Шестая компаньонка для наследницы

ПРОЛОГ

У Вероники случилось тридцатилетие – первый более-менее серьёзный юбилей. Не считать же юбилеями двадцать, двадцать пять лет – это так, детство. А тридцать – уже взрослая девушка, а не двадцатилетняя наивная дурочка, когда кажется, что весь мир крутится вокруг тебя. Но ещё и не сорокалетняя грымза, которая в этом мире уже никому не верит.

В тридцать лет ты уже понимаешь, что в мире кроме тебя навалом людей, интересы которых с твоими не совпадают. Уже начинаешь учиться встраиваться и уживаться с чужими взглядами на жизнь. Но в то же время ты ещё надеешься на своё светлое будущее, ещё веришь в удачу, мечту и тёплое место под солнцем.

Вот сейчас, ещё немного, доделаю этот проект и будет всё тип-топ! Взлечу наверх, где ждёт блестящая карьера, высокая зарплата и он – лучший из мужчин!

Наивная! Ещё одни розовые очки разбились у Вероники как раз на тридцать лет.

Вера (себя она любила называть Верой, а не Никой и тем более не Вероникой) уже три года работала в известном и престижном архитектурном бюро, которое оказывало услуги по проектированию жилых домов, бизнес-центров, административных зданий, элитных коттеджей и любой другой прихоти по желанию заказчика.

Вероника в этом бюро занималась дизайном территорий и это у неё получалось. За три года она прочно заняла место грамотного и умелого специалиста. Один из её проектов победил на европейском конкурсе, клиенты были довольны и выражали благодарности как в адрес фирмы, так и индивидуально в виде премий самой Веронике.

Честно говоря, она уже нескромно рассчитывала на место начальника отдела, так как их шеф – Марк Анатольевич переводился в Москву. И он недвусмысленно намекал, что продвигает на своё место её кандидатуру. Но!

За пару дней до Вериного юбилея секретарша Мила по секрету сообщила ей, что новый начальник отдела уже прибыл. Из Москвы.

Ну, в общем-то понятно, головной офис там, и кадровые вопросы решают тоже там. Обидно. Даже очень. Но не ломать же из-за этого копья. Фирма частная и в этих вопросах им никто не указ. Вероника стала надеется, что сработается и с новым шефом, докажет свою компетенцию и со временем получит заслуженное место. Известно, что москвичи в провинции надолго не задерживаются. Но!

Не сработалась. Даже не успела начать. Новым шефом оказалась дочь генерального директора. Папаша засунул её в этот филиал сразу после института, чтобы набиралась опыта. А девица оказалась недальновидной и с непомерным гонором. Побоялась показать свою профессиональную слабость и уволила сразу трёх ведущих специалистов их подразделения под предлогом продвижения молодых. Но на самом деле, как потом выяснилось, просто освободила место для своих протеже. Всё же деньги здесь платили немаленькие и получить места ведущих специалистов желали многие.

Ведущий конструктор – Сергей, ведущий айтишник – Антон и ведущий ландшафтный дизайнер – Вероника оказались уволенными после первого же совещания у нового шефа. И все, кроме Вероники это уже предполагали и даже озаботились поисками новых мест работы. Сергей уходил в строительный отдел, Антон перевёлся в отдел безопасности, но оба остались на фирме, сменив лишь место работы. И только Вероника осталась у разбитого корыта. Она понятия не имела обо всех этих подковёрных играх и найти другое место в архитектурном бюро опоздала. Да и не нужны были ландшафтные дизайнеры в других отделах.

Обидно! Тем более обидно, что Вероника оставляла в отделе несколько своих уже готовых и утверждённых проектов, которые она теперь не имела права забрать. Все права на проекты оставались у фирмы, как только на титульном листе появлялась подпись шефа и гриф «принять».

Так накануне тридцатилетия Вероника оказалась без работы. Но и это ещё не всё. Судьба, видимо, задумала немало посмеяться над ней. В эти же дни Вероника узнала об измене своего мужчины. С Игорем они жили уже два года вместе и собирались пожениться, как только укрепятся финансово. Укрепились. Поженились. Ага!

