- -
- 100%
- +
- Захудалая кляча пришла к финишу первой, - расслышала я свистящий шепот, и грязно-желтый взгляд змеи вперился мне прямо в горло.
- На помощь! – завизжала я что было мочи.
- Ты его не получишь, как и та смазливая дурочка Абверская. – Я готова была поклясться самим Маргом, что змея захихикала. Это вообще никак не вязалось с моими знаниями о змеях, которых у нас не так много – климат недостаточно теплый для чешуйчатой братии. Но вот эта гигантская особь чувствовала себя превосходно.
- Кого? – притворилась я, что не понимаю, будто речь идет о знатном реймском госте.
- Ната! Он мой! И каждая, кто встанет между нами, – умрет! – С этими словами кобра совершила бросок. Мне даже почудилось, что моей шеи коснулся змеиный язык, но больше ничего… Треск веток и мощный толчок в бок дал мне понять, что атака сорвана. От укуса таинственной змеи я не умру. По крайней мере, сегодня. Что-то громадное, черное, гладкое скользнуло по мне и ринулось в кусты, куда улепетала кобра. И еще я сумела разобрать раздосадованное шипение ее преследователя. В следующее мгновение в мои глаза обеспокоенно смотрели другие – рубиновые, перечеркнутые зигзагообразным зрачком. И здесь я позорно отключилась.
***
Второе пробуждение мне понравилось больше. Очнулась я в постели с чистыми и пахнущими свежестью простынями. Я откинула одеяло и с недоумением обнаружила, что на мне надета кремовая ночная сорочка, явно из дорогой ткани. Потерла виски, стараясь припомнить, как переодевалась, и как принимала ванну. Но вынуждена была отступить. Не помнила ничего. Повернулась и узрела на прикроватном столике свернутый в трубочку и перевитый алой лентой брачный договор, а рядом небольшой конверт с запиской. Записку я развернула в первую очередь:
- Подпиши, как можно скорее!
Перо и чернильница оказались тут же. Я абсолютно точно знала, кто автор записки. И упираться не стала – оставила размашистую роспись. Чернила еще не успели просохнуть, как в мою комнату вошел полуобнаженный Натаниэль. Не утруждая себя ни стуком, ни каким иным предупреждением.
- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался теперь уже мой полноправный супруг. Я хотела было ответить, что жива, и слава Маргу, но внезапно отвлеклась на его фигуру. Если раньше муж показался мне весьма достойным экземпляром, разве что необычные глаза вселяли тревогу, то без камзола он выглядел потрясающе. Я инстинктивно отодвинулась от него, а он, нимало не смущаясь, присел на край кровати, легким толчком уронил меня, сидящую у столика, обратно на постель. Я попыталась воспротивиться этому произволу, но его взгляд пресек любые протесты. А потом я вспомнила, что секунду назад подписала документ. Магический документ, сведения из которого моментально оказываются в реестре, стоит только его до конца оформить. Одним движением он сорвал с меня сорочку. Я испуганно зажмурилась, подозревая, что супружеский долг мне придется выполнять вот прямо-таки сию минуту. Да только Натаниэль если и строил относительно моей персоны подобные планы, то уж точно не сейчас. Он принялся ощупывать меня, как в древности рабов на рынке. Затем перевернул меня на живот и внимательно осмотрел и ощупал все там.
- Не успела! Хвала заступникам! - выдохнул он. Я же, пунцовая со стыда, открыла глаза и в его взгляде не узрела ничего, кроме облегчения – ни следа вожделения или желания.
- Не пугайся, ты меня не интересуешь как женщина. Но, теперь уже как муж, я несу за тебя ответственность. Приставать не буду, даже если сама попросишь.
- И не собираюсь! – выпалила я, дрожащим от злости и стыда голосом. – И вообще, что это было ночью? Где были Вы, клирр-антар Кайяр, пока Вашу невесту пускали на корм змеям?
- За это хочу принести искренние извинения, я принял недостаточно мер, чтобы скрыть тот факт, что уже выбрал супругу. В силу независящих от меня обстоятельств, я не сумел вовремя помешать моей экс-супруге похитить Вас, клирра-антара (обращение к реймским аристократкам, состоящим в родстве с королевской династией Рейма).
- Вы хотите сказать, что та огромная змеюка…
- …Моя бывшая жена, - отрезал он. – Сейчас к Вам зайдет служанка и поможет переодеться в приличное платье.
