Между мирами – Темный круг

Мир не может быть вечным

С момента моего возвращения в поселение прошло полгода; миновала холодная зима. Я стал полноценной частью стаи и занимался охотой с группой оборотней, обеспечивая поселение мясом. Калеб, вожак стаи, чувствовал приближающийся закат своей жизни. Он прожил много столетий и, понимая неизбежность кончины, передавал все знания своему сыну Гэвину, обучая и готовя своего приемника занять его место. Мы с Кайлой сильно сблизились и стали жить вместе. У оборотней другие традиции и обычаи; у них не принято жить годами без брака, да и не стоит забывать, что это средневековье, что также влияет на порядки и устои.

Весь снег сошел месяц назад, и зелень начинала проступать из земли. Утром я собирался идти на охоту, взяв в основную группу пару молодых оборотней. Мои сборы прервал Гэвин; от него исходило чувство тревоги.

– Что случилось?

– Все хорошо, но отец хочет с тобой поговорить!

– Я отправлю группу и оставлю молодых в поселении.

Гэвин кивнул, и мы пошли к месту сбора охотников.

– Эх, брат, знал бы ты, как я скучаю по охоте… – с легкой грустью сказал Гэвин.

После того случая, когда я спас ему жизнь, он редко называет меня по имени.

– Разве став вожаком, ты перестанешь охотиться?

– У меня будет много других дел.

– Но хотя бы иногда?

Гэвин с улыбкой задумался и сказал:

– В редких случаях, конечно, буду!

Мы прибыли на место сбора. Увидев Гэвина, оборотни были рады, считая, что он тоже отправляется вместе со всеми. Пришлось их огорчить. Оставив молодых в поселении, я отправил группу, и мы пошли в главный шатер, где рядом с вожаком сидела Кайла. Когда мы дошли до середины шатра, в центре которого горел большой очаг, вожак встал и подошел к нам, посмотрел на меня и, переведя взгляд на своих детей, сказал:

– Сегодня я проведу день с Деном. Вы можете заняться своими делами.

Кайла кивнула, улыбнулась мне и вышла на улицу. Калеб перевел взгляд на своего сына:

– Что же ты стоишь? Охотники еще не ушли далеко, и ты можешь их догнать. Разве ты не этого хочешь? – с улыбкой спросил вожак.

Гэвина словно ветром сдуло; мы остались наедине. Калеб взял трость и направился к выходу. Выйдя вместе с ним на улицу, мы пошли по поселению. Весенние лучи грели лицо, дети резвились на улице, а взрослые занимались своими делами.

– Вы слишком сильно сблизились с Кайлой. Я хоть и старик, но помню себя молодым.

Я молчал и слушал его.

– Ты любишь ее?

– Да!

– Моя жизнь подходит к концу. Я не знаю, сколько мне осталось – год или десятилетия, в чем я сомневаюсь. Знаешь, я прожил достойную и счастливую жизнь и помню, какой была Элдория до захвата власти.

– К чему это?

– Прости, старика; меня иногда уводит в сторону. Так о чем я? Ах да, как ты понимаешь, у нас не принято жить вместе до свадьбы. То, что вы сейчас живете, – это уже неправильно. Оборотни судачат об этом, мне это тоже не по нраву. Ты понимаешь, о чем я?

– Догадываюсь.

– Когда вы планируете сыграть свадьбу?

– Мы это не обсуждали. Да вы и сами знаете, что я должен буду уйти, чтобы покончить с тиранией Гектора!

Калеб осудительно на меня посмотрел.

– Разве это повод откладывать такой момент?

Я задумался над его словами, а он продолжил:

– Вы еще молодые. Но кто мы без традиций? Если мы будем пренебрегать ими, наш мир рухнет. Пойдем к огню.

Мы вышли на середину поселения, где всегда горел большой костер, и сели на лавки, сделанные из стволов деревьев. По пути я все взвешивал и обдумывал. К свадьбе я не был готов от слова «совсем». Но с другой стороны, после предательства Ники я не встречал никого более верного, чем Кайла. Даже когда я ушел, она понимала, что мое возвращение может затянуться на годы, но продолжала верить и ждать, даже зная, что у меня кто-то есть. Я понимал, что уход в этот мир – это мое решение, и осознавал, что мне придется принять порядки этого мира. Мои мысли прервал Калеб:

– Ты получишь мое одобрение на брак, но ты должен мне кое-что пообещать!

Я с интересом посмотрел в его глаза, ожидая, что же он от меня хочет.

