Обратный процесс. Реки крови

Часть 1. Друзья и враги

– Глава I —

Клэр

После свадьбы с любимым мужчиной Клэр чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Джеймс казался ей идеальным во всем: умный, спортивный, веселый. Всегда, то есть, практически всегда, уместно шутил или, при необходимости, был строг. Ценил живое общение с приятными людьми, нечастые посиделки с друзьями в баре или барбекю-вечеринки во дворе, и особенно, что противоречило его коммуникабельности – выезды на природу наедине с Клэр. Джеймс любил укромные места, где нет людей, нет посторонних, нет ни-ко-го, кроме него и Клэр.

Но когда речь заходила о делах, Джеймс менялся, становился собранным и внимательным. Он всегда реализовывал задуманные планы и достигал поставленных целей в срок. Ответственность положительно сказывалась на карьере, которая складывалась как нельзя лучше. На заработанные деньги после повышения в должности они купили отличный коттедж в пригороде. И даже после этой большой покупки молодая семья никогда не испытывала нехватки денег.

Два года в браке показали Клэр, насколько крепки их отношения. Это совместно прожитое время окончательно убедило ее в преданности Джеймса, но в их идеальной семейной жизни не хватало главного – ребенка. Ей очень хотелось родить. Пол малыша был неважен, главное, чтобы это было родное, здоровое дитя. Иногда это желание становилось таким всеобъемлющим, что вело к навязчивым мыслям на грани с паранойей о будущих родах, воспитании, уходе и, наконец, взрослении будущего сына или дочери. Когда Клэр с головой уходила в свою мечту, ей порой приходилось одергивать себя, чтобы не давить на Джеймса, но при этом тактично подготавливать его к статусу отца.

Время шло. Джеймс без сомнений согласился завести детей, и они, по заверению Клэр, приняли все необходимые меры для здорового зачатия. Молодая семья полностью перешла на правильное питание, своевременный сон, и даже отказалась от спиртного, что для Джеймса оказалось страшнее всего. Он не был зависим от алкоголя, но при этом никогда не планировал отказываться от него полностью. После напряженного рабочего дня глоток виски помогал ему на время забыть о проблемах и спокойно порассуждать на разные темы, или же попросту заснуть с легким сердцем. По поводу отказа от спиртного у супругов проходили полушутливые дебаты, которые в итоге увенчались победой Джеймса, но взамен он должен был забыть о плотских утехах в день употребления. Со скрипом он принял условие, а Клэр вовсе не злилась на него, понимая, что уступать мужу нужно. В конце концов, Джеймс поддавался ей в других моментах.

В период ожидания беременности пара приобрела участок земли вдали от города. Однажды, еще до начала стройки, Клэр посетила это место. Купленная земля была в паре часов езды от их дома. Довольно далеко, но в общем и целом участок ей понравился. Их частное владение располагалось между каньоном и лесом невероятной красоты. Вместе с этим она понимала, что вложение довольно сомнительное, но Джеймсу покупка участка когда-то казалась несбыточной мечтой, чудом, которое воплотилось в жизнь.

– Дорогая, это… это прекрасное место! – говорил Джеймс с таким воодушевлением, что Клэр просто не посмела поделиться своим скептицизмом. Вместо этого она улыбалась и молча радовалась детскому восторгу супруга. – Ты посмотри, какой вид! Вот здесь, прямо здесь я построю дом. Вид из окон будет как в сказке. С одной стороны – на каньон. – Джеймс энергично вырисовывал жестами план. – А из противоположного окна – на лес. Это будет просто охренительный дом для нас двоих…

– Для троих, – поправила Клэр, после чего продолжила: – а возможно, и для четверых, если будет двойня.

– Ты права. Это будет гнездышко только для нашей семьи, где мы будем проводить все свободное время.

– Надеюсь, не прямо все?

– Дорогая, я понимаю, что тебе здесь может быть скучно, но поверь: я найду, чем нас развлечь.

– Например?

– Например, я сделаю ровную площадку и поставлю теннисный стол, а вон там будет стоять беседка и барбекю. Здесь сарай, но это для меня, а вот здесь – небольшой огород. Возможно, я даже устрою кинотеатр на свежем воздухе.

– А как же дикие животные? Неохота быть съеденной за просмотром фильма ужасов!

