- -
- 100%
- +
Оглавление
### Дисклеймер
### Глава 1.3. IQ 40. Новый Год
### Глава 1.2. IQ 100. Новый Год
### Глава 1.1. IQ 150. Новый Год.
### Глава 1.0. доГ йывоН.002
### Глава 02. Преугрюмился
### Глава 03. Подвод подлыжки
### Глава 04. Фотоны
### Глава 05. Обеспечение снимка
### Глава 06. Снимок психики
### Глава 07. Отпразднование отлёта
### Глава 08. Выравнивание давлений
### Глава 09. Продолжение происходящего
### Глава 10. Назойливость нахождения на станции
### Глава 11. Микро неприятность
### Глава 11. Иссушения АТФ
### Глава 12. Перечисление переговоров
### Глава 13. Гигапроблемы
### Глава 14. Тремор вдохновления
### Глава 15. Калибровка колебаний
### Глава 16. Продолжение прикосновения приближения
### Глава 17. Сочувственная бригада
### Глава 18. Кассация
### Глава 19. Давления падение пребывающее во мгле событий
### Глава 20. Прах к праху
### Глава 21. Завершённость
### Глава 22. Убили, забыли
### Глава 23. Второй командир
### Глава 24. Новый Год приходит. (два)
### Послесловие автора
### Аннотация
### Дисклеймер
Данный текст представляет собой художественное произведение в жанре научно-фантастической прозы. Все персонажи, события, организации, названия корпораций, технологические процессы и сюжетные линии являются вымышленными.
Любое совпадение с реальными людьми, живыми или умершими, реальными космическими программами (NASA, ESA, Роскосмос и др.), реальными корпорациями, реальными техническими характеристиками оборудования или реальными медицинскими протоколами — случайно и не является намёком или отсылкой.
Изображённые в тексте сцены гибели персонажей, небрежного отношения к безопасности, корпоративного цинизма, бюрократического безразличия и приоритизации прибыли над жизнью — являются художественным приёмом для создания драматического эффекта и критического высказывания, а не описанием реального положения дел в современной или будущей космической отрасли, медицине или бизнесе.
Параметры (давление, пульс, IQ, процентные показатели) используются исключительно как литературное средство для передачи психологического и физического состояния персонажа и не должны восприниматься как медицинские или статистические рекомендации.
Текст содержит описание смерти, медицинских осложнений и психологического угасания. Читателям, чувствительным к подобным темам, рекомендуется соблюдать осторожность или воздержаться от чтения.
Автор не пропагандирует и не одобряет изображённые модели поведения, включая сокрытие травм, игнорирование семейных обязательств, пренебрежение медицинскими протоколами или халатность.
Книга является художественным вымыслом. Любое реальное применение описанных сценариев к реальной жизни или реальным организациям категорически неверно.
### Глава 1.3. IQ 40. Новый Год
Он сидит за столом ровно, как на стуле в медсанчасти, — спина прямая, руки на коленях, ладони вниз. На вид ему под сорок, но выражение лица — детское, настороженное. IQ 40. Этого достаточно, чтобы обслужить себя, прочитать вывеску, но не понять, почему все вокруг смеются в одни и те же моменты.
За столом — его сестра Дженна (IQ 100 ровно, средний номинал), её муж Марк (IQ 110, работает в логистике в Цинциннати), племянница-подросток Софи (около 120, вся в телефоне) и мать Патриция (около 90, но с бытовой хитростью на 130). Новый год встречают по традиции: закуски, экран во всю стену с голографическим боем курантов Таймс-сквер, все с бокалами.
Дженна поворачивается к нему:
— Майк, ты чего не ешь? Бери вон то, красное.
Он берёт. Не то, что она показала, а первое, что левее. Кладет в рот, жуёт размеренно. Вкус его не интересует — он ест, потому что за столом едят.
Софи шепчет матери:
— А почему дядя Майк всегда молчит?
Дженна отвечает тихо, не поворачиваясь:
— Он просто отдыхает.
Марк поднимает тост:
— За то, чтобы всё плохое осталось в прошлом году.
Все чокаются. Майк чокается тоже, но на полсекунды позже, когда звон уже затихает. Он смотрит на свой бокал, на пузырьки, подносит к губам, но не пьёт — ждёт, пока выпьют другие.
