Леди из Ларги-дон

ПРОЛОГ.

– Хайле, тебе выпал шанс окончательно освободиться от своего пиратского прошлого, – казначей покрутил бокал с дорогим вином и весело взглянул на собеседника. – Академия организует экспедицию вдоль западного побережья океана Бурь на юг. Они обследуют береговую линию Эстариолы и прибудут в Банго. Цель экспедиции – поиск новых земель и изучение морской магии, а также поиски удобных бухт для постройки нового порта. Король собирается осваивать новое морское направление и здесь будет нужен базовый порт, может, им станет именно Банго, хотя его жители жаловались королю на отсутствие магии в акватории порта и побережья. Король не может отказать своим подданным. Так что воспользуйся моментом и наймись в экспедицию. Им явно не будет хватать опытных моряков. Это приказ, Хайле, – жёстко заметил казначей, видя, что его собеседник собирается возразить. – Заодно и Банго, может быть, к рукам приберёшь. Будешь хозяином не только порта, но и города, станешь алькальдом. Для нас это было бы удобно, Хайле, – смягчил казначей тон и вновь поднял бокал.

– Хозяин, – осторожно поинтересовался бывший пират. – Можно уточнить?

– Конечно, – небрежно бросил Фридеро.

– Экспедиция должна быть успешной или потерпеть неудачу? Члены экспедиции должны выжить или погибнуть?

– На твоё усмотрение, Хайле. Но о работорговле и о нашем острове никто не должен узнать. Если глава экспедиции – лорд Монтеро- ничего не узнает, я выпишу тебе патент на свободную торговлю по всему нашему побережью. С ним ты станешь законным членом торговой гильдии, и твоё пиратское прошлое будет окончательно забыто. Но, если Монтеро найдёт наши лагеря на островах и обнаружит твои связи с ними, ты пожалеешь, Хайле.

– Понял, хозяин, – кивнул старый пират, не выказывая, однако, особого страха перед угрозой.

Слишком много дел и делишек прокрутили вместе два этих человека, чтобы страшиться каких-то там слов. Однако Гомес прекрасно понимал, что брат короля не тот человек, которому можно сопротивляться. С ним можно только вместе работать, что он, Хайле, и делал уже несколько лет, выполняя грязные поручения казначея.

И вот теперь новое дело – королевская экспедиция. Гомес знал начальника экспедиции – боевого мага Монтеро. Тот был из древнего, уважаемого рода, правда, теперь отошедшего от трона. Но все понимали, что если экспедиция будет удачной, то и положение рода Монтеро при дворе укрепится, а сам капитан Монтеро, скорее всего, получит должность в столице. И это поможет роду выбраться из бедственного положения, в котором он находился в последнее время из-за неудачных финансовых операций прежнего главы рода.

Кроме того, старый пират прекрасно понимал, какую выгоду он лично может получить от участия в новой экспедиции. Он, хотя и купил порт в Банго, но крепкого положения в городе ещё не приобрёл. Его опасались, иметь с ним дело не желали, и Гомесу приходилось отдавать под фрахт свои корабли вдалеке от Банго. Не говоря уже про тёмные делишки: кражи людей, контрабанда драгоценностями и артефактами тоже велась вдали от Банго или с очень большой осторожностью.

С одной стороны, оно вроде бы и спокойнее, но с другой для таких дел требовались постоянные разъезды и надёжные люди. Времени на окончательное обустройство в Банго у Гомеса не оставалось. Даже на сына он не мог рассчитывать. Подрастающий наследник рос наглым прожигателем жизни и неудержимым транжирой отцовых денег. Вместе с матушкой, к сожалению.

А Гомеса уже подводил возраст, так как он не был магом и срок его жизни подходил к закату. Поэтому он хотел обосноваться где-нибудь прочно и навсегда. Банго подходил для этого идеально. К тому же экспедиция с конечным пунктом в Банго была ему очень на руку. Даже если маги ничего не найдут, они исследуют побережье и прибрежные воды, составят карты течений и побережья, укажут магнитные и магические аномалии, а это нужно и самому Гомесу. Ведь его корабли бороздят эти воды. А морские карты всегда высоко ценились и относились к секретным знаниям. Так что – да – Гомес с удовольствием взялся за это задание, продумывая уже наперёд, как уберечь от внимания Монтеро два небольших островка, на которых пираты держали рабов до продажи в земли султаната.

