ОдноклассНики: первая любовь

Предисловие-посвящение

Только я дописала эту историю, как вспомнила что-то очень важное: мои родители – одноклассники! И как вы понимаете, без этой школьной встречи не было бы писательницы Анны Орти!

Папа переехал в Нижний и последние два года учился вместе с мамой. В школе она не особо обращала на него внимание, разве что математику списывала.

И вот через два года после выпускного, когда папа уже вернулся из армии, мама случайно встречает его на улице: рыжего, конопатого, но чертовски настойчивого. Спустя одиннадцать лет после этой встречи на свет появлюсь я. И это уже совсем другая история…

Вдохновившись последней встречей со своими школьными друзьями, я взяла в руки телефон и начала писать книгу, которую вы держите в руках. Тёплую, летнюю, про прошлое, которое не отпускает и напоминает о себе снова и снова. А будущее…

Читайте – и всё узнаете!

Сюрприз на день рождения

Ника вышла из калитки детского сада и поняла, что нужно торопиться. Может, сегодня она даже всё успеет. Но это неточно. Она решила отвезти детей сама, хотя знала, что день будет горячим, пусть на календаре и без недели Новый год.

Нику уже ждал водитель, и она села в машину, чтобы скорее оказаться в уютном офисе в богемном районе Парижа. Сегодня у неё встреча с литературным агентом. Год назад вышла её книга «Гид по Парижу» о том, где лучше всего выпить и, соответственно, закусить в самой романтичной столице Европы. Книга стала популярной не только во Франции, но и в России, на родине мадам Перье.

Вероника Перье, или Ника, как она называет себя с самого детства, умудрилась выйти замуж не просто за француза, а за потомка тех Перье, чью минеральную воду называют самым известным безалкогольным шампанским. Прадедушка Филиппа основал первое производство воды в зелёных бутылочках, правда, сейчас бренд принадлежит швейцарской «Нестле».

В московском офисе компании как раз и произошла встреча Ники и Фила. Молодая пиарщица опаздывала на собеседование в иностранную компанию. А их в огромном офисном здании – тысяча и одна штука. Вероника Вишнякова вышла не на том этаже и зашла не в тот офис. А виной тому не очень удачные линзы. Но она была так уверена в себе, что молодой Перье, всего на три года старше соискательницы, согласился провести с ней собеседование, хоть его отдел продаж и не планировал никого нанимать в ближайшее время.

Как потом расскажет муж, это была любовь с первого взгляда. Пробивная шатенка влетела в его офис и долго извинялась: по стечению обстоятельств на собеседование её ждал тоже Филипп, но он, находясь в офисе этажом ниже, остался ни с чем, а месье Перье взял на работу, а потом и в жёны, личного помощника.

Это было десять лет назад.

В середине две тысячи десятых семья решила уехать на родину Филиппа. Родные предложили мужу возглавить ресторанный бизнес, которым семья занимается уже почти век. И вот уже шесть лет бывшие москвичи носят береты, едят багеты и делают фото у Эйфелевой башни.

Ника так быстро вписалась в новую жизнь, как будто и не было этого переезда. В совершенстве освоила язык, который изучала ещё в школе, отлично поладила с родителями и многочисленными родственниками мужа. Потому что главное её качество – находить общий язык. И не случайно после второго декрета, продлившегося не больше четырёх месяцев, она придумала себе новый вид деятельности: организация туров по гастрономическому Парижу. В помощь и муж, управляющий многочисленными заведениями по всей Франции, и влиятельные друзья, и соотечественники, жаждущие круассанов и вина.

Сейчас в штате у Ники шесть потрясающих гидов, хотя и сама она охотно берётся за одну-две экскурсии в неделю для ВИП-заказчиков, помощник по офису, по рекламе, фотограф, видеограф и продюсер её блога, в котором почти полмиллиона подписчиков.

В семь утра её разбудил приятный звонок: на другом конце трубки мама. Ведь сегодня, двадцать второго декабря, у Ники день рождения. Чуть позже именинницу поздравят дочки Катрин и Зои, которые ворвутся в спальню с нарисованными открытками, потом по видеозвонку Ника услышит много приятных слов от старшей сестры, а муж умудрится незаметно пронести в квартиру огромный букет белоснежных калл, которые так любит Ника, и маленькую коробочку от «Картье» – милый сюрприз. Вечером – ужин в семейном кругу.