Патриция кладёт ему руку на плечо. Он не вздрагивает, но напрягается — не от испуга, от того, что тактильный контакт для него требует отдельного решения: что с этим делать? Он накрывает её руку своей и держит. Это заученный паттерн, который она в него вложила за годы.
Дженна смотрит на это и отворачивается к окну. В окне — голограммы салютов над Манхэттеном, зелёные, синие, красные. Настоящего огня нет уже сто лет, но люди всё равно смотрят вверх.
Софи, не поднимая головы от планшета, говорит:
— Смотрите, смешной мем про салюты.
Она показывает телефон матери. Дженна смотрит, выдавливает улыбку. Марк смеётся громко, потому что он всегда смеётся громко, чтобы разрядить обстановку.
Майк не смотрит. Он смотрит на тарелку. Там лежит кусок красного, который он взял первым. Он ещё не доел.
Патриция наклоняется к нему:
— Вкусно?
Он кивает. Ему действительно всё равно, вкусно или нет, но кивок — это правильный ответ. Он это знает.
Куранты бьют в 00:00. Все обнимаются. Майк стоит посреди комнаты, руки по швам, и улыбается — той улыбкой, которой его научили. Он не знает, зачем это всё, но знает, что сейчас правильно улыбаться.
Дженна обнимает его последней, задерживает лицо у его плеча и шепчет так, чтобы никто не услышал:
— Живи.
Он отвечает, потому что это тоже заучено:
— Живу.
Она отходит, и он остаётся стоять под голографическим салютом, который сыплет в комнату синий, жёлтый, белый свет. Ему всё равно, какого цвета свет. Он просто стоит.
### Глава 1.2. IQ 100. Новый Год
Он сидит за столом свободно, откинувшись на спинку стула, одна рука на столе, другая — на колене. На вид под сорок, лицо обычное, взгляд живой, но без лишней остроты. IQ 100. Ровно средний. Не гений, не дурак. Норма.
За столом — его сестра Дженна (тоже 100), её муж Марк (110, логистика), племянница-подросток Софи (120, вся в телефоне) и мать Патриция (90, но с бытовой хитростью на 130). Новый год встречают по традиции: закуски, экран во всю стену с голографическим боем курантов Таймс-сквер, все с бокалами.
Дженна поворачивается к нему:
— Майк, ты чего не ешь? Бери вон то, красное.
Он смотрит, куда она показывает, берёт именно то, жуёт. Вкус нормальный. Он вообще всё время ест нормально.
Софи шепчет матери:
— А почему дядя Майк такой серьёзный сегодня?
Майк слышит, улыбается:
— Я просто голодный.
Софи фыркает, возвращается к телефону.
Марк поднимает тост:
— За то, чтобы всё плохое осталось в прошлом году.
Все чокаются. Майк чокается вовремя, смотрит в бокал, пьёт глоток. Вино терпкое, нормальное.
Патриция кладёт ему руку на плечо. Он не напрягается, просто кладёт свою руку сверху, на секунду сжимает, отпускает. Жест естественный, не заученный. Она улыбается ему, он улыбается в ответ.
Дженна смотрит на это и улыбается тоже, потом отворачивается к окну. В окне — голограммы салютов над Манхэттеном, зелёные, синие, красные.
Софи, не поднимая головы от планшета, говорит:
— Смотрите, смешной мем про салюты.
Она показывает телефон матери. Дженна смотрит, смеётся. Марк наклоняется, смотрит, ржёт. Софи довольно ухмыляется.
Майк смотрит на мем. Ему понятно. Не смешно, но понятно. Он кивает:
— Классика.
Софи удивлена, что он отреагировал. Она смотрит на него секунду, потом переводит взгляд обратно на экран.
Патриция наклоняется к нему:
— Вкусно?
— Да, нормально, — говорит он. И сам берёт ещё кусок, уже без подсказки.
Куранты бьют в 00:00. Все обнимаются. Майк обнимает Дженну, Марка, Софи, мать. Не слишком крепко, не слишком слабо, как принято.
Дженна, когда он её обнимает, шепчет ему в плечо:
— Рада, что ты здесь.
Он отвечает:
— Я тоже.
