Два мажора для разведенки

АННОТАЦИЯ

– Тебе уже тридцать пять лет, Катя. Родить так и не смогла. Я же привожу тебе уже взрослого ребенка. Памперсы менять не надо. К тому же готов и дальше тебя содержать. Хотя ты уже не первой свежести. Еще и раскоровела, смотреть противно! Только и способна, что дома убираться да щи-борщи варить. Что с тебя еще взять? У меня даже на тебя уже не стоит! Приходится постоянно шлюх на стороне снимать. Так что побудешь няней, ничего с тобой не случится! И вообще, спасибо скажи, что я тебя из жалости еще и продолжаю терпеть. Мог бы давно уже взашей выкинуть и найти помоложе да посимпатичней.

Он скривился и посмотрел на меня так, будто я дерьмо у него под ногами.

Я же дернулась, как от удара.

– Вот оно что. – После этих слов внутри как будто корочкой льда начали покрываться сердце и душа. И я уже чисто на автомате сказала: – И ты решил забрать ребенка себе.

– А что ты мне предложишь делать в этой ситуации? – требовательно спросил он меня.

– Я предложу тебе развод, – ответила я и, встав, отправилась в спальню собирать вещи.

***

После тринадцати лет брака я узнала, что у мужа есть девятилетний ребенок и он хочет, чтобы его сын жил с нами, так как мать отказалась от него. Но это еще полбеды, я бы, возможно, еще подумала, чтобы согласиться, но после того, как муж обозвал меня коровой и сказал, что больше не хочет как женщину, а видит во мне лишь домработницу и няню для его сына, я решила подать на развод.

Только после развода я останусь на улице, без квартиры, машины и денег.

И, чтобы выжить, я устроилась домработницей к двум богатым двадцатипятилетним мажорам. Но кто бы мог подумать, что эти два избалованных юнца вдруг обратят на меня своё внимание. И плевать им, что я старше их на десять лет и у меня лишний вес. Да и спрашивать меня никто не собирается, потому что они оба привыкли получать то, что хотят…

ГЛАВА 1

– И ты всё это время скрывал от меня своего сына? – спросила я мужа, смотря ему в глаза.

А он даже не пытался их отводить и вообще вел себя так спокойно, будто ничего особенного не произошло.

– Даже не собирался о нем рассказывать, но случилось то, что случилось, – развел он руки в стороны и, продолжая оставаться совершенно невозмутимым, добавил: – Ленка его не хочет воспитывать, у нас с тобой детей так и не случилось, так почему бы нам его не забрать себе?

Я какое-то время еще стояла с раскрытым ртом, не веря в случившееся, но затем всё же решила понять глубину того, насколько же охренел мой муж.

– И как ты себе это представляешь? – хмыкнула я.

– Очень просто, – пожал он плечами. – Забрать его, и пусть живет с нами. Не думаю, что с ним будут какие-то проблемы. Пацан уже большой, почти девять лет. Жопу мыть не надо. Покормить да в школу отправить, там у него кружки всякие, быстро заберешь его из школы, отвезешь на кружки. Не зря же я тебе машину купил.

И пока мои глаза лезли на лоб от таких заявочек, муж продолжил:

– А вечером он уроки сделает и спать. Да ты его даже толком видеть не будешь. Все равно ведь на меня готовишь. Ну будешь готовить чуть больше. Продукты ведь ты на мои деньги покупаешь.

– Угу, – закивала я. – Очень интересно. Я просто поражаюсь твоей… я даже не знаю, какое слово правильно подобрать, – пробормотала я, продолжая находиться в шоке от собственного мужа.

– Слушай, это была случайная связь, – начал пояснять он, при этом даже и близко не понимая, что же не так. – Мы всего-то раз по пьяни на корпоративе переспали. Я даже не помнил ничего. Она работала секретаршей у нас в офисе. Да её там только ленивый не трахал. Она всем давала. Понимаешь?

– А счастливым папой оказался ты? – сарказм из меня так и сочился, можно было ведром черпать.

– Ну я ей тоже тогда не поверил, думал, что на понт берет, – спокойно продолжил он. – А она все же родила и даже тест сделала через суд, сучка, – недовольно процедил он. – Приходилось платить ей алименты. А сейчас она вообще заявила, что выходит замуж и уезжает, а ребенок ей не нужен. И либо она его отдаст в детский дом, либо я заберу его себе.