- А кто был второй змеей? – крикнула я уже ему в спину. Но на мой окрик он даже не повернулся. Вместо него в комнату тихо вошла симпатичная девушка, глядевшая на меня уважительно, но без принятого в Магерре подобострастия. Из этого я сделала вывод, что нахожусь в Рейме, а точнее – в Арпене.
- Сейчас я Вам помогу, герцогиня. Клирр-антар сообщил, что Вы скоро отправляетесь в путь, поэтому не будем мешкать. Мое имя Дафна. С этими словами девушка подошла к шкафу и достала оттуда большую коробку. Через миг в ее руках уже красовалось светло-зеленое платье, с золотистым позументом.
— Это для Вас, герцогиня, клирр-антар сам выбирал.
- У него есть вкус, - вынуждена была признать я, восхищенная простотой и изысканностью одеяния. И что-то мне подсказывало, что с размером муж тоже угадал. В своих догадках я не ошиблась – село платье идеально. Дафна помогла мне причесаться, а лицо я освежила и привела в порядок самостоятельно. В арпенской гостинице оказался базовый набор. А там, я надеялась, герцог раскошелится мне на булавки. Я глубоко вдохнула и вышла за дверь. Натаниэль уже ждал меня в вестибюле гостиницы. Скользнув по мне внимательным взглядом, муж тепло улыбнулся и предложил мне руку. Я никого из присутствующих не знала, и не видела раньше, но обитатели гостиницы и ее хозяин мне улыбались и подмигивали, как старые знакомые. От этого становилось неловко, но вместо того, чтобы тушеваться, я как истинная аристократка, покровительственно кивнула всем и, склонившись к уху мужа, вдруг прошептала:
- А почему Вы не собираетесь ко мне приставать?
Ответом мне стали изумленно расширившиеся зрачки Натаниэля, - а потом смех, такой заразительный, что я и сама засмеялась. Вот так, отчаянно хохоча, мы снова уселись в карету, чтобы уже без остановок ехать в родовой замок Кайяров.
Глава 4 «Приятно познакомиться, а я всего лишь жена…»
Дальнейший путь мы проделали без происшествий. Я несколько раз пыталась разговорить Натаниэля, но он отвечал односложно и постоянно зевал. При этом я уже не наблюдала такого откровенного пренебрежения мной, смешанного с жалостью, как было в начале нашего знакомства. Я ловила себя на мысли, что мой муж вызывал у меня все больше и больше симпатии. Единственное, чего я еще не могла понять, как меня умыкнули из-под его носа, да еще успели связать. Да и момент с малочисленностью, вернее с полным отсутствием охраны меня тоже несколько тревожил. Все-таки герцог, министр, кровный родственник короля Энгарда… И женушка его бывшая каким образом оказалась в наших краях? Еще и под личиной, если я правильно поняла. О лойях Дарсийских я почти ничего не знала, но вряд ли среди них были оборотни с Архипелага (подробнее об этом читайте в произведении «Актриса на выданье, или Любовь лучшая стратегия»). Да и жили змеи сейчас смирно, они перестали быть изгнанниками, хотя и до сих пор предпочитали свои скалы и пустыню. Следует ли из этого, что герцог Кайяр и сам змеиного рода? Если да, то я вляпалась. О змеекровых ходили всякие слухи, и в них до ничтожного мало лестного. Для последних, разумеется. Пока я размышляла, супруг заснул. И стал казаться совсем юным. Черты лица разгладились, на губах играла легкая улыбка. Видно, снилось муженьку что-то приятное. Или кто-то. Вряд ли я, конечно… Тем временем мы прибыли в столицу герцогства. Реата поражала великолепием. Однако в глаза бросалось то, что большинство зданий казались новыми. Были среди них и несущие на себе печать древности, но не так много, как я ожидала. Впрочем, скоро я перестала обращать внимание на городские пейзажи, так как больше меня взволновали люди. При приближении нашей кареты большинство встречных просто замирали на месте, некоторые неприязненно кривились, а находились и такие, кто, не стыдясь, швырял камни в экипаж.
- Ох ты ж! Марг-заступник! – пробормотала я и посильнее вжалась в спинку сиденья, опасаясь, чтобы какой-то булыжник ненароком не попал в карету.