На заднем сиденье представительского «мерседеса» Ника продолжила говорить по телефону и писать в рабочих мессенджерах: до приезда в офис нужно раздать миллион заданий. Ещё и многочисленные поздравления с самого утра. Уже второй год Ника зарекается работать в этот день, желая посвятить его себе и семье, но… когда у тебя собственный бизнес, это почти невозможно.

Ника позволила себе сделать небольшую паузу и посмотрела в окно. Проезжая мимо известной пекарни Pain d'Epis, вспомнила, что заказала там свежую выпечку для праздничного завтрака с коллегами. Без Лиззи, помощницы по офису, она и об этом забыла бы. Редкий луч зимнего солнца проник сквозь затемнённое окно… Ника зажмурилась и улыбнулась. Как хорошо, что декабрь в этом году не такой холодный и серый! Даже солнце показалось. Наверное, в её честь.

Деньрожденские мысли прервал звонок в мессенджере фейсбука1. Ника смотрела на экран телефона и не могла понять, кто по имени «Станислав» может ей звонить. Но всё же решила взять трубку: нет времени перезванивать, лучше сразу узнать, кто это и что ему надо.

– Алло, я слушаю! – по-русски сказала Ника.

– Вишня-вишня, зимняя вишня… – напел приятный мужской голос из детства, врываясь в парижское утро. – Ты меня узнала?

– Стас?.. Родин? – Конечно, и спустя двадцать лет с окончания школы она узнала его.

– Он самый! С днём рождения, во-первых!

– Спасибо, очень приятно! Стас, если ты не против, давай созвонимся попозже, я сегодня, как это сказать по-русски… – Как бы ей ни хотелось поговорить с ним дольше, но расписание напоминало о себе беспрестанным пиликаньем рабочих сообщений.

– Занята? Не переживай, перезвоню тебе, когда будет удобно. Хотел сказать, что в июне организуем встречу одноклассников. А ты у нас уехала дальше всех, вот и звоню тебе, чтобы ты планировала нас навестить…

– Oh, magnifique!2 То есть круто!

– Скинь мне свой номер в директ.

– Хорошо.

– Ну всё, отмечай, от ребят привет!

Машина встала в нескончаемую утреннюю пробку на проспекте Бретейль. До офиса оставался всего один квартал в сторону Эйфелевой башни. Ника отпустила водителя до вечера и решила прогуляться пешком.

«Почему он выбрал фейсбук?» – единственный вопрос, который её сейчас волновал. Ни налоговая отчётность, ни новая рекламная кампания, ни сегодняшний ужин. Ведь ни одного одноклассника у неё в друзьях на фейсбуке не было. Кроме него. Надо признать, французы охотнее используют его для общения, чем российские пользователи соцсетей.

Быстро зашла на страничку Стаса: фото со всего мира, гаджеты, экраны, техника, но никаких личных данных. «Может, показалось?» – засомневалась Ника в реальности звонка. Чуть не прошла мимо кофейни, где каждое утро брала капучино с корицей: надо поддерживать малый бизнес.

Вишня… Давно её так никто не называл… По дороге в офис она снова возвращалась к звонку одноклассника, а вместе с этим и на двадцать один год назад, когда он неожиданно окликнул её после урока.

– Вишнякова! Ты опять не дала мне списать? – Стас догнал Нику на выходе из класса.

– А должна была? – уверенно отреагировала Ника. Он не ожидал такого отпора.

– Ну, могла бы! Жалко тебе, что ли? У нас с тобой один и тот же вариант… – с меньшим запалом выдал Стас.

– А ты мог бы подготовиться и не отвлекать меня. Я еле успела всё доделать! – Ника почти отшила его, но он не сдавался и шёл за ней. – А то на весь класс только и слышу свою фамилию – «Ви-шня-ко-ва»! Звучит как «ба-бу-шка» из «Ералаша»! Ты сам-то думать умеешь?

Стас понял, что к Нике нужен особый подход, но какой – ещё не разобрался. Она оказалась необычной отличницей. Раньше ему быстро передавали готовые решения, не задавая вопросов, а главное – не читая нотаций. А эта ещё и издевается.

– Умею думать. Вот я сейчас кое-что и придумал! – Стас старался не выдавать смущения и того, что ничего ещё не придумал. – Скоро увидишь!

– Я рада за тебя! – попрощалась Ника, а Стаса уже ждали друзья, наблюдавшие за тем, как он плетётся за Вероникой с жалким видом.

