Новогодняя авантюра, или Любовь с проблемами

Глава 1

– Встречают по одежке, о книге судят по обложке! Запомни! Завтра же едем в аутлет и одеваем тебя достойно. Между прочим, там подбирают одежду для лохушек из «Перезагрузки» и делают из них шикарных красоток. Но на передачу я тебя не могу отправить. Очередь там потому что, а у нас Новый год на носу. Нам нужны роскошные мужчины, и очень важно – на самую главную ночь. Как Новый год встретишь, так его и проведешь! И я провозглашаю – с кем встретишь, с тем и проведешь.

– Юлька! Какие мне шикарные мужчины? Бледная немочь, бледная поганка, серая мышь – ты же знаешь, какими эпитетами меня Валерик наградил! – пытаюсь возмутиться, но хлесткие, обидные до соплей слова бывшего любимого словно бледно-серой пылью присыпали всю мою жизнь, лишив возможности не только ей радоваться и думать позитивно о будущем, но и возможности сопротивляться.

– Скажи спасибо, что не наградил ничем другим! А то б ты со мной не в Сочи летела, а в кожвен. Не, ну каков козел? Я всегда тебе говорила, что чужой волос в постели может означать только одно! Это чужой волос в постели! И никакое «Я в пиджаке завалился на кровать, а на него, наверно, в лифте прицепился. Знаешь же, там как селедки в бочке!» – скопировав моську примитивно оправдывающегося Валерика, Юлька продолжила бухтеть, как «наши корабли бороздят просторы Вселенной»: – Нельзя мужикам верить совсем! Только учет и контроль! Ты в его телефон хоть раз смотрела? Хотя чего тебе проверять! Тебя ж не фиг делать убедить, что слово «стояк» в смс-ке – это всего лишь термин сантехников, главная труба.

   Подруга во многом была права. И нелепые объяснения, почему черный длинный волос на пододеяльнике, и бесконечные сверхурочные, и корпоративы, на которые жен и подруг не берут, просто кричали о лжи. Я тяжко вздохнула. У меня уже была не депрессия, когда свет не мил и ничего не хочется. Я зависла в постдепрессивной стадии, которой, наверно, не бывает. Но у меня бывает то, чего у других не бывает.

   Почему из всех институтских подружек одна я оказалась у зебры под хвостом, когда кончились и белые, и черные полоски?! И я зависла в стабильности.

   Вселенная щедра. Она исполняет желания и реализует все наши утверждения. Даже если мы произносим их дурачась. Или это мне одной так «свезло», что на мне отрабатываются все законы Жизни? Я избранная? Слабое утешение. Я просто лузер. Неудачница, у которой бутерброд всегда падает маслом вниз. И причем не на газетку.

   Кто мог подумать, что наша институтская присказка шлепнет именно по мне? Завалившись в кафешку после сессии, мы напускали на себя вид утомленных жизнью леди и томно, перефутболивая друг другу, произносили: «Жизнь прошла и не удалась». Да и так совали куда надо и куда не надо. А я, получается, запрограммировала себя, что ли? Кто – то удачно замужем и кучу детей нарожал. Маринка уже до завуча доработалась. Динка вообще в департаменте юбку протирает – влиятельный любовник постарался.

   Хорошо, что я не пошла на очередную встречу нашей группы. Смотрела в одноклассниках фотки, и хотелось удавиться, потому что все сытые и довольные. А мне не то что похвастаться нечем, мне даже стыдно рассказать, до чего я дожилась! Несчастная брошенка без работы и определенных перспектив на ближайшее будущее. Тут же хотелось прямо поковыряться в душевной ране и дорисовать картину – с разбитым сердцем, неуверенностью в завтрашнем дне и подорванной верой в людей. В общем, полный бесперспективнячок.

   И поэтому нужно как-то дать понять, что все Юлькины планы насчет меня просто нереальны. Хотя спорить с ней – это все равно, что пытаться танк плевком остановить. Выдаю отмазку, в которую сама не верю. Не верю, что в моей цементно – серой жизни что-то изменится.

– И вообще, мне не нужен богатый! Я хочу настоящей любви, честности, верности, заботы!

– Пфф! Ты глянь какая цаца! – предельно емко выразила свое отношение подруга. И тут же резанула правду – матку, чтоб встряхнуть тушканчика тупоголового, которым считала меня. – Не хочешь богатого? Ну-ну! Ты влюбилась в перспективного, но нищего студента, тащила его на свою жалкую зарплату, верила и вдохновляла. И что это тебе дало?

