Харвиг. Посол Ясных Земель

4. Поиски анха

Пропажа Дервинга взбудоражила Анкирох. Были самым тщательным образом осмотрены все внутренние помещения. После чего Рунольв и Айфе отправились в подземелья. Однако, замки на дверях оказались заперты. В каком-то смысле это было хорошей вестью.

Прибывший по зову высшей Каюл сообщил, что ночью пробросов не было, так что угрозы внезапного перемещения в земли можно было не опасаться.

Далее поиски продолжали снаружи.

Харвиг с друзьями принимали в них участие наравне со взрослыми.

Неоценимую помощь сумел оказать Гвийон. Его единственный глаз обладал удивительно острым зрением. Ворон летал над Кургал-Дагом, выискивая следы анха.

Придворные и прислуга прочесали окрестности дворца вплоть до поселения соэмов. Айфе наведалась в медвежью берлогу. Всё было без толку. Дервинг будто провалился сквозь землю.

Когда наступила ночь, Айфе велела остановить поиски до утра. Уставшие и подавленные, люди разошлись по покоям.

Ночью Харвигу приснился зловещий сон. Он вновь очутился в Роси, в своём углу с соломой на мельнице. Полная луна светила в оконце. Посреди клети, на жернове, свесив ноги, сидел Гудей. Был он прозрачным, как из стекла. Чур не мигая глядел на Харвига, а лунный свет насквозь пронизывал его тело.

–Худо-оо… – жалостно прохрипел он.

В холодном поту Харвиг проснулся. Уже рассвело. Гвийон дремал на изголовье кровати. Видимо, ему тоже снилось что-то тревожное и он тихо поквохтывал.

–Вставай! – Харвиг постучал кулаком по изголовью. – На завтрак пора.

Телери, Глери и Кибаль уже сидели за столом в Трапезном зале. Отрок с вороном расположились рядом.

Харвиг заметил, что после долгого перерыва его друг вновь пришёл с Бергером.

–Он стал скучать без меня. – заметив его взгляд, пояснил Глери. – Пришлось взять с собой.

Тем временем Гвийон изучал надписи на кувшинах.

–Кар-ре ягнёнка во все тар-релки! – наконец каркнул он.

Харвиг выполнил его просьбу. Себе мальчик сотворил бисквитный пирог под взбитыми сливками. Уплетая его за обе щеки, он заметил, что девочки едва притронулись к своим блюдам.

–Что-то случилось? – спросил Харвиг, прожевав изрядный кусок. -Ну, кроме цветка и Дервинга?

–Пушинка себя ведёт странно. – вздохнула Кибаль. – Забилась в корзину и не идёт на руки.

–Мало ли… – попытался утешить Харвиг. -Может съела что-то не то.

–Как-то я по ошибке проглотил др-рагоценное ожерелье. -поделился Гвийон. – Ох и намучился!

Друзья улыбнулись. Харвиг решился рассказать свой сон про Гудея.

–Ну-у… – выслушав его, протянул Глери. – Я тоже иногда вижу сны. Что с того?

–Как же ты не поймёшь? Чур мне снился и раньше. И всякий раз за тем случались разные пакости.

–А мне часто видится по ночам странный зверь. – поделилась Кибаль. – Она зовёт себя Гарлой…

После трапезы обитатели дворца спустились в Тахгар. Карет на всех не хватило. Многие, среди них и друзья, отправились вниз пешком. Гвийон, поступивший в личное распоряжение Айфе, сразу же полетел к Сабуру.

На городской площади теснился народ. Горожане ещё накануне узнали о исчезновении анха.

–Пусть каждый вернётся на свой берег. – велела Айфе. – Там, сообща, начинайте поиски с северных границ города. Осматривайте каждую кочку, закоулок и куст. Спускайтесь по течению Аках до устья.

