Позови меня

Пролог

– Ты должна ему всё рассказать, – Лина не называла имени, но этого и не требовалось, Джоанна понимала, о ком именно говорит служанка.

Нервно выхаживала по комнате, – Нет, – замотала она головой, – это исключено.

Преданная подруга пыталась достучаться до хозяйки.

– Джоанна послушай…

– Нет, Лина, – она жестом заставила её замолчать…

«Пять лет назад Джоанна была замужем, за неким Эндрю Уоллесом, этот брак, был не только по принуждению, тёти девушки, которая в тот момент исполняла роль опекуна, но и, являлся олицетворением боли и сексуального насилия. За год совместной жизни Джоанна не знала ничего, кроме боли и унижения, она боялась ослушаться или хоть как-то выказать протест, чтобы не быть избитой, тем, кто с определённого момента, как она считала, должен оберегать и заботиться. В жизни девушки не было места радости или мечтам. И так как, ко всему прочему, её супруг был не способен дать девушке желаемое, Джоанна набралась смелости попросить помощи у маркиза Ровендейла. Просьба заключалась, не в защите или ограждении от тирана супруга, нет, Джоанна больше всего мечтала стать матерью. Отчаявшись совсем, девушка просила маркиза, помочь ей забеременеть, чтобы дальнейшая её жизнь была наделена смыслом.

Глупый план, но именно он стал катализатором огромной и безумной любви, благодаря которой, Ноэль был полон сил и желания вырвать Джоанну из лап изверга, намереваясь убить негодяя если понадобится. Именно последнего, Джоанна и страшилась, она боялась, что Ноэль совершит ошибку, за которую будет потом расплачиваться, возможно, ценой своей собственной жизни.

Девушка сбежала, оставив прощальное письмо, ошибочно пологая, если Ноэль поверит в её смерть, то совсем скоро забудет и начнёт новую жизнь. Только, маркиз так и не смог забыть, ту, что полюбил…

Сколько шансов, встретиться где-нибудь случайно, один на миллион, или тысячу, а может один к ста? Один к одному, именно так решила судьба, потому что, вчера вечером, Ноэль Ронвелл, Маркиз Ровендейл, единственная любовь Джоанны и отец её дочери Шарлин, был одним из приглашённых гостей».

– Но, – не сдавалась служанка, – ты же понимаешь, он так просто не отступит, – говорила она негромко, чтобы кто не услышал их разговор, – Он знает о дочери и ни за что не отступиться.

– О Господи, Лина, – взмолилась Джоанна, – зачем мы приехали?

– Кто же знал, что твой супруг, входит в круг знакомств маркиза.

В комнату вбежала девочка, она радостно подпрыгивала, держа под рукой огромного зайца, который был немногим меньше её самой, белокурые кудряшки пружинили при каждом её прыжке.

– Мамочка, можно мы с Полом поиграем в саду? – (Пол – это её новая игрушка, подаренная отцом, по крайней мере, девочка считала Роберта таковым).

На самом деле, Роберт Фарли являлся приёмным отцом девочки, но это ни в коем случае не сказывалось на его любви к Шарлин. Казалось, Фарли души в ней не чает, балуя и заваливая игрушками с головы до ног.

– Ну, разумеется, моя дорогая, – Джоанна обняла дочь, и коснулась лба, проверяя температуру, ещё вчера девочка лихорадила.

Как только Шарлин выбежала, Джоанна подошла и стала у окна, – Я скажу, что это дочь Роберта, – заговорила она, наблюдая, как девочка довольная выбежала из дома и побежала по тропинке в сад, всё-также подпрыгивая.

– Он не поверит, – служанка поднялась и стала рядом с хозяйкой.

– Ему придётся, – Джоанна говорила, а перед глазами стояло лицо Ноэля, когда он увидел её вчера. Удивление, на смену которому пришло разочарование, а после, наверху в комнате Шарлин, не было ничего, кроме презрения. «Это правильно, так и должно быть», думала она, а вслух произнесла, – Мне всего лишь, требуется убедить Роберта, при случае, сообщить о нашем «знакомстве», до, его отъезда в Ирландию, а лучше, – Джоанна задумчиво смотрела в даль, – если Роберт подтвердит, что я уехала именно к нему. Объясню это тем, что не хочу, чтобы на Шарлин пала хоть малейшая тень позора.

– Нет, Джоанна, – Лина не верила своим ушам, – ты разобьёшь ему сердце.

