Тёмный обряд

Тёмный обряд

Часть 1

Глава 1 «Рандеву»

Кейт сидела на плюшевом розовом диване в просторной гостиной и красила ногти на ногах. В комнате пахло едким ацетоном, к которому примешивались крема с лавандой и травами. На большой плазме шел сериал в комедийном стиле. Кейт не отвлекалась, так как один раз она уже попала лаком на кожу вокруг пальца. Поэтому теперь она была занята только этим, иногда сдувая прядь падающих на лоб светлых волос, что придавало ей усердный вид. Обычно она прибегала к услугам профессионалов в салоне красоты, но на этот раз не успела вовремя записаться на сеанс, так как встреча была незапланированной. Ей давние друзья еще со школьных времен только вчера сообщили, что собираются встретиться и провести выходные вместе.

– Кит-кат, ты дома? – звонкий голос её мамы пронесся по огромному дому.

Кейт ненавидела это прозвище. Но ничего не могла поделать. Она не понимала, что общего у Кейт, Кэтрин, ну Кэт на худой конец и Кит-Ката.

Шпильки простучали по мраморной плитке и на стол с шуршанием разместились пакеты. Кейт на слух определила – она была на шоппинге.

– Да, но скоро ухожу, – крикнула она.

– Жаль, я думала посмотрим вечером фильм все вместе, я закажу роллы «Филадельфия».

– Нет, мамуль, мне звонила Жасмин.

– А, вы давно не виделись…

Кейт выбирала какие босоножки она наденет – лиловые с завязками, обвивающими ноги до колена как плющ. Или черные на высокой устойчивой танкетке. Погода в январе была прохладной по меркам жаркого штата США – до 14 градусов цельсия.

«Все же лучше надеть закрытые балетки, но взять босоножки с собой в кафе на смену», – решила Кейт.

– Да, решили встретиться, отметить поступление в колледж. Еще там будет Миранда, – вслух сказала она.

– Как я рада, что все эти экзамены позади. Конечно, отмечайте. Тем более, потом вы разъедетесь или я не права?

– Ну, учитывая, что я поступила в колледж Южной Невады, а Миранда в колледж Западной Невады, сама как думаешь?

– Я просто не помню уже, не обижайся.

– Не помнишь про свою родную дочь, – раздраженно огрызнулась Кейт.

– Нет, малышка, что ты. То, что ты так долго готовилась, мы не забудем никогда. Я про Миранду забыла. Значит, ей придется переезжать в Карсон-Сити? Неплохой город. Столица Невады. Но так далеко отсюда. Хорошо, что ты будешь рядом.

Семья Кейт жила в пригороде Лас-Вегаса, элитный район в полчаса езды до города. Здесь располагались особняки людей, которые уже всего добились и просто наслаждались жизнью. Её отец – известный нейрохирург был одним из таких. А его жена, как и большинство местных гламурных жен, занималась в основном одним и тем же – спа, светские мероприятия, иногда гольф и теннис, а также езда на лошадях.

– Да, но новые впечатления от другого города – это тоже здорово, – протянула Кейт.

– А что с Жасмин?

– Она в творческом кризисе, ищет себя. Никуда не собирается поступать.

– То есть остается здесь?

Жасмин жила недалеко от Кейт. Её отец был режиссером арт-хаусного кино. Он снял буквально два фильма, принесших ему широкую известность в узких кругах. Сорвав большие деньги, он закрутился в богемных тусовках с запрещенными веществами и постоянно изменял жене. Поэтому ушел из семьи. Его алиментов хватало на то, чтобы мама Жасмин не работала и вела такой же образ жизни, как и остальные.

– Нет. Они со своим новым парнем фотографом собираются в кругосветку на круизном лайнере. Он, кстати, тоже будет. Но я его не знаю пока. Как раз познакомимся.

– О, зная Жасмин, не думаю, что эти отношения у неё надолго.

– Ну да, она парней меняет, как перчатки. Но в этот раз говорит, что все серьезно. Писала, что это – любовь всей её жизни. Как у нас с Эндрю.

– Надеюсь. Передай ей привет от меня. И не балуйтесь запрещенкой. Хотя знаю, что это бесполезно – но предупредить обязана.

– Ок, мам.

Жасмин имела репутацию оторвы из-за пары скандалов и арестами её личных наркодилеров.

