Грани бытия. В поисках смысла. Сборник
- -
- 100%
- +
Разговоры о любви «с картинками» прекратились. Все с уважением отнеслись к страдальцу за настоящую любовь. А тринадцатилетний мальчик осознал, что любовь – это опасная и непредсказуемая вещь. Любовь, как и смерть, выглядит по-разному. От пожелтевшей старухи с косой всякий убежит, а вот как быть, если повстречаешь нестерпимо красивую девушку с автоматом Калашникова?
Однако в нехитрой голове журналистского сына произошла еще одна революция – когда в палату на инвалидной коляске вкатили белобрысого солдатика с культями вместо ног. Кто-то потом подсмотрел на перевязке и рассказал, что парень был и «без стажа». То есть, по мнению рядовых солдат, был теперь без главного достоинства мужчины.
Искалеченный этот Алеша, скромный и тихий, как все призывники из глухих сибирских деревень, целыми днями лежал на кровати с закрытыми глазами. Коротко стриженая головка на крепко набитой подушке, цыплячья шея с кадыком, и пустые плоские концы пижамы. Сестричка сказала, что он из Чечни. Разведчик. И подорвался на мине.
В субботу, выписывающийся майор Майстренко решил провести занятие и рассказать ребятам из хирургического отделения о российской Конституции. Правда, история нашей конституции весьма коротка.
Неграмотные солдаты во время декабрьского восстания на Сенатской площади в 1824 г. думали, что Конституция – это «баба» (со слов Майстренко). И многим крестьянским сынам думалось, что господа офицеры не могут поделить эту «бабу» с царем. Солдат расстреляли картечью из пушек, а бабу Конституцию в России не увидели еще сто лет. При Александре III мы придумали Конституцию для Польши и Финляндии. Лишь после свержения монархии в России появилась своя Конституция. За прошедшие семьдесят лет она была разной, как и всякая женщина: то деспотичная, то лукавая, то мечтательная. Лишь последняя Конституция Российской Федерации, 1993 года, по мнению майора, оказалась честной и вменяемой.
Раскрывая содержание Основного Закона, майор Майстренко обратил внимание всех на статьи, говорившие о значении военной службы. Ведь Защита Отечества является долгом и обязанностью каждого гражданина России.
– Как русские мужики, – вещал майор, – мы должны обеспечивать целостность и неприкосновенность нашей земли. Мы никому не позволим изменять основы конституционного строя и нарушать целостность России.
– В составе Российской Федерации всегда будут, – бывший замполит с ловкостью иллюзиониста открыл по закладке статью № 59 и зачитал более двадцати народностей, – адыгейцы, алтайцы, башкиры, буряты, дагестанцы, ингуши, кабардинцы, балкарцы, калмыки, карачаевцы, черкесы, карелы, коми, марийцы, мордва, якуты, осетины, татары, тувинцы, удмурты, хакасы, чеченцы, чуваши.
После выступления к майору Майстренко подкатил безногий Алексей, воевавший в Чечне.
Он молча смотрел на майора и ничего-таки не сказал. На этом занятие закончилось.
2000 г.
Встреча с Марией
Бездонный светло-голубой купол неба накрывал кирпичное здание придорожного ресторана и сосновый лес, разделенный асфальтовой полосой.
День был по-зимнему ясный, солнечный. Где-то постукивали невидимые дятлы, с ветвей маленьких приземистых елочек хлопьями осыпался снег. В солнечных лучах искрились снежинки. Мягко шумел ветер в вечно зеленых кронах прямых, как мачты, сосен. Вся земля вокруг ресторана была усеяна мелкими узловатыми сучками и розовыми шишками. Жизнь природы казалась незыблемой и откровенно равнодушной к человеку.
А внутри простенького, сляпанного на скорую руку домика с вывеской “Pas Marija”[3], было темно и таинственно. Голубые столбы сигаретного дыма поднимались изменчивыми волнами к потолку, становясь красно-зелеными от мигающей цветомузыки. В динамиках ритмично барабанил негритянский пляс, принося с собою радость жаркой Африки в молчаливую и стылую литовскую глухомань.
Бармен у стойки скучал. Сегодня посетителей было мало. Да и те несолидные. На таких не «наваришься». Трезвые, экономные, заскорузлыми пальцами пересчитывающие бумажные литы и долго выгребающие центы из мизерных кошелечков. Кошелечки у них тоже были запрятаны чуть ли не в исподнем, таком же ветхом и линялом, как они сами. Провинция.
За столиком, напротив стойки, сидела девушка, «уточка подсадная». Она «работала» здесь уже с лета, обслуживая залетных ухарей в комнатке бармена. Он имел с этого долю, но сутенером себя не считал. Бармен тоже имел доступ к телу, особенно в дни хорошей выручки.
Девушка была красивой. Есть ведь красивые женщины, с детства и до глубокой старости. Сейчас «уточка» делала вид, что грызет сухарики, но сама все время смотрела через стеклянную дверь на дорогу. Ее глаза оживали, когда к ресторану подъезжали большие автомобили и в ресторане появлялись мужчины. Потенциальные клиенты. Однако, в девяти случаях из десяти, ее глаза и полуразмытая улыбка скоро гасли, так как студенты и пенсионеры поскорее уносили ноги из ресторана, а богатые мужчины на «придорожных» не клевали. Все-таки СПИД на дворе. Будут потом в анонимных центрах шомпол совать в член, дадут номер и жди три дня результата анализов. В одном из таких центров в холле висит зеркало с красноречивой красной надписью: «Я не похож на больного СПИДОМ?». Бр-р-р. Так себя увидишь в отражении и вообще перейдешь на бесконтактный секс, виртуальный по Интернету.