   Я горько вздохнула. Какой раз она возит меня мордой лица по этому дерьму, под названием Валера. Господи! От одного имени передергивает. Valerius – означает «быть сильным, здоровым». И он точно соответствовал этой части значения.

   Валерик следил за здоровьем так тщательно, словно Минздрав и Минтруд ему приплачивали за это. Он утверждал, что внешний вид и здоровье – это главный ключ к успеху.

   Правильно, согласна на все сто – если свой ключ сунуть в нужное место! Вот он и сунул его в замочную скважину своей начальнице, которая старше его на десять лет. И теперь живет не в моей убогой однушке, а в престижном коттеджном поселке, на работу ездит не на метро, а на новеньком мицубиши паджеро. И фрэши по утрам ему готовит не влюбленная дурочка, а домработница. Господи, какая же я все-таки дурочка!

   Я с восхищением смотрела, как этот Аполлон утром выходил из душа в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Каждая мышца так и просила потрогать ее, кубики притягивали взгляд, а уж косые мышцы живота, сверхмощным магнитом утягивающие взгляд под полотенце – это вообще м-м-м.

   Хотя… Несмотря на мое подавленное настроение, я все ж злорадно фыркнула – Аполлон из Валерика был классический. В том смысле, что его мужское достоинство, как и у античного божества, тоже можно прикрыть фиговым листочком. Нет, когда безумно любишь, то на такие мелочи внимания не обращаешь. От этих неожиданно заползших мыслей, я едва не хрюкнула. Ну надо же, какая игра слов получилась – я и не обращала внимания, что то, чем он гордился, как золотым кубком, было по факту мелочью. Это мне Юлька глаза открыла, как бывает у других.

   Но мне ничего не нужно было, ни умопомрачительные оргазмы, ни фантастические прелюдии. Я просто любила его и принимала все, как есть. С радостью и восторгом. Сдержанные ласки, скупые, как с барского плеча комплименты – причем не мне, а моему умению готовить, убирать, наводить порядок…

   И ведь Юлька предупреждала!

   Черт! Ну откуда она могла знать, что через пару лет нищий, приехавший из глубинки юноша с телячьим взглядом и умопомрачительной ямочкой на подбородке превратится в циничного жиголо?! Или нет, он же не со всеми. Он как цирковой акробат – с трамплина «меня» перепрыгнул на более высокий и скорей всего, на этом не остановится. И из одной постели прыгнет в другую, более комфортную.

   Я смачно окунулась в мутную лужу под названием «жизненная правда», и она оказалась такой теплой и все объясняющей, что я, как поросенок, могла только переворачиваться в ней с боку на бок и упиваться собственный ореолом мученичества.

– Катька, твою дивизию, ты меня слышишь или нет?! – вскрикнула подруга.

– Юльк. прости, я про Валерика вспомнила, и опять стало тошно.

– Чего его вспоминать? Ты должна забыть его, как страшный сон. Или нет. Лучше представь, что ты написала книжку, которая тебя очень вдохновляла, потому что героиня такая же, как и ты, растяпа в розовых очках. И у нее конец плохой. Но читателям понравились твои страдашки, они начали забрасывать издательство письмами, требуя продолжения и хэппи энда, и теперь ты получила еще один контракт с уважаемым издательством. Поэтому твоя задача, написать такое продолжение, чтоб все ахнули. Так что вперед!

   Удивительное дело. Юлька – моя школьная подруга. Особых склонностей к образному мышлению, да и к получению знаний вообще у нее тогда не наблюдалось. А сейчас она меня просто поражает. За те несколько лет, что мы жили далеко друг от друга, она неузнаваемо изменилась.

   Закончив с грехом пополам медколледж, она устроилась работать массажисткой в дорогой салон. Это официальная версия. Но по ходу, там была еще какая-то фишка, за что платили хорошие деньги. Но подруга пошла туда не из-за денег. Имея пьющих родителей и прописку в Бутово, она поклялась себе вырваться оттуда любыми путями. И видела только один путь – подцепить богатого мужика.

   И шансы у нее были высоки. Высокая, темноволосая, она была похожа на Сальму Хайек. Только более стройная и молодая. Оторвистая, хваткая и циничная. Что в наше время является просто необходимым условием выживания.

