Тата. Твоя (не)верная

ГЛАВА 1. Отчего невесты плачут?

Просторный светлый зал украшен белыми цветами и воздушными шариками с надписями – совет да любовь, с днем свадьбы, жених, невеста, молодожены.

Столы ломятся от обилия закусок, кулинарных шедевров, фруктов и сортов вина.

Многочисленные гости, захваченные общим весельем, шутят, смеются, поют, танцуют, участвуют в конкурсах.

Я и мой теперь уже муж – центр внимания и причина торжества.

Поздравления, подарки, тосты, крики «горько».

Все, как и полагается. Но отчего-то возникает ощущение, что я часть чужого праздника.

Пытаюсь казаться счастливой невестой, а внутри сердце сжимается в комок. Сижу за столом, точно кукла с натянутой искусственной улыбкой и поднимаю очередной бокал с шампанским. Еда вызывает апатию и отвращение. Единственное, чего хочу по-настоящему – напиться и унять тревогу, абстрагироваться от происходящего. Но мне этого не позволяют. Возникает желание заорать в голос, но делаю это лишь в мыслях.

Вздрагиваю, когда новоиспеченный муженек касается моего плеча, целует в шею и говорит:

– Танюша, идем танцевать!

– Да, любимый! – изображаю счастливую улыбку и подаю ему руку. Грациозно встаю из-за стола, но заявленную планку не удерживаю. Меня покачивает. Игристое вино дает знать о своем присутствии в организме.

С губ срывается усмешка.

– Кто-то напился, – поддразнивает меня Михаил и увлекает в центр танцпола, где подхватывает на руки и кружит в танце. Его влюбленные глаза, нежная улыбка, играющая на губах, выражение счастья на лице вызывают во мне чувство вины.

Хочу стать хорошей женой, но смогу ли?.. Ведь не люблю его.

Я долго ждала и надеялась на встречу с тем единственным, о котором пишут в любовных романах, но вконец устала и подумала: «К черту все! Мечты о взаимной любви, тайные желания и распрекрасного принца с его белым конем в придачу».

И в моей жизни появился тот, кто неустанно говорил о чувствах, красиво ухаживал, преподносил подарки, стремился быть рядом и постепенно занял место в моем сердце, но… Эта часть оказалась незначительной, чтобы разрастись в нечто большее.

Я испытываю искреннее уважение и ценю заботу избранника, но в остальном… Мое сердце не вспыхивает при виде молодого красавца, чего не скажешь об остальных представительницах прекрасного пола. Подруги и знакомые млеют от удовольствия, когда оказываются в обществе Михаила.

Почему я не чувствую того же?

– Поцелуй меня, – смотрю в серо-голубые глаза мужа.

– С удовольствием, – счастливая улыбка озаряет мишино лицо. Он аккуратно ставит меня на пол, точно хрупкую статуэтку, обнимает и нежно прикасается к губам.

Закрываю глаза и тогда чувствую приятные волны наслаждения.

Целуется Михаил превосходно, в постели неутомимый любовник, но отчего я не могу совместить чувственность прикосновений с его образом в сердце?

Черт! И зачем я в это ввязалась?

Мысли, мысли… Нужно выкинуть их из головы и наслаждаться вечером.

Я заставляю себя улыбаться, веселиться, но скоро выдыхаюсь, не выдержав зашкаливающий уровень фальши.

Отпрашиваюсь у жениха и уединяюсь в дамской комнате, где ни к чему притворяться. Горечь выплескивается наружу со слезами.

С раздражением изучаю свое отражение. Великолепное белое платье облегает фигуру. Длинные волнистые волосы красиво уложены в свободную прическу и украшены живыми цветами, белыми бусинами. Лицо свежее, молодое, но… Серо-зеленые глаза большие и печальные.

К чему все это? Ненавижу себя, что позволила нам зайти так далеко.

Слезы смывают краску с ресниц и оставляют черные дорожки на щеках.

