Дракон, демон и другие учебные проблемы

Глава 1

Я всегда подозревала, что Никита теоретически способен на измену. Симпатяга, балабол и душа любой компании: на вечеринках мой муж умудрялся поднимать настроение всем женщинам, осыпая их комплиментами на грани легкого флирта. Мне подобное поведение всегда было безразлично – ну не обязан же он после свадьбы вдруг стать молчуном и скромнягой? Именно за общительный характер я его и полюбила, так с чего вдруг начать возмущаться? Но на каком-то подсознательном уровне мелькала мысль, что вне моего присутствия Никита ведет себя чуть более активно…

Я просто старалась об этом не задумываться, пока не столкнулась с фактами. Ведь между теорией и практикой пропасть! Мы везли группу детей на турнир по бальным танцам в Саратов, но уже в аэропорту меня сильно затошнило. Коллеги забеспокоились, однако я невольно начала надеяться: неужели долгожданная беременность? Слабым желудком я не страдаю, придорожной шаурмой живот не набивала, а тут прямо отчетливо замутило, а затем и вырвало в туалете. Виталий Владимирович предложил какие-то таблетки, но я замотала головой. Отвела начальника в сторону и объяснила ситуацию. Нельзя сказать, что он мгновенно разделил мою радость – да, тренеров и без меня достаточно, приглядят за участниками, но билет уже оплачен нашим спортивным клубом… Тем не менее за мной не числилось ни единого дисциплинарного нарушения или безответственного поведения, поэтому он все же сдался. Правда, смотрел на меня так, будто от всей души желал неизлечимого бесплодия – и этот взгляд я ему простила, поскольку сама очень рассчитывала, что ему очень скоро придется искать преподавателя по танцам для моей группы на время декрета.

Получив согласие, я вначале понеслась к выходу, но потом сообразила, что просто не выдержу – до дома ехать почти час! Свернула к аптечному пункту, купила тест и вернулась в туалет. Сделала анализ. Уже гораздо медленнее повторила тот же путь: до аптеки и в туалет. Выходила уже раздавленная – оба раза отрицательные. И тошнота безвозвратно исчезла, будто ее и не было. Неужели утренний йогурт оказался просроченным? Эля-Эля, а на что ты еще рассчитывала? Если за пять лет брака не удалось забеременеть, то какая-то причина точно есть – или во мне, или в муже. Серьезные обследования мы так и не прошли, потому что Никита говорил: «Рано. Если получится ребенок – будем рожать. Но зачем форсировать события? Давай хоть немного для себя поживем?». Никогда с ним не спорила, поскольку одна часть меня была полностью согласна, а другая втайне надеялась.

Посадку только объявили, и я еще запросто могла догнать свой коллектив. Однако настроение стало таким паршивым, что я решила просто отправиться домой и отлежаться. И вот только благодаря просроченному йогурту я приехала в нашу недавно купленную квартиру в тот момент, когда меня там не ждали. Никита должен быть на работе – и я пока не собиралась его беспокоить. Тем не менее удивилась, когда дверь в ванную оказалась заперта и оттуда слышался шум воды. Муж решил устроить себе выходной? Я постучала в дверь, чтобы обозначить свое присутствие, но застыла, когда услышала женский голос:

– Уже вернулся? Быстро ты! Никит, дай еще пять минут. Разливай пока по бокалам – пусть подышит.

Почему я никогда всерьез не задумывалась о возможной измене? Не хотела видеть правду? В каком-то тумане перевела взгляд на разобранную постель – нашу с ним постель! Нет, я понимаю, что все мужики козлы, но не на моих же простынях! Есть же какие-то допустимые границы, в которых можно козлячить. С силой пнула дверь в ванную – пусть безымянная девица догадается, что пора заканчивать с мытьем причиндалов. Сейчас еще кое-кто из магазина с винишком придет, и я тут сразу обоим покажу, кто здесь папочка. Не за себя даже, а за весь женский род и свои простыни.