– Я уже разбила Лина, разве ты не понимаешь? Нет, всё правильно, Ноэль должен, ненавидеть меня, я это заслужила.

– А если, всё-таки, – не сдавалась служанка, – ты всё ему расскажешь? Он же не знает причины по которой ты уехала, не знает сколько всего тебе пришлось пережить, чтобы выжить и выносить его дочь…

– И что? – Джоанна повернулась и посмотрела на Лину, – Ты хочешь, чтобы он меня пожалел? Опять? – слеза скатилась по щеке, – А что потом? – она отвернулась и глядя в окно, тихо произнесла, – ты, наверное, забыла, я, замужем…

Глава 1

Солнце только-только показалось из-за горизонта, даря свой свет окружающему миру, пробуждая и готовя к новому дню. Казалось бы, такая рань, только, многие уже давно не спят, например, слуги в имении Роберта Фарли, во всю трудились, кто-то занимался уборкой и полировкой серебра, кто-то чисткой полов, ковров и всего остального, другие и их большее количество, занимались приготовлением праздничного обеда. Семейство Фарли ожидало гостей и не просто дружеский визит, а своего рода сватовство. Вчера утром, маркиз Ровендейл просил у Роберта руки и сердца, его дорогой и горячо любимой сестры Грейс, по такому случаю Фарли и устраивают тот самый праздничный обед.

В то время, как одни готовились в радостном предвкушении, другие, в имении по соседству, сохраняли тишину, не было ни радости, ни восторга, а скорее напряжение и недосказанность, именно это испытывала Кэтрин, графиня Ливингстон, младшая сестра маркиза Ровендейл, находясь в одной комнате с братом.

Вот уже около получаса, Ноэль молча сидел у камина, потягивая виски, он просто смотрел на огонь. Сначала, Кэтрин пыталась вывести брата на непринуждённую беседу, надеясь таким образом разрядить обстановку, и по возможности, понять, что он чувствует. Стараясь не затрагивать произошедшее позавчера, она переговорила обо всём возможном, от погоды до лошадей в конюшне, но брат неизбежно молчал, было ощущение что его нет в этой комнате. Вероятнее всего так оно и было, возможно физически он там и находился, но мысли его витали совсем в другом месте…

– Ноэль, я больше так не могу! – Не выдержав, Кэтрин поднялась и подойдя к брату опустилась перед ним на колени, только так она могла привлечь к себе его внимание, – Поговори со мной, – она взяла Ноэля за руку, её сердце обливалось кровью, видя боль что стояла в его глазах, Кэтрин не могла сдержать слезу.

– Ну что вы, ваше сиятельство, – Ноэль коснулся щеки сестры вытирая ползущую капельку. – Это не стоит ваших слёз.

– А как ты хочешь, чтобы я себя вела? Когда мой брат… – она замолчала, не желая говорить страдает, вряд ли он примет именно такую формулировку происходящего. – Совершает глупость, – договорила она.

– Глупость? – усмехнулся Ноэль, – Разве не вы, постоянно твердили мне, о замужестве?

– Да, но это другое, ты так поступаешь назло…

– Я так поступаю, чтобы быть ближе к дочери, – не дал ей договорить он.

– А Джоанна? – Вот она и произнесла, её имя.

– А Джоанна умерла, – ответил бесчувственно Ноэль и Кэтрин ощутила всю боль, которую её брат научился, умело скрывать. – Той девушки больше нет, – Ноэль поднялся и подойдя стал у окна, устремив свой взор, в бескрайние горизонты матушки природы, Кэтрин осталась сидеть на полу, – она умерла, – проговорил он задумчиво, – а вместе с ней, и все воспоминания. Нет, ваше сиятельство, я всё делаю правильно, вы можете не сомневаться…

– Джоанна дорогая! – от счастья Роберт буквально светился, это было невозможно скрыть, казалось, гордость разорвёт его изнутри. – Они приехали! – Восторженно произнёс он и быстро направился к двери, – посмотри готова ли Грейс, – проговорил он находу и скрылся за дверью.

Джоанна вздохнула, она стояла перед зеркалом репетируя улыбку, которую уже совсем скоро, должна приклеить к своему лицу, в комнату вошла Лина, Джоанна обернулась.

– Ты уверена? – спросила преданная подруга.

– Ну конечно, – нацепив на лицо ту самую улыбку, девушка поправила перчатки, – Помнишь, сегодня особенный день? Пойдём скорее, встречать гостей! – и выплыла из комнаты.

– Господи помоги, – прошептала Лина и вышла следом.

