Начало всего. Жизнь после

© Кирилл Осокин, 2025

ISBN 978-5-0059-7037-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Все началось, когда мне было 10 лет, был жаркий день июля, светило солнце, пели птицы, но в миг все это сменилось гулом сирен и криками людей.

В это время мы с родителями были дома, а в небе летели самолёты и сбрасывали что-то с неба. Началась эвакуация, военные колоннами заполонили город. Мы решили выехать из города на машине, и вначале это казалось хорошей идеей, пока мы не увидели, что происходит на улице.

Кошмарные пробки, паника и военная техника, это все что я помню с тех лет, может это и к лучшему, ведь слушая рассказы других выживших, я не понимаю, как мы выжили.

С тех пор прошло 10 лет ни военных, ни правительства больше не существует, а люди живут небольшими общинами, в укромных местах, пытаясь не привлекать внимания. Мы тоже так жили. У нас было совсем небольшое поселение возле леса, всего человек 30—40, но зато у нас было одно преимущество перед другими, в нашем поселении была часть уцелевшего отряда военных, всего 5 человек, но зато они умеют пользоваться разным оружием и способны научить других.

Хоть оружия и людей у нас было немного, но у нас была хорошая деревня, даже «охотники «к нам заходили.

А время от времени к нам заглядывали торговцы, двое ребят, которых в лагере называли странниками, у них всегда было много товаров и историй. Казалось, что жизнь налаживается, пока не настал тот роковой день.

Это произошло 12 июля, оставалась всего неделя до нового года, да, представляете, новый год теперь празднуют летом, в день начала уничтожения человечества.

Так вот, это был обычный день, все занимались своими обычными делами, а я дежурил на смотровой вышке вместе с Андреем, мужиком лет сорока, одним из тех самых военных, он научил меня всему, что я знаю, и, хотя он часто был строг со мной, но я все равно уважал его и любил как собственного отца, который умер, чтобы спасти нас с мамой.

Мы с Андреем были очень близки, и я был рад стоять на соседней вышке от него, задавая множество вопросов о старом мире. Ведь я мало что помню о мире до катастрофы.

Так прошла половина нашей смены и на горизонте мы заметили двух торговцев, часто заходивших к нам. Мы по рации позвали Мишу, который отвечал за торговлю, и был управляющим склада.

Я хорошо знал этих двух и заметил, что сегодня они вели себя странно, обычно жизнерадостные и разговорчивые люди, сегодня были как заражённые, без эмоциональные, и не общительные. Андрей тоже это заметил и дал мне незаметный сигнал приготовить оружие, мне становилось страшно, но пришедший Миша немного разрядил обстановку.

Они как обычно торговались, и казалось, что все нормально и нам просто показалось, но вдруг один из них выхватил из-за спины автомат и расстрелял Мишу, я не мог пошевелиться, это произошло так резко и внезапно, что я даже не сразу понял, что случилось, время как будто замедлилось.

Я видел каждую попавшую в Мишу пулю, все видел, но даже пошевелиться не мог. Хорошо, что со мной был Андрей. Он то мгновенно расстрелял обоих. Ещё довольно долго я был в шоковом состоянии, за это время к нам уже прибежали люди из деревни и расспрашивали что произошло. Андрей все рассказал, а я сидел и смотрел на расстрелянных торговцев, и Мишу, сидел, и не понимал, что происходит.

Настроение в лагере стало очень неспокойным, большинство людей молчали, лишь изредка перешёптываясь за домами, так продолжалось до конца дня.

Я уже сдавал смену и отправлялся домой, чтобы, наконец, отдохнуть и обдумать все, что произошло сегодня, но заметил, что на лагерь надвигается огромная толпа заражённых, я тут же сообщил об этом Андрею, а он в свою очередь и главному по деревне. Мы остались следить за ситуацией, пока все в деревне эвакуировались в безопасное место, подготовленное заранее.

– Я слышал много рассказов про заражённых, но ни разу не слышал о таких больших толпах. Их там, наверное, сотни, – думал я, нервно посматривая на Андрея.

А он был совершенно спокоен несмотря на то, что произошло до этого и происходит сейчас. Он спокойно смотрел в сторону заражённых, надвигающихся на нас.

