Суженый, ряженый…

© Василиса П., 2024

ISBN 978-5-0062-5116-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Анна Колосова жила в небольшой деревушке с самого рождения. Темный хвойный лес был ее вечным соседом и другом. Он окружал деревню со всех сторон, словно вековая стена.

В деревушке теперь осталось мало людей, на пальцах можно было сложить количество жилых домов на улице. А улица здесь была всегда одна. Большинство сбежали в город, что был в семидесяти километрах на юг, а второе большинство просто пришло к своему жизненному концу. Странно было понимать, что двадцатилетняя девушка остается здесь по своей воле. Что-то менять – да, но уезжать отсюда она вовсе не собиралась.

Обожание леса и тишины вокруг всегда возвращало ее из шумного города. Она будто теряла там, в людном месте, свои жизненные силы, да и саму тягу к жизни. Последний ее отъезд случился в начале лета. Три знойных месяца Анна подрабатывала в небольшом кафе. Но к началу осени снова вернулась домой, обессиленная и нездоровая.

Спрятавшись от всего мира, маленькая деревня продолжала жить своей собственной жизнью.

Вечер перед праздником

Осень начиналась и заканчивалась дождями. Но это было лучшим временем для теплых вечеров. Анна жила с матерью вдвоем, с тех самых пор, как отчим Анны, Виктор Сергеевич Колосов, пропал в этих местах семь лет назад. Он был ученым-геологом, часто и долго бывал в экспедициях. И его отсутствие теперь было настолько привычным, что Анна принимала это совершенно иначе, чем остальные. Надежда на то, что когда-то он вернется и войдет в дом, не покидала девушку ни на минуту.

Частым гостем в доме Анны и ее матери была тетушка Вера. Она жила в самом начале улицы почти в двух километрах от них.

Вера была давней подругой матери Анны. Высокая статная женщина с густой шапкой седых волос. Она всегда, кажется, была весела и всегда ее оптимистическое настроение передавалась Катерине, матери Анны. Чему девушка была безумно рада.

Сегодняшний вечер не стал исключением. В преддверии ночи всех Святых, Катерина и Вера пекли тыквенный пирог. С небольшой кухни, окна которой выходили прямо во двор, доносился сладостный аромат корицы и лимонного чая, а вслед за ним тихое пение двух женских голосов. Катерина любила петь, когда готовит, особенно если это сладкий пирог. Хрупкая женщина с виду, она была настолько сильна и полна жизни, что, казалось, ее хватило бы еще лет на сто.

Анна долго не решалась нарушить их уединение. Несмотря на все обожание, девушка знала, что разговоры на кухне заканчивались темой о женихах… Аромат корицы упрямо проникал в спальню.

– В городе сейчас первый снег выпал, – говорила гостья, когда Анна вошла на кухню.

Теплый воздух от духовки наполнил маленькую комнату. Столешница еще была засыпана мукой, а на плите похрипывал чайник. Тетя Вера расставляла на круглом обеденном столе белые блюдца. Катерина быстро разрезала пирог и присела на высокий деревянный стул за стол.

– … В каком же городе снег? – спросила Анна, наливая себе в кружку горячий чай. – У нас снова дождь… – Анна обернулась через плечо на женщин за маленьким столом. – Вы чего молчите-то?

Тетушка странно переглянулась с мамой и улыбнулась.

– Да это, – начала тетя Вера, заикаясь. – Мы тут жениха тебе нашли…

Анна вскинула одну бровь от удивления.

– Где искали? В моем шкафу? – девушка сделала глоток чая, продолжая стоять у плиты.

– В каком шкафу? – мама слегка побледнела.

– В смысле? – тетушка истерически просмеялась.

Анна тяжело выдохнула, не желая заводить этот разговор. Но отвертеться еще ни разу не удавалось.

– Что за жених? – Анна присела к ним за стол и, сложив руки на груди, вновь посмотрела на каждую из женщин. – Ну?

Мама положила кусок пирога на малюсенькую тарелочку и подвинула дочери.

– Хороший жених, образованный… – продолжала тетя Вера.

– Слава Богу! – Анна быстро сложила ладони вместе. – Уже плюс! До этого то все одни неграмотные да неучи были!

– С перспективой! – намеками говорила тетушка.

– О! – Анна поближе наклонилась к женщине. – А квадратных метров сколько? Точнее можно?

– Анна! – мама пригрозила дочери пальцем.