Грейс в нетерпении выхаживала взад-вперёд, а когда вошла Джоанна, она остановилась, на лице девушки читалась паника.

– Дай догадаюсь, – успокаивающе улыбнулась Джоанна, – ты думаешь о бегстве? – она прикрыла за собой дверь и подойдя взяла Грейс за руки, – не волнуйся, маркиз очень хороший человек, – Джоанна понимала, это дитя ни в чем не виновато, она действительно заслуживает счастья, – ты безусловно, будешь очень счастлива с ним.

– Откуда ты знаешь…? – не успела договорить, в комнату вошла Лина.

– Мистер Роберт, нервничает, где вы подевались, – и придержала дверь, чтобы две девушки могли выйти, одна которая любит маркиза, а другая, собирается за него замуж.

– Верь мне, – тихонько прошептала Джоанна, отвечая на ранее заданный вопрос.

Джоанна вышла из комнаты вслед за Грейс. Проходя около Лины, девушка улыбнулась и коснулась руки, давая понять «Не переживай, всё будет хорошо», она и себе внушала то же самое, идя по недлинному коридору ведущему к лестнице. Только, чем ближе они подходили, тем сильнее билось сердце, а находясь на самой площадке у края лестницы, где можно беспрепятственно наблюдать находящихся внизу, Джоанна осознала, насколько сложно, сделать всего лишь один шаг, не говоря уже об остальном общении, которое ей предстоит.

Из всех собравшихся внизу, улыбался только Роберт и это была настолько искренняя радость, именно она и придавала Джоанне сил, «Этому человеку я обязана жизнью дочери», мысленно повторяла она, медленно спускаясь вниз.

По выражению лица Кэтрин, можно было понять, она не питает особой радости от этой встречи, и в этом Джоанна не могла её винить, Ричард Ливингстон, супруг Кэтрин не выражал открытой неприязни и это могло бы, наверное, радовать, если бы не, Ноэль…

На него Джоанна избегала смотреть, ей казалось один только взгляд в эти глаза разорвёт её сердце на миллиарды осколков.

– Грейс, милая, поприветствуй наших гостей, – Роберт подошёл к сестре и предложив руку подвёл к стоящим внизу.

Пока Грейс приседала в реверансе, а Роберт рассыпался в восторженных высказываниях, Джоанна продолжала стоять, на лестнице, не в силах сделать последний шаг. Огромный соблазн развернуться и уйти, был слишком велик, Джоанне стоило не малых усилий чтобы не сбежать, как того требовало её израненное сердце.

– Джоанна дорогая, что же ты там стоишь?! – Не унимался слишком взволнованный Роберт, – проводи гостей, в гостиную, извините её, наша дочь приболела и несколько ночей…

Роберт объяснял возможную причину растерянности своей супруги, но уже после фразы «наша дочь», Джоанна закрыла глаза. Всю дорогу девушка твердила себе, что справиться, только сейчас, она уже не была в этом уверенна.

– Вы хорошо себя чувствуете?

Этот голос, он заставил сердце, остановиться, а после, забиться с удвоенной силой. Джоанна открыла глаза, Ноэль стоял у подножия лестницы, он улыбался.

– Вы бледны, – продолжал говорить он словно видит её впервые, Джоанна, не смогла вымолвить ни слова, всё на что она была способна, это на вымученную улыбку. – Позвольте, я провожу вас, – Ноэль поднялся на ступеньку и протянул руку, Джоанне ничего не оставалось как принять его предложение.

– Вот и прекрасно, все по парам, – проговорил радостно Фарли и жестом пригласил пройти в гостиную.

Первыми проследовали графиня с супругом, затем Джоанна под руку с Нолем, а завершающими шли Роберт с сестрой.

Казалось, Джоанна боялась даже дышать, он был рядом, это настолько невероятно, что у неё в голове промелькнула мысль, «Ни сон ли это?».

– Вы действительно бледны, – слегка наклонясь, тихонько проговорил Ноэль, Джоанна удивилась, она не ожидала, что он заговорит с ней, тем более с толикой сочувствия, но даже не успела отреагировать, как услышала, – Ваш супруг, случайно не бьёт вас?

«Вот оно, наказание», от услышанного она повернула голову, его взгляд, в некогда любимых глазах читалось презрение, а на устах играла ухмылка и никакого сочувствия. Обескураженная девушка не нашлась что ответить, Ноэль же, тем временем подвёл Джоанну к софе, и когда она собиралась сесть, произнёс так чтобы услышала лишь она:

– Или, вы беременны?

