкой! – воскликнула вдруг она, чем вызвала какой-то каркающий смех у рыжего, который поспешил с подносом к столикам.

– Не обращай внимание на придурка, это один из моих бывших… – пояснила Джардин. – Тебе чего положить?

– Э… – Джек замешкался, удивленный бедностью выбора.

Вместо пяти ароматных блюд второго, здесь были только два – разогретые в микроволновке мясные брикеты и запеканка непонятного состава и тоже полуфабрикат.

– А вот вчера у вас были такие котлетки… – напомнил он.

– Накрылись котлетки, милый. Сегодня какая-то байда соскочила с орбиты и долбанула по нашему генераторному блоку. Теперь сидим на минималках – только с батарей идет питание. Да ты что, не заметил, какая сейчас вонь на базе?

– А, поэтому? – переспросил Джек.

– Поэтому, милый, поэтому. Что будешь брать?

– Вот это, – неопределенно ткнул пальцем Джек и получив тарелку передвинулся к следующей позиции, где горкой лежали размороженные и разогретые в мейдере «десерты».

Кофейный спред и акву можно было самому взять из раздаточной колонки здесь же в зале.

– А у тебя, милый, девушка имеется? – спросила вдруг Джардин, когда Джек собрался отойти от раздачи.

– Э… Да, имеется! – торопливо сообщил он, заметив в голосе раздатчицы нотки охотницы.

– Так это небось на Лиме, а здесь?

Отвечать Джек не стал, сделав вид, что не расслышал.

2

Джек сладко спал у себя каюте-капсуле и видел сны. Что-то приятное, радостное. С одной стороны – все происходило на его острове, только концовка была другая – мама и папа выходили из пироги, которую подогнал Ник, а он бежал им навстречу по белоснежному песку.

Джека переполняли восторг и желание показать родителям его прекрасный домик, пальмовую рощу и замечательную пушку с такими здоровенными снарядами.

Папа бы наверняка это оценил, а маме понравилась бы его девушка – с местных островов. Как же ее зовут? Какое у нее было имя? Она такая хозяйственная!

Вдруг, налетевший шквал перевернул всю эту прекрасную картину. Остров содрогнулся от удара грома и Джека едва не сбросило с его кровати.

– Ёкарный бабай, стажер! Как ты можешь обитать в этом горшке, блин, глиняном!?

Джек, от неожиданности, немедленно скинул одеяло и сел на своей узкой койке, таращась на нависавшего над ним человека, который своим дыханием наполнял крохотную каюту вчерашним, сегодняшним и немного даже позавчерашним перегаром трех разных по крепости напитков.

У Джона были всякие приятели и он помнил их алкогольные пристрастия, а здесь все было смешано в единый букет.

– Чего таращишься? Марк – я! Марк Бачинский! Поднимайся и собирай шмотки, я тебя в прогоне подожду, а то меня еще штормит немного, особенно у здесь – в горшке твоем глиняном.

После этих слов Марк поморщился и вышел из каюты, разом сделав ее просторнее, однако его перегар остался и Джек, стараясь глубоко не дышать, начал быстро собираться, на что ему понадобилось всего пара минут.

После этого он вышел на ярко освещенный «прогон», в котором прислонившись лбом к прохладной стенке стоял Бачинский. И как показалось Джеку – дремал, поскольку его глаза были закрыты.

– Сейчас, подожди… Через двадцать секунд я буду готов… – пробубнил наставник.

Джек вздохнул и пользуясь случаем стал его рассматривать.

Ростом они оказались примерно равны. У Бачинского были темные волосы, сейчас всклокоченные и требующие стрижки, ну и брился он последний раз – дня четыре назад.

На нем была потертая байкерская куртка, прожженная с одного бока и надетая поверх синего поло. Она была ему велика и похоже с чужого плеча.

Серые штаны из синтетической парусины, очень модные лет семь назад, имели множество пятен и также повидали немало.

Обут Марк был в ботинки-козаки остроносые со скошенным каблуком. Такие стоили очень дорого, но хотя и были куплены недавно должного ухода не получали.

– Все, пилот Бачинский к заданию готов! – произнес Марк и оттолкнувшись от стенки зашагал по «прогону», а Джек последовал за ним.

– Сколько сейчас времени? – спросил он, когда они спускались по наклонному трапу на следующий уровень.

– Где-то середина Второй смены. Здесь никто не пользуется понятиями – суток, часов. Это тебе не на Лиме. Здесь движение круглосуточное, поэтому просто говорят какая смена или какая ее часть – первая половина или вторая.

– А как определить, когда начнется, скажем, твоя смена, если не говорить о часах?

– Так по часам. Начало и конец смены, естественно, указывается и в часах и минутах. Но жизнь идет по сменам. Понял?

