Бунтарка для декана. Академия Даркайна

Глава 1

– Рехнулась? Немедленно убирайся, пока Одри тебя не заметила!

Я застыла не дыша за тяжёлой дубовой дверью, опасаясь малейшим шумом выдать своё присутствие. Гаррет сказал, что ему нездоровится и ушёл в разгар свадебного торжества. А я, как верная жена, последовала за ним, и, кажется, услышала то, чего слышать была не должна.

Рациональная часть меня требовала немедленно вернуться к гостям в роскошную гостиную родительского особняка. А другая умоляла остаться и дослушать.

Неспроста же Гаретт упомянул меня?

А главное, с кем он разговаривает?

– Но, ко-о-о-отик, – капризно протянул женский голос, – я так скучала. Решила лично тебя поздравить… Я же вижу, что ты не против. Ведь так?

По ушам хлестнул довольный мужской рык и предательский шелест одежды. Воздух застыл в лёгких. Сердце за секунду размотало на ошмётки.

Я стояла соляным столбом – с распахнутыми глазами, вцепившись ногтями в шелковистую ткань свадебного платья.

Отчаянно пыталась убедить себя, что ошибаюсь.

Может, я не так поняла?

Может, я просто перенервничала, и всё это мне лишь кажется?

– Глупышка, – хохотнул Гаретт, тяжело дыша, – от Одри мне нужны лишь денежки её родителей. Через месяц сиротка бесследно исчезнет, и ты сможешь как следует утешить несчастного вдовца.

Жестокие слова прилетели оглушающей пощёчиной. Израненное сердце пронзила насквозь острая игла, впрыскивая в кровь болезненный яд.

Дыхание превратилось в серию коротких, рваных всхлипов, а пальцы сжимали кружевную фату, ставшую теперь символом предательства.

Звон пряжки ремня стал последней каплей.

Колени подогнулись, из глаз хлынули слёзы. Я резко развернулась и бросилась по коридору, чувствуя, что проклятым голубкам сейчас не до меня.

Скорее добраться до лестницы! Минуя веселящихся гостей, их улыбки и поздравления! Желая забыть обо всём, что ещё час назад казалось великим счастьем.

А я-то, дура, поверила, что у меня снова появилась любящая семья!

Горло сдавило спазмом. Волосы растрепались, выбившись из идеальной свадебной причёски.

Плевать!

Ноги сами несли меня к спальне – единственному месту, где можно спрятаться.

Захлопнув за собой дверь, я судорожно втянула ртом прохладный воздух с приторными нотками белых лилий.

Можно было сидеть и ждать чуда. Надеяться, что я всё не так поняла.

А можно было действовать.

Я раненым зверем заметалась по комнате, хватая самое ценное: портрет родителей в серебряной рамке, тонкую цепочку с кулоном от мамы, защитный артефакт, подаренный отцом за день перед их загадочной гибелью и шкатулку с безделушками, которые можно выгодно продать.

За этой лихорадочной суетой меня застала Мэдди. Дверь распахнулась без стука, и на пороге возникла стройная фигура лучшей подруги в нежно-зелёном платье.

– Одри? Что здесь происходит? – тёмные брови взлетели вверх, а взгляд заметался между моим заплаканным лицом и вещами на кровати.

Я застыла, чувствуя себя вором, которого застали не вовремя вернувшиеся хозяева.

Щёки пылали лихорадочным румянцем, а чёрные разводы от подводки, должно быть размазались, по всему лицу. Воздух выходил из груди с каждым вдохом всё более рвано и болезненно.

Мысли мелькали в голове со скоростью света, и сделав три быстрых шага, я схватила подругу за руки.

– Мэдди, умоляю, – прошептала я, едва ворочая языком, – помоги мне сбежать.

Глава 2

Подруга, выслушав мой сбивчивый рассказ, ахнула и вскочила на ноги. На припудренном лице проступил гневный румянец, а зрачки расширились так, что почти поглотили радужку.

– Это нельзя так оставить! – воскликнула она, расправив плечи. – Завтра же подавай Его Величеству прошение на развод! Тем более, первой брачной ночи у вас не будет, учитывая все… обстоятельства.

Мэделин была права, но я понимала, что сперва надо учесть каждое из этих самых обстоятельств. Вплоть до мельчайшего.

– А что дальше? – забормотала я, ощущая, как каждое слово царапает пересохшее горло. – Гаретт ясно дал понять, что планирует избавиться от меня и прибрать к рукам состояние, доставшееся мне от мамы с папой. Нет, Мэдди, я должна спрятаться и на трезвую голову решить, что делать дальше. Не хочу всю жизнь ходить по улицам и оглядываться.