Через пару дней перед физикой – именно из-за неё в прошлый раз так расстроился Родин – Ника села за свою парту и заметила изменения. Она провела пальцем по свежеокрашенной поверхности, на которой кто-то нацарапал вишенку. Уголки её губ слегка поднялись, изобразив лёгкую улыбку.

Родин прошёл мимо в сторону преподавателя с каким-то вопросом, а на стол Ники упала записка: «Теперь ты будешь Вишней, так я смогу быстрее до тебя докричаться? Не ответишь – сварю компот!»

Ника всегда умела дать отпор, особенно в таком глупом споре, когда соперник тонул в своей беспомощности, пуская в ход мелкие угрозы. Поэтому после урока она подошла к Стасу и сказала:

– Люблю вишнёвый компот! А парту портить было необязательно, я и читать умею! Если хочешь, расскажу тебе, как решать эти задачки…

– Да я и сам всё знаю! – не сдавался парень. – А ты теперь всё равно Вишня!

– Неплохо! А ты всё равно Родин. – Ника улыбнулась и отправилась на следующий урок. Больше Стас не кричал её фамилию на уроке, а вот сокращённое имя понравилось и одноклассникам, и Нике.

Предавшись воспоминаниям, Ника не заметила, как оказалась в здании типичной османовской постройки конца девятнадцатого века на проспекте Бурдоне, недалеко от площади Генерала Гуро, где весь третий этаж занимал офис её агентства.

– Ого, кто открыл здесь цветочный магазин? – ахнула с порога Ника, увидев, что весь ресепшен заставлен цветами.

– Да, мадам Перье, ещё и сувенирную лавку! Bon Anniversaire!3 – встретила с объятиями помощница Лиззи.

Подарки, коробки, букеты, любимый торт с миндальными меренгами, кремом из маскарпоне и свежей малиной, коллекционные бутылки и банка чёрной икры… Клиенты, партнёры, спонсоры и рестораторы любили Нику. Даже конкуренты и гастрокритики не могли не признать её талант в ведении своего проекта. Поэтому серый пиар, иногда появляющийся о супруге Филиппа Перье, потомка известного рода, играл ей только на руку: так умело она работала с репутацией.

Сотрудники по очереди поздравили босса. Лоран, видеограф агентства, и фотограф Эрик снимали праздничный контент для блога руководителя. Ника привыкла к камерам и не обращала на них внимания. Лора, которая помогала вести блог «Гастро Гангста Ники», задавала вопросы героине дня, чтобы в аккаунте появилось как можно больше интересных и живых сторис. Пост Ника сделает сама. Как и селфи на фоне праздничного офиса со своими коллегами.

Наступило временное затишье с поздравлениями, и именинница наконец осталась одна в своём кабинете. Села в большое кожаное кресло, уютно обнимающее хрупкую девушку. Закрыла глаза и почувствовала, как мурашки пронизывают всё тело. «А как хорошо я держалась, легко и уверенно. Мы же взрослые люди, почему бы и нет… Голос у него всё такой же… Не спутаешь!»

Ника предалась воспоминаниям и математике. Сегодня ей исполнилось тридцать семь. В семнадцать она окончила школу. «О боже! Двадцать лет прошло!» – молодая женщина не верила цифрам.

Телефон напомнил о себе звонком любимой свекрови.

– Моя дорогая, с днём рождения! Не буду отвлекать тебя, всё скажу вечером! Просто будь счастлива! Чао, белла Верó!

Элена Прекрасная

Надо признать, Веронике очень повезло со свекровью. Как и Элене с невесткой. Конечно, они это поняли не сразу, отчего сейчас ещё больше дорожат дружбой и взаимопониманием.

Мать Филиппа не торопилась проникнуться любовью к Нике, ожидая, что какая-то русская девушка не сможет быть достойной парой её сыну. Уроженка Корсики с итальянскими корнями, Элена Паоли всегда была строгой, но справедливой. А сыновья, унаследовавшие её жгучий темперамент, часто подбрасывали ей проблемы.

Старший сын Перье даже приезжал в Москву, чтобы собрать побольше информации о невесте Фила. Но уехал ни с чем… Искренняя и открытая Ника понравилась Леону. А когда они с младшим братом вернулись в пять утра из турне по ночным клубам Москвы и наутро их ждал вкусный завтрак и ноль упрёков, Леон решил больше не лезть в отношения брата.