Зареченские, во главе с Рунольвом и Агноманом, двинулись через мост к домам йотунов. Левый берег под предводительством Торода, матери Дервинга и Энривег отправился на окраину через квартал эвлисов. Айфе осталась на городской площади в «Даре Небес». Она попросила Харвига с друзьями держаться поблизости.

Дети стояли на площади, которая пустела у них на глазах.

– Вот так же недавно мы искали тебя. -сказала отрочица.

Харвиг смутился. Одно дело – услышать об этом со стороны, другое – своими глазами увидеть, как ради одного человека на ноги поднимается целый город. Утешало одно, – в том случае не было его личной вины.

–Я благодарен вам всем.

–Мы ведь тебя не нашли! – удивился Глери.

–Главное, что искали.

–Не думаю. Тебе не за что нас благодарить. В том что ты жив – заслуга манхуров.

–Пожалуй. – согласилась Кибаль. – Нам следовало в тот раз прочесать всю местность за мельницей. Конечно, это не изменило бы того, что именно манхуры вытащили тебя из реки, но по крайней мере мы сумели бы оказать тебе помощь. На этот раз высшая всё сделает верно.

–Да только зря всё это. – возразил Глери. -Не думаю, что Дервинг, убежав из дворца, второй день подряд прячется средь кустов.

–Мокус говорил, что он был не в себе. – напомнил приятелю Харвиг. -Мало ли? Вдруг он свихнулся?

–А я думаю, не загадал ли Дервинг такого, что теперь мы не сможем его найти?

–Например? – спросила Кибаль.

–Ну не знаю… – Глери пожал плечами. – Вдруг он пожелал стать невидимым? Либо превратился в то же дерево или куст?

–И это, – ядовито сказала отрочица, – говорит тот, кто считал, что избавиться от уродства, выпрямив нос и вернув зубы, – слишком ничтожно.

Телери прыснула.

–Тогда я не знал, что Дервинг исчезнет. – пояснил Глери.

Их беседу прервал подошедший к друзьям Гаур. Он был с молодым рослым эвлисом.

–Здравствуй, дорогой! – вожак арзынов дружески хлопнул Харвига по плечу. – Это – Клиах.

Харвиг пожал протянутую крепкую руку.

–Мы с Гауром хотели предупредить. – Без лишних слов перешёл к делу вожак эвлисов. – Ни сегодня, вчера или третьего дня Дервинг в Тахгар не спускался.

– Это верно? – на всякий случай спросил Харвиг.

Клиах промолчал, а Гаур кивнул:

–Вернее некуда, дорогой!

–Хорошо. Я передам это высшей.

Вожаки двух ватаг ушли.

–Да можно ли этому верить? – с сомнением в голосе спросила отрочица.

–Можно.

Выслушав Харвига, Айфе вздохнула:

–Если это и так, мы продолжим. Ничего другого не остаётся.

День тянулся тягостно долго. От нечего делать друзья зашли в храм. В отличии от своих спутников, Харвиг был здесь впервые. Мальчик бродил меж каменных изваяний, жадно рассматривая их лица.

Имрод, Трот, Иргал, Атли, Ваал… Огромный, под самый свод храма Саргон и едва достигающий его пояса Лугтах. Как ни хороша была картина в покоях высшей, она не передавала в полной мере того, что удалось выразить мастерам в камне.

После полудня дети в окно трапезной наблюдали как через площадь прошли тахгарцы левого берега. Среди них брели Тород с супругой и Энривег. Было понятно, что Дервинга пока не нашли. В свете последних известий друзья понимали и то, что все усилия горожан напрасны.

К вечеру на крышу «Дара Небес» опустился ворон. Он принялся каркать и не смолкал, пока Харвиг не занёс его в трапезную.

–Жители обоих берегов достигли Сабур-ра! – донёс он. – Дервинга не нашли. Сейчас люди возвращаются по домам.

–Ну что ж.. – омрачилась высшая. – Мы сделали всё, что могли.

