- -
- 100%
- +
Глава1
Хлопок вывел Ленара из задумчивости. Старый магистр поднял голову с ладоней, и на его измученном лице читались следы долгой болезни и усталости. В дальнем углу комнаты шевельнулась тень, отделилась от стены, и к нему двинулась фигура, скрытая темным плащом с глубоко надвинутым капюшоном.
– А, ты… – Ленар говорил с трудом, каждое слово давалось ему с одышкой.
– Великий магистр, – посетитель растягивал слова, словно боялся, что одежда выдаст его улыбающееся лицо.
– Какое дело привело тебя в столь неурочный час? – произнес Ленар, последние слова словно застряли у него в горле.
– Великие перемены наступают, магистр! – наклонив немного голову, ответил посетитель.
– Видимо, ты прозорливее меня, раз замечаешь то, что я упустил! – Ленар гневно процедил сквозь зубы.
Пальцы Ленара судорожно сжали подлокотники кресла, костяшки побелели. Стальные глаза метали гневные искры в сторону посетителя, который оставался неподвижным, словно манекен. Воцарилась тишина.
– Да, видимо, я прозорливее, – произнес посетитель.
Ленар попытался встать, но некая сила обрушилась на него, пригвоздив к креслу. Кости затрещали, словно под чудовищным давлением. Он попытался сопротивляться, но все усилия сводились к слабым, судорожным движениям рук. Шея выгнулась под неестественным углом, жилы вздулись, и раздался еле слышный хруст. Ленар затих, испустив последний вздох. Цокот каблуков эхом разнесся по старинному мраморному полу. Взгляд убийцы скользнул по светильнику, и пламя, словно от порыва ветра, метнулось в сторону, оставив комнату в темноте.
Легкий ветерок трепал густую шевелюру русых волос Ладимира, одетого в стилизованный старославянский костюм. Кресло покачивалось на балконе высотки «Москва-Сити». Он любил это время – раннее утро, когда город еще не проснулся и не был скован пробками. Первые лучи солнца коснулись горизонта, и в этот момент Ладимир почувствовал едва уловимое возмущение энергетического поля. Кто-то выбрал удачное время, чтобы скрыть мощное магическое воздействие. Не будь он на этой высотке, а прогуливайся в это время по улицам, эта затея прошла бы незамеченной. Скрипнула отодвигаемая скамья, Ладимир не спеша направился в кабинет. Нажатая клавиша селектора ответила длинным гудком.
– Доброго утра, Александр Сергеевич! – сказал Ладимир, услышав голос абонента.
– Что-то утро раннее. Не случилось ли чего? – отозвался собеседник.
– Не могли бы ко мне зайти? – поинтересовался Ладимир.
– Отчего же не зайти! – ответил Александр Сергеевич.
Ладимиру до сих пор было не по себе, когда приходилось обращаться к подчиненным современными именами, но это была необходимая мера предосторожности.
Через десять минут в кабинет тактично постучали.
– Я же знаю, вы уже несколько минут стоите у двери, – сказал Ладимир. В кабинет вошел спортивного телосложения пожилой человек.
– Тактичность по отношению к начальству еще никто не отменял, – лаконично произнес Александр Сергеевич и подытожил, присаживаясь на указанный стул: – Вижу, и впрямь дело срочное.
– Да, дело крайне срочное, – Ладимир подражал тону собеседника. Он говорил медленно и отчетливо: – Будем исходить из того, что информация достоверна. Расклад сил изменился, и темные попытаются свалить вину на нас, чтобы лишить преимущества. Необходимо, не привлекая внимания, вывести наших сотрудников из-под удара и выяснить их планы. Разрешаю использовать любые методы.
Светлый магистр встал, давая понять, что добавить нечего.
Одетый в льняные брюки и водолазку крупной вязки, молодой человек с букетом цветов нервно расхаживал по аллее, то и дело поглядывая на часы. Спрятаться в тени не было возможности – место свидания, назначенное им самим, находилось в стороне от деревьев. Попытки найти прохладительные напитки успехом не увенчались. Вдруг сквозь листву мелькнул передвижной ларь с мороженым, который неспешно толкал пожилой человек. Игнат снова взглянул на часы. Инга задерживалась уже на двадцать минут, и перспектива просмотра нового фильма оказалась под угрозой. Ноги сами понесли его навстречу мороженщику.