– Итак…Жасмин и её парень- фотограф, Миранда…А Эндрю будет?

Кейт и Эндрю были помолвлены, о чем свидетельствовало кольцо с внушительным бриллиантом на её пальце. Эндрю был хорошей партией, которую одобрили её родители. Он был старше и уже заканчивал обучение на юридическом факультете, собираясь возглавить адвокатскую контору своего отца. Кейт не знала – любит ли она его по-настоящему. Но он соответствовал всем её ожиданиям, а для нее был важен только статус – внешняя оболочка. Как и почти для всех в этом месте.

– Пока не знаю, мам. Жасмин и Миранда – это же мои подруги со школы. А он… Будет ли ему с нами интересно?

– Решай сама, но я бы пригласила. Ведь парень Жасмин идет.

Несмотря на то, что отношения Кейт и Эндрю длились уже около двух лет, она все равно чувствовала какую-то напряженность между ними. Она часто думала о том, правильно ли она себя ведет, не хотела нарушить какие-то хрупкие правила, которые были в ее голове. Но она знала, что он, наверное, чувствует то же самое. Потому что она хотела, чтобы их брак был похож на брак её родителей. А у них все было как в паре двух красивых и самодостаточных нарциссов. Каждый играет свою роль и должен делать это красиво. Как в голливудском фильме – холодно, немного фальшиво, но безупречно. В каком-то смысле она завидовала Жасмин за ее бурные романы, которые всегда были драматичными, яркими и естественными, хотя и быстро проходящими. Жасмин легко увлекалась и так же быстро остывала. Причем в каждом партнере она растворялась и что-то брала от него. Молодой писатель? Жасмин пишет рассказ. Гитарист? У неё в гардеробе появляются футболки с черепами и организация уличных концертов в творческом репертуаре. Но романы проходили, и Жасмин легко отпускала людей, забывая их через секунду. А вот Жасмин помнили все, кто был с ней связан. Не могли её забыть. Словно она проходила сквозь их жизни, забирая частичку их души. Кейт считала, что в ней есть что-то от женщины-вамп. Но не во внешности, а именно в характере. Внешность Жасмин часто менялась. Она перекрашивала волосы, экспериментировала со стилем одежды, даже вес её часто менялся. Неизменным оставалось в ней только одно: идеальная осанка и слегка надменное выражение лица. Но не отталкивающее, как ни странно. Загадочное.

Кейт же никогда не меняла свою структуру личности. Она подстраивалась под некоторые ожидания Эндрю. Но это были своего рода правила той холодной и отстраненной игры, которой её с детства учили родители. Игры – «идеальная жизнь». Кейт была «Барби», похожей на маму, которая в свои годы выглядела, как её сестра, благодаря многочисленным подтяжкам, ботоксу, спорту, диете и ежемесячному курсу уколов витаминов. Светлые волосы. Джентльмены же предпочитают блондинки – дурацкое клише. Круглогодичный загар. Все это делало ей одной из многих сексапильных блондинок с глянцевых журналов между рекламой нового кроссовера и швейцарскими часами. Она принимала участие в конкурсах красоты, как и её мама. И даже победила в «Мисс бикини» на открытие комплекса для искусственного серфинга. Её родители не настаивали на выборе серьезной специальности. Но она сама решила, что будет поступать на юридический. Как и Эндрю. Совсем как в фильме «Блондинка в законе», вот только Эндрю не считал её глупой из-за цвета волос. Все же не все клише из фильмов настолько же соответствуют реальности. А некоторые еще и противоречат друг другу.

– Хорошо, я подумаю, – ответила Кейт и немного погрустнела. Её мама сделала вид, что ничего не заметила.

– А что Миранда? Не нашла кого-то? – перевела тему она. Она никогда не интересовалась внутренними потаёнными переживаниями дочери. Нельзя сказать, что её дочь не была с ней откровенна, просто они всегда придерживались формальным негласным правилам, которые чувствовались в воздухе с самого её рождения, хотя и никогда не проговаривались.

– Нет, она и не хочет.

– Ну в этом я тоже не удивлена, – протянула мама Кейт. Хотя она и не помнила деталей, но все-таки знала школьных подруг своей дочери.

