- -
- 100%
- +
Глава 1
Чуть запыхавшись я быстро поднималась по широкой лестнице, которая вела из холла на второй этаж. Уже начался отсчет времени, поэтому мне скорее хотелось попасть в запретную зону. Все задачи на сегодня я закончила. Специально проснулась за два часа до будильника, и даже не позавтракала, а сразу бросилась к списку дел.
Сегодня был один из тех особенных дней. Сегодня нас посещали они – Снежные барсы.
Властители и защитники нашего мира. Мужчины, которые носили в себе силу зверя. Они меняли ипостась, приобретая звериные черты как когти, полоски белоснежной шерсти по телу и ловкость саблезубых котов. И чем сильнее зверь мужчины, тем выше его статус в их клане и чем больше таких мужчин в клане, тем могущественней он, поэтому барсам важно было найти подходящую деву для продолжения рода.
Я мало что знала обо всем этом, даже работая в Доме Невинности. Слышало только от Мадам, что не все девушки подходят барсу и способны выносить их потомство.
Наша страна процветала благодаря появлению барсов, ведь именно они изгнали из этих территорий злых духов – омманов. После этого мы покорились их воле, признав право сильнейших на управление государством и находились под их защитою, потому что омманы все же находили лазейки, чтобы вернуться и поселиться в человеческом теле. Только барсы способны были увидеть их и изгнать.
Это та информация, которую я изучила по истории нашего государства. Всю свою жизнь я знаю, что барсы недосягаемые мужчины. Самоуверенные властолюбцы, высокомерные и доминантные. И очень разборчивые в плане выбора женщин. Многие из них содержат наложниц, которые не обладают никакими правами в их жизни. Зато выбрать мать свои детей они приходили только в Дом Невинности!
И главным Домом Невинности в стране руководила моя матушка.
Неделю назад закончился полугодичный подбор кандидаток. Чистые, невинные, с идеальной родословной и манерами. Их обучали, как быть супругой барса, хотя не все из них в итоге получали этот статус. В честь этого дня случаю были разосланы приглашения самым сильным барсам нашего округа. Тем, кто еще не обрел свою пару. Скоро они прибудут сюда, что испытать подобранных Дев. И я хотела, как и прежде, спрятаться в своем потайном месте, чтобы подслушать то, что происходило за стенами в закрытых комнатах.
– Алисия, ты идешь в коридор Вкушений? – окликнула меня Нара, спешившая по своим обязанностям.
Сегодня все сотрудники дома были всколыханы, поэтому выглядели слегка нервными. Никаких ошибок. Никаких проволочек. Все должно пройти идеально, иначе Мадам со всех спустит три шкуры, виноват ты или нет.
Даже с меня. Своей родной дочери.
– Да, мне необходимо запечатать кладовую. Я забыла об этом, – криво улыбнулась, признавая свою вину.
На деле, это была моя стандартная отговорка, если кто-то видел, что направлялась в ту сторону во время процесса Вкушения. По правилам Дома никто не должен находиться вблизи той зоны в этот период. Исключениями могли стать лишь пара минут, которые необходимы для запечатывания служебных помещений.
Никто не знал, что я делала это, запирая себя внутри. Это было грубое нарушение сводов правил Дома. Но будучи дочерью хозяйки я не страшилась наказания. Слишком сладкое удовольствие испытывала, подслушивая одну из комнат коридора Вкушений.
– О, великая, выручи меня! – обратилась Нара, когда мы уже разминулись.
Я остановилась на верхних ступеньках, она внизу.
– Клиент из сто… да подожди ты, – тихо отмахнулась Нара от новенькой помощницы, которая подскочила к ней с красным лицом, – а… уже отказался от своей Девы. Проверь все ли там в порядке, пожалуйста. Мы пытаемся организовать внепланово еще один просмотр, а я не успеваю этим заняться из-за этой, – кивок на новенькую растяпы.
Нара была правой рукой Мадам, поэтому я не могла отказать. Но мне и не нужно, ведь это лучшее прикрытие для меня, чтобы подняться наверх.
– Сто два? – крикнула ей, уточняя.
– Да, да, там! – даже не посмотрев на меня, бросила Нара.
Она уже полностью сосредоточилась на вестях, явно проблемных, которые сообщала ей новенькая. Махнула рукой, развернулась и бросилась вперед. У меня нет времени прохлаждаться. Мне нужно проверить помещение, а потом быстренько закрыться в уютной кладовке между двумя комнатами.
