В руках киллера

В РУКАХ КИЛЛЕРА

ПРОЛОГ

Его запах заполнил пространство. Я рвано вдохнула, ощущая сильные руки на своей талии. Горячие пальцы плавно скользили по коже. Это слишком ярко и всегда до агонии приятно. Когда твои глаза завязаны, остальные органы чувств работают на максимум.

Внезапно все прекратилось.

–Почему я не могу увидеть тебя при свете дня? – сглотнув вязкую слюну, я подняла руку, пытаясь коснуться его. В итоге натолкнулась на пустоту. Пальцы сжались в болезненном спазме. Он двигался быстро.

Хищник.

–Это невозможно, – шепот достиг уха. Со спины. Табун мурашек поглотил тело. Волосы на загривке моментально встали дыбом.

Я никогда не видела его лица, лишь ощущала касания, прожигающие кожу насквозь. Я вдыхала аромат мужского одеколона. Он щекотал ноздри и оседал глубоко внутри меня. Только касания. Только запах. Только такая близость. С закрытыми глазами и приглушенным светом.

До синяков на теле на утро. До ощущения пустоты внутри от того, что он снова ушел. Инкогнито.

–Почему? – голос дрожал, как и тело, отзывающееся на его прикосновения. Пламенем они обжигали кожу, обнажая оголенные нервы.

–Маша, ты уже задавала этот вопрос.

Спокойный ответ на мой очередной вопрос. Я не надеялась получить его.

Именно в этом человеке без лица я нашла все, что искала. Утробный голос заставлял меня покрываться бисеринками пота.

–Я просто жду, что ты однажды скажешь «да».

Мужчина со спины прижался ко мне, руки заструились по телу, освобождая меня от шелковой сорочки. Она плавно стекла по ногам вниз безобразной лужицей. Грудь моментально заострилась от соприкосновения с холодным воздухом в комнате.

Горячее дыхание опалило шею, а отросшая щетина грубо прошлась по моей скуле к уху. Немыслимо. Неправильно. Порочно. Сильные проворные пальцы сжали соски, на что я слабо застонала, откидывая голову на могучее плечо.

Дышать у меня практически не получалось, я рвано глотала воздух, попеременно выхватывая носом его запах. Все казалось, что он снова растворится в пространстве, и вот я с жадностью пыталась ухватить то, чем нельзя завладеть.

–Я не хочу, чтобы ты пострадала, – пальцы нырнули под резинку трусиков, накрывая лобок. Вторая рука плотно обосновалась на талии, сдерживая меня на месте. Движения пальцев по кругу, сводящие с ума, заставляли изнывать, изгибаться в руках мужчины. Я цеплялась за его руку, но все равно плавно оседала, и тогда мужчина снова и снова меня подхватывал, толкая ближе к стенке. Он щекой прижал меня к ней, плотно сталкивая нас телами. Послышался треск белья.

–Я и не пострадаю, – пискляво ответила, и в этот момент волнующие и такие желанные касания прекратились.

–Потому что я никому не позволю навредить тебе, Маша, – мужчина развернул меня к себе, рывком подхватывая за бедра, от чего повязка на лице немного съехала, но это не помогло мне разглядеть ничего, кроме рук.

То, что я и так уже видела. Ноги немедля обвили накаченную фигуру. Он был большим и объемным, как нерушимая скала. За ним я всегда была в безопасности, до конца не осознавая ничего вокруг. Как слепой котенок шла, вверяя в его руки всю себя.

Звякнула пряжка ремня, мои руки взметнулись к лицу, которое наощупь я знала лучше, чем свое, видя его каждый день в отражении зеркал, на билбордах и таблоидах.

Пальцами я жадно касалась каждого сантиметра, и все пыталась в голове воссоздать образ, но никак. Ссадина над бровью, прямой аристократический нос, пухлые шершавые губы, бугристая и будто бы свежая царапина на подбородке и щетина, которой от силы несколько дней. Много деталей, но никак не четкая картина.

–Назови хотя бы имя… – мы столкнулись лбами, губы в сантиметре от моих.

–Я тот, от кого не сбежать, – горячий член плавно вошел в изнывающее лоно, одновременно с этим мужские губы обрушились на мои, глотая стон удовольствия. —Мор, ученик смерти, – саркастически прошептал в ухо, насаживая меня на себя одним толчком. До упора. Хрип вырвался из глотки.