– Обещай мне заботиться и не предавать ее. А самое главное, обещай, что ты не поведешь поселение на войну! Я знаю, что оборотни готовы следовать за тобой, и если ты попросишь Гэвина, он, не задумываясь, пойдет за тобой даже на смерть!

– Обещаю, что позабочусь о Кайле и не подвергну опасности поселение!

– Но и не забывай, это твой дом, и ты часть этой стаи, поэтому они всегда поддержат тебя.

– Но как я смогу оставить Кайлу, если мне придется уйти?

– Это уже решать вам. После свадьбы она будет твоей женой и вправе следовать за тобой. Но ты дал мне слово, что позаботишься о ней!

Я кивнул, не зная, что ему ответить. Слова старика были полны смысла, и в то же время мне было сложно все это принимать. Моя прошлая жизнь еще долго будет оставлять свой отпечаток в восприятии этого мира. Спустя несколько минут молчания я поднял свой взгляд на Калеба:

– Могу сказать с уверенностью: жизнь Кайлы изменится, она увидит многое, о чем даже не могла думать или мечтать.

– Главное, что мы услышали друг друга.

Я встал и подошел к вожаку, протянув ему руку, когда он поднялся, опираясь на трость, и пожал мне руку за предплечье. Смотря ему в глаза, я произнес:

– Мы услышали друг друга. Мои намерения чисты.

Калеб благодарно кивнул, чувствуя, что я серьезно отношусь к своим словам.

– Уважь старика прогулкой и выслушай мой рассказ.

Я кивнул, и мы пошли прогуливаться по поселению. Калеб рассказал, что был рожден на континенте, когда существа, люди и маги жили в мире. Однако поселение в Волчьем лесу было всегда. Его предки возглавляли оборотней испокон веков, и, вероятно, так и останется впредь. Когда оборотням пришлось отстаивать свои границы во время Великого переворота и захвата власти, многие существа бежали на остров, но часть его семьи осталась там.

– К чему это все?

– История, Ден! Знание истории может создавать союзы и давать силу! Когда-нибудь ты поймешь. А теперь пора возвращаться в шатер.

Время близилось к полудню. Когда мы зашли в шатер, на очаге уже вертелось мясо. Я составил компанию за обедом, а после направился к столам, где всегда разделывают дичь, понимая, что охота должна была закончиться. Так и вышло. Гэвин с парой оборотней уже искусно разделывали свою добычу.

– Смотрю, все прошло успешно?

– Еще бы! – с улыбкой ответил Гэвин, снимая шкуру с оленя. – Что от тебя хотел отец?

– Да, собственно, ничего. Рассказывал истории.

Молодые оборотни смотрели, как правильно нужно разделывать туши. Я отправился на холм, хотя я и стал полноценным членом стаи, но не забывал о тренировках в магии, медитациях и управлении энергией.

На холме я сел уже в привычном месте, под большим деревом, закрыл глаза и начал сосредотачиваться на своем дыхании. Медленно и глубоко вдыхая и выдыхая, я очищал свой разум от ненужных мыслей и сосредотачивался на своей энергии, расщепляя ее до молекул, чувствуя дуновение ветра, как теплые солнечные лучи проникают сквозь ветви дерева, касаются моей кожи. Когда тренировка подходила к концу, поток мыслей стал возвращаться, и, вспоминая наш разговор с вожаком, я задумался о своем будущем и моих чувствах к Кайле. Семя, которое было посеяно еще в мой первый визит в поселение, проросло, когда я вернулся, и с каждым днем наши чувства становились сильнее. Понимая, что Гектор не прекратит мои поиски и тирания в Элдории только ужесточится, я не мог закрыть на это глаза и просто жить, как ни в чем не было, зная, что Фауст рано или поздно отправит за мной Зига и Брана. Это вызвало легкое чувство тревоги внутри меня.

Я почувствовал, как кто-то подходит ко мне, глубоко вдохнул, услышал запах Кайлы и открыл глаза.

– Ден, я знаю, что у тебя на уме, и почувствовала твою тревогу, – садясь рядом со мной, она продолжила. – Но хочу, чтобы ты знал: я всегда буду рядом с тобой, и мы со всем справимся вместе.

Я обнял Кайлу и прижал к себе.

– Ты же понимаешь, то, что предстоит, далеко за гранью обычного. Будет нелегко.

– Да, но это не вечно.

Мы молча просидели несколько минут, пока я не набрался смелости:

– Кайла.

