Живущая в сети или Мысли вслух

Они сбиваются в кучи, в пары. Странно. Мне говорят о внутренней красоте. Не могу понять, какая, на хрен, внутренняя красота, когда на них смотреть страшно?

Причем это исключительно их вина, и нефиг на природу пенять. Уродств нет. Следить за собой – кто мешает научиться? Купить нормальные шмотки можно и в секонд-хенде.

Сижу в интернете. Очередной женатик лет четырехсот предлагает стать его любовницей.

Сидишь и думаешь, то ли я чего-то не понимаю, то ли он.

На что он рассчитывает? На то, что я озверела от одиночества? Так мне не так много лет, чтоб таким заниматься.

Пи-и-бип…

Приходит сообщение. Моя анкета находится на 13670043-м месте. Если кто докапывается до нее – считаю его археологом.

Я редко захожу на «Мамбу», больше от скуки. Сегодня жду, пока закончит работать стиральная машинка, чтобы лечь спать.

Открываю сообщение. Еще один неудачник с оригинальным: «Привет, как дИла?» Хочется разбить ему голову, потому что разбивать свой ноут жалко.

Пи-и-бип. Сообщение № 2. «Ищу любовницу. Материальная поддержка», 65 лет, женат.

Пишу в ответ. «Ищу Че Гевару. За вознаграждение».

Дедушка оживляется. Пытается донести до меня, что Че мертв. Говорю, что Че жил, жив и будет жить в моем сердце, и отправляю в черный список.

Надоели.

Пи-и-бип. № 3. Ого. Сегодня конференция археологов на «Мамбе» или я единственная сижу в такое время?

1

Мой ник – Любовница Че. Слово «любовница» привлекает извращенцев, не знающих о существовании Че Гевары. На «Мамбе» я давно. Здесь я встретила того, которого, как ни странно, люблю. В этом мне до сих пор трудно сознаться даже самой себе. Он давно уже удалил анкету. Я иногда заглядываю. Мы дружим. Я не представляю нас вместе. Но если я не знаю, что с ним все в порядке, – мне плохо.

«Доброй ночи, Любовница. Разделишь со мной эту Луну?»

Романтик. Ненавижу таких. От них тошнит еще больше, чем от извращенцев. 100% какое-нибудь мрачное чудище, зарывшееся в книги, которое будет заваливать меня хорошими чужими стихами и плохими – собственного сочинения. Открываю анкету.

Хм. 42 года. Красив. Легкая седина на висках, дорогой костюм. Кажется, слышу запах «Хьюго» сквозь экран. Это мой герой.

Пишу. «Доброй ночи. Уже поздно. Завтра рано вставать. Не могу разделить с Вами Луну, но с удовольствием поделюсь Солнцем».

«Как насчет завтрашнего кофе?»

Люблю немногословных и решительных мужчин. «С удовольствием. Мой номер 050… Звонить лучше после 18.00».

2

Днем просыпаюсь на обед.

Вечером снова засыпаю.

Проклятая «Мамба».

Вчерашний герой не позвонил ни в 6, ни в 7, ни даже в 11 вечера.

Не очень-то и хотелось!

Когда-то я еще верила в знакомства по интернету… (Да что там говорить, я когда-то и в Деда Мороза верила). Я серьезно относилась к этим мужчинам. Ждала звонка и обижалась, если они не звонили. Иногда мне даже казалось, что влюблялась в них. Со временем пришло понимание: не в них. А в то, что творилось в моей башке.

Открываю окошко сообщений, пишу вчерашнему герою, перешедшему в разряд гадов: «Между прочим, это верх невежливости – пообещать позвонить девушке и не выполнить своего обещания. А еще мужчина называется…»

Во мне говорит обида. Я понимаю, что его-то сообщение не заденет, может быть, даже польстит. А я выгляжу как отчаявшаяся идиотка. Но мне плевать – пара секунд, и он в черном списке. Увидимся под другой анкетой, мачо! Ты еще будешь молить меня о встрече.

У меня несколько анкет. Правда, захожу я изредка лишь в одну. В ту, под которой познакомилась с Ним. Остальные – потому что лень удалять и ради того, чтоб поизголяться над «гадами». Смешно, но во всех анкетах настоящие фотографии, но разный цвет волос, и мужчины уже меня не узнают. И если есть настроение, я могу заставить их полюбить… мою анкету. Я владею словом. И давно научилась жить в Сети.

