Слезы исцеляют. Как слушать детей

«Слезы – это слова, которые должны быть написаны».

Когда основательница «Родительства рука об руку» Патти Уипфлер была молодой матерью, одна знакомая спросила, каково это – быть родителем. Патти расплакалась и объяснила, что, хотя всегда любила детей, родительство оказалось гораздо более утомительным и напряженным, чем она думала. Она призналась, что начинает терять самообладание, проявляя агрессию по отношению к детям так же, как поступали родители с ней самой. Патти говорила и плакала, а та женщина просто слушала.

Вернувшись после этого разговора домой, Патти поняла, что чувствует себя совершенно иначе. У нее появилось гораздо больше энергии и терпения, чтобы общаться с детьми. Когда Патти в следующий раз встретилась со своей собеседницей, она спросила, почему так получилось. Женщина рассказала о простом методе слушания, который она применила, и о том, как он может помочь в освобождении от сложных эмоций.

Патти начала изучать слушание на курсах и договорилась о взаимном слушании по очереди с другой мамой. Она старалась понять, как простое проговаривание, смех, плач и размышления о собственном детстве помогали ей убирать эмоциональные преграды для того, чтобы быть хорошей матерью.

Сторителлинг: ключ к успешному родительству

Умение рассказать историю своей жизни – основная составляющая воспитания счастливых, эмоционально устойчивых детей. Интуитивное открытие Патти нашло подтверждение в недавних исследованиях: ученые из Университета Беркли установили, что чем более последовательно мы можем рассказать историю нашего детства, тем сильнее будут привязаны к нам дети. Исследователи обнаружили: то, как мы растим детей, определяется происходившим в нашем собственном детстве, а также тем, насколько нам удается разобраться в этом.

Они определили последовательную историю как более глубокий и подробный анализ, а не просто навешивание ярлыков вроде «счастливое» или «ужасное». В последовательных рассказах события и эмоции логично сочетаются, выстраивают объемную картину. Это не просто описание событий без личных эмоциональных реакций или перечисление эмоциональных реакций без описания событий, вызвавших их. Умение изложить последовательную историю было самым важным фактором, определяющим степень привязанности детей к нам. Кроме того, выяснилось, что те эпизоды из прошлого, о которых нам трудно говорить, тесно взаимосвязаны с теми аспектами нашей взрослой жизни, где мы испытываем сложности1.

История часто повторяется, хотим мы того или нет. У нас могут быть самые лучшие намерения стать «идеальными» родителями, но внезапно мы теряем самообладание и применяем в отношении ребенка методы, которыми совсем нельзя гордиться, особенно если дети выводят нас из себя. Это почти всегда происходит, когда мы устали и испытываем стресс.

Профессор психиатрии Дэниел Дж. Сигел в книге «Родительство изнутри» объясняет, что происходит в мозге, когда мы попадаем в стрессовые обстоятельства. Лимбическую систему (эмоциональный центр мозга) переполняют эмоции, а префронтальная кора (разумная, думающая часть мозга, управляющая контролем над импульсами) отключается.

Когда ребенок, например, нарочно бросает еду на пол, бьет братишку или сестренку, мы можем бессознательно вспомнить, как взрослые обращались с нами в подобных ситуациях. Эти воспоминания вызывают сильные эмоции, поэтому бывает сложно ясно мыслить в такие моменты. Мы можем реагировать автоматически, не обдумывая ответных действий, просто воспроизводя модель поведения наших родителей.

Рассказ своей истории помогает ослабить власть прошлого над нами. Мы можем полностью пережить эмоции по поводу собственного прошлого опыта и освободиться от них, так чтобы больше не возвращаться к ним в настоящем. Тогда, оказавшись в стрессовой ситуации с детьми, мы можем вернуться к эмоциональному равновесию и осознанно обдумать свою реакцию.

Плач – это неотъемлемая часть процесса сторителлинга. Одно исследование доказало, что люди, проходящие психотерапию, лучше восстанавливались и скорее достигали положительных изменений в жизни, если плакали во время сессий2. Слезы помогают сбросить эмоциональный груз нашего опыта. Так, мы получаем возможность понять смысл происходившего в жизни, можем рассказать свою историю более последовательно.