– Не очень, – признался Джек.

– Ничего, разберешься.

Они вышли в главная галерею, по которой Джек ходил уже множество раз и тут Бачинского стали приветствовать все, кто ни попадался.

Оказалось, он тут был личностью очень популярной.

– О, Марк, здорова! – бросался к нему рослый электрик, протягивая ладонь испачканную трансформаторной смазкой.

– Здоров, Спарк!

– А мы с Кейтом забились, я сказал, что ты будешь еще через три смены, а тот сказал, что даже вдвое!

– На сколько забились?

– На полста.

– Оба в пролете. Я уже, как штык и готов к работе.

Не успел отойти электрик, как из-за углы выскочил другой знакомый.

– Опа-на, Марк! – воскликнул он раскинув руки и они обнялись. – А я думал тебя, как тогда – копы приняли!

– Так они и приняли, но удалось договориться.

– Последнее отдал?

– Ну, почти. Видишь, что на мне? Налички не хватило, пришлось костюм отдать.

– Так на что же ты еще полнедели скитался? Мы ж еще когда в «Панамере»–то виделись?

– А девушка одна добрая пригрела.

– Хорошая девушка?

– Да, абсолютно без претензий.

В таком режиме они добирались до стояночных доков еще с четверть часа. И повсюду Бачинского приветствовали, как кинозвезду, за исключением пары случаев, когда Марк затаскивал Джека за угол и шептал:

– Чизмар, гад…

– Кто? – уточнил Джек, выглядывая. – Так я знаю этого рыжего, он бывший парень той женщины с пищеблока – Джардин.

– Да ты, я гляжу, уже в курсе здешней обстановки.

– Случайно узнал. А почему вы от него прячетесь?

– Я ему две сотки торчу.

– У вас нет две сотни?

– Да есть у нас… Слушай, а чего ты мне выкаешь, мы же с тобой не педики какие нибудь? – заметил Марк, строго посмотрев на Джека.

– Извини, принято к сведению.

– Вот так. Ну все, пойдем, нам тут до доков один бросок остался.

Однако и возле доков инструктор впечатал Джека в узкую технологическую нишу так, что тот ударился головой о торчавшую конструкцию.

– Да что опять-то? – сморщился Джек, роняя сумку и хватаясь за ушибленное место.

– Тихо ты… – прошипел наставник.

– Кто там на этот раз?

– Инга.

– Какая Инга?

– Ну, посмотри сам.

Почесывая ушибленную голову Джек осторожно выглянул из ниши и увидел блондинку лет тридцати. Немного в теле, но именно то, что нужно.

Похожую девушку он видел в администрации одного из исправительных заведений, в которых побывал. Она тогда посматривала на него, а он на нее, но там между ними была пропасть.

– Симпатичная. А что с ней не так?

– С ней все не так. Во-первых, она сотрудник Трудовой инспекции. Стопудово меня поджидает, чтобы штраф выписать.

– За что?

– Так я же припозднился с праздников и от меня выхлоп. Штраф небольшой, но если больше трех за месяц – минус премия. А она у нас – у «мусорщиков» до пяти штук доходит.

– Так ты уже набрал штрафов? – догадался Джон.

– Набрал. Два есть, остался последний, – прошептал наставник и Джек заметил, что тот не только наблюдал, но и любовался объектом опасности. – Все, уходит…

Когда они выбрались из убежища и направились к воротам стояночного дока, где проводился ремонт космических аппаратов и размещалась стыковочная аппарель. К ней со стороны космоса причаливали космические машины, чтобы их пилоты могли выбраться на базу.

– Слушай, а что «во-вторых»? – спросил Джек, пока система безопасности считывала предоставленный Бачинским чип-ключ.

– Чего «во-вторых»?

– Ну, про эту Ингу. Ты сказал «во-первых» – сотрудник Трудовой инспекции, а что «во-вторых»?

– Ах, это… – кивнул наставник, проходя через открытую автоматикой дверцу. – Ейный папаша – генерал. Руководит логистикой в целом секторе, а на всю Лиму секторов всего восемь. Вот и прикинь. Чуть что и она легко заставит жениться на ней.

– И ты…

– Ну, я в какой-то момент смог сконцентрироваться и остановить процесс, который мог привести к…

– Но, мне показалось она тебе нравится.

– Нравится, – согласился Бачинский. – Но связывать себя узами брака я пока не готов.

3

Когда дверь за ними закрылась, Джек по достоинству оценил размеры ангара и невольно сравнил его с учебным – в Космическом Центре.

Этот оказался ненамного больше, но тут все пространство было использовано для каких-то надобностей.