- Натаниэль, который тут же проснулся, жестко усмехнулся, но больше никак не отреагировал на творящийся хаос. Заметив мой страх и замешательство, муж коротко пояснил:
— Это из-за отца.
В подробности вдаваться не стал, но я сделала вывод, что папочка Натаниэля был еще тем деспотом и залил своим подданным за шкуру сала на столько лет вперед, что еще и сын ведрами расхлебывает. Мужа стало жаль, ровно до следующих слов:
- Его здесь просто обожали.
Теперь я уже отказывалась что-либо понимать. Отца любили, а сына готовы камнями забить?
Скоро мы приблизились к замку. Замок представлял собой одно из древних строений, но при этом весьма крепких и надежных. Воздушностью и элегантностью похвастать не мог, но весь его облик излучал надежность. Привратники сразу узнали господина и, не в пример остальным жителям, распылись в радостных улыбках, а после вежливо поклонились. Замковый двор под стать самому строению не отличался особой изысканностью. Сразу видно, что предназначение его было иным. Много мастерских, несколько торговых лавок, а еще с десяток чанов, на которых красовалась загадочная надпись «Мортиниевый эликсир». Обитатели призамковой территории встречали хозяина вполне радушно. Еще один повод для размышлений, которые без подсказок и объяснений превращались в зубную боль и напрасную трату времени. Вот я и перестала думать. Натаниэль здесь наконец продемонстрировал в полной мере свою аристократическую породу. Он помог мне выйти из кареты, взял под руку, и с галантной улыбкой повел в замок. Едва мы переступили порог, как раздались радостные возгласы прислуги, которая уже выстроилась, чтобы поприветствовать возвратившегося господина. Внутреннее убранство в большей мере соответствовало моим представлениям о роскоши. Ковры, золоченые канделябры, мраморные лестницы. Центральная особенно восхищала. Но через секунду мне захотелось провалиться под землю. Вот по этой самой лестнице, навстречу оторопевшей мне и улыбающемуся супругу спешила потрясающе красивая девушка. Черные, как смоль волосы, синие глаза, пухлые алые губы, нежная кремовая кожа. Сама тоненькая, хрупкая, как фарфоровая статуэтка.
- Нат, любимый, я так ждала… Ты вернулся… — это юное создание в один момент слетело со ступенек и прямо-таки порхнуло на руки мужу. Я едва не задохнулась от возмущения. Но это еще что! Мгновенно отпустив мою руку, Натаниэль крепко сжал в объятиях девицу и поцеловал. Затем, с сожалением прервав поцелуй, Натаниэль обернулся ко мне и холодным ровным тоном сообщил:
— Это Мэй, моя любимая женщина. Она хозяйка замка и моего сердца.
- А я… - начала, собственно, я…
- Всего лишь жена, - неожиданно ответила та, которую мне представили, как Мэй. Сказать честно, я была очень расстроена, что под рукой не оказалось булыжника.
***
Ситуацию спас седовласый управляющий. Он единственный сказал:
- Добро пожаловать, клирра-антара! Если вы устали с дороги, я отведу Вас в опочивальню, и ужин подам туда. Скоро будет смеркаться, и не стоит ходить по замку в это время. Я затолкала слезы обиды поглубже в себя и с благодарной улыбкой ответила:
- Извольте, клирр.
- О! я не благородных кровей! Обращайтесь ко мне клисс Брэй.
- Благодарю, - произнесла я с улыбкой. И больше не обращая внимания на милующуюся прямо в холле пару, спокойно прошествовала за управляющим. За мной, как тени, сразу скользнули две молодые женщины. Видимо, это мои служанки, которые должны мне помогать освоиться. И вот они смотрели на меня с жалостью – искренней и слишком откровенной. Я же продолжала улыбаться, напоминая себе о том, что и мне муж не слишком-то нужен был. Во всяком случае, через год и один день я смогу без ущерба для репутации покинуть дом супруга, если, между нами так и не будет близости. А вот наследство все равно останется моим. Чего еще нужно? А если я стала влюбляться в змееглазого герцога, кто же мне виноват. Как начала, так и закончу.
Мои покои мне понравились. Они оказались небольшими и уютными. Кровать не имела балдахина, что меня не расстроило ни капли. Если муж не будет меня навещать, то в нем нет необходимости.