– Да не под стать я такому, мам!? – Анна откусила пирог и, жуя, продолжала. – Вот если бы у него хотя бы царство свое было!..

– Какое царство? – тетушка перестала улыбаться.

– Да хоть загробное… Все же перспектива! На будущее! – Анна снова сделала глоток и замолчала. В комнате повисла тишина.

– Ты чего язвишь нам? – мама сердито взглянула на дочь. – Тебе уже двадцать один, а ни семьи, ни работы нормальной…

– А ты подумай, Анечка, переедешь в город… – тетушка нашептывала страшно восхваляющим тоном.

– Снег там. А я дождь люблю… – не сдавалась Аня.

– Так, – мама старательно сдерживала эмоции. – Что с тобой твориться такое…

– Да не надо мне женихов навязывать! Я нормального суженого жду…

– Ты его до старости ждать тут собралась? – вмешалась тетушка.

– До понедельника, почему до старости? – быстро ответила девушка.

– А? —мама испуганно глянула в календарь на стене. – Аня, сегодня вторник!

Анна так же испуганно прижала свои ладошки к груди.

– Невероятно! – тем же тоном воскликнула она. В комнате снова повисла тишина. – Что ж… Наверно, номер ему мой дали?

Тетушка молча кивнула в знак согласия и тут же раскраснелась.

– Ну, он так хорош собой, Аннушка! – оправдывалась она.

– Ага, знаю я ваше «хорош собой»… Килограмм сто двадцать в спокойном состоянии… Ни пиджак не сходится, ни кепка не лезет… Бросайте вы это мной неблагодарное дело! А раз уж такой и эдакий он, так себе берите! – быстро заговорила Анна, едва сдерживая недовольство.

– Куда уж нам? Возраст не тот! – хихикнула тетушка вновь.

– А это вообще-то модно сейчас!.. – Анна встала. – Будете его пирогами кормить и говорить какой он секси-бой, а я-то куда!? Да таких как я на костре сжигали в прошлом веке еще… Худая, как скелет, не покладистая, черная, – девушка поправила свои черные длинные волосы. – Как смерть… И это даже не с утра!

– Давай-ка, Анна, ступай к себе… – мама не выдержала. – Тебе все шуточки… а я внуков хочу!

– Ты подумай! – тетушка никак не отступала. – Его кстати Андрюшкой зовут…

– Уже! Уже два раза подумала: сначала, когда он мне звонил, потом, когда к вам на чай зашла… Без царства – не пойду! – Анна забрала тарелку с пирогом и чай, быстро выскочив из кухни.

Мама глубоко вздохнула, провожая дочь взглядом.

– Неужели и я такой была?..– спросила она подругу.

– Нет, Катюша, ты на полцарства повелась… – тетушка наконец откусила свой пирог, а мама закатилась от смеха.

Гадание

Осень хмурилась проливным дождем. Девушка долго смотрела на мерцающий сквозь деревья фонарь, перелистывая большую книгу. Женихи ее не волновали. Точнее говоря, волновал только один единственный. Суженый. Мама такие затеи не одобряла, а попробовать очень хотелось.

В последнюю ночь октября Анна совсем не спала. Дождалась, когда тетушка уйдет домой и в доме потухнет свет. Лежа в серой комнате, она слышала за окном вой ветра и громкие капли дождя.

К полуночи все стихло. Наконец-то. Заранее приготовленная коробка ждала ее под кроватью. Босые ноги чувствовали прохладу после теплой постели. Белая длинная сорочка, словно облако среди темных туч, безмолвно запорхало по комнате. Анна расставляла свечи по кругу. Что-то тихо нашептывала себе под нос. Голос в ее молодой головушке бесконечно подсказывал что делать.

– Свечи в круг, – вдруг заговорила она, встав в самом центре воскового пламя. – Приди мой друг, – девушка медленно опустилась на колени и поставила перед собой маленькое круглое зеркало. – Сквозь сон и мглу… – черные глаза девушки отразились в зеркале. Черные длинные локоны волнами спадали по плечам и груди. – Тебя зову…

Она повторила слова трижды, настойчиво, повелительно. И замолчала. Ветер снова завывал за окном жутким стоном. Казалось, даже занавеска подлетает. Свечи ровно горели, тихо перешептываясь меж собой.

Мелькнула тень. Анна вздрогнула, но глаз от зеркала не отводила. Нельзя. Голос в голове почти смеялся над ней.