Она отходит. Он остаётся стоять под голографическим салютом, который сыплет в комнату синий, жёлтый, белый свет. Свет красивый. Он смотрит на него секунду, потом возвращается к столу, чтобы взять ещё вина.
Всё как у всех.
### Глава 1.1. IQ 150. Новый Год.
Он сидит за столом чуть расслабленнее, чем остальные, — не потому, что ему всё равно, а потому, что он уже давно оценил комнату, расстановку, мимику, уровни усталости и алкоголя и понял, что можно не держать спину. IQ 150. Мыслит аналитически: видит системы, прогнозирует исходы, знает, как устроены люди за этим столом и зачем они здесь сегодня. Но это не 200 — он не выпадает из реальности, не скучает, не презирает. Он просто наблюдает и участвует ровно настолько, чтобы всё шло гладко.
За столом — сестра Дженна (100), её муж Марк (110), племянница Софи (120, в телефоне) и мать Патриция (90, бытовая хитрость 130). Новый год, голографические куранты Таймс-сквер, бокалы, закуски.
Дженна поворачивается к нему:
— Майк, ты чего не ешь? Бери вон то, красное.
Он знает, что она говорит это не потому, что он действительно не ест. Она говорит, потому что ей нужно почувствовать себя заботливой старшей сестрой — это её роль за этим столом. Он берёт именно то, на что она показала, потому что это подтвердит её правоту и снизит её тревожность на 15–20%. Жуёт. Вкус нормальный, но он отмечает про себя, что картошка пересолена — Марк сегодня готовил, значит, Марк отвлёкся на Софи, значит, Софи перед ужином снова с ним спорила, скорее всего об учёбе. Он не будет это комментировать.
Софи шепчет матери:
— А почему дядя Майк такой серьёзный сегодня?
Майк слышит. У Софи подростковая потребность в драме, она ищет, за что зацепиться. Если он скажет «я просто голодный», она успокоится через 30 секунд. Если скажет что-то остроумное — привяжется на весь вечер. Он выбирает первый вариант.
— Я просто голодный, — говорит он, улыбаясь ровно настолько, чтобы снять напряжение, но не привлечь внимания.
Софи фыркает и возвращается в телефон. Он знает, что через 15 минут она покажет мем. Он уже может предсказать, что это будет: что-то про салюты или про семейные праздники. Мемы этого цикла он видел на работе ещё вчера.
Марк поднимает тост:
— За то, чтобы всё плохое осталось в прошлом году.
Майк чокается. Он знает, что Марк не верит в тосты, но произносит их, потому что так надо. Марк — хороший человек с IQ 110, который компенсирует недостаток скорости мышления упорством и надёжностью. Дженне с ним комфортно, и это главное. Майк делает глоток вина — ровно один, потому что через полтора часа начнётся фаза, когда Патриция начнёт плакать от умиления, и лучше быть трезвым, чтобы корректно это обработать.
Патриция кладёт ему руку на плечо. Это её способ убедиться, что он здесь, что он не исчез, как исчез отец двадцать лет назад. Он кладёт свою руку сверху, сжимает ровно на три секунды — достаточно, чтобы она почувствовала тепло, но не так долго, чтобы это стало неловко. Она улыбается. Он улыбается в ответ. Её тревожность снижается на 40%. Задача выполнена.
Дженна смотрит на это и отворачивается к окну. Дженна ревнует к вниманию матери, это длится с детства. Он знает это, но не может исправить — только не усугублять. Он не будет сейчас подходить к Дженне с объятиями, это будет выглядеть как реакция на её ревность, а она этого не простит. Он подойдёт через час, когда она сама переключится.
Софи, не поднимая головы, говорит:
— Смотрите, смешной мем про салюты.
Майк смотрит. Мем действительно из сегодняшней подборки. Он видел его в 14:30. Социологический контекст мема — ирония над тем, что голографические салюты повторяют паттерны живых огней, хотя никто из ныне живущих живых огней не видел. Софи этого не знает, ей просто смешно. Марк ржёт, потому что он ржёт на всё. Дженна смеётся, потому что ей нужно казаться весёлой.
Майк говорит:
— Классика.
Софи удивлена. Она ожидала, что он не поймёт или проигнорирует. Он поймал её ожидание и перебил его ровно одним словом. Она смотрит на него секунду, потом возвращается к телефону. Её оценка дяди сегодня повысилась на 5%. Незначительно.