Миранда была дочерью католического пастора. Он служил в кафедральном соборе Ангела-Хранителя. Но жили они поблизости от собора, а не в этом районе. Миранда не отличалась излишней набожностью, но и в крайности не впадала. Чувствовала себя достаточно свободно, утверждая, что должность её отца на неё никак не влияет. Она не состояла в отношениях, несмотря на многочисленные предложения. Кейт не спрашивала почему, думая, что это бестактно, но иногда шутила о её нетрадиционной ориентации. Что было достаточно провокационно, но безобидно. Миранда увлекалась экстримом. Ей нравились острые адреналиновые ощущения, которым она предпочитала тусклую обыденность. Она утверждала, что обычные эмоции не могут сравниться с фотографией с вышки, ходьбы по краю обрыва, езды на своем мотоцикле по встречке, когда ветер становится частью тебя. Ей нравилось рисковать и слушать тяжелую металлику. Но тем не менее выглядела она абсолютно обычно. Первое впечатление обманчиво – это точно про эту спокойную миниатюрную шатенку с серыми глазами. Уравновешенная и серьезная. Но только с нужными людьми раскрывающая свою искру. Кейт иногда казалось, что Миранда ищет эти опасные ситуации, чтобы чувствовать себя живой. А почему она не могла ощущать себя живой в обычной жизни, что за внутренняя всепоглощающая пустота, требующая режущих нервы впечатлений, скрывалась в ней. Этого Кейт не могла понять, но догадывалась в чем дело. Отец Миранды был католическим священнослужителем, который должен соблюдать обет безбрачия. Но он не сразу пришел в веру, поэтому для него сделали исключение. Ведь Миранда появилась еще до его решения обратиться в церковь. Но Миранда всегда чувствовала себя из-за этого лишней, как она иногда рассказывала Кейт. К тому же она старалась не упоминать о должности своего отца лишний раз, чтобы не возникали ненужные вопросы. Но Кейт не могла считать себя проницательным психологом, она с трудом разбиралась со своими чувствами к Эндрю. Поэтому она лишь предполагала.

– Ну каково это – нести слово божье в городе разврата, наркоты и грязных денег, среди казино и клубов. Это -невероятно сложная миссия. Твой отец – молодец, – часто говорила Кейт. Причем довольно серьезно. Но Миранда всегда со смехом уклонялась от темы.

– Только не о предках.

– Почему? Вот у моего отца один раз была неудачная операция. Со смертельным исходом. И дело было в том, что…

– Я не хочу знать…врачебных тайн, – прервала тогда её Миранда.

Миранда выбрала курс психологии, но набрала баллы только в колледже Западной Невады. Предстоящий переезд не огорчил её, напротив она была рада смене обстановки. К тому же постоянно говорила, что уже составила список мест, где она хочет побывать в Карсон-Сити. Почти все известные вышки, скалы, крутые горные тропинки, крыши небоскребов, обрывы и заброшки в Вегасе она уже знала

– Ну что ж, хорошо вам отметить поступление, – голос мамы отвлек её от воспоминаний о Миранде. И о Жасмин. Как ни странно, Кейт заметила, что Эндрю занимает куда меньше места в её размышлениях. Как призрак, скользящий на подкорке подсознания.

«Так и должно быть, все-таки это наш с подругами день», – успокоила она себя. Хотя понимала, что и дальше будет так же. Сначала она думала, что что-то изменится после помолвки. Но когда этого не произошло, то она решила, что будет что-то другое после свадьбы. Хотя знала, что так будет всегда. И это – самообман.

Глава 2 «Ловушка мышления или на тебя смотрит труп»

Луи смотрел на диски шин ленд-крузера Жасмин. На них был очень странный узор, погружающий в легкий транс. Как огонь или вода. Маленькая вертикальная черточка посередине, а вокруг круги из таких же вертикальных черточек. И в каждом круге еще один круг. Такой смерч или водоворот. Все это переплеталось в бесконечный узор трансцендентального. И вселяло в Луи экзистенциональный первобытный ужас. Он почему-то ассоциировал себя с черточкой в центре. В последнее время вихрь событий в его жизни выбил у него почву из-под ног, ему казалось, что весь мир настроен против него враждебно. Он потерял постоянную работу фотографа в одном свадебном агентстве, а из интернета из-за странного сбоя в программе пропали все его портфолио за все шесть лет работы. Он не знал, как ему теперь искать заработок денег с нуля. К тому же его бросила девушка, оставив ему их купленного вместе шпица. Как подтвердилось еще раз в устоявшейся картине мира Луи – женщины меркантильны. Даже если не явные «тарелочницы». Но все это было буквально месяц назад. А потом внезапно в его жизни появилась она – Жасмин. Яркая, провокационная, как ураган. Он обратил на неё внимание, когда она проходила мимо него со стаканчиком Латте из кофейни. Луи как раз на последние деньги только что заменил светокоррекционные линзы на своем фотоаппарате.