Утираю лицо ладонями, когда в уборную залетает шумная группа девушек. Моя двоюродная сестра Ольга шикарная блондинка, коллега Ирина пухленькая миленькая брюнетка, старшая сестра Михаила Камелия бесподобно красивая голубоглазая женщина.

– А вот и невеста. Ура! – радостно восклицает Ками, а когда замечает несчастное выражение лица, спрашивает:

– Кто обидел мою прелесть?

– Танюша, ты такая счастливая! Крутого парня отхватила! Зачем плачешь? – удивляется Ириша.

– Сестренка, а ну, рассказывай! – требует Ольга.

– Ох, девочки! Украдите меня, пожалуйста, и желательно с ящиком шампанского, – смеюсь сквозь слезы и утыкаюсь лбом в подставленное Ками плечо.

– Не вопрос, – Ирина делает знак рукой, привлекает внимание и говорит:

– На втором этаже есть терраса. Ящик «шампуня» не обещаю, но пару бутылок… Вполне возможно. Девочки, умойте Татьяну и вперед!

Командирша заговорщически подмигивает и стремительно покидает дамскую комнату.

Оставшиеся девушки с воодушевлением выполняют указание и приступают к миссии под названием «Похищение невесты». Ольга помогает мне избавиться от следов туши на лице, пока Ками, как заправская шпионка, изучает обстановку в коридоре и делает взмах рукой, требуя расторопности.

Идем мимо празднично украшенного зала в сторону лестницы и озираемся точно преступницы.

Сердце бьется от возбуждения так часто и громко. Страх быть пойманными подстегивает. Адреналин.

Когда на пути попадается милующаяся парочка, мы умоляюще смотрим и жестами просим сохранить в секрете мое местоположение от жениха. Те с трудом отрываются друг от друга, хитро улыбаются и подмигивают.

– Наш рот на замке, если и вы ничего не скажете, – усмехается солидный бородатый мужчина и нескромно обнимает спутницу.

– По рукам, – киваю и мельком осматриваю сладкую парочку. Я с ними незнакома. Гости со стороны жениха, вероятно. Но мне ясно одно – самовлюбленный индюк изменяет жене с этой… Мерзость!

– Идем, – тянет меня за руку сестра.

Поднимаемся выше и выходим на просторную террасу с видом на реку.

Красиво!

На противоположном берегу раскинулся город, пестрящий яркими огнями. Белый собор выглядит торжественно и величаво с колоннами, подсвеченными иллюминацией, шпилями, башнями, колоколами. Набережная украшена коваными витиеватыми ограждениями и фонарями. Громада уникального моста объединяет две части города.

Наполняю легкие влажным речным воздухом. Любимый и знакомый с детства пейзаж успокаивает душу.

И что на меня нашло? Расстроилась, разревелась, точно капризное дитя. Я знала на что иду и с кем. Михаил замечательный! Мне повезло.

– Что за слезы были? – спрашивает сестра и с интересом наблюдает за мной.

– Растрогалась и не сдержала эмоций, – выдаю ложную причину, не в силах сказать правду. Не хочу, чтобы хоть кто-то знал о моих сомнениях и метаниях.

– Ты счастлива? – интересуется Камелия и поправляет светлую прядь длинной челки, спадающей на глаза. Короткая стрижка ей идет. Сестра Михаила выглядит модно, элегантно и молодо для двадцати девяти лет. Похожа на юную девушку.

– Да, – киваю, но заметив сомнение в глазах обеих девушек, спрашиваю:

– Что?

– Проведем опрос? – потирает ладони сестра и убирает длинную светлую прядь за ушко.

– Это еще зачем? – смеюсь, наблюдая за решительно настроенной Ольгой.

– Из тебя, как всегда, ничего не вытянешь. Пытки самый действенный способ. Признавайся, насколько ты счастлива по шкале от одного до десяти.