Собственно, Игорь даже не изменил ей, а открыто ушёл к другой женщине. Да, правильно, к новой шефине – Аделине Викторовне, двадцатитрёхлетней длинноногой блондинке с кучей баксов в загашнике. И вот Игорёк – тридцатидвухлетний холостяк и мечта многих женщин их фирмы, воспылал неземной любовью к новой красавице. Тем более – новой шефине, тем более – дочери генерального. Даже подумать смешно, что в этой ситуации у Вероники были шансы.

Ей это стала ясно, когда в первый день работы нового шефа, Игорь явился на работу, сопровождая Аделину под ручку, мягко воркуя и целуя её в шейку, на виду у всего коллектива. Абзац! Когда успели так сблизиться?!

Вероника сделала вид, что её всё это совершенно не касается. Отсидела совещание. Выслушала предложение об увольнении и, собрав личные вещи, навсегда покинула здание фирмы. Пройденный этап. Обидно. Очень. Но!

У неё с подругами был заказан столик в кафе. Тридцать лет всё-таки. Заказан давно, не отменять же. И Вера, скрывая настроение, сообщила подругам, что ничего не отменяется. Нет повода для депрессии, бравировала она. А душа рвалась и стонала, горевала и плакала под несправедливыми ударами судьбы.

Но Вера не любила показывать свои неудачи, а тем более обсуждать их и жаловаться кому-то. Всё, что с ней случалось, она переносила молча и в одиночестве. Поэтому вечером они с подругами всё-таки пришли в кафе.

– Вер, не переживай, – посочувствовала ей Нина, с которой они работали в фирме. – Ты лучшая, даже не сомневайся. И пусть им будет хуже, – подняла она первый тост.

– Правильно ты, Нин, подбила дебит с кредитом, сразу видно бухгалтера, – одобрила Светка и поддержала: – Пусть им будет хуже!

– А Игорёша твой мне никогда не нравился, – продолжила тему Светка, ополовинив бокал вина. – Слащавый он какой-то, ненастоящий. Встретишь ещё своего принца, – резюмировала она, – налегая на лосося под сливочным соусом.

Вероника молчала, даже не отнекивалась и не отвечала на реплики подруг, но была им благодарна, что они не сюсюкают, не успокаивают, а ещё и подначивают её и обсмеивают бывшего. Тоже поддержка своего рода. Но настроение это не улучшило и в середине вечера, когда девчонки обе ушли на танцпол, Вероника забрала свою сумочку и покинула заведение, столик она уже полностью оплатила.

Вера медленно брела по ещё оживлённой улице. Лето. Сумерки только-только наступали. Машинально она ступила на пешеходный переход, не заметив жёлтого сигнала светофора. А джип из дальнего ряда сразу рванул на высокой скорости…

Реанимация приехала на удивление быстро. Но Вероника уже не видела и не знала, как споро её загрузили в машину, как врач всё время склонялся к ней, скептически покачивая головой и пожимая плечами, на вопрос медсестры: «Довезём?» И уж тем более не знала, что на вторые сутки в реанимации её сердце перестало биться совсем. Судьба поставила точку в её жизни на Земле.

***

– Алистер, Алише исполнилось восемнадцать. Первое совершеннолетие. До сих пор нам удавалось отследить её увлечения и загодя принимать меры, но с этого момента она может совершать и принимать визиты самостоятельно и отследить её интересы будет гораздо сложнее. Ни у тебя, ни у меня нет времени сопровождать юную девицу по гостям, салонам и лавкам.

– Ты прав, Гартнер, дочь как-то быстро выросла, я и не заметил. Визиты, да, становятся проблемой. Мы не можем закрыться ото всех и отказывать в визитах родственникам и знакомым. Не можем и Алише запретить совершать визиты. Король не поймёт, начнутся вопросы. Так что светская жизнь для дочери всё же начнётся, но нужен контроль.

– Компаньонка? – полуутвердительно спросил Гарт.

– Да, но очень, очень достойная. Займись этим сам, Гарт, чтобы и положение семьи, и образование девицы, и её нравственные качества не вызывали сомнений. И, сам понимаешь, желательно найти девственницу.

– Попробую отыскать подходящую, – усмехнулся Гарт на последнее замечание брата и вышел из кабинета.