Рабы, особенно молодые мужчины и женщины, пользовались в султанате большим спросом. Не отказывались там и от детей. Так что доходы от продажи людей у Гомеса были приличные. Другое дело, что ими приходилось делиться с казначеем. Тот вовремя предупреждал Гомеса об облавах на пиратов и заодно исподтишка настраивал брата против халифата, опасаясь сближения короля с южным соседом. В таком случае с работорговлей придётся либо совсем расстаться, либо серьёзно маскироваться. А кому нужны лишние хлопоты? Это Гомес понимал прекрасно и, скрепя сердце, продолжал честно делиться с братом короля. Дело есть дело.

***

Шёл пятнадцатый день плавания. Все члены экспедиции были заняты своими делами. Оказалось, что подробная и тщательная съёмка береговой линии и встречающихся островов – долгое дело. Оно требует внимания, терпения, собранности, а поэтому происходит небыстро.

Николас де Монтеро расположился на носу баркентины и наблюдал за действиями магов, среди которых была и его жена Беатрис. Они выпускали в небо прирученных птиц с закреплёнными на них артефактами и вели съёмку местности сверху. Данные записывались на кристалл, а потом переносились на чистый лист и на старую карту магическим копированием. Нудное занятие, совсем не в характере Николаса. Да и ещё и район моря в этом месте был пустынным, редко посещаемым, безлюдным. Николас скучающе оглядел горизонт и не увидел ничего интересного. Море, снова и только – море. Бескрайнее лениво-спокойное, как затаившийся мощный зверь.

Мужчина поднёс к глазам подзорную трубу и направил взгляд прямо по курсу. «Земля! Право по курсу!» – воскликнул он через мгновенье. Снова поднёс трубу к глазам, резко опустил её и выхватил из кармана карту. Быстро развернул её и сверился с описанием. Никакой земли в этом районе моря не было.

– Меняем курс? Подходим? – тревожно обратился к нему капитан баркентины, который тоже не знал ничего о наличии в этом районе земли.

– Да, подойдём ближе и посмотрим внимательно, – отрывисто бросил Николас. – На карте ничего не обозначено, – он с нетерпением вглядывался вдаль, как будто это могло приблизить неизвестную землю.

– Да и я не слышал раньше ни о каких землях в этом районе, – заметил капитан. – Правда, мы взяли гораздо западнее, чем ходят обычно здешние суда. До нас тут, пожалуй, никто и не был. Дальше только океан, а за океаном – Серая Пустошь. Туда нет ни торговых, ни деловых путей.

– А к кому там идти? – усмехнулся в ответ Николас. – Разве там может кто-то жить под раскалённым солнцем и без глотка воды на сотни миль? – и снова приник к окуляру.

Ожидание становилось нестерпимым. Николас чутьём боевого мага, привыкшего к опасностям, понимал, что их ожидают опасные приключения. Но сворачивать с курса не собирался. Ещё чего! Их сюда для этого и послали: изведать неизведанное.

Маги по-прежнему были заняты съёмкой, а Николас не отрываясь наблюдал за приближением неизвестной земли. Особой суматохи на корабле в связи с этим не было, но капитан всё же отдал приказ команде быть наготове.

Часа через три быстрого хода впереди отчётливо проявился большой остров. Очень большой. Издалека он выглядел, как огромная зелёная гора, выросшая посередине моря. «Зелёный, какой», – невольно восхитился Николас. Ему почему-то сразу понравилось это место и даже захотелось здесь пожить. «А, посмотрим…», – ответил он своим мыслям.

Через некоторое время их корабль бросил якорь на траверзе острова. Подойти ближе было невозможно из-за двойного кольца острых рифов.

«Неплохая естественная защита», – мельком подумал Николас, отдавая приказ к высадке на лодках.

***

Уже три дня почти весь состав экспедиции жил на острове. В оборудованном временном лагере днём оставались только дежурные, а все остальные небольшими группами по три-пять человек обследовали остров и описывали его по схеме, выданной магами.

Но сразу же обнаружилась огромная проблема: на острове и море близ него не было магии или встречались только её слабые следы. Это здорово затрудняло все работы. Но одновременно это был первый признак проблемы, о которой говорили жители Банго. Отсутствие магии начиналось именно здесь, поэтому обследовать остров нужно было очень внимательно. До этого момента магия в море и на суше присутствовала в полной мере.