– Черт… Об этом я не подумал. – На мгновение он задумался, а потом выдал: – Заведем собаку! А? Как тебе? Будет нас охранять, пока мы наслаждаемся отдыхом.

– Собака не спасет нас от… – Она постаралась вспомнить самого опасного хищника, обитающего в лесах. – От медведя.

– Сомневаюсь, что они здесь есть.

– Так ты не узнавал даже о живущих в лесу диких животных? – В этот раз Клэр не смогла скрыть легкого возмущения.

– Я куплю оружие, и оно будет пылиться в сейфе на случай чего. А стрелять я умею, ты это знаешь.

– Это понятно, но… Как-то все небезопасно, что ли, – Клэр было тревожно в этом месте, и одновременно она боялась огорчить мужа, но, несмотря на это, девушка продолжила: – А как же вода, электричество?

– Я позабочусь и об этом.

– И как?

– Приобрести генератор – не проблема, питьевую воду можно купить, а для бытовых нужд я уже спроектировал схему сбора дождевой воды. Если захотим побыть здесь зимой, можно взять напрокат снегоуборщик.

– Господи, и сколько для этого всего нужно денег?

– Много, но я обещаю, что это не скажется на…

– Дорогой, – прервала Клэр, – я не против, что ты купил эту землю и собираешься построить дом. Но пообещай, что ты не будешь уделять этому месту все свое время.

– Клэр, ты же знаешь, что всегда будешь на первом месте. Никто и ничто не заставит меня думать иначе!

Она улыбнулась:

– Это я и хотела услышать…

Строительство дома вдали от цивилизации шло ударными темпами. О заселении пока речи не шло, но глаз хозяина радовался каждый раз, когда он видел процесс, приезжая с очередной партией строительных материалов. Клэр же больше там не появлялась. Она прекрасно понимала, что супруг хочет удивить ее конечным результатом, и поэтому даже не пыталась подглядеть за ходом работ. Порой Клэр думала, что эта стройка когда-нибудь надоест Джеймсу, но он не переставал вкладывать в нее силы, время и деньги. Впрочем, гораздо чаще мысли девушки уходили не в сторону спорных финансовых вложений, а в сторону проблем с зачатием. В выходные дни Джеймс ездил в новый дом, проверял работу нанятых строителей и при этом сам помогал с тем, что ему было по силам. В эти часы одиночества Клэр посещали тягостные раздумья. Около года они пытались завести ребенка, но до беременности так и не дошло. Если это не особо волновало ее в первые месяцы, то по истечении года стало выводить из равновесия. Она подходила к зеркалу и, пока никого нет дома, разговаривала с отражением:

– Господи, – тихо произнесла Клэр, понимая, что диалог с собой не совсем нормален, – ну почему ты не даешь нам ребенка? Знаю, что глупо к тебе обращаться без веры, но в последнее время мне не на что уповать. Ты единственный, кто может помочь нам…

Клэр скрывала от Джеймса свое лечение от овуляторной дисфункции не из-за того, что это очень сложное заболевание, а потому что попросту не хотела беспокоить мужа. Зачем Джеймсу знать о решаемых проблемах, пускай даже связанных со здоровьем? Это лишь побудит его к излишней опеке, а этого ей совсем не хотелось.

Клэр продолжала смотреть в зеркало, представляя себя с округлым животом.

– Рано или поздно я все равно забеременею, – улыбнувшись, сказала она.

Спустя два месяца, пройдя очередную проверку, Клэр окончательно убедилась, что здорова, разве что психологическое состояние несколько пошатнулось от длительного стресса. Тем не менее доктор выразил уверенность в ее способности к зачатию. Все было хорошо. Вот только она по-прежнему не могла забеременеть. Подруга, с которой Клэр все же делилась своими проблемами, посоветовала проверить Джеймса. Она и сама шла к этому разговору с мужем, но собеседница дала нужный толчок.

Вскоре Клэр сделала тест на беременность и с ним же встретила Джеймса с работы. Они поговорили, и Клэр убедила супруга сделать полный перечень анализов. Возможно, она и была излишне строга, но он согласился, и это самое важное.

Когда Клэр пришла в клинику за результатами обследований Джеймса, медсестра сообщила, что ее ожидает доктор.

Она зашла в кабинет.

– Добрый день, миссис Палмер! Присядьте, пожалуйста.

Клэр волновалась, ведь если все было хорошо, ей так бы сразу и сказали, вручив результаты на руки. Но прежде чем отдать бумаги, доктор решил с ней поговорить.