Элена и сама помнила, что такое немилость свекрови. Ведь родители её мужа Пьера мечтали о другой невесте для единственного сына: из хорошей семьи и желательно с ветвистым генеалогическим древом, модной красотке и заботливой хозяйке. Не то что эта «цыганка» Элена, в которую по уши втюрился Пьер. Это качество – влюбляться сразу и бесповоротно – Леон и Филипп однозначно унаследовали от отца.

Элена и Пьер случайно познакомились в Лувре, а потом и на кафедре современных искусств, где учились на разных курсах. Страсть к искусству переросла в страсть между ними, от которой молодые люди сходили с ума. Пьер понял: это судьба. Но его родители выступили против такого будущего. От бесконечных конфликтов в конце учебного года Элена сбежала на родную Корсику, где планировала провести всё лето.

Перье-старший сначала уладил вопросы с родителями, попросив их не вмешиваться в его отношения, а потом бросился на поиски возлюбленной. Вечером он как следует отметил предстоящее приключение с друзьями. Они же посадили его на поезд до Ниццы. Там он проспал свой паром и в Аяччо приехал ближе к ночи.

Аяччо – столица Корсики на западном побережье – уже в середине семидесятых была популярным средиземноморским курортом. Город небольшой, около сорока тысяч жителей, но даже среди них найти свою любовь непросто. Здесь родился Наполеон, именно этот факт помог Пьеру сузить место островных поисков. Элена часто упоминала, что семьи Паоли и Бонапарт были близки и жили на соседних улицах.

Пьер вышел с парома и оглядел ночной город. Рыжие крыши, купол собора, возвышающийся над невысокими домами, розовый закат, плавно скатывающийся в море… Удивительно, что он не был здесь раньше: в каком красивом и ярком месте живёт Элена.

Пока он собирался с мыслями, порт быстро опустел. Отправляться на поиски Элены сегодня бессмысленно. Самое лучшее решение – найти ночлег и по возможности ужин. Приключения на голодный желудок – так себе удовольствие.

Спросив у работников парома, которые торопились в город, где можно переночевать, он получил ответ: «Иди в “Жозефину” на проспекте Наполеона». Игра имён понравилась отчаянно влюблённому парню, и через двадцать минут он оказался у входа в небольшую гостиницу.

У стойки из красного дерева его встретил мужчина, однозначно годившийся девятнадцатилетнему Пьеру в отцы. Невысокий, с богатой кудрявой шевелюрой и такими же усами – вылитый итальянец. Имя «Энцо» на бейдже рубашки только подтвердило это предположение.

Пьер сразу рассказал о цели своего прибытия на остров, чем немного смутил сотрудника гостиницы. Но за поздним ужином мужчинам удалось узнать друг друга получше. Энцо предложил гостю козьего сыра, местных колбас – коппу и лонзу – с половинкой большой деревенской булки с трескающейся от каждого прикосновения корочкой и мягким пористым мякишем. И конечно, бутылку местного вина «Патримонио», отлично подходящего к закускам.

– Значит, вы ищете девушку? Корсиканку?

– Да, думаю, она в Аяччо. Всё, что я знаю, – это её имя и фамилия – Элена Паоли… Говорят, у вас здесь много Паоли…

Энцо запил кусок домашней колбасы бокалом вина, не торопясь отвечать юному романтику.

– Да, ты прав, Паоли у нас много, это здесь известная фамилия… Но чтобы помочь тебе, я хочу знать, что ты приехал с благими намерениями…

– Вы что-то знаете? Вы знаете мою Элену?!

Пьер вскочил, с грохотом опрокинув стул, и схватил Энцо за руку, намереваясь не то обнять, не то силой выбить из собеседника признание…

– Остынь, сынок! Я знаю Паоли, мне нужно больше информации о твоей Элене.

И Пьер рассказал всё, что знал: где она училась, где жила, во что одевалась, про её любимые картины и скульптуры и про то, что без неё он не представляет своей жизни…

– Я вижу, что ты влюблён… Это хорошо! Когда-то я тоже любил прекрасную девушку, она стала моей женой. В её честь я назвал эту гостиницу. Моя Жозефина родила мне очаровательную дочь. А потом жены не стало…

– Мне очень жаль… – сказал Перье и выпил ещё вина.