– Ну, – задумчиво вздыхаю и решаю выдать свою статистику максимально искренне:

– Семь.

– Неплохо, – улыбается Ками, забирает инициативу и допрашивает с пристрастием:

– Изложи по пунктам. Присяжные заседатели все внимание.

– Хватит вам! Я же сказала «да». Устроили суд над невестой, а теперь женой Михаила Вяземского, – бурчу, не желая откровенничать.

– Это отличный психологический прием – искать плюсы и минусы, – настаивает сестра с серьезным видом.

– О да! Я помню, как ты писала на листочке за и против в графах под названиями «Петр» и «Василий», – прыскаю со смеха, вспомнив ее метания между двумя парнями.

– Тьфу на тебя! – обиженно дуется блондинка.

– А если серьезно, – спрашивает Камелия.

– Серьезно? Ладно… – задумчиво выдыхаю. – Я рада стать частью вашей дружной семьи. Вы обе знаете, как мне не хватало поддержки. Родителей… – вздыхаю, вспоминая о смерти мамы от продолжительной болезни и отца от запойного алкоголизма. Он не смирился с ее уходом и погубил себя.

– Танюша, мы счастливы, что ты с нами. Не надо о грустном, – просит Ками.

– У тебя есть семья – я! И не отвлекайся от темы разговора, – хмыкает Ольга и легонько толкает меня в плечо.

– Маленькая приставучка, – вздыхаю и продолжаю загибать пальцы:

– Михаил стал моим мужем, а еще любит, заботится, носит на руках, осыпает подарками. И я счастлива, что он рядом. Довольны?

– Фи, как банально и приторно, – морщит носик моя младшая. – Добавь жести!

– Я думала, блондинки носят розовые очки и любят романтику, – втыкаю шпильку и улыбаюсь, когда та недовольно поднимает глаза.

– Прошу не обобщать, – Камелия с усмешкой взбивает выбеленную макушку и поправляет длинную челку, намекая на любовь к жанру ужасов и ролевым квестам в стиле хоррор.

– Ладно-ладно, сдаюсь, – поднимаю руки, демонстрируя покорность.

– Кто здесь сдается? – спрашивает вернувшаяся и запыхавшаяся Ирина. – Меня поймали, пытали и… У нас двадцать минут, чтобы осушить две бутылки.

– А из чего мы будем пить и что случится через двадцать минут? – любопытствует Ольга.

– Думаете, так просто унять пыл жениха? Еле выторговала это время, – Ирина передает одну бутылку Камелии и начинает открывать свою.

– А с этого места подробнее. Что ты ему пообещала? – встаю в позу, изображая ревность.

– Стриптиз и жаркую ночь, – заявляет брюнетка и пытается остаться серьезной до последнего, но увидев мое вытянувшееся от удивления лицо, прыскает со смеха и с громким хлопком открывает шампанское. – Расплачиваешься ты, разумеется!

Начинается веселье!

– Ну, девочки! Мы о минусах начали говорить, а вы ржете, как лошади, – жалобно стонет Ольга, обхватив живот и согнувшись пополам от смеха.

– А плюсы где? – утирает слезы Ирина.

– Всю эту бла-бла-бла романтику проехали.

– Тата, выкладывай минусы, чтобы они стали плюсами, – Ирина произносит тост, поднимает бутылку, делает глоток прямо из горлышка, вытирает его и передает мне.

– Я боюсь, что стану плохой женой для Миши и не смогу сделать его счастливым, но приложу все усилия, чтобы этого не случилось, – обещаю и выпиваю в честь данного слова.

– Ура! – радостно кричит моя сестренка, прикладывается к горлышку и корчится. – Что за гадость? – изучает этикетку с акцизами и под общий смех делает еще один большой глоток.

– Поздравляю! – Ками поддерживает компанию и передает бутылку Ирине, обнимает меня и шепчет на ухо. – Я знаю третий минус, но прощаю его, потому что люблю тебя, как сестру. А Миша завоюет тебя. Дай ему шанс.