– Девушка, хотите пару фото от профессионального фотографа? – стараясь выглядеть максимально приветливо и дружелюбно несмотря на подавленное настроение, спросил он.

– Да, конечно, – на удивление быстро согласилась Жасмин.

Она явно была неформалкой. Луи не знал всегда или только в этот день. Но в этот день точно. Альтушка, как сейчас говорят на сленге в интернете. Луи на свадебных мероприятиях приходилось общаться с диджеями и прочей тусовкой. Так что, хотя он и не считал себя старым – всего лишь 30 лет, он был в теме. И пока все еще оставался, хотя что будет дальше – он не знал.

Жасмин была в черных рваных колготках в крупную сетку, кожаной юбке, обвешана металлическими ремнями и цепочками. На шее, обтянутой черной прозрачной водолазкой, висели различные кресты, подвески и черепа. На плечах развевалась легкая кружевная накидка – тоже темная. Черная помада, длинные стрелки и накладные клыки-виниры завершали этот образ. А также длинные волосы до бедер. Не исключено, что нарощенные. Иссиня-черные, но с белыми прядями по бокам. Единственной светлой деталью в её образе, создававшей сильный и акцентированный контраст.

Луи на автомате сделал фотографии за пару минут, но потратил чуть больше времени на обработку. Ему хотелось, чтобы Жасмин себе понравилась.

– Все готово, вам сбросить на э-мейл или в соц. сети? – уточнил Луи.

Жасмин понравились фотографии, она весело рассмеялась и поделилась социальной сетью. Луи почему-то подумал, что это его шанс и решил попробовать.

– Вы очень нестандартно выглядите. И… Может быть хотите провести фотосессию в моей студии. С хорошим освещением. Я снимаю её в аренду и последний день – сегодня. Дело в том, что у меня пропало портфолио с прошлыми работами… и. В общем это долгая история…– Луи внезапно замолчал, не надеясь на соглашение. Жасмин тоже молчала и как-то странно смотрела на него. По её взгляду вообще нельзя было понять, что она чувствует.

– Ну.. или можем пойти в лес, – вдруг ляпнул Луи. – Ой ..То есть я… Не думайте, я не маньяк, просто там сейчас красивая зелень для фотосессии, – осекся он.

Взгляд Жасмин не изменился, но она улыбнулась, увидев, как подбирает слова Луи.

– Ну что ж, если вам это поможет. То у меня сейчас есть свободное время и можем пойти в студию, – согласилась она.

Луи удивился. Он был скорее готов к тому, что она откажется. Видимо Жасмин не принадлежала к категории боязливых и всего опасающихся девушек. В принципе это было понятно и по её стилю. Да к тому же на улице день. Абсолютно безопасно. Ровно два часа. Закат самого жаркого солнца. С этого момента на улицах становится немного прохладней. Насколько это вообще возможно в жарком климате этого города посреди пустыней Невады. Но так как сейчас была зима, то и солнце было не таким сильным. Оно словно светило, но не грело.

– Офис здесь недалеко, минут семь ходьбы, – пояснил Луи.

Но был второй вариант, почему она согласилась. И втайне Луи надеялась на это. Возможно, что Жасмин симпатизировала ему. Раз согласилась выделить время на путь и вообще согласилась. Проходя мимо зеркальных витрин Луи оценивающе окинул себя взглядом. Стройная и атлетичная фигура в легком льняном пиджаке и зауженных брюках. Густая копна черных блестящих волос. Луи не занимался спортом, он просто много двигался в течение дня, поэтому хорошо выглядел. Из спортивного у него был только модный шагомер-часы на руке. Да и за волосами ему особого ухода не требовалось. Иногда он их мыл жидким мылом, когда забывал купить дорогой уходовый набор. И результат был таким же. В этом плане Луи везло. Иногда он думал, что мужчинам действительно легче, чем женщинам. Но это, конечно, не касается геев. В уходе за собой они могут конкурировать с любой среднестатистической женщиной. Их у Луи было достаточно в друзьях, они же любят устраивать фотосессии, поэтому он знал точно. Но только в друзьях. В своей гетеросексуальности он ни разу не сомневался.

