- -
- 100%
- +
Глава 01
— Да открывайся ты! — с силой дергаю ручку двери. Замок заело, и мне хочется расплакаться. За плечами ночная смена в больнице, все тело гудит, ноги отваливаются. Хочется одного — лечь в постель под теплое одеялко и уснуть.
Однако проклятая дверь все не поддается. И так ключ поворачиваю и этак, а он ни в какую. Неужели придется вызывать слесаря? Этож целых два часа моего драгоценного сна.
Ну нет!
Напираю сильнее. Наконец ключ прокручивается в сердцевине, и я облегченно выдыхаю. Рывком открываю дверь и вскрикиваю — из прихожей на лестничную клетку выплывает придверный коврик. А с ним щетка для обуви, тапочки. Мои ноги в сапожках оказываются в воде по щиколотку.
— Боже! — порывисто нажимаю кнопку выключателя на стене. Свет на секунду вспыхивает, показывая размеры катастрофы: кругом потоп, обои отошли от стен, вещи плавают. Затем треск, искры — и снова темнота.
Неужели я не выключила воду в ванной?
Бросаю сумочку и несусь по темной квартире. Спотыкаюсь о плавающие предметы, открываю дверь в ванную комнату.
Тут сухо. Точнее, было сухо до того, как я открыла дверь. Теперь вода хлынула и сюда. Возвращаюсь в коридор, где дрожащими руками вынимаю телефон из сумочки, включаю на нем фонарик.
Охаю!
Вода льется по стенам сверху. А это значит, меня топят!
О нет!
В голове всплывает образ того самого соседа. С ним мне общаться хочется меньше всего на свете. Высоченный, я даже на каблуках рядом с ним словно какой-то гном. Плечи широкие, ручищи большие, вечно небритый. Хмурый, замкнутый, глаза холоднющие. От его тяжелого взгляда меня в дрожь бросает, стоит нам оказаться в лифте вдвоем. Я радовалась, что видимся мы крайне редко.
И вот…
Надо к нему идти.
— Ничего, Маша, ты справишься, — подбадриваю сама себя. В квартире жарко и парит — видимо, затапливает меня горячей водой, поэтому приходится расстегнуть пальто. В последний раз освещаю фонариком квартиру. — Звездочка! – вспоминаю про кошку. Бросаюсь в большую комнату, которая служит мне и спальней, и гостиной, зову свою любимицу. Заглядываю в кухню, там тоже ее не вижу.
Она испугалась, где-то спряталась и не выходит.
— Я сейчас вернусь, моя хорошая, — говорю вслух, — только за помощью сбегаю.
Сломя голову выбегаю из квартиры и несусь по лестничному пролету. Нетерпеливо жму на кнопку звонка, а потом и вовсе барабаню в дверь.
Да где же он там?
Не проснулся еще?
Дверь резко распахивается, являя мне сонного соседа. Он раздраженно осматривает меня с головы до ног и втягивает носом побольше воздуха в грудь. Он точно собирается на меня сейчас орать!
— Вы меня топите! – выкрикиваю первой.
Мужчина замирает, хлопая опухшими веками. Хмурится.
— Вы меня топите, — нетерпеливо повторяю.
— Вы уверены, что это я? — у мужчины неожиданно приятный глубокий голос с хрипотцой. Не ожидала, что мне хоть что-то понравится в этом человеке.
Мысленно даю себе затрещину, потому что думаю совсем не о том!
Ах да!
У меня потоп.
— Кто ж еще? Ваша квартира над моей!
Смотрю на него, стараясь не дрожать. Мы слишком близко, а его габариты сравнимы с огромным медведем гризли. И взгляд такой, будто сожрать может в любой момент.
— Вы врач? — задает мне неожиданный вопрос.
— Медсестра.
Бросаю взгляд вниз — на мне до сих пор медицинская форма. Я так устала, что забыла ее снять.