Я смотрю в голубые глаза молодой женщины и начинаю рыдать.

– Ну вот! Опять! – вскидывает руки брюнетка и обнимает нас с Камелией. – Блондиночка, иди к нам, быстро! – подзывает Ольгу.

– Девочки, я вас люблю! – смеюсь сквозь слезы и пытаюсь обнять и поцеловать каждую.

Милое, легкое общение с подругами поднимает настроение, заряжает оптимизмом, пока я не ощущаю на себе пристальный взгляд, будоражащий и вызывающий волнение.

Михаил стоит в проходе и наблюдает за шумным балаганом. Как долго он здесь?

Наши взгляды пересекаются, и я чувствую дрожь во всем теле.

Мне нравятся его серые глаза, но каждый раз испытываю страх, что он прочтет меня, как книгу и обо всем догадается. О том, что боюсь одиночества, мне нужен защитник и опора в жизни но… Я не умею любить. Не знаю, его именно или вообще. Мне стыдно от этих мыслей и я отвожу взгляд.

– Танюша, – требовательный, но мягкий голос возвращает внимание Михаилу.

– О, жених! – подталкивает меня Ольга.

– Уже? – удивляется Ирина, изучая стрелки на изящных наручных часах. – И действительно. Цена возросла? – она насмешливо ведет плечом, намекая на возможность командного эротического выступления.

– Да, я забираю жену домой, – Михаил подмигивает ей.

– Веселье в самом разгаре, – восклицает Камелия.

– Вы продолжайте, а нас ждет такси и, кстати… Дамир сказал, что открутит голову каждому, кто окажется на расстоянии вытянутой руки от тебя, – мужчина передает послание от свояка с наигранным хмурым видом, что становится не по себе всем.

– И мне? Что за манеры? Ками, твой муж пещерный человек. Как ты с ним живешь? – возмущается Ольга.

– Отлично живу. Стукну дубиной по голове и в пещеру, – в ее голосе слышатся игривые нотки, а глаза загораются тайным желанием. – Я убегаю. Братик, Таня, счастья вам! – посылает воздушный поцелуй и исчезает из вида со скоростью света.

Настоящая любовь или… Страсть?

– Ты заставляешь меня ждать, – недовольно бурчит Михаил, поднимает меня и уносит на руках, не дав попрощаться с сестрой и коллегой.

– Пока, – успеваю крикнуть застывшим от удивления девчонкам и обращаю грозный взгляд на мужа. – Вот кто здесь настоящий неандерталец!

Он не реагирует, молча спускается по ступеням, кивает гостям, минует зал и прямо на улицу.

– Эй! Куда? – начинаю капризно дрыгать ногами и вырываться.

– Я тебя похищаю, дурочка! Больше не намерен делить тебя с другими, – заявляет Миша и усаживает меня на заднее сидение такси.

– Куда мы едем? – подбираю длинный подол платья, чтобы не прищемить и не испачкать.

Михаил закрывает дверцу, обходит авто, садится в него с другой стороны и тогда отвечает:

– Секрет!

ГЛАВА 2. Ночь для любви

Я думала, что мы вернемся в город, проедем через мост, пересечем сверкающие огнями улицы, но нет… Такси мчит по загородной трассе. За окном мелькают деревья и кажутся непроницаемой стеной в сгустившихся сумерках, темнеющее небо окрашено закатным угасающим багрянцем.

– Миша…

– Тс-с, – мужчина придвигается. Его лицо в нескольких сантиметрах от моего.

Силюсь, чтобы не закрыть глаза. Не люблю смотреть на него в таком ракурсе, черты резко искажаются и становятся отталкивающими. Но разумом четко осознаю, что он самый привлекательный и красивый мужчин, которого встречала в жизни.

