(Не)счастье на мою голову

Глава 11

Тина

– Кто мой самый красивый мальчик? – щебечу, чуть выше поднимая внука и целуя пухлую щечку. – Кто мой сладкий малыш?

Илья пускает слюни и улыбается. Умные глазки следят за мной так внимательно, что, кажется, он все понимает.

– Так ты все-таки сходила с тем мужиком на свидание? – спрашивает Карина, появляясь в моей гостиной.

Я усаживаю внука на коленку и протягиваю ему грызунок, который он тут же тянет в рот.

– Сходила, – вздыхаю я и качаю головой.

– Что-то мне не нравится твой тон. Ты с ним не переспала, что ли?

– Слушай, вот сама подумай: насколько высока вероятность найти свободного мужчину моего возраста? И чтобы не только не связан обязательствами, да еще и без каких-то отклонений?

– Вероятность есть. Тебе ли не знать? В ваш отель регулярно такие экземпляры заселяются. Какая тебе вообще разница, какой там у него бэкграунд? Соблазнила, пару раз поднялась к нему в номер, а завтра он выехал. Что тебе с ним, детей, что ли рожать? Так что с этим чуваком было не так? – спрашивает Карина и делает глоток кофе из своей чашки.

– В принципе, он симпатичный и вроде как адекватный. Но меня раздражает попытка пускать пыль в глаза. Я же не юная девочка, которая не понимает, к чему все идет.

– Ты можешь нормально объяснить? – раздраженно спрашивает подруга, махнув рукой.

– В общем, мы пришли в ресторан, все шло нормально. Тут он вдруг начал рассказывать о том, как хочет построить семью, долгосрочные отношения и все такое.

– Ну? А тебе чем плохо?

– Кариш, он мог бы заливать это девочке лет двадцати. Если бы он был нацелен на серьезные отношения, то не нырял бы взглядом в мое декольте чаще, чем вилкой – в свой салат.

– Ну так и сказала бы ему, что ты пришла не ради отношений, а просто потрахаться.

– Я намекнула. Не скажу же я прямо, – возмущаюсь.

– А он?

– А он… короче, начал распыляться о семейных ценностях. В общем, к концу ужина, когда мы вышли на улицу, и он попытался меня поцеловать, меня от него уже тошнило.

– И что ты?

– Поблагодарила за вечер, попрощалась и уехала. Для меня это слишком долгая прелюдия, понимаешь? Без огонька. Когда я хочу переспать с мужчиной, я не нуждаюсь в домостроевских лекциях.

– Ой, ну ты прямо странная у меня, – смеется подруга. – Какая разница, что мужик говорит, если все закончится так, как ты того желаешь?

– Я с ним уже ничего не желаю.

– А с кем желаешь? – прищурившись, она сверлит меня взглядом.

Я рассказала Карине о том, что уже неделю пытаюсь отшить ретивого Борзого, который вроде как старается не давить, но каждый день на работе меня ждет свежий букет цветов, а в телефоне какое-нибудь сообщение. И будто бы никаких прямых предложений он не делает, но в каждом слове сквозит двойной смысл.

– Кариш, – вздыхаю я.

– Тина, блин, ты меня бесишь! – подруга вскакивает и идет на кухню, откуда приносит тарелочку с небольшими эклерами. Ставит на столик у дивана и кусает одно пирожное. – Ну что тебе еще надо? Ты хотела потрахаться, вот тебе отличный шанс. Какого черта ты корчишь из себя недотрогу?

– Знаешь, есть такие мужчины, глядя на которых ты инстинктивно понимаешь, что не выйдешь из этой истории с целым сердцем. Ты просто заранее знаешь, что он его разобьет.

– Перестань всех мужиков сравнивать с Ровинским! – строго говорит она. – Мы же с тобой уже это обсуждали. Он – мудак. Но какова вероятность того, что ты снова нарвешься на такого?

– Выше, чем ты думаешь. Женщина-жертва – это как клеймо. Его просто так не стереть, только выжигать и шлифовать, пока оно окончательно не исчезнет. Ровинский в свое время мне тоже сладко заливал и настойчиво добивался. И вот чем все закончилось. Борзый действует как по учебнику для подонков.

– Ой, Тина, – Кариша откидывается на диванные подушки и закатывает глаза, закидывая в рот остаток эклера. Облизывает пальцы с красным маникюром и наконец смотрит на меня. Потом переводит взгляд на Илюшу. – Илюха, ну хоть ты объясни своей ненормальной бабке, что даже способные легко очаровывать женщин мужчины могут быть нормальными. На своем примере объясни. Блин, он такой ангелочек, – улыбается она.

– Мне кажется, я просто боюсь довериться другому мужчине, – тихо озвучиваю свою догадку.

– Наконец-то! – восклицает Карина. – Конечно, боишься. Тебе так настучали по голове твоей влюбленностью, что ты теперь вообще не веришь в порядочность мужчин. Но, Тина, не все они такие. Не могу точно сказать про этого твоего Борзого, но он может быть исключением из правил. Ты не поймешь, пока не попробуешь.

– Что, если история повторится?

– Какая? Пашка здоров, Агата уже замужем. Что должно повториться?

– Ложь. Измены. Ты бы видела, как на него смотрит его подчиненная. Ловит каждый звук, слетающий с его губ.