– Молодой человек решил охладиться? – продавец смотрел, прищурившись, улыбка широко расплывалась по его лицу.
– Да нет. Дайте два! – сказал Игнат, взгляд скользил сквозь деревья; он боялся пропустить приход девушки.
– Бери одно, парень, а то жалко, если второе растает! – проговорил старичок, протягивая эскимо.
– Да-да, – пробормотал Игнат. Рука схватила предложенное эскимо, едва он завидел вдали знакомый силуэт.
Выскочив на аллею, Игнат понял, что ошибся. К девушке подходил другой молодой человек. Они обнялись и вместе направились в сторону кинотеатра. Игнат машинально сорвал обертку с эскимо и откусил, совершенно не чувствуя вкуса. Звонок телефона вырвал его из оцепенения. Небольшой смартфон, словно назло, не желал выбираться из кармана, цепляясь за все складки ткани. Казалось, он намертво врос в брючину.
– Да, – наконец произнес Игнат, изрядно намучившись.
– Привет! – ответил девичий голос из динамика телефона. – Немного приболела, так что я не приду. Игнаш, я давно хотела тебе сказать, не надо нам больше видеться.
Девушка тараторила, явно боясь услышать возражения.
– Инга, так мы же недавно разговаривали, все было нормально! – пробормотал Игнат, не желая слышать окончание реплики.
– За два часа многое может поменяться! – съязвила Инга и закончила разговор.
Поникший Игнат опустился на скамейку, уставившись на экран телефона. Затем перевел взгляд на цветы, которые все еще держал в руке. В порыве внезапной злости и обиды швырнул их в ближайшую урну. Вместе с цветами туда же полетело недоеденное мороженое. Игнат обернулся и увидел, что мороженщик смотрит на него с каким-то сочувствием.
– Простите за назойливость, – начал продавец, – но я много пожил, и у меня есть опыт. Тебе характера не хватает, а таких девушки не очень любят. Да и бледный ты какой-то, витаминов тоже не хватает. Студент, небось?
– Младший научный сотрудник, – поразившись собственному голосу, произнес Игнат.
– То-то и оно, что младший! – поправил продавец. – Хотя есть у меня средство, для внука купил. Такой же, как ты, неактивный, но я вижу, тебе еще хуже.
Игнат смотрел на говорящего. Продавец стоял за ларем и улыбался. Игнат принялся рассматривать собеседника. Первое, что мелькнуло – продавец в возрасте. Хотя торговать мог любой. До Игната долетали обрывки фраз.
– Что, что говорили про внука?
– Да говорю, ты такой же, как мой внук, с девушками не герой. Только он еще не познакомился, а ты уже успел потерять!
– И чем поможет ваше средство?
– Ну, во-первых, оно не мое, я сам купил. Так вот, если верить бумажке, которая прилагается, – продавец напялил на нос очки, рука полезла во внутренний карман куртки, – вот она, тут написано: средство не является лекарством, это БАД какой-то. А, во, усиливает активность мышц, мозговую деятельность, помогает познать мир с другой стороны. Ну, в общем, перевернет сознание.
– И сколько за него отдали? – спросил Игнат.
– Немало. Пятьсот рублей. Да, тебе-то зачем, я вот внуку купил, – произнес старик, пряча инструкцию на место.
– Может, дам на сто рублей больше, сами говорили, мне нужнее! – оживился Игнат.
– Вот умеешь уговаривать! – кряхнул продавец, залезая в карман куртки. – Это, принимай по инструкции. Много раз аптекарь просил, – сказал старик. Приобретенный контейнер красовался в руке Игната.
Пытаясь рассмотреть инструкцию, Игнат понял, что она написана чуть ли не всеми языками, но только не русским. Поиск спасительного английского ничего не дал. Молодой человек вскочил на ноги, контейнер крепко зажал в ладони.
Догнав знакомый ларь, Игнат приятно удивился: его катила худенькая девочка в том же фартуке. Рассматривая морозильник, он точно был уверен, что не ошибся. Те же обшарпанные буквы, а в слове «вкусное» «о» подрисовывали кисточкой.
– Постой! – произнес Игнат, он дернул за ручку ларя и остановил его.
– Да что вы себе позволяете, молодой человек! – возмутилась девушка.
– Ой, да, простите! – оправдывался Игнат.
– Работу закончила, нет у меня мороженого! – произнесла продавщица, толкая ларь.
– А где старик? – гневно потребовал Игнат, не давая продавцу столкнуть ларь с места.