До недавнего времени я даже думала, что научилась жить без любви. Пока не встретила Его. Того, кто не любит меня. И без которого я уже не умею жить. Он делает мне больно. Часто. Всегда. Так, как может делать больно только любимый человек. Иногда мне кажется, что эта боль стала моим наркотиком. Я люблю его губы, глаза, ресницы, мне хочется прикоснуться к ним губами, хочется ходить по утрам в его рубашке и варить ему кофе. Хочется подарить ему тот мир, в котором он будет счастлив. Но я не сумею этого сделать. Как ни странно, но он не предназначен мне судьбой, как и я ему. Он – половинка какой-то другой девушки, она сможет разбудить в нем застоявшуюся кровь, заставит совершать глупые и безрассудные поступки, переступать через свои принципы. Я люблю его. И он никогда об этом не узнает.

3

Все тебе кричат: ты – счастлива! Весь мир перед тобой, все перед тобой, у тебя все хорошо. Ты счастлива…

А ты думаешь, как дожить до утра и не задохнуться.

Тебе все кричат: твои проблемы – пустяк. Ты просто не знаешь наших. Твои проблемы надуманы. Ты сама во всем виновата.

А тебе хочется выплюнуть себя.

Они не понимают. Ты слушаешь их. Ты жалеешь. Успокаиваешь. Пытаешься помочь. А когда тоска стучит в твои двери, тебе даже не к кому прийти. Да и не хочется.

Я клацала мышкой чужие сообщения на сайте. От обилия людей мне хотелось выть.

Уехать далеко-далеко, туда, где тебя никто не знает. И побыть в тишине.

Одиночество – это не так уж плохо.

Одиночество – это когда ты наконец-то остаешься один на один со своей жизнью.

Одиночество не всегда значит, что ты один. «Попробуй уйти от дождя, если он внутри», – пел Цой.

Мой дождь давно превратился во всемирный потоп. И где-то там, в пучине, одиноко плавает моя душа.

Пии-бип…

«Привет. Как-то очень скучно проходит ночь, не находишь?»

Симпатичный. 32 года, не женат, средний доход.

Милый мой, ночь проходит не просто скучно… Ночь убивает, разъедает, раскалывает меня на куски. Но я тебе об этом не скажу. Зачем отпугивать тебя, такого милого, с первого сообщения.

«Привет… Луна переменилась. От этого и скучаем».

Пиииии-бип. «Как насчет шампанского с клубникой у меня?»

Лысый, фото с голым торсом, ник – «Хочу». Выделяет, что у него телефон Nokia.

Бли-и-ин, да кому интересна марка? Куда уж лучше – цифры среднегодового дохода. Попробуй, детка, напиши, что ты обеспечен, – и секса прибавится, поверь мне на слово. Но «Хочу» не ищет легких путей. Ему нужна я. С анкетой, в которой указано, что я не ищу секс и не предлагаю «интим-за-деньги». Все равно, плевать. Такие «хочучки» ничего не читают в своей стремительности. Пытаются донести до мира, что они – осеменители. Мужчины! Женщины вовсе не корыстны. У нас – инстинкт. Самец, помимо способности оплодотворить, должен обладать способностью прокормить. И второе – даже важнее, ибо встречается реже.

Пишу «хочучке», что «никак, потому как на клубнику у меня аллергия, как и на мужскую волосатую грудь в сочетании с лысиной». (Здесь я нагло вру.)

Так, возвращаемся к моему, 32-летнему.

«Я могу что-то сделать, чтобы Любовнице стало веселее?»

Что-то сделать… Конечно, можешь, дорогой. Ты можешь продать свой «средний» бизнес, «среднюю» квартирку для «среднего» класса и увезти меня на Кубу. Мы будем там пить мохито, курить сигары и танцевать ночи напролет. А потом я улечу, оставив тебя один на один с зажигательными кубинками, под властью бессмертного Фиделя.

Но я не напишу тебе это. Ты испугаешься. Мои слова выбьют тебя из твоего привычного «среднего» мирка, даже если это будут только слова.

«Своди Любовницу куда-нибудь, где наливают текилу. Мне станет веселее…»

«Не вопрос. Когда тебе удобнее?»