Пока ждала дорогого супруга, успела вытряхнуть из чемодана свои вещи и накидала его – вряд ли прямо все, и вряд ли ему в ближайшее время пригодится крем для нежных пяточек, но что под руку попалось, то и накидала. Эта квартира вообще-то общая – недавно только ипотеку оформили, но почему-то у меня не возникло сомнения, кому сегодня пристанище искать. Вот если бы я себе любовника завела и в наш дом привела, тогда еще нашлось бы пространство для дискуссий, а так вроде бы всем зрячим понятно, кто пострадавшая сторона. И, как настоящая жертва, раздавленная горем, я очень тщательно подошла к выбору сковородки – эта вроде потяжелее, но у той ручка удобнее. Да, вторая для объяснения своей позиции все же лучше подходит, в ней навскидку аргументов больше. Страдать от разбитого сердца я была готова даже в полицейском участке, с удовольствием подписывая признание о нанесении тяжких увечий. Ныть меня отучили еще в шестилетнем возрасте: сжимаешь зубы, получаешь свою медаль, а потом пожалуйста – хоть занойся, пока тренер не видит. Я же с художественной гимнастики начинала, только потом после травмы была вынуждена перейти в бальные танцы. Вот те жизненные изменения были всерьез психологически тяжелыми, а это так – бытовые неурядицы. Зато впервые за год я искренне порадовалось, что не оказалась беременной. Мой дорогой супруг просто бесплоден! А если до сегодняшнего дня не был, то с минуты на минуту станет…

– Вы кто?! – взвизгнула мадам в одном полотенце, вынырнув из ванной.

– Жена, – терпеливо представилась я.

Она нервно усмехнулась:

– Какая еще жена? – И вдруг ее лицо сползло вниз, а голос захрипел: – Он… он женат?..

Мне расхотелось смотреть, как тефлоновое покрытие соприкасается с ее рожей. Молоденькая совсем, лет двадцать максимум. И по текущей вниз моське понятно, что эта девица просто экстерном проходит тот же самый урок – все мужики козлы.

К счастью, вскоре появился и виновник торжества. Забыл закрыть дверь, отставил бутылку на стойку в прихожей, побледнел до синевы и запричитал:

– Эля… Элечка! Это не то, что ты… Катя, одевайся и уходи, не до тебя сейчас! – вдруг решил он проявить приказной тон, однако та еще не вышла из шокового состояния и не шелохнулась.

Поговорить, наверное, захотел наедине с законной супругой. Объяснить там что-то. Я указала взглядом на сковородку в руке, перевела на чемодан – намек, надеюсь, был ясен. Мог бы даже поблагодарить, что я о нем позаботилась и никаких истерик не закатываю. Но Никита смотрел мне в глаза и жалобно завывал:

– Элечка, родная, я люблю только тебя… Это ошибка, понимаешь? Сорвался один раз, потому что мужчинам иногда нужны новые впечатления… Это не совсем измена, а скорее… Элечка!

Я пока молчала. Ну хочется ему эту речь выдать – отчего ж не послушать? Катерина меня уже вовсе не заботила – а что взять с такой же дуры, как я сама? Но вдруг откуда-то сбоку пошла волна нарастающего звука – девушка начала с тихого «а-а-а», но уже через миг оглушала сиреной:

– А-а-а-а-а-а-а! Ублюдок! Падаль! Ты же мне цветы дарил, ухаживал, да я же тебе… Влюбилась, с братом из-за тебя поссорилась…

Ого, да у них там целая история. Она не договорила – сорвалась с места, обдав меня ветерком, и вцепилась ногтями в лицо моего бывшего. Я хмыкнула. Надо же, молоденькая-молоденькая, а злости как у взрослой. Мы с ней не успели обговорить очередность в выступлении, поэтому сейчас уже было как-то неловко прерывать и заявлять, что я вообще-то в списках первой стояла. Ну вот бывают такие холеричные танцоры, которые вперед батьки в пекло лезут. Девушка даже не обратила внимания на то, что полотенце упало на пол. От подобного натиска визжащий Никита отпрянул в открытую дверь, понадеявшись, что хотя бы вид подъезда уймет разъяренную любовницу. Но не тут-то было – Катерина рычала как животное и пыталась исполосовать ему лицо до неузнаваемости.

Никита извернулся и ударил ее кулаком – исключительно в целях самозащиты. Но боль девицу не остановила, она вновь взревела и кинулась на него. Мой исцарапанный муженек уже отбивался в полную силу, а потом схватил ее за мокрые волосы, чтобы попытаться оттащить от себя. Но Катя толкнула его к перилам. Только теперь мне стало страшно – не за него, конечно. Не то чтобы я эту дуру в свои подруги записала, но все равно жалко. Она же его сейчас точно с лестницы скинет, а потом полжизни будет срок мотать. Разве этот прохиндей того стоит?