Когда его губы касаются моих, мгновенно смежаю веки, чтобы полностью отдаться приятным ощущениям. Обнимаю мужа за шею, зарываюсь пальцами в волосах, подаюсь навстречу, чтобы придать поцелую глубину. Но Михаил не позволяет мне спешить, несколько раз обводит кончиком языка алый контур, нежно раздвигает губы и неторопливо проникает внутрь. Тягучая ласка вызывает бурю эмоций, тело вспыхивает от желания.

Страстный поединок длится нескончаемо долго, что начинает кружиться голова.

Я безумно хочу его, но…

– Танюша, я люблю тебя, – признание такое искреннее и пламенное отзывается болью в сердце. А слово «люблю» загоняет глубоко под кожу иглу и колет.

Мне нужно время привыкнуть и вырастить ответное чувство, а пока…

– Миша, и я тебя, – шепчу ему в губы и прячу лицо на широкой груди, избегая взгляда серых глаз. А затем и вовсе меняю тему. – Еще долго ехать? Я устала.

– Отдыхать сегодня ты не будешь, но приятное расслабление обещаю, – усмехается муж и крепко обнимает.

Авто сворачивает с главной дороги на проселочную. Нас трясет на неровностях грунтового покрытия.

Смеюсь, слушая, как дрожит голос Михаила, и вибрирует тело от езды по мелким неровностям, но когда колесо попадает в выбоину и нас резко подбрасывает, веселье мгновенно улетучивается.

Подкатывает тошнота. Желудок начинает бунтовать. Еще один такой скачок и его содержимое выплеснется наружу прямо в салон.

– Аккуратнее, – стону и зажимаю живот. – Миша, открой окно.

– Плохая идея, – качает головой тот, показывая на поднявшиеся облака дорожной пыли.

– Пожалуйста.

– Шеф, останови. Моей жене нужен глоток свежего воздуха, – просит Михаил, а когда авто останавливается, выходит и помогает выбраться мне.

– Прости. Это все шампанское, – жадно вдыхаю воздух, пропитанный… Черт! Выхлопными газами. Отхожу от машины подальше. И когда начинает дуть легкий ветерок, смешанный с запахом скошенных трав, дышу полной грудью. Состояние постепенно нормализуется. Желудок перестает бунтовать, но вот голова… Кружится сильнее.

Пошатываюсь, и Миша обнимает меня за талию, нежно привлекает к себе.

– Мы почти на месте, смотри, – он протягивает руку и указывает на дорогу, ведущую в коттеджный поселок.

– Один из этих домов твой? – удивляюсь я.

– Нет…

– Господа молодожены, счетчик мотает, – кричит с водительского места шофер.

– Рассчитаемся, – басит Михаил, берет меня за руку и ведет к авто, а когда усаживает обратно, добавляет:

– Танюша, потерпи, осталось чуть-чуть.

– Мне лучше, честно, – выдаю вымученную улыбку.

– Хорошо, – он чмокает меня в губы, закрывает дверцу и садится рядом с водителем.

Такси останавливается возле дома, огороженного высоким коричневым забором с кирпичными белыми столбами, коваными воротами, украшенными вензелями и калиткой под номером… Тринадцать… Серьезно? Тринадцать?!

А что? Цифра как цифра. И дом красивый. Может принесет счастье, а не наоборот? К черту суеверия.

– Чей это дом? – спрашиваю, шагая по каменной дорожке к входу.

– Неважно. Главное, что он наш на целую неделю. Медовый месяц начинается сейчас, – Миша распахивает дверь, включает свет во всем доме, подхватывает меня на руки и заносит внутрь.

Прихожая, просторная гостиная, лестница на второй этаж, спальня, широкая кровать, усыпанная лепестками белых и красных роз, шампанское и два бокала на тумбочке. Так романтично!

– Теперь ты моя целиком и полностью. Я не выпущу тебя из постели неделю, буду ласкать до изнеможения, дарить удовольствие пока ты не начнешь умолять меня остановиться и продолжать одновременно. Я люблю тебя, детка, – Михаил аккуратно ставит меня на ноги и начинает медленно раздевать.