– Тина, не дури, – поджав губы, отвечает Карина. – Подчиненная смотрит, а цветы он шлет тебе. Угомонись уже. Отнесись к этому как к приключению. Забаве. Сексу на пару ночей. Пусть вытрахает из тебя все твои заморочки и катится дальше. Сделаешь себе запас впечатлений на пару месяцев, и тогда уже с приятной звенящей в голове пустотой будешь искать себе постоянного порядочного мужика.

– Может ты и права.

– Может, – фыркает подруга и берет еще один эклер. – Я всегда права. Но кто меня слушает? Когда игра?

– Завтра.

– Точняк! Надо не забыть выложить из машины Пашкин подарок.

Карина продолжает щебетать об игровой приставке нового поколения, которую купила в подарок моему сыну, а я пытаюсь представить себе, как все пройдет завтра. И представляю это до конца дня и полночи, проигрывая совершенно разные сценарии, большинство из которых заканчиваются на простынях. Два влажных от пота и удовольствия тела. Изможденные, запыхавшиеся, с горящими взглядами и искусанными губами. Надо ли говорить, что утром в день рождения сына я снова просыпаюсь от оргазма и едва дыша?

Глава 12

Тина

– Вот черт! – восклицаю я, пугая даже Пашку.

– Что? – спрашивает, стягивая наушники.

– Да забыла за кексами заехать, – бурчу, разворачивая машину.

– Ма, мы опоздаем! – возмущается сын.

– Ничего страшного. Это твой день рождения, так что подождут.

– Да у них время игр расписано! На фига мне эти кексы?

– Паша, вместо торта! Ну мы же неделю назад их заказали.

– Да блин! – возмущается он и откидывается на спинку сиденья, опять натягивая огромные наушники.

Возвращаясь с автострады на городскую дорогу, набираю по громкой связи кондитерскую.

– “Сладкий пирожок”, – раздается в салоне приятный женский голос.

– Здравствуйте. Девушка, мы на сегодня заказывали тридцать кексов с синим кремом. Моя фамилия Ровинская.

– Минутку. – Она на некоторое время замолкает, а потом продолжает: – Ваши кексы готовы и ждут вас.

– Спасибо, скоро подъеду.

Разгоняя машину, мчу к кондитерской.

– Мам, – снова вклинивается Пашка, – сейчас нас полиция остановит, и тогда мы точно опоздаем.

– Черт, – шиплю и сбрасываю скорость.

В том, что мы поздно выехали, я виню похотливый взгляд и невероятной красоты глаза. А еще наглую кривоватую улыбку и слишком красивые, по-настоящему мужские руки с канатами вен на тыльной стороне. Даже часы на его запястье меня, черт подери, заводят! Чтоб ему пусто было, этому Борзому! Андрей-черт-подери-Витальевич!

Я мало того, что не помню, как выключила будильник утром, я еще проспала целый лишний час, а потом лежала задыхалась, плавая в посторгазменной неге. Как результат – мы приезжаем с опозданием почти на полчаса. Немного по меркам обычного дня рождения, но, учитывая его специфику, слишком много.

Как только машина останавливается, Пашка бросает наушники на сиденье и идет к своим друзьям. Едва успевает получить поздравления, как их компанию подхватывает Аля и уводит в здание.

Открыв багажник, достаю оттуда коробку с кексами. Набираю номер пиццерии и, прижав трубку ухом, закрываю багажник. Мне не совсем удобно, потому что на сгибе локтя висит мой рюкзак, в руках коробка, телефон у уха. Ужасно. Но именно сейчас я никак не могу перестать суетиться и сделать все, как надо. Повесить рюкзак на плечи, поговорить с рестораном и только потом брать в руки коробку. Во мне как будто кто-то отключил мою привычную размеренность, заставив ускориться, хотя спешить уже некуда.

Пока разговариваю с пиццерией, окидываю взглядом здание. Сердце колотится, как ненормальное. И почему-то очень неловко встречаться с Андреем. Как будто он по моим глазам прочитает, что я позволяла ему в своем сне. Это так глупо, что даже не смешно. И все равно мне страшно увидеть его.

Получив подтверждение заказа, я кое-как перекладываю коробку в одну руку, прячу телефон и, сделав глубокий вдох, захожу в здание. Поприветствовав, ресепшионист провожает меня в другую часть здания. Потом выводит на улицу, и я начинаю улыбаться. Оказывается, за зданием есть отличная поляна. Точнее, кусочек земли, засеянный газонной травой. На нем расположены несколько столов со скамейками, сверху над которыми натянут навес.

– Вчера доставили ваш заказ, и Андрей Витальевич распорядился, чтобы развесили шары.

– Спасибо, – улыбаюсь шире.

По периметру действительно развешены заказанные мною шары, и выглядят они потрясающе красиво.

Ставлю на стол коробку и, повесив рюкзак на плечи, разворачиваюсь к девушке.

– Пойду принесу из машины посуду и фрукты.

– Вам помочь?

– Спасибо, я справлюсь. Там всего одна сумка. Я все расставлю и подойду к вам оплатить. Посчитайте пока, хорошо?

– Конечно, – кивает она и скрывается в здании.

Примерно двадцать минут у меня уходит на то, чтобы подготовить одноразовую посуду и нарезать фрукты. Накрыв их пищевой пленкой, оставляю на столе, а сама иду на ресепшен.

– Вы принимаете карты? – спрашиваю, доставая из рюкзака кошелек.

– Ваш заказ уже оплачен.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.