Опомнившись, я подбежала, чтобы их разнять. Но проблема была в том, что они уже цепко схватили друг друга и потеряли всяческий контроль от злости – лупили, драли, царапали и прохватывали. Меня Никита схватил за ворот скорее по ошибке, но как раз в этот момент Катерина смогла удачно пнуть его между ног, а потом и снова по лицу, он потерял равновесие и полетел через перила спиной вниз, не выпуская мою одежду и ее волосы. Падать нас учили на тренировках, но в данном случае не было ни единой возможности перегруппироваться или хоть как-то повлиять на траекторию полета. Новый дом, в котором мы недавно купили квартиру в ипотеку, как раз нам этим в первую очередь и понравился – очень высокие потолки, и, как следствие, лестничные пролеты. А сейчас мы летели вперед головой прямо на бетон внизу.

Кажется, я даже боли почувствовать не успела. Или же мгновенно о ней забыла, поскольку сжалась от нового визга:

– Она жива, жива! Благородная Эле́я прошла испытание! Позовите ей лекаря!

Какое испытание? Какая еще Элея? Мое имя так раньше не извращали. Я лежала на полу, но вовсе не в знакомом подъезде. Вокруг меня суетились странно разряженные люди, и только одна из них надрывалась, призывая какую-то помощь.

Так, все ясно. Черепно-мозговая травма. Возможно, кома. Значит, я все-таки приземлилась удачнее, чем подумала в последний миг. Интересно, а Никита и буйнопомешанная Катерина оказались настолько же везучими? Сейчас досмотрю этот коматозный сон до конца, потом у врачей и спрошу.

– Госпожа, вы можете подняться? – Рыженькая девушка в фартуке пыталась помочь мне сесть.

– Легко! – успокоила я ее и прислушалась к ощущениям, тотчас их озвучивая: – Кстати, у меня действительно вообще ничего не болит. Хорошо обезболами накачали, или люди в коме на самом деле ничего не чувствуют?

Девушка выпучила и без того огромные светло-зеленые глаза. Старик рядом гладил длинную седую бороду и монотонно комментировал:

– Горячечный бред должен скоро пройти. Но я подтверждаю – благородная Элея выдержала испытание ядами!

Последняя фраза прозвучала громко и торжественно. Видимо, меня с чем-то поздравляли. Но не все – я слышала недоуменные женские шепотки неподалеку:

– Да как такое возможно?!

– Она точно не демон?

Поднялась на ноги, оттолкнула от себя рыжулю в фартуке, осмотрелась. Народу-то собралось вокруг! Словно моя кома – это какое-то почетное место собрания для смешно разодетого сброда. Сама я выглядела не лучше. С удивлением осмотрела длинное, в пол, бордовое платье со множеством рюшей. Так, стоп. А где мое прекрасное тренированное тело тридцатилетней выдержки? Отодвинула с пути бородатого старичка в синей мантии, чтобы подойти к зеркальной стене и рассмотреть абсолютно чужое лицо молодой девушки. Она – то есть типа я – была еще младше недавней бешеной Катерины. Вместо короткой стрижки – длинные темные локоны, симпатично завитые. Вместо благородной бледности и после тонны кремов с «СПФ» – то ли ровный загар, то ли природная смуглость. Глаза со вздернутыми уголками какие-то перепуганные. Вроде бы карие, но мне по большому счету плевать. Я не могла создать себе сон в более привычной атмосфере? Эта клуша в отражении была лишь жалким подобием Эльвиры Семеновой, трехкратной чемпионки России по бальным танцам и заслуженного тренера. Сопля зеленая! С такой мордахой только чужих мужей соблазнять, но никакой элегантности, статусности и самоуверенности, которая появляется лишь с годами. Тем не менее я привычно приподняла подбородок и выпрямила спину, поводила плечами, чтобы и в этом теле ощутить себя собой. Натянула улыбку и повернулась в ожидании новых приключений. Фантазия-то у меня оказалась нехилой – интересно посмотреть, что мое подсознание придумает дальше!

– Тогда переходим к следующему туру! – оповестил уже другой мужчина в забавных колготках. – Приглашаю участниц пройти в следующий зал!

Ко мне снова прилипла девушка в фартуке и запричитала:

– Госпожа, вы точно в порядке? Вас даже лекарь не осмотрел! Они… – она вдруг приглушила тон и зашептала: – Они это специально! Завистницам невыгодно, чтобы вы прошли отбор, они и подкупают организаторов!