«Дура,» – подумала она, с отчаяньем вздохнула, закрыла глаза на секунду, а когда вновь открыла, то увидела не свое отражение, а чернобрового брюнета.

Глаза его хитро смотрели на нее.

– Дождись меня, – сказал он и исчез. Зеркало стало черным. Все свечи вмиг потухли. Ничего не видно. Сердце бешено застучало.

Серая комната теперь была не пуста. Анна пробралась в постель и краем глаза еще долго видела его тень у окна. Занавеска поднялась и медленно опустилась обратно.

«Нагадалась… " – говорил теперь голос в ее голове.

Осенним дождливым утром рассвет приходит поздно. Но лучше так, чем никогда.

Покровитель

Просыпаться отчего-то было тяжело сегодня, будто всю ночь Анна бодрствовала. Она осмотрела свою комнату. Высокий шкаф у двери с зеркалом в полный рост сейчас казался ей великаном, напротив коричневый письменный стол с высокой настольной лампой, а на самом краю коробка из-под обуви. Над столом – книжная полка с парой десятков книг и журналов. Все было, как и раньше, но до ужаса не привычно. Белый потолок светился полосками солнечных лучей, а на дощатом полу застыли восковые свечи в страшных гримасах. Где-то внутри похолодело, вспомнилось вчерашнее гадание и тот, кто теперь из головы не выходил.

– Долго ли ждать? – сама у себя спросила девушка, не понимая боится она или все же надеется.

Сквозь лиловые занавески пробиралось еще теплое осеннее солнце, на подоконнике в кормушке теснились шумные воробьи, задорно перекрикивая друг друга. Анна села, распахнув шторы. Маленькие серые шарики птиц встрепенулись, но тут же уселись обратно в кормушку. – Не буянить… – шепнула она им через стекло.

Девушка медленно поднялась с кровати. Бессилие эхом раздавалось по всему телу. Осторожно обошла круг из холодного воска и, обув комнатные тапочки и накинув махровый халат, направилась к двери.

– Свечи стоит убрать, – услышала она. Быстро обернулась. Никого. Легкая дрожь страха разбежалась от макушки до пят.

Свечи действительно выглядели глупо при дневном свете, да и мама вряд ли одобрит. Еще раз пристально осмотрела комнату. Вернулась, сложила все свечи и зеркало в ящик из-под обуви, что стоял на столе, и для надежности спрятала его под кровать. Только она закончила, как дверная ручка дернулась и в комнате показалась голова матери.

– Проснулась? Займись тогда завтраком, а я по хозяйству… – громкий голос матери тут же вернул девушку в реальность.

– Хорошо, мам, – ответила Анна и с облегчением выдохнула. Мама закрыла дверь. – Фух…

– Шесть яиц и стакан молока…

Анна снова услышала странный мужской голос в своей голове, подсказывающий ей рецепт омлета.

Точно! Мама обожает омлет.

Девушка быстро направилась на кухню, осматривая на ходу каждый угол дома.

Чайник засвистел пять минут спустя. На сковороде еще шкварчал омлет, когда мама вновь вошла в дом.

Анна быстро разлила чай по чашкам и села за стол. В центре стола на большой тарелке лежали кусочки вчерашнего пирога, накрытые легким вафельным полотенцем.

– Прекрасный денек сегодня будет, – женщина улыбнулась дочери сквозь открытую дверь кухни, снимая на ходу теплую куртку и платок. – Неважно выглядишь, Анют…

– Скажи, что плохо спала, и пошли уже отсюда… – вновь раздалось то ли внутри, то ли снаружи.

– Это что? – мама зашла на кухню.

– Так ты тоже это слышишь? – Анна даже обрадовалась.

– Такие запахи сложно не услышать! – мама улыбнулась, наклонилась и поцеловала Анну в щеку. – Как пахнет!

– А, омлет… – девушка вдруг поникла. – Я уже поела, немного полежу еще… Плохо спала…

– Не забудь про поход в лес… Тетя Вера зайдет за нами около девяти, – вдогонку заговорила мама, когда Анна уже почти скрылась в своей комнате.

– Помню, —громко ответила девушка и закрыла за собой дверь.

– Да, не бойся ты меня так, – голос был на столько близко, что Анна невольно обернулась. Странная тень в зеркале в черном смокинге и широкой мужской шляпе смотрела на нее сквозь плечо. Анна взвизгнула от неожиданности, но тут же замолчала – мужчина приставил указательный палец к своим губам и приятно улыбнулся. Глаза девушки округлились от страха, она побледнела. – Сама же звала…

Девушка медленно оглянулась, но снова никого не увидела.