Они вышли на площадь. Карета высшей ожидала их перед входом. На козлах восседал старый, незнакомый Харвигу мокус.

–Во дворец? – крикнул он.

Айфе кивнула. Дети и высшая забрались внутрь. К удивлению Харвига Гвийон пожелал ехать с ними.

–Ты мог бы долететь до Анкироха в два счёта! – заметил он ворону.

–Благодар-рю! – сварливо ответил тот. – Налетался!

Карета тронулась. Харвиг вдруг вспомнил, как ехал в ней с отрочицей и Айфе в начале зимы. Тогда правил Дервинг… Не так уж много времени минуло с тех пор, но кажется, как давно это было!

–Гвийон… – обратилась к ворону Айфе. -Я думаю, что могла бы вернуть тебе глаз.

Раздалось громкое «карр!», за которым последовала молчание. Все озадаченно глядели на птицу.

Гвийон, в свой черёд, уставился целым глазом в окно.

Харвигу стало неловко. Он дёрнул плечом, на котором устроился ворон. Тот обернулся к высшей.

–Пр-ризнаюсь, я ждал этого. – наконец сказал он. – Но…

–Что? – подбодрила Айфе.

–Люди плохо различают нас, птиц… – Гвийон тяжело вздохнул, словно делился горем. -Призрака Лысого поля в землях помнят без глаза!

–Понимаю… Но возвращение утерянного в бою ока могло бы стать новой легендой.

Уцелевший глаз ворона при этих словах полыхнул зелёным огнём.

–Я подумаю. – с достоинством произнёс он и вновь отвернулся к оконцу.

–А я вот, – невпопад заявила отрочица, – не могу понять, куда делся Дервинг.

–И не ты одна. -обронил Харвиг.

–А может, – Кибаль обратилась к высшей, – прав Глери? Что если Дервинг загадал желание и превратился в какой-нибудь камень?

–Мы даже не знаем, он ли сорвал цветок. – возразил Харвиг. – А если и так, то загадал ли желание?

–Увы, желание загадано было. – сказала высшая. – Это сказал Каюл. Что до возможных превращений, то странно желать стать камнем. Ведь можно превратиться в кого-то живого.

–В другого человека! – расширила синие глазищи отрочица. Телери вздрогнула.

–В таком случае, -подхватил Глери, – нам нужно найти чужака!

Захваченный столь поразительной мыслью, Гвийон оторвался от окна и уставился в глубь кареты.

–Гр-ром Ваала! – гаркнул он. – Он может быть среди нас!

Харвига внезапно прошиб озноб. Он зажмурился, стремясь ухватить мимолётную мысль, потом решился и выдохнул:

–Я знаю, кто это…

Все замолчали. Волосы на голове Глери зашевелились и из них выглянул Бергер.

–Кто?! – каркнул Гвийон.

– Это он… Наш возница!

При этих словах Кибаль взвизгнула. Телери вжалась в угол, а Глери потянулся к ручке двери. Даже много повидавший за свои годы Гвийон, с хриплым карканьем принялся хлопать крыльями.

Внезапную суету прекратила высшая.

–Гм… -сказала она. -Дервинг не может быть им. Это – Иезиил, отец Агномана. Я знаю его семьдесят лет. И зря вы думаете, что я не сумею отличить внука.

Харвиг побагровел. Девочки облегчённо перевели дух, Бергер скрылся, а Глери отпустил ручку двери.

–Проклятие, Хар-рвиг! – смущённо пробормотал ворон. – Ты всех напугал.

Карета между тем замедлила ход и вскоре вовсе остановилась.

–Анкирох! – донёсся голос Иезиила.

5. Дервинг

Пендраган, который провёл весь день во дворце, бросился к высшей, едва они оказались в Переднем зале.

–Увы, – предупредила его вопрос Айфе, -Дервинга не нашли.

Смотритель дворца застыл.