Девственница – это, конечно, желательно, но не обязательно, всё же решил он. Приличная девица, пусть и познавшая мужскую ласку, будет даже предпочтительней. Он сразу представил какой ажиотаж сейчас начнётся в семьях, где есть свободные девицы и даже пожалел себя. Ясно, что многие будут стремиться не столько стать компаньонками капризной дочери брата, сколько просто попасть в замок, где есть два таких аппетитных неженатых приза: братья Ромер – старший и младший герцоги Варгийские.

Вообще-то компаньонка для Алиши нужна была на год-два. Алистер собирался выдать её замуж к двадцати годам и даже нашёл подходящую партию. Но вначале хотел создать условия для взросления дочери. Ознакомить её с реалиями жизни, но не резко, а мягко, исподтишка. Для этого и балы, и визиты, и знакомства, слухи, сплетни – всё то, что прилагается к светскому обществу. И Алише надо научиться лавировать в нём и занимать достойное место. Пока же она знает лишь дом отца и жёсткую опеку с его стороны. А должна уметь держаться в этом скопище змей и акул самостоятельно.

Гарт вздохнул: раз нет матери, придётся отцу и дяде брать на себя миссию знакомства Алиши с правилами света. И компаньонка будет здесь к месту, потому что не все дамские секреты можно обсуждать с мужчинами, пусть даже любящими родственниками. Чаще в этом возрасте нужна женщина. Только, где такую найти…

Погрузившись в размышления о предстоящем поиске, Гарт незаметно дошёл до своего кабинета и тут же вызвал секретаря.

– Стивен, наведи справки обо всех незамужних девицах герцогства из знатных семей. Из них выбери всех в возрасте от двадцати до тридцати лет. Учитывай, что девица должна иметь образование, быть серьёзной и не иметь порочащих слухов и любовников.

– Нищих тоже учитывать? – с недовольством спросил секретарь.

– Если эти «нищие» будут из обедневших аристократов, то обязательно, – не принял его высокомерия Гарт.

Аристократ остаётся аристократом даже в рваном рубище, так считал младший брат герцога. А подлец бывает подлецом и на золотом кресле. Поэтому для себя Гарт на делил людей по знатности и богатству. У него была своя шкала: достойный человек – сволочной человек. Ну и между этими крайностями ещё куча нюансов по степени порядочности или сволочизма.

Отдав распоряжение, Гарт и сам потянулся к родовому геральдическому справочнику. В нём отражались все изменения в аристократических семьях в режиме реальности: рождения, смерти, свадьбы, разводы, продажи и приобретения титулов – всё это автоматически отражалось в родовых книгах аристократов королевства и подделать записи было невозможно. Магия.

Гарт сразу перевернул первые пятнадцать страниц, там была информация о королевском роде. Искать компаньонку среди тех девиц было даже не смешно. Но вот дальше можно было смотреть внимательно. Младшие дочери, племянницы, внучки графов, баронов, виконтов вполне подходили для этой миссии. И было их, слава заступнице, немало.

Особо тщательно этот список прошерстит Стивен, а Гарт хотел сейчас бегло просмотреть новые записи. Может, глаз что-то полезное и выцепит.

ГЛАВА 1

– А-а-а-а!!!

Истошный женский крик с явными признаками неимоверного страха и ужаса пронёсся над небольшим кортежем, который сейчас преодолевал последние несколько лье перед замком герцога Алистера Ромера.

– А-а-а-а!!! – тут же подхватил второй голос, более грубый, жёсткий, почти старческий, но показывающий уже не страх, а сигнал тревоги.

Мужчины повернули головы на крик. Лошади запрядали ушами и присели, готовясь рвануть в сторону, но удержанные сильными руками, лишь беспокойно переступали ногами. И все смотрели на роскошную карету, которая ехала в середине кортежа и из которой сейчас доносились эти дикие крики.

Сразу после первого крика Гартнер, который ехал позади кортежа, дал коню шпоры и намётом полетел к карете. Они везли очередную кандидатку в компаньонки для наследницы брата. И вот что-то случилось. Случилось это именно с девушкой, в этом Гарт не сомневался, иначе Сольга – их с братом нянюшка, не орала бы таким басом из-за себя или Молли.

Подскочив к карете, Гарт рывком распахнул дверцу и прямо с коня соскочил внутрь. Карета уже остановилась и можно было распахнуть обе дверцы, чтобы было светлее. Леди лежала на сиденье в неудобной позе: просто завалилась навзничь, видимо, потеряв сознание.