Я отталкиваю его руки и грожу пальцем. А когда он вновь пытается ухватиться за платье, шлепаю по пальцам.

– Таня, – шепчет он и пытается меня поймать.

– Сначала ты, – с легкостью уворачиваюсь и оказываюсь за широкой мужской спиной. Берусь за воротник и стаскиваю пиджак с плеч. Затем обнимаю мужа и нащупываю пуговицы на рубашке, расстегиваю несколько, освобождая доступ к шее. Встаю на цыпочки, целую там, где бьется жилка и легонько кусаю, вырывая из груди Михаила стон.

Он гладит мои руки, берет одну за запястье и тянет. Не успеваю глазом моргнуть, как инициатива переходит к мужчине и уже я в его власти. Тот страстно целует меня в губы, ласкает тело и упорно ищет застежки.

– Миша, мне нужно в душ, – шепчу, надеясь получить отсрочку.

– Я хочу тебя прямо сейчас, – выдает Михаил, опрокидывает на широкую кровать и нависает надо мной.

– Все должно быть идеально, – хнычу я, пока рассматриваю грудные мышцы и тянусь к образовавшемуся вырезу.

– Так и есть, – он перехватывает руку, теперь не позволяя мне коснуться себя. Порывисто задирает подол длинного платья, проводит по бедру, когда натыкается на подвязку, встает на колени и снимает ее зубами.

Меня возбуждают нежные прикосновения, по телу проходит волна сладкого предвкушения, когда чувствую направление мужских рук.

Пальцы отодвигают ткань ажурных трусиков и скользят внутрь туда, где бьется горячая волна желания.

Закрываю глаза от удовольствия.

Движения становятся энергичными и более проникающими.

Из груди вырывается сдавленный стон.

А когда к умелым пальцам присоединяется язык, теряю контроль. Мечусь и выгибаюсь на постели, отдаваясь запредельным ощущениям. Глажу волосы мужчины, придвигаюсь ближе, требуя большего. Но постепенно осознаю, что не должна быть эгоисткой и получать удовольствие одна.

Сажусь и принимаюсь раздевать склонившегося надо мной мужчину. А он тем временем продолжает касаться клитора, проникать внутрь. В порыве дергаю планку, пытаюсь расстегнуть оставшиеся пуговицы. Стону, когда не получается. Михаил смеется и раздевается сам.

Ласкаю складное тело, подтянутый живот, веду пальцем от пупка вниз по дорожке из волос и останавливаюсь на пряжке. Расстегиваю ремень, брюки и запускаю руку под ткань боксеров. Когда касаюсь мужского естества, Михаил стонет от удовольствия, но отстраняется и порывисто выдыхает:

– Подожди.

Он подает мне руку и помогает подняться с постели.

Оу! Голова кружится, перед глазами встает пелена. Ощущаю мужские руки, аккуратно расплетающие шнуровку и разъединяющие крючки. Платье падает к ногам. Жаркое дыхание касается шеи, пальцы ловко справляются с запором бюстика, влажные губы и язык ласкают освобожденную от оков грудь. Зубы прикусывают сначала один потом другой сосок. Эмоции на грани. Я теряю самообладание, контроль над телом и едва стою на ногах. Михаил чувствует это и укладывает меня обратно на лепестки роз, снимает трусики, дразнящим движением проводит между ног и отстраняется.

– Еще, – стону и выгибаюсь, требуя ласк.

– Какая ты нетерпеливая, – усмехается Миша и специально тянет время. Нарочито медленно снимает оставшуюся одежду, надеясь продемонстрировать красивое тело, но я поворачиваюсь к нему спиной.

– Посмотри на меня, – шепчет мужчина и шлепает меня по ягодице.

– Ты знаешь, как я люблю, – иду на поводу у своих желаний.

