Проблески последующего существования

 У меня есть еще два случая, в которых фотографии сыграли свою роль. 30 сентября 1905 года я отдал миссис Дэвис, ясновидящей, тогда в Портсмуте, свою пачку из сорока фотографий и попросил ее выбрать портреты всех людей, которые произвели на нее впечатление близких мне людей. Как и во всех других случаях, когда использовались фотографии, некоторые были близкими родственниками, некоторые дальними; некоторые незнакомцами, некоторые друзьями. Примерно половина пачки была портретами живых людей. Я повернулся к ней спиной. Вскоре она передала мне через плечо фотографию женщины, сделанную в возрасте шестидесяти или около того, сказав: «Я вижу яркий свет на этой фотографии; я уверена, что эта женщина скоро уйдет, если она еще этого не сделала». На портрете была очень близкая и дорогая родственница, которая умерла десять недель спустя в возрасте девяносто одного года. Затем она выдала еще одну родственницу, которой она предсказала раннюю смерть (которая, я боюсь, сбудется). Наконец, ей яснослышащим было сказано взять «смешного малыша», и она показала визитную карточку Иолы в возрасте одиннадцати лет, сделанную почти пятьдесят лет назад. В коллекции было два моих гида.       Миссис Дэвис – хорошая ясновидящая. Дважды я навещала ее вскоре после смерти родственников. В моей одежде не было ничего, что указывало бы на тяжелую утрату, но в обоих случаях она видела, как Иола помогала этим людям. Обычными способами она не могла бы узнать о недавней кончине ни того, ни другого. Однажды, когда я вошла в ее комнату, она сказала мне: «Сегодня днем здесь был человек по имени Олдридж. Он сказал: «Скажи ему [то есть мне], что я видела Иста». Никаким образом эта женщина не могла бы знать, что я когда-либо слышала эти имена. На самом деле, первый был старым капитаном флота, о котором я слышала, но никогда не видела. Он умер в Западной стране за несколько месяцев до этого. Ист ушел из жизни много лет назад. Он был лейтенантом, и я немного его знала. Я никогда не думал об этих джентльменах; но оба они принадлежали к геодезическому отделению Военно-морского флота, к которому я сам был прикреплен до того, как вышел на пенсию, – факт, о котором медиум не знал. Олдридж слыл медиумом; он умер в преклонном возрасте девяноста лет.

3 апреля 1908 года у меня был сеанс с «Клэрибелл» на Йорк-стрит, недалеко от Бейкер-стрит,

Лондон. Ее «чтение», как это называется, было не очень ясным. Она была под контролем в начале сеанса; и после некоторых описаний, более или менее правдивых, я передал ей свой пакет из сорока фотографий, на которых было две фотографии Иолы, и отвернулся. После того, как контрольная смотрела на них несколько минут (держа на коленях своего медиума), я услышал, как одна упала на пол. Я оглянулся и увидел, что это был один из портретов моего проводника. Ясновидящая подняла его и подержала в руках, но в тот момент ничего не сказала. В это время контрольная продолжала говорить и дала несколько вольное описание Иолы. Затем она снова попыталась сделать выбор и позвала меня, чтобы я получил тот же портрет, который упал на пол. Я сказал ей, что у нее на коленях была вторая фотография того же духа, и она дала мне две фотографии, обе из которых были родственниками, имеющими то же христианское имя, что и мой проводник, и которые, как считается, похожи на нее. Было еще больше описаний, и она вышла из транса. В своем обычном состоянии она попыталась выбрать фотографии и дала мне снова ту же фотографию Иолы и одного из ранее выбранных родственников, который был похож на нее больше всего. Второй портрет моего гида не был найден.

 Итак, что заставило эту карточку упасть с медиума на пол? – на просторных коленях медиума было много места. Заметьте, контроль не осознал значимости этого маленького происшествия и передал ту же самую фотографию позже. Перед тем, как я вышел из дома, медиум сказал: «Условия, окружающие все эти фотографии, перепутаны, так как между ними нет бумаги. Вероятно, дух бросил свой портрет на пол, чтобы отделить его от других». По моему мнению, выбор был сделан таким образом, и он был брошен на пол намеренно; в этом случае явление столь же доказательно, как и фотография, проверяющая миссис Эндикотт.

«Клэрибель» вообще ничего обо мне не знала и не знает до сих пор.