Патриция наклоняется к нему:
— Вкусно?
— Да, — говорит он. — Картошка удалась.
Это комплимент Марку. Марк слышит, улыбается. Марк будет помнить это до конца вечера и станет чуть спокойнее. Дженна получит более расслабленного мужа. Система стабильнее.
Куранты бьют в 00:00. Все обнимаются. Майк просчитывает порядок: сначала Марк обнимает Дженну, потом Дженна — Патрицию, потом Марк — Софи. У него есть 12 секунд, чтобы не создать пустоты. Он подходит к Патриции после Дженны, обнимает ровно четыре секунды, говорит «С Новым годом» нейтральным тоном. Потом обнимает Дженну — на секунду дольше, потому что ей нужно больше.
Дженна шепчет ему в плечо:
— Рада, что ты здесь.
Он знает, что она имеет в виду: «рада, что ты приехал, а не остался в городе один». Он знает, что за этим стоит страх, что он станет таким же отстранённым, как отец. Он не станет. Но она всё равно боится.
Он отвечает:
— Я тоже.
Этого достаточно. Больше слов перегрузят её. Меньше — обидят. Ровно.
Она отходит. Он остаётся стоять под голографическим салютом, который сыплет в комнату синий, жёлтый, белый свет.
Синий — частота 450–495 нанометров, стимулирует бодрость, маркетологи используют для «честных» продуктов. Жёлтый — 570–590, имитация тепла, добавляется в бытовые голограммы для ощущения уюта. Белый — полный спектр, сигнал истины, но в бытовых салютах его доля всего 12%, остальное — подмес.
Он смотрит на это всё, фиксирует, анализирует. Но не отключается. Потому что это не его работа — разбирать салюты. Его работа сейчас — быть здесь.
Он возвращается к столу, берёт ещё вина, садится. Софи наконец отрывается от телефона и говорит ему:
— Дядя Майк, а ты правда всё это понимаешь?
Он смотрит на неё. Она не про мем. Она про него.
Он говорит:
— Понимаю.
Пауза.
— Но это не главное.
Софи думает три секунды, потом кивает. Она не поняла, но запомнит. Через несколько лет поймёт.
Марк наливает всем добавки. Дженна смеётся над чем-то, что сказал Марк. Патриция смотрит на Майка и наконец перестаёт тревожиться.
Всё идёт по сценарию. Хорошему.
### Глава 1.0. доГ йывоН.002
…Он сидит в кресле у окна. Все уже разошлись по комнатам. Голографический салют погас. Синий, жёлтый, белый — спектр распался, остался только серый свет дежурной подсветки.
Он мог бы сейчас встать, подойти к Патриции, сказать те слова, которые наконец снимут с неё груз двадцати лет. Он знает эти слова. Он знает их с двенадцати лет. Он никогда их не скажет.
Он мог бы подойти к Дженне и сказать, что не винит её. Он знает, что ей нужно это услышать. Он не скажет.
Он мог бы сказать Софи, что она не обязана ничего доказывать. Он знает, что это остановит её внутреннюю гонку на годы вперёд. Он не скажет.
Он не делает. Психика не хочет. Или хочет, но не может. Разницы нет.
---
Остался один. Все спят.
Софи ушла последней, через десять минут после того, как задала вопрос. Она спросила: «Дядя Майк, а ты правда всё это понимаешь?» Он сказал: «Понимаю». Она ждала продолжения. Он промолчал. Она ушла.
Он знает, что это был её последний вопрос в этом возрасте. Завтра она начнёт думать иначе. Он мог бы направить её мысль. Не направил.
---
Дженна обняла его перед уходом. Шепнула: «Рада, что ты здесь». Он сказал: «Я тоже». Она ждала «я тебя люблю» — он не сказал. Она отпустила. Он знает, что она уснёт сегодня с мыслью, что он такой же, как отец. Он мог бы это исправить. Не исправил.
