Опасные приключения Фридриха (трилогия)
- -
- 100%
- +
– Может, я смогу помочь беде, малышка? Должно быть, ты потерялась?
Девочка кивнула.
– Ну, это горе поправимо, давай руку и пойдем искать твой дом.
Малышка доверчиво взяла Фридриха за руку. Вот уж точно у страха глаза велики, девочка была всего в нескольких шагах от дороги, да и заблудилась «в трех соснах». Совсем успокоившись, бедняжка рассказала, что зовут ее Гретель, и она играла возле дома, пока не приметила котенка. Негодник то подходил ближе, то отбегал прочь. Гретель и не заметила, что ушла на одну улицу, затем на другую, а вскоре вообще вышла из города. Потеряв котенка из виду, да заметив вокруг деревья вместо домов, она решила, что заблудилась в огромном лесу. То-то рев она подняла! Да разве за городской стеной слышен детский плач? Вот уж, верно, испугались ее родные, хватившись пропажи.
В городе и впрямь царила суматоха, сердобольные горожане метались по улочкам с фонарями и факелами, заглядывали в старые колодцы и заброшенные башенки у городских ворот. Какая-то женщина, заливаясь слезами, звала свою ненаглядную дочку. Тут и гадать нечего, это была несчастная матушка пропавшей Гретель.
Ох, как же обрадовались отец с матерью, когда перед ними показался Фридрих, ведя за руку их дочку, живую и невредимую. Вот счастье-то, что с малышкой не случилось беды! Парнишку, видно, Господь послал в их город, чтобы спасти Гретель от множества опасностей. И счастливые родители даже слушать ничего не захотели, Фридрих просто должен идти с ними да хорошенько поесть и отдохнуть.
Каково же было удивление принца, когда привели его в трактир «Веселый обжора»! Вот тебе раз, Гретель оказалась дочкой хозяина!
Фридрих упросил трактирщика взять его в работники. И хотя трактирщик был человек не богатый, он сдался, не выдержав уговоров жены и дочки. Так принц поселился в маленькой комнатке на чердаке и стал помогать по хозяйству.
В первый же день Толстяк и Полухвост обследовали новое жилище. Ну и трактир! Видать, хозяева еле сводят концы с концами. Еды хватает только для малочисленных посетителей. Никаких вкусных объедков! А они-то решили, что теперь заживут припеваючи. Что и говорить, несчастный трактирщик и впрямь скоро разорится. Кому охота тащиться на окраину города из-за кружки пива да порции жареного картофеля. Богатые горожане любят отобедать в солидном трактире, где подают много блюд, да еще играет шарманка. А в «Веселом обжоре» бывают лишь ремесленники, которые норовят взять пивка в долг. Беда, да и только. Как ни бились родители Гретель, но выбраться из нужды им не удавалось.
Однажды малышка Гретель забралась на чердак. Она и так целыми днями ходила за Фридрихом, словно хвостик. Теперь же ей захотелось посмотреть, как принц устроился в своей комнатенке. Гретель отворила дверь и увидела Толстяка с Полухвостом. Крысы уплетали дикие яблоки, которые Фридрих собрал за городской стеной. Ох, как испугалась девочка!
Бедняжке с детства внушали, что крысы опасны и приносят только вред. Девочка взвизгнула и спряталась за спину Фридриха.
– Эй, братцы! – весело воскликнул принц. – Покажите нашей маленькой гостье, как замечательно вы поете, верно, она совсем перестанет вас бояться.
Толстяк и Полухвост переглянулись и, забавно вытерев лапками усики, кивнули.
Полухвост вскочил на середину старого табурета и, притоптывая лапкой, запел:
Кто все время жует?Хей, тирли-тирли, хейИ даже во сне видит еду,Щеки набил и живот.Хей, тирли-тирли, хейТого и гляди, попадет он в беду,Может застрять в норе.Хей, тирли-тирли, хейА прыгнуть наверх не может никак,И все называют егоХей, тирли-тирли, хейБратец Толстяк!Толстяк еле взгромоздился рядом с братом и, постукивая длинным хвостом, продолжил:
Лучше всегда жеватьХей, тирли-тирли, хейЧем быть любопытным,Словно сорока.От любопытства совсемХей, тирли-тирли, хейНет никакой пользы и проку.Чуть не лишился хвостаХей, тирли-тирли, хейВезде он сует свой нос!Имя ему подстатьХей, тирли-тирли, хей.Зовут его все Полухвост!И крысы пустились в пляс, залихватски топая лапками. Гретель так и замерла в восхищении. Такого и на ярмарке в праздничный день не увидишь! Девочка, словно мячик, скатилась с лестницы. И через минуту вернулась вновь, держа в руках два куска сахару, отколотых от сахарной головы, бережно охраняемой хозяевами.