 Через миссис Арнольд, упомянутую в моих заметках о фотографических тестах, я получил много записей на планшете. Часть из них – чистый вздор; почти все они личного характера. Некоторые предложения несут внутренние признаки догадок автора; но среди записей наших многочисленных сеансов я нахожу многочисленные свидетельства присутствия Иолы. Миссис Арнольд ничего не знала о моих покойных родственниках; не было никаких возможных способов, чтобы она получила такие знания. Она ничего не знала о моем доме, в который она никогда не входила; тем не менее, записи ссылались на родственников, которые ушли, и намекали на помощь, оказанную им Иолой, которая с самого начала подписывалась своими полными земными христианскими именами и фамилией. Также были сделаны намеки на мой дом, которые были правильными. Я пытался испортить многие из этих сообщений, но некоторые не могу; они были настолько очевидно спонтанными и неожиданными. Например, однажды я спросил: «Можете ли вы сказать мне, чьи портреты висят по обе стороны камина в моей гардеробной?» Ответ был совершенно ясен: «Моя и твоей жены». (Верно.) «А кто между ними?» «Отец». (Верно.) У меня много родственников, близких и дальних; я не вижу причин, по которым должен был быть дан столь точный ответ, если только дух, впечатливший медиума, на самом деле не видел комнату и картины. В другой раз дух дал ответ, который подразумевал знание того, что содержалось в моей библиотеке и как были размещены статьи. В другой раз она внушила экстрасенсу написать иностранное имя – весьма необычное – имя ее особой подруги, когда она была в земной жизни. Мой

жена часто упоминалась по ее инициалам таким образом, что только я в семье написал их. Кристаллосозерцание этого медиума также иногда было очень хорошим. Я знал, что она верно описывала нашу комнату для сеансов в Сент-Джонс-Вуд, Лондон, хотя в то время она никогда не была внутри нее.

 Однажды мой друг приехал провести со мной выходные. В воскресенье утром он отправился к миссис Арнольд, для которой он был совершенно незнакомым человеком. Дух проявился через планшетку и назвал свою фамилию. Когда его спросили о его христианском имени, он назвал не свое настоящее имя, а прозвище, которое ему дали товарищи в Канаде, где он умер.

 «Ошибочность» теории чтения мыслей была очень очевидна, когда я сидел с этим экстрасенсом. Я часто задавал вопросы, ответы на которые были, так сказать, на кончике моего языка; но я либо не получал никакого ответа, либо получал неправильный ответ.

(41) 

Я сидел с мисс Эрл в нашей комнате на Джордж-стрит, Портман-сквер, два или три раза. Обычно в кругу собиралось от двенадцати до пятнадцати человек, и она передавала сообщения всем по очереди. В 7 часов вечера 7 декабря 1905 года, до того, как образовался круг, она сказала: «Я вижу позади вас фигуру джентльмена. Он уже несколько лет находится в духовной жизни. Он протягивает руки, как будто приветствуя леди, которую я тоже вижу. Я чувствую, что эти двое тесно связаны с вами – что они муж и жена, а вы их сын». После того, как круг образовался, и пришло мое время для сообщения, она проговорила мне на ухо, как будто мной управлял мой отец: «Я нахожусь на корабле, на борту которого много людей, но у нас недостаточно флагов». (Символично.) «Мне нравятся ваши исследования; я и другие помогаем вам. Золотая нить почти разорвана».

 В.; «Что вы имеете в виду?»

 А.; «Тот, кто дорог нам обоим».

 Моя мать скончалась на следующее утро, пролежав без сознания много часов. Она была прикована к постели недолгое время и была в очень преклонном возрасте; но она была в сознании, когда я встретил мисс Эрл, и конец не ожидался таким внезапным. У меня нет оснований полагать, что экстрасенс знал, как правило, либо о том, что мой отец находится в духовной жизни, либо о том, что моя мать находится в земной жизни. Я думал тогда – и думаю сейчас – что это было истинное пророческое видение, и что мой отец действительно присутствовал.

(42) 

4 ноября 1905 года г-н фон Бург, известный экстрасенс, провел сеанс в

Southsea в частном доме. Меня пригласили, но я не смог присутствовать. Мой родственник А. остановился у меня в то время, и я попросил его занять мое место, на что он согласился. Он вернулся поздно и сказал мне, что во время сеанса к нему явился дух; из его описания я понял, что это была Иола. Пока он разговаривал со мной в моей библиотеке, стоя у камина, он внезапно оказался частично под контролем, бросился к бюро, где в то время я вел свои записи психических явлений, и, пробормотав «третий в среднем ряду», вытащил пачку бумаг и, выбрав одну из последних, которую он передал мне, сказал: «Что это?» Пока я читал, он продолжал бормотать: «Разве я не прав, разве я не прав?» – словно озвучивая яснослышащее сообщение.