На четвёртый день примерное описание острова было завершено. Карты оформлены, Николас сделал запись в бортовом журнале об открытии нового острова и о присвоении ему названия «Зелёный». По правилам мореходства новая открытая земля принадлежала тому, кто её нашёл. Поэтому Николас оформил находку как свою собственность. Право на это ему давала должность начальника экспедиции. Оставалось только одно место – уютная небольшая лагуна, где завтра он собирался лично провести подробную съёмку.

Утром почти весь состав экспедиции, что был на острове, отправился к лагуне. Маги предположили, что там может быть жемчуг, так как лагуна была мелководна, вода очень чистая, дно – галечно-песчаное хорошо прогревалась солнцем, и лагуна буквально кишела мелкими морскими обитателями и рыбой.

На единственном баркасе с Николосом в море вышел один ныряльщик и Беатрис, его жена. Мужчины были на вёслах, а Беатрис просто любовалась морем. Ей было не только интересно увидеть лов жемчуга, но и полезно по работе. Беатрис была зельеваром и продолжала традицию рода Монтеро, хотя сама принадлежала им только по браку. Баркас ходко шёл к центру лагуны.

Наконец, Николас отдал приказ сушить вёсла и баркас остановился. Бросили якорь. Ныряльщик приготовился к погружению. Берег был уже далеко и люди на нём казались игрушечными. Первое и второе погружение ничего не дали. Жемчужных раковин не попалось, но матрос отколол веточку коралла, а это тоже было ценное сырьё для зельевара, да и для ювелиров. Беатрис всё равно радовалась находкам. Ещё несколько погружений принесли им удачу. Ныряльщику удалось найти крупные раковины моллюсков. Когда Николос кортиком вскрыл их, там обнаружились крупные разноцветные жемчужины. Это было такое богатство, о котором исследователи даже не мечтали. Такой крупный жемчуг был хорош и в зельеварении, и в артефакторике и в простом ювелирном украшении.

Николас собрал всё найденное в магический сундучок и закрепил его на носу баркаса. Ныряльщик получил свою долю, и они уже собирались возвращаться на берег, но…

На берегу началась какая-то суматоха. Николас взглянул в ту сторону и моментально напрягся, тревожно вглядываясь в необычное явление.

Высоко в небе над островом формировалась огромная воронка межмирового портала. Она росла и постепенно охватывала огромную площадь над островом и частично над морем. Николас почувствовал мощные потоки магии, которые подхватывали всё встречающееся на пути и загребали в воронку, как в ненасытное жерло. Одновременно, воронка качала те крохи магии, которые были рассеяны в этом районе моря.

– Бетти! Понимаешь, почему здесь нет магии?! – крикнул он сквозь гул магического насоса жене. – Её жрёт этот стихийный портал! Вот в чём дело! Нужен мощный артефакт, чтобы нейтрализовать его или несколько магистров.

– Смотри, Ники! – крикнула в ответ женщина, указывая рукой в сторону берега.

Там происходили страшные вещи: портал засасывал людей, ящики с оборудованием и находками. Кто-то пытался сопротивляться, кто-то убегал, а кого-то уже увлекала в жерло воронки мощная сила.

Беатрис в ужасе сложила руки на груди. Сейчас она ничем не могла помочь несчастным. Они и сами с Ником находились в сложном положении. Николас, как более сильный маг, пытался удержать баркас носом к волне. Но это было тяжело, так как на море поднялся ветер, и образовалась ещё одна воронка, но теперь уже в воде. Она затягивала в себя баркас, как никчёмную щепку. Всё происходило быстро и страшно.

Может быть, если бы Николас был один, он сумел бы спастись. Но с ним была жена, слабая магессса, молодая женщина самым большим подвигом которой был поход в лес за травами. Был с ним простой матрос, человек без магии, и Николас чувствовал ответственность за него. Трагедия ускоряет ход мысли. Все они поняли, что это последние минуты их жизни. Матрос начал истово молиться Пресветлой. Николас крепко обнял жену и прижал к себе. Вместе, так вместе до конца. Беатрис что-то напряжённо шептала и сама крепко обнимала мужа за пояс. «Прости нас, доченька…», услышал он сквозь рёв волн и ветра, и в тот же момент баркас молнией сорвался в глубину воронки, скрываясь под толщей воды… А через некоторое время он вновь вынырнул на поверхность моря почти у берега, но уже без людей.