– Ты неплохой парень, может, познакомить тебя с моей дочерью? Она твоя ровесница, сынок, и тоже учится в Париже. Отличница и моя единственная радость…

– Простите, Энцо, – Пьер прервал хозяина. – Я верю, что ваша дочь – прекрасный человек! Но мне нужна только одна девушка. Моя Элена. Может, мы кажемся разными людьми, но только с ней я буду счастлив до конца своих дней. И её сделаю счастливой! Иначе бы я не приехал сюда.

– Утро вечера мудренее, не торопись, дорогой друг!

– Я никуда не тороплюсь. Я буду искать её столько, сколько надо. И обязательно найду. С вашей помощью или без неё. Я выйду на площадь… У вас же есть тут главная площадь? И буду кричать её имя до тех пор, пока она не придёт на мой голос…

– Ну ты придумал! Ты ещё объявление подай в местную газету или рекламу на нашем канале дай. Эх, молодёжь! – рассмеялся мужчина.

Пьер и Энцо сидели в баре, который отделялся от входа большим комодом и книжными полками. Так хозяин всегда мог видеть, что происходит за стойкой. Кто-то спустился по лестнице, судя по лёгким шагам девушка.

– Дочка, это ты? – крикнул Энцо в сторону ресепшен. – Я тут, и у нас гость! Подойди познакомиться, пожалуйста, он приехал из Парижа, ищет свою любовь…

– Не стоило её терять, – с иронией сказала девушка, заходя за барную стойку.

Пьеру достаточно было услышать этот голос, чтобы узнать его из миллиона чужих голосов.

Девушка с распущенными чёрными волосами, такими же кудрявыми и густыми, как у отца, в красном шифоновом платье и кожаных плетёных сандалиях остановилась, не зная, что ей делать. Из её глаз того и гляди полетели бы молнии и прогремел бы гром, если б она разомкнула плотно сжатые от злости губы.

– Не может быть! Как ты меня нашёл? Мамочка разрешила приехать? – Элена не собиралась выбирать правильные слова. – Папа, откуда он здесь?

– Дочка, я и сам бы хотел знать, – оправдывался Энцо, глядя на молодых по очереди.

– Я здесь и никуда не двинусь, пока ты не скажешь, что готова стать моей! Перед Богом, своим отцом и мэрией, когда мы туда дойдём.

И они дошли. Это лето счастливые влюблённые провели на Корсике. Пьер сжалился над родителями, которые ничего не знали о судьбе сына, покинувшего Париж, и позвонил им. Он сообщил, что жив, здоров и женат… Для родителей эта новость оказалась не такой радостной, как для молодых, сыгравших скромную свадьбу в гостинице Паоли. Перье, в прошлом году отметившие сорок пять лет с того самого прекрасного лета, всегда вспоминают его как лучшее в их жизни.

Родители Пьера недолго обижались, ведь вскоре у Пьера и Элены родился первенец – Леон. Новоиспечённая мадам Перье на несколько месяцев оставила учёбу, но это не помешало ей в итоге получить образование и работать в известных музеях Парижа. И вот когда дети выросли, а репутация искусствоведа с именем, опытом и внушительной коллекцией гремела на всю Францию, Элена при поддержке мужа открыла художественную галерею, которой занималась до сих пор.

Каждый год Перье возвращаются на Корсику в свой большой дом на море, где места хватает для всех. Леон и его семья проводят там больше всего времени: старший сын занимается виноградниками Паоли, расположенными на острове, а вино эксклюзивно продаётся в ресторанах Перье – семейный бизнес.

В этой фамилии принято поддерживать друг друга. Попадая к Перье, вы чувствуете себя как дома. Поэтому Фил и Лео, как их зовут близкие, не просто братья, а лучшие друзья. Нику это приятно удивило, ведь о европейцах всегда говорят: дети выросли, уехали из дома, и все живут своей жизнью. Но не здесь. Поэтому у дочек Ники самые заботливые бабушка и дедушка, любимые дядя и тётя и милые французские кузены.

Ника переехала в Париж не просто с багажом, а с очень важным багажом – они с Филиппом ждали второго ребёнка. История повторялась, и Элене ничего не оставалось, как окружить семью младшего сына заботой, давая возможность невестке привыкнуть к новой жизни.

После рождения младшей дочери Зои в чужой стране без близких людей рядом Ника стала непохожа на себя: из жизнерадостной красотки превратилась в недовольную «яжмать», скатывающуюся в послеродовую депрессию. Неизвестно, сколько это могло продлиться, если бы однажды в квартиру младшего сына не приехала Элена со словами «Собирайся!».