Они преодолели этот путь незаметно. Луи деликатно поинтересовался у Жасмин -всегда ли она так экстравагантно выглядит.

«Ну я, конечно, раскрепощенный человек, но все же даже для меня это слишком», – с веселой интонацией ответила Жасмин. А затем доброжелательно объяснила, что в 20.00. она собирается на встречу местных готов.

– Да ну, я думал, что их популярность давно в прошлом, – удивился Луи.

– Я разве похожа на человека, который следует мейнстриму? – немного обиженно спросила Жасмин.

– Нет, ты вообще ни на кого не похожа. Мне сложно про тебя вообще что-то сказать, – честно признался Луи.

– Я увлеклась этим недавно, буквально месяц назад.

– Ну, значит, что готы все еще остались. Раз даже на сходки ходят. Может быть, даже эмо еще не вымерли? – попытался пошутить Луи.

– Возможно, что эти чувствительные и ранимые личности в черном и розовом где-то среди нас…

– Со склонностью к самовыпилу. Чем больше самоубийц, тем меньше самоубийц, – снова попытался пошутить Луи. Но понял, что некстати.

Какое-то время они шли молча. Потом Луи немного рассказал о себе. О работе фотографом, проектах.

– А что самое необычное ты снимал? – спросила она. – Наверное за шесть лет работы были не только проекты свадебных корпоративов.

– Ну если не учитывать геев, которые к тому же ко мне постоянно клеятся. Не знаю почему, может быть, шевелюра моя их привлекает, – польстил себе Луи. – Ну так вот кроме их немного вызывающих фотосессий в основном ничего не было. Но и у них ничего такого не было. Максимум захватят с собой маску или хлыст с шипами.

– Ну, это вполне обычно, – согласилась Жасмин.

– Погоди, вспомнил, – спустя минуту молчания вдруг воскликнул Луи. – Почему-то этот проект всегда вылетает у меня из головы, хотя он меня очень сильно впечатлил. Эта была девушка. Она попросила произвести инсценировку из первого сезона «Настоящего детектива». Но допустила свою трактовку и отход от оригинальной сцены. Для этого пришлось заказать очень крупные рога нескольких оленей. Если ты помнишь, то там расследуются ритуальные убийства секты, которые несут под собой оккультную основу.

– Да, я смотрела. Именно первый сезон был так популярен, его еще по НВО крутили. Но я смотрела в повторе, – подтвердила Жасмин.

– Да? Значит, ты понимаешь, о чем я, – продолжил Луи. – Так вот. Эта девушка попросила сфотографировать её, как и в фильме, в виде обнаженного трупа со связанными руками и повязкой на глазах, а также знаком спирали на спине. Но отличие было в том, что она попросила создать иллюзию того, что рога протыкают её. Насквозь. А она распластана на них, как бы над землей. И из тела льётся кровь. Хотя в фильме рога были в форме венка, а жертва стояла на коленях.

– Получилось? – спросила Жасмин.

– Ну, пришлось немного доработать в специальной программе. Но в целом, да. И в реальности такой эффект создать довольно просто, если знать законы физики и основы фотодела.

– В общем, никто не пострадал, – резюмировала Жасмин.

– Конечно. Никто никого не проткнул. Хотя порез один маленький был, признаюсь. Все-таки не самый стандартный запрос. Но вот, что касается её тела, то она сама по себе была такой бледной, с тонкой кожей, под которой просвечивались синие вены… Что даже гримировать ничего не пришлось. В какой-то степени это и была готическая красота, кстати, – сказал он.

Жасмин ничего не ответила сразу. И Луи уже подумал, что она ничего не скажет и хотел продолжить. Но вдруг через пару секунд она ответила.

– Готика – это не только про смерть, Луи. Но про мироощущение…

– Но в основном все же про смерть, – не стал спорить он и продолжил рассказ. – Так вот, сделав уже целую серию снимков, мы решили, что стоит снять повязку с глаз. Это было моей идеей. Но я знал, что скорее всего из этого ничего не выйдет. Ведь по идее у трупа должен быть другой взгляд – мертвый, застывший, безжизненный.