– Это прискорбно. Но у меня ещё одна скверная весть.

–Ещё?!

–Да… Тонх пропал.

Айфе с облегчением выдохнула:

–Больше не пугай меня, Пендраган… Я подумала, что случилось что-то ужасное.

–А это, по-твоему, не ужасно?! – возвысил голос старик. – Подарок Бездны исчез!

–Успокойся. Когда ты это заметил?

–Недавно.

–Ну хорошо. Что-то подсказывает мне, что цветок, Дервинг и Тонх – звенья одной цепи. Пройдём в зал Сокровищ.

Смотритель и высшая скрылись в Небесном Свете. Гвийон слетел с плеча Харвига и устремился за ними.

–Я должен это увидеть! – прокаркал он.

Дети посмотрели ему вслед. С площади послышался стук колёс: начали возвращаться участники поисков.

–Что будем делать? -спросил друзей Харвиг.

–Скоро ужин. – ответил Глери. -Нужно отнести Бергера.

–Я тоже пойду переодеться. – сказала Кибаль.

Телери согласно кивнула.

–Ладно. -сказал Харвиг. -Встретимся позже.

Они разошлись по своим покоям. Харвиг отворил ключом дверь. На полу у порога лежал мятый и замызганный чем-то лист плотной бумаги.

Вначале Харвиг подумал, что это проделки ворона. Тот, невзирая на клятвенные обещания, уже дважды принимался за старое. То потрошил тюфяки, то раскачивался вниз головой на светиле. И бумага могла оказаться страницей какой-нибудь ценной книги, к примеру из Деревянного кабинета.

Харвиг осторожно взял её в руки. Это было послание!

Он подошёл к столу, чтобы лучше рассмотреть неровные строки. Вот что там было написано:

«Харвих! Нужна помош. Дела сериозна. Лесница сомов в полунош. Заклунаю, приди адин. Ни говари никому».

Ниже стояла подпись «Дервих».

Харвиг понятия не имел о грамотности юного анха, но столько ошибок сбивало с толку. Было ещё кое-что… Он послюнявил палец и потёр буквы. Затем понюхал. Сомнений не оставалось. Записка была написана кровью!

Всё это не укладывалось в голове.

Он в растерянности сел на тюфяк. Стоило бы немедленно отнести это высшей. Но… Дервинг просил молчать. Если поставить в известность Айфе, он может снова исчезнуть. Значит, нельзя говорить о послании ни друзьям, ни даже Гвийону.

С другой стороны, было немного жутко. Он ещё раз пробежал глазами каракули. Не верилось, что это написал анх. Казалось, что Дервинг и впрямь превратился в некое чудище.

Харвиг утёр потный лоб. И почему это Дервинг решил обратиться к нему, а не к своим бывшим дружкам, Рогубу и Хокри?!

В дверь постучали. Прежде чем отворить, он поспешно спрятал бумагу за пазуху. Это был Глери.

–Ну что, пойдём?

Харвиг кивнул. Они направились в Трапезный зал. Девочек ещё не было. Они пришли позже. Оказалось, Телери и Кибаль вновь заходили к Пушинке. Та, вместе с матерью по-прежнему хоронилась в корзине.

–Айфе сказала, что они обе здоровы. – сказала Кибаль. -Но их что-то тревожит.

–К слову сказать, – перебил Глери, – остальные манхуры тоже подавлены.

И в правду, обычно назойливая и вездесущая стая собралась в кучу у стола анхов. Харвиг припомнил, что уже наблюдал нечто похожее, когда во дворце объявились крысы.

–А что с Тонхом? Айфе не нашла его? – спросил он.

–Нет… Но она позвала Каюла.

–Ну, уж он то отыщет пропажу в два счёта!

–Я бы не была так уверена. -Кибаль нехотя принялась за еду. -Соэмы хорошо чувствуют перемены между мирами. Но в самих Землях они не так чутки.