— Отлично, присмотрите за малышами, раз уж разбудили их. А я пойду посмотрю, что с вашей квартирой.
— Малышами? — быстро моргаю.
— Да, — мужчина делает шаг на лестничную клетку. Меня берет за талию и отставляет в сторону, чтобы не мешала.
Как пушинку взял и поднял. Даже не напрягся.
Тихонько в страхе сглатываю. Кем он вообще работает? Лесорубом? Вышибалой в баре? И что у него за малыши?
— У меня там кошка, Звездочка, — быстро вспоминаю про свою малышку. Я ее звала, но она где-то спряталась и не выходит. Вы поищите ее, пожалуйста.
Вместо полноценного ответа мне достается небрежный кивок головы. Сосед в домашних тапочках сбегает вниз по лестнице к моей квартире.
Немного топчусь на пороге, прежде чем зайти в чужую квартиру. Как-то мне страшно. Может, у него там холостяцкая берлога и жуткий бардак. А я к такому не готова, я чистоту люблю.
Осторожно толкаю дверь, заглядываю внутрь.
От удивления у меня падает челюсть. Квартира очень светлая, с окнами в пол. Он точно делал перепланировку, потому что я сразу попадаю в огромное пространство гостиной. Мягкая мебель нежного молочного цвета, пушистый ковер.
Но главное — в центре комнаты целых два ребенка на ковре.
Настоящие дети!
Им около года.
Щечки пухленькие, глазки ярко-голубые. На обоих бодики с машинками.
Мальчики.
Стоит мне захлопнуть дверь, и два сонных недовольных взгляда, точно таких, как у их отца, врезаются в меня.
— Ой, — прислоняюсь спиной к двери. Не была я готова к такому сюрпризу, — привет.
— Па, — один из малышей показывает на дверь.
— Па-а-а-а, — протяжно вторит ему второй.
— Он сейчас вернется, — быстро сбрасываю с себя пальто и сапоги. Разыскиваю ванную комнату, где мою с мылом руки. Все время вполглаза присматриваю за мальчиками. Им где-то годик, а значит, они быстро ползают и, возможно, уже неплохо ходят. Таких только упусти из виду.
Хорошо, что они еще сонные. Опускаюсь на ковер рядом с ними и только сейчас замечаю, что у обоих сопливые носики. Глазки болезненные.
— Да вы простыли, — касаюсь теплых лобиков. Мальчики следят за моими действиями с интересом, не боятся. Тот, что посмелее, ловит мою руку и пытается стянуть колечко со среднего пальца. У него не получается, тогда малыш просто кусает меня за него.
Неожиданно, но не больно. Заглядываю в рот — десна набухла. Вот она, причина соплей и мрачного вида малышей. Зубки.
— И у тебя тоже? — осматриваю второго братика. — Да…
У обоих боковые резцы сверху.
Так, стоп!
Меня резко пронзает мысль, как удар молнии. Я о главном не подумала — где их мама?
Глава 02
У мальчишек должна быть мама. Но в ванной я не увидела женских вещей. И тут их нет. Да и ее самой нет!
Может, она заболела, а папа остался с сыновьями?
Но я ни разу не видела соседа с женщиной, он вечно один. И вечно недоволен.
Дверь квартиры распахивается, приковывая к себе наше внимание. В проеме мокрый сосед с моей Звездочкой под мышкой. Кошка шипит и норовит вырваться из захвата. Пара царапин видны на мужской руке.
— Мяу, — тянет мальчишка, который успел забраться ко мне на ручки.
— Мяу-мяу, — повторяет за ним брат, — па-па. Дай!
А характер у сынишек отцовский.
— Держите вашу мегеру, — сосед опускает кошку на пол. Звездочка приземляется на все четыре лапы, шипит.
— И где ты была, моя бедная? — тяну к ней руку. Но кошка косится на меня зло и не подходит. Стряхивает с шерстки воду, садится в стороне.
