Двойные неприятности для бывшего

Глава 05

Тимур

Я не собираюсь отпускать Алю вот так просто. Если уж судьба свела нас, это что-то значит. Я наконец-то узнаю причину, по которой эта женщина так подло со мной поступила.

Вижу, как некомфортно рядом со мной Але. Она словно натянутая струна, ладони сжаты в кулаки до побелевших костяшек. Нервничает. Так и должно быть, когда прошлое тебя нагоняет и за свои поступки нужно отвечать.

— Отойди, пожалуйста, — шипит на меня у лифта.

Ну да, я же вплотную к ней встал. Мое пальто касается ее блузки и распущенных светлых волос.

— Не хочу, — отвечаю довольно агрессивно.

Пока она не видит, прикрываю глаза и тяну носом запах ее духов. Я прекрасно знаю, что если провести носом по коже на шее, то этот аромат, смешанный с ее личным запахом, на коже раскроется иначе — намного более интимно и мягко.

Двери лифта резко раскрываются, и Аля шагает в него.

Она разворачивается и вжимается спиной в зеркальную стену лифта, словно загнанная птичка в клетке. В моей клетке.

Когда-то этой девочке, успешно изображавшей наивность, удалось приручить меня. Но больше ее чары на меня не действуют. Точно! Не действуют!

Вхожу следом и нажимаю на кнопку второго этажа. Дыхание Али рядом со мной становится все более поверхностным и частым, ее выдержка трещит по швам, в глазах вспыхивают тревожные огоньки. Скольжу пальцами по панели с кнопками и нажимаю на «Стоп».

— Что ты делаешь? — срывается с ее губ.

— Нажимаю на кнопку «Стоп», — усмехаюсь, озвучивая очевидное, и складываю руки на груди.

— Зачем ты это делаешь? Выпусти меня немедленно! — Алю захлестывает паника, и мне это по вкусу.

Мне хочется, чтобы она испытала хоть часть тех эмоций, которые испытал я, когда пришел домой и не обнаружил своей невесты. В квартире все ее вещи остались на своих местах, а в гостиной на столе меня ожидала записка и кольцо, которое я ей подарил. В записке было всего несколько слов: «Я не выйду за тебя».

Помню, как смял записку в кулаке. Пальцы дрожали. Внутри все кипело от непонимания и злости. Я был раздавлен.

Как она могла так со мной поступить?

Я для этой девочки сделал все!

Она ведь ничего из себя не представляла до встречи со мной — приехала из какого-то забытого богом городишка, жила в занюханной квартирке с еще несколькими такими же студентками. Не жила — выживала.

Я взял ее к себе на должность секретаря, потому что купился на невинность и обаяние. Такой малышке хотелось помочь. Я дал ей все: работу, возможность жить в прекрасных условиях без проблем, без нужды. Сделал ей предложение, наплевав на очевидную разницу в статусе. Але все-то то нужно было меня любить! А она взяла и плюнула мне в душу.

— Ничего не хочешь мне сказать? — подхожу ближе и упираюсь ладонью в зеркальную поверхность лифта рядом с ее головой.

— Нет, — Аля бледнеет.

— А мне, знаешь, хотелось бы кое-что услышать, — бросаю взгляд на ее дрожащие губы и облизываю свои пересохшие.

— Не понимаю, зачем ворошить прошлое, — Аля обнимает себя, ее тонкие пальцы с силой вжимаются в предплечья. — Насколько я поняла, ты не сильно переживал. Женился и даже без испытательного срока. — Отворачивает от меня лицо, в голосе слышатся нотки обиды.

— В этом было все дело, да? — усмехаюсь разочарованно. — Тебя не устроило, что я поставил условия?

— Можешь думать что хочешь. — Аля опускает лицо. Ее волосы полностью занавешивают его от меня.

Не устроил, значит. А я считаю, что был прав на все сто. Я должен был убедиться в том, что моя невеста не является меркантильной охотницей за деньгами. Я очень богатый человек, ко мне постоянно липнут такие женщины.