Отправляю номер телефона. Какая разница? Схожу, развеюсь в духе «среднего» обывателя. Может быть, он даже покажется мне забавным. Все равно никто не сможет мне заменить Его. Того, кто заставляет мое сердце биться, как загнанная в клетку птица. Того, кого я люблю…

«Я наберу тебе завтра…»

Да, ты наберешь. Я знаю. Один из миллионов, запутавшихся в Сети. Я даже не могу тебя осудить. Я такая же, как и ты.

Мы заменяем жизнь иллюзией жизни, а общение – иллюзией общения. Контакты, одноклассники, мамбы, ай-си-кью, скайпы, и-мейлы… Бесконечная ловушка XXI века.

Когда тебе хочется кричать от боли, ты ставишь грустный статус в надежде, что кто-то из миллиона интернет-друзей откликнется.

Когда тебе хочется забыть человека, ты удаляешь его или вносишь в черный список.

Когда тебе хочется, чтобы тебя погладили по голове и сказали, что все будет хорошо, ты открываешь страничку и пишешь «Привет» первому попавшемуся собеседнику. Чтобы он где-то, возможно, в сотнях километров от тебя, заварил себе крепкий полуночный кофе и так же бодро отстучал по клавишам «Привет!» тебе в ответ…

Ты думаешь, это жизнь, не понимая, что все это лишь ее суррогат. И что виртуальные друзья – это не друзья. История твоих сообщений – это дневник одиночества. Твоего одиночества. Словесная мастурбация. Ты даже не можешь быть уверен, что на другом конце тебя выслушивает живой человек, а не новая, усовершенствованная версия спам-бота.

Но у тебя не хватает сил и смелости все это оборвать, выйти на улицу и взглянуть жизни в лицо. Ты будешь оправдывать себя, ты будешь забывать, что большинство твоих знакомых – это такие же интернет-одиночки, ты будешь внушать себе, что так проще, что так легче, что все делают так. Все…

Я закрываю ноут и иду набирать ванну. Много-много пены, немного морской соли, горячая вода.

Звонит телефон. Он. У меня дрожат руки. Стоп! Он – друг. Всего лишь друг. Просто друг. Долго смотрю на экран, сбрасываю и отключаю мобильный.

4

На следующий день встречаюсь в подъезде с соседом из квартиры этажом выше. Его зовут Володей, и чем-то он таки смахивает на Ильича. Маленький, рыжий, щуплый. Его телефон разрывается от звонков и эсэмэсок, постоянно пищит мобильная аська или скайп.

Смотрю, как мелькают его пальцы, набирая ответы.

Володя – знаменитая личность. В свободное от работы время он сочиняет мерзкие стишки, в которых частенько употребляет слова «дерьмо», «кровь», «блевотина» и «срать». От этого он считается очень умным и концептуальным человеком, творческой личностью.

Его ЖЖ пухнет от восторженных откликов малограмотных поклонников и всех, кто мнит себя «грязными эстетами».

Какое-то издательство, скорее всего, с перепугу, напечатало тонкий сборник его стишков, а брат, работающий на местном телевидении, от скуки снял про него программу. С той поры все и понеслось. Вова стал гуру духовной жизни нашего города. В какой-то фирме он значился креативным директором, и никто так до конца и не мог понять, чем же в конце концов Володя занимается.

Однако, несмотря на свою поэтическую славу, Вове достаточно долго не везло с женским полом. Ровно до тех пор, пока в интернете он не наткнулся на мамбовский сайт знакомств. Оказалось, что женщины падки на Володины псевдотрагизм и грубость. Им не так уж важны его рост, вес и цвет глаз. Гораздо интереснее выглядят метры трехкомнатной квартиры, доставшейся поэту от бабушки, куда с готовностью приезжали мамбовские женщины по первому приглашению. Слава творческой личности также придавала Вове особенный шарм. Его личная жизнь вдруг оказалась такой наполненной, что свободных вечеров не хватало даже на то, чтобы уместить всех дам. Не говоря уже о новых поэтических творениях. Второй сборник стихов завис на первых трех страницах. Хотя это и к лучшему, по моему мнению. Должна же быть какая-то польза от социальных сетей.

Вова ответил на все пипикающие сообщения, захлопнул крышку телефона и обреченно посмотрел куда-то сквозь меня.

– Надоело. Как же мне все это надоело…

Я удивленно хмыкнула. Мне искренне казалось, что Вова как раз в полной мере доволен своей жизнью.