Напротив неё в страхе тряслась горничная Молли, она и закричала первой, и нянюшка, которая не тряслась, а деловито рылась в саквояже. Видимо, искала какие-то снадобья.

– Что случилось? – требовательно спросил Гарт, окидывая взглядом неподвижное тело и отмечая мимоходом смертельную бледность и синеву губ несчастной.

– Она… она…, – задыхаясь пыталась говорить горничная. – Леди ум-мерла…

– Как это произошло? Подробно! – прикрикнул Гарт.

– Л-леди стало плохо после остановки в Тронвилле. Она жаловалась на боли в желудке. Потом Сольга дала ей зелье и леди, кажется стало легче. А потом она закрыла глаза. Мы думали она уснула. А она… она взяла и упала… м-мёртвая…, – еле слышно договорила горничная и сама побелела не меньше леди.

– Сольга, что ты ей давала? – бросил Гарт няне, не глядя на неё.

– Настой шиповника, сынок. Никакого вреда он ей принести не мог, – озабоченно ответила женщина, держа в руках найденную нюхательную соль, но Гарт сомневался, что она сейчас пригодится.

Он продолжал внимательно изучать лицо и руки кандидатки, не притрагиваясь к ней.

– Лекарь здесь? – спросил он офицера сопровождения.

– Да, Гартнер, я здесь, – ответил тот сам.

– Моран, посмотри, что с леди.

Гарт отодвинулся, пропуская к девушке их замкового лекаря, но из кареты не вышел. Затем перевёл взгляд на Молли с Сольгой и приказал им покинуть карету.

– Но, как же, сынок? – попыталась возразить нянька. – Девушка останется одна с мужчинами!

Но, столкнувшись со взглядом бывшего воспитанника, беспрекословно покинула карету вслед за Молли. Сам Гарт не видел ничего особенного в том, чтобы остаться и понаблюдать за действиями лекаря. Своё впечатление от увиденного оно всегда ценнее.

Как объект удовольствия и наслаждения, он эту девицу не рассматривал даже гипотетически. Да и не для себя искали они с братом девиц по всем семьям герцогства. Дочери брата от первого брака – Алише исполнилось восемнадцать лет, и, по обычаям, она могла появляться в гостях или принимать гостей без мужского сопровождения. Но при ней обязательно должна была быть подобающая спутница.

И неожиданно с этим, казалось бы, несложным вопросом возникли серьёзные затруднения. Алиша не смогла найти общий язык ни с одной из ранее представленных ей компаньонок. И все девицы, а их было уже пять, покидали замок, не продержавшись в нём и месяца. Самый короткий срок был два дня, самый долгий – две недели. Так что поиск компаньонки для наследницы существенно затянулся.

На эту, шестую девицу, братья возлагали особые надежды. Она подходила по всем параметрам: образована, умна, сдержанна, воспитана, малопривлекательна, не замужем, не имеет любовника, девственна. Идеально подходит им. Вопрос: подойдёт ли она Алише.

Кроме того, приближался королевский бал дебютанток. К этому времени желательно было познакомить Алишу с семьями других дебютанток и семьями возможных претендентов на её руку, чтобы на самом балу девочка уже осознанно выбирала кандидата и не стояла скромно у стены одна. Надо, чтобы у неё уже был свой круг друзей и знакомых. И там же Алистер предполагал познакомить дочь с выбранным для неё женихом. О свадьбе речь пока шла. Два-три года Алистер готов был дать дочери для свободной жизни. Однако, познакомиться с будущим женихом было желательно заранее, чтобы дочь, так сказать, привыкла к мысли.

Но ведь не самому герцогу вывозить дочь на все эти домашние приёмы и ланчи, на которых обсуждать с матронами последние сплетни герцогского и королевского дворов?! Ясно, что нет! В общем, по многим причинам герцогам срочно нужна была приличная дама возле наследницы. Так что новая кандидатка нашлась вовремя. Впрочем, «нашлась» не совсем точное слово. Список кандидаток был составлен давно, и сейчас Гарт просто следовал ему, удаляя испробованные неудавшиеся варианты. Эта девица была шестой в списке.