Да, я хотел определенного испытательного срока для наших чувств — длиной в год. Да, я хотел брачный договор.

— Побег был уловкой? — выплевываю едко. — Ты рассчитывала, что я примчусь за тобой и, наплевав на все свои принципы, женюсь безо всяких условий? Думала, я идиот?

— Ничего такого я не думала! — Аля гордо дергает подбородком. — Если тебе так нужна правда, то вот тебе она: я поняла, что не могу выйти замуж за такого, как ты.

— За такого, как я? — вжимаю вторую ладонь в стену лифта с другой стороны ее головы. Пальцы с силой давят на холодную поверхность. Наши лица рядом. Я вижу каждую ее черточку, чувствую теплое дыхание на своем лице, вижу непримиримую ярость в глазах.

— Конкретнее, Аля. Ну же, давай, выскажись. Какого такого?

— Помешанного на деньгах! Ты, кроме них, в жизни ничего не любишь! И меня ты не любил. Я просто была удобной!

— Я столько для тебя сделал, стольким пожертвовал! Да мне все в лицо говорили, что ты меня как липку обдерешь. А я дал нам шанс!

В груди полыхает от возмущения.

Как она смеет?

— Шанс? Испытательный срок? Твой ужасный список требований? Это твой так называемый шанс?

— В этом списке не было ничего ужасного! Если бы ты меня по-настоящему любила, ни один из его пунктов не стал бы для тебя проблемой. Не флиртовать с другими мужчинами и ни с кем кроме меня не встречаться — тебя это не устроило? Подождать год до свадьбы — это проблема? Проявлять уважение к моим родителям — может, это?!

— Они меня ненавидели! — Аля срывается. — В лицо мне говорили, что я тебе не подхожу, а ты ни разу меня не защитил!

— Они мои родители!

— Все, хватит! — она упирается ладонями мне в грудь, обходит, становясь лицом к дверям и ко мне спиной. — Остальные пункты твоего грязного списка я обсуждать не собираюсь. Я ушла от тебя и очень рада этому, — говорит торопливо. — Рядом с тобой я была бы самой несчастной женщиной в мире! — Яростно нажимает кнопку, и лифт трогается. — Надеюсь, ты уедешь как можно быстрее и мы больше не увидимся!

Как только двери открываются, Аля выпархивает из кабины лифта.

Я продолжаю стоять истуканом, наблюдая за тем, как ее тонкая фигурка бегом удаляется по коридору. Ее слова, словно кривое ржавое лезвие, разворотили мне всю грудь и лишили сил.

Вот, значит, как она наши отношения видела? Я монстр? Она взяла и сбежала к тому, кто был лучше? Но, видимо, она и там оказалась не права, раз мужик бросил ее с ребенком.

Глава 06

Аля

Бероев не изменился ни капли. На что я вообще рассчитывала, высказывая свою правду? Что он меня поймет? Пожалеет о том, что сделал? Нет, он слышит только себя.

Воспоминания о том списке всколыхнули во мне целую бурю негодования. Бероев перечислил все то, что было так важно, на его взгляд, и даже не подумал о пункте, из-за которого я действительно от него ушла.

В горле образовался ком, на глазах выступили слезы. Я рывком открыла ящикстола, вытащила оттуда пачку салфеток. Не плакать! Не дождется!

Но обидно. Безумно обидно... ведь я действительно верила, что у нас получится.

Тимур очень красиво ухаживал — дарил огромные охапки цветов, водил в оперу, в красивые рестораны. У меня захватывало дух от всего того великолепия, которое окружало Бероева. Но больше всего меня захватывал он сам. То, как уверенно он говорил, как двигался, как улыбался. Да, я влюбилась именно в его улыбку. Она была очень редким гостем на его лице при других, но когда мы были вместе, улыбку я видела практически всегда.

Мне казалось, что он настоящего себя бережет для самых близких — для женщины, которую встретит и полюбит. Для меня. Да уж, какие только глупости не приходят в голову в восемнадцать лет!