 В бумаге содержались записи частного сеанса, состоявшегося в июле 1905 года в моей комнате. Затем было дано предчувствие относительно семейной проблемы. А. сказала: «Она хочет, чтобы я понял, что тогда она не была уверена, но теперь уверена». После этого я позволила А. прочитать бумагу, и когда он собирался положить пакет обратно в бюро, я сказала: «Дайте мне бумаги». Затем он передал их мне и был впечатлен, сказав: «Возьмите третью». Я так и сделала и обнаружила, что в ней содержались ссылки на тот же вопрос во время сеанса, датированного апрелем 1905 года.

 В апреле прошлого года я попал в беду; мне угрожала беда, которую я не знал, как предотвратить. Я посоветовался со своей подругой мисс Бейтс, которая вдохновенно написала, что все будет хорошо, и в июле я снова попросил мисс Бейтс помочь мне. Ответ на этот раз был не таким радостным, как прежде, но дух все еще высказал свое мнение, что беда пройдет. В августе она полностью исчезла, как я не знаю; но я убежден, что это произошло каким-то образом благодаря влиянию Иолы; также она частично контролировала А. в моей комнате и побудила его отдать мне бумаги. Две бумаги, которые он вложил мне в руки, были записями сеансов с мисс

Бейтс в апреле и июле. Июльская статья была дана первой. В бюро было более ста статей.

17 декабря 1905 г. А., который снова был моим гостем, пошел со мной к миссис Арнольд для записи на планшетке. Пришла Иола и написала для А.: «Я была с вами, и это было о ваших бумагах».

 В.; «Какие документы?»

 А,; «Разве я не заставил тебя поискать бумагу в определенном ящике?»

 В.: «Это последнее сообщение было для адмирала Мура или для меня?»

 А.; «Это было для тебя, в одну субботу около луны назад. Я передал сообщение, и ты не должен был забыть, и газета была не в VB [Von Bourg], а на Parade» (S Western Parade).

 Не может быть и речи о том, что миссис Арнольд могла что-либо знать о любопытной сцене в моей библиотеке 4 ноября.

 Я экспонировал несколько сотен пластин в попытках получить фотографии духов. Красный фланелевый экран использовался в качестве фона, а ртутная лампа Jena – для освещения. Около трети отпечатков демонстрируют аномалии разного рода; есть много очень тусклых лиц, которые трудно различить, и ни одно из них недостаточно отчетливо, чтобы их можно было воспроизвести с помощью фотографии существующих отпечатков. Чувствительные люди могут видеть на этих отпечатках гораздо больше, чем я; с другой стороны, почти половина тех, кому я их показывал, вообще ничего не видят.

 Г-н Ричард Бурснелл часто получал подлинные психические фотографии. Он был медиумом, и когда сила была с ним, его снимки были достоверными. Но, как и у некоторых других профессиональных экстрасенсов, когда его дар был неактивен, он подделывал. Я предоставил Лондонскому спиритическому альянсу полное доказательство мошеннической продукции этого человека. Негативы и отпечатки безошибочно показывают, как совершается мошенничество. Однако у меня есть две или три его фотографии, которые, как я считаю, являются истинными свидетельствами присутствия духа. Единственное доказательство – это сходство с человеком, когда он был в земной жизни, вместе с уверенностью в том, что у фотографа не было доступа к какой-либо существующей фотографии этого человека. Существует множество дубликатов, тройных и четверных копий духовных фотографий Бурснелла. Несколько лет назад у меня остановился человек, у которого были фотографии трех точно таких же духовных лиц рядом с ним, как и у меня рядом со мной. Поза, лицо и форма были в точности такими же, вплоть до каждой складки на мантии. История Бурснелла была о том, что духи, однажды войдя в его студию, появлялись снова и снова. Это может быть, но кажется невероятным, чтобы они сохраняли один и тот же облик в течение многих лет, так сказать; как они выглядят сейчас, вы можете наложить кальку формы на одной фотографии на форму на другой и не обнаружить ни малейшей разницы в деталях. Несомненно, что некоторые снимающие приносят лучшие условия, чем другие, и это позволило Бурснеллу наилучшим образом использовать свой дар медиума; я видел несколько фотографий, полученных в его присутствии, которые, как я считаю, показывают настоящие формы духов позади или рядом с снимающими. Он также был превосходным ясновидящим. Однажды он дал мне отчет об очень эксцентричном военно-морском капитане, который умер более сорока лет назад. Его странности были хорошо описаны, и было упомянуто название корабля, которым он командовал в последний раз. Информация не была доступна общественности. Хотя я слышал об этом офицере, я никогда не встречался с ним. В другой раз он подтвердил, что видел утонувшего во время крушения «Эвридики» моряка и назвал его имя. Я убедился, что в команде этого злополучного судна был такой человек.