— Мяу-мяу, мяу-мяу, дай!
Мальчики кидаются в атаку на четвереньках. Один быстрее другого подползают к шокированной кошке и застывают.
— Мяу! — один плюхается на попку перед Звездочкой, а второй пытается встать на нетвердых ногах. — Мяу, кись.
Звездочка на протянутую к ней детскую ладошку смотрит с пренебрежением. Утробно урчит, отпугивая малышей. Но им все равно, у них в глазах восторг.
— Мяу, кись, — повторяют они наперебой.
Подхожу к троице и присаживаюсь рядом, Звездочку беру на колени на всякий случай. Она добрая у меня, но пережила сейчас ужасный стресс, вот и психует.
Дети тут же прилипают ко мне, сразу распознав, кто у кошки главный. Подлезают своими ручками под мою, чтобы шерстку мягкую потрогать, улыбаются.
Боже, за такие улыбки душу можно продать!
Как бы я хотела хоть половину такого счастья для себя.
— А где же ваша мама? — задаю вопрос скорее их папе, который застыл за нашими спинами.
— Нет ее, — он холодно обрубает.
Нет?
Как нет?
Ледяной холод пробирается в мою душу, и я инстинктивно обнимаю мальчишек.
Как же так? Без мамы…
— По поводу вашей квартиры, — продолжает мужчина, будто сказал до этого о какой-то неважной детали его жизни, — она затоплена горячей водой. Стояк прорвало. У меня, но потекло к вам, — он откашливается. — Полы поднялись, обои отошли, проводке конец.
— Боже, — зажмуриваюсь. Я столько работала, деньги собирала, чтобы свою мечту исполнить, и теперь все идет крахом, придется потратить накопленное на ремонт. А я не хочу!
— Все расходы я беру на себя, — сосед присаживается передо мной и детьми на корточки. — Вас как зовут?
— Маша, — я стараюсь не плакать. Очень стараюсь, но одна слеза все равно скатывается по щеке. Я едва выбралась из эмоциональной ямы, только-только начала неплохо жить и даже улыбаться по утрам Звездочке. И вот, все снова сломалось.
Катастрофа какая-то. Придется сейчас надо искать жилье, переезжать. Как надолго это затянется?
— Марк, — сосед сверлит меня внимательным взглядом, — а это Макар и Марат. У Макара родинка на ушке.
— Они разные, я вижу.
— Близнецы, вообще-то, — Марк усмехается, и я впервые вижу улыбку на его жестком лице, — но немного разные, да. Редко кто это замечает.
— И вы с ними сами справляетесь? — выпускаю Звездочку из рук погулять, иначе мальчишки окончательно ее сейчас затискают. Они уже открыто теребят ее шерстку и дергают за хвост. Еще минута, и придет черед усов.
— Обычно мне помогает няня, — лицо Марка суровеет.
— И когда она придет?
— Она не придет. Сбежала, — прикрывает глаза ладонью.
— Сочувствую.
Мальчишки вдвоем принимаются крутить пуговички на моем халате. Сережки трогают, за волосы тянут. Я для них новая необычная игрушка. Не дала кошку, придется за нее отрабатывать.
— Спасибо, — тянет Марк.
— Ну я пойду, — неловко пытаюсь встать, но мальчишки не выпускают. Приклеились.
— Зачем?
— Нужно воду собрать, а то вдруг она протечет ниже.
— Протекла уже.
— Черт, — прикусываю губу. Тут же дети, Маша! Соберись, нельзя ругаться.
— Я переговорил с соседом снизу, не переживайте. И давай на ты, Маша…
— Хо-хорошо… Но все равно нужно пойти убрать воду, спасти вещи, которые получится.
— Не беспокойтесь, я вызвал специальную службу. Они осушат помещение и полностью подготовят квартиру к ремонту. Ваши вещи будут в целости и сохранности.
— Это много времени займет?
— Минимум неделю.