Мое безумие началось случайно. Так получилось, что я застряла в кладовой, когда в один из периодов выбора Девы барсы стали прибывать раньше времени. Чтобы не выдать себя, я сразу запечатала комнату на особый магический замок, благодаря которому барсы со своим сверхчувствительными носами и ушами не способны были меня учуять. Но тот, кто проектировал наш Дом кое в чем просчитался.
Вентиляция.
Когда до меня донесся легкий шум из смежной комнаты, я сначала не поверила. Затем по шкафу поднялась вверх, умостилась на самой верхней полке, мое миниатюрное телосложение позволяло это, а там – утонула в сексуальных звуках.
Говорят, что когда барсы дарят свой нектар, то девушки попадают в нирвану. Они стонут, кричат, плачут от счастья. И все это сейчас доносилось до моих ушей. Эти сладкие, невероятно эротичные звуки что-то творили с моим телом. Именно тогда я поняла, что касаться себя приятно. Сначала по наитию нашла самую ноющую точку, а затем ведомая древними инстинктами научалась себя ублажать.
Со временем я стала зависима от этих ласк. Вот только получить удовольствие выходило лишь под звуки, что доносились из комнаты Вкушения. Сколько я не пыталась довести себя до экстаза в собственной спальне, все было зря. Лишь глубокое разочарование.
Однако через стену напротив от моего пригретого местечка ни разу таких флюидов не ловила, а ведь оттуда тоже выходила вентиляция. Вот только с той стороны была особенная комната, забронированная только за одним единственным барсом – вожаком одного сильнейшего клана Одеоном. В то время как все остальные помещения меняли своих посетителей, это оставалось неприкасаемым.
Я никогда не видела этого барса вживую. Когда он приходил, все служащие Дома покидали помещения. Его оставалась встречать только Мадам. Когда уходил – всё повторялось. Мы прятались по комнатах, чтобы не приведи Великая не столкнуться с этим могущественным вожаком. Одно его имя пугало.
Мадам гордилась тем, что он желал воспользоваться нашими услугами, но каждый раз, когда он уходил ни с чем, срывалась в гневе. Все Девы, что побывали в его комнате теряли, как и положено свою невинность, за что получали огромный гонорар. Но ни одна из них не получила его нектар и не ушла вместе с ним. Ни одна не издала чарующих звуков. Могу поклясться, что до меня доносились лишь сдавленные слезы, вздохи разочарования и гулкая фраза: «Пошла вон!». Она повторялась снова и снова. Приговором проносилась в моей голове, хотя касалась не меня.
Меня передернуло о воспоминании об этом.
Остановившись возле своей любимой коморки, а посмотрела сначала на право от нее – там была комната сто два; затем на лево – с этой стороны номер сто а.
– Нара же сказала сто два? – уточнила сама у себя. – Да, да, сто два. Ошибки быть не может.
Она уверенно сжала ручку двери, опустила и дернула на себя. Шагнула внутрь и застыла. Перед ее глазами оказалась обнаженная спина девушки с округлыми ягодицами. Девушка стояла на пьедестале неподвижно, не оборачиваясь на шум. Перед ней на диване лениво развалился барс. Без сомнений, это был тот самый вожак, Одеон.
Его тяжёлый, квадратный подбородок, копна черных волос с белоснежной прядью, острые и колкие глаза, поджатые губы с четкими контурами – все выдавало его личность. Нижняя губа была ровной, сужавшейся к краям, верхняя поднималась к центру, образуя тонкую полоску. Он выглядел намного старше, но определить возраст барсов было сложно – они жили дольше людей и погибали в битвах, а не от старости.
Время словно остановилось. Наши глаза встретились: сверкающий топаз его взгляда и мои болотно-зеленые глаза. Драгоценный камень и булыжник. Сердце пропустило удар. Я – покойница! Барс этого не простит. Никогда.
Нужно было бежать, закрыть дверь и спрятаться, пока Мадам не решит созданную мной проблему. Но я стояла на месте, как загипнотизированная. Одеон подался вперед и окинул меня изучающим взглядом. Он смотрел так пристально, что я невольно съежилась. Казалось, меня раздевают и оценивают как товар. Глупо. Я всего лишь прислуга, недостойная внимания. Но я нарушила священный ритуал. Хоть бы живой остаться после этого.