– У вас какая-то странная интонация, – поделилась подозрением Клэр.

– Тяжелый день… – Доктор неестественно улыбнулся. – Не обращайте внимания. И да, ничего смертельного в анализах вашего мужа мы не нашли, но все же нам необходимо кое-что обсудить.

– Хорошо. – Клэр чувствовала неладное, оттого в ее голосе сквозило беспокойство.

Она присела в кресло напротив. Мужчина в этот момент рылся в бумагах, искал нужную папку. Найдя необходимые документы, он обратился к ней.

– Мы с вами, – начал доктор, – долгое время знакомы, и вы не один год ходите к нам в клинику, что лично для меня означает, что вы доверяете нашим специалистам…

– Ну да, – медленно и с осторожностью подтвердила она. – Ваша клиника на хорошем счету.

– Как пациент и доктор мы прошли через многое, как бы это странно ни звучало. Вы у нас лечились от…

– Можно ближе к сути? – прервала Клэр.

– Да, конечно, но я все же закончу свою мысль. И я в курсе, как вы относитесь к беременности, как хотите завести ребенка и что вы делаете все возможное для этого.

Девушка понимала, что доктор готовит ее к чему-то плохому. Клэр попыталась унять нервную дрожь. Мужчина продолжил:

– Но мир не идеален, как и живущие в нем люди.

– Доктор Хемслит, хватит!

Он посмотрел пациентке в глаза. Пауза затянулась. Доктору необходимо было говорить правду, пусть он и хотел бы этого избежать. Наконец мужчина произнес:

– Ваш муж не может иметь детей.

Клэр закрыла глаза, а затем подняла голову. Ее сердце забилось чаще. В попытке проглотить нахлынувшие эмоции Клэр зажмурилась еще сильней, отчего на гладком лице проявились морщины. Девушка не могла поверить в услышанное.

Доктор продолжил:

– Видимо, в юности или, что вероятнее, в детстве он переболел сложной формой паротита. Эту болезнь еще называют свинкой. И, если коротко, то бесплодие развивается у небольшого процента переболевших. К несчастью, в этот процент с необратимыми последствиями попал ваш муж.

Клэр снова посмотрела на доктора. По ее щекам потекли слезы, но выражение лица не выдавало внутренней истерики. Она постаралась заговорить спокойным голосом:

– Почему? Почему вы считаете, что он перенес эту болезнь в детстве?

– Лично с Джеймсом я практически не общался, но, по вашим же словам, он хороший человек.

– Это так. – Она закрыла лицо ладонями, а через мгновение заплакала в голос. – К чему… – Она запнулась, после чего вытерла слезы и, опустив руки, попыталась спросить еще раз: – К чему вы клоните?

– Если ваш муж действительно хороший человек, он бы сказал вам, что бесплоден… – Доктор говорил с паузами. Ему было тяжело смотреть на слезы пациентки. – Но, по-видимому, он не знает о своей болезни или попросту не помнит тот ранний период жизни.

– Какая сейчас разница? Или вы защищаете его? Это что, мужская солидарность?

– Я хочу сказать, миссис Палмер, что Джеймс не виноват в своем бесплодии. Думаю, он будет удивлен не меньше вашего.

– Удивлен?! Это разрушит нашу семью! – повысив тон, сказала Клэр.

– Не обязательно. Вы можете взять ребенка из приюта…

– Нет! Я хочу своего ребенка, хочу воспитывать свою кровь. Я… Я понимаю, что дети не виноваты в том, что их бросили родители, но я не могу, не могу воспитывать чужого ребенка.

– Клэр, – обратился он с сожалением, – мне действительно хочется помочь вашей семье, но, поверьте, ни один доктор не сможет этого сделать. Единственное, что я могу посоветовать… Возьмите, пожалуйста, эту визитку. Это лучший психолог в городе. Он поможет вам справиться с проблемой.

– Он не поможет, – немного успокоившись, сказала Клэр. – Отдайте мне результаты.

– Я могу что-то еще для вас сделать? – спросил доктор, передавая результаты.

– Думаю, нет. До свидания.

Клэр вышла из кабинета. Доктор Хемслит потер лицо ладонями, открыл нижний ящик стола и взглянул на пачку сигарет.

– Черт! – произнес он раздосадовано. – Эта работа меня в гроб сведет.