Долго ещё успокаивалась природа после того как исчез стихийный портал. Наконец, к вечеру всё стихло. Лагуна вновь обрела умиротворённый вид, а на берег из ближайшего леса начали осторожно выходить люди. Их осталось очень мало. И среди оставшихся в живых был Хайле Гомес.

Это потом уже, оставшиеся в живых, выловили пустой баркас. Убедились, что людей в нём нет, и Гомес забрал шкатулку с документами и жемчугом себе. Он сам назначил себя хозяином нового острова, а доказывать обратное было просто некому.

ГЛАВА 1.

На благословенный берег Южного моря опускалась тёплая бархатная ночь. Крупные звёзды высыпали на небо и добродушно подмигивали запоздавшим прохожим. Однако, каким бы тихим и мирным не считался Банго – небольшой торговый порт на юге Эстариолы, но и здесь прогуливаться по ночам было небезопасно. Тем более что тихим и мирным Банго стал считаться совсем недавно, каких-то десять лет с тех пор, как во главе городской стражи встал боевой маг Карлос Перес, бывший королевский ловчий. С того времени, как-то очень быстро и незаметно рассосались преступные банды в порту и пригороде, исчезли сомнительные трактиры и забегаловки и даже неприкасаемые ранее «святыни» – публичные дома резко сократились в количестве и обзавелись штатными лекарями и разрешительными документами. Горожане были за это дону Пересу очень благодарны и в устных рассказах приписывали боевому магу самые невероятные и чудесные свойства, благодаря при этом Пресветлую за то, что подарила городу такого мужа. Правда, благодарили не все, некоторые, наоборот, проклинали.

Глория сейчас тоже тихо благодарила про себя и Пресветлую, и дона Переса, так как надеялась всё-таки без проблем вернуться домой до наступления поздней ночи. Честно говоря, это последнее задание оказалось для Лори сложноватым, и она уже пожалела о том, что согласилась помочь старой Мэйд в поиске сбежавшей служанки. Нет, вещи и предметы Глория искала легко и, если их не прятали специально, то находила довольно быстро. Но людей она искала редко и только по особой просьбе. Здесь силы её дара не хватало и приходилось использовать накопители, что было не всегда возможно и не всегда надёжно. Но донья Мэйд просила очень настойчиво, и Глория, во имя давнего дружного соседства их семей, не смогла отказать старушке, у которой внезапно пропала молоденькая служанка, только-только приехавшая из деревни на заработки в город.

Вначале Глория решила, что пропавшую Кристи сманили другим заработком какая-нибудь из хозяек борделей, но Мэйд объяснила, что девушка была скромной и работящей, на лёгкие посулы неподдающейся. Поэтому Глория, обойдя ближайшие рынки, где и толклись ежедневно в поисках работы трудяги, и не найдя следов девушки, решила пройтись по известным борделям на всякий случай. Может быть, девчонку удерживают силой: такие свеженькие и молоденькие девицы пользовались большим спросом. Этот вечерний обход борделей и задержал её на улицах Банго допоздна. И сейчас она находилась рядом с последним из них. Глории не надо было заходить внутрь, чтобы понять там ли девушка. Для этого она и использовала свой дар – поиск потерянного по ауре. Ауру девицы она сняла с единственной доступной вещи – гребня, который та оставила на своём столике в маленькой комнатке служанки, а донья Мэйд любезно предоставила этот гребень Глории. Но, чтобы рассмотреть ауры людей внутри помещения или здания, Глории надо было подойти поближе, поэтому она и стояла сейчас напротив борделя всего лишь через узкую мостовую от него.

Однако и этот последний бордель не содержал даже намёка на след девушки. Пора было возвращаться, пока ночная тьма совсем не окутала город. Глория развернулась, чтобы направиться в верхнюю часть города, где находился её дом, но неожиданно уткнулась носом в грудь высокого мужчины.

– Ты посмотри, какая крошка?! И совсем одна! Как тебя зовут, милая?

«Не крошка, не милая и вообще…» Что «вообще» Глория ещё не додумала. Она с возмущением уставилась на двух незнакомых мужчин, которые посмели преградить путь и навязывать своё общество ей, приличной сеньорите.

– Простите, сеньоры, я спешу, – Глория попыталась обойти внезапное препятствие, но была остановлена жестом мужской руки.