Во-вторых, осенью Алише предстояло отбыть в академию магии. Не то чтобы Алистер собирался давать дочери полноценное магическое образование, но ознакомить дочь с началами бытовой магии было необходимо. Для этого в академии был факультет бытовой магии, на котором детей аристократов обучали основам за год-два, в зависимости от поставленной задачи. Остальные желающие учились полный курс – шесть лет.

Хотя магический потенциал у Алиши был невелик, но ведение хозяйства невозможно без магии. Хозяйка замка должна ею владеть. А Алише предстоит стать хозяйкой большого и богатого замка. Так что, да, академия нужна. Поэтому компаньонку искали ещё и из числа выпускниц, чтобы могла поделиться опытом учёбы и поддержать при необходимости. Эта Ника Донелли, которая сейчас умирала на лавке их замковой кареты, подходила как нельзя лучше и с этой стороны.

Гарт перевёл взгляд с мертвенно-бледного лица девицы на лекаря. Тот продолжал сканировать её, прикрыв глаза и прислушиваясь сейчас только к откликам своей силы.

– Ну?! – не утерпел всё же Гарт.

– Она почти умерла. Яд, – спокойно ответил Моран.

– Ты ничего не сможешь сделать? – без особой надежды спросил Гарт.

Жаль. Ника Донелли принадлежала древнему магическому роду в последнее время отошедшего от двора, потому что в нём не осталось взрослых мужчин, способных представлять род при герцоге. Но само графство беднее не стало. Это были по-прежнему богатые и обильные земли. И, судя по всему, эта девица успешно продолжала дело отца и управляла землями крепкой рукой.

Почему при этом старшая дочь графа Донелли оказалась старой девой и в возрасте тридцати лет до сих пор была не замужем, для Гранта было загадкой. Да, девица не обладала сногсшибательной красотой, однако, была довольно милой девицей (даже очень милой, просто не в его вкусе, ради справедливости заметил Гарт), а её приданое наверняка искупало все возможные недостатки.

Хотя, как раз для герцога факт лично свободного состояния девицы сейчас был к месту. Компаньонкой его дочери могла быть только незамужняя девушка не старше тридцати лет, так как замужние дамы компаньонками девиц быть не могли.

Ника Донелли подходила как нельзя лучше и в этом плане тоже. Она окончила академию. Нигде не служила, так как вела дела графства, но имела свою лабораторию. Граф Донелли не запрещал дочери заниматься любимым делом, а сейчас после его смерти устанавливать какие-либо запреты девице было просто некому. Она сама стала хозяйкой и распорядительницей всего состояния до второго совершеннолетия её младшего брата. Но одновременно продолжала свои научные работы по созданию новых артефактов.

Второе совершеннолетие наступает в двадцать пять лет и до этого момента графиня Донелли успеет выполнить свою функцию и составить компанию дочери герцога. Алистер собирался выдать дочь замуж не позднее двадцати – двадцати двух лет. Что сама дочь может быть против таких планов, никто и не думал. Как герцог скажет, так и будет.

И вот теперь все планы герцога и Гарта шли псу под хвост из-за непонятного покушения на никому ненужную девицу. Кому?! Ну кому она могла помешать и чего хотели этим добиться?! Гарту это было пока непонятно и поэтому заставляло серьёзно отнестись к происшествию.

– Я попробую её вытащить, – ответил между тем Моран, – но не обещаю. Вызови моего помощника из замка. Слава заступнице, мы уже близко и сообщи Алистеру. И, да, мне потребуются дополнительные силы, так что захвати кристаллы.

– Понял!

Гарт выскользнул из кареты, оставив Морана один на один с проблемой, но ненадолго. Он подозвал командира охраны и приказал разбить лагерь. Несмотря на близость замка, перемещать девушку пока было невозможно. Значит, всё их сопровождение будет ждать результатов здесь. Не растают.

Сольгу и Молли Гарт снова отправил к карете, чтобы быть на подхвате у лекаря. И всем запретил покидать место происшествия. Яд – это не шутка. Теперь все, кто был в этом кортеже будут подвергнуты тщательному досмотру и допросу. Но говорить об этом заранее совсем необязательно. Незачем поднимать панику и настораживать отравителя. Отдав необходимые распоряжения, Гарт взметнулся на коня и через мгновенье уже скрылся вдали.