– Да нет никакого старика. Голову напекло, что ли? – продавщица гневно вращала глазами.
– Как нет? Я у него только что мороженое купил! – выкрикнул он.
– Так, уже отойти нельзя, – воскликнула девушка и тут же осеклась. – Я попросила… очень тактичный дядечка… в туалет сильно хотелось.
– Куда он делся? – Игнат принялся трясти ларь за ручку.
– Простите, он вас обсчитал? – испуганная девушка полезла в кассу за деньгами.
– Нет, все правильно! – ответил Игнат.
Он заметил, что держит контейнер в поднятой правой руке. Боже, наверное, напугал девушку. Возможно, она подумала, что я хотел ее ударить.
Игнат обернулся в надежде, что продавщица ушла. Но девушка стояла, держась за ларь. Такого отвращения к себе Игнат не испытывал давно. Контейнер перекочевал в карман, юноша быстро зашагал из парка.
Ночь давно смотрела в окна. Игнат сидел на спинке дивана, а взгляд скользил по удивительной баночке, навязанной странным продавцом в парке около станции метро. Сама баночка ничего особенного не представляла, а вот пилюли в ней, по словам продавца, должны были перевернуть всю жизнь до неузнаваемости. Если верить маме, он такие таблетки часто глотал во время простуды. Но сейчас в них Игнату виделось что-то необычное. Внутренний голос вопил от возмущения, отговаривая хозяина от этой глупой затеи. В квартире кто-то чихнул, и это вывело его из раздумий. Игнат оглянулся – сидел без света. Рассматриваемый предмет опустился на стол, ноги понесли его к выключателю. Он щелкнул. От яркого света он зажмурился. Вспомнив, что заставило встать, Игнат принялся разглядывать комнату. Не найдя ничего подозрительного, осмотрел остальные. Честно потратив на поиски тридцать минут, Игнат присел на диван. Раньше с ним таких злоключений не происходило. Взгляд остановился на контейнере. Мысли поползли в голове, рождая противоречивые решения.
– Этого не может быть! – произнес Игнат, вздрогнув от собственного голоса. – Но если мне суждено измениться… значит, надо.
Он взял контейнер, пристально рассмотрел содержимое, открыл крышку. Сладковатый запах щекотал нос. Пилюля оказалась теплой. Немного подумав, он положил ее в рот.
Глава 2
Сознание возвращалось медленно, словно из глубокого сна. Комната в серых тонах казалась огромной и далекой. Игнат с удивлением понял, что пол стал намного ближе, чем раньше. Он хотел пошевелиться, но не мог. Попытка двинуться вызвала резкую боль, пронзившую все тело и сковавшую движения. Не хватало воздуха. Сердце колотилось в груди, словно бешеная птица, готовая вырваться наружу. Зажмурившись от рези в глазах, он долго не мог их открыть. Звуки вокруг, особенно доносившиеся с улицы, стали оглушительно громкими. И тут пришло второе, еще большее странное удивление: запахи приобрели невероятную отчетливость и глубину.
Игнат поводил носом по сторонам, и слюнки потекли от аромата запеченной курицы; обоняние подсказывало, что она на соседнем этаже, и запах пришел по вентиляционной трубе. От обилия новых ощущений ему захотелось открыть глаза и все разузнать. Боясь боли, он открыл глаза с крайней осторожностью. Яркий свет в комнате заставил снова их закрыть. Преодолев небольшие неудобства, он смотрел лишь через маленькие щелочки. Комната была ярко освещена. Присмотревшись, свет исходил от фонаря на столбе за окном. Удивлению Игната не было предела. Он вздрогнул от жужжащего звука. В подсознании обрисовался движущийся лифт. Его позабавило положение собственного тела. Он сидел на полу, упираясь руками в пол. Удивило не то, что он сидел, а то, как это было удобно.
Резкая боль, как укол иголкой, пронзила плечо. Игнат дотянулся головой и погрыз зубами больное место, затем облегченно лизнул его и застыл. Его покрывала черная шерсть, спускавшаяся по руке. Страх, возникший у Игната, заставил его замереть, осмысливая увиденное. Поворот головы дал подтверждение, что со второй рукой то же самое.
Где у меня большое зеркало стоит? – промелькнуло у него в голове.