– …Аня? Все хорошо? – через дверь крикнула мама. Быстрые шаги приблизились к двери. – Аня? – женщина заглянула в комнату.

– Да, – растерянно отвечала девушка, поправляя халат и озираясь по сторонам. – Мне показалось, что в комнате… Мышь. – улыбка мелькнула на ее лице, она поправила волосы. – Просто показалось, мам…

– Ладно, – женщина недоверчиво осмотрела дочь с ног до головы и закрыла дверь.

– Мышь? – с некой обидой в голосе переспросил мужской голос. – Забавно. Мышью меня еще не называли.

– Ты кто? – шепотом спросила Анна, снова повернувшись к зеркалу. Незнакомец по-прежнему стоял позади нее.

– Долгожданный твой, – усмехнулся мужчина.

– Ты не настоящий, – голос Анны срывался.

– Самый настоящий…

– Я не понимаю… – Анна оглянулась через плечо и вновь посмотрела в зеркало. – Ты только в зеркале видим…

– Но ты можешь меня слышать, что тоже плюс…

Анна видела, как мужчина теперь расхаживал по комнате, рассматривая предметы на книжной полке. Вдруг он остановился у окна, присел на кровать и осторожно постучал в стекло резвящимся воробьям. – Какие забавные птички…

– Ты пришел за мной? – осторожно шептала девушка.

– К тебе. Ты хотела, ты просила, рано или поздно мы бы встретились… И вот я здесь. Не бойся меня. Тебе я вреда точно не принесу. Немного взял твоих сил… Сегодня, но только сегодня… Переход тяжеловат вышел…

– Переход откуда? – Анна замерла на месте.

– Ты слишком много хочешь сразу знать, моя хорошая, – мужчина обернулся на нее, улыбнувшись белозубой улыбкой. Только сейчас Анна смогла разглядеть его знакомое лицо.

– Я тебя знаю! – воскликнула она и быстро повернулась к нему. Но в комнате снова никого не было.

– Я надеялся, что ты вспомнишь меня…

– Но, – Анна отстранилась от зеркала. Мужчина стоял прямо за ней. – Ты тут даже если я не вижу тебя?

– Просто знай, что я рядом… И маме не говори, – он смотрел ей в глаза через зеркало. – Пусть это будет наш секрет… Как и свечи под кроватью…

– Анна! – мама напоминала о времени. – Поторопись!

Анна быстро открыла дверцу шкафа, взяла оттуда джинсы и свитер.

– Не смотрю, – понимающе говорил мужской голос. – Только когда сама того захочешь…

Дверца шкафа закрылась. Зеркало вновь отражало чернобрового мужчину в черном костюме.

Лес. Озеро. Русалка

Анна плелась позади двух давних подруг – своей матери и тетушки Веры. Ходить по грибы было их давней традицией. Свои места, свои темы и даже грибы свои, кто как любит. Корзины в их руках еще были пусты. До леса оставалось не больше пары сотен метров.

– А может к озеру свернем!? – вдруг обернувшись, выдала тетушка. В отличии от мамы, тетя Вера была совсем не худенькой женщиной лет пятидесяти. У нее были кудрявые белые волосы, вечно уложенные в пышную прическу, чему могла позавидовать любая женщина ее возраста. Мама же закрывала свои редкие седые пряди платком, завязав его словно бандану под маленьким пучком на затылке.

– К озеру?.. – мама сомневалась. – Там грибов нам не найти…

– Зато фотки хорошие сделать можно! – тетя Вера, игриво подмигнуло Анне.

Анна тут же улыбнулась, стараясь ничем не огорчать мамину подругу.

– Ты их есть собираешься? – мама засмеялась, но к озеру все же свернула.

– Зря, – тихо заговорил мужской голос рядом с Анной. – Не время к озеру идти…

– Почему? – Анна никак не могла свыкнуться с мыслью, что мрачный мужчина из зеркала где-то рядом.

– Вода – это тоже зеркало… Мало ли, что выйдет там… – голос мужчины стал жестче. Говорил он нехотя, ни то, что утром.

– Мама любит это озеро, и тетя Вера тоже… У них там пол жизни прошло… – Анна рассуждала, успокаивая то ли себя, то ли голоса в своей голове.

– И что? Много у них счастья было от этого озера? Не ходи ты туда, пусть сами…

– Я может тоже озеро люблю? – Анна даже остановилась. Следовать указаниям призрака было странно.

– Я предупредил.

Озеро было покрыто лучами полуденного солнца. Краски деревьев действительно впечатляли. Вековые сосны и ели, словно свечки, окружали воду, а пестрые кустарники желтого и красного цветов будто напоминали вечнозеленой хвое о быстротечности времени.

– Красота!!! – мама сияла вместе с тетей, любуясь картиной вокруг.

– Мам, а может пойдем все же грибы искать…? – отчего-то спросила Анна, тут же закрыв рот рукой. Словно это сказала не она.

– Сейчас мы немного посидим и пойдем, дорогая, – ответила та.

Старая лавочка стояла под большой ивой. Обе женщины присели здесь. Анна вдруг почувствовала жуткий страх. И, подходя ближе к воде, он только усиливался. Девушка наклонилась над водной гладью и вновь увидела за своей спиной мужчину в черной шляпе. Он грустно смотрел куда-то вдаль. Анна тут же перевела взгляд на противоположный берег. На секунду показалось, что там стоит женщина.

– Запечатли нас, солнышко! – окликнула Анну тетушка, сунув старый фотоаппарат в руки девушки.

– Да, конечно, – она быстро встала, подошла поближе, сделала несколько снимков, и, вновь заметив женщину, быстро сфотографировала и ее. – Поймала…

– Очень зря… – голос мужчины был тихим.

– Еще разок, дорогая! Нас с мамой, давай!!! – тетушка не унималась. Мама удивленно смотрела на Анну, чувствуя тревогу дочери.

– Все хорошо? – вдруг спросила она.

– Кажется, дааа… – стараясь успокоить ее, ответила девушка, а руки и ноги ее похолодели.

Анна посмотрела на другой берег – никого.

– Странное это место, – сказала вдруг тетушка, взяв под руку Анну. Мама взяла под руку с другой стороны.

– Отчего же? Обычное место… – почему-то Анне хотелось возражать.

– Да будто не одни мы тут, и никогда не были одни, будто наблюдают, смотрят за нами… Лешие! – тихо говорила тетушка странным, не своим голосом.

– Правда? – девушка смотрела то на одну, то на другую женщину, едва угадывая их.

– Зачем мы ей говорим это? – спросила мама.

– А сколько молчать еще? – шипела тетушка.

– О чем это вы? – Анна остановилась. Но женщины продолжили идти, уже шушукались меж собой.

– Ты первая начала…

– Я?

Картинка перед глазами Анны поплыла. И она в миг рухнула в ледяную воду.

Руки матери вытащили девушку из воды.

– Анна! Анна! – шлепая по бледным щекам девушки, кричала мама.

– Тише, Катя! – успокоила ее тетушка Вера. – Дышит она, дышит!

Анна открыла глаза, понимая, что все, что произошло после снимка женщины на том берегу, было ее маленьким полуденным сном.

– К черту это озеро! – мама помогла подняться и, придерживая под руки, шла возле Анны.

– Вечные проделки русалок! – выругалась тетушка.

– Ой, ну что за бред, Вера! Столько тебе лет, а в русалок веришь до сих пор!

– А меня тогда тоже за волосы утянула! – возражала тетушка.

– Это Витька тебя за волосы тянул, – мама была очень напугана.

– А фотоаппарат где? – Анна оглянулась на берег, черный ремень виднелся из воды. – Я возьму его…

Анна рывком бросилась обратно к берегу. И на секунду замерла: из воды показалось лицо темноволосой женщины, покрытое шрамами и черным рисунком.

Ремень был почти в руке Анны, но потянуть его не хватало сил. Она, как завороженная, смотрела в глаза неизвестного существа. Тянуло в воду, медленно, но верно… в воду.

Черная тень за спиной Анны тоже отразилась в воде. Мужчина из зеркала осторожно укрыл ее собой, рука его аккуратно спустилась по руке Анны ровно до ремня. Анна с усилием посмотрела на мужчину рядом, почувствовав его холодную щеку своей щекой. Взгляды их на мгновение встретились.

Она точно его помнила, это был Он, тот самый. В голове проскочило несколько десятков картинок, где они вместе… Это было далеко в прошлом или далеко в будущем.

– Сейчас, – тихо сказал он.

– Влад… – шепнула она ему.

Будто ударом девушку отбросило на несколько метров на берег. Голоса тетушки и матери спорили меж собой, поднимая девушку на ноги.

– Где он? – Анна пыталась рассмотреть мужчину у воды. Но только ровная гладь и тихий шелест листьев были у берега. Она крепко сжимала в руках фотоаппарат.

Без паники

Еще два дня после похода к озеру, Анна провела в постели. Мама говорила, что вода была холодной, оттого-то девушка теперь больна. Тетушка заходила каждый день. Приносила сладости и домашний пирог. Только Анна ничего не ела. Аппетит куда-то исчез.

Она не слышала его мужской голос уже больше суток. И от этого становилось до жути плохо. Он появился внезапно и так же внезапно пропал. Мысли кружились будто в запертом пространстве. Она думала о нем постоянно.

– Я тебе обед принесла, солнышко, – мама вошла с подносом в руках. – Горячий суп…

– Не нужно, мам, я не голодна, – Анна смотрела в окно, укутавшись в теплое одеяло.

– Нельзя же так, тебе силы нужны, – мама оставила поднос на прикроватной тумбочке. Заметила рисунки Анны в тонкой тетради. Жуткое лицо, изображенное на бумаге простым карандашом, ввело женщину в ступор. – Что это?

– Ничего, – Анна вяло оглянулась на мать. – Мне показалось я видела это на озере.

– Видела? Это? – мама присела на кровать рядом с дочерью, приложила ко лбу Анны свою холодную руку и снова заговорила. – Тебе бы поспать…

Анна откинулась на подушку и закрыла глаза.

– Уже сплю, – вздохнула девушка.

– В моем детстве ее звали Шуг, – вдруг начала говорить мама. – Страшные байки про нее мне дед рассказывал. Оно не человек, не зверь, а что-то иное… Как только в деревне случалась беда, все на это существо списывали… Редко, когда было иначе…

– Мам, мне тетушки хватило с ее рассказом про русалку… – Анна равнодушно смотрела на мать.

– Шуг женщиной была когда-то очень давно. Говорили, что жила она в лесу, рядом с тем озером. Ее привез сюда один знахарь, долго лечил, очень долго… Пять или семь зим. А потом, когда сам на тот свет отправился, женщина и показалась всем. Домыслы были разные… Будто он ее в рабынях держал, за то она его и прокляла вместе с озером, и людьми здесь живущими… Мы с тетей Верой часто ходили к озеру, чтобы ее увидеть…

– Увидели? – Анна забрала из рук матери тетрадь с рисунком женского или не женского лица.

– Нет, – покачала головой мама. – Я уже и забыла про это… А ты? Видела говоришь?

– Приснилось наверно…

– Виктор искал именно ее. Ее разгадку, – продолжала мама. Теперь она говорила с видимой грустью, вспомнив пропавшего мужа.

– Нашел? Он же в лесу пропал? Разве нет? – Анна сдвинула брови.

– Пропал, а нашел или нет я не знаю… Может он так сам решил? – мама улыбнулась, коснувшись холодной руки дочери.

– Он тоже рисовал ее?

– Очень похоже, солнышко, даже странно… – мама встала и направилась к двери. – Ты поешь… Легче будет.

Женщина улыбнулась теплой улыбкой, было ясно, что рисунки породили в ее голове жуткие мысли.

Анна оставалась неподвижной еще пару минут, но потом все же села и отправила в рот несколько ложек горячего супа. Где-то внутри сразу потеплело.

– Нельзя было сделать этого раньше? – отозвался тихий мужской голос в ее голове. Анна встрепенулась, выпрямившись на кровати.

– Ты здесь? – она улыбнулась.

– Ешь. Мои силы напрямую зависят от тебя… – голос был слабым, но он был.

Анна снова и снова отправляла ложку в рот. Аппетита так и не было, но слышать его было важно для нее теперь.

– Много вопросов… – заговорил он. – Придумала для меня?

– Ответишь? – Анна почувствовала, как тепло растекается внутри нее. – От кого ты спас меня на озере?

– Говорил же не ходи, – бурчал он. – Мама уже рассказала все. Вы зовете ее Шуг, она не вашей крови, чужая в вашей стране… Знахарь и впрямь ее лечил, но только способы у него были не врачебные… Теперь, вы все ее пациенты… Хочешь идти к озеру? Тогда промой себе мозги для начала. Любуйся красотой тех мест, а не вопросы воде задавай… Она видит каждого насквозь… А ото всех болезней лекарства лучше смерти не найти… Это ее проклятие, она сама им себя связала с озером…