– Отлично, – ошеломленно покачала я головой. – И за все эти девять лет ты ни разу не обмолвился о том, что у тебя есть сын?

– А зачем об этом говорить? – пожал он плечами. – Ну есть и есть… Деньги я трачу свои, не твои же. Какая тебе-то разница?

– Я думала, что мы семья, – выдохнула я, неверяще смотря на человека, которого любила. – Думала, что у нас нет друг от друга подобных тайн. Как это сейчас модно говорить – «соулмейты». Близкие души…

– Слушай, мы и есть семья. – Он зарылся в волосы пальцами, и на мгновение мне показалось, что он сейчас всё же извинится передо мной и, возможно, я смогу… нет, не простить, но хотя бы немного его понять. Однако же в мужских глазах мелькнул стальной блеск, и, сжав зубы, он опять упрямо посмотрел на меня. – Но это к делу не относится. И я не собираюсь это обсуждать. Я просто ставлю тебя в известность. А твоя задача – обеспечить всё необходимое для того, чтобы моему сыну было комфортно у нас дома. В конце концов, я за это тебе даю денег, и немало. И почему я обязан вообще перед тобой здесь оправдываться? – зло рявкнул он на меня, и я даже вздрогнула от неожиданности. А затем уже тише, но с очень неприятной издевкой в голосе продолжил: – Тебе уже тридцать пять лет, Катя. Родить так и не смогла. Я же привожу тебе уже взрослого ребенка. Памперсы менять не надо. К тому же готов и дальше тебя содержать. Хотя ты уже не первой свежести. Еще и раскоровела, смотреть противно! Только и способна, что дома убираться да щи-борщи варить. Что с тебя еще взять? У меня даже на тебя уже не стоит! Приходится постоянно шлюх на стороне снимать. Так что побудешь няней, ничего с тобой не случится! И вообще, спасибо скажи, что я тебя из жалости еще и продолжаю терпеть. Мог бы давно уже взашей выкинуть и найти помоложе да посимпатичней.

Он скривился и посмотрел на меня так, будто я дерьмо у него под ногами.

Я же дернулась, как от удара.

– Вот оно что. – После этих слов внутри как будто корочкой льда начали покрываться сердце и душа. И я уже чисто на автомате сказала: – И ты решил забрать ребенка себе.

– А что ты мне предложишь делать в этой ситуации? – требовательно спросил он меня.

– Я предложу тебе развод, – ответила я и, встав, отправилась в спальню собирать вещи.

После тринадцати лет совместной жизни услышать от мужа столько оскорблений было не просто больно – было невыносимо.

Конечно же, он за мной даже не пошел – в общем-то, я от него другой реакции и не ожидала. Последние три года наши отношения совсем охладели и жили мы больше как соседи, нежели как муж с женой.

Я вообще была очень удобной соседкой: уборка квартиры, уют да завтраки-обеды-ужины. Еще и с его-то язвой старалась делать вкусные и неопасные блюда. В общем, что ни говори, а просто охрененная соседушка.

И вот, теперь еще и ребенка готового приведут.

Ну конечно, раз я родить не могу, держи тебе чужого от какой-то шалавы. Может, какая-нибудь овца бессловесная и приняла бы чужого ребенка, но не я точно. Я себя не на помойке нашла. Он не щенок и не котенок. Он человек, уже сформировавшийся, который войдет в мой дом.

Нет уж, спасибо, пусть дальше сам, как-нибудь без меня.

Я хотела ребенка. Но я хотела своего ребенка, а не чужого.

И притворяться ради мужа я не собираюсь. С меня хватит! Особенно после всех его слов о том, что у него даже на меня не стоит.

Раскоровела я, видите ли!

А то, что проходила гормональную терапию, которая и привела к увеличению веса, потому что хотела родить, ведь он сам же постоянно требовал, как и все его многочисленные родственники, смотрящие на меня так, словно я не человек, об этом он уже забыл?

Когда я взяла три чемодана, решив забрать как можно больше своих вещей, чтобы не возвращаться, и вышла в коридор, муж наконец-то появился, смотря на меня своим неизменно пофигистичным взглядом.

– И что, предлагаешь мне сдать его в детский дом? – опять решил он потребовать от меня какого-то решения.

Нашел дуру, ага, держи карман шире. Я не тупая малолетка. Мне, на минуточку, уже тридцать пять.