— Это покои герцогини Нэвии, бабушки герцога. Как умер господин Арион, она перебралась сюда. О бывшей госпоже управляющий говорил с глубоким уважением. Это значит, что мне, можно сказать, оказали честь на свой манер. Я снова осмотрелась, и поняла, что здесь действительно красиво. На стене висел портрет привлекательной женщины лет 20-22. Пышные рыжие волосы, уложенные в замысловатую прическу. Но взгляд притягивал как раз выбившийся из нее локон, а также огромные глаза, в которых смешались все цвета радуги, кроме алого, наверное.
— Это Нэвия? – кивнула я на портрет. Клисс Брэй ответил утвердительно, а после оставил меня со служанками. Они помогли мне переодеться в домашнее платье легкого кроя, разобрали волосы. Вот только ни одна из них со мной не говорила. Я не настаивала, решив обождать с разведкой. На душе становилось все более муторно. Я не понимала, какова моя роль. Радовало лишь то, что это не навсегда. Герцогская корона меня мало интересовала. Поэтому оставалось только радоваться, что мне подвернулся клирр-антар Кайяр, согласившийся взять меня под крыло. И тут мне вспомнилась та кобра, которая думала, что Натаниэль выбрал меня в жены по великой любви. Меня разобрал смех. Смеялась я долго, до колик, чем несколько изумила своих помощниц. Но у них хватило такта и выдержки ни словом, ни жестом не намекнуть мне на недостойное поведение. В любом случае, мое имя фигурирует в контракте, а не какой-то Мэй. А потому мне и карты в руки.
***
Завтракать я пожелала в столовой, однако, когда я спустилась, то обнаружила, что на месте хозяйки восседает красотка Мэй. Хороша! Свежа, как роза. Невинная, как дитя. Да только мне рядом с этой девицей жутко становилось. Совсем, как с лойей Дарсийской. В случае с последней интуиция меня не обманула. А это означает, что и милашка Мэй может быть с двойным дном.
- Клирра, Вы не могли бы занять другое место? – вежливо попросила я ее. В ответ с приторной улыбкой мне покачали головой. Слуги, накрывавшие на стол, заинтересованно уставились на нас. Натаниэля еще не было, или уже не было. Ан нет! Вот он спускается. При виде Мэй, расплывается в улыбке, а заметив меня, останавливается.
- Что-то произошло, дамы? – его тон был угрожающе холодным.
- Ничего, - пожала я плечами. – Я попросила Вашу любимую женщину найти себе место рядом с Вами, а мне уступить место герцогини.
Я с удовольствием отметила, как с губ Мэй сползает улыбка.
А вот лицо мужа и вовсе окаменело. Глаза замерцали красным. Он выпрямился и медленно подошел к столу, уселся на свое место и продолжил сверлить меня взглядом. Свой я тоже не отвела. Мэй еще секунду поизображала изваяние, а затем встала и пересела по левую руку от герцога. Я же уселась напротив. Зачем я это сделала – ума не приложу. Ведь эти двое теперь будут нежничать у меня на глазах. Хотя, слуги теперь воззрились на меня не столько с жалостью, сколько с уважением. Смуглая пышнотелая женщина в фартуке и поварском колпаке подошла сначала ко мне и именно мне положила на тарелку аппетитные оладьи. И мимоходом шепнула: «Она не клирра, а клисса. И не принадлежит к дворянскому сословию».
Дальнейший завтрак протекал в абсолютном молчании. Я сидела напротив Мэй и Натаниэля, давясь оладьями. Аппетит пропал напрочь, но я показательно расправлялась с завтраком. А после поднялась, бросив супругу:
- Простите, клирр-антар. Вынуждена оставить Вас в одиночестве, хочу прогуляться и подышать воздухом.
При слове «одиночество», любовница мужа вспыхнула, как маков цвет. Ненадолго же у нее выдержки хватило. Натаниэль как-то странно смотрел на меня, но потом кивнул. И я поднялась к себе, собираться. Подышать и правда хотелось. Я планировала погулять одна, но затем подумала, что лучше взять с собой одну из своих камеристок. На всякий случай. Не хватало, чтобы муж обвинил меня в интрижке с каким-нибудь конюхом или булочником, обитавшим при господском дворе. А после сегодняшнего моего концерта с него станется. Я едва успела вдохнуть, как меня резко схватили за руку и повернули к себе. Надо же, я и не слышала, как он вошел, блуждала в своих мыслях.