Вспомнив о зеркале, которое он недавно приобрел и прислонил к стене в прихожей, Игнат рванул туда. Но не успев сделать и шага, он с силой ударился об пол. Что-то стягивало его тело, мешая двигаться. Бесполезные попытки освободиться только распалили злость. Игнат пустил в ход не только руки, но и зубы, яростно разрывая сковывавшую его ткань. Вскоре на полу образовалась груда изорванной одежды.
С этим позже разберемся, а сейчас к зеркалу, – подумал Игнат, бросившись в сторону прихожей.
Он преодолел большую комнату в два прыжка и удивленно поймал себя на мысли, что на четвереньках двигался гораздо быстрее, нежели раньше. Наскоком подойти к зеркалу не получилось: в прихожей стоял большой черный кот и смотрел на него. Оба не двигались. Игнат подошел поближе, чтобы лучше рассмотреть незваного гостя. Тот тоже двинулся навстречу.
Не может быть… Неужели это я? – лихорадочно пульсировало в его сознании.
Игнат стоял у зеркала, которое так и не повесил, а лишь приставил к стене, торопясь на то самое свидание в парк.
– Этого не может быть! – не переставая повторял Игнат, глядя на отражение черного леопарда в зеркале.
Хищник у зеркала лег на живот, вытянул голову и передними лапами, по-человечески, закрыл морду. Неизвестно, сколько могло продолжаться это действие, если бы не шум в подъезде.
Опять эта старая баба Настя кормит бродячих кошек, ругает жильцов, что просмотрели пропажу лампочки, – пронеслось у Игната в голове. Он повернул голову и вращал ушами в разные стороны. Погоди, – остановил он себя. Это же на первом, тем более, за дверями тамбура… – звучало в его голове.
Леопард сел, продолжая неотрывно смотреть на свое отражение. Затем он повернул голову в сторону комнаты, где недавно сидел человеком. Несмотря на глубокую ночь, Игнат отчетливо различал не только крупные предметы, но и мельчайшие детали интерьера. Он вспомнил, как совсем недавно, чтобы осмотреть комнату, ему приходилось включать свет и доставать очки, которые он тщательно прятал от посторонних глаз. Открывая для себя все больше преимуществ своего состояния, Игнат тяжело дыша направился в комнату.
Умело лавируя вокруг предметов, он бесшумно передвигался, несмотря на то, что комната была заставлена мебелью. Он увидел теннисный мяч, потерянный полгода назад. Это привело Игната в неописуемый восторг. Поддев мяч ловко лапой, леопард перевернулся через голову и подбросил его над собой. Пружинистые лапы толкали тело вверх, перехватывая предмет в воздухе. Игра с мячом продолжалась целый час, разбрасывая попадавшиеся на пути предметы.
Интерес к мячу иссяк так же стремительно, как и начался. Уставший от беготни, Игнат тяжело дышал, развалившись на ковре.
На улице давно хозяйничала ночь. Звуки засыпающего города все больше проникали в дом. Поднявшись, Игнат рысцой направился к входной двери. Привычные движения человека совсем не получались в образе зверя. Пальцы не гнулись, как раньше. Изрядно намучавшись, но не отступая от намеченного плана, Игнат приоткрыл совсем не закрытую на ключ дверь. Он просунул лапу в образовавшуюся щель и навалился всем телом.
Дверь поддалась. Ударивший по глазам свет фонаря в подъезде заставил его зажмуриться и остановить движение. Зрение адаптировалось быстрее, и уже в течение минуты большой черный зверь в два прыжка преодолел лестничные марши. На третьем этаже леопард остановился и перешел на шаг. Бесшумное движение стало еще медленнее. Казалось, что зверь начал охоту. Преодолев еще один этаж, он остановился. В тамбуре первого этажа отчетливо пробивалось чье-то бормотание. Леопард сел на площадке между первым и вторым этажами, не зная, что предпринять. Показываться в таком виде перед «сумасшедшей старухой», какой считала ее весь дом Анастасией Петровной, Игнат не хотел, поэтому решил отсидеться на площадке между этажами, пока соседка не уйдет. Баба Настя собрала импровизированные плошки и стала подниматься по ступенькам. В квартире на втором этаже, как удар грома, повернулся ключ в двери. Игнат, недолго размышляя, прыгнул в раскрытое окно на подъездный козырек, а оттуда – на улицу, неудачно приземлившись на переднюю лапу. Соседка, успевшая выйти на площадку, увидела большое животное и замерла, схватившись за перила.
