Я напишу тебе, Крошка

20

Перегруженный катер на воздушной подушке медленно выбрался из прибрежных кустов и начал раскручивать простуженные турбины.

Когда их свист достиг невыносимого для слуха уровня, судно поднялось над волнами и, вздымая облака белой водяной пыли, стало уверенно разгоняться.

Капитан Крайтон рассчитал, что на крейсерской скорости до места высадки добираться около сорока минут. Преследования он не опасался. Считалось, что река не является стратегически опасным водным путем, поскольку была мелкой и порожистой.

Катер продолжал разгоняться, и вскоре встречный ветер начал крепко трепать комбинезон.

Крайтон спустился в десантный отсек и, достав карту, нарисовал приблизительный маршрут для группы – от реки и до взлетно-посадочных квадратов порта.

Оставив бойцов обсуждать предстоящую работу, он поднялся к рулевому.

– Пит, сколько катер пройдет на автопилоте?

– Километра полтора. Рельеф реки очень сложный, а карта неточная.

– Но полтора километра – это железно?

– Да, железно, – кивнул рулевой.

Крайтон приоткрыл бронированную створку. Мимо проносились нависавшие над водой скалы – в этом месте река разрезала гору.

Впереди показались пороги, Пит сбросил скорость. Катер на среднем ходу подошел к полутораметровой водяной стене, затем взревел турбинами и, чуть зарывшись носом, запрыгнул на высокий порог.

– Браво, Пит! – не удержался Крайтон. Такое владение машиной дорогого стоило.

Оказавшись на ровной воде, судно снова начало разгоняться.

– Вертолет! – донеслось из пулеметной башенки, являвшейся одновременно и пунктом наблюдения.

– Он нас заметил?

– Конечно! За нами же целая снежная буря! – отозвался пулеметчик.

Крайтон представил, как выглядит их судно сверху. Действительно, не заметить белоснежный хвост было невозможно.

– Пит, давай о стеночку! А ты, Фарлайл, стреляй как только смо…

Дальнейшие слова капитана покрыл заливистый лай спаренного пулемета. Гильзы забарабанили по корпусу, в трюме потянуло порохом.

Бойцы Крайтона без напоминаний разобрались по бойницам, однако стрелять по вертолету не могли, поскольку видели только отвесные стены каньона.

– Ну как, Фарлайл?

– Никак, сэр. Он бронированный… Это «Сайборн».

Не успел капитан спросить, какой модификации «Сайборн» – разведывательный или огневой поддержки, как стрелок вражеской машины сам ответил на этот вопрос – корпус судна крепко ударило, взрывом оторвало приличный кусок левого борта.

– Маневрируй, Пит! Маневрируй, а то они нас постругают!

Впрочем, маневрировать не пришлось – башенный стрелок все же сумел нанести вертолету небольшое повреждение, и тот убрался восвояси. Это было очень кстати, потому что впереди судно ожидал еще один порог – не такой высокий, но многоярусный, представлявший собой настоящую лестницу.

Дальнейшее продвижение катера проходило без осложнений. Лишь в одном месте по нему открыли огонь двое пехотинцев, но их пыл быстро остудил пулеметчик.

– Выскакивай на косу! – приказал Крайтон Питу, решив, что путешествие закончилось, однако неожиданно на башне снова заработал пулемет, а рядом с бортами катера стали вздыматься фонтаны воды.

– Командир, пара вертолетов! – крикнул в паузе пулеметчик.

– Я уж понял… – буркнул капитан и, поправив на плече автомат, скомандовал: – Пит, дуй вдоль берега! Будем прыгать на ходу! И не забудь про автопилот!

– Я помню, сэр!

– Команда – на выход! Прыгаем в воду с левого борта, так что будьте внимательны, чтобы не разбиться о дно и камни!

Тем временем Пит мастерски ушел от пушечной очереди и направил катер точно вдоль берега.

– Пошли! – скомандовал капитан, и солдаты посыпались за борт.