Уже второй раз за несколько минут, он намеренно задел её чувства, и вновь она промолчала, всё на что была способна Джоанна в тот момент, это, взгляд. Только в нём не было ни капли презрения или обиды, а скорее удивление, смешанное с разочарованием.

Она никогда не отрицала своей вины, и вероятно всё это заслужила, причинив ему столько страданий, но чёрт возьми, сама Джоанна пережила не меньше, а возможно даже и больше. Только, он никогда не узнает об этом…

***

– Господи, и как ты всё это выдержала!?

– Тсс, – успокаивала разгневанную подругу Джоанна, она укладывала спать дочь, а Лина нервно выхаживала взад-вперёд казалось её негодованию нет предела.

– Прости, – остановилась та, – Не разбудила? – Джоанна отрицательно покачала головой, – хорошо, – выдохнула Лина и приблизившись, аккуратно присела на край кровати, – А что дальше? – уже шепотом спросила служанка.

– Это всё, – тихонько ответила Джоанна, она не стала рассказывать всего происходящего, чтобы ещё больше не злить, подругу, того и гляди, Лина может сотворить глупость.

– Бедная моя девочка, – вздохнула преданная подруга.

Вскоре, Джоанна осталась одна, за исключением спящей Шарлин. Лина отправилась к себе, Роберт вероятно несмотря ни на что продолжает развлекать гостей.

Джоанна же не собиралась возвращаться в гостиную, откуда с таким трудом сбежала, сейчас, она надеялась побыть подольше в спокойствии, если его можно было назвать таковым, потому что, как ни пыталась она выкинуть из головы, всё происходящее с самого появления Ноэля, так и не смогла, мысли словно наводнение, прорывали её бедный рассудок, раз за разом прокручивая в памяти, сегодняшний вечер:

«– Если честно, возвращаясь в Англию, мы с супругой не питали особых надежд, – казалось от радости Роберта прорвало, и вместо приёма пищи, он постоянно говорил и говорил.

Джоанне стоило немалых усилий, делать вид будто всё прекрасно, а догадавшись о чём, именно Роберт собирается всем поведать, Джоанна замерла, она и так старалась ни на кого не смотреть, чтобы лишний раз не наблюдать презрение, во взглядах присутствующих, особенно на сидящего перед ней маркиза, а сейчас и вовсе уставилась на салфетку.

– Джоанна вообще считала, что глупо возвращаться только ради бала, но, я так счастлив, что настоял.

– А я как счастлив, – раздался голос напротив, – вы даже представить себе не можете как, – Ноэль говорил, а Джоанна сидела натянута как струна, пришлось даже отложить вилку чтобы не показывать, как дрожат руки, но следующие слова Ноэля выбили и ту малую, неустойчивую землю у неё из-под ног. – Вероятно, это судьба.

В тот момент Джоанна не удержалась и всё же подняла глаза, «– А вдруг это судьба?», когда-то, эти слова предназначались именно ей и, если маркиз хотел снова побольнее уколоть, у него это получилось.

– Могу лишь сказать, что крайне благодарен вам, – Продолжал свою речь Ноэль, только глядел совсем не на Грейс. – Теперь в моей жизни появился смысл.

Естественно, Джоанна догадывалась о каком смысле говорит Ноэль, маркиз имеет в виду дочь. И молила небеса чтобы Роберт поскорее поведал оговоренную заранее историю.

– Как я вас понимаю, сам обрёл таковой шесть лет назад, – не заставил себя долго ждать Фарли.

– Вы ничего не путаете? – в беседу вступила Кэтрин, – Разве, шесть лет назад Джоанна не была…

– Ваше сиятельство! – перебил её граф, понимая о чём именно собирается сообщить его супруга и одарил взглядом призывающим остановиться.

– Да, – взгляд Фарли стал ещё нежнее, он отлично играл свою роль, – но, мы предпочитаем не вспоминать тот период, – продолжил он, – Всё произошло слишком неожиданно, мы и предположить не могли что миссис Кэррингтон, это тётя Джоанны, – уточнил он.

– Мы прекрасно знаем кто это, – проговорил Ноэль, холодно, – виделись.

– Так вот, – продолжил Роберт, – мы и предположить не могли, что она так поступит.

Роберт говорил, а Джоанна понимала пути назад нет. Но если, есть хоть малюсенький шанс, что после сегодняшнего разговора Ноэль, поверит будто Шарлин не его дочь, и отступит, то ей больше не о чем и мечтать. Тем более, что через месяц, они уже покинут Англию, и это будет навсегда.