Я знал много рассказов о спокойствии Андрея, и о том, что бывает, когда он не спокоен. Судя по таким рассказам, когда он выходил из себя, было плохо всем и врагам и своим, а некоторые рассказывали, что одного своего напарника он убил, из-за того, что тот задавал много вопросов раздражённому Андрею. Вспомнив это, мне стало страшней вдвое больше, и даже пошевелиться было сложно.

И наконец-то, Коля скомандовал уходить за ними. Я в тоже мгновенье оказался внизу, а оцепенение ушло также внезапно, как и появилось.

Мы быстро двинулись в сторону отряда, но пока мы бежали, со стороны, куда уходили все жители деревни, раздался громкий рев, и послышались звуки выстрелов. Через пару минут все стихло, мы ускорились, но напрасно. От отряда остались лишь ошметки. Море крови и огромные следы монстра на земле, некоторые тела вообще оказались на деревьях и подраны настолько сильно, что, глядя на них было сложно понять, человек это или заражённый.

Мы с Андреем решили поскорее убраться отсюда и не оставаться здесь ни на секунду дольше, так как монстр еще рядом, да и зараженные не далеко. Тогда, я первый раз увидел испуганного и взволнованного Андрея.

Мы отправились к старому домику лесника, где часто отдыхали наши охотники, и где было хоть немного безопасно.

У меня не было ни цели, ни плана, ничего, было только доверие к Андрею и сильнейший страх за свою жизнь. Можно сказать, я начал все с чистого листа, и назвал я этот лист жизнь после, и буду записывать на него все, что произойдет, чтобы ничего не пропало и не исчезло, как было с моими прошлыми воспоминаниями.

А сегодняшний день станет в нем первой записью!

1-я Глава

«Начало странствий»

Мы добрались до дома, Андрей остался снаружи, а я решил немного передохнуть и расслабиться, впервые, за час нашего пути. -Леха! – послышалось снаружи, – Ты в порядке?

– Да, – неуверенно ответил я.

– Ну и хорошо, а то я от тебя ни единого слова за всю дорогу не слышал, в общем, не за этим я тебя позвал, надо кое-что обсудить, – серьёзным голосом произнёс Андрей.

– Что именно?

– Нам надо уходить из этих мест.

– Но может остаться здесь, в этом доме, укрепить его и жить спокойно?

– Нет, Лёша, нельзя, – сказал Андрей.

Таким я его не видел и не слышал. Было видно, что он потерян и не знает, что делать дальше. Я нечего не ответил, просто кивнул и тяжело вздохнул.

– Я тебя понимаю, но так нужно, просто поверь мне.

Я промолчал.

– Ладно, иди, отдыхай, позже поменяемся и завтра выдвинемся в сторону ГЭС.

Я ушёл, а сам думал, почему ГЭС? Какая ГЭС? Зачем нам туда? И почему нельзя остаться здесь? Но сон быстро захватил меня, и я уснул.

Мне снилось, как умирали наши друзья, как умирал я и Андрей и много, много раз подряд и наконец, я проснулся. Хоть и сны были ужасные, но я отдохнул, и показалось, что начал чувствовать себя лучше. Но это продлилось недолго, как только Андрей уснул, я почувствовал тяжёлое давление леса.

Всюду мерещились странные фигуры, слышалось рычание, хруст веток, и просто чей-то голос. Я сидел, стараясь не двигаться и не всматриваться во тьму, ведь боялся что-то или кого-то в ней увидеть, увидеть сейчас кого-то было моим самым сильным страхом.

Время текло невыносимо долго, казалось, что оно тоже замерло, как и я.

Я думал, что будет, если Андрей выйдет из себя, вдруг, он меня убьёт, или уйдет, а я останусь тут один. От этих мыслей я чуть не заплакал, я боялся, что это станет реальностью. Я поспешил избавиться от таких мыслей, но сразу же наткнулся на другие, на мысли о погибших из деревни.

Я сразу же вспомнил про маму, хоть мы и не были особо близки, вспомнил про дядю Степу, который всегда всем помогал, про добрую бабушку Люду, которая вязала одежду и еще много кого. В голове не укладывалось, что их больше нет. Не будет и душевных посиделок, и долгих разговоров, теперь у нас даже дома нет, ведь этот мы покинем утром, и отправимся неизвестно куда.

В воспоминаниях я сидел долго, много плакал, но резкие звуки со стороны леса, резко сменяли плачь на страх. Так прошла ночь, солнце понемногу начинало всходить, а я понял, что никогда не был так рад солнцу, тут же я разбудил Андрея, и страх сменился спокойствием, хоть и сомнительным. Мы доели то, что смогли взять из деревни, и Андрей начал посвящать меня в свой план.