О-о, отбор! Я поджала губы и с видом знатока покивала. Вот уж чего не понимаю – так это желания выставить себя как корову на продажу. Но подыгрывать я собиралась до тех пор, пока не надоест:

– Да нет, мне правда полегчало. А на кого отбираемся, не подскажешь?

– Так в наложницы же… – растерянно подсказала сердобольная рыжуля.

К счастью, все уже ушли в какой-то другой зал, поэтому мой громкий хохот обескуражил только служанку – думаю, девушка именно прислугой и являлась.

– В наложницы?! – я пыталась узнать подробности сквозь смех. – То есть кто-то еще и соревнуется за роль любовницы? Я же правильно поняла, что мы сейчас про любовниц говорим? Или в этой коме какие-то другие термины?

Мое веселье девушка не поддержала. Побледнела и отступила, качая головой.

– Госпожа, вы не в порядке… Я почти уверена, что в вашей чаше был не тот яд, что принимали другие участницы. Когда вы упали, я подумала, что вы мертвы. Но оказалось, их задумка еще изощреннее – лишить вас разума и высмеять перед всеми зрителями.

– Да ладно тебе паниковать, – поддержала я и подтолкнула к арке, куда нам вроде бы стоило теперь отправиться. – Быстро введи в курс дела, я мгновенно учусь.

Она вдохнула и затараторила на одной ноте, пытаясь успеть вывалить на меня весь объем информации:

– В наложницы к дракону попадут лишь трое избранных – лучших и самых образованных девушек со всего королевства, которые прошли все испытания. Вы уже обошли десятки других благородных дам! Сейчас уже и вылететь не так страшно, никто в упрек не поставит, а вы даже своему батюшке доказали, что на самом деле великолепно образованны, учтивы и одарены. Тем слабым ядом проверяли здоровье претенденток – слабость и короткие обмороки допустимы, но тяжелая болезнь или смерть от такой малой дозировки – это сразу вылет из отбора!

Да как тут не смеяться-то? Я все же пыталась поддерживать внятный диалог:

– Смерть обычно означает вылет не только из отбора. Но это еще ладно. Ты самое главное объясни, на ком же этот твой «дракон» женится, если он себе в любовницы самых лучших набирает? А кого не набирает – тех ядом травит, и дело с концом.

– Ой-ё, дела совсем плохи, – сокрушалась девушка. – Его светлость женится только на принцессе – он же дракон! Но по статусу ему положено иметь официальных наложниц – чтобы хранить верность единственной избранной.

– Безупречная логика, не придерешься, – одобрила я. – Ладно, во что теперь играем?

– Танец, госпожа… Вам нужно впечатлить не только милорда Абеля, но и вельмож! Вы как? Сможете хоть на несколько минут собраться? А потом мы точно побежим к лекарю.

В сверкающем зале зрители сидели на креслах у стен, а в центре крутилась какая-то девушка в желтом платье на кринолине. Ну вот, теперь точно понятно, что это мой сон! Что бы я сама для себя выбрала в качестве соревнований? Все отлично, Эля, идиотизм пока в рамках нормы.

– Очередь благородной Элеи! – объявили в стороне, когда девушка в центре поклонилась.

Это, видимо, я, раз служанка нервно пихнула меня в спину. Ну что ж, почему бы не блеснуть? Музыка заиграла та же – какие-то переливистые колокольчики, но довольно мелодичные. В моем арсенале нашелся бы танец под любой ритм, но я решила веселиться от души. Неизвестно же, когда меня из комы выведут – а там что: то ли мерзкий Никита, то ли его похороны. Успею еще. А тут меня доктора так под завязку накачали какими-то препаратами, что эйфорические видения не заканчиваются.

Начала я с ча-ча-ча, постепенно добавляя элементы танго. Партнера мне не выдали, музыка вообще не подходила, одежда – тем более, но я подстраивала знакомые движения под мотив. Хотя уже через несколько секунд напряглась – а точно ли это мой сон? Если да, то зачем я поставила себе такие странные ограничения? Ни привычной силы в ногах, ни гибкости, ни растяжки, даже в движениях рук одна плавность, но отсутствует натренированное напряжение для фиксации жестов. Еще и этот мешок на ногах мешает, не позволяет делать шаги достаточно длинными…

Тем не менее я отпозорилась достаточное время и просто остановилась. Тотчас расслышала возглас пожилого мужчины:

– Какая пошлость! Дама решила оскорбить взор дракона какими-то дикими плясками?!