– То есть, вы хотите сказать, что знали Джоанну до, её первого замужества? – в удивлении спросила Кэтрин.

– Да, – ответил Роберт кратко.

В ту секунду, Джоанне было ужасно стыдно, что она практически принудила его лгать.

– И где же вы были, всё это время? – Ноэль злился, это прослушивалось в нотках его голоса, только видели это не все, Роберт, например даже не заметил перемен в интонации маркиза и казалось, был абсолютно спокоен.

– Искал родителей Джоанны, – ответил Фарли и улыбнулся жене.

Мысленно Джоанна благодарила его и надеялась, Боже как она надеялась, что скоро всё закончится.

– И почему не приехал, забрать её из лап изверга? – голос Ноэля источал ненависть.

Сердце в очередной раз всколыхнулось, Джоанна не выдержала, посмотрела на него, Ноэль естественно не видел этого, его взгляд был прикован исключительно к Фарли. В тот момент ей хотелось плакать и радоваться одновременно, ведь несмотря ни на что, он злится, Ноэль злится что её не защитили, позволили истязать заставляя страдать, в ту секунду, это был её Ноэль, любовь и мечта всей жизни. И от этого, хотелось умереть. Отводя глаза в сторону, Джоанна встретилась взглядом с Кэтрин, и пожалела о своей минутной слабости, ведь графиню так просто не проведёшь.

– Почта, знаете ли, – ответил Роберт, и замолчал какое-то время они молча глядели друг на друга, а потом Фарли произнёс: – И, кто вам сказал, что я не приехал?

«Вот и всё», подумала Джоанна, она понимала, это именно то, чего жаждал её разум, «Но, тогда, отчего так больно?».

– Думаю, если бы это было не так, мы бы с вами не сидели сейчас за одним столом. – Договорил Роберт и улыбнулся.

Что творилось в голове Ноэля Джоанна не знала, и теперь даже не рискнула поднять глаза. Наступила тишина, лишь редкое позвякивание приборов свидетельствовало, что обед продолжается. Джоанна понимала, после услышанного и Ноэль, и Кэтрин ещё больше возненавидят её, ведь это означало одно, в тот день, она сбежала именно к Роберту.

– Осмелюсь предположить, – нарушила тишину графиня Ливингстон, – что и о скандале, который разразился после исчезновения вашей ныне супруги, вы тоже не в курсе?

– Как я уже говорил, мы предпочитаем не вспоминать те времена. – Роберт в очередной раз улыбнулся.

– Дорогая! – Ричард на полтона повысил голос, – Роберт ясно дал понять…

– Я понимаю, – перебила его Кэтрин, – но возможно они до сих пор не знают, что Уоллес был казнён! – Графиня Ливингстон всегда стояла на стороне справедливости, и теперь было сложно остановить её разбушевавшееся негодование. – Посмотри на них, – она указала рукой на застывшую Джоанну, в глазах которой читался ужас. – Они ничего не знают!

– Как казнили? – спросила Джоанна и это были первые её слова за всё время. Она смотрела на Кэтрин.

– Да, – ответила та, негодующе вздёрнув подбородок, Кэтрин злилась на Джоанну, по вине которой, её брат столько лет страдал, поэтому, и не собиралась жалеть, – нашлась третья жена и дала показания, так что, – она замолчала, будто для пущей трагичности ситуации, – как оказалось, ваш брак был недействителен.

Ощущение будто весь мир рухнул, лишило Джоанну последних сил сопротивляться боли, слезам, да и просто дрожи в руках. Ясно понимая, что если, прямо сейчас она не покинет столовую, то рискует расплакаться у всех на глазах.

– Прошу меня извинить, – Джоанна быстро поднялась и спешно, практически выбежала из столовой.

Повисла неприятная тишина, Роберт явно волновался за супругу, поэтому смотрел вслед только что ушедшей Джоанны.

– Прошу прощения, я никого не хотела обидеть, я лишь хотела сказать, что негодяй получил по заслугам, – прикинулась невинной Кэтрин, а сама не забывала следить за братом, – думаю будет лучше, – она поднялась, – если я извинюсь…

– Думаю будет лучше, – перебил её Ноэль, – если мы покончим с этим, – он поднялся, бросил салфетку на стол и спешно вышел.