Когда у нас есть внимательный, поддерживающий слушатель, безопасность и пространство, где можно свободно поговорить о своем настоящем и прошлом, мы начинаем плакать. Возможно, это случится не сразу, поскольку все мы научились так или иначе сдерживать свои чувства. Но со временем мы можем восстановить естественную способность к исцелению, начать плакать о воспоминаниях, давным-давно погребенных в прошлом, о событиях, которые, как мы думали, вовсе нас не расстроили. Писатель и преподаватель писательского мастерства Луиза Десальво описывает восстановление подобных чувств как «то, что мы должны были почувствовать в тот момент, если бы не были так напуганы»3.

Непролитые слезы: история, которую мы должны рассказать

Я выросла, думая, что мне особо нечего рассказывать о своей жизни. У меня было нормальное счастливое детство, хотя меня часто тянуло к людям, которые «настрадались». У моих друзей были жестокие или зависимые от вредных привычек родители. Я сравнивала свое прошлое с их опытом и считала, что у меня нет повода жаловаться.

Однажды я была на писательской вечеринке, и мы обсуждали, необходимо ли страдать, чтобы стать писателем. Помню, я сказала: «О, у меня было счастливое детство – я просто чувствительный человек». Мне казалось, что именно это слово «чувствительный» лучше всего объясняет мою писательскую чуткость. Но все же оно никак не объясняло моего детства и сложностей во взрослой жизни.

Нас всегда учили минимизировать свои чувства, говорить «все в порядке» и изображать бодрый вид. Наше детство казалось нормальным, потому что мы не знали ничего другого. Но, повзрослев, мы можем более осознанно анализировать прошлое.

Когда я узнала о целительной силе слез, то поняла, что никто из нас не мог свободно плакать в детстве. У всех есть невыплаканные слезы. Не так-то просто разделить человечество на тех, у кого было травмирующее детство, и тех, у кого оно было счастливым. Мы все можем извлечь пользу из размышлений о своей жизни и освобождения от некоторых чувств. Каждый раз, делая это, мы усиливаем нашу связь с детьми, поскольку наши прошлые раны больше не мешают нам становиться теми родителями, какими мы хотим быть.

Как дела в воспитании детей?

Чтобы обнаружить пользу рассказывания истории своей жизни, найдите друга или партнера для слушания через сообщество «Родительство рука об руку» онлайн либо очно в вашей местности (см. Приложение, стр. 253).

Чтобы ощутить силу слушания, вы и ваш друг или партнер можете по очереди пять минут говорить, а потом столько же слушать друг друга. Этот небольшой эксперимент стоит провести для проверки навыков и для демонстрации силы воздействия, которое оказывает даже короткое время слушания.

Задайте друг другу простой вопрос: «Как твои дела в воспитании детей?». Слушая, старайтесь не перебивать, не давать советы и не рассказывать своих историй, пока говорит другой. Не судите о собеседнике по его трудностям, вместо этого сконцентрируйтесь на слушании. Договоритесь сохранять конфиденциальность и не выносить информацию за пределы сессии. Подробнее об этих простых правилах я расскажу в четвертой главе.

Возможно, вы не расплачетесь, как это случилось с Патти, но начнете создавать пространство и безопасное место для проговаривания чувств. Впоследствии вы поймете, как ваше прошлое обусловливает нынешние действия.

Когда родитель находит партнера по слушанию, он часто начинает с рассказа истории своей жизни. Говорить и слушать друг друга по очереди – отличный способ познакомиться с кем-то или углубить существующие отношения. Рекомендуется не делать этого с супругом, по крайней мере пока вы начинаете учиться слушанию: обстановка может накалиться из-за того, что вы оба эмоционально вовлечены в процесс воспитания детей.

Чтобы начать партнерство по слушанию, выделите по 30–45 минут и начните рассказывать свою историю в форме потока сознания: вы можете перепрыгивать с одного воспоминания на другое как по камням для перехода через ручей, просто следуя туда, куда вас ведет память.