– Да.

– Давай поженимся?

– Я согласна, но нужно одобрение от моего отца, – ответила она, прижимаясь ко мне крепче.

– С этим уже все решено.

Она посмотрела на меня и поцеловала, спустя пару минут мы поднялись и отправились в поселение.

– Надо сообщить о торжестве и подготовиться.

Я держал ее за руку, пока мы шли к большому шатру. По дороге мы встретили нескольких оборотней, которые сразу поняли, что произошло. Лицо Кайлы светилось радостью. Когда вошли, Калеб понял, зачем мы пришли, глядя на счастливые глаза своей дочери.

– Отец, позволь нам пожениться.

Вожак с улыбкой смотрел на нас; для него это было важным событием. Он встал и, подойдя к нам, положил руки на наши плечи.

– Я даю свое согласие. Через две недели мы сыграем свадьбу! А пока предстоит много работы. Нужно добыть достаточно мяса и сделать много покупок в городе.

Мы вернулись в наш с Кайлой шатер, укрытый шкурами. Там стояла большая кровать, очаг, стол с лавками и сундуки для вещей. Когда мы переберемся в Цитадель, она, наверное, с ума сойдет, ведь раньше она не была даже в городах на острове. Поужинав, мы легли в кровать, укрывшись одеялом, сшитым из шкур, и долго не могли уснуть, разговаривая и планируя все детали, но потом сон взял свое.

Следующий день мы провели в планировании. Было решено, что я отправлюсь в город за покупками; нужно было привезти много меда, вина и эля. Вечером я нашел Ганга, который что-то строгал, сидя у большого костра.

– Мне нужно попасть в город!

– Зачем?

– Требуется ряд крупных покупок.

Ганг посмотрел на меня, не понимая, о чем идет речь.

– Через две недели у нас с Кайлой свадьба.

Он улыбнулся.

– Прими мои поздравления! Конечно, я помогу тебе с этим. Завтра отправляемся на рассвете.

Утром я проснулся рано; Кайла еще спала. Я тихо собрался и вышел из шатра, направляясь к окраине поселения, где меня уже ждал Ганг.

– Ты готов? – спросил он.

Я кивнул, и мы молча пошли по протоптанным годами тропам. Полгода я не покидал поселение. Спустя несколько часов мы подошли к большому городу, окруженному каменной стеной. Ворота были уже открыты. Как и всегда, у входа стояло два охранника, которые поздоровались с Гангом, и мы вошли. Ганг – торговец, он практически каждый день приходит в город, и каждый стражник знает его в лицо.

Улицы были наполнены людьми. За полгода в поселении я отвык от городской суеты, хотя это средневековье. Боюсь представить, что со мной стало бы, вернись я обратно в свой мир и попади в торговый центр в период распродажи. По плану я рассчитывал, что сегодня мы все успеем закупить и доставить в лес, где отряд охотников поможет перенести товары в поселение.

Проходя мимо центральной площади, мы направлялись к знакомому торговцу Ганга, который торговал медом, вином и элем. На удивление, площадь была слишком наполнена людьми; слышались крики и возмущения.

– Что там происходит? – с непониманием и удивлением спросил я Ганга.

Он не обращал на это внимание, пожал плечами и сказал:

– Вероятнее всего, показательная казнь.

– И за что могут так казнить?

– Да за что угодно. Просто напомнить другим о том, что стоит соблюдать порядок.

У меня было странное чувство; я сбросил темп и смотрел в сторону толпы. Ганг, заметив, что я отстал, остановился и обернулся в мою сторону.

– Неужели ты хочешь на это посмотреть?

– Нет! – ответил я, пытаясь игнорировать предчувствие.

Мы пошли дальше, но сквозь крики толпы я услышал знакомый голос.

– Твари! Отпустите! Мы ничего не сделали!

Я обернулся и побежал к толпе, которая продолжала кричать о том, что пленных нужно привязать к столбу и забить камнями. Пробираясь через скопление людей, я охватывал энергией всю окрестность и, выйдя в первый ряд, увидел привязанных Зига и Брана. Оба выглядели измученными и истощенными; в них летели камни, и Бран с трудом пытался удерживать защиту, хотя некоторые камни проходили через нее и достигали своей цели.