- Что это ты устроила?! – муж встряхнул меня, как тряпичную куклу. Глаза его горели бешеным огнем, а губы приоткрылись, обнажая острые клыки, так напугавшие меня при первой встрече.
- Ничего, - прошептала я, уже жалея о своей утренней выходке.
- Ты опозорила Мэй! – возразили мне.
- Я не могу опозорить ее больше, чем ты. Это не я сношаюсь с женатым мужчиной, а она!
Тут я зажмурилась, ожидая, что он меня ударит. Его дыхание щекотало мою кожу, он крепко, до боли прижимал меня к себе. Но больше ничего не происходило.
- Ты собиралась прогуляться? – наконец расслышала я сквозь шум в ушах от колотившегося сердца.
Я распахнула глаза. На меня смотрели с холодной настороженностью, не более:
- Я не позволю тебе разгуливать одной. А еще нужно, чтобы все увидели мою новую супругу.
- А зачем им видеть меня? – поинтересовалась я, предусмотрительно отстраняясь от Натаниэля.
- Чтобы по ошибке не прикончить Мэй, - произнес муж. Его губы разошлись в жестокой ухмылке, а потом он вышел, бросив через плечо, что ждет у двери.
Глава 5 Лошадь для герцогини
Поначалу я на противность собиралась остаться дома. Однако затем, более или менее поразмыслив, решила, что хуже сделаю только себе. Муж просто возьмет под белы рученьки свою любовницу и отправится на прогулку с ней. А мне уже надоело сидеть в четырех стенах. Даже живя вместе с мачехой и Каем, я имела какую-никакую свободу передвижения. Естественно, пока речь не зашла о моем матримониальном статусе. А теперь я добровольно должна заточить себя в темницу, пусть и комфортабельную, но все же. И я решительно шагнула к гардеробной. Открыв платяной шкаф, я потеряла дар речи. У меня даже в сытые годы не было такой роскоши. Правда все наряды были выдержаны в одной цветовой гамме. За исключением одного. Я между невероятно огромного количества оттенков зеленого цвета разглядела кипенно-белый костюм. Состоял он из легкой блузы без рукавов, короткого плаща такого же цвета, но с серебряным кантом, а также и вовсе вопиющего элемента – брюк. Брюки в женском гардеробе вещь невозможная, но она там была! Судя по цвету и характерным узорам – предназначена для дам. А присмотревшись поближе, я различила нашивку с моими инициалами, причем уже с инициалами, которые я получила, став супругой герцога. Все остальные наряды, хоть и новые, но в теории могли принадлежать кому угодно.
- Кстати, ты можешь надеть тот белый наряд. Он как раз сегодня будет к месту, - раздался голос супруга.
И снова я не услышала, как он вошел. Обернулась:
- Предлагаешь одеваться при тебе?
Он пожал плечами:
- В этом нет ничего предосудительного, мы муж и жена.
Я стремительно начала краснеть, но тут наткнулась на его смеющиеся глаза, и сама улыбнулась, гаденько так, с предвкушением. Медленно распустила шнуровку. Платье легко соскользнуло с тела, оставив лишь полупрозрачную сорочку. Но на этом я не остановилась – сам же сказал, что нет ничего предосудительного. Миг - и сорочка тоже лежала на полу.
- Давай, помогай тогда! – кивнула я ему.
Напрасно я ждала, что он велит мне не выделываться, и предпочтет позвать камеристку. Спокойно, будто со знанием дела, он подошел ко мне. Долго и внимательно рассматривал мою фигуру. Я же, не отводя глаз смотрела на него. Во рту стало сухо, но больше ничем я своё чувство неловкости не обозначила. Натаниэль еле заметно покачал головой, а затем взял новый комплект белья и надел на меня новую сорочку. Ткань была настолько воздушной, что мне казалось, будто я по-прежнему стою нагишом. При этом он легко, но с каким-то чувством провел по моей спине ладонью, словно разглаживая ткань. Дальше следовали панталоны. И когда он поправил на мне их, сердце быстро-быстро заколотилось, а ладони вспотели. Здесь герцог вновь поднял глаза на меня. Я по-прежнему смотрела в одну точку. Тогда Натаниэль принялся за блузу. Я ощутила себя манекеном, однако манипуляции мужа не оставляли меня равнодушной. Я ожидала почувствовать стыд (поначалу я его и ощутила), вот только ощущение это стало уходить, уступая место чему-то совершенно иному. Я шумно выдохнула и слегка покачнулась. Моментально отметив эту перемену во мне, герцог улыбнулся еще шире. Я не выдержала, резко отошла от него и выхватила брюки из его рук. Надела их не с первого раза. Дважды не могла попасть в штанину. Тем не менее, худшее уже осталось позади. Затем без тени иронии муж помог мне накинуть плащ, и застегнул фибулу в виде свернувшейся кольцом змеи.