Я закрывала глаза на то, что его родители считали меня меркантильной выскочкой с периферии. Это правда, что многие женщины хотели бы оказаться на моем месте, но я была уверена, что со временем они поймут: их сына я люблю по-настоящему.

Я терпеливо высиживала обеды в доме родителей Тимура, не обращала внимания на колкости его друзей. Я старалась быть идеальной и хорошей для всех, чтобы показать, что мне, кроме самого Тимура, ничего не нужно. Я настаивала, чтобы Тимур не дарил мне слишком дорогих подарков.

И еще меня мучило чувство вины. Я полагала, что действительно недостаточно хороша для Тимура. Окружающие заставили меня в это поверить. У меня не было образования, полученного за границей, я не знала пяти языков, не играла ни на одном музыкальном инструменте и не пела. Я была обычной, самой простой девочкой.

Со временем я даже начала удивляться — а что же такого Тимур во мне рассмотрел?

Я обесценила себя полностью...

Чтобы отвлечься от грустных воспоминаний, сосредотачиваюсь на работе. Через некоторое время меня отвлекает телефонный звонок. Номер я знаю, это наша детская группа.

— Да? — быстро поднимаю трубку.

— Алина Геннадьевна, ваш сын сбежал из группы!

— О боже!

Хорошо, что я сижу, иначе упала бы.

— И не один, а вместе со своим новым другом.

Мои глаза открываются шире.

— А вы точно обыскали всю группу? Вдруг они где-то спрятались и играют?!

— Нет. Они оставили записку: «Мы вернемся через час. Просьба родителей не беспокоить. Арсений и Михаил».

— Что они написали? — мне показалось, что я ослышалась.

— Что они вернутся через час, — голос Тамары Витальевны взлетает до фальцета.

— Мне нужно как-то позвонить и сказать отцу мальчика о случившемся, но я не понимаю, как это сделать! Мне кажется, он нас всех сразу засудит! А у нас с мужем ипотека! Боже мой…

— Не паникуем, — вскакиваю на ноги. — Кажется, я знаю, где они. Тамара Витальевна, дайте мне десять минут.

Отключаю телефон и спешу на улицу. Миша еще утром приметил черного котенка у пункта охраны. Наверное, он направился туда и прихватил с собой сына Бероева.

Не тратя времени на гардероб, прямо в туфлях, переодетых в кабинете вместо уличных сапог, бегу по снегу в сторону ворот.

Охранник виден сразу. Он стоит у пункта пропуска, вальяжно облокотившись плечом на дверь. Рядом, в детских комбинезонах, — Миша и Арсений. Оба без шапок!

— А как его зовут? — звонко интересуется Арсений у охранника.

— Кот.

— А мне кажется, это кошка! — Мишка поднимает котенка и смотрит между растопыренных лап. — Точно, кошка!

— Кошка так кошка, — пожимает охранник плечами равнодушно. — Забрать хотите?

— Хочу, но папа не разрешит, — горестно вздыхает Арсений.

— Надо обсудить с мамой, — задумчиво кивает Миша.

— Сейчас я с тобой все обсужу, — выдыхаю облако пара. Пока бежала, вся взмокла. Запыхалась. В туфли снега набрала.

— Алина Геннадьевна? А что это вы голая? Зима на улице, — охранник недоуменно смотрит на меня.

— Спешила, — упираю руки в бока и пытаюсь восстановить дыхание. Мне после пробежки так жарко, что и пуховика не нужно. — Миша, мне нужно серьезно с тобой поговорить.

— Мам, ну мы просто хотели посмотреть котенка! Мы же в записке написали, что скоро вернемся! — Сын прижимает к себе котенка.

Прикрываю глаза ладонью и пытаюсь словить дзен. На детей кричать нельзя. Это непедагогично.

— Марш обратно, — говорю строго. Показываю обоим мальчикам на главный корпус. — Кота с собой не берем.