Я тут же вбежал в центр и встал перед ними, оглядывая толпу. Несколько камней, которые летели в нашу сторону, я раздробил в песок. Вокруг поднялось недовольство и гул; жители города кричали, чтобы я убирался и не мешал правосудию, но бросать в меня камни не рисковали. В нашу сторону побежала пара охранников, и я по неволе зарычал на них, защищая своих друзей. Среди стражи было много оборотней; один из них остановил своего напарника и подошел ко мне.

– Они виновны в краже. Не препятствуй их казни, иначе тебя ждет та же участь.

Я оглянулся на своих друзей и, повернув голову в сторону стражника, отрицательно помотал головой.

– Кто обвинил их в этом?

– В их комнате нашли краденое; тебе не стоит вмешиваться в это.

Я не знал, что делать. Было ясно только одно – я не оставлю их на растерзание толпе. Но как выйти сухими из воды, я не понимал, да и не мог поверить, что они что-то украдут. Конечно, Зиг мог, но он далеко не дурак и не подставился бы так. Я оглядывал толпу, быстро прокручивая эту мысль в голове, и пришел к выводу, что их подставили. В толпе я заметил шевеление; кто-то низкорослый пытался уйти. Энергией я схватил его и притянул к себе, расталкивая толпу. Когда я увидел знакомую рожу гоблина, картинка сложилась.

– Эрдог, сукин ты сын! Это твоих рук дело! – глядя на него, сказал я.

Гоблин посмотрел на меня и испуганно сглотнул. Он не надеялся увидеть меня живым, да еще похожим на оборотня. Я перевел взгляд на стражника, который смотрел на меня с непониманием.

– Их подставили!

– Как ты это сможешь доказать?

Не отводя взгляд от стражника, я разрезал веревки заключенных.

– Расскажи мне, где и что они украли?

Стражник смотрел на меня с недовольством, но подвеска, которую когда-то мне подарил вожак племени, давала ему понять, что я не стану врать, и мне можно верить. Он вздохнул и начал рассказывать. В этот момент Эрдог попытался по-тихому слинять, я это заметил и удерживал его энергией, пока выслушивал стражника.

– В общем, они заселились в таверну «Пьяный гоблин» месяц назад, сняли комнату и сели ужинать. Кабачник заметил, что все его деньги пропали после того, как они подошли к стойке в первый раз. А дальше, сам понимаешь, позвали нас, и мы нашли все добро в их комнате.

– Обыскивали все комнаты?

– Нет. Вот свидетель, который видел, что они взяли деньги и унесли в комнату, – ответил стражник, указывая взглядом на Эрдога.

Я осмотрел толпу снова и громко выкрикнул:

– Здесь есть гоблины?

Ответа не было, но трех гоблинов просто вытолкнули вперед из толпы. Осмотрев их взглядом, все пальцы были на месте, значит, они, по крайней мере, честные воры. Я поднял за шкирку Эрдога; на правой руке у него была надета перчатка. Стянув ее, обнажилась рука без единого пальца. После того, как он предал нас, Зиг откусил ему их. Из перчатки также высыпались деревянные вставки, которые он выточил, чтобы скрыть свой позор.

– Кто, на ваш взгляд, виновен?

Гоблины смотрели со злостью на своего собрата, указывая на него пальцем; такая отметка – позор для их рода, означающая, что гоблин украл или подставил своих. Стражник не понимал до конца, о чем речь. Я перевел взгляд на него и коротко рассказал о том, что Эрдог подставил нас и пытался убить; а когда у него это не вышло, он решил отомстить за свой позор. Картинка сложилась у стражника; он перевел взгляд на гоблина и сказал мне:

– Забирай своих.

– А что будет с этим?

– Это тебя не касается!

Мы с Гангом помогли встать парням и отвели их от толпы. Оглянувшись, я увидел, как вопящего Эрдога привязывают к позорному столбу.

– Нам придется здесь задержаться; они очень слабы, их нужно накормить, – сказал Ганг, придерживая Зига.

– Знаю! – ответил я, удерживая Брана.

Мы дошли до ближайшего трактира; утром они практически пустые. Лысый упитанный кабачник с улыбкой встретил нас, готовясь к очередному дню за стойкой. Усадив парней за стол возле очага, я повернулся в сторону барной стойки, но Бран остановил меня.

– Воды.

Я, не сказав ни слова, отвязал бурдюк от пояса, протянул Брану и пошел делать заказ.

– Чего изволите, господа?

– Нам нужно две комнаты на двоих, еда и эль.

Кабачник посмотрел на наш стол, видя, как Зиг с Браном жадно глотали воду из бурдюка.