– Вот и награда за выступление, – засмеялся Фридрих.
Крысы не ответили, ведь щеки их раздулись от чудесного, белого, как снег, угощения.
На другой день к Фридриху поднялись хозяин с хозяйкой. Верно ли дочка говорит, что у него есть ученые крысы, которые могу петь и танцевать? Нельзя ли им поглядеть на такое чудо?
Полухвост и Толстяк уже поняли, что могут получить заветный сахар, до которого они долго, но безуспешно пытались добраться, и показали себя во всей красе. Крысята пели, топали лапами и даже пытались танцевать вальс.
Хозяева только вытирали слезы смеха да сгибались пополам от хохота, до того уморительно выступали крысы. Принеся Толстяку и Полухвосту огромный кусище сахару, хозяин упросил их по вечерам давать представление в трактире. За это они будут получать любую еду и, конечно, сахар в придачу. Крысята согласились: такая жизнь им по нраву. Чем шнырять по амбарам и под полом в поисках еды, да рискуя попасть в крысоловку или быть съеденными голодным котом, уж лучше сидеть в тепле, спать на мягком матрасе да получать вдоволь вкуснятины.
Хозяйка раздобыла обрезки бархата и сшила крысам камзолы и шляпки. Сперва Полухвост с Толстяком отказывались даже мерить новые наряды. Но одевшись, часами крутились возле медного таза, охорашиваясь, словно перед зеркалом.
Что и говорить, как только несколько горожан увидали крысиные представления, новость тотчас разнеслась по всему городу. Народ так и повалил в трактир. Хозяева и Фридрих еле успевали готовить да мыть посуду. Через некоторое время пришлось нанимать еще помощников. Бедные горожане были рады-радешеньки, что нашлась работа, да и платил трактирщик хорошо. Знатные особы даже начали отмечать праздники в трактире «Веселый обжора». Вскоре и Полухвост стал не менее толстым, чем его братец.
Однажды ночью Толстяку не спалось: вечером его угостили огромным леденцом, который сытый Толстяк уже не осилил. Вдруг Полухвост проснется раньше, да съест прекрасную разноцветную сладость? Толстяк, пыхтя и отдуваясь, вылез из корзины с мягкой подстилкой и вдруг увидел, как из-под подушки Фридриха струится бледный голубоватый свет. Должно быть, это волшебная книга, ведь принц всегда прячет ее под подушку! Толстяк и думать забыл про конфету. Ну и трудов же стоило растолкать мальчика! После целого дня беготни он спал, как убитый. Пришлось даже слегка укусить его за ногу.
Увидев свет, исходящий от книги, Фридрих тотчас очнулся. Так и есть, на странице новое послание: «Фридрих, спаси друга».
Трудное задание
Все утро Фридрих ломал голову над предсказанием. О каком друге идет речь, что за опасность ему грозит, да и где его найти? Ах, если бы в книге было все подробно написано! Но за целый день он так и не нашел ответа. Вечером, когда почти все посетители разошлись, за столом остались лишь двое припозднившихся гостей. Они были чем-то озабочены и почти не смотрели на крысиное представление. Фридрих протирал столы и стулья и услыхал обрывок разговора.
– Неужто и впрямь несчастного ждет казнь?
– Да, указ подписан королем и не сегодня-завтра глашатай объявит об этом на площади.
– Вот горе! И помочь-то ему никто не сумеет.
– Кто решится идти против воли короля? Пожалуй, уеду я подальше на время, не хочу смотреть, как хороший человек прощается с жизнью.
– Да, ты прав, я, пожалуй, тоже отправлюсь навестить дальнюю родню, а то, чего доброго, погонят смотреть казнь.
Может, про этого друга говорила книга? Раз король Клаус казнит своего врага, стало быть, принцу он друг. Выходит, надо спасти его от казни! Да как же это сделать? Вот задача так задача. Бедняга наверняка сидит в тюрьме. Фридрих издали видел ее неприступные стены и вокруг ров, наполненный водой. На башнях стоят стражники, ворота обиты кованым железом. Туда и муха не пролетит. Принц уныло поплелся в кухню. Неужто нельзя ничего придумать?
Трактирщик сидел у очага мрачнее тучи.
– Отчего вы такой грустный, хозяин? – спросил Фридрих.
– Плохую новость услышал. Если это правда, то нет справедливости на земле. Знаю, что парнишка ты не из болтливых, поэтому расскажу. Король подписал указ о казни одного человека. Эх, знал бы ты, как все любили его и уважали в былые времена. Сам король Хельмут считал его своим другом.
Услышав эти слова, Фридрих почувствовал, как сильно забилось его сердце. Друг отца, короля Хельмута, его друг! Принц просто обязан спасти его.
– А кто он, господин трактирщик?
– Ох, мальчик, это сам Рихард Оружейник. Только он делал оружие для короля. Поговаривают, что Рихард знал какой-то секрет, и его разящий меч делал своего хозяина непобедимым. Видно, он не захотел открывать свои секреты и король Клаус решил казнить несчастного. Да и в тюрьму он попал не иначе как с помощью злых сил. Все знают, что Клаус якшается с нечистью. Вот горе-то, что казнят такого славного человека! Да, Фридрих, не болтай о том, что сейчас услышал, не ровен час, сам угодишь в тюрьму, да и нам несдобровать.
Охая и сокрушаясь, трактирщик отправился спать.
Фридрих поднялся к себе и разбудил Толстяка и Полухвоста. Битый час ему пришлось уговаривать разленившихся крыс помочь. Уж очень не хотелось им покидать уютную корзинку и шнырять по ночному городу. Но, как всегда, любопытство Полухвоста победило. А Толстяку ничего не осталось, как следовать за братом.
Вернулись они изрядно продрогшие и голодные только под утро. Пришлось Фридриху ждать, пока крысы уплетали колбаски и булочки.
– Уф, наконец-то наелся, – поглаживая живот, заявил Полухвост.
– Так говори скорее! – нетерпеливо воскликнул принц.
– Ну, что ж, никаких подземных ходов к тюрьме нет. Ров переплыть нам не под силу. Словом, проникнуть за тюремные стены невозможно.
– Зато, – вступил в разговор Толстяк, – старое заброшенное подземелье есть под городской площадью. Видно, раньше ход вел прямиком к лесу, но земля там осыпалась и придется добрых десять футов копать заново.
Фридрих задумался.
– Вот что, друзья, верно, мне скоро придется уйти, окажите мне помощь еще разок.
– Ох, принц, ты уж не держи на нас зла, конечно, мы тебе поможем, но в дорогу отправляйся без нас. Уж так славно мы здесь прижились, что совсем не хотим покидать замечательное место.
– Отлично! Окажите мне услугу, и я буду всегда поминать вас добрым словом. А теперь слушайте… – и принц, наклонившись, зашептал что-то в крысиные ушки.
Рихард Оружейник
Вот и случилось то, чего все жители города ждали с опасением. По улицам разошлись глашатаи короля и объявили, что через три дня на городской площади будет казнен изменник и предатель Рихард Оружейник. Горожане, которые откажутся прийти на площадь, будут арестованы, а их имущество поступит в королевскую казну.
Ах, как горевали в своих домах несчастные жители. Никому не хотелось смотреть на смерть достойного человека. Ведь все знали знаменитого оружейника благородного короля Хельмута. И никто не верил, что Рихард мог быть предателем и изменником. Но, сколько бы слез ни проливалось в укромных уголках помрачневших домов, отменить казнь никто не в силах. Только Фридриху некогда было лить бесполезные слезы. Каждую ночь он тайком выходил из дому с заступом и лопатой, а Толстяк и Полухвост неотступно следовали за ним.
И вот наступил черный день. Королевская стража с самого утра начала обходить город, грубо сгоняя на площадь всех жителей. Трактирщик с женой тоже пришли к месту казни. Только Фридриха с ними не было. Накануне принц сказал хозяевам, что должен покинуть их.
Доброму трактирщику и его семье жаль было расставаться с работящим парнем, но не держать же слугу силой? Хозяин сполна заплатил Фридриху за работу, а хозяйка заботливо собрала еды в дорогу. Маленькая Гретель очень горевала, что Фридрих уходит, но Толстяк и Полухвост оставались с ней, а это послужило утешением.
Посередине площади выстроили дощатый помост. Возле столба, приготовленного для несчастно осужденного, сложили дрова. Жестокий Клаус решил сжечь Рихарда на костре.
Горожане в ужасе смотрели на место для казни. Наконец показалась телега, в ней сидел Рихард Оружейник. Бедняга был накрепко закован в цепи, одежда висела лохмотьями, темные с проседью волосы спадали на измученное лицо. Хоть и видно было, что узнику довелось испытать в тюрьме многое, но взгляд его был твердым. Охраняли Рихарда с полдюжины стражников, уж очень силен был знаменитый оружейник. Огромного роста, с широкими плечами и стальными мускулами, он легко мог бы справиться с ними, но толстые цепи не давали бедняге даже пот со лба утереть.
Стража еле дотащила узника до столба и крепко привязала веревками. Только тогда цепи с него сняли, пригодятся еще для какого-нибудь несчастного.
Начальник королевской стражи развернул свиток и громко начал читать указ короля:
– Разбойник Рихард, именуемый в народе Оружейником, причинил вред королевству. Он замышлял бунты и заговоры и оскорбил великого короля Клауса. Предатель Рихард будет сожжен на костре! Так повелел наш справедливый король!
– Эй, проклятый разбойник, – крикнул начальник стражи Рихарду, – добрейший из королей разрешает тебе сказать прощальное слово.
Оружейник обвел глазами площадь и низким хриплым голосом произнес:
– Я не боюсь смерти! Я горжусь, что верой и правдой служил самому благородному королю Хельмуту. Да здравствует король Хельмут!
– Ах, проклятый бунтовщик! – закричал начальник стражи и с размаху ударил Рихарда по лицу.
Струйка крови потекла по измученному лицу узника, но на губах его была улыбка.
Толпа зашумела.
– Позор, позор!
– Он ударил связанного человека!
Королевская стража мигом бросилась разыскивать смельчаков. А переодетые простыми горожанами королевские слуги начали выкрикивать:
– Смерть предателю! Смерть изменнику! Слава великому королю Клаусу!
Начальник стражи подбежал к палачу:
– Что медлишь, осел ты эдакий! Поджигай скорее дрова, и покончим с этим, пока толпа не бросилась на нас.
Палач поднес факел к помосту. Повалил густой дым, да такой, что пришлось стражникам отступить, уж больно щипало глаза.
– Вот проклятые разини! – кричал начальник стражи. – Не могли припасти сухих дров!
Но стражники клялись, что отбирали самые лучшие дрова и вчера вечером они были сухими, прямо колдовство – не иначе.
Сидя в укромном уголке, Толстяк и Полухвост только посмеивались, ведь на рассвете они щедро облили всю поленницу водой. Между тем густой дым совсем скрыл от глаз столб и привязанного к нему узника. Рихард почувствовал, как веревки, державшие его, слабеют, вот уже и руки свободны. Что происходит? И тут он услышал чей-то шепот:
– А теперь, господин Рихард, делайте ровно два шага назад. Да не мешкайте, дым скоро рассеется.
Оружейник не стал рассуждать, шагнул раз, два и полетел куда-то вниз.
– Да разгорится же наконец проклятый костер? – продолжал кричать начальник стражи.
Слуги изо всех сил пытались раздувать пламя, наконец, один из них догадался подбросить ворох сухой соломы. Огромное пламя взметнулось вверх.
– Ну, славно, – злобно улыбнулся начальник стражи. – Теперь с бунтовщиком покончено навсегда.
Несчастные горожане с ужасом смотрели на костер. Рыдали женщины, и даже мужчины тайком вытирали слезы. А Рихард Оружейник меж тем пробирался по узкому земляному ходу. Тяжеловато ему пришлось, да выбирать не приходится. Уж лучше ползти, извиваясь, словно червяк, да поминутно выплевывая набившуюся в рот землю, чем гореть заживо на костре.
Только выбравшись из лаза за городской стеной, Рихард разглядел своего спасителя.
– Вот тебе раз! Мальчишка! Ну и храбрец ты, парень. Откуда же ты взялся?
– Сейчас не время для разговоров, господин Рихард. Надо бы убраться восвояси, пока нас не заметили. Ложитесь-ка в телегу да накройтесь соломой. Если удастся благополучно выбраться, то успеем поговорить.
Уговаривать Рихарда не пришлось. Мигом он оказался в телеге, доверху заваленной хрустящей золотистой соломой.
Фридрих взял в руки вожжи, и телега двинулась по дороге, дальше и дальше от города. Возле рощи их остановили двое стражников.
– Куда направляешься парень?
Фридрих и ответить не успел, как второй стражник воскликнул:
– Да это же мальчишка трактирщика из «Веселого обжоры»! Я его знаю. Что, малец, хозяин отправил тебя с поручением?
– Да, господин стражник. Просил навестить его дальнюю родню.
– Экая славная солома в твоей телеге, вот такую надо было разбросать вокруг костра с проклятым оружейником!
– Да ладно, огонь все же разгорелся нешуточный, бедняга сгорел дотла вместе со столбом.
– И то верно. Ну, давай, малец, пошевеливайся, не то трактирщик будет долго ждать, пока его поручение исполнится.
Стражники захохотали, а Фридрих лишь натянул вожжи покрепче и был таков.
Только забравшись подальше в лес, принц остановился. Руки его нестерпимо горели, и на ладонях багровели полосы стертой грубыми вожжами кожи. Рихард выбрался из соломы, потирая затекшие руки и ноги. С его ростом ему пришлось согнуться в три погибели, чтобы уместиться в телеге. Беглецы развели костер и приготовили скромный ужин.
– Я от всего сердца благодарю тебя за спасение, храбрый мальчик, но все же хотелось бы знать, кто ты?
– Я сын короля Хельмута, – гордо ответил принц.
– Не может быть! Фридрих! Малыш Фридрих! Так значит, ты жив, и проклятый Клаус не добрался до тебя! Услышал Господь мои молитвы! Ведь мне и помирать было не страшно, знай я точно, что сын великого Хельмута жив-здоров. Ну, теперь, когда я тебя встретил, да еще убедился, что ты храбростью и благородством пошел в своего отца, Клаус дорого заплатит за свои злодеяния. Слушай, принц, в трех днях пути отсюда есть охотничье владение твоего отца. Проклятый Клаус не знает о нем. Ведь он жаден и завистлив и разграбил только богатые угодья. А в охотничьем доме нет ни золота, ни драгоценностей. Зато там есть кое-что поважнее. Давай-ка отдохнем, силы нам еще понадобятся, да на рассвете отправимся в дорогу. Пока нечисть барона Блутзаугера не пронюхала, где мы.
Охотничье владение короля
Тяжело пришлось принцу и Оружейнику пробираться в лесной глуши, да ехать открыто опасно. И принц решился на хитрость. Вдвоем они кое-как подлатали одежду Рихарда и выехали на проезжую дорогу. Как только на пути встречалась королевская стража, Оружейник утыкался в солому лицом да принимался храпеть так, что телега качалась.
– Эй, кто такие? – спрашивали стражники.
– Мы крестьяне, господа, – отвечал Фридрих. – Вот ездили в город за покупками, да папаша спустил все деньги в трактире. Теперь мне придется тащить его до дому да объяснять матушке, куда подевались деньги.
Стража смотрела на Рихарда и смеялась:
– Вот простофиля! Видать, так наугощался вином, что до сих пор храпит, словно боров. Ну и задаст жена ему трепку. Гляди-ка, даже одежду свою испортил, одни лохмотья. Видно, задирался ко всем, да и получил взбучку. Вот умора! Да, малец, повезло тебе с папашей! Славная поездка, нечего сказать.
Но один из стражников задумался:
– Нам велено искать мальчишку, а этот по годам подходит.
– Да брось, Пауль, тот мальчик одинокий сирота. А у этого есть отец, хотя и пьянчужка. Ну что встали, разини? Проезжайте скорее со своей разбитой телегой и не загораживайте дорогу приличным господам.
Фридриха и торопить не надо было. Он только подгонял лошадь и мигом скрылся за поворотом.
Когда до места оставалось всего полдня пути, решили проехать через рощу. Но там лошадь встала, как вкопанная. Никакие силы не могли сдвинуть ее с места. Что за напасть? И путники увидели, что колеса телеги сплошь обвил терновник. Словно живой, он поднимался все выше, и не пройдет и минуты, как колючий терновник обовьет беглецов и накрепко привяжет друг к другу.
Фридрих огляделся, так и есть. Из-за деревьев и травы выглядывают злобные морщинистые личики троллей. Радостным коварством светятся их глаза. Еще бы, за пленников они получат награду от самого барона Блутзаугера, повелителя злых сил. Им достанется золото! Больше всего на свете тролли обожают золото!
– Есть у тебя деньги, принц? – шепотом спросил Рихард.
– Эх, господин Рихард, осталось немного, хотел купить вам новую одежду, ведь ваша, того и гляди, развалится, а на дворе уже осень.
– Думаю, Фридрих, если мы попадем к проклятому повелителю оборотней и вампиров, новая одежда мне не понадобится. Возьми горсть монет да постарайся бросить их как можно дальше. Тролли жадны до крайности, глядишь, сумеем вырваться.
Рассуждать было некогда, принц взял монетки и, размахнувшись, бросил их в траву. Деньги так и сверкнули под осенним солнышком, словно искры. Тролли замерли на мгновение, жадный блеск загорелся в их злобных глазах. Толкая друг друга, они бросились поднимать раскатившиеся монеты. Тролли ругались, толкались, дрались, стараясь отнять друг у друга деньги. Вскоре началась настоящая потасовка, словно клубок покатился по жухлой осенней траве.
Пленники, не жалея рук, срывали с колес телеги колючий терновник. И пока тролли не опомнились, Принца и Рихарда уже след простыл.
Отдышаться беглецы смогли только возле заросшего плющом по самую крышу дома. Вот оно, охотничье владение короля Хельмута.
Секреты Рихарда
Фридрих хотел было освободить окна и двери дома от зарослей, но Оружейник остановил его.
– Нет, принц, оставь все как есть, все знают, что жилище это давно заброшено, пусть так и будет. На заднем дворе дома есть маленькая калитка в сад. Проберемся в винный погреб, оттуда есть потайная дверь в дом.
Ах, как не терпелось Фридриху войти в дом, где бывал отец. Но попасть туда пришлось крадучись, словно ворам. В комнатах царила непроглядная тьма, окна плотно завешены тяжелыми пыльными бархатными портьерами. Рихард позволил зажечь только одну свечу, чтобы свет не пробивался наружу. Пламени одинокой свечки едва хватало, чтобы освещать себе путь да не наткнуться на что-нибудь. Даже в полумраке было видно, что вокруг царило запустение. Плиты пола потрескались. Парчовая и шелковая обивка на мебели давно истлела. Паутина и пыль слоем в палец покрывала столы, камин и прекрасные вазы с давно увядшими и засохшими букетами.
На одном из кресел накинута женская шаль. Видно, когда-то она была сплетена из тончайшего шелка и украшена серебряной вышивкой. Сейчас же это был лишь большой лоскут, уцелевший от тления.
– Это шаль королевы, – почтительно произнес Рихард.
Фридрих бережно сложил лоскут и спрятал под своей курткой. Никогда еще он не держал в руках вещь, принадлежавшую родной матери. В последней комнате охотничьего дома, на стене, завешанной старым и источенным жучками гобеленом, были два овальных портрета в одинаковых рамах. Принц поднес свечу ближе, и сердце его сжалось. С портретов смотрели отец с матерью, король Хельмут и королева Ангелика.
Рихард молча постоял перед портретами и поклонился им, словно живым людям.
– Пора, принц, надо устроить себе ночлег в потайной комнате, возле погреба. Там мы будем в большей безопасности, чем в доме. Но Фридрих так и не мог сдвинуться с места, восхищенно глядя на портреты.
– Сынок, – ласково сказал Рихард, – пойми, мы не можем снять картины и забрать с собой. Этим ты дашь врагам знак, что ты жив и находишься неподалеку. Вряд ли твой отец на небесах будет рад твоей напрасной гибели.
Фридрих и Оружейник зажили в охотничьем владении короля Хельмута. С утра до ночи принц помогал Рихарду. Надо было собрать уцелевшее в доме оружие, основательно починить его, да хорошенько отполировать. Меч короля оказался настолько тяжел, что поднять его даже двумя руками принц не смог. Видно, недюжинная сила была у отца, если он управлялся c таким оружием. Рихард задумался: «Конечно, негоже переделывать меч отца, но ждать не приходится, раз сыну грозит опасность».
И вот Оружейник приступил к делу. Работа была тяжелой и помощников, кроме Фридриха, не было. Вот мастер и помыкал принцем, словно подмастерьем.
– Держи-ка ровней! Да не так! Что ты растопырил локти, словно гусак крылья! Раздуй угли хорошенько, не то будем ждать жар до следующей зимы! Ах ты, растяпа, кто же так криво бьёт молотом? Эдак испортишь все дело, и придется начинать заново!
Обижаться Фридриху было некогда, уж очень хотелось получить настоящий меч от самого Рихарда Оружейника. Пот катился по его лицу градом, ноги и руки словно налились свинцовой тяжестью и нестерпимо болели. Но принц старался не показывать этого.