– Вряд ли эта теория имеет научное обоснование, – скептически сказала Жасмин.

– Ты права, четких критериев нет. Но тем не менее так считается.

– У кого, у патологоанатомов?

– Ну и них точно. Так вот мы сделали две фотографии. На одной она повернула голову прямо в камеру. И взгляд действительно получился застывшим, немного жутким. А вот на второй фотографии, которую я сделал совершенно случайно, она на что-то среагировала вдалеке. Видимо кто-то открыл дверь в студию. Но она почему-то на долю секунды замерла и отвлеклась. Может она собиралась освобождаться от антуража или что-то еще, я уже не помню. Но на этой случайной фотографии в её глазах запечатлелось какое-то напряжение, смешанное с удивлением, даже шоком. И как будто болью. Хотя все эти рога были абсолютно безболезненными в реальности. Так вот эта последняя фотография получилась намного реалистичнее, даже чем предыдущая. И чем вся серия с повязкой. Я потом читал, что если человек умирает в момент сильного эмоционального напряжения, то черты лица могут застыть на этом выражении, и глаза будто фиксируют последнюю эмоцию. И эта фотография получилась очень реалистичной.

– Ясно. Бывает, что все случайное выходит лучше, чем то, что мы планируем, – оптимистично сказала Жасмин. – Лас-Вегас – это же город казино, город случайностей, шансов и совпадений – счастливых и не очень.

– Возможно. Тогда я тоже радовался. Но…

– Что «но»? – переспросила Жасмин.

Луи замолчал и жутко разозлился на себя. Он должен был закончить эту историю на этом. Или вообще не начинать рассказывать. Он не хотел оттолкнуть Жасмин или напугать её.

– Что «но»? – повторила она и вопросительно посмотрела на него.

Луи понял, что заинтриговал её и она разозлится, если он не ответит.

– Через месяц её нашли мертвой.

Жасмин ничего не сказала, но её шаг и походка нисколько не изменились. Луи сразу отметил её изящную походку и очень ровную осанку. Тем не менее, это не значило, что её настроение не изменилось. Хотя, может быть, она была не впечатлительной.

– Не хотел переводить разговор на мрачную тему, – честно признался Луи.

– Я же сама спросила и завела весь этот разговор. А что с ней случилось? – поинтересовалась Жасмин.

– Её нашли на обочине немноголюдной объездной трассы. Тело обнажено, задушена и на теле многочисленные удары ножом. Но следов насилия не было обнаружено. Преступника до сих пор не нашли из-за недостатка улик и каких-либо зацепок.

– Жаль, что зло бывает безнаказанно, – сказала Жасмин. – Как думаешь, что могло произойти?

– Не знаю…Я вообще мало о ней, что знал. Мы на фотосессии обсуждали в основном только рабочий процесс. Она о себе мало говорила. Но, когда я случайно узнал об этом, то поинтересовался деталями. Скорее всего мотивом могло послужить ограбление, если при ней были деньги, украшения или телефон. И насколько я понял, никто её знакомых не знал, как она оказалась там. К тому же зачем совершать столько ударов. Это больше похоже на аффективную ярость или напротив холодное и расчетливое убийство. Возможно, даже с ритуальной целью, как и в сериале. Просто без деталей и объяснений. В общем много странностей. И знаешь…Мне каким-то странным образом случайно попало в руки фото с места преступления. И…

– Дай угадаю. То же выражение глаз, как и на…

– Да. На той последней фотографии с нашей фотосессии.

Жасмин молчала.

– Получается она почувствовала приближение смерти? Или увидела потустороннее на мили-секунду, сама того, не осознавая… – после небольшой паузы произнесла она.

– Возможно…Но это, как ты сама говорила, не имеет научного обоснования. Совпадение. Случайность…

Луи прекрасно понимал, что шансы того, что Жасмин останется на фотосессию обратно пропорциональны тому, как долго они обсуждают этот трагический случай. Но зато он точно знал и другое. Что если она останется, то точно доверяет ему. Или даже симпатизирует.

– Иногда мне кажется, что она смотрит на меня в темноте, – добавил он, решив, что ему нечего терять. Если Жасмин решила отказаться, как скорее всего предполагал Луи, то лишняя деталь уже ничего не изменит. – Просто странное чувство присутствия обжигающего взгляда не отсюда. Достаточно редко, но я понимаю, что это нервишки шалят.