   Не проработав и месяца, она перебралась в хорошую квартиру в центре Москвы, которую арендовал ее любовник.

   Сытая жизнь и много свободного времени позволили ей подтянуть свой уровень. Она буквально вгрызалась в знания, потому что понимала: красивая кукла для мужика – это всего лишь красивая кукла, которая быстро надоест. Цеплять нужно умом, интересным разговором. Нужно быть самодостаточной, иметь увлечения и вызывать у мужчины уважение.

   Поэтому она получила высшее образование и пробежалась по тренингам личностного роста. Но, несмотря на этот самый рост, она по-прежнему была уверена, что работать на кого-то, живьем закапывая в могилу свою молодость и радость жизни, она не будет. Главное, удачно выйти замуж. Ее смело можно было назвать путеводителем по лакшери миру.

   Правда, сейчас она снова оказалась почти у разбитого корыта. Ее любовник оказался обладателем трех великовозрастных детей от разных браков, и связывать себя четвертым вообще не собирался. А роль любовницы на птичьих правах ее не устраивала.

   И Юлька, понимая, что красота – это скоропортящийся продукт, начала искать более подходящий вариант. Но возвращаться в салон и снова разминать чужие спины и задницы ей совсем не улыбалось. И тут она, на мою бедную голову, случайно встретила меня. Мой понурый вид и ее собственное стремление по полной использовать золотую кредитку «Молодость», которую можно получить лишь однажды и ненадолго, сподвигли ее на авантюру. Я расцениваю это так.

   Приглашать меня на сафари на мужиков – это полностью провальная идея. Однако Юлька, обладая несокрушимой верой в свое умение использовать любую ситуацию себе во благо, так не думает. А спорить с ней – только время и силы терять. Ее не переубедить, тем более мне. Да чего говорить, и раньше я была овечка овечкой, чем пользовались все, кому не лень.

   Неудобно отказать, неудобно сказать нет. И на работе вовсю на мне «катались» Где нужно заткнуть дырку – «Екатерина Олеговна, лучше вас это никто не сделает!» И ведь, гады, были правы, потому что синдром отличницы, как стальной корсет, не позволял отклониться ни влево, ни вправо от поставленной задачи. И я выкладывалась. В общем, «У кого нет коня – садитесь на меня».

   После Валерика я поняла, что нельзя быть такой, но наверно, уже поздно.

   Стальной корсет, удерживавший меня в состоянии «надо», рассыпался, развалился на несобираемые кусочки, а поскольку я была яркой представительницей семейства бесхребетных, то, получается, лишилась опоры полностью. И мягкой, несчастной тряпочкой просто стекла на диван и перестала чего-то хотеть.

   Но Юлька – человек дела, если она решила, что ей нужна компаньонка, она сделает ее из любого подручного материала. В данный момент – из меня.

   На каждый мой аргумент она находит два контр- аргумента.

– Юль, я с тобой рядом буду смотреться как бедная родственница. Тебе за меня стыдно будет.

– Катька, разуй глаза! Из тебя такую конфетку можно сделать! М-м-м-м!

   Добавила оптимизма, ничего не скажешь… Значит, я сейчас самое настоящее «г…», из которого можно сделать конфетку.

   Я насупилась, однако Юлька вцепилась в меня, как бультерьер. Либо я ей и правда нужна, либо вспомнила, что в школе у меня все списывала, и решила отблагодарить. По – своему. Не спрашивая моего мнения, причинить мне добро.

– Нечего кислую моську строить! Я по существу. Ты получила хороший урок, и теперь у тебя есть возможность начать жизнь заново.

– Возможность есть, сил нет, – я подтянула коленки к груди и обхватила их, образуя свой «домик».

– А если будешь жалеть себя и закидываться шоколадками, то она точно не появятся. Как велосипед – едет, пока крутишь педали. Остановился – все, трындец, свалился. Так что давай поднимай свою мадмуазель «жёпю», и начинаем крутить педали. У тебя есть все. Посмотри. Натуральная платиновая блондинка, чуть – чуть ухода, и бесцветные волосенки превратятся в шелковую гладь. Личико чистое, выражение побитой собаки меняем на таинственность. У тебя глаза – «два бриллианта три карата»

   Я фыркнула от смеха.