— О-о-о-о… и где же мне жить? — растерянно смотрю в его глаза.
— Тут, — Марк пожимает плечами.
— Но… но… я буду мешать.
— Это не обсуждается, Маша, — обрубает Марк не терпящим возражений тоном. — Идемте, покажу вам спальню, где сможете остановиться. Вы же с ночной смены, я правильно понял?
— Да.
Марк забирает Макара, а Марат остается у меня на руках. Так мы и идем до большой уютной спальни. Кровать в ней разобрана.
— Это ваша?
— Да, чистое белье в шкафу.
— А вы?
— Обо мне не беспокойся. И на ты, Маша. Я взрослый мужчина, найду где поспать. Иди ко мне, сынок, — он пытается забрать у меня Марата, но тот обнял меня за шею и спрятался от отца, закрыв глаза.
Дети такие забавные в этом возрасте. Если он не видит кого-то, значит, и тот его не видит — малышковая логика.
— Ма… ма… ма… — повторяет Марат тихо.
— Это он ваше имя сказать хочет, — в смятении шепчу.
Все понимаю, но так приятно услышать это ма-ма…. Вот так, даже случайно, от чужого ребенка.
А ведь я могла бы слышать «мама» каждый день, если бы не… Снова ставлю блок на воспоминания. Не надо, иначе разревусь.
— Наверное… — отвечает мужчина.
— Вы все на М: Марк, Макар, Марат. Это так мило.
— И ты Маша…
— А-а-а… да, — смущенно отвожу взгляд.
— Отдохни. Одежду можешь взять в моем шкафу.
— Спасибо, — с трудом отлепляю от себя Маратика и отдаю папе. Когда Марк с сыновьями выходит, перевожу дух.
Я переехала на этаж выше к мужчине и двум его годовалым детям. Что дальше?
Глава 03
Осматриваюсь в минималистичной спальне. Большая кровать с бельем из черного шелка, на полу пушистый ковер, черный с золотом. Тяжелые занавески, утопленный в стену шкаф. Мужское, очень интересное пространство.
На тумбочке рядом с кроватью стопка книг о детях. В некоторых торчат закладки.
Трогаю корешки печатных изданий, одно из них перелистываю. Если у меня получится забеременеть, я и сама скоро начну их читать. А пока не буду загадывать.
Усталость резко берет свое. Оседаю на кровать, сдувшись, как воздушный шарик.
Я на дежурстве всю ночь не спала. Привезли несколько тяжелых, от которых не отойти. К утру я была полностью вымотана. Во время потопа продержалась чисто на всплеске адреналина.
Еле отрываю себя от мягкой кровати, чтобы сходить в душ. По дороге заглядываю в кухню и подсматриваю, как Марк возится с сыновьями. Кормит своих М и М из баночек, а им не очень нравится, они плюются прямо в папу и размазывают пюрешки по его майке.
— Подсматривать нехорошо, — оборачивается он на меня хмуро. Дети, заметив меня, начинают тянуть ручки. Улыбки от уха до уха.
— Я не специально, — краснею до корней волос. — Могу приготовить рыбное суфле на пару или котлетки.
— Я бы тоже не отказался от котлет, — он морщится, разглядывая свою липкую футболку, потом просто стягивает ее через голову и бросает на стул. — Даю вам по банану и по одному печенью, не больше! — упирает грозно кулаки в бока.
Дети переглядываются и хлопают в ладоши.
Я же прикрываю ладонью глаза, чтобы не рассматривать Марка, и сбегаю в ванную. В одежде было очень похоже, что он мощный и спортивный. Наблюдательность меня не подвела.
— Ох, — обмахиваюсь ладонями в ванной комнате, — Маша, ну! Ты как будто мужчину без одежды в своей жизни не видела.
Видела.
Одного.
Бывшего мужа.
Но совсем не с такой фигурой!
Марк словно русский богатырь — мощный, мускулистый, не сухой. Именно массивный везде. И очень волосатая грудь.