– Когда мне было 12, я любил девочку. Хорошую такую девочку, с белыми гольфиками, голубыми глазами. Она даже не смотрела в мою сторону. А я так мечтал взять ее за руку. Просто сжать ее теплую ладошку. Теперь они едут ко мне. Голубоглазые, зеленоглазые, в очках, брюнетки, блондинки, рыжие… В общем-то, выбор велик. Можно менять каждый день, можно остановиться на одной. А мне не хочется… Ни одну не хочется. Может, я болен? – Он с какой-то надеждой посмотрел мне в глаза.

– Ты – болен, – утвердительно кивнула я.

– И что делать?

– Вернись в реальность…

– Но я же в ней? Они все реальны. Я хожу с ними на свидания, я сплю с ними, в конце концов.

Честно говоря, мне не было его жалко. Он даже меня раздражал. Изо всех сил хотелось посоветовать ему спалить его первый сборник стихов и уехать на Северный полюс, чтоб работать поднимателем пингвинов.

Собственно, пингвинов я ему и посоветовала. Володя оживился, заулыбался – и испарился из подъезда. Я знала, что он бежит к ноуту – проверять пришедшие сообщения.

Я подсела на «Мамбу» уже давно. Много лет назад. Точнее нет… Не верно. Я попала туда много лет назад, а подсела не так давно.

Первый раз, еще на 1-м курсе, отправляя и-мейл в одном из интернет-клубов и ожидая ответа, я случайно набрела на сайт знакомств через знаменитый «Мэйл.ру».

От скуки зарегистрировалась, периодически заходила в анкету, чтобы убить время.

Когда ты молод, «Мамба» тебе не нужна. По крайней мере, так было, когда я была студенткой. Мы знакомились легко: на вечеринках, на улице, в ночных клубах, в недорогих забегаловках. Мы ничего не боялись и ничего не требовали. Мужчина казался уже интересным, если у него красивые глаза. Нам были неважны его годовой доход, наличие жилплощади, средства передвижения, позиция в жизни, отношение к детям и семье… Все это было неважным. Казалось, что взросление – это так далеко. Нам нужно было сдать сессию, напиться и попасть в модный ночной клуб – и жизнь казалась прекрасной.

Учеба закончилась, и как-то резко появилась взрослая жизнь. Деньги стали важны. Подруги резко засобирались замуж. Появились проблемы и хронический недосып. Стали посещать мысли о вечном и смысле жизни.

Наверное, больше от тоски я стала чаще залезать на «Мамбу». При открытии конвертиков с сообщениями чувство одиночества притуплялось. Отношения в Сети рождали иллюзию общения.

Я была с пятью мужчинами с сайта. От двух ушла я, один ушел от меня, еще с одним мы дружим. А потом я встретила Его. Того, кого я люблю.

Собственно, когда закончились мои четвертые, неудавшиеся, мамбовские отношения, я думала, что искать кого-то в интернете бессмысленно. Просто-напросто мужчина моей мечты не будет сидеть на этих сайтах.

Я уже собиралась удалить анкету, когда мне пришло сообщение от него.

Засветился конвертик. «Ку-ку. Выпьем где-нибудь кофе?»

Мне было скучно. Мучали очередные приступы депрессии. Мне не понравилась его фотография, но за неимением других предложений я согласилась.

Мы договорились о встрече в кофейне неподалеку от моего дома.

Перед выходом я, как обычно, набрала подружку и попросила позвонить мне через полчаса – на тот случай, если он мне не понравится. Чтобы я могла сбежать.

В тот вечер подружка звонила мне пять раз. Я выключила звук, а потом отключила телефон.

Он был… Нет, не красавец. Серые глаза, черные с легкой сединой волосы. Слегка за тридцать или немного под сорок.

Почти сразу я поняла, что попала. Такое чувство, что ты, как Алиса, побежала за белым кроликом и ухнула в дыру без конца и края. Летишь вниз, и только сердце колотится. И мысль бьется: когда же я упаду? А в том, что упадешь, – даже не сомневаешься. И что разобьешься насмерть… Но дух захватывает, и пока ты летишь – ты живешь.

5

Любовь – странная штука. Она вроде бы есть… Но никто не может с уверенностью сказать, что именно любовь его посетила.

Как понять, наваждение это, притяжение, интерес, боязнь одиночества или действительно любовь? Та, которая остается с тобой навеки…

На следующий день я удалила анкету с «Мамбы». Для того, чтобы открыть новую ровно через два месяца.