---
Куранты отбили. Двенадцать. Все обнимались. Он обнимал по порядку, но не потому, что просчитал — просчитывать здесь нечего, это автомат. Он обнял Марка — Марк пахнет потом и лаком для волос, Марк через три года уйдёт от Дженны, он это знает, мог бы сказать, не сказал. Обнял Софи — Софи напряглась, потому что ждала от него больше тепла, он не дал. Обнял Дженну — Дженна искала его глазами до этого весь вечер, он делал вид, что не замечает. Обнял Патрицию — Патриция заплакала, он не вытер её слёзы.
---
Патриция положила ему руку на плечо за полчаса до курантов. Он положил свою сверху, сжал на три секунды. Она успокоилась. Он знает, что если бы сжал на пять — она бы успокоилась до конца вечера. Он сжал на три.
---
Марк поднял тост за час до курантов. Сказал: «За то, чтобы всё плохое осталось в прошлом году». Майк чокнулся. Он знает, что Марк через полгода узнает о своём здоровье то, что изменит всё. Марк не знает. Майк мог бы намекнуть. Не намекнул.
---
Софи показала мем за час с небольшим до курантов. Он видел его в 14:30. Сказал «классика». Софи удивилась. Он знает, что если бы добавил «но салюты раньше были красивее» — она бы заинтересовалась, начала спрашивать, разговор бы пошёл, она бы запомнила этот вечер. Он не добавил.
---
Дженна спросила его за полтора часа до курантов: «Майк, ты чего не ешь?» Он взял красное, на которое она показала. Он знает, что если бы взял сам, без её подсказки, она бы почувствовала себя ненужной. Он взял с подсказки. Она почувствовала себя нужной. Но она почувствовала это неправильно — как контроль, а не как любовь. Он знал, что так выйдет. Мог выбрать другой вариант. Не выбрал.
---
Он вошёл в квартиру за два часа до курантов. Все уже были в сборе. Он поздоровался со всеми, сел в кресло у окна — то самое, в котором сейчас сидит. Не помог накрыть. Не спросил, как дела. Просто сел.
Он знает, что это решение — сесть в кресло, а не на кухню — определило весь вечер. Он знал это, когда садился. Сел.
---
Он вышел из лифта за два часа и десять минут до курантов. Дверь была открыта, слышны голоса. У него было три секунды, чтобы войти с улыбкой, обнять всех, начать вечер правильно. Он вошёл с нейтральным лицом.
---
Он ехал в такси за три часа до курантов. Смотрел на огни города. Мог попросить водителя остановить у магазина, купить цветы для Патриции. Не попросил.
---
Он собрался выходить из дома за четыре часа до курантов. Знал, что если возьмёт с собой ту книгу, которую Патриция просила год назад, она расплачется от счастья. Книга лежала на столе три месяца. Он не взял.
---
Он проснулся в тот день за четырнадцать часов до курантов. Встал. Умылся. Посмотрел в зеркало. Знает всё. Может всё. Сделает не всё.
---
Он сидит в кресле у окна. В комнате тихо. Где-то за стеной Патриция плачет во сне. Он знает, что если сейчас встанет и войдёт — всё изменится. Он не встаёт.
Психика не хочет. Или не может. Разницы нет.
Он сидит. Смотрит в окно. Там, за окном, гаснет последний салют — белый, жёлтый, синий. Он знает точный процент каждого цвета. Он знает, почему они выбрали именно эти. Он знает, кто выбрал. Он знает, сколько это стоило. Он знает, что всё это — маркетинг, смешивание психики, сингулярность, традиции, оковы, повторяющиеся паттерны.
Он знает всё.
И ничего с этим не делает.
### Глава 02. Преугрюмился
**Полоса 1. Событие**
Майк сидит в кабинете руководителя лётной службы NASA в Хьюстоне. Ему предлагают место в экипаже миссии «Арес-9» — первый пилотируемый полёт на Марс с посадкой. Он соглашается. Контракт подписывает молча. Выходит из кабинета через 4 минуты 20 секунд после входа.
За дверью его ждёт Дженна. Она прилетела из Цинциннати. Она хотела отговорить. Она видит его лицо и ничего не говорит.
Они идут к лифту. Он нажимает кнопку. Она смотрит на него. Он смотрит на дверь.
Никто из них не произносит ни слова.
На парковке он открывает ей дверь машины. Она садится. Он обходит капот, садится за руль. Они едут молча 15 минут до отеля. У отеля она выходит. Не закрывает дверь. Стоит секунду. Он смотрит прямо перед собой. Она закрывает дверь. Заходит в отель.