– Сначала если удастся, зайдём в деревню и возьмём все что можем, затем попытаемся выйти к дороге и идти недалеко от неё в сторону Саяно-Шушенской ГЭС, а дальше будем смотреть по ситуации.

– А почему именно Саяно-Шушенская ГЭС? – осторожно спросил я.

– Возможно, там еще кто-то живет, и они смогут принять нас, ну а если никого не будет, сделаем там свою базу и будем жить понемногу.

Я не стал спорить с Андреем, хоть мне и не верилось, что кто-то там ещё есть, хотя мы же как-то выжили, может они тоже.

– Ты готов?

– Д-да, – неуверенно сказал я, после этого мы выдвинулись в путь.

На удивление деревня была свободна, и не кишела зараженными. Мы быстро набили рюкзаки и отправились в сторону трассы.

Хорошо, что мы быстро ушли из деревни, ведь находиться там было невыносимо, а воспоминания просто разрывали голову.

Друзей больше нет, никого нет, – не выходило у меня из головы.

Я просто не могу поверить в это, но пытаюсь не заплакать изо всех сил, и сохраняю спокойствие.

Пару кусков асфальта и множество разных трав, цветов и кустарников, теперь это называется дорога. На ней мне стало спокойнее и в какой-то степени даже хорошо, воспоминания уходили на второй план, и я просто наслаждался природой, высокими деревьями, разноцветными цветами и зеленой травой. Небо было чистейшее, ветра почти не было, а солнце хоть и светило ярко, но не напекало голову.

Такое странное ощущение, вроде тебе хорошо и легко, но стоит на миг, в мыслях вернуться назад, так и жить не хочется. Но благо, я был не один, хотя нельзя было сказать, что Андрей был спокоен, и мог бы отвлечь меня от этих мыслей. Он сам шел весь нервный, вечно напряженный, и высматривающий кого-то. А когда я что-то хотел у него спросить, он просто отмахивался рукой, и продолжал следить за обстановкой.

Мы шли до самого вечера и решили разбить небольшой лагерь немного левее дороги, рядом с камнем прощаний. На таких камнях записывали имена умерших в том ужасе. Хоть и прошло немало лет, но всё равно было видно, что погибло очень много людей, огромный камень, высотой метра три был полностью исписан именами и фамилиями.

– Тут остановимся, – облегчённо сказал Андрей.

Я молча уселся рядом с камнем, а сам думал, почему именно здесь?

– Чего задумался? – Андрей произнес это так резко, что я дёрнулся, и ком встал у меня в горле.

Андрей был очень неспокоен весь день, я боялся, что он вышел из себя, ведь у него был такой взгляд и тон голоса, что можно было подумать, что он угрожает, а не спрашивает.

– Все нормально? – аккуратно спросил он.

Я кивнул и медленно выдохнул.

– Но все-таки, о чем думал? – также аккуратно спросил Андрей.

– Почему мы здесь остановились? – дрожащим голосом спросил я.

Андрей задумался.

Как я не любил такие паузы, в такие моменты хотелось исчезнуть, пропасть, убежать лишь бы не слышать тишину и не видеть взгляд Андрея.

В этот же миг тревожные мысли заполонили голову. Но ответ Андрея прервал их.

– Честно говоря, я не знаю, почему я выбрал это место. Просто есть такое ощущение, что тут безопасно, будто здесь есть какая-то защитная аура. Эти камни, в память об умерших, не раз были в центре боевых действий.

Тут же я вспомнил недавнюю войну между Охотниками и Церковью.

– И не один камень не разрушился, и спас не одного человека, – продолжал Андрей.

– Понятно, – спокойно сказал я.

Хотя и не верил в чудесную силу камней, просто не хотел спорить с Андреем, да и сил уже не было. Я свалился набок и почти сразу уснул.

Так прошёл первый день нашего путешествия. Но сколько нам идти, что нас ждёт? Я решил спросить это утром.

Хоть я не верил в силу камня, но что в нем все же было, что-то, что могло защитить нас, и я мог спать спокойно. Сны о безмятежной жизни заполнили меня, и я был счастлив. Наступило утро, светило яркое солнце, выглядывающее из-за высоченных кедров, поющие птицы, красота и спокойствие царило на улице, но вдруг я заметил, что Андрей спит.

