Лили. Дело 1. Письмо счастья

Я нехотя кивнула. Работаю с Дэнни я около двух лет, но деньги в его предприятие вложила, когда он только начинал. Тьфу, что за бред!

– Глупости! – отрезала я сердито. – Тогда меня бы пытались убить. Какая выгода Дэнни или Эйприл, что меня засадят в тюрьму?

Грохот был мне ответом.

В дверном проеме стояла бледная как мел секретарша, у ног которой валялся поднос с осколками кофейника и чашек. На полу расплывалась темно-коричневая лужа, мелким бисером поблескивал рассыпанный сахар, на шоколадную глазурь пирожных (моих любимых!) налипла пыль.

Я послала инспектору мрачный взгляд и, вскочив, подхватила Эйприл за локоть.

– Садись сюда. Вот так.

Плеснула в стакан воды из кувшина и сунула в ее трясущиеся руки.

Губы Эйприл дрожали.

– Лили, ты же пошутила, да?

И смотрит как собачонка, которую пнули ни за что, ни про что.

– Какие уж тут шутки, – пробормотал инспектор вполголоса.

Эйприл судорожно вздохнула, а я… я беззастенчиво ущипнула Рэддока за руку и присела перед секретаршей на корточки.

– Успокойся, пожалуйста, – сказала я ласково. – И подумай, был ли вчера в офисе кто-то посторонний? Кто угодно: разносчик пиццы, ремонтник, уборщица?

– Нет! – решительно помотав головой, она наконец-то порозовела. – Пятница же, и Дэнни на месте не было, за день только несколько звонков. Уборка у нас по понедельникам и четвергам. Так что никто не заходил, кроме той миссис Данхилл. А что?

– Да так, – вздохнула я. – Сигнализация была включена?

Эйприл молча кивнула и вдруг схватила меня за руку:

– Лили, бога ради, что происходит?!

– Сейф не взломан, – подал голос инспектор, склонившись над металлическим ящиком в углу. – Замки надежные, охранные заклятия, насколько я могу судить, превосходны. Ладно, будем считать, что остался один вариант – глушилка.

– И что нам это дает? – с досадой поморщилась я, вставая. – Только и всего, что миссис Данхилл заранее озаботилась купить амулет. Дальше-то что?

– Не скажите, – хмыкнул инспектор. – Глушилка штука недешевая и, скажем так, узкоспециальная. Можно поискать заказчика… – он помолчал и признался со вздохом: – Хотя скорее всего изготовили ее подпольно. Кстати, мисс Корбетт, ваш напарник часто записывает разговоры с клиентами?

– Всегда, – ответила я, не задумываясь. – Лучше перестраховаться, всякое же бывает. Постойте, вы думаете?..

– Именно, мисс Корбетт, – закивал он и наконец сел. – Именно! Вы сами сказали, что напрямую с клиентами не работаете, это прерогатива вашего напарника. Так что знать о звукозаписи в вашем кабинете, по идее, никто не мог. Или эта миссис Данхилл ярая перестраховщица, или…

– Или она знакома с Дэнни, – подхватила я. – Что же, вполне может быть. Если вы правы и его намеренно отвлекли на другое дело… Голова кругом!

Я с досадой потерла занывший висок.

– Эйприл, – обернулась я к секретарше, которая комкала платок и шмыгала носом на зависть инспектору. – Ты связалась с миссис Райли?

– Конечно. Она перезвонит тебе через четверть часа.

Будто услышав ее слова, телефон на моем столе загудел.

– Алло! – выпалила я в трубку. – Детективное агентство Корбетт, Лилиан Корбетт на проводе.

– Лили, – чуть приглушенный голос Лиззи звучал обеспокоенно, – что у тебя стряслось?

Инспектор яростно засигналил руками и прижал к губам указательный палец. Я нехотя кивнула. Молчу-молчу. Подозревать в чем-то Лиззи мне претило, но она может сболтнуть лишнего просто по незнанию.