 По моему мнению, демонстрация на светочувствительной пластине является одним из сотни или более методов, с помощью которых духи доказывают смертным свое существование, что доказано в Соединенных Штатах и в нашей стране многочисленными полученными портретами.

 Несколько лет назад тело пожилого джентльмена, умершего в Лондоне, было доставлено в его загородное поместье для похорон. Дом принадлежал родственникам, и гроб был доставлен прямо с железнодорожной станции в церковь. Молодая леди, которая была гостьей в доме и собиралась уезжать, сделала фотографию библиотеки во время церемонии похорон. Когда негатив проявили, покойник был обнаружен на фотографии сидящим в кресле, которое он обычно занимал при жизни. Я видел эту фотографию и не могу сомневаться, что она подлинная. На ней есть определенные черты, которые указывают на ее точность, и форма духа была опознана членами семьи. Более того, обстоятельства, при которых она была получена, делают теорию о подделке невероятной.

 Есть явление, связанное с фотографиями, которое пока не привлекло достаточного внимания. Я имею в виду «осаждение» лиц и форм на старых фотографиях, которые находились во владении одного человека много лет. У меня есть визитная карточка девочки-родственницы, сделанная в пятнадцатилетнем возрасте в Брайтоне в 1865 году. Около четырех лет назад фон этой фотографии начал показывать признаки того, что я считал ухудшением лака; дефект, как это казалось, становился все светлее и светлее; шесть или восемь месяцев спустя был различим слабый отпечаток лица. Теперь ясно, что это лицо отца молодой леди. Глаза закрыты, как будто во сне, но черты лица напоминают те, что на существующем портрете. Он был жив, когда был сделан портрет, и не умер до тех пор, пока не прошло три года. Почему он должен выглядеть таким образом, я не могу объяснить; но я убежден, что изображение не является воображаемым совпадением, предполагаемым распадом химикатов.

 (43) У меня есть фотография Иолы, сделанная в возрасте пятнадцати лет. На заднем плане над ее головой одно лицо едва заметно, а на платье – пять. На платье отпечатаны инициалы одной сестры и имя другой. Это диковинка. Я видела осадки и на других фотографиях в моей коллекции.

 Это явление представляет собой легкое введение в явление цветного осаждения, осуществляемое духовным путем в присутствии сестер Бэнгс в Чикаго, которое я опишу в следующей главе.

 У меня были интервью с несколькими другими ясновидящими в Англии, помимо тех, кого я упомянул.

Большая часть переданной информации носила частный характер. Хорошие тесты проводились Рональдом Брейли, Дж. Ванго, Отто фон Бургом и другими. Рассказ о том, что происходило на этих сеансах, только утомлял моих читателей, не добавляя ощутимо к уже представленным доказательствам в поддержку моей веры в то, что те, кого я когда-то, по своему невежеству, считал мертвыми, вполне живы. Мне становилось все более и более ясно, что успешность представления всех тонких явлений спиритизма в большой степени зависела от психического состояния участника. Если он верил в результате личного исследования или изучения записей опыта других, что общение с невидимым возможно, он получал какой-то тест – едва ли тот, который он ожидал, но ответ, возможно, на какой-то запрос, сделанный неделями ранее, или, во всяком случае, элемент информации, четкий и ясный, который нельзя было объяснить никакими знаниями, которыми обладал экстрасенс, или тем, что было в его сознательном уме.

 К 1908 году я прочитал все, что стоило читать по теме спиритизма, и многое из того, что не стоило читать; и поскольку в этом влажном климате было невозможно добиться какого-либо прогресса в этой области, я решил снова посетить Америку.