— Ну мам! Нам жизненно необходим кот! — гнет свою линию Мишка.

— И мне. У меня никогда не было кота, — Арсений протягивает ладошку и с благоговением гладит котенка.

— А мне нужен пузырек валерьянки, — судорожно набираю на телефоне номер Тамары Витальевны. — Все хорошо, я их нашла.

— Слава богу! — выдыхает она. — Они в порядке?

— Да. Сбежали к охраннику посмотреть котенка.

— Алина Геннадьевна, вы же понимаете — подобное неприемлемо!

— Я все прекрасно понимаю и сейчас поговорю с Мишей.

— А почему только со мной? — ворчит Мишка.

— Да! Со мной тоже говорить надо! Но если можно, то лучше без папы, — Арсений морщит нос. Тянется к котенку и берет его на руки. — Я чуть-чуть подержу, — малыш бережно прижимает к себе котенка и ласково трется щекой о его шерстку, — что-нибудь придумаю, папу уговорю.

— Алина Геннадьевна, кхм… — напоминает о себе Тамара Витальевна, — я все же позвонила отцу Арсения. Он влиятельный человек, важный. Мы не можем скрывать от него новость о побеге. Если Бероев обо всем узнает от сына, нам же еще хуже будет.

— Конечно, — зажмуриваю глаза.

— Эмм… мальчики же вдвоем сбежали. Так что будет логично, что вы, как родители, сами между собой разберетесь. П-по-понимаете?

Ясно… с Бероевым связываться никто не хочет, решили сбросить проблему на меня.

Под тонкую ткань блузки резко забирается ледяной ветер и обжигает кожу. Меня встряхивает от холода. Нужно срочно в тепло.

— У нас тут тихий час начался, не стоит беспокоить остальных детей. Будет лучше, если мальчики побудут с вами полчасика, пока господин Бероев не освободится после деловой встречи.

Уже и господин…хорошо он им успел хвосты накрутить по телефону.

— Я поняла, — вешаю трубку. Ну все, не хватило мне одной стычки в лифте, сейчас будет вторая. Да еще с участием наших детей…

Глава 07

Аля

До новой стычки с Бероевым полчаса.

Нужно успеть морально подготовиться к ней и привести себя в порядок. Оставляю милого котенка охраннику, а грустных детей веду обратно в корпус. Пока дохожу до него, промерзаю, кажется, до костей.

Надо же, какая зима в этом году выдалась — холодная и снежная. Я не ожидала. В теплом помещении корпуса еле перевожу дыхание.

— Мам, ты можешь заболеть! — Мишута бросается растирать мои ледяные ладони, прикладывает их к своим щекам.

Арсений стоит рядом и наблюдает за нами с осторожностью — наверное, боится, что его я тоже буду ругать.

— Все в порядке, Арсений, — стараюсь улыбнуться. — Сейчас мы пойдем в ресторан, попьем теплого чая, придет твой папа. Не переживай.

Он тихонько кивает, не говоря ни слова. Веду этих бандитов в раздевалку, где мы оставляем верхнюю одежду, затем вместе идем в ресторан. Бероев точно не оценит, если я отведу его сына в кафе для персонала.

Прошу девочек сделать мне огромную чашку горячего чая с лимоном.

— А можно нам мороженое? — робко спрашивает Мишута.

— Вы были без шапок, так что нет, — отрезаю немилосердно. — Два теплых какао и по пирожному.

— У-у-у... — тянет Мишка. — Мне снеговика с белковым кремом, как ты позавчера приносила. Можно?

— Можно.

— И мне можно? — робко спрашивает Арсению.

— Конечно, — мягко улыбаюсь. Сын Тимура совершенно не похож на отца характером. Мягкий, милый котенок. Наверное, мама у него такая.

— Спасибо, — на лице Арсения расцветает благодарная улыбка.