– У ваших друзей была тяжелая дорога!

– Да, сначала мы поедим и после заселимся.

Кабачник кивнул и ушел в кухонное помещение, а я вернулся за стол. Сидя напротив Зига и Брана, я смотрел в исхудавшие лица.

– Ты появился вовремя. Боюсь, к вечеру мы были бы уже мертвы, – сказал Бран.

– Что с вами случилось?

– Это долгая история.

– Сейчас принесут еду; я снял две комнаты.

– Хорошо, – ответил он.

Мы молча дождались наш заказ. Я не стал задавать вопросов, решив, что парням надо отдохнуть и набраться сил; у нас еще будет время рассказать, что происходило за последние полгода. Подавальщица принесла большую сковороду жареного мяса, хлеб, сыр и четыре кружки эля. Зиг с Браном проглатывали мясо, практически не жуя, запивая элем. Я повернулся к кабачнику и попросил принести еще две кружки; в ответ тот кивнул и стал наливать из бочонка. Зиг набил брюхо быстро и откинулся на спинку стула, попивая эль; чувствовал он себя немного лучше, чем Бран.

– Мы уже потеряли всякую надежду на то, что останемся живы. Нас месяц держали в темнице, – сказал Зиг.

Я с выпученными глазами от этой новости смотрел на него.

– Рад, что оказался сегодня здесь!

– Видимо, это судьба, – влез в разговор Бран.

После еды ему стало легче, а мне было ясно, что он потратил много силы, используя магию.

– Сегодня мы переночуем здесь, а завтра отправимся в поселение.

Бран откинулся на спинку стула, сделал пару глотков эля и сказал:

– Нам надо возвращаться в Цитадель; Фауст наверняка потерял нас.

– Не раньше, чем через две недели!

– Нет нужного корабля?

– Не в этом дело. У меня свадьба!

Бран с Зигом смотрели на меня, находясь в полном шоке; такого они явно не ожидали.

– Я бы на вашем месте сейчас лег спать. Мы с Гангом решим несколько дел в городе.

Парни кивнули, а я попросил нас заселить. Женщина в скромном сером платье и фартуке отвела нас на второй этаж, указала на комнаты и дала ключи. Пока Бран с Зигом восстанавливали силы, мы с Гангом вышли на улицу и направились к нужному нам торговцу.

– Значит, через две недели ты покинешь нас?

– Этот день должен был настать.

– А как же Кайла?

– Она отправится со мной!

Мы шли по оживленным улицам. Проходя мимо центральной площади, я обратил внимание, что толпы уже не было; к столбу был привязан гоблин. Не знаю, был он жив или нет, но он заслужил эту участь. Пройдя еще пару улиц, мы вышли на торговую площадь, и по пути до нужного торговца я задумался о традициях. За период моего проживания у оборотней свадеб не было.

– Ганг, а как проходят свадьбы в поселении? Может, есть какие-либо традиции? Я должен узнать об этом заранее!

Он пожал плечами и ответил:

– Обычно все проходит тихо, но Кайла – дочь вожака; все поселение соберется на это торжество.

– А традиции есть какие-то?

– Новобрачные встречаются в накидках из волчьих шкур и обмениваются кольцами. Так же у тебя, возможно, будет состязание.

– Состязание?

– Да. Прежде чем вас объявят мужем и женой, любой свободный оборотень может бросить тебе вызов, и вы сойдетесь в схватке.

– Я не совсем понимаю, о чем идет речь и зачем это?

– А что тут непонятного? Если есть один или несколько оборотней, которые претендуют на руку Кайлы, они бросят тебе вызов. И, как ты понимаешь, отказаться нельзя.

– И как это все проходит?

– Вы сойдетесь в поединке. Если ты будешь повержен, то не сможешь жениться на ней.

– Смертельный поединок?

– В редких случаях да, если противник не сдастся. Тебя это пугает?

– Нет! – с уверенностью ответил я.

К этому моменту мы уже подходили к торговцу, возле прилавка с бочонками стоял добродушный низкорослый толстячок с уже седеющей бородой и убранными в хвост волосами.

– Лучшие напитки из дальних земель, попробуйте! – достав две чарки и немного налив в них эля, сказал торговец.

Мы с Гангом сделали по глотку; эль действительно был отличного вкуса.

– У нас оптовый заказ!

– Какой, какой? – с непониманием, что я имею в виду, спросил торговец.

– Нам нужно все и в очень большом количестве.

– Так это, пожалуйста! – указывая рукой на бочки, сказал он.