Но эти два месяца были моим раем и адом.

Рай был вначале. Я ходила по улицам города и улыбалась. Люди смотрели на меня с подозрением, думали, наркоманка. Я не строила планы на завтра, мне просто отчего-то было очень легко.

Мое только-только обретенное счастье разрушилось в одно мгновение. Вокруг все так же пели птицы, распускались цветы, спешили куда-то люди…

– Я же ничего тебе не обещал…

Ничего не обещал. Как просто… Все было так просто, что я расхохоталась, запрокинув голову назад.

Андрей смотрел обиженно:

– Я сказал что-то смешное?

Ничего не обещал. Значит, все это вранье… Врали руки, которые меня обнимали, врали глаза с длинными ресницами, врали губы, целуя в шею… А он просто ничего не обещал.

– Нет. – Я встряхнула волосами. – Все правильно. Ничего.

Я улыбалась, глядя на мужчину, которого еще несколько секунд назад считала своим. Кровоточили шрамы на только-только зажившей душе, мне казалось, я даже слышала, как лопались нитки на свежих ранах.

«Господи, как все заново начинать-то надоело…»

– Но ведь я от тебя ничего и не ждала… Или ты думал, я уже готовлю свадебное платье? Наивный… Я хорошо провела время – спасибо тебе за это… Не более… – Я была легка, весела, казалось, все неприятности мира отскакивают от меня. – Ну да ладно… Мне пора. Ты звони, если что…

Я уходила и чувствовала спиной его изумленный взгляд. Внутри все было покромсано, как после Ледового побоища. Казалось, кровь сочится прямо из раненой души. «Дура, дура, дура… Сколько раз себе говорила: никаких отношений, привязанностей. Одна. Одной лучше, спокойнее. Без любви. Но и без боли…»

Я завернула в любимое кафе, взяла зеленый мохито со льдом и задумалась, медленно потягивая коктейль: «Почему так больно?»

Интересно, почему… Я никогда не видела в Андрее своего будущего мужа, наши отношения казались мне чем-то нереальным, unreal…

Два разных человека из совершенно разных миров. Несмотря на мои чувства к нему, я ведь знала, всегда знала, что это ничем не кончится. Что нам никогда не стареть вместе, не нянчить совместных детей… Он был слишком независимым для меня, слишком чужим. Просто наши отношения развивались так быстро после той встречи в кофейне, как будто закрутил водоворот. Он говорил, что делать, и я послушно делала. Как будто в бреду. Счастье было прикрыто какой-то пеленой, туманом. Я знала, что он немолод, что был женат два раза и больше не горит желанием связывать себя какими бы то ни было серьезными отношениями.

В своей пелене я все равно не чувствовала его слов. Понимала, но не чувствовала до конца, что скоро это закончится.

Мне просто нравился запах его кожи, нравилось, когда он запускал пальцы в мои волосы. Что это было? Притяжение? Желание?

Любовь?

Он ведь и правда ничего мне не обещал. Не строил планов. Даже простого – «поедем на море»… Ничего.

Не говорил о любви, но я тоже никогда о ней не говорила. Мне всегда казалось, что все и так должно быть понятно – без слов. По глазам.

И может, все так бы и продолжалось. Если бы не его «Ничего тебе не обещал…»

Как в холодную воду или ножом по горлу. Я, наверное, просто ему надоела…

Вдруг вспомнились все мужчины, которые делали мне больно, все слезы, пролитые из-за душевных ран, вся мучительность расставания. «Ты еще пожалеешь!» – зло вдруг охватило меня, я расплатилась и пошла питаться своей злостью…

Как ни странно, я оказалась права. Он пожалел.

Андрей позвонил мне ровно через неделю, предложил встретиться. По-дружески поболтать. Видите ли, он соскучился.

Я даже улыбнулась от того, как он был предсказуем. Как все мужчины. Мой заученный и отрепетированный за годы спокойный уход и его не смог оставить равнодушным. По сценарию мне полагалось рыдать и биться в истерике, а я ушла улыбаясь. Он не видел того, что было потом.

Я согласилась встретиться.

С этих пор наши отношения приобрели странную форму.

Я все еще любила его. Несмотря на все «но», несмотря на то, что теперь я отчетливо понимала: он – не лучший, такой же, как все.

Сердцу не прикажешь. Мне он был дорог со всем набором его недостатков: трусостью, тщеславием, глупым пафосом.