Запись историй из вашей жизни также может быть эффективным способом упорядочить мысли и воссоздать последовательную цепочку событий. Вы можете попробовать вести такие записи, читая эту книгу, если вам не удается сразу найти подходящего партнера. Однако все же лучше всего, когда есть другой человек. Тогда, если вас переполнят эмоции, рядом будет кто-то, с кем можно посмеяться и поплакать. Мы привыкли прятать свои эмоции – многих прогоняли в свою комнату или запрещали плакать, – поэтому присутствие человека, принимающего нас безусловно, вне зависимости от того, что с нами происходит, оказывается мощным целительным средством.

Другой способ использования партнерства по слушанию – обсуждение тех сфер жизни, где у вас возникают трудности в настоящем времени. Это может быть как родительство, так и другие аспекты жизни, которые вы хотели бы изменить. Расскажите партнеру, что вводит вас в состояние стресса и подавленности. Все, что вызывает в вас сильные чувства, скорее всего, связано с душевными ранами, нанесенными раньше. Отметьте такие моменты как возможные темы для разговора. Спросите себя (это может сделать и партнер по слушанию), не напоминает ли вам нынешняя ситуация о чем-то из прошлого, о ваших детских тревогах и обидах. Отследив взаимосвязь актуальных проблем с прошлым и освободившись от накопившихся переживаний, мы сможем более ясно обдумать, что делать сейчас.

Когда моей дочери исполнилось два года, я стала замечать, что она иногда стесняется незнакомых людей. Это часто бывает в таком возрасте, но я начала беспокоиться, что над ней, как и надо мной когда-то, будут издеваться, и девочке будет трудно завести друзей. Я говорила об этом во время сеансов слушания, просто вспоминая различные эпизоды. Когда мне было семь-восемь лет, я попыталась подавить свои эмоции по поводу происходящего: если происходило что-то плохое, просто не думать об этом.

Сейчас с партнером по слушанию я начала вспоминать эти моменты. Девочки постоянно стаскивали с меня ободок и прятали его. Они заставляли меня делать что-то для них, например, убирать их контейнеры для завтрака. Во время игры в чехарду они постоянно сбивали меня с ног, хотя и обещали не делать так. Они больно дергали меня за волосы расческой. Одна из обидчиц сломала ручку, которую я купила на свои накопленные карманные деньги.

Когда я рассказывала это партнеру по слушанию, то снова проживала те же самые эмоции – я заплакала. Собеседница помогла мне освободиться от чувств, которые, оказывается, не отпускали меня с тех давних пор.

Каждый раз, заговаривая об этом, я снова плакала, вспоминая детские обиды. Уверенность в себе стала мало-помалу возвращаться. Я избавлялась от застенчивости и меньше беспокоилась о том, что моя дочь стесняется окружающих. Теперь собственные раненые чувства не мешали ясно думать, как помочь ей.

Знакомство со слушанием в игре

Вскоре после этих сеансов слушания мы с дочкой пришли в гости к моей знакомой. Ее двухлетний то забегал в комнату, то мчался обратно. Дочка сидела у меня на руках и сосала пальцы – верный знак, что она нервничает. Я стала играть, как будто тоже боюсь мальчика. Каждый раз, когда он пробегал мимо, я «пугалась» вместе с дочерью, вскрикивая: «Ой-ой-ой!» Вскоре она уже смеялась. Это один из инструментов, которому я научилась на тренинге в «Родительстве рука об руку». Он называется «слушание в игре».

Слушание в игре подразумевает под собой, что мы находим что-то, что рассмешит ребенка. Мы, родители, играем здесь второстепенную роль, просто повторяя какое-либо действие снова и снова, пока ребенок не захохочет. Когда я изобразила страх, дочь начала чувствовать себя сильнее, смех помог ей сбросить нервное напряжение. Еще через несколько минут дочка с радостью пошла играть в железную дорогу с новым другом, и дети очень хорошо ладили весь оставшийся день.

А я смогла оставить прошлое позади и сосредоточиться на нуждах дочери в настоящем. Если бы я не проанализировала собственное детство, я бы была такой же напряженной, как дочь, и не смогла бы помочь ей. Вероятно, почувствовав мое состояние, она бы ощутила еще больший дискомфорт. Избавившись от собственной застенчивости, я смогла помочь ей обрести уверенность в себе.