Я повернулся к Гангу.

– А сколько нам вообще нужно?

– Я так думаю, что чем больше, тем лучше!

– Это понятно, а если считать в бочках?

– Ну, если в бочках, то минимум по пятнадцать вина, эля и меда.

У торговца загорелись глаза от услышанного; примерный объем бочки составлял двадцать пять литров. Поселение у нас небольшое, но мне показалось, что объем покупки будет мал, да и мы не в моем мире; в случае чего в магазин не сбегать. Я повернулся к торговцу.

– Мне нужно всего по двадцать бочек. – кладя руку на бочку большого объема.

– Такой объем смогу удовлетворить только завтра утром; корабль еще выгружают.

– Сколько я буду тебе должен?

– Тридцать серебряных. – с счастливой улыбкой произнес торговец.

Я отрицательно покачал головой, глядя ему в глаза, отчего тот замешкался и стал зажиматься.

– Двадцать пять серебряных и по рукам!

Тот выпучил глаза и со злостью выдал:

– Да это грабеж!

– Это большая партия. Разве не так?

Ганг прошептал мне на ухо:

– Не торгуйся. Он и так отдает почти даром.

Я слегка кивнул, давая понять, что я его услышал.

– Тридцать говоришь? Ладно, по рукам, – протянув торговцу руку, сказал я.

Рукопожатием мы скрепили сделку.

– Утром вы сможете забрать бочки с моего склада.

Ганг прервал его объяснения о местоположении, сказав, что знает, где его склад.

– Нам нужно доставить все в лес.

Торговец замешкался, думая о том, что мы хотим его ограбить, забрав товар и деньги.

– Мы живем в поселении. Ты, возможно, видел меня на торговой площади. Как ты понимаешь, такой груз мы не унесем, – вмешался в разговор Ганг.

– Это также будет не бесплатно. Я могу найти телеги с лошадьми и тех, кто доставит груз, но половину суммы я хочу получить вперед.

Я достал двадцать серебряных монет из мешочка и протянул их торговцу.

– Вот теперь я в вас уверен! – с довольной улыбкой сказал он.

– Я надеюсь на лучшее качество. Ты меня не подведешь?

– Я не враг себе и своей репутации, – ответил торговец, пряча монеты себе в мешок.

Когда мы отходили, тот собирал свою лавку, чтобы закрыться.

– Тебе хватит денег расплатиться за все?

– Надеюсь на это; нужно найти тихое место и подсчитать, что осталось.

Мы вернулись в таверну, где сняли комнаты; я высыпал монеты из мешка, оставалось пятнадцать серебряных и двадцать медяков.

– По крайней мере, с торговцем я смогу рассчитаться.

– Это все, что у тебя есть?

Собрав монеты обратно, я достал мешочек с деньгами из моего мира. Там было несколько юбилейных десятирублевых монет и много другой мелочи.

– Думаю, разберемся.

– А что будешь делать с кольцами?

– Придумаю что-нибудь.

Я не вдавался в подробности, из чего делают кольца; для меня был стереотип, что они должны быть золотыми, что в данной ситуации ставило меня в тупик. Будь у меня золото, Бран бы мог что-то сделать.

– Что нужно еще? – спросил я Ганга.

– Да, в прочем ничего; мясо добудем в лесу; в любом случае с пустыми руками никто не придет!

Разобравшись с финансами без лишних глаз, мы решили отправиться на площадь к кузнечным и ювелирным мастерам. Спустившись вниз, увидели за столом Брана с Зигом; выглядели они уже намного лучше.

– Быстро же вы проснулись.

– Да, надеялись встретить вас здесь, – ответил Бран.

– Ждете заказ?

– Да какой тут заказ? У нас же все деньги забрали, даже те, что я спрятал в одежде, – с недовольством ответил Зиг.

– Надо вернуть. Есть будете?

Оба закивали; хоть ели мы совсем недавно, но парни были истощены. Ганг не стал присоединяться к нам, решив немного поторговать; он отправился на рыночную площадь. Я заказал еду и три кружки эля, расплатившись мелочью из моего мира.

– Рассказывайте. Что у вас там происходило?

– Все существа, скрывающиеся в Проклятом лесу, готовы выступить на войну против Гектора, но их слишком мало. Фауст собрал больше трехсот существ по всему континенту, которые присоединились к нам и должны прибыть в лес. Оборотни и гоблины, живущие в поселениях, отказались нас поддержать.