– Юльк, ты супер мотиватор, но вот комплименты – это не твое. Карат весит ноль целых, два десятых грамма. И три карата – это даже не щелочки. Это глаза мухи или комара. Кстати столько же весит семечко рожкового дерева, которое называют хлебным, и из него делают массу вкуснейших и полезнейших …

– Ой, всё! Я знаю вес карата! – не совсем вежливо перебила она меня. – А ты мне училку включила?! Или ты снова в школу хочешь?

– Бьешь лежачего, – поморщилась я, словно от зубной боли. Вспоминать о школе не хотелось совсем.

– Ладно, не буду, только переставай нудить. У тебя очень красивые глаза, миндалевидные и цвет потрясающий. Бывает, когда ты радуешься.

– Ну, пока я не вижу повода для радости.

– Мы летим в лучший отель. Будем кататься на горных лыжах. Обедать в ресторане. И вокруг будут молодые успешные мужчины. Спортивные и щедрые.

– Это ты сейчас медитируешь?

– Ну насчет щедрых, да. Остальное – факт.

– Почему факт? И кстати, почему Сочи? А не дешевле было бы за границу, в ту же Турцию, на Кипр? Я до Валерика даже загранпаспорт сделала. Правда, так и не воспользовалась им.

   Юлька с сочувствием посмотрела на меня, как на слабоумную.

– Катерина, я сказала, мы едем за успешными мужчинами. Которые делают бизнес, а, значит, они активны. А Новый год в Турции, на Кипре – это для пенсионеров – иностранцев или наших любителей поесть – посидеть в баре – нахрюкаться. Есть, конечно, вариант найти богатых и активных в Куршевеле или в Сент-Моритце, но у тебя нет шенгена, раз, а два – у нас не хватит денег.

   Понимаешь, люди, как рыбы, живут в своих аквариумах. Одни в больших, просторных, красивых. И их там немного, они не толкаются, а плавают в свое удовольствие. Другие аквариумы поменьше, рыб там побольше, но тоже красиво. И третий вид аквариумов – это самый отстойный, где рыбы много, там тесно и убого, и поэтому они там злые и недовольные, потому что мешают друг другу.

   Так вот вся фишка в том, что люди из разных аквариумов не пересекаются. Они ходят в разные магазины, в разных местах отдыхают, посещают разные мероприятия. И чтобы познакомиться с обитателем просторного аквариума, нужно попасть туда, где его можно встретить. То есть в его аквариум. Поэтому мы летим в Сочи. Поняла?

– Я согласилась только потому, что не хочу встречать Новый год в одиночестве.

– Ну, начнем с того, что у тебя не было выбора.

– А если бы я не получила расчетные?

– Я б тебе заняла, а ты б отдала потом, когда, нашла бы мужика.

– Рискованное было б дело, надо отметить, с мужиком я тебе уже сказала – это мимо. Просто буду гулять и покатаюсь на канатке, – снова пытаюсь я вернуться к началу разговора и объяснить подруге, чтоб не сильно на меня рассчитывала. – К тому же, ты быстрей кого-то зацепишь без меня.

– Слушай, прекрати учить профессора, а? По одиночке мало кто приезжает на отдых. А те, которые нам нужны – подчеркиваю – свободные успешные мужчины, приезжают компанией, чтоб встретить Новый год не в городской слякоти, а в удивительно красивом месте. И там же поработать. Я, конечно, могу влиться в эту самую компанию, но двоим это сделать легче. Ты знаешь, какие миллионеры пугливые? Как олени! Чуть ветка хрустнет, они в бега. А так – компания к компании – просто провести время. Это они так должны подумать, а мы сачком накрываем и подсекаем!

   Видя мое удивленное лицо, Юлька приняла позу сахарницы, уперев руки в бока, и отчеканила.

– Да, у меня было два любовника. Один охотник, другой рыболов.

   Так что повадки зверей я знаю. А мужчины – та же дичь. И их ловить нужно грамотно. Все, дискуссию закончили. Через неделю улетаем, а мы еще не готовы. Надо еще на новогодний вечер платье в аренду взять. Поедем в Style Night. Аренда, конечно, тоже недешево, но мы ж не кильку едем ловить, а акул бизнеса, а они считывают стоимость наряда, как сканером. И если ты дорого одета, они уже меньше будут думать, что ты охотишься за богатством.

– И сколько стоит прокат?

– Тебе лучше не знать. Но это не тот случай, когда надо мелочиться.