Богатые деловые мужчины сначала энергично ели бифштексы, а потом кому-то всегда давали указания по мобильникам: сколько вагонов кругляка, за какие деньги, какой металл и куда его сгружать. Все это говорилось с чисто литовской сухостью, конкретно и жёстко.
Насытившись и наговорившись, бизнесмены-посредники начинали ковырять спичкой в зубах и цинично рассматривать девушку. Дороже она бифштекса или нет? Девушка злилась и опять смотрела на дорогу. Мужчины уходили и опять ей становилось одиноко.
«Уточка» ждала своего принца. Рельефного, с индейскими вороного крыла волосами, на спортивном красном автомобиле. С ним бы она мчалась всю жизнь, неважно даже куда. Главное сидеть рядом с ним, единственным. Хотелось нестись на бешеной скорости, держать свою ладонь на его колене… и рассказывать по мобильному телефону своей любимой подруге о том, какой ОН добрый, богатый, красивый и сильный.
Уже издеваясь над собой, девушка вдруг представила, что она уедет на край света в зеленом армейском грузовичке, который только что остановился у ресторана. Грузовик был старый, как в кино о войне с немцами. В пятилетней и страшной войне литовцы особого участия не принимали, не любя ни нацистов с крестами, ни и советских со звездочками. После вывода «оккупационных войск» в Литве остались взлетные полосы, казармы и груда устаревшей техники, которую разобрали по деревням и ритуальным конторам.
В кабине тупорылого «ГАЗа» сидели двое. Мужчина в высокой ондатровой шапке и мальчика в петушке – водитель. Русские, – подумала про себя «уточка» и ей стало весело. Русские – дурные, много пьют, шутят, платят, не вчитываясь в чек. Да и на литовскую сдачу «плюют», как правило. Мол, подавитесь вы со своей независимостью и вашей мелочью. Конечно, в России нефтяные деньги, и им поэтому море по колено. В постели русские тоже сильные. Пьяные не щадят свои сердечные клапана. Зато и дохнут к 50-ти.
Девушка завела за ухо прядь волос и быстро подкрасила губки. Приготовилась к встрече возможного клиента. Мужчина в меховой шапке вылез из кабины и показал водителю грузовика идти в ресторан. Безусый мальчишка выпрыгнул из кабины, но пробежал вдоль грузовика и приподнялся на заднем колесе. Посмотрел внутрь кузова за борт. Проверил, как там груз.
Потом эти двое зашли, сели, раскрыли меню. Девушка с удивлением отметила, что оба вчитывались в литовский текст. Литовцы что ли? Юноша еще может быть, а этот второй вряд ли. У него над воротом фланелевой рубашки виднелся краешек тельняшки. Литовцы в тельниках не ходят.
Мужчина пальцем поманил официантку и бухнул по-литовски: «Мне водки графин, а ему бифштекс. Два стакана». Водитель от выпивки отказался, но тихо добавил: «меса су жирняйс»[4]. Казалось, он впервые окунулся в дурман ресторанной жизни. Он всё робел, как пассивный гомик, которого богатый дядька ублажает перед тем как заняться его ягодицами.
Этот мальчик был не интересен девушке. Когда у нее закончились сухарики, она посмотрела на бармена взглядом, объяснившим ее проблему. Официант тут же принес ей новый пакетик, а мужчине графин с водкой.
Мужчина налил себе в стакан, бегло глянул на девушку.
– «Норит»[5], – показал он ей на второй пустой стакан.
– «Норю»[6], – готовая к такой прелюдии знакомства, ответила она, и без уговоров с дежурной улыбочкой пересела за столик вновь прибывших. Мальчик сосредоточенно пережевывал бифштекс… Мужчина и девушка чокнулись. Тут этот русский или нерусский подозвал официантку и попросил выключить негритянские там-тамы. Официантка пыталась возразить, но он привстал и шепнул ей что-то на ухо. Озабоченная официантка отошла к бармену, и музыку выключили.
Стало тихо.
– Ну что, «ишгерсим[7]», – мужчина налил «уточке», – помянем мою мать.
– Вашу Мамите? С похорон едете? – спросила девушка.
– Если бы, только хоронить везу к родне в Каунас, – ответил мужчина. Крякнул. Бесцеремонно взял пальцами у водителя горошину из тарелки.
– Хорошо, что не в рейсе был, когда она умерла, сделал визу и прилетел. Она уже в морге лежала. Я ей памперсы мертвой снимал. Эх, бля.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
http://worldroots.com/brigitte/famous/c/catherine2russiadesc1729–13.htm
2
Юлиус Янонис – бросился под поезд 30 мая 1917 года у Царского села, похоронен в Царском селе на Казанском кладбище (г. Пушкин)
https://voronezhliter.ru/fakelnoe-serdce-litovskogo-gimnazista-yanonisa
«Юлюса Янониса многие сравнивают с его современником Сергеем Есениным. Они были похожи в своем эмоциональном творческом порыве, вместе начали писать стихи довольно рано. Однако, если Сергей Александрович будоражил своим творчеством посетителей московских питейных, то Юлюсу для этих целей оставалось довольствоваться воронежскими заведениями» (из Интернета).
3
У Марии (Лит. яз.)
4
Мясо с горошком (Лит. яз.)
5
Хотите (Лит. яз.)
6
Хочу (Лит. яз.)
7
Выпьем (Лит. яз)