Я четко ощущала «фантомные прикосновения» барса, когда он резко бросил:
– Уходи!
Его магнетический голос резал душу, словно нож. В то же время меня накрыла волна облегчения. Это всё? Меня и правда отпускают? Спасибо, Многоликая! Наказание, конечно, последует, но уже после ритуала. Оставалось молиться, чтобы равнодушному барсу хотя бы эта девушка пришлась по душе. Тогда он будет настолько доволен, что простит мою оплошность или хотя бы выберет не суровое наказание. Хотя розги от Мадам мне теперь в любом случае обеспечены.
– Простите, простите, простите, – тараторила я, пятясь назад.
– Не ты! – его голос припечатал меня к месту.
– Что? – выдохнула я, ошарашенно смотря на барса. Мне послышалось? Он не мог требовать, чтобы я осталась? Сердце пропустило удар, но я не решалась нарушить его требование. Страх острыми иглами уколол позвоночник.
Он бросил раздраженный взгляд на девушку, что замерла перед ним, и грозно приказал:
– Пошла вон!
Мы обе вздрогнули. Раскат его бархатного голоса был настолько мощным, что девушка моментально слетела с пьедестала и в чем мать родила бросилась прочь из комнаты, шмыгнув мимо меня. Я только успела заметить ее затылок.
– Господин… – растерянно начала я, но он оборвал меня:
– Закрой дверь! – приказ, которому невозможно сопротивляться.
Дрожащими руками я потянулась к ручке двери и медленно закрыла её, отрезав себе путь к свободе. Мы остались наедине в комнате, где происходит инициация. Страх мерзкой змейкой пополз по спине, леденя нервные окончания. Ладошки вспотели.
– Подойди!
Я сглотнула. Хотелось воспротивиться, но барсам не отказывают. Не в этом месте. Не в этой комнате. Я сделала пару шагов вперед. Коленки задрожали, ноги налились свинцом.
– Пресвятая Многоликая, что же со мной будет!
Глава 2
Я попала в клетку к хищному зверю. По блеску в глазах поняла, что меня определила, как лакомую добычу, только верить в это не хотелось. Все еще надеялась, что сейчас появится Мадам и спасет меня. Скажет, что это ошибка. Нелепая случайность.
Только очередной приказ ударил как кулак в живот. Воздух покинул легкие. Я чудом не согнулась пополам. Выдержала это потрясение.
– Снимай одежду!
– Гос…
– Молча! – глубокий рокот заставил меня заткнуться.
Пальцы поднялись вверх к пуговицам на платья. Они не слушались и не желали выскакивать из петель.
– Быстрее!
Я старалась, правда старалась. Так же и сдержать слезы, но они уже заполнили уголки глаз. Нельзя показать слабость. Барсы этого не любят, а диких котов лучше не раздражать, ведь в порыве гнева они могут разодрать твое тело.
– Что же ты такая неученая? Я считал, что в Доме Невинности каждая прислужница хорошо обучена, – недовольно бросил он.
Невольно я ощутила стыд, словно и правда была нерадивой ученицей. А затем во мне проснулась дерзость, за которую Мадам часто наказывала.
– Меня не готовили быть Девой!
Хищные глаза прищурились.
– Платье, – напомнил он, игнорируя мой выпад.
Я выдохнула. Последняя пуговица вырвалась из плена, после чего я стащила платье с плеч, и оно повалилось вниз. Я осталась стоять перед ним в одной белоснежной комбинации.
– Дальше, – очередной приказ.
Пальцы подхватили лямки тонкой материи. Спустили их вниз, чтобы позволить повторить судьбу платья. Моя нагая грудь встретилась с его прищуренным взглядом. Я задрожала от того, что впервые находилась обнаженной перед мужчиной. Почти обнаженной. На меня еще оставались простые хлопковые трусики.
Время тянулось невероятно долго. Мадам уже давно должна была прийти, чтобы исправить эту ошибку, но складывалось впечатление, что меня отдали на потеху зверю. Какой будет моя судьба после произошедшего?