Кхм.
Будь скромнее в мыслях, Маша! Забудь!
Тем более ты мужчинами больше не интересуешься. От них слишком много неприятностей. Их любовь проходит, они предают именно тогда, когда сильнее всего нуждаешься в их поддержке. Нож в спину всаживают, а потом еще не забывают прокрутить, чтобы побольнее было.
Борис после аварии живет себе припеваючи, семью новую строит с твоей подругой бывшей. Ему все равно, что детей у тебя больше не будет по его вине!
Даже ЭКО не стопроцентный вариант.
Вздыхаю, опять заставляя себя не думать о прошлом. Один раз я смогла выкарабкаться, второй не получится. Никаких больше мужчин!
Я бы с радостью усыновила малыша, но одинокой женщине без мужа ребенка не хотят отдавать. ЭКО — мой единственный шанс на семью, хоть и призрачный.
Быстренько принимаю душ. Проскальзываю в спальню на цыпочках. Перестилаю постель и укладываюсь спать, задернув плотно шторы.
— Мур-р, — раздается на ухо. Мокрый нос тыкается мне в лицо.
— Звездочка, прости. Я о тебе забыла, — укладываю кошку рядом. Она у меня вся чернющая, только на груди белое пятнышко в форме звезды, потому так и назвали.
Кошку мне завещал один безнадежный пациент. Очень просил за нее, чтобы на улице не осталась. Я и взяла, забочусь. Похожи мы с ней, нас обеих оставили. Правда, ее вынужденно, а меня добровольно.
Проснусь вечером и поищу себе жилье. Так точно будет лучше. Мне рядом с Марком неуютно. Он какой-то давящий. Я не понимаю, что у него на уме. К тому же мужчина, который иногда ходит в своем доме без майки. И я в его постели сплю.
Где же он будет спать, если я у него останусь на неделю?
Нет, я точно подыщу себе что-нибудь. Или, может, в своей квартире попробую как-то разместиться. Я там редко бываю, поэтому строителям не помешаю.
Перед тем как провалиться в сон, слышу навязчивый звук входящего звонка. Это может быть звонок из больницы, поэтому проверяю.
— Борис? — хмуро смотрю на номер бывшего мужа. Стоило о нем подумать — и он тут как тут.
Что еще ему от меня нужно?
Сбрасываю звонок. Тогда мне приходит сообщение: «Очень нужно поговорить, я завтра подъеду».
Отправляю «Нет!» и перевожу телефон в режим полета. Накрываюсь одеялом с головой. Никаких разговоров с Борисом я вести не буду, мы разведены, и нас больше ничто не связывает.
Сквозь сон слышу детский плач. Тяну руки в темноту, пытаясь отыскать ребенка, но не получается. Открыв глаза, сверлю темный потолок взглядом.
— Я проснулась, — отвечаю кошке, толкающей меня в руку влажным носом.
— Мяу, — недовольно доносится почему-то с другой стороны.
А кто тогда тут?
Ошарашенно перевожу взгляд вправо — милое детское личико. Рядом еще одно.
Сглатываю, не понимая, что происходит. Взгляд скользит дальше, где у стены сосредоточенно работает Марк на ноутбуке. В ушах у него наушники.
Его лицо мягко освещено светом монитора. Он расслаблен и почти не выглядит суровым. Просто очень уставшим.
— Кхм, — тихонько пытаюсь привлечь его внимание и не разбудить близнецов.
— Добрый вечер, — отвечает вполголоса, вынимая наушники. — Они никак не засыпали, кричали «ма», — отвечает на мой немой вопрос по поводу своих детей рядом со мной, — а ты спишь как убитая, так что даже не заметила.
— Отлично, — сажусь на постели. Мне подложили двоих детей, а я и не заметила.
— Маш, у меня будет к тебе предложение, — он прекращает печатать и смотрит на меня поверх экрана. Взгляд его становится напряженным.