– Потом расскажу, – пообещала я туманно. – Слушай, кто такая миссис Данхилл, которую ты ко мне прислала? Что ты о ней знаешь? Адрес, телефон, хоть что-то?

– Миссис Данхилл? – отозвалась подруга после паузы. – Не помню такую.

Я так стиснула трубку, что она лишь чудом не рассыпалась у меня в руках.

– Она сослалась на тебя, Лиззи. Значит, наврала?

И что мне стоило сначала позвонить подруге, а потом уже браться за это сомнительное дело? Пожадничала, застил мне глаза солидный гонорар.

– Наверное. Во всяком случае, я никого к тебе не отправляла, – Лиззи замолчала. В трубке послышался детский визг, хлопки и негромкие увещевания. Подруга заторопилась: – Слушай, давай поговорим позже? Встретимся за чашкой кофе. Идет?

– Идет, – согласилась я, хотя в тюрьме едва ли подают кофе. – Постой! Может, ты по внешности опознаешь? Красивая, очень яркая, голубоглазая брюнетка лет двадцати пяти. Очень прилизанная, холеная, одевается с шиком.

Лиззи помолчала с минуту. На заднем фоне ее раздумьям аккомпанировали детские крики и низкий мужской голос.

– Не припомню, извини, – наконец вздохнула она. – Но я еще подумаю… – в трубке раздался обиженный детский рев такой силы, что у меня зазвенело в голове. – Ладно. Пока-пока. Милый, ну что такое?..

И короткие гудки.

М-да, вот и поговорили. Хотя неизвестно, как бы я справилась, будь у меня трое маленьких детей и требующий внимания муж. Брр!

Я повесила трубку и подняла глаза. Эйприл возилась с осколками посуды, наверняка держа ушки на макушке, полицейский сверлил меня пристальным взглядом.

– Лиззи не знает. Эта миссис Данхилл просто упомянула ее имя, а я поверила.

– Грамотно, – признал инспектор, откашлявшись. – Никто, кроме вас, не подтверждает связь этой миссис Данхилл со Стивеном Берчем.

– А мне веры мало, – процедила я сквозь зубы.

Он лишь развел руками.

– Сами понимаете, при таких условиях ни один судья не даст нам ордер на магический розыск этой миссис Данхилл. Придется искать ее обычным путем, только ума не приложу, как.

Увы, идей на этот счет у меня тоже не имелось. Перебирать всех знакомых и клиентов Дэнни можно до посинения. С его работой проверять надо добрую половину города!

Инспектор, хлопнув себя по коленкам, поднялся.

– Ладно, мисс Корбетт. Как ни крути, а придется ехать в участок. Заодно и револьвер ваш проверим.

Что я могла возразить?

– Пойдемте, инспектор, – я одернула пиджак и протянула ему сложенные руки. – Как насчет наручников?

На скулах полицейского заиграли желваки.

– Зачем вы так, мисс Корбетт? – спросил он тихо.

Я отвела взгляд. Не сознаваться же, что я страшно зла – на себя. Легковерная дура! Сама влипла, еще и Дэнни подставила.

В полицию мы ехали в сумрачном молчании. Вновь зарядил дождь (и это середина лета!), и мои мысли были такими же беспросветно хмурыми, как низкое небо.

Высокий брюнет, который при нашем появлении в участке поднялся с места, настроения моего не улучшил. А ведь все так же хорош, даже постная мина на лице его не портит. Как все-таки непохожи они с Дэнни, хотя отец у них общий. Дэнни тоже высокий, но худой и жилистый, с чуть резковатыми чертами и порывистыми движениями. А Дариан – вальяжный, холеный, каждый его жест рассчитан на публику и полон достоинства. Надо думать, присяжные женского пола млеют и теряют волю, когда он выступает в суде.

– Лили, – кисло поприветствовал он меня. – Не скажу, что рад тебя видеть… в нынешних обстоятельствах.