Предпоследним прыгнул Крайтон. Он не достал ногами дна, однако решил не включать пневмоподушку. Течение было быстрое и выносило его точно на косу.

Секунд через тридцать Крайтона уже волокло по крупному розоватому песку. Он выбрался на сушу и успел заметить, как один из его солдат спрятался в прибрежных кустах.

Вертолетный гул и треск автоматических пушек смещались следом за ревом катера.

– Паркер, все здесь? – спросил капитан.

– Все, кроме Пита.

– Пит должен вот-вот появиться. Ждем две минуты и уходим.

Бойцы замолчали, выравнивая дыхание и напряженно вглядываясь в водную поверхность.

– Уходим, – скомандовал Крайтон, когда время истекло. Долгая боевая работа приучила его к потерям.

21

После долгожданного прибытия в порт новобранцев еще целый час держали взаперти. Затем появился боцман и громко объявил, что все желающие могут выйти на воздух и размять ноги.

– А когда нас повезут в казармы, сэр? – спросил кто-то.

– Об этом, парни, я ничего не знаю. Я только таксист, а ваши боссы объявят вам свое решение позже. Если кто-то голоден, обращайтесь – паек или воду я могу выдать. Сортир тоже есть, так что не вижу причин спешить на войну.

– Ну наконец-то, – обрадовался Ломбард. – Я ведь без свежего воздуха просто не могу, а тут целую неделю в этой… вони.

– А я бы сейчас вмазал, – тяжело вздохнув, признался Абрахамс.

– Мы это уже слышали, – заметил Джо Миллиган.

– А может, ты законченный алкоголик, Ноэль? – спросил Бен.

– Нет. – Абрахамс снова вздохнул. – Просто я вмазать люблю.

Практически все рекруты, за исключением пары впавших в уныние от тоски по дому, выбрались на бетонную площадку и увидели, что место прогулки оцеплено солдатами и военной полицией.

– Стало быть, мы выступаем за Катан, братцы! – закричал какой-то горлопан, брюки которого были перепачканы засохшим пюре.

– А ты только сейчас понял? – отозвался кто-то.

– Да, только сейчас! Дайте мне оружие, я разнесу этих лозианцев одной левой! Я пес войны, я ужас, летящий на крыльях…

– Эй ты, придурок! – не выдержал солдат из оцепления. – Если сейчас не заткнешься, получишь по башке…

– А я что, я ничего… – смутился горлопан и скрылся в толпе смеющихся товарищей.

Миллиган, Аффризи и Ломбард выбрались на солнышко и, как все, уселись прямо на горячий бетон.

– Мне уже лучше, – заметил Ломбард.

– А у меня внутри пустота какая-то, – признался Бен.

– Это потому что ты жрать хочешь, – усмехнулся Джо. Он смотрел по сторонам, ожидая в каждом солдате Катана узнать брата Эдди, хотя и понимал, что здесь его быть не может. Эдди находился на другом театре боевых действий и занимался электронной разведкой.

Рекруты курили, болтали и смеялись. Почти все были в приподнятом настроении – ну как же, они без пяти минут настоящие солдаты.

В небе загремело, все подняли головы. Четверка истребителей пронеслась над взлетной полосой и неожиданно ударила ракетами по находившемуся неподалеку резервуару с горючим. Раздался мощный взрыв, к небу взметнулось огненное, окаймленное жирной копотью облако. Ударная волна пронеслась по полю горячим ветром и сбила нескольких человек.

Вслед истребителям раздались запоздалые выстрелы, однако те скоро вернулись и нанесли удар по одному из складских ангаров. На какой-то из крыш застучала зенитная турель, и ее очередь настигла последнего разбойника. Он задел крылом мачту освещения и разлетелся, словно елочная игрушка.

Остальные истребители ушли невредимыми.

Все произошло так быстро, что никто из рекрутов не успел испугаться. Осталось лишь чувство восхищения, словно они присутствовали на премьере нового боевика.