ГЛАВА 1

"Так кто ж ты, наконец?

– Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»

Гёте. "Фауст"

МОР

В моей жизни все было привычно и размеренно. Я делал то, что должен, и получал за это деньги. Каждый день забирал жизни людей. Я был готов ко всему, любая цель, любая сложность.

Я лучший. Убийца, киллер или снайпер, все знали меня как Мора, но никто не видел моего лица, никто не знал, что я за человек. Меня боялись, но во мне и нуждались, потому что я никогда не промахивался. Не жалел. Не грустил.

Я не испытывал обычных человеческих эмоций, мне не ведомы слабости, скорбь или грусть. Никогда не задавал вопросов, скорее сам отвечал на любой.

Я есть смерть. Быстрая или долгая, облегчающая человеческие страдания, или добавляющая их. Я тот, кто есть. И мне хорошо быть собой.

Было.

Я стоял в тени в сгущающихся сумерках, осматривая припаркованную машину. Молодая девушка вышла и побежала внутрь высокого здания одного из модных ЖК. Тут жили дети сильных мира сего.

Вовремя. Она всегда приходила вовремя, что являлось ее исключительной чертой. Но сегодня могла бы и опоздать, не стоило туда приходить настолько рано… Почему-то мысли о том, что она увидит там, заставили меня напрячься. Нехорошие мысли, учитывая, что я просто играл и сам ее сюда привел.

Это просто игра, как я говорил себе. Мне нравилось съедать ее эмоции. Вкусно было, а я гурман.

Да-да.

Мне интересно было за ней наблюдать. Девочка с огромными голубыми глазами и нежно-розовыми губами, расползающимися в улыбке от всякой ерунды. У нее длинные пушистые волосы, которые я любил перебирать в руках, рассматривая под лунным светом в комнате, пока она спала. Тонкий стан и бледная кожа, бархатная на ощупь.

Я знал, во сколько она приезжала домой, во сколько уезжала. Знал, что ест на завтрак, а что на ужин, видел, как тяжело работала. Модель. Казалось бы, что тут сложного, но она выкладывалась на тысячу процентов, и ее лицо было на каждом рекламном постере. Интересно.

Картинки с ней всплывали в моем мозге иррационально и довольно часто, будто бы она – это все, о чем я мог думать. Ее внешность, поведение, жесты и даже мимика – абсолютно все проделывало глубокие борозды в памяти, впечатываясь в нее железобетонно.

Я доподлинно знал все о ее семье, включая самые мерзкие подробности, знал, кто ее парень, и уже сейчас успешно выводил его на чистую воду. Пара кликов, и с телефона смазливого выблядка пришло сообщение ей. Но вот же ж незадача. Он не один. С одной из лучших подруг.

Играть жизнями людей – аморально, но мне было все равно, ведь интерес дороже выдуманных людьми правил. Особенно если этот интерес – мой.

Девочка просто не для него. Что-то внутри заставляло меня отвести ее от человека, переступающего через ангела во плоти, за которым я наблюдал пару месяцев. Это давало мне глоток чистого воздуха после очередного заказа. Они не были сложными, конечно, но переключиться хотелось. Тем более на такую цель, где я был исключительно наблюдателем за самым интересным представлением в своей жизни.

Любая охота заводила меня. Охота на нее – подавно. Порой я был на расстоянии вытянутого пальца, но она обо мне не знала. Потому что никто меня не знал и никогда не узнает. Я тень, что преследовала свою цель, а догоняя – уничтожала. Но тут я просто смотрел и иногда включался в игру поближе, чтобы почувствовать аромат и прикоснуться к игрушке в моих руках.

Каждый день я позволял себе чуточку больше, сегодня – еще один шаг. Мне мало предыдущих, хотелось еще и еще. Как на игле, на которую подсаживаешься и соскочить уже не в состоянии, сам уж точно.

Прошло минут двадцать, и тонкая фигурка выбежала из подъезда. Расплакалась и раскраснелась. Дрожащими руками Маша завязала волосы в небрежный пучок и осела на скамейке, прижимая руку к аккуратной груди. Как много люди придают внимания другим людям и их поведению…было время, когда я всерьез решил изучить этот вопрос, но не понял, потому что у меня не было заложено схожих с ними данных.