Помимо ряда из пяти огромных космических машин, стоявших на платформах с магнитными подвесками, вдоль стен здесь размещалось оборудование, столь же циклопических размеров – подстать объектам их заботы.

Колонны сварочных роботов с длинными, сочлененными манипуляторами и тянувшимися за ними шинами энергообеспечения.

Трансформаторы, разделявшие приходившее от генераторов «сырое» электричество, на организованный спектр потоков, каждый из которых применялся для своих целей.

Огромные шкафы разнообразных тестеров, умевших определять состав металлов и керамики, их прочность, твердость, электросопротивление и еще множество параметров, о которых Джек только вроде бы что-то слышал.

Он шагал за наставником, которого и тут постоянно кто-то окликал, а некоторые подбегали, чтобы пожать руку и хлопнуть по плечу.

– А это кто с тобой?! – громко спрашивали подбегавшие – сдергивая защитные краги, чтобы пожать Марку руку.

– Стажер мой! Майком зовут! – гордо пояснял тот и Джека тоже удостаивали рукопожатиями крепких мозолистых ладоней.

В ангаре стоял непрекращавшийся грохот, отовсюду летели искры от режущих инструментов и гудели сварочные аппараты в сотни киловатт, зажигая голубоватые дуги.

Где-то, коротко рявкнув сиреной, отключали участок гравитационных соленоидов и гусеничный робот-погрузчик медленно передвигал груз в десятки тонн, сам находясь за пределами зоны невесомости.

Отвечая на рукопожатия и коротко кивая на приветствия, Джек продолжал глазеть по сторонам, находясь под большим впечатлением.

Это было, как самая крутая станция автосервиса, только в разы и разы круче.

У него даже мелькнула мысль остаться работать в этом ангаре, но вспомнив лица тех, кто совершенно серьезно, почти что возлагал на него надежды на разбор сложившегося на орбитах бардака, он тотчас прогнал от себя эти предательские мысли.

Он должен служить по профилю – и точка.

Наконец, Джек с Марком преодолели ремонтную зону и оказались у причального пандуса, к которому с наружной стороны швартовались космические машины.

– Вот наша сота, Майки. Смотри, как тут все устроено…

Приложив свой ключ, пилот отпер замок первый дверцы – узкой, но тяжелой – с усиливающим каркасом. За ней оказалась короткая, едва различимая с слабом свете фонаря, лесенка ведущая на пару метров вниз. Они быстро ее преодолели, однако Марк не спешил прикладывать ключ к очередной дверце, прислушиваясь к тому, как наверху срабатывают замки на первой двери.

– Почему мы ждем? – спросил Джек.

– Раньше чем наверху заблокируется дверь, система мой ключ все равно не примет. Безопасность – прежде всего.

– Понял.

– А теперь пошли дальше.

За очередной армированной дверцей оказался люк «мусорщика» – шершавый, испещренный крошечными раковинами от микрометеоритов и «рабочей пыли», о которой Джек уже знал из учебного курса.

Так называли остатки материала, который оставался после атаки лазерным испарителем на фрагменты разрушенных спутников.

Кое где на люке еще оставалась заводская краска, и как оказалось, изначально он был темно-оливковым.

Отдельно выделялось светлое пятно, которое регулярно подновлялось. Именно к этой области Марк и приложил свой персональный ключ, однако ничего не произошло.

– Это он капризничает. Сейчас еще раз приложу…

И действительно, со второго раза все сработало штатно, в люке лязгнули приводы и он немного отошел. Марк подхватил его край и открыв, пролез внутрь, сгибаясь едва ли не вдвое.

Джек проделал тот же трюк без проблем – он был знаком с узкими люками еще с учебного курса.

4

Общая схема устройства «мусорщика» была Джеку знакома и никаких откровений от осмотра он не ожидал, однако первым, что их встретило на борту были темнота и тяжелый запах.

– Опа-на! Недорабатывает наша автоматика! – произнес Марк и унесся в темноту – в сторону кабины.

Через мгновение зажглось освещение, зажужжала набирая обороты вентиляционная система и дробно затарахтел насос.

Джек прошел в кабину и увидел, как склонившись над одним из мониторов штурманского терминала, Марк делал правки в каком-то программном коде.

– Никак не могу приучить обслуживающий блок к новым объемам обработки, – пояснил он.

– Что за объемы? Ты о чем?

– Сейчас все объясню… Ага, вот так и вот так…

Марк добавил необходимые команды и распрямился.

– Давно бы следовало выставить нашему программисту положенный флакон, чтобы он довел тут все до ума, но он парень занятой, а у меня тоже постоянно какие-то изменения в рабочем графике.