– Ты издеваешься? Знаешь, что у меня только пособие по безработице сейчас.

– Перестань нудить! И с голоду не умрем, и отпразднуем шикарно. Это я тебе гарантирую.

   Юлька уверена в себе, как Конституция, а меня терзают смутные сомнения. И что-что, а вот неприятности, чувствую, она точно может гарантировать. Во всяком случае, для меня.

Глава 2

Наверно, всему виной еще паршивое настроение. Выпроводив подругу, я заставила себя пойти в торговый центр, чтоб купить еды. А то даже угостить ее было нечем. Сама я упивалась кофе в прикуску с пряниками, которыми смело можно было мостовую мостить. Мама приезжала еще летом, и купила зачем-то чуть ли не мешок. Пока у меня была нормальная жизнь, о них никто не вспоминал. Но когда я утонула в депрессии, по нескольку дней не выходя из дома, дошла очередь и до них. Спасибо, природа дала мне великолепные зубы, и я вгрызалась в шедевры тульских кондитеров, как заяц в кочерыжку.

   Как я и предполагала, торговый центр радости не принес, а наоборот, приложил все усилия, чтоб утопить меня в безнадеге.

   «До Нового года осталось пять дней! Успейте купить подарки родным и близким!» – с такой бесячей радостью вещал голос, что хотелось найти его источник и запульнуть чем-нибудь тяжелым.

   Родные и близкие? Я даже с родителями не могу встретить Новый год, потому что не могу признаться в своей глупости. Мама сразу сказала, что Валерик – прохвост. Слишком смазлив, слишком учтив, слишком говорлив. В общем, все слишком. Мы чуть не разругались. И теперь мне одной лучше не попадаться ей на глаза.

   Мама – поздний ребенок у своих родителей, поэтому чуть ли не Сталина помнит и была членом КПСС. Причем настоящим, искренне верившим в идеалы. Отсюда и ее бескомпромиссность, прямота, категоричность в суждениях. Она считает, что правду нужно лупить в лоб. Что это честно и правильно.

   И поэтому мой каждый промах будет озвучен не один десяток раз, сопровождаемый классическим «Я же говорила!»

   Поздравлю по телефону.

   Близкие? С Валериком всех подруг я растеряла. Черт, как можно быть такой дурой? Как можно отказаться от своих интересов? Сложила свою жизнь на алтарь любви, и собственно, раз положила, то она там и сгорела. Алтарь для того и нужен, чтоб жертву на нем приносить.

   Яркие украшения, сверкающие витрины, искрящееся радостью «Джингл беллс» льется из всех динамиков, а мне хочется забраться в лес, под елку и выть на луну. И никакого просвета не видать.

   И я себя настолько «ужалела», что, наверно, забыла о законах жизни. Нельзя причитать и кричать, что ты самый несчастный человек, ибо в один момент все может стать еще хуже.

   И опять закон жизни сработал на мне!

   Купив небольшого курчонка, апельсинов, хлеба, масла, чтобы холодильник не забыл, что он холодильник, я поднялась с минус первого и быстренько потрусила к выходу. Как в заколдованном лесу, я шла, не оглядываясь, чтобы взгляд лишний раз не кололся о чужую радость.

   Как я мечтала выйти замуж, создать свою семью, украшать елку, класть под нее красиво упакованные подарки, накрывать стол и загадывать желания! Но Валерик категорически не хотел детей и говорил, что подарки под елкой – это мещанство. А для меня подарок под елкой – это счастье!

   Можно ли в одиночку построить свое счастье? Сделать себе подарок? Или несколько? Уложить их в одинаковые коробочки, и угадывать, что в каждой из них. Или засунуть туда же бумажки с пожеланиями? Сколько же всего интересного можно сделать в этот самый волшебный праздник! При условии, что тебе есть кого удивлять, есть кого порадовать…

   Я прибавила шагу, потому что чувствовала – еще немного, и я забрызгаю фонтаном слез всю эту счастливую толпу. Однако не зря народная мудрость гласит «Поспешай медленно». Я же «поспешила быстро». На выходе поскользнулась на ступеньках и, больно стукнувшись копчиком, съехала прямиком в большую грязную лужу, огороженную «волчатником» по причине срочной замены плитки.

   Еще по пути, пытаясь задержать свой бобслейный спуск, я руками хваталась за ступеньки, поэтому выронила сумку и пакет с едой.