А где дракон-то? Я с интересом осмотрелась, но вельмож вокруг было довольно много, и пальцем мне на главного почему-то никто не спешил указывать. Поэтому перевела взгляд на возмущенного зрителя и спокойно ответила:

– Ошибаетесь. Если бы я хотела устроить здесь полную дичь, то начала бы со стрип-пластики. А для танца живота слишком много юбок задирать.

После такого пояснения сразу несколько человек вскочили на ноги и завопили – все примерно об одном:

– Вышвырнуть ее из замка!

– Выслать ее семье претензию!

– Выписать ей десять палок за наглость!

– Пусть уже выходит следующая участница, чтобы мои старые глаза вернулись на место!

Странно, что им совсем не понравилось. Я не то чтобы сильно старалась или нынешняя форма позволяла развернуться, но все же отрепетированные движения дают о себе знать. И вдруг все возгласы смокли, когда кто-то с другой стороны тихо произнес:

– Нет.

Я обернулась и нахмурилась. Общая реакция зала на короткое слово подсказывала, что этот молодой человек и был тут главнокомандующим. Скорее всего, ради него и устроены посиделки. Забавно, он тоже вырядился в бордовое – прям под мое неудобное платьице. Но если это и был вышеупомянутый дракон, то я пребывала в некоторой обескураженности. Намного моложе, чем я успела себе представить – ну, вроде как если мужчина скоро женится на какой-то принцессе и уже толпой наложниц обзаводится, то должен быть достаточно зрел для того, чтобы ему успела приесться нормальная моногамная жизнь. А передо мной сидел молодой парень, хотя возраст определить было сложно: тяжесть взгляда будто не сочеталась с изящными чертами довольно юного лица. Зато голос его звучал глубоко и зычно:

– Я сказал «нет». Танец благородной Элеи был весьма экзотичным, а ее объяснение странным. Но среди такого количества кандидаток надо чем-то выделиться – разве ее смелость не заслуживает похвалы? В своей спальне я предпочел бы видеть такую отважную особу, а не скучную благородную Валадею, которая слишком воспитанна, чтобы скрасить мои ночи.

Та самая девушка в желтом наряде охнула и зажала ладонью рот. Видимо, это был приговор для нее. А я не ошиблась – именно этому хмырю в подстилки я тут и набиваюсь. Даже у Катерины – пусть земля или кровать в палате ей будет пухом – была более приятная роль. Любовница моего мужа хотя бы не знала, что ее избранник изменяет ей с собственной женой и, возможно, еще с кучей таких же дур. Но все равно я присмотрелась, разглядывая его. Черные длинные волосы, а волосатиков с мужскими физиономиями я на дух не переношу, неприятный прищур, на губах легкая улыбка. В целом ничего такой, интересный, хоть и не в моем вкусе.

Кома пока не заканчивалась, поэтому я решила начать вести себя чуть более разумно – если тут события цепляются одно за другое, как в реальной жизни, то надо бы наметить какой-то путь. И в последнюю очередь мне бы хотелось оказаться в спальне этого самодовольного щенка. Поэтому прижала ладонь к груди и как можно вежливее выдала:

– Благодарю за оценку членов уважаемого жюри. Но я тут посмотрела на других участниц – одна другой краше. Да я им вообще не конкурентка, признаю полное поражение! Поэтому снимаю свою кандидатуру с отбора. Сама не представляю, как до этого этапа добралась. По-моему, следовало сдаться еще до ядов – живее бы была.

Служанка же вроде подсказала, что сейчас самое время вылетать, так чего бы и не уйти с гордо поднятой головой? И вдруг дракон широко улыбнулся, отчего стал совсем чуть-чуть в моем вкусе. По стенам поползли удивленные шепотки, но стоило ему открыть рот, как все вновь замолчали:

– Что за необычная стратегия, благородная Элея? Притворная скромность, а взгляд спокойный, как у королевы демонов.