Остаток вечера Харвиг провёл в покоях. Вернувшийся из зала Сокровищ ворон без умолку тарахтел:

– Это надо было увидеть, Хар-рвиг! – восторгался он, взгромоздившись на изголовье кровати… – Р-рубины с куриное яйцо, р-редчайшие дымчатые алмазы! О-оо, как же я забыл про сапфиры! А вот скажи, ты когда-нибудь видел чёрный топаз? Поверь, я разбир-раюсь в камнях…

Харвиг кивал, но почти не слушал. Все его мысли занимала предстоящая встреча. Тревога переполняла его. Как, прочесав всё вокруг, они могли не заметить Дервинга? Как он сумел тайно пронести записку сюда, в покои, под самым носом у Пендрагана? Почему писал кровью? И чья это кровь?!

Он представлял себе анха невидимым чудищем. Оно таилось в ночи, ожидая, когда Харвиг придёт на встречу…

–…пойми, все они должны были быть в каждом мире. Ан нет! Золото, серебро в чеканных монетах… Везде одинаково, монетка к монетке. Но камней нет! Я спросил Айфе. Она подтвердила: всё это добывалось в новое время. Оказывается, она разделяет мою страсть к самоцветам…

С Небесного Света донеслись звуки трубы. До полуночи оставался час. Харвиг перевернул на прикроватном столе сосуд с мелким белым песком, – дар Агномана.

–…ну хор-рошо, допустим, – рокотал ворон, – но янтарь! Ведь это смола с козявками. Я про него только слышал. Он встречается исключительно здесь. Ты понимаешь, что за один кусок янтаря я мог бы купить половину Граттаха? Гр-ром Ваала!

Харвиг прикрыл глаза. Наверное, нужно взять нож. И дураку ясно, что Дервинг хочет его убить. А что поделаешь? Не пойти нельзя. Только так можно узнать, что произошло с внуком Айфе.

Ворон наконец утомился. Не вызвав в Харвиге ни изумления, ни восторга, он решил, что зря тратит на собеседника силы. В заключение Гвийон досадливо каркнул и замолчал. А вскоре и вовсе сунул голову под крыло.

Харвиг поглядел на часы. Пора.

Мальчик вышел в гостиную. На столе блестели сорванные со светила шары. Он взял пару и рассовал по карманам. Не нож, конечно, но вдруг сгодятся?

Дальше предстояло самое трудное. Последние дни все выходы из дворца охранялись. К счастью, это не коснулось Переднего зала, где двери на площадь были заперты на замок. Ключ хранился у Пендрагана. Харвиг беспрепятственно прокрался в Небесный Свет, и дальше, хоронясь от дударя на хорах, к лечебнице. За ним, в проходе стоял долговязый Фабий, – помощник Пендрагана из Прислужного крыла. Нужно было как-то изловчиться и прошмыгнуть мимо.

Харвиг спрятался за колонной. В это время дверь сокровищницы отворилась и из неё вышли Каюл и высшая.

–Тонх во дворце. – заверил соэм. -Точней не скажу.

–Завтра прикажу проверить покои.

–Уже сегодня. Я приду утром.

Каюл прошёл мимо, кивнул борку и скрылся в проходе. Харвиг услышал, как хлопнула дверь.

Айфе направилась к Переднему залу. Некоторое время до мальчика доносились её лёгкие уверенные шаги. Когда они стихли, Харвиг вынул из кармана тяжёлый шар. Он размахнулся и швырнул его на другой край Солнечного Света.

От внезапного грохота загудели стены.

–Дурак! – обругал сам себя Харвиг. – Нужно было потише…

Однако, его затея сработала. Фабий опрометью пробежал мимо и Харвиг проскользнул за его спиной к выходу.

Ночь встретила его ветром и мокрым снегом. Мальчик плотнее запахнул свой тулуп.