Позабыв, что они почти солдаты, рекруты, как самые обыкновенные мальчишки, стали обсуждать инцидент, споря, какие это были машины и кто в этой схватке вышел победителем.

– Говорю вам, это были «СК-100», атмосферные истребители второго поколения, – авторитетно заявлял какой-то всезнайка.

– Или штурмовики «спан-кокер», – добавлял кто-то. – Казалось бы, легкие машины, но вот что могут сделать настоящие асы. Забрались на территорию противника и нанесли тако-о-ой удар!

– Ну конечно, а то, что они потеряли одного из четырех, это тоже мастерство? Двадцать пять процентов потерь!

В кучку споривших просунулась стриженая голова Абрахамса.

– Ни у кого выпить нет? – Он обвел умоляющими глазами новобранцев. Никто не мог ему помочь. Заметив своих знакомых, страдалец подошел к Бену и, кивнув на поднимавшийся над горящим хранилищем дым, спросил:

– А это чего такое?

– Лозианцы нанесли удар.

– Когда?

– Минуту назад. Ты что, ничего не слышал?

– Не-а, я в гальюн ходил. Думал, схожу, может, полегчает.

– И что, полегчало?

– Ни хрена. – Абрахамс вздохнул. – Только хуже стало. Я бы сейчас, кажется, даже бензину выпил.

– Извини, но у нас и бензина нет, – усмехнулся Ломбард.

Абрахамс угрюмо кивнул и опустился на бетон.

22

Пожар быстро погасили – его закидал пеной большой, похожий на богомола пожарный робот. Стало совсем скучно. Если поначалу прибывшим новобранцам оказывали хоть какое-то внимание и все шло к тому, что их начнут перевозить в казармы, то теперь, после нападения лозианских истребителей, заботы о пополнении отошли на задний план.

– Внимание, всем вернуться в судно – на перекличку! – объявил какой-то плечистый парень в матросской куртке, которая была ему тесновата. Что-то в этом человеке показалось Бену странным, однако и он, и остальные рекруты стали послушно подниматься на борт.

Заметив движение новобранцев, стоявшие в оцеплении полицейские недоуменно переглянулись. Не то чтобы происходило что-то из ряда вон выходящее, но руководивший погрузкой рекрутов человек выглядел в матросской куртке весьма нелепо. Сразу было видно, что она с чужого плеча.

– Эй ты, позови капитана корабля! – потребовал полицейский сержант.

– Одну минуту, сэр. Я только прослежу за посадкой.

– Капитана зови! – повысил голос сержант и двинулся к погрузочным воротам.

Поднимавшиеся по сходням рекруты стали с любопытством вертеть головами, но человек в матросской куртке прикрикнул на них, не спуская глаз с приближающегося полицейского.

Наконец последний новобранец поднялся на борт, и лишь тогда полицейский сержант увидел, что у подозрительного парня из-под куртки торчат штаны полевого комбинезона и рифленые ботинки, совершенно лишние на транспортном судне.

Крикнуть сержант не успел – его срезало короткой автоматной очередью. Следом за ним упали еще несколько полицейских. Сходни начали подниматься, одновременно запустились двигатели транспорта.

Уцелевшие солдаты оцепления открыли по кораблю огонь, но стрелковое оружие было ему не опасно. Судовые двигатели торопливо развивали тягу и вскоре включились на полную мощь. В радиусе трехсот метров все, кто стоял, попадали на бетон, а тяжелый корпус транспорта оторвался от земли и начал набирать высоту.

В порту поднялся переполох. К взлетным полосам помчались танкетки, в погоню за транспортом увязались несколько вертолетов огневой поддержки. Впрочем, они скоро отстали, но от них приняли эстафету истребители.

Они прошлись по бортам транспорта из пушек, однако большего сделать не успели – над линией фронта с ними столкнулась группа лозианских истребителей. В небе завертелась карусель воздушного боя, а транспорт с рекрутами, перевалив через холмы, начал снижаться, чтобы совершить посадку в другом порту.