– А мы, наоборот, не торопимся. Так, как тебя зовут, крошка? Могу пригласить тебя в номер, и мы прекрасно проведём время. Ну, же! Не капризничай! А с мадам мы договоримся, – продолжал настаивать мужчина, явно принявший её за одну из девочек борделя.

И это почему-то особенно задело девушку, она возмутилась, резко шагнув в сторону и приготовив артефакт для отпора. Наверное, Глория ещё не до конца поняла серьёзность момента, но ей и в голову не могло прийти, что в родном городе, знакомом до последнего закоулка, ей что-то может угрожать. В таких небольших городках, как Банго, постоянные жители знают друг друга, хотя бы понаслышке. Но теперь, присмотревшись к мужчинам внимательнее, Глория поняла, что они приезжие. Причём далеко не бедные и даже, скорее всего, аристократы. Осознав это, Глория передумала использовать артефакт, и вместо него хотела было применить свой излюбленный приём для таких случаев: быстрый побег с места происшествия (а всякие ситуации случались с ней во время работы и быстрый бег был её коньком). Но тут за спинами мужчин внезапно открылся портал, и на мостовую вышел полный отряд городской стражи во главе с её командиром. То есть Глория и оба неизвестных сподобились увидеть наяву ещё одну новую достопримечательность Банго: собственноручный развод ночного городского патруля в исполнении лично дона Карлоса Переса.

Командир стражи хмуро оглядел представшую перед ним картину и начал невозмутимо раздавать указания, немало не смущаясь недовольством мужчин, которые оказались в окружении гвардейцев.

– Сержант, продолжить развод патруля. Гвардеец Ортега, проводить сеньориту до дома и доложить об исполнении. А вас, господа, прошу проследовать за мной.

– На каком основании?! Что происходит?! Вы знаете, с кем разговариваете?!…

Все отголоски этого разговора Глория слышала уже мельком, так как торопливо шагала по улице за Ортегой, которого прекрасно знала, поскольку он был сыном молочницы, у которой семья Глории испокон века покупала молоко, творог, масло, и с которым саму Глорию связывали вполне товарищеские чувства и общие детские проказы. Но сейчас Ортега разговаривать был не расположен. Доведя Глорию до дома, он тут же торопливо поспешил назад, а девушка зашла в дом и тщательно закрыла входную дверь. Только сейчас до неё дошло, что, кажется, благодаря командору, она избежала серьёзных неприятностей. Заглянув в комнату тётушки и убедившись, что старушка мирно спит, Глория, позёвывая, направилась в свою спальню, надеясь, что этот сложный и неудачный день наконец-то закончится.

И хотя бы в этом её надежды оправдались. Спала она до самого утра крепко, не мучаясь никакими угрызениями совести. Зато пробуждение было ранним. Очень ранним. Взглянув на часы, Глория протёрла глаза и, накинув халат, поплелась открывать дверь. Приходящая служанка ещё не появилась, тётушку разбудить – надо постараться, так что открывать дверь таким неурочным посетителям приходилось именно Глории. Да и собственно это её дело, ведь пришли наверняка за каким-нибудь зельем. А зачем ещё так немилосердно рано будить людей? Зелья же – это полностью дело Глории и, вообще, их семейное, родовое дело. Уже не один век род Монтеро славен своимизельеварами, и Глория намеревалась всячески поддерживать и укреплять родовую репутацию. Поэтому, да, открыть дверь нуждающимся – это её дело.

Справившись с тугой задвижкой и, в который раз пообещав себе вызвать мастера, Глория распахнула дверь и замерла, увидев на пороге командора. Тот выглядел по-прежнему сурово, строго, но ночная усталость легла тенями на лицо, и Глория даже прописала бы командору хороший отдых. Но он мужчина взрослый и сам знает, что делать. Поэтому девушка благоразумно промолчала и вопросительно взглянула на дона Переса.

– Что случилось, командор? Проходите, – и посторонилась, пропуская его в прихожую.

– Благодарю, сеньорита, ничего не случилось, но я хотел убедиться, что с вами всё в порядке и заодно известить вас, что прибыл новый глава магического контроля, поэтому всем магам и ведьмам надлежит явиться в УМ (управление магии) для перерегистрации, – с этими словами командор вежливо склонил голову и, развернувшись, спустился с крыльца.