Мужчина подошел к окну, открыл его, достал сигарету и закурил. В этот день Хемслит прервал двухмесячный период воздержания от пагубной привычки.

Клэр посмотрела на часы. Скоро должен вернуться Джеймс, а она никак не могла унять невроз и остановить льющиеся слезы. Отчаяние сковало ее, сковало мысли. Ни о чем другом, кроме как о бесплодии Джеймса, она не могла думать. Вдруг раздался звук открывающейся двери…

Бракоразводный процесс разрывал сердце Клэр, ведь она по-прежнему любила Джеймса. Любила, но не могла быть с ним. Не могла, потому что считала своим первостепенным долгом воспитание родного ребенка. Именно его она считала символом полноценной и счастливой жизни.

«Я буду счастлива, – собираясь в суд, думала она. – Я заставлю себя быть счастливой. И если для этого придется забыть Джеймса, я забуду. Мы же не подростки, которых сводят с ума гормоны! Мы взрослые люди и контролируем себя. В конце концов, люди живут припеваючи и без любви. Нужно потушить это чувство. Избавиться от привычки к человеку. Я знаю – время лечит, и даже от такой болезни, как любовь… Поскорей бы выздороветь».

Нанятый Клэр юрист осведомил Джеймса о желании честного раздела имущества. И под честностью он подразумевал далеко не равноценный дележ. Услышав это, Джеймс поднялся и в присутствии судьи дал понять всем, что устал от этого процесса, устал от всего, что связано с разводом, устал от ссор с бывшей женой, устал от работы, от суда, от бесконечной бюрократической машины, где бумажки важнее чувств. Джеймс сообщил, что не собирается оспаривать решение супруги и согласен на любые условия. Клэр видела его боль и каждый раз опускала глаза, когда Джеймс на нее смотрел. Ей было стыдно. Но она окончательно и бесповоротно решила: их семье пришел конец. Лучше расстаться сейчас, когда они еще молоды, когда есть шанс начать все сначала, и избежать этого чувства, что ты застрял в унылом и неполноценном браке, в котором супруги портят друг другу жизнь. Лучше сейчас испытать боль, чем десятилетиями страдать и терпеть взгляды, полные взаимной ненависти.

Спустя время таблетки и общение с психотерапевтами дали ей возможность дышать полной грудью и жить дальше, несмотря ни на что. Джеймс, насколько она знала, отстроил свой дом вдали от цивилизации и выбирался оттуда лишь по необходимости. Она же поборола депрессию и даже начала встречаться с мужчинами.

Первые двое, с кем она познакомилась в социальных сетях, при личной встрече обнаружили свои изъяны. Самой ранней пробой свободной жизни стал бывший пауэрлифтер. Он был огромным, улыбчивым и совсем не глупым, как могло показаться с первого взгляда. Но когда Клэр узнала, что он завязал со спортом из-за тяжелой травмы и из-за этой самой травмы ходит с тростью, она посмотрела на него под другим углом. Для нее было странно встречаться с человеком, которому нет и сорока, а он из-за глупого, по ее мнению, рвения в спорте стал практически инвалидом. Если человек лишает себя драгоценного здоровья, поднимая тяжести, то чего от него ждать при создании семьи? Явно не благоразумия.

Второй оказался начинающим бизнесменом. Немного разгильдяй, что нравилось Клэр, и при этом, с его же слов, подающий надежды предприниматель. Увлекшись простым и легким общением с Клэр, он проговорился, что заложил жилье и вбухал все сбережения в свой стартап. Клэр отнеслась к этому признанию с настороженностью, а после выпитой бутылки вина оказалось, что также он заложил дом родителей, потерял его и теперь они живут у него. Клэр тут же протрезвела и вежливо оборвала связь с этим «бизнесменом». Больше они не виделись.

Третий же «обольститель женских сердец» произвел действительно хорошее впечатление. События развивались по стандарту: знакомство в социальных сетях, переписка, звонки, поход в ресторан, где обычно все и заканчивалось, но только не в этот раз. Отсутствие претенциозности благоприятно повлияло на мнение Клэр о нем.

«Возможно, с ним что-то получится», – думала она, когда тот в очередной раз игриво шутил, чем немного напомнил Джеймса.