Все, что случилось у нас с Бероевым, случилось до его женитьбы на матери мальчика. Поэтому к Арсению я не испытываю никаких отрицательных эмоций. Я буду искренне рада, если его мама и Тимур нашли общий язык. Да, мне больно внутри, что у меня не получилось. Но это моя проблема. Ребенок тут ни при чем. Ему крайне важно расти в любви.

Своего Мишку я долюблю за обоих родителей, я смогу!

Мы присаживаемся за столик у окна. Приветливая официантка Юля приносит нам теплые напитки и десерты.

— Алина Геннадьевна, может, и вам что-нибудь сладенькое? У нас свежие эклеры, только привезли, — соблазняет она, но я кремень.

— Нет, спасибо, берегу фигуру.

За время предновогодних отчетов я на нервах съела гору шоколадных конфет. Теперь испытываю легкое чувство вины и желание избавиться от пары прилипших килограммов.

Возможно, скоро я куплю себе новое платье, как Мишка предлагал. Пора бы уже выбираться из своей одинокой раковины — у людей вокруг жизнь бьет ключом. Расходятся, женятся, детей снова заводят. А я все несчастная и одинокая. Несправедливо.

Мальчишки синхронно облизываются при виде своих пирожных и хватаются за ложечки.

— Правда, у меня мама крутая!? — Мишка откусывает голову кремовому снеговику. — Она добрая и хорошая, самая лучшая мама в мире!

Закатываю глаза, потому что мой сын тот еще подлиза и хитрюга.

Когда он что-то отчебучивает, я стараюсь вести себя как взрослый, ответственный родитель — не ругаю, а пытаюсь разобраться в ситуации. Горячая голова и крик до гор тут точно ничем не помогут. Наказание будет чуть позже...

— Очень крутая, — соглашается Арсений. Он аккуратно отрезает ложечкой бок снеговика и кладет себе в рот. — А мой папа... он... ну... — малыш задумывается, — он очень богатый.

— Это тоже классно, — Мишка зажмуривается. — Можно каждый день есть вкусные пирожные, купить крутое Lego или электромобиль или хоккеем заниматься...

Мои руки сжимаются вокруг горячей кружки. Ледяную дрожь от мороза сменяет резкая вспышка жара от стыда.

Да, я очень многого не могу позволить себе, как ни старайся. Мы живем в скромной квартирке, Lego сын получает только на день рождения или Новый год. Если купить ту огромную машину, о которой мечтает Мишка, она займет почти всю его маленькую детскую комнату. Но на хоккей я его отдам — пусть хотя бы эта мечта исполнится!

— Да не особо, если честно, — настроение у Арсения портится, он совсем сникает, — у меня занятий много, я в игрушки играть не успеваю.

Бедного малыша хочется обнять и пожалеть — зачем так много занятий? Школа ведь только началась. Да еще и на каникулах ребенку не дают отдохнуть.

Я в который раз задаюсь вопросом — где его мама? Не поехала отдыхать с мужем и сыном? Почему? У нас тут все есть для семейного отдыха. СПА, каток, ресторан с вечерней развлекательной программой, склон для катания на лыжах, крытый теннисный корт, спортзал и еще много интересного. Для удобства родителей за детьми присмотрят опытные воспитатели. Рай, а не база отдыха.

Бероев входит в зал ресторана уверенным размашистым шагом. Его взгляд быстро сканирует пространство и натыкается на наш столик, колючие голубые глаза сужаются.

Сердце в груди резко разгоняется до бешеного ритма. Бросаю взгляд на Мишку, который успел измазаться белковым кремом, и тяжело сглатываю. Только бы Тимур не заметил сходства!

Стул рядом со мной со скрипом отодвигается, и Бероев садится за стол. Его селективный парфюм с древесными нотами захватывает мои обонятельные рецепторы, напоминая, что именно я выбирала его для Тимура когда-то. Надо же… не сменил.

Арсений под строгим взглядом отца сразу подбирается, виновато опускает взгляд. Мишка удостаивает Тимура короткого кивка и шумно втягивает через соломинку какао.

— Я разочарован, — бросает Бероев холодно.

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.