– А как же то, что нравится мне? – он специально жестко входит в меня, точно наказывая. – Я хочу видеть твое лицо, – наматывает мои длинные волосы на кулак и тянет. – Эмоции, – заставляет меня сесть на него и двигаться в установленном ритме.

Вместо ответа издаю стон. Я наслаждаюсь близостью, ощущениями, ловлю экстаз, но все это исчезнет, как только он заглянет в мои глаза. Поэтому закрываю их, поворачиваюсь и нахожу губы. Поцелуй останавливает поток слов и действует возбуждающе.

Миша роняет меня на живот, прижимает собственным весом и движется во мне так энергично, что очень скоро мы достигаем каждый своей вершины.

Стоны удовольствия разрывают тишину спальни и затихают. Как замираем и мы.

Я лежу на животе, а Миша откатывается в сторону.

– Танюша, – через какое-то время муж зовет меня по имени.

– М-м-м, – недовольно ворчу, когда звук голоса вырывает меня из сладостной эйфории и забытья.

– Почему ты никогда не смотришь на меня в момент близости? – спрашивает он и проводит пальцем вдоль позвоночника.

– Так я лучше чувствую тебя, – повторяю как мантру, ведь не впервые даю такой ответ Михаилу.

Ложь? Нет. Правда!

– Я тебя не возбуждаю? – продолжает допрос.

– Глупости! – тянусь к тумбочке и беру за горлышко бутылку с шампанским. – Открой, пожалуйста. Хочу выпить.

– Ты кого-то представляешь на моем месте? – он с шумным хлопком открывает бутылку и разливает игристое вино.

– Еще раз глупости. За нас! – произношу тост.

Михаил звякает о мой фужер своим и провозглашает:

– На брудершафт и до дна.

Мы встаем на колени, наши руки сплетаются, тела соприкасаются, опрокинутое внутрь шампанское заставляет кипеть кровь. Михаил целует меня и все повторяется.

ГЛАВА 3. Время для двоих?..

Несколько дней проводим вдвоем. Михаил от меня не отходит и на минуту. Вместе готовим завтраки и обеды. Едим на открытой террасе. Гуляем, изучаем окрестности, находим спуск к речке. Купаемся в прохладной проточной воде, затем греемся на июльском солнышке. Я умудряюсь сгореть, кожа краснеет и становится чувствительной к прикосновениям. Михаил смазывает поврежденные участки кожи охлаждающей мазью от солнечных ожогов. Средство быстро действует, но я какое-то время держу мужчину на расстоянии, объясняя это болью и дискомфортом. Он бесится, но уступает и продолжает заботиться обо мне, как курица-наседка.

Только на этом сюрпризы не заканчиваются.

Когда мы расслабляемся на заднем дворе в джакузи, я снова заставляю его нервничать. Сообщаю о запланированной на завтра вечеринке.

– Таня! А меня спросить? Это время для нас двоих, – он зачерпывает воду и плещет мне в лицо, наказывая за опрометчивый поступок.

– Миша, – ворчу и отвечаю тем же.

Он мотает головой, стряхивая капли воды с волос, надвигается на меня и прижимает к бортику.

– Отвечай, зачем? – смотрит прямо в глаза и запускает руку под ткань моих трусиков, ласкает, но под пристальным взглядом я теряю чувствительность.

– Я думала, ты будешь рад приезду наших сестер. Здесь чудесное место для отдыха. Открытая терраса, джакузи, свежий воздух. Можно использовать жаровню-гриль, которую я нашла в кладовке. Шумная компания, веселье, разговоры, музыка, танцы. Я хотела развлечь тебя, – обиженно дуюсь и убираю его руку.

– Ты считаешь, что я скучаю? – он дергает бретельки купальника, развязывает бантики и обнажает меня полностью.

– Миша, ты чего? Мы на улице, соседи заметят, – стеснительно закрываю интимные места.