Что? Почему он спит? Мы что, всю ночь были без присмотра? Или за нами кто наблюдал, тот, кто заставил Андрея спать? Ведь Андрей не мог уснуть сам, это же его идея, дежурить по ночам. Очень уж это странно. Но несмотря на это я решил его не будить, а разжечь Костер, чтобы приготовить поесть.

Я развёл Костер и начал искать в рюкзаке тушку небольшого зайца. Хоть в них и было мало мяса, но в наше время такая еда считалась деликатесом и очень ценилась.

Андрей, наверное, учуяв запах, сразу проснулся, и казалось, был тоже удивлён, что спал.

– Как спалось? – спросил я, указывая на то, что он должен был дежурить, а не спать.

Андрей молчал.

Но сейчас я не испытывал вчерашнего напряжения, сейчас я чувствовал уверенность в себе и совсем не боялся молчания Андрея.

– Я не знаю, как уснул, – спокойным голосом сказал Андрей.

Он был совершенно спокоен, но почему? я хотел упрекнуть его в его поступке, но ему как будто все равно.

Я начинал сердиться, ведь ещё в лагере стоило мне на смене с Андреем, что-то сделать не так, он преподносит это так, будто это катастрофа похуже конца света.

– Я понимаю, что виноват, но я не специально, я просто сидел как обычно и вот уже утро. И не надо так на меня смотреть, – начал Андрей.

Я не выдержал, я высказал ему все что накопилось.

Андрей слушал, слушал внимательно, не перебивая и не отвлекаясь, он будто предвидел такую ситуацию и был готов к ней, а когда я закончил Андрей спокойно спросил:

– Ты всё?

Не такой реакции я ожидал, но сказать мне было нечего, и я кивнул, ожидая извинений. Но вместо этого услышал следующее:

– Что ж, я понимаю твоё негодование, и оно вполне обосновано, ты недоволен, что я всегда строго относился к тебе и жёстко указывал на ошибки, а сам сейчас взял и допустил очень серьёзную ошибку, которая могла вылиться в плачевные последствия. Но только ты забыл одну истину, которую я тебе тоже всегда говорил. Я могу мягко говорить об ошибках или вообще не обращать на них внимания. Но тогда какой шанс, что ты их забудешь и допустишь снова? Ты же хорошо запомнил все ошибки и только что мне их назвал, а если бы я сказал по-другому? Ведь мы лучше запоминаем яркие моменты, хоть и не всегда хорошие, и приятные. Я извиняюсь за свою ошибку и признаю её.

Я вроде успокоился и облегчённо вздохнул. Мы спокойно начали завтрак, как вдруг, из воздуха, появился странный человек.

– Добрый день, потерпевшие! – Весёлым голос поздоровался он.

– Ну привет, – строго произнёс Андрей, казалось, он был готов кинуть в нового знакомого нож, лежащий под рукой.

– Разрешите присоединиться к вам, произнес незнакомец и положил магазин заводских патронов на калаш.

– Как тебя зовут хоть? – Спросил Андрей и взял патроны.

– Человек-стекло, торговец зеркалами и жизнями,

так меня прозвали, а сам я себя называю собирателем историй, или просто Николай Иванович.

– Что ж, ладно, садись Коля.

Я все это время молчал и наблюдал за этим, а он так говорил с Андреем как будто меня нет.

– А тебя парнишка, как называют?

– Леха, – спокойно представился я, и протянул руку.

Небольшая, хилая и жилистая рука нового знакомого коснулась моей.

Он улыбнулся и начал что-то рассказывать Андрею, уплетая уже готового зайца.

Почему ему дали такие прозвища? Почему он раньше к нам не заходил? Много вопрос у меня было, но спросить я не решался. Просто сидел и разглядывал нашего гостя.

Обычная коричневая куртка с капюшоном, под ней камуфляжная футболка с дырами в некоторых местах. Обычные потрепанные штаны и ботинки. Один шрам на лице, один, пересекающий всю правую щеку и немного достающий до глаза. Странная сумка с картой внутри, небольшой потертый рюкзак с множеством карманов, забитых всяким барахлом, и довольно толстая серебряная цепочка на шее. Короткие черные волосы, голубые глаза и небольшая щетина, это все, что я разглядел.