Мрачные мысли и подозрения, отступившие было, вновь начали тяготить его. Надо, надо было сказать Гвийону. Ворон мог бы незаметно слетать, посмотреть.

Харвиг шагал через бор, вспоминая, как несколько дней назад он с друзьями, так же, среди ночи, направлялся в оранжерею. Теперь дверь туда была плотно закрыта. Чудесное древо безвозвратно погублено, а цветок с неведомым желанием исчез в Бездне.

Дорожка провела его мимо теплицы. Вот впереди показался пустырь, от которого слева брала начало лестница соэмов. У обрыва, на скамейке кто-то сидел. Харвиг пытался разглядеть его. Но спину и голову скрывала накидка. На миг Харвигу показалось, что перед ним Агноман. Но он понимал, что учитель сейчас видит десятый сон в Анкирохе. А там, в конце голубой тропы его может ожидать только Дервинг.

Харвиг невольно убавил шаг. Молодой анх был удивительно неподвижен. На плечи и голову намело шапки снега. Уж не замёрз ли?

Ещё не поздно было уйти. Рассказать про всё высшей. Если Дервинг опять исчезнет, что ж, так и быть. Не будет же он прятаться вечно.

Харвиг вздохнул. Нет. Так не пойдёт. Айфе наверняка решит, что он трус. Да и самому интересно, что же с ним приключилось.

Шаг за шагом Харвиг медленно обходил скамейку. Ветер куролесил вокруг, мёл в глаза. Анх по-прежнему был недвижим, будто камень. Накидка укрывала его. Харвиг оказался от него сбоку и тут увидел лежащее на камнях тело. Подавшись вперёд, он разглядел запорошенное снегом лицо и светлые волосы Дервинга.

Сидевший на скамейке рывком вскочил. Накидка с его головы слетела.

–Ты?! -крикнул Харвиг. -Что ты с ним сделал?

Каюл не ответил. Он молча протянул вперёд руки и шагнул к Харвигу. Тот попятился. Происходило что-то немыслимое. Легче было поверить в чудище, в которое силой цветка обратился Дервинг, чем в злого соэма.

Глаза, пустые и страшные, неотрывно взирали на него. Каюл надвигался, не разбирая дороги. Вот он наступил на грудь анха и шагнул дальше. Показалось, или Дервинг пошевелился?!

Харвиг отступил ещё на пару шагов и остановился у края пропасти. Вот и всё. Бежать некуда. Он вдруг вспомнил про второй шар и замёрзшими пальцами вытащил его из кармана. Между ними оставалось не больше пяти шагов. Размахнувшись, Харвиг что есть мочи швырнул его в лоб Каюла.

Он готов был поклясться, что угодит в цель. Но в самый последний миг соэм пригнулся! При этом на бледном лице не отразилось ни страха, ни напряжения.

То ли от холода, то ли от жути у Харвига застучали зубы.

А соэм продолжал надвигаться. Ещё шаг, ещё… Харвиг увидел, как тот разлепил сжатые губы и широко раскрыл рот…

Вдруг громкий и хриплый рёв оглушил Харвига. От неожиданности мальчик едва не слетел с обрыва. Соэм озадаченно замер и тут же был отброшен далеко в сторону.

–Дервинг! – промелькнуло в голове Харвига. Это была упрямая и глупая мысль. Анх по-прежнему лежал у скамейки. А вместо соэма перед ним возвышался огромный чёрный медведь.

Похоже, это был Харт. Зверь тяжёлой поступью приблизился к Дервингу.

–Жи-ив. – прорычал он.

–А Каюл?

–Сбеж-жа-ал…

И в правду, соэм пропал. Харвиг перевёл дух и опасливо отошёл от пропасти.

–Надо бы отнести его во дворец. – кивнул он на Дервинга.

–Клади на меня.

Харвиг с усилием оторвал от земли безвольное тело. Кое-как он взвалил анха на высоченную мохнатую спину, и они двинулись в Анкирох.

6. Каюл

Суету, поднявшуюся при их появлении, было не передать в словах. Оказалось, что на шум, который Харвиг устроил в Солнечном Свете, чтобы обмануть борка, собралась целая толпа во главе с высшими.

Айфе подхватила Дервинга, и сама отнесла в лечебницу. Харвиг подивился, сколько силы таилось в столь хрупкой деве.

Медведь не стал задерживаться во дворце, где чувствовал себя неуютно. Харт подтвердил историю, которую Харвиг, сбиваясь, рассказал остальным и потопал наружу.

–А где Каюл? – крикнул ему вслед анх Рунольв.

–Не знаю… – донёсся рык из глубины тёмного коридора. -Они же не пахнут.

К Харвигу подбежали друзья. Кибаль спросонья была растрёпана, а Глери так и заявился в чертог в мятой пижаме. И только Телери умудрилась в спешке расчесать волосы и приодеться.

–Что случилось? – звонким шёпотом спросила Кибаль. – Здесь был Харт?

–Я нашёл Дервинга. -объяснил Харвиг.

–Что?! – вскрикнул Глери. – Дервинг превратился в медведя?

–Да нет… Ни в кого он не превращался. По правде, я не знаю, что с ним стряслось…

Кое-как он пересказал им историю о кровавом послании и всем, что за тем последовало. При этом Глери от изумления открыл рот, а глаза девочек необыкновенно расширились.

–Быть может, это Каюл сорвал с древа цветок? А Дервинг заметил и за то поплатился? – предположил Глери.

–Зачем ему рвать цветок? – сердито возразила отрочица.

–Ну не знаю… – смутился Глери. – Вдруг у него было желание?

–Не неси чушь!

В это время двери лечебницы отворились и оттуда вышла озабоченная Айфе.

–Дервинг жив! – объявила она. – Но я не могу привести его в чувства.

Затихшие было придворные зашушукались. Высшая подошла к друзьям и посмотрела на Харвига:

–Благодарю тебя.

Она приблизилась и поцеловала его в лоб. Харвиг зарделся.

Айфе обернулась к Кибаль.

–Будь добра, передай, что мне нужно встретиться с Кехом.

Отрочица кивнула. Её лицо приняло отрешённое выражение, а синие глаза посветлели. Некоторое время она стояла так с приподнятой головой, потом зажмурилась и, опустив голову, похлопала себя по лбу.

–Каюл исчез. – сказала она.-Кех придёт на рассвете.

Айфе кивнула и обратилась к собравшимся:

–Возвращайтесь в свои покои! Утром попытаемся узнать, что случилось.

Взбудораженные люди неохотно последовали её совету. Покидая Солнечный Свет, Харвиг видел, как высшая и родители Дервинга скрылись в Лечебном зале.

–Харвиг, – по пути сказала Кибаль, – пообещай нам никуда больше не вляпаться.

–По крайней мере, – добавил Глери, – если надумаешь что-то, позови нас.

Телери дотронулась до его руки и умоляюще закивала.

–Ну хорошо, хорошо… – согласился он.

На этом друзья расстались.

Харвиг зашёл в гостиную и запер за собой дверь. Скинув сапоги и тулуп, он тихо прокрался в опочивальню. Гвийон по-прежнему спал, сунув голову под крыло.

– Вот шуму-то утром будет! – подумал Харвиг.-Он себе этого не простит.

Он повалился в кровать и сомкнул глаза. Однако, спать не хотелось. Минувшие события толклись в голове, выпрыгивая друг перед другом. Этой ночью он едва не погиб, но так и не выяснил, что же случилось с Дервингом. Напротив, к старым вопросам добавились новые.

По-прежнему было не ясно, кто же сорвал цветок. Ещё недавно всё указывало на анха. Он бродил в ту ночь по дворцу и затем бесследно исчез. Забился в какую-то щель, чтобы избежать наказания.