– Мне наплевать, что ты будешь делать. Это твой ребенок, – ответила я. И с нажимом добавила: – И твоя ответственность. Поэтому только тебе решать, что с ним делать.

– Ты всегда была холодна к детям – может, поэтому тебе бог их не дал? – решил поддеть он меня и словно соли сыпанул на так и не зажившую рану.

Я посмотрела на него с болью в душе. Он прекрасно знал, сколько сил я потратила на все эти неприятные и болезненные процедуры. И смел говорить мне такое?

– Иди ты на хрен! – зло выругалась я, не сдержавшись.

На лице Никиты заиграли желваки. Конечно, он терпеть не мог, когда я матерюсь. Сразу же начинал вспоминать про моё детство и окружение. Я думала, что опять заведет свою любимую песню о том, что он нашел меня почти что на помойке. Отмыл, накормил да домой привел. И я должна в ногах у него валяться из благодарности.

А то, что я пахала на него все эти годы, словно рабыня, а не жена, да создавала все условия, лишь бы он был всегда счастлив и думал только о своей работе, а не о том, что происходит дома, так об этом он никогда не задумывался.

Сколько я натерпелась от его мамаши и другой родни. Но я всегда молчала и никогда не роптала, и правда считая себя вторым сортом.

Единственной моей отдушиной была эта квартира, когда я в ней оставалась одна. Я чувствовала в ней себя защищенной. И наводила уют прежде всего для себя.

И теперь на мою территорию он собрался привести еще одного человека, которого мне предстоит обихаживать и терпеть все его закидоны.

Уж я-то прекрасно знала, что такое подросток-мальчик. У меня были младшие братья. Я хорошо помнила, как меня заставляли родители за ними присматривать, решив скинуть с себя ответственность на старшую дочку. А сами только и делали, что рожали каждый год да пили как проклятые.

Да дело даже не в этом.

Лучше бы посмотрел, сколько стоит такая рабыня и сколько придется денег платить за подобную домохозяйку. Уж я-то видела цены и знаю, сколько бы я получала, работай на какую-нибудь семью. Да даже на мужика. И пофиг, могу и ноги раздвинуть, чай не ледя…

Знаю, почем фунт лиха. Да, за последние годы я расслабилась немного и привыкла к сытой, спокойной жизни, но это не значит, что я не смогу выжить.

Выживу! Всем назло!

И удивительно, но муж, видимо, решил пропустить весь свой обычный спич и сразу же перешел к козырям:

– И что? Где и как жить собираешься? У тебя даже толком образования никакого нет. Ни работы, ни связей. Никто из моих друзей и близких тебе руки не подаст, когда я скажу, что ты ушла, потому что не хочешь видеть рядом моего сына. Как женщина ты уже вряд ли кого заинтересуешь, слишком старая и толстая. Разве что пойдешь кассиром работать в наш супермаркет? Так там и без тебя народу хватает. И ключи от машины не вздумай брать. Не зря я её на маму оформил, как знал, что на тебя опасно что-то оформлять.

– Тебя это не должно больше волновать, – процедила я, одеваясь и бросая связку ключей на тумбочку в прихожей. – На развод подам через госуслуги. Так что думаю, что разведут нас быстро.

– Ладно, как хочешь, – пожал он плечами, насмешливо фыркнув. – Остынешь – позвони. И да, не советую на раздел имущества подавать: всё, что есть у меня, я купил до нашей с тобой свадьбы. Поэтому ничего не получишь, только деньги зря на адвоката потратишь, которых, к слову, у тебя и так-то нет. Но ты знаешь, я добрый. И готов тебя принять. Только слишком долго не бегай. Максимум даю неделю на то, чтобы побеситься. После этого на порог не пущу, даже если будешь в ногах валяться.

И, развернувшись, отправился обратно в гостиную.

Я проводила его спину взглядом и почувствовала, как больно на душе. Тринадцать лет жизни… Девять лет ребенку. Тогда мы были самой счастливой парой. Я бы и близко не подумала, что он мне изменял.

А он… трахался с какой-то там шалавой. Фу-у… Как же мерзко.

А сейчас он еще и такие гадости мне говорит. И продолжает заниматься сексом на стороне.

Боже, как я могла его полюбить? Где были мои глаза?

– Галь, привет, – позвонила я своей маникюрщице, когда уже вышла из дома.