– Так вы на ГЭС идёте? – Услышал я сквозь в свои мысли.

– Ну да, а что? – Спросил Андрей.

– Мне как раз в туже сторону, можем отправиться вместе.

Конечно, я не особо был этим доволен, но лучше идти втроем, чем вдвоём, Андрей, наверное, подумал также.

Мы закончили трапезу и отправились в путь вместе.

Андрей много говорил с Николаем Ивановичем, я пытался не вслушиваться и думал о нашем пути. Но в один момент я услышал вопрос от Андрея:

– А почему тебя так называют, как появились твои прозвища?

Я прислушался, а наш путник лишь улыбнулся и начал свой рассказ.

– Что ж я не думал, что придётся это объяснять, но раз уж просите, то слушайте. Что вы видите в зеркале? Наверное, отражение, но я вижу не только его, но и всю гниль, все пороки и все зло внутри человека. Раньше каждого четвёртого человека, в котором зло преобладало над добром, я убивал. Но теперь у меня есть новая методика. И вскоре вы будете слышать о господине зеркале отовсюду и лишь в хорошем смысле. Также я много путешествую, и собираю множество историй, которыми могу поделиться. Думаю, я ответил на ваш вопрос.

Андрей побледнел, я тоже насторожился.

– Успокойтесь, заблудшие и потерянные души меня не интересуют, и давайте сменим тему, – произнес новый знакомый.

Ещё минут 20 мы прошли в полной тишине и тут я решил кое-что спросить.

– Ты же собираешь разные истории?

Наш путник будто ждал этого вопроса, он тотчас изменился в лице и с радостью сказал:

– Конечно, собираю. И готов некоторыми поделиться.

– Тогда может, и нашу историю выслушаешь?

– Конечно, я вас выслушаю и все сохраню.

Я начал свой рассказ. После него, новый знакомый рассказывал разные истории о разных людях и мирах.

Мы иногда останавливались, чтобы отдохнуть и вот уже начинало темнеть. Сегодняшний день был непохож на вчерашний, такой спокойный и лёгкий и Андрей совсем другой, живой и жизнерадостный, и мне тоже было гораздо лучше.

Я вспомнил детство до катастрофы, те дни были похожи на этот, такие же беззаботные и счастливые, хоть я и помню немного, но всё равно хочется вернуться в то время и пожить спокойно.

– Тут недалеко есть старые шахты, которые ведут к одному посёлку с хорошими людьми, – резко начал торговец, – Я доведу вас до них, но дальше наши пути расходятся, – с явной печалью произнёс он.

Я не сразу понял, что он сказал, так как был весь в своих мыслях. Но вскоре мы дошли до входа и решили немного передохнуть перед рывком. Торговец немного рассказал о деревне и её жителях. А под конец дал нам по серебряному перстню с интересной гравюрой и сказал:

– Желаю вам удачи в вашем нелёгком пути, и пусть вам удастся найти себя после всего, что произошло и произойдёт.

Также, он объяснил, как добраться до нужных нам путей и к кому обращаться в деревне. После он ушёл, ушёл во тьму, и лишь посвистывание вдали выдавало его.

– Отправляемся! – С улыбкой произнёс Андрей.

Как мы зашли в шахту, приподнятое настроение сменилось мёртвой тишиной и запахом гнили. Я пытался не подавать виду, но внутри я очень боялся, вся атмосфера этого места только и говорила, что нам тут не рады.

– Не ссы, – с насмешкой произнёс Андрей, – Обычная заброшенная шахта ничего необычного.

Я тяжело вздохнул.

Старые гнилые балки, брошенные, ржавые вагонетки и инструменты, все это окружало нас.

– Ладно, где-то здесь уже должны быть пути, – сказал Андрей и хлопнул меня по плечу.

И правда в десяти метрах от нас мы заметили дрезину и железнодорожные пути, ведущие вниз.

Мы отправились в путь.

– Теперь получше? – Спросил Андрей, уже другим голосом.

– Да, так гораздо лучше, хотя все равно тут не очень приятно находиться.

– Понимаю, – с улыбкой произнес Андрей.

Как нам сказал наш новый знакомый ехать до деревни около трех часов, и я решил поспать, благо дрезина было довольно большая. Андрей не стал возражать и начал что-то писать в своём блокноте. Разбудил меня скрип старых рельс, это Андрей жал на тормоза, мы приехали.