Он уезжает.
Через три дня она узнаёт из пресс-релиза, что он подписал контракт.
---
**Полоса 2. Телесные ощущения**
В кабинете, когда подписывает:
— Давление: 118 на 76.
— Пульс: 64.
— Добрость: нет.
— Скука: нет.
— Дыхание: ровное, 12 циклов.
На парковке, когда Дженна садится:
— Давление: 122 на 79.
— Пульс: 71.
— Во рту привкус металла.
— Дыхание переходит на грудное, 16 циклов. Выравнивает через 40 секунд.
В отеле, после того как она вышла:
— Останавливается на выезде с парковки. Сидит 2 минуты.
— Пульс: 68.
— Чувство в затылке — тупое, давящее. Длится 15 секунд. Проходит.
Ночью после подписания:
— Спит 3 часа 20 минут. Лежит с открытыми глазами. В голове — синий.
---
**Полоса 3. Оценка события**
Деньги:
— Контракт: 184 000 долларов в год база. Марсианская миссия: плюс 340 000 страховых и бонусных.
— На счетах Майка: 1 870 000 долларов накоплений.
— После подписания переводит Дженне 200 000 долларов. Без объяснения. Она не отвечает. Деньги не возвращает.
— Матери покупает новый климат-контроль в дом. 14 000 долларов. Она звонит: «зачем?» Он: «чтобы не мёрзла». Она: «я не мёрзну». Он: «теперь не будешь». Она молчит. Кладёт трубку.
Физическая мощь:
— VO2max: 58.
— Мышечная масса: 82 кг при росте 185 см.
— Жим лёжа: 120 кг. Становая: 180 кг.
— Восстановление после максимальной нагрузки: 90 секунд.
— Через две недели увеличивает нагрузку на 15%. На третьей неделе рвёт заднюю поверхность бедра на левой ноге. Лёгкая степень. Восстанавливается за 12 дней. Никому не говорит.
Ментальная:
— IQ: 200.
— Симуляции полёта: 100% в трёх из трёх.
— MMPI-4: 98-й процентиль.
— Через месяц проходит внеплановое психологическое тестирование. Проходит. В анкету вписывает: «семейные обстоятельства не влияют на профессиональную пригодность».
— Ночью после теста пишет в личном файле: «Я знаю, что делаю. Это не значит, что я хочу это делать. Но я делаю». Закрывает. Компьютер сохраняет автоматически. Оставляет.
Возможности исходов (его оценка в момент подписания):
— Успешное выполнение миссии, возвращение: 68%.
— Смерть: 24%.
— Возвращение инвалидом: 8%.
---
**Полоса 4. Традиции, религия, привычки, оковы для поведения, повторяющиеся паттерны**
Традиции:
— Ночь в гостевом доме Космического центра, где останавливались астронавты «Аполлона». Майк проводит. Не спит. Смотрит на фотографии.
— В 3:15 ночи замечает на одной из фотографий астронавта, чья жена подала на развод за две недели до старта. Майк знает эту историю. Смотрит на лицо астронавта. На лице — улыбка.
— Перед подписанием руководитель лётной службы говорит: «Godspeed, Mike». Майк кивает.
Религия (у главного героя её нет):
— У Майка нет.
Привычки:
— За три дня до подписания перестал пить кофе.
— После подписания начинает просыпаться на час раньше — встаёт в 5:23 вместо 6:30.
— Перестаёт пользоваться столовыми приборами левой рукой. Тренирует правую.
Оковы для поведения:
— Не может сказать Дженне, что летит. Она попросит не лететь. Он не умеет отказывать ей в лицо.
— Не может сказать Патриции правду. Она будет звонить каждый день. Он не вынесет.
— Не может отказаться от миссии. Потому что тогда объяснять придётся всем.
Повторяющиеся паттерны:
— В NASA: астронавт принимает решение, не советуясь с семьёй. Майк знает, что этот паттерн разрушил 73% браков среди астронавтов первого марсианского набора. Он повторяет паттерн.
— В семье: Патриция делает вид, что ничего не происходит. Её паттерн со времён отца. Отец ушёл, когда Майку было 12. Патриция сказала: «ничего не случилось». С тех пор она говорит так на всё.