– О, привет, подруга, у тебя вроде запись только через неделю. Ноготь, что ли, сломала? – бодрым голосом спросила она.

– Я от мужа ушла, – коротко ответила я, не став разводить долгие политесы. – Могу я у тебя временно перекантоваться?

– Воспитываешь, что ли, его? – вопросом на вопрос ответила она.

– Нет, насовсем решила уйти. Так что? Дашь время, чтобы очухаться?

– Ну ты даешь, – вздохнула она. И я уже думала, что начнет уговаривать, чтобы не дурила и осталась, но нет, Галя не подвела и ответила: – Максимум неделя. Потом у меня Влад приезжает, сама понимаешь, нам не до посторонних дома.

– Понимаю, спасибо, Галь, – выдохнула я от облегчения.

Неделя – уже что-то. Когда-то, несколько лет назад, когда я приехала в столицу, у меня и этого времени не было, но я справилась. И сейчас справлюсь. Чай не глупая провинциалка, которая даже толком не знала, как на метро ездить. Теперь будет намного проще, с моим-то опытом.

– Заезжай ко мне на работу, дам ключ, – сказала подруга.

– Скоро буду.

После этих слов я вызвала такси.

Чем мне нравилась Галя, так это деловым подходом. Мы познакомились с ней пять лет назад. Первый год у нас не было особо близких отношений, только как клиентка с мастером. А вот потом у Гали случилась проблема: умерла мама. И я ей помогала с похоронами. Она была в таком состоянии, что вряд ли сама бы справилась.

Поэтому и позвонила я именно ей, знала, что не должна отказать.

Заехав к Гале на работу, забрала ключи. Болтать долго не стали, у неё был загруженный день, а затем отправилась к ней домой.

Галя жила в хрущевке-двушке. Арендовала её.

Была замужем, но детей не было – тоже из-за проблем по-женски. Мы еще и из-за этого с ней сдружились. Как говорится, сблизила общая беда.

Мы обе с ней проходили кучу различных лечений. Не самых приятных и болезненных. Кстати, именно из-за этого Галя и развелась с первым мужем и вышла замуж за того, кого это не беспокоило, потому что у него уже были дети от первого брака. Но он был «воскресным» папой, что мою подругу полностью устраивало. Потому что раз в неделю принять чужих детей она вполне могла. А вот видеть каждый день не хотела.

Слишком это болезненно для неё было.

Чувствовать себя неполноценной каждый день – то еще испытание для психики.

Всё же чужие дети – это чужие дети.

Кто-то, может, и способен их принять, но я нет, и подруга моя тоже нет.

Ну да, мы те еще эгоистичные сучки, которые если и хотят воспитывать, то только своих родных детей, а не чужих. Но уж какие есть.

Лучше уж так, чем становиться злобными мачехами из сказок.

Я на такое точно никогда не подпишусь. И, честно, не понимаю тех женщин, которые так себя ведут. Ты либо любишь и принимаешь, либо разворачиваешься и уходишь.

Войдя в квартиру и затащив три чемодана, я уселась на пуфик в коридоре и сидела, наверное, час, смотря перед собой.

Мне нужны были силы, чтобы прийти в себя.

А затем заглянуть в счет, на который я откладывала себе деньги, опять же спасибо Гале.

Я криво усмехнулась, вспоминая о нашем с ней разговоре.

Это именно она предложила мне это делать, когда я пожаловалась на проблемы в отношениях. Никому никогда не плакалась, потому что знала, что мало кто меня пожалеет, скорее, наоборот, позлорадствует. А ей смогла. И Галя подала идею.

Два года назад я начала откладывать. Совсем по чуть-чуть. Муж давал мне денег всегда впритык. Не скажу, что я прям нуждалась в каких-то супердорогих вещах. Но я всё же научилась экономить. И всё благодаря Гале и её клиенткам. У них было полно дорогой брендовой одежды, которую жаль было выбрасывать. А мы с Галей покупали дешево. Зато мужу я отчитывалась так, словно купила по настоящей цене.

Этот скряга мог ведь и проверить. Точнее, не он, а его мамаша с сестрой, которые вечно совали свой нос в нашу жизнь.

Вот так, потихоньку, у меня на секретном счете появилась сумма в десять тысяч долларов. Копейки в столице. Но если я смогу устроиться на работу с проживанием, то справлюсь.

Не бог весть какая огромная сумма, но на первое время должно хватить.