Джоанна выбежала в сад, надеясь, что свежий воздух поможет ей справиться с грозившейся вырваться наружу истерикой, но воздуха будто мало, она шла вперёд, жадно хватая его лёгкими, пока не скрылась за цветочным забором. Там в тени густых насаждений она дала волю слезам, не сдерживая больше этот горький поток. Боль и обида терзали, сознание бедной девушки, разрывая её изнутри. Если бы она доверилась ему, если бы не сбежала, всё могло бы быть по-другому…».

Далеко за полночь, Джоанна вышла из комнаты Шарлин и тихонько побрела в свою. Весь дом вероятнее всего уже спал, слуги в том числе, и только половицы слегка поскрипывали под тихими шагами Джоанны. Это был тяжелый день, но она выстояла и пусть осознание сотворённой некогда глупости, разбило сердце и уничтожило, возможно единственную надежду на прощение, зато теперь, она беспрепятственно сможет покинуть Англию, навсегда.

«Ничего, я выдержу, я смогу быть сильной», рассуждала Джоанна, войдя в свою комнату и замерла, у окна стоял Ноэль, пусть в комнате и царила тьма, но Джоанна сразу узнала его и это не удивительно, сколько ночей находясь в кромешном мраке её сердце трепетало, вспоминая о нём. Было время, когда Джоанна нарочно оставляла гореть несколько свечей, не позволяя призраку прошлого, врываться в её, новую жизнь.

А сейчас, это не призрак, Ноэль и вправду здесь, сердце обдало жаром, ноги сделались ватными, руки вновь затряслись, всё настолько болезненно знакомо, будто было лишь вчера. На долю секунды Джоанна потеряла контроль позволив своему сердцу возрадоваться, после чего вспомнила о дочери.

– Роберт, дорогой, ты ещё не спишь? – Она нарочно сделала вид будто не узнала его, – я уснула, извини, – говорила и мысленно молилась об одном, чтобы голос не выдал волнения, сердце стучало где-то в висках, и умом Джоанна понимала, для убедительности нужно что-то делать, создать непринуждённость, вот только её тело отказывалось повиноваться.

– Ловко придумано, – Ноэль говорил тихо, и пусть его глаз она не могла видеть, но взгляд ощущала в полной мере, он прожигал насквозь. – Браво, – несколько раз негромко похлопав Ноэль подошёл, – Браво, – повторил он и медленно обошел Джоанну, словно разглядывая со всех сторон. – Вы же не думали, что я клюнул на ваш мастерски разыгранный спектакль. – Договорил он и стал близко, слишком близко. – Я вас заждался…

«Приросшая к полу», Джоанна не могла здраво мыслить, его присутствие лишало её такой возможности, она зажмурила глаза, пытаясь избавиться от наваждения.

– Неужели, за столько лет, вы ни капли не скучали по мне, что даже, не желаете заглянуть в глаза? – говорил он тихим завораживающим голосом.

«Скучала! Если бы ты знал, как же я скучала!», кричали мысли разрывая голову изнутри, в то время как голос произнёс: – Нет, – Джоанна открыла глаза.

– Я не верю вам, – Ноэль всматривался, в некогда любимые озёра глаз, пытаясь отыскать в них подтверждение, своим словам – не верю ни единому слову.

– Это ваше право, – с неимоверным усилием Джоанна сумела взять себя в руки, обошла Ноэля и направилась к комоду, на котором стояли свечи, казалось если их зажечь, всё наваждение из прошлого исчезнет.

Джоанна уже успела взять в руки спички, как за спиной раздался голос, полный боли и отчаяния.

– А я скучал по тебе.

На самом деле, еще перед ужином, да и на нём тоже, Ноэль был уверен, что возненавидел её, он желал терзать её сердце, так же как она терзала его, все эти пять лет. Маркиз твердил себе, что находится в этом доме исключительно ради дочери, и терпит их всех ради неё же. Но стоило ему вернуться домой, да что там, ещё по дороге, находясь в карете, он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не развернуть лошадей. И вот, обманув сестру, сказав, что затеряется в кабаке, Ноль Ронвелл, маркиз Ровендейл как вор, прошмыгнул в комнату Джоанны, твердя себе что желает лишь объяснений. Именно это он твердил себе, но вспомнил ли маркиз об этом, увидя Джоанну?

Пытаясь достать спичку дрожащей рукой, Джоанна ощущала его дыхание, он рядом, и единственная её мечта в тот момент, это, забыть обо всём, развернуться и крепко обнять того единственного, о ком мечтала, с того самого момента, как узнала, что такое любовь. Хотя нет, даже раньше, с момента, как поверила в судьбу…