Лекарь склонился над девушкой, больше не обращая внимания на окружающих. Он не обманул Гарта: девица была при смерти, но её ещё можно было вернуть. Вначале Моран надрезал едва заметную венку на запястье девушки и заставил кровь стекать тонкой струйкой в подставленную мензурку. Нужно было точно определить яд и в то же время вывести хотя бы его часть его из организма.

Послав импульс магии по венам, он начал вытягивать частицы яда, которые уже распространились повсюду. Времени от момента отравления прошло немного и Моран надеялся, что яд ещё не начал впитываться в органы, а остаётся в крови. В этом случае его ещё можно собрать и вывести из организма без особых последствий. Но сил это потребует много.

С другой стороны, нельзя допустить большой потери крови, тогда и магия не поможет. Кровь – это живая сила, если её будет не хватать, тело погибнет. Да и при большой потери крови восстановление девицы пойдёт гораздо медленнее. Поэтому всё делаем осторожно, напомнил сам себе Моран и продолжил спасение.

Моран быстро прочёл заклинание вывода ядов и усилил немного отток крови. Вытекающая из раны жидкость сменила цвет на голубой, затем на синий, а через некоторое время опять на голубой, затем опять на красный.

– Уф-ф! – Моран отёр пот со лба. – Кажется, основное вывели. Но больше через кровь нельзя, – доложил он Гарту, который уже вернулся и стоял рядом с ними, наблюдая за процессом. – Давай кристалл, начну лечение.

Гарт молча отдал накопитель магии и сел напротив. Да, уж, «весёлое» приключение с шестой компаньонкой случилось!

Моран, превозмогая усталость, вновь забормотал заклинания и начал вливать силу в неподвижное тело. Но сколько бы он не старался, отклика не получал. Девушка по-прежнему не реагировала ни на эликсиры, которые он в неё вливал через специальную полую трубку, ни на магию, которая щедро истекала из накопителей. Яд продолжал покидать тело несчастной теперь уже через поры кожи, но девушка не приходила в себя.

Наконец, лекарь догадался взглянуть на девицу магическим зрением и замер: тело было пусто! Душа покинула его и пробуждать было некого. Он сколько угодно может поддерживать жизнь этого тела: сердце будет биться и кровь будет струиться по жилам, но пока в теле не будет души, оно останется пустым сосудом. Однако вернуть ушедшую душу не так-то просто.

– Гарт, – обернулся лекарь к хозяину. – Она ушла. Нужен зов, может, ещё вернётся.

Гарт стукнул кулаком по борту кареты, выказывая немалое раздражение. Ну, что за невезение! Самый удачный экземпляр! Столько надежд на него и вдруг – смерть! Ну, нет! Не для этого он мучается уже два месяца с этими кудряшками и бантиками, притаскивая их в Брамбер. Зов, так зов!

– Давай! – приказал он Морану. – Сделай всё, что можешь! Я помогу, поделюсь!

Для зова нужна живая энергия другой души, нужно истинное желание вернуть ушедшего. Справятся ли они, мелькнула у лекаря тревожная мысль, но ему и самому стало жаль эту несчастную девицу, которая ещё и не жила толком, так рано оставив мир в угоду неизвестным врагам.

Моран вздохнул и внимательно вгляделся в лицо девушки. Что может её вернуть? Ради чего она может откликнуться из своего далека? Тридцать лет, магесса, артефактор, не замужем, но есть семья – младший брат. Младший брат… Попробовать? Ну, начали!

– Взываю к душе Ники Донелли… взываю к душе Ники Донелли, – начал речитативом проговаривать Моран.

Он заблаговременно достал из своего саквояжа порошок горного можжевельника и насыпал его вокруг неподвижного тела, а теперь показал знаком Гарту, что порошок необходимо поджечь, но тот и сам знал это, так как уже видел подобный ритуал.

Запах можжевельника окутал внутреннее пространство кареты. Говорят, он помогает телу открыться и принять вернувшуюся душу или удержать уходящую. Между зубами девушки Моран вставил небольшую деревянную трубку, которой обычно слушал плод у беременных, чтобы душа смогла проникнуть обратно в тело, а сам продолжал тягуче выговаривать имя несчастной: