Кого я встретил на Том Свете

Тот Свет существует… Не верите? Верите? А я знаю!

И я расскажу, потому что кому-то это, обязательно, надо знать! Но… Если «слухом услышите и не уразумеете, и глазами смотреть будете и не увидите…», я не буду спорить. Итак…

24 апреля 2015 года. Отделение экстренной хирургии славной больницы №4, город Пермь, Россия. В мою палату привезли каталку:

– Раздевайтесь, ложитесь…

Жму руки сына и жены, прощаюсь на всякий случай, ложусь… Повезли, опять «иду по потолку» коридоров и вспоминаю…

Всю «взрослую» жизнь неистово работал: днем – инженерствовал… И затем дома: до поздней ночи, в «выходные» и в «отпуск» – без перерывов учился, литераторствовал, вел свой бизнес и… и пьянка-гулянка…

Жил, как с цепи сорванный жаждой всё успеть! Надо, надо, надо!

Меня спрашивали:

– А не сломаешься?

– Я – железный! «Павшая хризантема – поднимается!» – сказал Брюс Ли. А я говорю: «Если каратисту, разбитому на куски, надо – каратист собрался, встал, и пошел в бой!»

Но, аккурат, на 57-летнюю мою «днюху» и… И вдруг шатануло. Да, потемнело в глазах и зашатало от стены к стене!

«Ничего, отлежусь…» Отлежался полдня, встал и упал обратно на диван…

«Скорая помощь» приехала быстро. Быстро и врач определился со мной:

– Сколько это у Вас? Не-де-лю?! В больницу!

В больнице почудилось, что я иду по потолку… «Дошел» на каталке быстро, перекинули на кровать, стали вкапывать что-то, кровь переливать… Сознание возвращалось, и, наконец, понял: «Реанимация!»

Была уже ночь, привезли какое-то «хозяйство» на тележке. Медсестра стала впихивать в меня трубку, а врач смотрел в «глазок» и комментировал:

– Ага, вот и язвища в желудке открытая, кровоточище, так, а это что?…

Врач отвлекся, посмотрел на меня внимательно, и стал шептать что-то на ухо медсестре…

«Рак…» – почему-то сразу понял я. Но не забился в истерике, и даже потом не прошибло. Удивительно спокойно воспринял, лежал и прикидывал, что надо успеть доделать пока: не «перекинусь», не «отлечу» или просто не «оттащат от корыта жизни»…

Ночь за нелегкими раздумьями пролетела, утром пришел знакомый хирург, поговорили:

– Кровушки-то совсем не осталось, еще бы пару-тройку часов и «ку-ку»! 57 лет, ум то где?

– Так весь уже вышел, видимо…

– Ну, что ж, батенька, операция!

– А без операции никак?

– Как говорил товарищ Саахов: «Или я веду тебя в операционную, или дьявол тебя везет в морг!» Короче, тут, понимаешь, такая история… – замялся хирург.

– Да, ладно, не майся, знаю я про своего «рака», и где он у меня «зимует»…

Вот так я и оказался в операционной. Заволновался, но особо со мной не разговаривали: привязали, надели маску и…

…Услышал звук, как будто на катушечном магнитофоне перематывают пленку: шир-шир-шир-шир…

Я летел сквозь пространство, состоящее из сплошного множества ярко-всецветных точек, квадратов, треугольников, как сквозь объёмное лоскутное одеяло, но светящееся изнутри…

Белый свет становился ярче и ярче, пересвечивая другие цветные световые пятна, и, наконец, я влетел в белое пространство без каких-то видимых границ!

Тревоги и напряжения ушли сразу, а всего меня охватил яркий, но не бьющий, а мягко окутывающий белый свет. Свет был везде, но в центре пространства было еще более ярко светящееся пятно; к нему меня и повлекло…

Бог?

Я воспитывался в сугубо «материальной», атеистической среде. Но, почему-то, у меня всегда было понимание, что Кто-то доброжелательно и внимательно за мной смотрит, оценивая! Меня не одергивали, но я чувствовал, что такое «плохо» по мнению этого Стороннего Наблюдателя, и сдерживал себя в злых мыслях и поступках…

Кто-Что всматривалось в мою жизнь? Когда-то я инстинктивно это ощущал, но с годами осознанно пришел к вере. Пришел от науки, с помощью научного подхода. По мере накопления знаний, накапливается восторг и восхищение от грандиозности Вселенной! Все это, бесконечное и вечное, и необъятное разумом, не распадается, а представляется Единым.

Кто-Что всё объединяет? «Абсолют», «Вселенский Разум», «Единое Поле объективных законов»… Мне проще Это называть – Бог (хотя называйте, как хотите, смысл не изменится!) Бог – это ВСЁ! А мы?

…Приблизился я к этому ярчайшему, но не ослепляющему Пятну и… И ко мне Обратились:

– Вспоминай…

…Был ли, есть ли у Вас любящий отец, папа? Если да, то Вы знаете, как отец родной обращается к своему сыну: требовательно, но по-доброму и с искренним переживанием за Вас и заботой сердечной!

Вот так и ко мне Обратились! Но не голосом, а всё я воспринял сразу в себе и начал вспоминать…

Вспомнить всё!

Оказалось, что я помню всю свою жизнь. Да, с утробы мамы! Уже тогда запомнились ощущения: кто мне рад, а кому не хочется, чтобы я привнес своим появлением трудности, «лишние» заботы, хлопоты…

И всё остальное я вспомнил: все-все жизненные ситуации, встречи… Да, всё что я привнес в жизнь людей, всего мира окружающего…

Последовательно являлись картины жизни, узнаваемые образы хороших людей и мы вспоминали о том, как я повлиял на их жизнь…

Нет, не было в моей жизни злонамеренности: не убивал, не подличал, даже не «шел по трупам конкурентов» в карьере… Нет, «грехов смертных» не натворил, слава Богу, но…

Но Боже, как же мне было больно, стыдно и тяжко вспоминать: как я обижал мимоходом; осмеивал «шутливо»; не помогал, когда бы мог помочь…

И так же мучительно было осознавать, что часто проходил мимо, отворачивался от окружающего Зла. Не абстрактного, не некого «дьявола»! Нет, зло земное, оказывается, всегда имеет «человеческие» имя и фамилию, и конкретный адрес!

Тело с именем

Вспомнил, как выпивали-рассуждали с одним бизнесменом, бывшим начальником милиции в городке N, о жизни, и сказал он задумчиво:

– А у меня в кабинете все говорили… – затем, помолчав, добавил. – Да я и сам бы говорил, и даже пел, если бы «попросили особо вежливо». Чтобы сломать, до животного состояния, любого человека, надо максимум трое суток!

Без тела. Душа? Совесть?

А у меня Там тела не было, но больно было, как никогда ранее на Земле!

Что ж так у меня болело и мучилось бестелесное? Душа? Видимо. А еще атеисты говорят: «Совесть!» О чем спорить? О словах? Назовем «Душа-совесть», устроит Вас?