– С-спасибо, командор, – запоздало, уже в спину уходящему, пролепетала Глорияи тихонько прикрыла дверь.

Когда началась у неё такая странная реакция на этого мужчину Глория знала точно. До того момента Глория, как и большинство горожан, воспринимала командора, как главу городской стражи. И только. Но два года назад, когда ей исполнился двадцать один год, на ежегодном городском осеннем балу, куда приглашались все холостые и не связанные сговором юноши и девушки известных, уважаемых и богатых семей, Глория увидела не командора, а мужчину. Поскольку у Глории не было в семье мужчин, способных выводить её в свет, а только тётушка, которая являлась одновременно её опекуншей до совершеннолетия, то на балу по распоряжению градоначальника, её спутником стал командор.

Может, это случай, а может, судьба. Они, кажется, оба впервые взглянули друг на друга по-другому. Глория не знала, что увидел в ней командор, но она увидела чуткого, внимательного и заботливого кавалера, что было совсем не лишним для девушки, попавшей на настоящий бал без должного сопровождения. А потом был первый танец, и Глория впервые танцевала с мужчиной, который крепко и бережно держал её в объятьях, легко и свободно ведя в танце. Танцевать с ним оказалось большим удовольствием. И совсем неважно было, что по щеке у него скользит след старого шрама, а карие глаза так редко улыбаются. На неё-то командор смотрел с нежностью. Или ей казалось?

За весь вечер между ними не было сказано и нескольких фраз, но прикосновения рук, жесты и взгляды, особенно взгляды, говорили очень многое: их симпатия оказалась внезапной для обоих, сильной и взаимной. Так бывает, иногда, с первого взгляда. Однако ничего особенного после того бала не происходило. Они по-прежнему очень изредка встречались в городе, вежливо здоровались и молча расходились. Командор был занят службой и только службой. Даже атаки местных красавиц на сердце одинокого мужчины почти прекратились из-за его полного равнодушия к их попыткам. А Глория тоже была занята работой. Своей работой. И мысли о мужчине постаралась из головы выкинуть. Ну не она же должна первой делать шаг навстречу? Не ставить же себя на одну доску с вдовой ИсабельПарра, которая настойчиво преследовала командора уже несколько лет и, говорят, что вначале он даже поддался её обаянию, но потом между ними что-то разладилось, однако вдова не отступала?! Глория того времени не помнила, была ещё мала. Но в настоящем знала совершенно точно, что у командора никакой любовницы не было. По крайней мере, в городе об этом не говорили.

Вздохнув о непонимающих ничего мужчинах, Глория решила, что ложиться снова уже не стоит и лучше заняться завтраком, а потом лабораторией. Заказов в последнее время поступило много, и Глория едва справлялась со всеми вовремя. Поэтому, соорудив себе непонятное местным блюдо из ломтя бекона и двух яиц на сковороде, Глория добавила к нему стакан молока со вчерашней булкой и со спокойной душой отправилась в лабораторию. Всё! Теперь, как минимум, до обеда мир может подождать: Глория занята.

Но и, растирая в большой каменной ступке высушенные корешки шиповника, измельчая сечкой подвяленные стебли кровохлёбки, заваривая густые настои медуницы и собирая в небольшие пакетики готовые наборы трав, Глория не переставала думать о командоре. Вернее, не Глория, а землянка Лариса Монтерова и не только о командоре, но и о своей новой жизни в новом мире…

{… – Лори! Лори! Девочка моя! Да, что же это такое?! – именно под эти горестные восклицания милой старушки очнулась Лариса и совсем не в послеоперационной палате после обширной гинекологической операции, а в уютной, скромной девичьей спальне неизвестно где. Вначале Лара долго не могла понять и вспомнить, как и где именно она оказалась и воспринимала всё происходящее вокруг отстранённо, как через стекло. Потом долгое время думала, что это последствия наркоза, и она до сих пор не в себе, а всё происходящее ей мерещится. Но через несколько дней стали закрадываться подозрения, что дело гораздо хуже, что мир, который она видит вокруг – реален!Всё происходящее вокруг – происходит именно с ней – Ларисой Монтеровой, но называют её при этом Глорией Монтеро. А, значит, на Земле она так и не вышла из наркоза, зато очнулась здесь – неизвестно где, в новом теле. Всё, как положено в фэнтези, только всё на самом деле.