Наверное, кто-то решит, что я поступила слишком импульсивно, решив уйти.

Но на самом деле я просто дошла до точки кипения.

Всё началось три года назад. Мы с Никитой стали друг от друга отдаляться. Он всё больше воспринимал меня как обслуживающий персонал, нежели близким человеком.

И насколько бы я ни выглядела железной снаружи, но внутри чувствовать это было слишком больно.

Я ведь и правда в него влюбилась когда-то. А он…

И вот сейчас эта ситуация с его ребенком только подтолкнула меня.

Господи, куда всё делось? Был же нормальным мужиком. Этим мне и понравился когда-то.

И чувственный, и умный, и добрый.

Да, бывало иногда, что его заносило. Но я как-то не обращала внимания. И, наверное, зря. Думаю, всё это было из благодарности к нему за то, что он меня принял такую вот из провинции, без денег и связей, «замарашку», как любила фыркать его мать в мою сторону.

Может, и стоило задуматься, что человек-то он по факту говно. А первое время лишь притворялся.

Ну и я тоже хороша.

Сама себя считала низким сортом. Приехала из провинции. Родители – алкаши. С другими родственниками вообще не общаюсь. По сути – сирота.

За душой ничего.

Не спорю, он многое мне дал. Защиту от внешнего мира прежде всего. Да только не от своих родственников, которые клевали меня при первой же встрече.

Но я терпела. Понимала, что они будут против.

И вот теперь оказалось, что больше не нужна. Некрасивая, толстая.

Все же не сдержалась и расплакалась. Давно я не ощущала себя такой жалкой. Еще и осталась ни с чем… Уж лучше бы в настоящие содержанки пошла, как мне одна знакомая предлагала. Так бы, может, хоть фигуру сохранила да денег смогла заработать. Там о детях никто и близко не задумывается.

Но уж слишком я была романтичная. Не могла я вот так своё тело цинично продавать. Всё дело в моей учительнице, которая почему-то взяла надо мной шефство и постоянно внушала, что я прежде всего девушка и должна ценить свои тело и душу.

Так что всё к лучшему!

ГЛАВА 2

Уже вечером, сидя за ужином, который я приготовила, и распивая бутылочку вина, которую принесла подруга, я объясняла Гале мои мотивы.

– Ты молодец, что так сделала, Катюш. Я бы тоже выпнула Влада, если бы он мне нечто подобное заявил, – поддержала меня Галя. – Но… – Она подняла палец вверх. – У меня есть работа. А у тебя ничего этого нет. Те деньги, что ты скопила, тебе хватит максимум на год, и то если будешь очень сильно экономить. И тебе либо надо уезжать в свой город…

– Ни за что на свете, – выставила я руки вперед, перебивая её. – Даже подыхать буду, но не вернусь туда.

– Да, знаю, – качнула она головой. – Поэтому тебе придется искать работу. Вопрос только: какую? Какое у тебя образование, кстати?

– Воспитатель детского сада, – фыркнула я. – Но я туда точно не пойду. Это будет для меня слишком…

Я криво улыбнулась.

– Понимаю, – печально кивнула Галя. – Тогда что?

– Я могу вкусно готовить, убираться, наводить в доме идеальный уют и поддерживать чистоту. Я же говорила, что была на курсах по правильному питанию, – начала перебирать я. – Готова устроиться домработницей с проживанием. У Никиты была аллергия на пыль, я дом вылизывала каждый день. Ты же была у меня в гостях, видела.

– Хм-м, вообще, может, что-то и подберем, – покачала головой Галя, внимательно меня рассматривая.

– Мне вообще-то уже тридцать пять. По-моему, идеальна для домработницы. Готова даже ноги раздвигать раз в неделю, если клиент будет не слишком стар и уродлив, – пожала я плечами, понимая, что жизнь штука мерзкая и надо быть готовой ко всему, раз даже человек, которого я считала самым близким, так жестоко со мной поступил. – Но в идеале просто в домработницы, конечно же.

– Я поспрашиваю у своих – может, что и подберем, – серьезно кивнула Галя. – Не переживай, без работы точно не останешься.

– Я буду очень сильно благодарна за твою помощь. Ты знаешь, за мной не постоит. По счетам всегда плачу, – ответила я, и мы чокнулись.