Все это время новобранцы испуганно жались друг к другу, ожидая, что рослые лозианские спецназовцы начнут их убивать. Рекрутам и в голову не приходило, что они все еще ничьи.

Наконец судно совершило не слишком мягкую посадку, однако лишняя встряска никому не повредила.

Без задержки открылись погрузочные ворота, в корабль вбежал раскрасневшийся и довольный полковник Свифт.

Он с чувством пожал руку капитану Крайтону и, повернувшись к притихшим пассажирам, сказал:

– Здорово, сынки! Добро пожаловать в армию Лозианской республики! Не слышу вашего «ура»

– Ура-а-а… – нестройно отозвались обалдевшие новобранцы.

– Так кричат «ура» у катанов, но только не в лозианской армии. Ну-ка еще раз!

– Ур-р-ра-а-а! – разнеслось по отсеку, и Свифт, подняв большой палец, скомандовал:

– Можете выходить с вещами! Теперь вы дома!

23

В лозианской армии к новобранцам отнеслись внимательнее – вскоре на площадку перед транспортом подали крытые грузовики.

– А куда нас повезут, сэр? – спросил Абрахамс у одного из распоряжавшихся отправкой сержантов.

– Это военная тайна, парень.

– Ну хоть выпить-то дадут там, где военная тайна?

– Выпить? – Сержант удивленно посмотрел на рекрута. – Конечно, дадут. А вечером будут танцы с девочками.

– Правда, что ли? – в свою очередь удивился Абрахамс.

– Ну да. Для новичков все самое лучшее.

Абрахамс сейчас же донес эту новость до своих друзей, которые уже грузились в машину.

– Вы слышали? Сержант сказал мне, что вечером будет выпивка и девочки!

– Ты уже сдвинулся на этой выпивке, – проворчал Джо. – Подумай о чем-нибудь более реальном. Например, о жратве.

Вскоре все места в машине были заняты, последним, на откидную лавочку, уселся сопровождающий в чине капрала.

– Значит, мы выступаем за Лозианскую республику, братцы! – прямо в ухо Бену заорал все тот же крикун в замазанных пюре штанах.

– Ты уже всех достал, – осадил его Бен.

– Просто я готов к службе, понятно? Я готов! Дайте мне оружие, я разнесу этих катанов одним правым мизинцем! Я страшный пес войны, я…

– Эй ты, пес! – окликнул его капрал. – Если не заткнешься, я тебя на ходу выброшу.

– А я что? Я ничего… – Горлопан пожал плечами и уткнулся глазами в пол.

Тенты на грузовиках были наглухо закрыты, и где пролегал путь колонны, видно не было. Зато это спасало людей от пыли, которой на дороге было хоть отбавляй. Временами машина опасно кренилась то в одну, то в другую сторону, иногда преодолевала водные преграды, и тогда под тент проникал запах водорослей.

Но вот колонна остановилась. Вокруг был лес. Бен решил было, что они поджидают отставших, однако неподалеку защелкали зенитные орудия, а в небе послышался свист авиационных турбин. Когда все утихло, колонна снова двинулась в путь.

Вскоре грунтовая дорога закончилась, и последние несколько километров новобранцы прокатились по асфальту.

– Приехали! – объявил капрал. – Сидите тихо, пока не будет команды выгружаться.

– Выходи строиться! – рявкнул чей-то начальственный голос. – И требуху свою не забывайте!

Под «требухой» подразумевались личные вещи.

Рекруты посыпались из грузовиков на жесткий асфальт и, подгоняемые сержантами, начали строиться в четыре шеренги – прямо перед широкоплечим майором с подозрительно красным носом.

– Отлично, салаги. Игрушки остались в прошлом, теперь вы в армии. Да, забыл представиться. Меня зовут майор Блез. Я полковой психолог, но скажу вам честно, чаще мне приходится бить по роже всяких мерзавцев, которые задумали дезертировать…

Майор Блез замолчал, видимо, утеряв нить.

– Да, тяжелой работы я не боюсь и предупреждаю, что обычно вышибаю из мерзавцев дух с двух ударов, а если повезет, то и с одного… А теперь соберите и выбросьте вон в тот мусорный бак весь свой багаж. Разрешается оставить только деньги. Никаких фотографий любимых девочек и… мальчиков. Все выбросить. А потом, будьте добры, отправляйтесь мыть свои гражданские задницы. Попрощайтесь с ними, потому что с завтрашнего дня они будут военными задницами.

24

Помывка рекрутов не имела ничего общего с тем, к чему они привыкли на гражданке. Вместо душевых кабин – мощные струи из пожарных шлангов. Служащий в прорезиненном костюме обдал первую партию водой и, перекрыв ее, крикнул, чтобы все намыливались. Джо и Бен принялись отчаянно тереть друг другу спины жесткими щетками.

Абрахамс натирал малорослого Ломбарда, отчего тот вопил и пытался вырваться.

Наконец воду снова включили, но напор оказался таким сильным, что несколько человек упали на пол.

– Выходим стричься! Быстро выходим стричься! – закричал высунувшийся из следующей двери военный парикмахер в чине старшего сержанта.

Подгоняемая жесткими струями из пожарного рукава, первая партия рекрутов выскочила в другое помещение, а ей на смену запустили еще пятьдесят человек.

– Ой, скорее бы это кончилось, – не выдержал Ломбард.

– Да ладно тебе, лишь бы вмазать дали, – гнул свое Ноэль Абрахамс.

Потом были стрижка, повторное мытье с какой-то дезинфекцией и лихорадочное одевание в совершенно непривычную военную форму. Впрочем, подходящие размеры нашлись для всех, и даже Урмас Ломбард вышел на улицу вполне довольный собой.

– Так! А почему расселись?! – закричал, появившись из-за угла, майор Блез. – Марш в строевую часть, вас же должны расписать по военным специальностям!

– А где эта строевая часть, сэр? – отважился спросить Ломбард.

– Вот это кирпичное здание, сынок, – уже спокойно ответил майор и, повернувшись, ушел.

– Вот это кирпичное здание, парни, – с важным видом повторил Ломбард.

Бен и Джо переглянулись. Хорохорящийся Ломбард в военной форме выглядел забавно.

Абрахамс был мрачнее тучи. Ему становилось все яснее, что никакой выпивки не светит.

В строевой части новобранцев встретили с энтузиазмом.

– Вот эти трое подойдут для штурмового батальона, – с ходу заявил капрал-очкарик с бородавкой на носу. – А коротышка сгодится в хозяйственном подразделении.

– Я не согласен служить в хозяйственном! – запротестовал Ломбард.

Капрал посмотрел на него поверх очков и усмехнулся.

– Ты слушай, что тебе грамотные люди говорят, недоумок. В хозяйственном взводе ты будешь как в банковском хранилище. Когда этих здоровяков, – капрал указал на Бена, Джо и Ноэля, – уже закопают, ты все еще будешь сыт и весел.

Ломбард покосился на опешивших от такого откровения товарищей и спросил:

– А нет ли еще какой-нибудь специальности, сэр… Я как-никак мужчина…

Капрал вздохнул и покачал головой.

– Рой, может, он сгодится Фридриху? – предположил второй писарь, с погонами рядового.

– Фридриху? – Капрал еще раз смерил Ломбарда взглядом. – Снайпером хочешь стать, хорек?

– А это… хорошо?

– Это отлично, если не попадешь в руки катанским пехотинцам. У них со снайперами особые счеты. Правда, в этой работе есть и свои плюсы…

– Какие? – тут же спросил Урмас.

– Деньги. За каждого солдата – двести рандов. За младшего офицера четыреста, за старшего – семьсот.

– Это мне подходит, сэр! – обрадовался Ломбард.

– Вот и отлично, мачо. Имя?

– Урмас Ломбард, сэр!