– Так что там за объемы? – напомнил Джек, который понимал, что ему вскоре предстояло столкнуться со всем этим в одиночку, поэтому опыта и информации следовало набираться на ходу, ведь учебный курс, какими бы знающими преподавателями он не давался, все равно оказывался недостаточным и на месте все, как правило, оказывалось значительно сложнее.

– Сейчас покажу. И – внимание! – Марк поднял кверху указательный палец. – Атмосфера очищается, чувствуешь?

– Да, получше стало, – согласился Джек.

– Ну пойдем, покажу тебе все дополнительное барахло.

Джек посторонился, пропуская в тесной кабине Марка и тот вышел в коридорчик, на ходу начиная пояснения.

– Оснастка этой машины осталась на уровне сорокалетней давности, ну, почти что. Тогда все агрегаты были значительно больше и тяжелее, поэтому для личных удобств пилоту ничего не оставалось, кроме гигиенических салфеток, однако в наше время…

Тут он остановился напротив дверок электрических шкафов, хорошо знакомых Джеку курсу обучения.

– А в наше время, объем вспомогательных агрегатов заметно уменьшился.

С этими словами Марк распахнул дверцы электрического шкафа и Джек увидел, что на этой машине все электрические «прибамбасы» составляли всего треть от того, что он видел на обездвиженном учебном агрегате.

Мало того, в дальней стенке освободившегося отделения теперь обнаружилась новая дверца, со всей определенностью вставленная сюда «не на заводе».

– И что там?

– Открой и посмотри, – с улыбкой произнес Марк.

Джек, пригнувшись шагнул в тесный объем электрического шкафа и потянув легкую дверцу, остановился перед темным пространством, которое вскоре озарилось включившимся освещением.

Это оказалась крохотная душевая кабина, в которой можно было с трудом развернуться, однако тут присутствовало все что нужно – бежевая фальш-плитка на стенках, полочка с шампунем и мочалками, а также сам рассекатель, который выглядел слишком маленьким.

– Ну, что там по-твоему? – спросил протиснувшийся следом Марк.

– По виду, топливная форсунка от какого-то старого дизельного движка. Сейчас таких не выпускают.

– Слушай, Майки, да ты реально петришь! Это действительно от какого-то древнего грузовика – мне ребята-ремонтники подогнали! Распыляет воду и позволяет помыться тремя литрами воды, прикинь?

– Круто. А стоки куда?

– А вот тут новая история. Дело в том, что когда эту машину проектировали, оставили резервный объем для установки дополнительных мощностей электроразделителей для лазерного испарителя. Так вот, когда мне заменили старые железки накачки лазера на новые и оказалось, что они впятеро меньше по размерам, я стал думать, как использовать высвободившийся объем. Посмотрел проектную документацию и нашел эту резервную пустоту. Туда было напихано какого-то теплоизолятора, прикинь? И вот сюда-то я и поместил этот короб пластиковый – под душевую. Его мне ребята здесь в ангаре за три пузыря «денвера» сформировали. Под ним две емкости, одна простая – для слива, другая – под чистую воду, а еще одна…

Тут Марк оглянулся, как будто опасался, что на судне есть кто-то посторонний и перешел на шепот.

– А еще одна под высокое давление – из титана и со спецпокрытием.

– Это для… – начал догадываться Джек.

– Да, для доптоплива к лазеру. Но это только между нами, за это могут и срок накинуть.

– Понимаю, а для чего так рисковать-то?

– Пойдем в кабину, там дорасскажу с пояснениями и все такое.

Они вернулись в кабину и усевшись в пилотское кресло, Марк продолжил пояснять стажеру, как и что в его аппарате переделано и самое главное – для чего.

– Ну, про гравитационные соленоиды я тебе рассказывать не буду, эта тема распространенная. Если нужны будут правильные контакты, я тебе подброшу. Далее – по оружию. Как только появляется какая-то новинка, меня знакомый из фирмы-разработчика сразу информирует. Мы с ним иногда бухаем.

– А он не боится?

– Боится, конечно, но я же говорю – мы бухаем вместе, а за хорошим «денвером» язык у любого развязывается. Но я интересуюсь только по моим делам и вот выпросил у него пару чертежей и один приборчик из испытательной серии. Короче, по результату у меня в экстремальном режиме лазер шарашит на полторы дистанции и мощность вдвое развивает.

– Ничего себе! – поразился Джек. – А ресурс?

– Ну, поджирает, конечно, и ресурс испарителя. Но я договариваюсь, чтобы мне вне очереди давали комплектующие. Пользуюсь я этим максимальным режимом редко, зато метко, как говорится.

Сообщив это, Марк хитро улыбнулся и подмигнул Джеку, намереваясь открыть еще одну профессиональную тайну.

– И что значит – «метко»? – подначил наставника Джек.