Дети – наши величайшие учителя. Они находят то, что нам нужно оставить в прошлом и изменить в своей личности. Родительство – это шанс вырасти и стать лучшей версией себя. Глубокое понимание собственной эмоциональной жизни закладывает основу для сочувствия и терпения, чтобы справляться с сильными чувствами детей. Сложности, через которые мы проходим, то смеясь, то плача, делают нас теми родителями, которые нужны детям.

Истории наших детей

Наши дети хотят быть близки с нами и рассказывать нам свои истории. Им нужно, чтобы мы знали, что происходит в их жизни. Они хотят иметь возможность как следует плакать вместе с нами – с младенчества вплоть до подросткового возраста. Существует распространенное неверное представление, что, вырастая, дети неизбежно начинают искать эмоциональную поддержку у ровесников. Но если мы сможем продолжать слушать ребенка, принимать его чувства и разбираться со своими собственными, то сохраним эмоциональную близость, даже когда он станет независимым, заведет друзей и заживет своей собственной жизнью. Многие родители, которые применяли подход «Рука об руку», смогли поддерживать близкие отношения с детьми в подростковом возрасте и далее.

Первый язык младенца – это плач. Ребенок плачет, чтобы выражать потребности, а также исцеляться от огорчений. Малышам нужно столько всего рассказать нам! Они плачут, чтобы справиться со значительными и мелкими переживаниями, пока привыкают к этому новому миру. Для ребенка первого года жизни естественно каждый день много плакать.

Будучи неопытными родителями, мы часто нервничаем и тревожимся, пытаясь выяснить, в чем нуждается ребенок. Когда мы отвечаем за маленького человека, то хотим быть уверены, что он здоров, сыт и доволен.

Важно помнить, что плач ребенка не всегда является требованием исправить что-то прямо сейчас. Иногда это способ рассказать историю из прошлого – и восстановиться после травмирующих переживаний.

Однажды, когда моя дочка была совсем малышкой, мы отправились на прогулку. Неожиданно из-за угла появилась наша соседка. Девочка напугалась и неожиданно заплакала. Она продолжала плакать даже когда соседка скрылась из вида, хотя в тот момент все было в порядке: она в безопасности, со мной. Я спокойно утешала ее, но этот неожиданный момент напугал дочку, ее тело вошло в режим «бей или беги» – естественный способ подготовки к реагированию на опасность, при котором происходит выброс стрессовых гормонов. Когда же она поняла, что опять находится в безопасности, то заплакала и смогла восстановиться. В этом примере пугающий, расстраивающий фактор появился всего лишь за несколько секунд до того, как дочка заплакала.

Стресс во время беременности, травмирующие роды или медицинские вмешательства также могут быть причиной того, что младенцы много плачут. В одном из своих исследований д-р Пяйви Туире Раутава, финский педиатр, обнаружила: проблемы или стресс во время беременности либо осложненные роды повышают вероятность того, что младенец будет много плакать4.

У детей не всегда есть возможность свободно плакать, поэтому они накапливают эмоциональный груз переживаний, который затем проносят через все детство во взрослый возраст. Помогите им облегчить этот груз, научившись слушать их слезы!

Наши дети порой плачут о чем-нибудь неделями, месяцами и даже годами, после того как событие произошло. Но, как видно из приведенных примеров, мы по-прежнему можем исцелиться от переживаний нашего детства, даже становясь гораздо старше.

Однажды утром, когда моей дочери было два года, она проснулась рыдая. Может быть, ей приснился плохой сон?.. Я вошла в нашу спальню, села на кровать и обняла ее, вместо того чтобы пытаться чем-то отвлечь малышку. Я решила выслушать ее – и, рыдая, она воскликнула: «Мамочка уронила меня!». Несколько дней назад в бассейне она прыгнула в воду, а я должна была поймать ее, но на мгновение она выскользнула из моих рук и ушла с головой под воду. Только после этого я поймала ее.

Я заверила дочь, что теперь она в безопасности, не перебивала рассказ, дала ей поплакать, чтобы освободиться от страха, который остался с того инцидента. Когда она успокоилась, мы вместе восстановили последовательность событий во время того инцидента, чтобы она поняла: несмотря на испуг в тот момент, я уберегла ее.