Глава 04
Марк
— Я бы хотел нанять тебя на работу.
— У меня есть работа, — Маша садится на кровати и обхватывает колени руками. Она очень хрупкая и нежная. И еще израненная. Я заметил на ее руке тонкий шрам, тянущийся выше, под майку. Он красный, явно случилось с ней что-то относительно недавно. Может быть, год назад или меньше.
Кажется, я помню ее замужем. А потом провал. С появлением близнецов вся окружающая действительность словно отодвинулась и поблекла. Мое фокус внимания теперь всегда на сыновьях. Тем более у них, кроме меня, никого.
— В больнице, — киваю я. Да, на ней утром был халат под пальто. Она медсестра.
Так где же ее муж?
Мы с Машей редко встречаемся. Иногда вместе ездим в лифте. Обычно это случается по утрам или вечерам, когда я оставляю детей с няней, а сам выезжаю за покупками в магазин. Или просто выхожу пройтись и подышать свежим воздухом.
Дети это счастье.
Но иногда хочется лезть на стену или орать во весь голос где-нибудь в лесу.
Тяжелое счастье.
Няни близнецов выдерживали пару месяцев, а потом сбегали. Вот и последняя не выдержала.
Парни никого не принимают, кроме печальной Маши с ее кошкой. И чем эта девушка им настолько понравилась?
Может, теплотой в глазах? Я заметил, как она на мальчишек смотрит.
— Мне очень нужна няня, Маша.
— О нет, — она сжимает одеяло в руках, в глазах растерянность, — у меня нет ни подходящего образования, ни опыта.
— Они тебя приняли, мне этого достаточно, — отставляю ноутбук в сторону. Там открыта куча рабочих чатов, проекты горят. Но самый важный мой разговор сейчас оффлайн. — Я очень хорошо заплачу.
Маша переводит взгляд на близнецов, которые продолжают мирно спать рядом с ней. Их сейчас пушкой не разбудишь. Конечно, ночь не спали, встали рано, потом ползали по квартире, искали, Машу не соглашались без нее спать. Умаялись пацаны, пока нашли свою прелесть.
Зубы опять же покоя не давали ни им, ни мне. Я детям десны гелем мазал, а они грызли все подряд. Меня особенно.
— Я немножко боюсь, — сознается тихо.
— Я работаю сейчас из дома, поэтому не переживай, буду страховать.
— Я могу подумать?
— Конечно.
— Ой, мне на работу скоро, — Маша берет в руки мобильный. — Я проспала весь день?
— Да.
— Надо бы за вещами сходить домой, — она начинает суетиться. Сползает с кровати аккуратно, чтобы не разбудить близнецов. Сверкает тут передо мной своими аккуратными ножками и бедрами.
Так, Марк!
Соберись!
Не смотри!
М-м-м… как же давно у меня не было…
Жаркая волна прокатывается через все тело, оседая внизу неудовлетворенным желанием. Маша мне нравится, мой типаж на сто процентов. Но нельзя к ней подкатывать, а то еще напугаю и лишу своих пацанов шанса на хорошую няню.
— Никуда идти не надо, — киваю на стопку одежды на кресле, — мокрое на балконе сушится.
— Тут и белье, — она сминает в ладони кружевные трусики, уводит кулачок за спину. Темнота, я не вижу, но понимаю, что она краснеет. Маша девушка скромная, что еще больше меня в ней привлекает.
Знать бы еще, где ее муж.
Кольца у нее на пальце нет — значит, в разводе?
— Я попросил сотрудника клининговой фирмы собрать все.
— Спасибо.
— Можешь разложить вещи в моем шкафу.
— Я… не думаю, что это хорошая идея, — Маша мнется.
— Идея отличная, — поднимаюсь на ноги. Подхожу к ней. — Какой у тебя график?
— Два через два.