Может, и правда в моем облике появились какие-то несостыковки. И я заставила себя говорить чуть эмоциональнее, чтобы списали на волнение трепетной малолетки:

– Ничего подобного, я именно это и имела в виду! Вот смотрю сейчас на вас и сразу понимаю: недотягиваю я до гордого звания вашей шлюш… наложницы! Вы столь прекрасны, я столь ужасна, какой чертов диссонанс, особенно когда и без меня желающих хватает. Можно я уже домой пойду?

Однако он почему-то только шире улыбался:

– Цену себе набиваешь? Очаровательно. Но я не стану осыпать тебя комплиментами, как ты ожидаешь, а просто скажу мнение. – Он все с той же улыбкой повернул голову в сторону и громко произнес: – Милорд Веллер, запишите, что благородная дама Элея прошла отбор.

Тот, к кому он обращался, схватился за голову и как-то слишком нервно закричал:

– Нельзя, не положено, ваша светлость! Не только вы выбираете наложниц – девушки должны с честью миновать все испытания! Раз вам так понравились эти, хм, пляски, то предлагаю провести Элею в следующий тур. Убедимся, что она так же хороша в каллиграфии, науках и живописи!

Вот уж в живописи я настолько хороша, что они вообще от шока не отойдут, если им даже танцевальные движения профессионала показались недостаточно убедительными. Никогда не любила и не умела рисовать. В каллиграфии я, по понятным причинам, еще меньше преуспела. А уж в их науках вообще не шарю – даже представления не имею, о каких знаниях пойдет речь. Сомневаюсь, что мне предложат решить уравнение за пятый класс или назвать год распада СССР.

Однако я не успела бедное жюри об этом предупредить, поскольку дракон все с той же безмятежной улыбочкой надавил:

– Милорд Веллер, все последние туры являются формальностью – вам ли не знать? Любая благородная дама обучена искусствам. И если уж я буду одним из тех, кто принимает решение, то на каждом этапе обещаю называть имя Элеи. Может, в этом случае логичнее не тратить время на пустое?

– Напомню, что еще вчера вы выделяли совсем других претенденток!

– Сам удивляюсь. Но я свое слово сказал.

Мужчина поник и нехотя прошипел:

– Как прикажете, ваша светлость. Уведите благородную Элею в покои наложниц.

Я озиралась, силясь понять, как такое вообще произошло. Я не набивала себе цену! С какого перепуга он вообще так решил? А может, просто проникся симпатичным личиком? Оно там у меня точно симпатичное? Я ведь даже толком и не разглядела. Или элементы танго были лишними? Ну конечно! Самый страстный танец даже в этом балахоне – у избалованного господина чресла зазудели от того, что он впервые увидел нечто настолько необычное… и многообещающее. Как же я так прокололась?

Так бы и продолжала торчать в центре зала с разинутым ртом, если бы меня не подхватили под руки и не поволокли куда-то в сторону. Служанка тотчас догнала и заверещала, захлебываясь восторгами:

– Госпожа, поздравляю! О боги, никто ведь и не верил! Даже ваш батюшка не сомневался, что вы уже в самом начале вылетите – только вспомните, как он всякий раз принижал ваши достоинства. У меня сердце кровью обливалось – такая скромница, такая добрая барышня не заслужила всех оплеух! Но вы победили, всем завистникам назло! Так им, так – за то, что подлили вам в чашу настоящий яд! Мы теперь останемся в замке Абель и больше никогда не вернемся в жуткое поместье Феррино! Как же я рада за нас обеих!

Ну не знаю. По-моему, этот сон становится каким-то слишком смешным. С переборчиком.

Глава 2

– Да хватит уже щебетать, птичка моя певчая, – прервала я бесконечный поток восторга. – Как звать-то тебя?

Служанка мгновенно поникла:

– Мирта я, госпожа, мы с раннего детства знакомы. Поэтому побежала-ка я за лекарем. Вы теперь наложница дракона – уже и в голову никому не придет сделать вид, что не слышат. Обеспечат лучшее лечение!

– Погоди ты, само пройдет, – поспешила я схватить ее за руку, пока сердобольная помощница мне тут медицинский консилиум не организовала. – Давай-ка для начала в главном разберемся – вакансию я урвала, все ясно, нас обеих поздравляю, а как теперь уволиться с минимальными издержками?

С Миртой мне на самом деле очень повезло – девушка явно была заботливая, тихая и очень ответственная, но наиважнейшее ее преимущество в том, что она не считала себя вправе со мной спорить или ослушаться приказа. В любом другом случае меня уже давно сдали бы на опыты.