Первым делом я подала на развод. Оказалось, что Никита должен тоже подписать заявление. Не поленилась и написала ему сообщение через мессенджер, чтобы заглянул в «Госуслуги» и поставил свою подпись.

Но тайно всё еще надеялась, что он откажется и попросит у меня прощения, но нет, подписал быстро, даже ничего не спрашивая.

Видимо, слой льда, которым я покрыла свои сердце и душу, еще не успел растаять, поэтому и не ощутила ничего особо болезненного.

Оплатила госпошлину, хоть она и сильно кусалась. Что удивительно, Никита тоже всё оплатил со своей стороны, даже ни слова не написав мне по этому поводу.

Такое чувство, будто он был только рад от меня избавиться.

И все равно надо будет ждать целый месяц.

После того как все закончилось, вдруг ясно осознала, что всё, теперь точно дороги назад больше нет. Это конец. Мне просто надо будет через месяц прийти в ЗАГС, забрать свидетельство о разводе и в паспорте штамп поставить.

Но по факту мы уже сейчас разведены. Он ведь дал своё согласие.

Страдания по этому поводу решила отставить в сторону. Ибо надо было искать работу и как-то жить дальше.

Целую неделю я читала объявления, звонила по ним и даже ходила на собеседования, только вот мне многое не нравилось. То работодатели, то условия, то зарплата. Всё было не то.

Удивило то, что в столице есть профессиональные агентства, которые еще и требуют деньги за помощь в трудоустройстве. Правда, взамен никаких гарантий и помощи не оказывают. Даже юридическая консультация у них платная. Правда, можно вступить в какой-то профсоюз и платить туда взносы. Только я нашла отзывы в интернете о том, что весь этот профсоюз – это одна большая афера. Ничем они не помогают. И всегда остаются на стороне работодателя. Еще и репутацию могут так испортить, что нигде работу не найдешь, если будешь выделываться.

Короче, та еще шарашкина контора. Причем умудрившаяся захватить почти весь рынок подобных услуг в городе.

И к концу недели, когда я уже начала отчаиваться и допускать крамольные мысли о том, а не поторопилась ли я уйти от мужа, мне вдруг позвонила Галя прямо с работы и протараторила:

– Нашла для тебя идеальный вариант! Надо поработать домработницей у двух молодых парней. Они братья, двойняшки. Им по двадцать пять. Приставать точно не будут, там вокруг них полно девок молодых бегает.

– Ого, – только и смогла сказать я. – А откуда ты их узнала?

– Это сыновья моей клиентки. Но она еще сама хочет с тобой поговорить, сможешь через пару часов к ней подъехать в офис? Ей нужен доверенный человек, если ты понимаешь, о чем я.

– Стучать на сыновей? – хмыкнула я понимающе.

– Не то чтобы прямо стучать, но ей надо знать, что у них всё хорошо и они в надежных руках. Они наследники многомиллионного бизнеса – сама понимаешь, вокруг них там куча акул, готовых их захомутать.

– А мне что, отгонять этих акул, что ли? – офигела я.

– Почти, – развеселилась подруга. – Как минимум помогать быстро свалить из квартиры, чтобы не докучали парням. У них много работы. Невест им мать подберет из их круга. А одноразовые девочки все равно будут. Так пусть не мешают им работать. У них отец умер, парням надо пахать как не в себя на фирме, чтобы она не обанкротилась, а не заниматься любовными вопросами.

– Это она тебе, что ли, всё рассказала? – удивилась я.

– Нет, конечно, – рассмеялась Галя. – Это я так, между строк вычленила. Да по своим связям созвонилась. Сплетен собрала. Чтобы ты понимала, с чем придется иметь дело.

– Ну ты и шпион, – покачала я головой.

– Я такая! – хмыкнула горделиво Галя в трубку. – Ну что, справишься с задачей? Подъедешь к ней на собеседование? Или к Никитосу своему вернешься? Кстати, платить она будет триста штук в месяц деревянными. Я ей сказала, что ты очень вкусно готовишь здоровую пищу и вообще ты крутая и надежная. И про мужика твоего, козла, я ей тоже рассказала. А она за сыновей переживает, что плохо питаются. Гастрит и всё такое.

– Сколько? – хриплым голосом переспросила я, вычленив самую важную информацию из спича подруги.

– Триста, – хмыкнула она. – Ребятки-то небедные. И это с проживанием на их территории. Но первый месяц будет сотня. Вдруг не сработаетесь?