Я медленно приблизился к Маше, не попадая в зону видимости. К слезам я всегда относился одинаково никак, кто бы ни был передо мной. А это порой бывали и взрослые, и молодые, и дети. Нет, детей я не убивал и даже старался сделать так, чтобы они не становились свидетелями, но осечки бывали и у меня.

И все-таки я не хотел, чтобы из них выросло то, что выросло из меня. Может я понимал одно: никто такого не заслуживает.

Слезы Маши впервые за очень долгое время вызывали во мне злость на того, кто заставил ее плакать. Все просто. Когда я злился, это обычно выливалось в убийство. Нет триггера – нет проблем.

Но я очень давно не убивал из собственной прихоти. Мне было все равно на людей.

Вид заплаканной Вяземской застыл стоп-кадром в глазах. Без намеченной цели, скорее просто так, я схватил телефон и набрал незамысловатое сообщение той, от которой по-хорошему следовало бы держаться подальше.

Она любила читать, а я не мог смотреть на ее слезы и был готов отвлечь любыми способами, открытыми мне.

Маша услышала трель телефона и посмотрела на экран, стирая слезы тыльной стороной ладони. Она долго смотрела в телефон, прикусив губу, а затем медленно обернулась. В свете тусклого фонаря я увидел переливающуюся от слез кожу. Не накрашенная. Все как мне нравилось.

Я ловил себя на мысли, что мне в ней нравилось все, настолько сильно нравилось, что даже негативные эмоции куклы заставляли меня злиться.

Что-то настрочив, она отложила смартфон в сторону, а затем тяжело выдохнула, запрокинув голову назад. Прядь волос выбилась из прически и у меня зачесались руки, так хотелось поправить самому. Провести пальцем по нежному шелку и получить свою дозу тактильного наслаждения.

«Моя любимая книга. Мы знакомы?» упало мне на телефон.

Ты даже не представляешь насколько, девочка.

Дождавшись, пока Маша сядет за руль, я пошагал прочь от дома через протоптанную дорожку к своему внедорожнику-танку. Совсем скоро на другом конце города я буду из первого ряда наблюдать последнее представление на сегодня.

Самое откровенное и мое.

Острота запретного будоражила как никогда.

ГЛАВА 2

ПОРОЙ ТО, ЧТО МЫ ХОТИМ, СОВСЕМ НЕ ТО, ЧТО НАМ НУЖНО

МАША

Я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра.

Когда я застала своего парня в объятиях голой лучшей подруги, жизнь, конечно же, не прекратилась, но зато я потеряла сразу двоих близких, как мне казалось, людей. Глотая слезы в тот вечер и сидя под домом уже бывшего жениха, мне казалось, что душа разломалась на мельчайше осколки.

Больно, обидно и досадно. А как все красиво начиналось? Он ухаживал, не давал прохода буквально, и самое смешное…меня с ним столкнула именно Ася, та самая лучшая подруга. Именно с ней в компании я и познакомилась с Лешей. Добродушным парнем, который даже не знал, кто я такая. Мне казалось это странным, ведь мое лицо было на всех таблоидах. Не хвастаясь, самая востребованная модель в столице, у меня множество контрактов…но яркая обложка не равно такой же яркой жизни.

Конечно, отнекиваться было смешно, я застала их буквально на горячем. Прикусив губу, я старалась не плакать, старалась принять удар достойно. Меня так папа учил. Но что-то в итоге пошло не так.

–Это не то, что ты подумала, маленькая, – в этот раз такое обращение вызвало рвотный позыв. Мерзко. Отмахнувшись от протянутой руки, я перевела взгляд на Асю, пытающуюся прикрыть голую грудь моим пледом. Это я его купила. Я им пользовалась, когда приезжала к Леше в гости.

Подруга же молчала, потупив взгляд. Большего мне было не нужно, в один момент я осталась без парня, сделавшего мне предложение, и без подруги, с которой мы дружили добрых лет десять.

Я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра.

Простые слова, присланные с незнакомого номера. Просто цитата из моей любимой книги. И внутри что-то щелкнуло. Словно это сообщение было призвано отвлечь меня, переключить фокус со слез на что-то более важное.

От простого сообщения, обычных букв, сложенных в незамысловатую фразу, я почувствовала тщедушное облегчение.

Слезы высохли, но оставили после себя пустоту. Кричащую пустоту, оглушающую. Но в то же время эта пустота принесла мне облегчение.

М: «Моя любимая книга. Мы знакомы?»

Незнакомец: «Не знакомы».

М: «Вы просто написали эту фразу на незнакомый номер?».

Незнакомец: «Ты первая ответила про книгу. Значит, ты настоящая».

Я тыкнула в настройки и увидела, что у меня фото доступно всем. Странно. Обычно я так не делала. Безопасность превыше всего. Даже в имени стояла лишь буква М. Не то Маша, не то Марго, а может и Миша, к примеру.

Фуууух.

М: «А вы настоящий?».

На заставке черный экран, просто квадрат Малевича какой-то. А имя так вообще. Незнакомец.

Незнакомец: «Смотря для кого. Для тебя могу».

М: «Почему?»

Незнакомец: «Почему нет?».

Я улыбнулась. Мы говорили долго, и все сводилось лишь к общим понятиям. В личное никто не лез. Но в этих разговорах ни о чем скрывалась самая большая ценность для меня.

–Маш, больше чувств, ты сегодня варенная какая-то, – кричал постановщик в очередной раз.

Натягивая на лицо нужное выражение, я все не так обыгрывала «рабочий взгляд».

–Извини, – шептала, откинув волосы в сторону.

Прошло три дня, и я пока не могла привыкнуть к новой реальности. Пусть некоторые вокруг очень старались исправить это. В особенности моя сестра, которая тоже варилась со мной в одном «модном котле».

А еще достаточный отрезок времени у меня теперь занимал телефон и переписка с тем, кого я совсем не знала. Но его смс я ждала больше всего. Иррационально. Мне бы закрыть мессенджер, кинув контакт в чс. Мало ли кто мог узнать мой номер и написывать мне, но тем не менее…я этого не делала. Хватая телефон еще до того, как прозвучит оповещение.

Мне казалось, что он понимал меня лучше всех.

–Нам нужно отснять идеально, как ты можешь, – Фед подошел ко мне, сложив руки на груди и сканируя при этом мое лицо. Я не любила то, как он на меня смотрел, особенно, когда я снималась в купальнике, что было очень часто. Он же толкал меня на ню-фотосессии, и мой ответ всегда был отрицательный. Имели место свои табу, и это входило в этот перечень.

Мне, разумеется, предлагали большие деньги, но я не нуждалась в них. Свой комфорт важнее.

–Я поняла, Фед, все будет, – отвернувшись от мужчины, прошептала я. Но его взгляд меня не отпускал. Неприятно внимательный. От которого потом хотелось помыться. И это при условии, что внешность у него была небезобразна. Уверена, что многие отменили бы его как красавца.

Мы работали вместе год, и ровно до момента, пока у меня не появился парень, он не прекращал попыток заполучить меня. Даже с отцом познакомился на одном из светских мероприятий. Но понравиться моему отцу сложно, в особенности в качестве претендента на сердце дочери.

Ему и Леша не нравился, зато нравился один из его сотрудников. Подающий большие надежды.

–Маш, что происходит? – склонив голову, серьезно спросил. Улыбка при этом растягивалась как у Гринча.

–Ничего, – я попыталась улыбнуться, но вышло такое себе. —Давай работать.

–Ладно, потом поговорим. На кофе сходим? – опять улыбка маслом скользнула по лицу. У меня же в голове возникло сразу несколько гадких ответов на это предложение. Не до ссор сейчас было, да и в целом я не любила переходить на личности.

–Извини, я с папой встречаюсь сегодня.

–Так поздно встречаешься?

–Ага.

Нагло соврала. А врать я так себе умела несмотря на то, что окончила актерские курсы и училась сейчас на факультете культурологии заочно. К величайшему неудовлетворению своего отца, мечтающего, что дочь станет полноправной преемницей прибыльного бизнеса.

Но я про эмоции. Я не про деньги. Хоть модельный бизнес приносил мне немало.

–Ну значит в следующий раз. Да? – он навязчиво протянул ко мне руку, но в ответ я лишь хмыкнула неоднозначно.

Остаток рабочего процесса прошел относительно спокойно. Только под пристальным вниманием, как обычно, что называется. Несколько кадров снимались на открытом воздухе в сгущающихся сумерках.

В какой-то момент я почувствовала жар, скользящий от затылка по спине вниз. Мелкими иголками странные импульсы прошлись по телу. Я замерла и обернулась. Но ничего, кроме пустой улицы, не увидела.

–Маш, последний кадр. Соберись. Знаю, устала, но потерпи, – кричал мне фотограф, и я вернулась в работу, четко осознавая, что кто-то, кроме Феда, наблюдал за мной.

Это я могла ощутить всегда, любое внимание тело остро чувствовало.

После окончания я постаралась скорее умыкнуть от всех, чтобы переодеться и быстро уехать с локации. Главное не попасться на глаза Феду. Он бы точно увязался провести и плевать, что я на машине и «еду к папе».

Уже выбегая за пределы шоурума в самую непроглядную темень, по телу прошлась очередная волна дрожи. А еще стало как-то не по себе. До парковки было каких-то сто метров, но дорога к ней представлялась для меня необычно пугающей. Ветер сдувал волосы в лицо.

Шорох листьев заставил вздрогнуть. Я замерла, не дыша, а потом обернулась. Никого.

«Спокойно. Накручиваешь себя, Маш».

Но до машины я теперь буквально бежала, нашептывая себе, что отдыхать надо больше. Иначе не долго и с ума сойти.

Уже очутившись внутри, я резко заблокировала двери и выдохнула.

–Совсем с ума сошла, – пробубнела себе под нос, запуская двигатель.

На приборной панели появился значок нового смс. Я провела пальцем и прочитала:

Незнакомец: «Красота в глазах смотрящего. Ну а ты как всегда на высоте».

Легкая улыбка окрасила губы, но в тот же миг маленький червячок сомнения вылез наружу.

М: «Откуда ты знаешь?».

Незнакомец: «Не видел ни одного билборда, где ты бы получилась плохо».

Это заставило меня вздрогнуть.

М: «Теперь ты знаешь, кто я. Немного странно».

Неприятно, однако.

Незнакомец: «Но разве ты настоящая там? Настоящая ты вне кадра. Уверен. Твои глаза не излучают счастье на фото».

Я задержала дыхание, всматриваясь в строчки. В носу защипало, но я отгоняла от себя плохие эмоции.

Подумаю об этом завтра.

ГЛАВА 3

МОР

Смотря в прицел на с виду законопослушного гражданина, я чувствовал тихое дыхание смерти рядом с собой. Она тоже смотрела в свой прицел, готовая забрать нового кандидата в ад. В том, что ему туда и дорога, сомнений не было. Палец уверенно опустился на курок, пока что давая люфт и несколько минут жизни тому, кто ее не заслуживал.

Ублюдок улыбался, сидя в компании таких же нечистых на руку бизнесменов, решающих свои вопросы грязными способами. Но я не полиция нравов, у меня в друзьях тоже не законопослушные граждане, однако у них хотя бы были принципы. В отличие от некоторых.

За столом был и Вяземский. Дочь абсолютно не была похожа на отца, и это даже хорошо. Кто-то в семье должен быть адекватным. Если брать во внимание всю семью Маши, то в целом об адекватности говорить не приходилось в общем-то. Что мать повернута на бабках, что отец. Последний разве что любил дочь и делал для нее все. А с материнскими инстинктами в семье Вяземских не складывалось.

Интересно, как такая нежная девочка смогла вырасти в подобном окружении?

Внезапный шорох отвлек меня. Резко поднявшись, я двинулся за колонну в еще недостроенном доме, стоящем ровно напротив места встречи моей новой цели. Но тревога оказалась ложной. Просто ветер. Вновь заняв исходную позицию, я выдохнул, всеми органами чувств сканируя пространство.

Обхватив рукоять, упер приклад в плечо. Через прорезь в планке установил «точку». Как жизнь мимолетна и быстротечна. Я задержал дыхание, прислушиваясь к сердцебиению. Природный насос наполовину мертвый, но все еще гоняло кровь. Зачем? Ради чего?

Удар. Пауза. Еще удар. Пауза. Палец спустил курок.

Выстрел.

Звук битого стекла прорезал пространство. Крик и шум заполнили реальность.

Добро пожаловать в ад, господин хороший.

Быстро уложив оружие в скромного вида тубус, я накинул на себя батник с широким капюшоном, скрывающим лицо целиком. В здании напротив давно уже началась паника и давка, оно и понятно.