Оставят ли меня Доме Невинности? О замужестве стоит забыть. Возможно кто-то из человеческих мужчин и согласится взять меня в супруги, но только если Мадам раскошелиться на приданное. Однако неизвестно заплатит ли за меня барс, ведь я не состояла в списке подготовленных дев. Он вполне может испортить меня, как и всех предыдущих, но ни дать за это ни цента. Вот только я знала, что обычные мужчины меня не привлекают. От них я не чувствовала такого томления в теле, как от действий барсов со своими девами, которые подслушивала.
Для остальных барсов отныне я стану неприметной, отмеченной другим самцом. Мало кто позариться на меня после такого. Сейчас этот барс уничтожал мое будущее, а я ничего не могла с этим поделать. Как ягненок шла на заклание. Он холодный. Жестокий. Ни одна дева не способна пробиться сквозь его броню. Вскоре он закончит с проверкой и прогонит меня, как всех предыдущих претенденток. Тогда я смогу выпустить слезы наружу, сейчас же надо терпеть.
– Маленькая грудь, – с кривой ухмылкой бросил он.
Я стиснула зубы. Ненавижу его. Если я не нравлюсь ему, то почему не отпустит меня? Или даже в этом случае он желает осквернить мое тело?
Я и раньше задавалась вопросом, зачем он ходит сюда, если только портит Дев, но не принимает ни одну из них. Однако главе клана не отказывают. Мадам безапелляционно снова и снова подготавливала для него очередную жертву.
По злому року, я стала одной из них.
Невольно подняла руки и сжала свои холмики. Без задней мысли, а наоборот с желанием снова противостоять ему.
– Да, небольшая, но упругая, – продолжал комментировать он.
Стыд залил щеки, но злость внутри толкала на безумства. Взгляд барса застыл на моих руках, из-за чего я сжала пальцами свои соски. По спине устремился жар. Не знаю зачем я все это делала. Какой черт надоумил?
– Смелая, – хмыкнул он. – Дерзкая. Ни одна Дева себя так не ведет.
– Я не Дева, – ответила ему. – Я прислужница Дома.
– Ты сама пришла сюда, – напомнил он.
– Это ошибка. Глупая ошибка.
– Иногда ошибки стоят нам слишком дорого, – фыркнул он, а затем неожиданно поднялся.
Подошел ко мне. Из-за того, что я находилась на пьедестале наши глаза оказались на одном уровне, хотя стоит мне встать на пол, и моя макушка достанет только до его плеча. Невольно рукой прикрыла грудь, хотя минуту назад сама выставила ее на показ. Меня кинуло в пот. Эмоции сменялись одна за другой. Страх. Желание сражаться за себя. Проблески непонятного предвкушения. И возбуждение. Между ног образовалась знакомая тяжесть.
Я продолжала стоять и смотреть на него, не двигаясь.
– Сними все! – твердый приказ, как приговор, когда он потерял терпение от наших гляделок.
Осознание, что мои поступки вышли мне боком, накрывают с головой. Теперь барс не отступит. Я оказала ему сопротивление, а их хищная часть не терпит подобного. Он доведет свое главенство во что бы то ни стало.
– Пожалуйста… – Голос прозвучал хрипло, сдавленно.
Я просто не могла двинуться, чтобы выполнить его приказ. Просто не была способна на это. Он сам потянул ко мне руки. Отодвинул мою руку от груди. Опустил взгляд.
– Маленькая, – повторил он. – Люблю побольше, но…
Барс сжал один холмик, который идеально поместился в его ладони. Я вздрогнула. Внутри что-то отозвалось на его прикосновение. Вниз живота словно камень упал, а тяжесть от него становилась все мучительней. Те ощущения, которые я чувствовала, когда пряталась в подсобке и подслушивала чужие инициации, усилились многократно. Я не понимала почему. Он мне даже не нравился. Ни внешне, ни характером. Он подавлял. Уничтожал взглядом. Поглощал все ее силы к сопротивлению своей тяжелой аурой. Не зря во мне билось дикое желание убежать, скрыться от него.
И в то же время мне вдруг захотелось остаться. Спина невольно выгнулась, как будто тело потянулось к нему. Мужская рука продолжала сжимать грудь. Затем пальцы подобрались к соску и с силой стиснули его, потянули вверх. Искра боли отозвалась волной влаги между ног.
Я вскрикнула. Ничего не могла с собой поделать. Звук просто вырвался из горла, а его глаза вспыхнули голубым свечением, словно ему понравилась моя реакция. Воздух комнаты наполнил особенный концентрированный запах. Возбуждение. Его или мое, я не могла понять.