   От шока первые мгновения я даже забыла, как дышать. Какой позор! Я готова была провалиться сквозь землю и, кажется, уже начала это делать – нашла самое подходящее место, самое мягкое в радиусе пятисот метров. Теперь для слез было оправдание. Горючие, обжигающие, приправленные стыдом и болью, они текли по щекам, размазывая остатки моего самообладания.

– Ну что же вы так неосторожно!! – как гром среди ясного неба, рядом со мной раздался мужской голос. Такой, которым озвучивают рекламу дорогих автомобилей, элитных напитков и парфюма.

   Ну почему не сердобольная старушка? Почему не дородная мать семейства? Те бы точно посочувствовали, и мне не так стыдно было бы…

– А вы считаете, если бы я осторожно села в лужу, было бы лучше? – заикаясь от потрясения, не смея поднять глаз на умника, пробубнила я.

   Щеки моментально вспыхнули помидорной окраской, и от их жара слезы высохли. Господи, как же отсюда убраться куда подальше, чтоб не сгорать от стыда под софитами любопытных глаз?!

– Давайте я вам помогу!

   Мамочки, этот Мистер реклама ставит на мокрые ступеньки красиво упакованные подарки, а именно, коробку с крутой машинкой, очевидно, для сынишки, и на нее еще три поменьше, с бантиками, чем совершенно дезориентирует меня в пространстве, времени и еще в каком угодно измерении.

   Я это выхватила, боясь заработать косоглазие, боковым зрением, и тут же рядом со мной обозначились ноги в ботинках из качественной кожи.

   Как куклу, он подхватил меня сзади подмышки и поставил на ноги, развернув к себе. Большего стыда я, наверно, не испытывала никогда.

– Вы в порядке?

– А как вы думаете? – от отчаяния, как загнанный в угол дикий зверек, я огрызнулась, опасаясь, что он услышит оглушительный стук моего перепуганного сердца.

   Мокрый и пострадавший мой зад и запредельно конфузный конфуз стали причиной превращения самого зефирного и миролюбивого существа, каким я была, в настоящую склочную девицу.

– Думаю, не очень, – в голосе послышалась усмешка. – Хотя, знаете, проведя в торговом центре полдня, можно вообще разучиться думать.

   Удивительное дело – он словно не обратил внимания на мою неадекватную недружелюбность.

– Нужно было за покупками посылать своего мужчину! У нас сил побольше.

   Да он издевается! Вытащил из лужи и считает, что я должна ручки целовать?!

– Женщина вполне может справиться с любой проблемой. Не говоря уже о покупках! Уже давно мужчин называют слабым полом! – неожиданно для себя я начинаю мыслить другими категориями, или это я, практически достигнув дна своего невезения, подсознательно бросаю себе такой спасательный круг? Хотя не могу пересилить себя и посмотреть ему в глаза. Вместо этого упорно разглядываю его подбородок. Волевой, как принято говорить о таких. Почему – то щелкает в мозгах еще одним плюсом – у него нет соблазнительной ямочки. Только отросшая щетина.

   А сам владелец подбородка будто развлекается.

– А вы феминистка, я смотрю?

– Феминизм придумали мужчины, чтобы не платить за женщин! – окончательно вживаюсь в роль буки и только тут соображаю, что он продолжает держать меня за плечи.

– Да отпустите же меня, уже поставили на ноги. Спасибо! – И против воли мое «спасибо» звучит как «козел».

– Я бы хотел убедиться, что вы этими самыми ногами дойдете домой. Давайте я вас подвезу! А то вы еще простудитесь перед Новым годом!

   Я не ослышалась? Он реально хочет подвезти меня? Вроде головой не ударялась, но это предложение поразило меня сильней, чем, если бы сам Дед Мороз на своих оленях подъехал и протянул руку, приглашая в сани.

   Чудесное предложение, но я в чудеса не верю! Господин хороший думает облагодетельствовать, заставить смотреть на себя как на Бога, сделает любовницей, а потом наиграется и бросит. Знаем мы!

– Бесплатный сыр только в мышеловке бывает, знаем мы бескорыстную помощь. Езжайте вон к жене и сыну, – выплеснула я на невинного человека всю свою обиду за ту помойку, в которую превратилась моя жизнь.

   Подхватив авоськи, я гордо развернулась своим мокрым задом и целеустремленно поковыляла прочь.