Через считанные минуты все новостные каналы города будут без остановки транслировать сообщения о том, что местный адвокат, занимающийся довольно громкими делами, был застрелен в одном из фешенебельных заведений города точечно в голову.

А мне нужно было идти в другое место. Кинув беглый взгляд на смартфон, я увидел сообщение.

М: «Тебе никогда не приходило в голову, что за тобой следят? Представляешь, я сегодня чуть с ума не сошла, думала, что все…крыша поехала. Показалось».

Потому что я следил за тобой. Я криво улыбнулся, набирая ответ:

Незнакомец: «С чего такие мысли? Может отдыхать надо больше?».

М: «Не знаю. Чувствую на себя взгляд. Именно это и пытаюсь сделать. Уже почти сплю».

Ага. Да, уже одиннадцать, она обычно засыпала до десяти, а я приходил к полуночи. Чтобы как верный пес сторожить ее сон. До сих не мог понять, зачем мне все это. Но что-то с невиданной силой тянуло меня забраться в ее квартиру, прикоснуться к нежному лицу и испытывать при этом очередной жгучий прилив возбуждения.

Вот и сейчас, быстро доехав до знакомого дома, я бесшумной тенью прошел через охраняемые ворота, имея свой «ключ», поднялся на нужный этаж, предусмотрительно обойдя все камеры наблюдения и, благодаря быстрым движениям смычка, оказался внутри. Тут пахло мятой и цитрусом. Прикрыв глаза, втянул в легкие невозможный аромат. Меня вставляло от него. И вставляло от нее.

Толкнув дверь, я наконец-то увидел то, ради чего пришел сюда. Каждую ночь ситуация не менялась. Девушка спала, распластав руки и ноги по широкой кровати в совсем не соблазнительной позе. Но я смотрел и чувствовал, как член в штанах наливался от возбуждения.

Почему она? Почему на других нет такого? Даже когда они голые и верхом на мне. Результат один. Я закрывал глаза и виде ее, девушку, с которой однажды столкнулся в клубе и не смог ее больше отпустить.

И сейчас, преследуя ее даже во сне, я понимал, что с каждым днем подхожу все ближе и ближе к пропасти. Путь туда мне заказан, если я продолжу в том же духе.

У меня не может быть слабостей, даже таких физических, от которых не было спасения ни с одной шлюхой, явно умеющей в разы больше Маши. Я трахал их раком и мысленно представлял другую, только так получалось дойти до пика.

Мне нужно было переключиться, ведь Мор неуязвим. Это было бы правильным решением, ну а пока я стоял возле двери и не моргая следил за тем, как девушка с блондинистыми волосами, переливающимися в лунном свете, размеренно дышала. Как аккуратная грудь поднималась вверх и опускалась вниз. Как оголенные бедра обхватывали одеяло, как ягодицы оголялись от движения сонного тела по кровати.

Картина возвращала меня в события трехмесячной давности, когда я впервые увидел ее.

ТРИ МЕСЯЦА НАЗАД

МОР

Специфическая особенность у меня одна – любил тишину, но проводил время в шуме, что заглушал все. Сложно сказать, в какой момент я стал довольно часто бывать в клубах, где беспечная молодежь прожигала свою жизнь. Все шло по кругу, одно и то же. Ничего уже не могло бы меня удивить.

Наверное, так я научился читать людей. Мне была интересна их жизнь, повадки и инстинкты, скрывать которые они не умели. Где как не здесь увидеть всю глубину пороков?

Тут иногда выполнялись задания, разумеется, где в водовороте спиртного и развратных девиц было легко убрать нужного человека без единого выстрела. Сегодняшний день – просто наблюдение за новым объектом. Еще один из длинного перечня.

Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять: от его смерти этому миру станет только лучше. Зажравшийся политикан, живущий за счет откусываний городских и региональных бюджетов, прогнивший до самого нутра представитель власти, сальный, что аж вонял жиром. Имел жену и трех любовниц, но и это не мешало ему снимать однодневок в таких заведениях. А позже убивать их в процессе утоления голода. Не всех, но прецеденты были.

Убрать его решили свои же, быстро скинуть с дороги и забрать свой куш из пышной доли. Просто передел власти, во все времена он был, есть и будет.