Но одно я знала наверняка: стоит мне только на мгновение дать ему это понять, как он причинит мне еще большую боль.

Мне, конечно, стоило не общаться с ним вовсе, но я была все же слишком слабой для этого.

Я стала его другом.

И снова поселилась в Сети…

6

Сеть – это такая Всемирная паутина, где каждого поджидает свой жирный паук, готовый высосать из тебя душу до дна. Я не могу сказать, что Сеть была единственным местом, где я знакомилась с противоположным полом… Нет… Были и клубы, улица, кабаки…

Сеть просто все разложила по полочкам, сделав доступнее знакомство, она еще больше отдалила меня от цели, с пугающей ясностью показав, что нет его, просто не существует того человека, который снился мне с 12 лет. Нет. И смирись с этим. И люби того, кто так на него не похож.

Я не отказывалась. Я смирилась. По крайней мере, у меня была любовь. Пускай даже односторонняя, это уже очень много.

Отношения с Андреем постепенно приобрели странный оттенок «дружбы-вражды». Мы как будто специально старались причинить друг другу наибольшую боль, показать, насколько нам друг на друга плевать. Все это перемежалось редкими приступами нежности: моими – в основном, его – реже… Я до конца не могла понять, где он настоящий. В те мгновения, когда разрывает мою душу, или те, когда мне хочется плакать от счастья. Я не знала, любит ли он меня. По-хорошему, нужно было просто выбросить его из головы, сказать себе: «Стоп! Хватит себе врать! Любил – был бы с тобой…» Но никто не сможет меня обвинить в том, что я не пыталась этого сделать. Проще было выбросить голову…

Я доводила наши ссоры до абсурда в надежде, что рано или поздно он сам не захочет меня видеть, сожжет все мосты, и тогда у меня просто не останется выбора, придется смириться.

То ли он был эгоистом до мозга костей, и мое слепое обожание просто подпитывало его уверенность, то ли… Из-за этого «то ли»…

Маленького, едва различимого шанса… Из-за этого шанса я и возвращалась к нему, как побитая бездомная псина… В надежде, что он не выгонит меня на улицу.

Я даже научилась не ревновать. Делить его с теми, другими, многочисленными. Пока они были мимолетными, я была спокойна.

Меня пугала только мысль о том, что рано или поздно Андрей встретит женщину, которая станет ему дороже всех остальных. Дороже меня.

Мне даже начало казаться, что я привыкаю и к этой боли. До того момента, пока она не стала настолько сильной, что захотелось выброситься из окна, вырвать душу, выкинуть себя, лишь бы прекратить боль.

Я шла в кабаки, клубы, заливая боль спиртным. Танцевала, смеялась, улыбалась чужим, посторонним мне мужчинам, а в голове билаcь мысль: «Отпусти, отпусти меня…»

Кто-то сказал: «Я не пью – я дезинфицирую душевные раны». Мне нужно было залить всю душу, чтобы хоть на мгновение притупить чувства.

В один прекрасный день я попыталась снова избавиться от него. Я сказала «все»! Я сказала «прощай»!

Я даже держала данное себе слово…

Жизнь превратилась в бесконечный поток клубов, дискотек, рассветов, мелькающих лиц… И мне казалось, я даже начала забывать Андрея.

В одну беззвездную ночь, ближе к выходным, жизнь складывалась по принципу «много-много подруг, много-много вина, всех так много вокруг… значит, я одна».

Мы восседали в одном из полуночных заведений города, болтали ни о чем, смеялись. Моя душа молчала впервые за долгое время.

Оглянувшись по сторонам, я сфокусировала взгляд на мальчике с красивыми глазами и длинными темными ресницами.

Ткнув в него пальцем, я весело сообщила подругам, что мальчик очень мил. Подруги посмеялись и продолжили болтовню. Мальчик, несмотря на присутствие неподалеку от него абсолютно несогласной с его поведением малолетней дамы, стал нагло строить мне глазки. Я практически прониклась, решив, что я, старушка, таки еще ничего. Пока спутница выливала свое неудовлетворение где-то в районе дамской комнаты, мальчик взял мой номер телефона.

Мы расплатились по счету и разошлись. Уже дома, набрав горячую ванну, я вспомнила о том, что даже не знаю имени этого парня. Он так и остался в моей памяти и телефонной книге «милым мальчиком».