Общаясь, Клэр все больше и больше убеждалась, что этот молодой человек эрудирован и остроумен. Еще он был в хорошей физической форме несмотря на то, что делал успешную карьеру в IT-компании. Казалось, что это не вяжется с его спортивной внешностью, хотя очки обычно и выдают человека, подолгу сидящего за компьютером, или, по крайней мере, ассоциируются с достойным интеллектом.

После ужина Клэр была не против, чтобы он проводил ее до дома.

Вскоре они добрались до ее коттеджа, и, стоя напротив мужчины, она сказала ту самую фразу из ненавистных мелодрам:

– Если хочешь, можешь зайти на чашечку кофе.

– Заманчивое предложение, но прежде я должен признаться кое в чем…

«Ну вот, – подумала Клэр. – Опять какой-то жирный минус».

Про себя она начала гадать, что может быть не так с этим человеком.

«Неужели он сейчас скажет, что женат, или у него проблемы с потенцией, или он нетрадиционных взглядов и пришел на свидание, чтобы окончательно убедиться в своей ориентации?»

Она тут же попыталась вспомнить, как долго у нее не было секса. Три месяца? Четыре? Или же полгода? Клэр перестала считать еще до возобновления своих попыток найти партнера. И сейчас она понимала, что если этот окажется очередным неудачником, то она выцепит какого-нибудь бездомного и переспит с ним, чтобы уже наконец почувствовать себя женщиной.

После интригующей паузы парень продолжил:

– Я, – он наигранно запинался, – я жутко боюсь… потерять невинность.

У Клэр расширились глаза. Она уже хотела послать его ко всем чертям, как вдруг парень улыбнулся.

– Говорят, – произнес он тут же, – когда айтишник переспит с девушкой, он теряет все знания. Прямо как Самсон, только у нас это связано с мозгами.

По выражению лица парня было видно, что он кое-как сдерживает смех. Через мгновение он все же засмеялся в голос.

– Прости, – сказал он, – это не должно было прозвучать так глупо.

Клэр выдохнула, а через мгновение и вовсе смягчилась.

– Не переживай, – с легкой издевкой сказала она, – в эту ночь ты точно не лишишься мозгов.

– Абсолютно справедливо, – ухмыльнулся он. – Обещаю больше так не шутить.

– Ты был на грани.

– Как ни странно, я почувствовал это и хочу заметить, что ты…

– Заткнись уже, – прервала Клэр, – и пошли пить кофе.

Клэр пообещала себе не заниматься любовью на первом свидании. Она не хотела секса в первый день знакомства по очевидной причине – ведь это неправильно, это не украшает ее моральный облик, но тело было другого мнения. Оно давно не ощущало нежных прикосновений, сладких поцелуев и просто крепкого мужчины рядом. Клэр сдалась, подчинилась природе в убыток здравомыслию.

Парень подхватил Клэр обеими руками и перенес в комнату, продолжая целовать. Уже на кровати девушка почувствовала, ощутила его желание. Страсть была взаимна. Он целовал ее в губы, потом перешел на шею, затем – на грудь и живот… На секунду пылкий любовник остановился, и через мгновение его губы оказались рядом с ухом Клэр. Нежно прикусив, он отпустил мочку и возбужденно прошептал:

– Я хочу, чтобы ты помочилась на меня.

Клэр широко раскрыла глаза.

– Что? – настороженно спросила она в надежде, что ей просто послышалось.

– Извини, меня немного занесло, – поправился парень. – Я хотел попросить, чтобы ты пописала на меня.

– Чего?!

Девушка резко поднялась с кровати, схватила с рядом стоящей тумбы телефон и истерично воскликнула:

– Ты… – Она сделала паузу. Клэр была в шоке от такого предложения. – Ты хренов извращенец! Убирайся из моего дома, пока я не вызвала полицию!

– Клэр, я… Я думал, что ты отнесешься нормально к моей просьбе.

– Какой, на хрен, просьбе? Секс есть секс, его не надо совмещать с мочеиспусканием! А теперь убирайся вон!

– Хорошо, хорошо, успокойся. Не нужно вызывать полицию. Я уйду.

– Чтобы я больше тебя не видела! Ты понял?!

Парень искал вещи и надевал их на ходу. Вскоре он покинул дом Клэр.

– Господи, – смотрясь в зеркало над умывальником, проговорила она. – Почему я такая «везучая»?

Она промотала все произошедшее в голове, и ей захотелось расплакаться. Глаза заблестели от подступающих слез, а на лице появилась улыбка.