– Вот, приваживаете всякую тварь, Анастасия Петровна. Не имеется вам! – горланила ярая противница какой-либо живности в квартирах Любовь Ивановна.
– Так это не мои! – возмутилась баба Настя.
– А больше приваживайте. Скоро крокодилы заведутся! – не унималась Любовь Ивановна.
Игнат размял ушибленную лапу и пустился осваивать просторы. Несмотря на позднее время, городом правили сумерки. Прохожих было немного, что давало Игнату возможность освоиться. Он вырос в этом городе и мальчишкой оббегал всю прилегающую округу. Обоняние помогало двигаться, за несколько метров распознавая предметы. В его голове запахи превращались в яркие картинки. В нос ударил едкий запах табачного дыма. Еще не видя человека, Игнат знал о нем почти все.
Мужчина стоял в подворотне, выкуривая третью сигарету. Распитая бутылка шампанского валялась в полуметре. Нервно теребя сигарету, мужчина ритмично постукивал букетом цветов по кирпичной стене. Игнат уловил запах злости, страха, дешевого парфюма, алкоголя, все это перемешалось с табачным дымом. От обилия запахов у него зачесался нос. Не в силах сдержаться, Игнат чихнул. Мужчина подпрыгнул, выставив букет впереди себя в направлении звука. Сумерки притупили его зрение. Мужчина, не понимая, откуда доносился звук, размахивал букетом в разные стороны. Игнат понял, что испуганный человек его не видит, мысленно усмехнулся и трусил дальше.
Ночь наступала, на улицах заметно прибавилось народу. Приобретенные навыки помогали вовремя сворачивать с дорожки и двигаться среди кустов при появлении людей. Игнат также избегал освещенных мест. В новом обличии он чувствовал себя уверенно и раскованно. В воздухе пахло сыростью, горожане не ощущали прихода грозы.
Его ужасно мучила жажда. Определив, где находится ближайший источник воды, Игнат пробирался к нему. Им оказался поливочный шланг, брошенный в мраморную вазу для цветов. Чаша давно наполнилась, вода стекала через край. Усиленно работая языком, Игнат добился того, что струйка воды засасывалась в рот, где ее легко было глотать. Напившись, потряхивая промоченными лапами, черный зверь отошел от воды.
Желудок, получивший воду, требовал чего-нибудь существенного. В нос лезли различные запахи, ранее игнорировавшиеся организмом. Чего тут только не было! Игнат отчетливо различал запахи от больших шашлычных до жующих на скамейках людей. Правда, имелись еще места, куда горожане выбрасывали остатки пищи, но из этических соображений этот источник пока был исключен.
Самым безопасным оказался способ, находившийся в шаговой доступности. Окруженная постриженным кустарником скамейка стала удобным местом для уединения, чем воспользовались двое влюбленных. Молодой человек подкармливал девушку, любезно берущую пищу из его рук. Пара целовалась, и мешающий пакет с кусочками курицы в кляре переместился за спину парня, чем тут же воспользовался голодный Игнат. Отбежав с пакетом на небольшое расстояние от места кражи, он принялся разрывать пакет, поглощая содержимое.
После утоления голода у Игната наступило игривое настроение. Гремящая музыка притягивала. Оттуда слышался смех, шутки. Музыка, вырывавшаяся из динамиков, заводила. Дурманящие запахи привлекали Игната. Учащался пульс, дыхание замедлялось, желудок непривычно урчал.
Тело выгнулось, бесшумно переставляя лапы, зверь приближался к ликующей толпе. Переключение на новый запах произошло в тот момент, когда до предполагаемой жертвы оставалось расстояние в два прыжка. Бежевый комок шерсти в черную размытую точку упал сверху. Игнат перевернулся на спину, выставив лапы с растопыренными пальцами. Комок, приземлившись, изрядно толкнул его и рыкнул. Игнат, отбив атаку ударами задних лап, вскочив, стал рассматривать нападавшего. В нос прилетела приятная нотка: перед ним хоть и женская особь, но все же кошка. Шерсть встала дыбом, увеличивая его телосложение. Пасть оскалилась, показывая длинные зубы. Нападавшая, перевернувшись, стояла неподвижно. Она прижимала уши назад, показывая агрессию, но сама не стремилась нападать.