– Но в этом есть своя прелесть, – добавил он, плавно скользя пальцами вниз по моему животу. Я задрожала, пытаясь сохранить контроль, но внутренний огонь начинал разгораться, вопреки всему, что я знала о себе. В его глазах теперь не было холода – они искрились любопытством, как будто он видел во мне что-то неожиданное, непознанное.
Кожа на животе покрылась мурашками. Между ног образовалась невыносимо тягучая пульсация. Я ждала, когда его рука спуститься ниже. Почему она должна это сделать я не знала, но чувствовала, что мне это было необходимо и понимала, что если этого не произойдет, то мне станет хуже.
Как более опытный, он это тоже знал. И хотел помучить меня, потому что поднял свою ладонь снова вверх, сжимая теперь уже другую грудь. Он проделывал с ней те же манипуляции. Мне захотелось заплакать. На глазах выступили слезы, но я быстро заморгала, чтобы не показать ему свою слабость.
– Я… я не могу, – прошептала я, ощущая, как моя воля постепенно тает под его взглядом.
Барс улыбнулся, но его улыбка не была насмешливой – она была полна загадки и непроницаемости. Он наклонился ко мне, его губы буквально коснулись моего уха.
– Ты можешь гораздо больше, чем думаешь, – прошептал он.
Я сжала с силой сжала губы, закрыла глаза, пытаясь абстрагироваться, но это не помогало облегчить мои мучения. Внизу живота все тянуло с невероятной интенсивностью. Между ног стало так влажно, что я чувствовала, как эта влага распространилась по внутренне стороне ног.
Это было похоже на пытку. И в итоге я сорвалась. Невзирая на то, что барс стоял передо мной, опустила свою руку вниз и накрыла ноющее местечко. Пальцы моментально утонули во влаге. Даже не верилось, что она вся моя. Быстро раздвинула губки, чтобы надавить на чувствительную точку. Захныкала. Невольно задвигала бедра, параллельно растирая влагу по своему лону.
– Умница, – с неким предвкушением проговорил барс.
– Это не помогает, – пожаловалась ему, чувствуя острую потребность унять этот зуд.
– А обычно помогало? – хмыкнул он.
– Немного, – выдавила из себя признание. – Когда…
– Когда?
Я заткнулась, потому что чуть не призналась в подслушивании процесса инициации Дев.
– Когда!? – Надавил барс, из-за чего я тяжело сглотнул.
Воздух вокруг нас пропитался терпкими нотками. От них кружилась голова, а перед глазами плыло, в то время как пульсация внизу живота становилась все интенсивней. Мы с барсом словно находились в вакууме окутавшего нас запаха.
Дурман. Вот так бы я назвала его. Именно он толкнул меня на признание.
– Когда слышала, как барсы отдают свой нектар, – выпалила на одном дыхании.
– Не послушная девочка, – он поцокал языком, а затем сжал пальцами мой подбородок. – Ты подслушивала то, что происходит в закрытых комнатах?
– Да, – хрипло выдала.
– Очень хорошо, – вдруг прокомментировал он.
– Что?
Неожиданно он опустил свою руку, чтобы сжать мое запястье. Затем он оторвал мою руку от тела и поднял ее на уровне своего лица. Пальцы были перепачканы следами моего желания. Глядя мне в глаза, барс провел языком по ним. Я вздрогнула. Между ног словно электрический импульс прошел.
– Сладкая, – низким голосом произнес он.
Ноги подкосились и я устояла только благодаря силы воли. Мне безумно хотелось попробовать то, что обещали его глаза, но в то же время я невероятно этого боялась.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошла Мадам, моя мать. Она остановилась на пороге, уставившись на нас широко раскрытыми глазами. Я почувствовала, как заливаюсь краской. Все мое тело задрожало от стыда, но я не сдвинулась с места. Даже не повернулась к ней. Спиной легче выдержать этот позор.
– Алисия! Что ты здесь делаешь? – воскликнула она, глядя на меня с смесью удивления и гнева.
Барс отошел от меня, превратившись обратно в холодного и непроницаемого властителя.
– Я случайно… – начала я, но барс перебил меня.
– Она будет моей, – заявил он, указывая на меня. Его голос был тверд и решителен, как будто он принял какое-то важное решение. – Я забираю эту Деву.