Новая шахта не казалась такой мёртвой, она была живой и доброй, ухоженная и чистая, не то, что та. Мы вышли из шахты, и нашему взору открылась огромная деревня, хорошо защищённая и такая живая. Но была одна странность, на улице уже было утро, и светило солнце, хотя вот недавно, был вечер.

– Вот чертовщина, – подумал я.

В деревне нас уже заметили и несколько охранников отправились к нам.

– Вы кто такие, как сюда попали?

– Меня зовут Андрей, это Лёша мы на дрезине через шахту приехали.

– Быстро к Миротворцу, – резко произнёс один из них.

Они повели нас к Миротворцу, про которого нам рассказывал Николай Иванович. Мы не сопротивлялись и вскоре оказались в большом кабинете…

2-я Глава

«Миротворцы»

– Спасибо ребят, можете выйти, я сам с ними поговорю, – Серьёзным голосом сказал Миротворец.

Перед нами сидел мужик лет 40—45. Просто колоссальных размеров, с грозным и тяжёлым взглядом, и большим железным медальном со странной надписью «СВР» на шее. Форма его была строгая, но точно не военная, и сделанная после катастрофы.

– Ну и как вы гости дорогие сюда попали? – Сказал миротворец, даже не поднимая глаз.

– На дрезине приехали, через шахты, – спокойно сказал Андрей.

– А ничего, что это тайный проход, про который никто не должен знать?

– Ну, нам про него торговец зеркалами рассказал.

Миротворец резко поднял голову и медленно сказал:

– Ну, вы ребят попали…

В комнате повисла тишина, а Миротворец глаз не сводил с Андрея, хотя и Андрей внимательно рассматривал нового знакомого.

– Андрей, ты что ли? – Вдруг сказал Миротворец.

– Костя? Ну, ты и постарел, даже не узнал сначала.

– И правда ты, сколько лет сколько зим.

Два давних приятеля крепко обнялись и пожали руки.

– Я многое ожидал увидеть, но тебя точно нет, – радостно проговорил миротворец.

– А я думал, ты помер давно.

– Как же я рад тебя видеть, – ещё рас обняв, сказал миротворец,

– А тебя, малец, как зовут?

– Л-Лёша, – запинаясь, ответил я.

– Что вы тут, собственно, делаете?

И Андрей решил рассказать все, что случилось с нами и с нашим лагерем.

Миротворец слушал спокойно, иногда что-то спрашивая и уточняя, но на моменте, где мы познакомились со стеклянным человеком, он поменялся в лице и прервал Андрея.

– Вы связались с очень опасным существом. От него не стоит ждать ничего хорошего и лучше дел с ним не иметь. Просто помните, что однажды он предложит вам помощь и вам нужно будет отказаться, и ни в коем случае не обращаться к нему с просьбой и не просить о помощи.

Знал я нескольких людей, которым не посчастливилось с ним встретиться. Сначала-то все хорошо, он добрый и загадочный, но вот он предлагает помощь в каком-то деле, и вы соглашаетесь. Всё хорошо, ваша проблема сама собой решается, как по волшебству, а вам надо платить по счетам и тогда он уже не добрый и нихера не загадочный, а злобный и жестокий. Приходит за долгом, так сказать.

И вскоре люди раньше его бывшие друзья, пропадают без вести или их тела находят иссушенными и изуродованными до неузнаваемости. В общем, не советую вам с ним связываться.

В комнате снова повисла тишина.

Я ожидал услышать подобную историю и не сильно удивился, но страшно все равно стало, и появилась боязнь снова встретиться с Николаем Ивановичем.

– Ладно, давай закроем тему и поговорим о чем-то другом, – сказал Андрей.

Всё в комнате поддержали эту идею, и Андрей с миротворцем решили рассказать о своей дружбе и как они познакомились.

Если говорить коротко, то получается так. До конца света, Андрей и Костя вместе служили в СВР, и попали туда в одно время. И да, миротворца зовут Костя, и оказалось, что в лагере никто не знает это, и все называют его миротворцем. Так вот, они служили вместе много лет и были на многих миссиях, где работали в одной команде. Но позже Костя попал в «Заслон», специальное подразделение СВР, где прослужил много лет. А Андрей, остался в СВР и не слышал нечего о Косте, и Костя об Андрее тоже. Вот как получилось, спустя много лет, встретились два давних друга и сослуживца.