– Теперь ты в штате лозианской армии. – С этими словами капрал поставил печать на учетную карту.

После Урмаса пришла очередь его товарищей.

Капрал спросил их имена и быстро оформил в штат.

– И куда нам теперь? – спросил Бен.

– В третью роту капитана Эйборна. Можете отправляться прямо сейчас.

25

Пополнение для роты Эйборна состояло из двенадцати человек. Капитан лично опросил каждого, выясняя причины, побудившие его отправиться на войну.

– Я должен знать, чего от вас можно ожидать, – пояснил он. – В бою моя рота должна действовать как единый организм.

Прикрепив к каждому из новобранцев по персональному инструктору из состава роты, капитан отправился к командиру штурмового батальона.

Майор Фудзолд принял Эйборна в своем жилом домике. Он был в плохом настроении и пытался развеселиться при помощи бутылки рома.

– Выпьешь, Дик? – спросил он.

– Спасибо, сэр. Не хочется.

– Ну, тогда просто садись.

Майор сделал еще один глоток и уселся на кухонный столик.

– Меня вызывал полковник Свифт. Он снова летал в ставку к командующему фронтом…

Эйборн молчал, ожидая, что еще скажет командир.

– Они задумали отбить Гринбург, Дик.

– Отбить Гринбург? Да мы там все поляжем! Вы же знаете, сэр, что для пехоты это гиблое место. Автоматические штуцеры на каждом шагу! Мины… Нужно накрывать его с воздуха.

– С воздуха накрывать нельзя. Может возникнуть какая-то там реакция, и тогда погибнет весь рудный бассейн, а именно ради него мы здесь и паримся… Нужно обойтись живым потенциалом.

– Мы положим там все штурмовые подразделения.

– Ну, не совсем. – Майор отставил бутылку и, утерев рукавом губы, посмотрел на Эйборна. – Мы получили три с половиной сотни новобранцев.

– Но они же ничего не умеют, сэр! Это дети!

– Дети, – согласился Фудзолд. – Но они смогут отвлечь внимание от наших проверенных подразделений.

– Но такого ни разу не было, чтобы вчерашних школьников сразу гнать под пули, – возразил Эйборн, которому казалось, что майор вот-вот улыбнется и скажет, что пошутил. Дурацкие шутки, но Фудзолд был пьян, а пьяному простительно.

– Как оказалось, Дик, эти триста пятьдесят младенцев достались нам бесплатно. Они не числятся в управлении по личному составу, и командование вольно распоряжаться ими как угодно. К тому же в бой пойдут не все, а лишь те, кого распределили в штурмовые подразделения – двести пятьдесят пять человек.

– Это сумасшествие какое-то, – покачал головой Эйборн.

– Да не переживай ты так, Дик. Может, все-таки выпьешь? Не хочешь? Ну а я выпью.

Майор запрокинул голову и вылил в себя остатки рома.

Отшвырнув пустую тару в угол, он уставился на Эйборна осоловелыми глазами:

– Все, что мне удалось выторговать, это десять дней на подготовку.

– Десять дней – это ничтожный срок. Нужно хотя бы два месяца!

– Десять дней, Дик. Больше у нас нет.

26

Город Ливенбрук на планете Тиберия был известен далеко за пределами своей планетной системы, можно сказать, всему цивилизованному миру, как город банков.

Он подпирал облака своими пятисотэтажными башнями, и триллионы рандов чистой прибыли оставались на его счетах.

Попасть в Ливенбрук туристу или человеку, не связанному с банковским бизнесом, было невозможно. Каждый обитатель города был многократно помечен невидимыми штрих-кодами, микроскопическими слэш-чипами и оцифрован по десяткам переменных. Ливенбрукские банкиры старательно хранили свои тайны.

Военный корабль Лозианской республики был остановлен сторожевыми судами на границе планетной системы, и далее ее финансовый представитель добирался до Тиберии скоростным судном местной транспортной компании.

– Энрике Больцано? – осведомился сотрудник службы приема посетителей.