Игнат сделал шаг навстречу. Нападающая стукнула лапой оземь, и он остановился. Остальные вокруг перестали интересовать Игната. Что-то привлекательное можно было рассмотреть в дикой кошке, стоящей в боевой стойке. Сделав полшага и не получив возражений, Игнат пригладил шерсть, показывая миролюбивость. Отведение взгляда на землю едва не стоило ему трепки. Пантера прыгнула без подготовки, сбила его с ног, при этом слегка куснув в бок. После, отпрыгнув, отбежала на два-три шага.
Дуэль продолжалась около получаса. Злость приобрела игривое настроение. Игнат предугадывал действия, вставляя контратаки. Доставалось ему жестко и неприятно. Пантера будто играла с ним, не причиняя больших повреждений.
Александр Сергеевич спешил к магистру. Он знал: Ладимир второй раз вызывать не будет. Глухие шаркающие шаги раздавались в пустом коридоре министерства. Подойдя ко второму посту охраны, визитер немного замешкался, ища пропуск.
– Начальство вызывает, – произнес охранник, после того как на дисплее высветилось, кто пришел и к кому.
– Отчет пора сдавать! – кряхнул Александр Сергеевич.
– Угу, – выдал охранник, зная, что в такое время к министру никто не ходит.
Дубовая дверь открылась со скрипом. Александр Сергеевич проводил взглядом секретаршу, вскочившую с места, и указал жестом на дверь кабинета министра.
– Здравствуйте, Александр Сергеевич! – сказал Ладимир, вставая с места.
– Здравствуйте, уважаемый Леонид Петрович! – ответил той же интонацией вошедший.
– Ну, зачем так уж официально? – отреагировал Ладимир.
– Не на блины в такой час зовете! – произнес Александр Сергеевич.
– Кстати, – подхватил Ладимир, касаясь кнопки селектора. – Светочка!
– Да, Леонид Петрович! – ответила секретарша.
– Принеси-ка нам чай с блинами! – посмотрев на посетителя, попросил Ладимир.
Через пять минут в кабинет вошла девушка, неся на руке невесомый поднос, где стоял большой глиняный чайник с чашками и прикрытое блюдо. После расстановки на столе красовались чашки с блюдцами, тарелка горячих блинов и соусницы с красной и черной икрой, масленка и два ножа.
– Удивили! – отреагировал Александр Сергеевич.
– Просто уверен в сказанном! – ответил Ладимир.
– Как у нас обстановка? – продолжил Ладимир, разливая чай по чашкам.
– Начало операции прошло успешно. Подобран кандидат. На первых порах за ним присмотрят, – произнес Александр Сергеевич, откусывая блин с красной икрой.
– А что у наших друзей?
– Думаю, им пока не до нас, у них избрание нового магистра. Уверен, изберут Драгана!
Парк, окруженный вооруженными нарядами полиции, заполнили необычные посетители. Наспех собранная сцена вмещала несколько десятков человек, одетых в черные плащи. По краям в специальных чашах горели костры, бросая оранжевые отпечатки на лица собравшихся. Из мощных колонок доносилась ритмичная музыка. От стоящих на сцене отделился человек в красно-черном плаще. По собравшимся людям прошел ропот. Оратор поднял руку, и гул затих.
– Непомерную утрату понесли мы с уходом магистра, – начал выступающий. – Всего себя отдавал он на продвижение нашего дела, – продолжал он после короткой паузы. – Кто может и достоин вести нас к окончательной победе? – выкрикнул оратор, чеканя каждое слово.
– Драган! Только он укажет нам путь к победе! – выкрикнул один из собравшихся вокруг сцены.
В это время резко забили барабаны, убыстряя ритм мелодии.
– Да, только он на это способен! – подхватил другой в конце сцены.
Барабаны били неимоверно. По людским массам пробежала волна, и уже все это море заколыхалось.
– Спасибо, братья, за доверие! – подхватил оратор (Драган). – Я не только поведу вас по темным лабиринтам судьбы, но приведу к нашей полной победе над врагами!
Игнату нравилось это забавное существо, заставлявшее то обороняться от ее нападок, то догонять его. Он хотел бы продолжить игру долго, если бы не тошнота, подкатившая к горлу. В глазах весь мир задрожал и стал проседать. Перевернувшись через голову во время преследования, Игнат уже не мог подняться. Организм выворачивало наизнанку. Шерсть летела клочьями. Скелет изменялся. Из кустов по тропинке просунулась девушка и с удивленными глазами увидела совершенно голого человека; он лежал на животе, странно расположив конечности.