- Можем идти, - сообщили мне. Я кивнула и оглянулась на сброшенное платье и исподнюю рубаху. Собралась было убрать их с пола, но герцог заметил:
- Не трогай, тогда к нам будет меньше вопросов.
- С чего это? - удивилась я.
- С того, что все подумают, будто мы занимались любовью, как и положено молодоженам, - вкрадчиво произнес он, склоняясь к моему уху почти вплотную, отчего внутри стало горячо.
- Но ведь это неправда! Я же не смогу тогда уйти от тебя! – просипела я, пораженная его коварством.
- Впредь будешь знать свое место и не строить из себя невесть что! – прошипел он, моментально оскалившись.
- Я как раз заняла свое место, - буркнула я.
- Тогда нечего и думать о том, чтобы безнаказанно воспользоваться мной, я глава семьи, а не ты, женщина! - парировал Натаниэль. – Ты уйдешь тогда и так, как я посчитаю нужным. Будь уверена, если мне будет выгодно, я выставлю тебя законченной потаскухой. Поэтому, лучше подружись с Мэй.
- Нет уж, я скорее стану потаскухой, - я до боли закусила губу, чтобы не сказать еще чего-нибудь необдуманного.
- Тогда я имею право тебя убить, - равнодушно возразил муж.
На это я ничего не смогла возразить. Все-таки Рейм глубоко патриархальное государство. И Натаниэль мог сделать то, о чем сказал. И я уверена – сделает, если с головы его драгоценной шлюхи хоть волос упадет.
***
Мы бодрым шагом, рука об руку, подошли к конюшне. Нас с добродушной улыбкой встретил рослый детина. Он легким наклоном головы поприветствовал нас.
- Оседлай Рема и Тамилу, - приказал муж.
- Рема оседлаю сию секунду, а Тамилу никак невозможно, - стушевался конюх.
- Почему? – голос Натаниэля стал почти ласковым, но у меня вдруг затряслись коленки.
Конюх, очевидно, тоже почувствовал угрозу и инстинктивно сделал шаг назад.
- Клисса Мэй пожелала взять Тамилу. Она сказала, что ее кобыла сегодня не в форме. А Вы говорили давеча давать клиссе любую лошадь.
- Но Тамила зачарована! – застонал муж. В его глазах плескался такой страх, которого я никогда и ни в ком не замечала. А я частенько видела своего братца напуганным очередным непогашенным векселем на заоблачную, по крайней мере для меня, сумму.
- Что это значит? – потребовала я объяснений.
- На этой кобыле могут ездить только члены семьи. Это дорогая лошадь, ее не раз пытались увести, но результат всегда был одинаковым.
- Каким? – мои пальцы похолодели.
- Ездок погибает.
- Седлай скорее самого резвого коня! – крикнула я.
Конюх ринулся в конюшню и действительно в мгновение ока привел неприметного серого жеребца. Я удивлённо вскинула бровь, но парень сообщил:
— Эвр самый резвый мальчик во всем герцогстве. У него одна беда – не выдерживает долгой скачки и тяжёлого седока.
- Меня выдержит? – спросила я.
- Да, — это уже говорил Натаниэль. – Умоляю, спаси ее, если еще не поздно. В ней моя жизнь.
Я влетела в седло. Сердце опять забилось, но уже от радости. Если я что и делала в своей жизни хорошо – так это ездила на верхом. Меня принимало любое животное, не делая попытки сбросить или хоть как-то продемонстрировать свой норов. Отец даже думал, что этот дар у меня магический. Однако выяснилось, что просто мы с лошадьми отлично понимаем друг друга. Это замечательный талант, но не имевший под собой магической основы. Я сразу ударила Эвра по бокам, и мы рванули с места действительно, как ветер.