– Жизнь, сука, – она одновременно смеялась над сегодняшним приключением и плакала, удивляясь, что не может встретить нормального мужика, – это дебильная комедия…

Однажды в голове одинокой Клэр завертелась идея завести домашнего питомца. Кого именно, вопрос не стоял, так как ответ был однозначен: ей нужна собака. Но какой породы? Над этим Клэр размышляла бесконечно. И пока она выбирала между несколькими вариантами за просмотром шоу с собаками по телевизору и поеданием мороженого, в окно среди белого дня залетел кирпич. Шум осыпающегося стекла сильно испугал ее. Клэр поставила вазочку на журнальный стол, забежала на кухню, схватила нож и направилась к разбитому окну. Медленно приближаясь к развевающимся на ветру шторам, она пыталась разглядеть людей на улице, но там уже никого не было. Вредитель скрылся.

«На ночь такое нельзя оставлять», – подумала Клэр.

Она тут же набрала номер ремонтной службы:

– Здравствуйте! Мне только что разбили окно, и я хотела бы вызвать ремонтников.

– Милочка, – ответила дама солидного возраста, – сегодня это невозможно, могу записать вас на… послезавтра.

– Я не могу ночевать с разбитым окном.

– Ничего не могу поделать: в городе какой-то ажиотаж на подобные услуги.

– Вы хотите сказать, в городе действует банда хулиганов?

– Ну, – протянула женщина, – я бы прямо так не сказала. Скорее, у несостоятельных граждан какое-то обострение. Они не только разбивают окна и витрины, но порой даже грабят.

– Днем?

– Да, и такое случалось. Не хочу никого пугать, но, видимо, ночью будет хуже.

– И что мне, по-вашему, делать тогда?

– Понятия не имею. В центре люди готовы заплатить тройную цену за ремонт окон и дверей. Да что я вам рассказываю? Включите новостные каналы, там только об этом и трубят.

– Я редко смотрю их, но, думаю, теперь начну… Как я понимаю, обращаться в другие фирмы нет смысла?

– Думаю, да. Советую позвать кого-нибудь на помощь. Соседи или родственники есть у каждого.

– Хорошо. Я прислушаюсь к вам. До свидания.

– Береги себя, милочка.

Клэр взяла пульт от телевизора и быстро пересмотрела все местные, а затем и государственные информационные каналы. На всех говорили примерно одно и то же: страну охватил какой-то поток враждебности. Люди и до этого вели себя не лучшим образом, а сейчас положение усугубилось. Преступники грабили, избивали, вламывались в дома, на нескольких каналах показывали погони полицейских за правонарушителями.

– Что за безумие? – пробормотала Клэр и тотчас вспомнила об окне.

Спустя несколько минут она постучала в дверь соседей. Открыл недовольный старик.

– Чего тебе, Клэр?

– Извините, что побеспокоила. Не могли бы вы мне помочь?

– Нет, – мгновенно ответил тот.

– Подождите. – Она остановила закрывающуюся дверь и быстро продолжила: – Мне очень нужна ваша помощь. Мое окно разбили.

– И что? Я тут при чем?

– Не могли вы бы мне помочь заделать его?

Он фыркнул.

– А как же твой парень? Как его там?

– Джеймс?

– Он что, б-безрукий, что ли?

– Мы с ним развелись, – настороженно ответила Клэр, – и довольно давно. Вы разве не помните?

– А, ты была замужем? Я думал, вы просто вместе жили.

– Вы были на нашей свадьбе.

– Чего?

– Я говорю, вы были…

– Послушай, хватит пудрить мне мозги! Я тебя не послал лишь потому… – мужчина задумался. – Кстати, а почему я тебя не послал?

– Мистер Дэмьян, прошу вас, помогите мне. Я заплачу вам.

– Заплатишь?

– Да.

– А что нужно сделать?

– Я же говорю: мне разбили окно. И я знаю, точнее, видела, как вы делали ремонт своего дома. И у вас получилось шикарно. – Он горделиво покачал головой. – Поэтому вам не составит труда помочь мне с окном.

– Ну ладно, Клэр. Я сейчас. Т-только своей бабке скажу, что ушел.

– Хорошо, я подожду здесь.

Вскоре они сделали замеры, съездили в магазин и купили нужную застекленную раму, благо габариты окна оказались стандартными. По приезде оба принялись за работу.