Близнецы начинают ворочаться, разбуженные нашим диалогом. Однако положение спасает кошка. Звезда потягивается, зевает. И поскольку хозяйка встала, она спокойно устраивается между близнецами, позволяя им закинуть на ее ручки и ножки.
— У нее есть все прививки, — шепчет Маша, придвинувшись ко мне ближе.
— У меня тоже, — отвечаю совершенно серьезно.
Девушка усмехается в кулачок и сбегает в ванную переодеться и умыться. Мне не остается ничего, кроме как вернуться к работе.
— А из тебя нянька тоже неплохая, — тихо обращаюсь к кошке, — куплю тебе мешок самого дорогого корма за работу. — Звезда косится на меня, поворачивает ко мне свою черную морду, лениво хвостом взмахивает. После вытягивается между близнецами и засыпает.
Ночь проходит тревожно. График у меня с детьми из-за зубов окончательно сбился. Ненадолго засыпаем все вместе под утро прямо на ковре в гостиной. Вернее, я на нем, а дети на мне. Хорошо, что ковер купил мягкий. От кровати, когда устал, даже не отличишь. А потом мы просыпаемся и начинается все сначала. Зубы, рев, слезы, сопли. Сцепив зубы, мужественно решаю одну проблему за другой: кормлю, позволяю рыдать на плече и кусать себя. Волосы рвать — пожалуйста! Меняю подгузники, бодики, отсасываю сопли соплеотсосом. Господи, в армии было в десять раз легче, чем с детьми. Как женщины идут на это вот все сознательно?
Да еще рожают!
Звезда, видя весь этот бардак, бросила меня и где-то спряталась. Слабачка!
Чтобы не поехать крышей дома, одеваю пацанов в камуфляжные комбинезоны и вывожу на прогулку. На мороз! Папа это вам не мама! У нас все по хардкору.
Ледяной воздух немного приводит меня в себя. Еще бы литра три кофе, и можно жить.
Макар с Маратом что-то устало мяукают, а потом их резко вырубает на холоде, оставляя меня сторожить их сон. Черт, я бы и сам поспал тут где-нибудь на лавочке. Даже в мороз.
В следующий раз гулять пойдем на балкон!
От недосыпа в глазах песок, в голове туман. Остро реагирую на сигаретный запах, который приносит ветер из припаркованной рядом машины. Поморщившись, увожу малышей подальше и делаю круг вокруг дома.
Где-то в это время должна возвращаться с дежурства Маша. Ищу ее взглядом и нахожу, бодро топает со стороны остановки. Хочу окликнуть, но наперерез ей выбегает пассажир из той самой машины. Наверное, специально Машу ждал.
И кто это приперся к ней с утра пораньше?
Глава 05
Замедляю шаг, чтобы не мешать им поговорить. Все же я чужой человек, а там что-то довольно личное.
Мужчина закрывает Машу от меня своей спиной. Говорит что-то и на пятках раскачивается.
На первый взгляд обычный мужик средних лет. Выше Маши, но это несложно, она совсем дюймовочка. Одет в кожаную куртку с меховыми отворотами и джинсы. На голове черная шапка — не люблю такие, они тонкие и сильно обтягивают, чем-то презерватив напоминают.
Мужчина разводит руки в стороны, что-то Маше доказывая, и мне это перестает нравиться совсем. Жест агрессивный.
Качу коляску с близнецами ближе и объезжаю пару по кругу, чтобы заглянуть Маше в лицо.
Твою мать! Она вся белая. В глазах слезы застыли.
Да что это козел от нее хочет?
Может, это и есть муж?
Бывший?
Хоть убей не помню, как он выглядел. Машу помню, его как расплывчатое пятно рядом.
Был и был, а что из себя представляет, непонятно.
Ставлю коляску с мирно посапывающими мальчиками на тормоз и спешу Маше на подмогу. Хочу поймать ее взгляд, чтобы спросить, нужна ли помощь. Но Маша смотрит в пространство перед собой не мигая.