Снова 17

Ника улыбнулась воспоминаниям пятилетней давности. Но тогда ей было совсем не смешно и даже немного страшно. Только когда она следом за Эленой увидела стеснительного Пьера, поняла, что свекровь вряд ли разделается с ней в духе корсиканской мафии.

Веронике казалось, что Элена чересчур вмешивается в её жизнь, но сил сопротивляться не было… Девочки остались с дедушкой и няней, а дамы Перье вышли на улицу. Воздух свободы! Матери поймут. И запомнят тот день, когда они впервые отправятся куда-то без своего чада. Для малыша останется смесь молочная, а для мамы – смесь из грусти, вины и… эйфории. Неважно, идёт ли она в соседнюю булочную или на приём к президенту. Радость ощущать себя человеком ни с чем не сравнится.

Ника не догадывалась, куда Элена могла её повезти. «В лес, наверное, куда же ещё?» – пессимистично рассуждала невестка. Когда они вышли у «Галереи Лафайет», Мекки шопоголиков со всего мира, Элена загадочно улыбнулась и сказала, что они кое-кого ждут. Через пять минут дамы встретились с гидом… по стилю! Элена отправила Веронику за модными покупками. И трюк сработал! После полутора часов в торговом центре стилистка собрала больше десяти образов на все случаи жизни.

Элена ждала Нику в кафе и была очень рада её улыбке. Свекровь сказала, что хочет помочь, и спросила, чем молодая мама желала бы заняться. Ведь дома с двумя детьми можно и свихнуться…

Именно тогда, за запретной чашкой капучино, жена младшего сына мадам Перье доработала идею с турами по кафе и ресторанам. Ника призналась, что хотела бы рассказывать людям о том, где можно вкусно поесть и здорово провести время. Потом она начала вести свой блог о жизни в Париже.

Первые подписчики – с родины. Но дальше – больше. Она готовила блюда разных стран, брала интервью у шефов, снимала видео для ютуб-канала. Организовывала ужины, на которых гости могли готовить под чутким руководством профессионалов.

Однажды Ника поспорила с известным и очень вредным шефом, что сможет продержаться целый день на его кухне в качестве повара. Всю неделю до назначенной даты она отрабатывала меню шефа, радуя семью филе фламбе из сочной говядины со сливочным соусом и жареными шампиньонами. Но без помощи своих временных коллег умерла бы после первого заказа. Работать под пристальным ироничным взглядом шефа оказалось труднее, чем она могла вообразить. Однако в итоге Ника заслужила уважение команды и, конечно, подружилась с несговорчивым поваром.

Эта история разлетелась по всему инстаграму4, а потом её показали по французскому телевидению, и Ника вмиг стала популярна. Её приглашали на кулинарные шоу, она разрабатывала эксклюзивные туры… Тогда Филипп признал, что жена становится известнее его, но он был рад, ведь Ника нашла себя в любимом деле.

«Надо же, пять лет! Этот “ребёнок” младше Зои всего на четыре месяца!» – Ника встала к окну и увидела, как к офису приближается Клэр Ксавье, литературный агент, которая хочет издать ещё одну её книгу.

Возможность погрузиться в свои мысли – роскошь, доступная немногим. В гонке за успешным успехом это так трудно сделать. Но нужно возвращаться к работе. Через пять минут литературный агент зайдёт в офис, попросит двойной эспрессо и расскажет все новости литературной жизни Парижа.

Клэр зашла в офис с огромным букетом в розовых тонах и пакетом «Луи Виттон». Ника тоже захотела кофе, правда со сливками, и предложила гостье праздничные круассаны.

– Ника, дорогая, ты совсем не меняешься! Каждый год – одно и то же! Красота, интеллект и умение быть собой – три кита Вероники Перье! Это уже бренд. Желаю развивать его и хочу быть причастной к этому процессу! – Мадам Ксавье, всегда в деловом костюме и красной помаде, обняла именинницу.

– Спасибо, Клэр, это очень приятно! Ты знаешь, что я ценю нашу работу и дружбу! Итак, какие у нас планы? – Нике не хотелось сбиваться с графика.

– Редакция предлагает написать интернациональные гиды по Парижу: французские, арабские, африканские, азиатские, может, русские?..