В комнате наступила напряженная тишина. Мадам смотрела на барса с удивлением и недоумением.
– Что? Но она не Дева… Она моя дочь, – произнесла Мадам, все еще не веря своим ушам.
– Не важно. Я выбрал ее. Деньги будут переведены на счет Дома в течении часа. Удвоенная сумму.
Я стояла, не в силах поверить в происходящее. То, что происходило было больше похоже на дурной сон, а реальность. Я смотрела на барса, чувствуя смесь страха и некого восхищения. Но страха все же было больше.
Мадам, все еще ошеломленная, медленно кивнула. Она не могла возражать против воли вожака клана. Только не ему. Барсам вообще невозможно противостоять, но с кем-то другим, я уверена она бы нашла выход из ситуации. Вожак – это другое дело.
– Хорошо, – произнесла она с осторожным уважением. – Но, пожалуйста, отнеситесь к ней с пониманием. Она не готовилась к… такой роли и не знает обязанности Дев.
Барс бросил на мою маму скептический взгляд. Даже такая простая просьба звучала для него как оскорбление.
– С этой минуты она моя. Я буду поступать с ней как пожелаю.
Звучало пугающе.
– Ваша кто? – уточнила Мадам, снова рискуя своим положением.
Вожак прищурился.
– Вы – ее мать, поэтому я прощаю вам такую дерзость. Я забираю, как выбранную мной Деву.
Казалось, мама облегченно выдохнула, а вот я – нет. Я не росла, чтобы быть Девой. Во мне не было ни покорности, ни манер. Тем более я не желала становиться инкубаторов для его детей, ведь именно это первоочередная задача Девы – родить барсу наследника с его силой. Меня аж передернуло.
– Алисия, отныне ты принадлежишь мне, – продолжил барс, обращаясь ко мне с презрительной уверенностью.
Мой язык не повернулся сказать, что я не хочу, потому что я знала, что мое мнение учитываться никем не будет. Несмотря на то, что моя мать управляла Домом Невинности, она подчинялась желаниям барсов.
И этот конкретный барс, вожак одного из самых влиятельных кланов выбрал меня. И не просто наложницей, а своей супругой. Благодаря мне прославится не только наш Дом, но и моя мать. С подобными исходными моя судьба была решена.
– Вы не можете ее забрать. Инициация не завершена, – вдруг проговорила моя мама.
Мои глаза шокировано расширились. Я не знала, как должна завершится инициация, но ее подтверждением всегда была кровь Девы на белом покрывале, которым устилали диван для барсов.
– Даже вы должны следовать правилам. Иначе наступит хаос.
Барс прищурился. Зло так. Затем отошел от меня к своему дивану. В свете ламп блеснул острый коготь, которым он полоснул себя по ладони, после чего пустил пару капель на ткань. Сдернув покрывало, он вернулся ко мне и внезапно замотал меня в него таким образом, что кровавое пятно расположилось сверху в районе моего живота.
На обозрение всем, – догадалась я и покрылась жгучим румянцем.
После этого он с легкостью поднял меня на руки, словно мой вес для него ничего не значит. Мне ничего не оставалось как вцепиться в мужские плечи для поддержки.
– Это немного не то, что я имела ввиду, – как можно строже проговорила Мадам.
– Для вас и всех остальных этого будет достаточно. – Он был высокомерен и непреклонен. – Настоящую инициацию я проведу по законам моего клана.
И сказано это было так, что возражений он не потерпит. Его слова меня не успокоили. Наоборот, неизвестность напугала еще больше. Структура кланов барсов и их внутренние законы держались в секрете от людей. Мы знали лишь поверхностные факты. Девы, которые входили в клан, никогда не разглашали доверенные им тайны. Это каралось смертью.
Мама помолчала немного, но сдалась. Ей нечего было противопоставить могущественному вождю.
– Хорошо. Пусть будет так. – Она отвела взгляд, и не глядя на меня, сухо бросила: – Прощай, Алисия.
По спине побежал холодок.
– Тебя зовут Алисия? – Небрежно уточнил барс.
– Да. А вы Одеон. – Добавила, показывая, что я в курсе кто он.
– Верно. Ты можешь звать меня Одеон при личном общении, в других случаях я твой господин.
Промолчала, но вздернула подбородок. Казалось, его позабавила моя реакция.