Подруга нервно мерила шагами комнату. Каблуки изящных туфель глухо стучали по ковру, отмеряя секунды моего отчаяния. Воздух сгустился и пропитался тревогой, от которой нам обеим было трудно дышать.

Внезапно Мэделин замерла и победно щёлкнула пальцами.

– Бери то, что собрала, и дуй на выход через чёрный ход, – решительно скомандовала подруга. – Жди меня там, я спущусь к гостям и скажу, что у тебя заболела голова.

Дважды повторять не пришлось. Выхватив из платяного шкафа небольшую тканевую сумку, я сгребла туда всё, что имело для меня истинную ценность.

– Готово, что дальше? – нахмурилась я, размышляя со скоростью света. Ничего ли не забыла? Вдруг я что-то упустила из виду? – Гаретт будет рвать и метать! Перевернёт вверх дном весь Даркайн и не успокоится, пока не найдёт меня.

Мэдди хмыкнула и хитро прищурилась, став похожей на лисичку-сестричку с картинки из книги детских сказок.

– Да кто ему запретит? Пускай ищет. А мы спрячем тебя на самом видном месте – в Академии Даркайна.

– Чего? – от удивления я чуть не выронила сумку и тут же порывисто прижала её к животу. – Но я не сдавала экзамены, решила, что сперва свадьба, да и Гаретт был против, чтобы я училась.

– Пойдёшь вместо меня, – решительно припечатала подруга.

– Мэдди, но это же твоя мечта…

– И она уже сбылась! – перебила она, азартно сверкая глазами. – Я мечтала поступить? Я поступила. Внешне мы похожи? Похожи! Возьмёшь мои документы и отсидишься в стенах академии. Поучишься месяцок-другой под моим именем, а я уеду к родственникам в Нейтральные Земли. Буду в трёх часах езды от Даркайна.

Она заговорщически понизила голос и подбежала ко мне поближе.

– В академию не пускают посторонних, плюс там расширили женский экспериментальный факультет. Так что тебе не обязательно прыгать резвым козликом через препятствия. Правда, держись подальше от декана – по слухам, Конрад Гримстон тот ещё мучитель и тиран. А вместо языка у него ядовитое жало.

Что ж… Хуже уже не будет.

Сердце обливалось кровью от жестокого предательства того, кто ещё днём клялся мне в неземной любви. В верности до гробовой доски.

Какая ирония.

Я горько усмехнулась, стискивая зубы, а ремешок сумки жалобно затрещал в побелевших пальцах.

– Одри, это единственный шанс, – Мэделин покачала головой, и я увидела в её глазах отражение собственной тревоги. – Главное – не выходи за ворота без надобности.

Она права.

Если я поддамся слабости – могу сгинуть без следа, а родительское наследство попадёт в загребущие лапы Гаретта.

Решительно кивнув, я с помощью Мэдди высвободилась из неудобного свадебного платья. Наскоро умылась, стирая размазанный макияж. Надела любимое бежевое платье, сунула ноги в удобные туфли на невысоком, устойчивом каблуке и набросила на плечи осенний плащ из тонкой шерсти.

– Я справлюсь, – прошептала скорее для собственного успокоения и осторожно приоткрыла дверь, выглядывая в коридор.

Второй этаж погрузился в полумрак, зато снизу доносились взрывы смеха, к которым примешивался громкий голос Гаретта, рассказывающим какую-то забавную историю.

Я с трудом удержалась от порыва заткнуть уши, чтобы не слышать его баритон, раньше казавшийся мне безумно привлекательным, и на цыпочках добралась до лестницы.

Последняя ступенька скрипнула под моей ногой, и я замерла, прислушиваясь. В ушах грохотал пульс, заглушая все остальные звуки. Облегчённо выдохнув, я шагнула вперёд – и столкнулась с незнакомой девушкой в лиловом платье с вызывающим декольте.

В нос ударил приторный запах духов, и я дёрнула капюшон как можно ниже.

– Осторожнее, – капризно протянула она, поправляя выбившуюся прядь локонов. – Шастают тут, пока хозяева развлекаются.

Внутренности свернулись в тугой узел, во рту появился привкус металла.

Так вот кто она…

Судя по голосу, передо мной стояла любовница Гаретта.

Глава 3

Высшие Силы, с каким трудом я удержалась от желания выдрать нахалке все её кудряшки!

Но в этом случае мой побег накрылся бы медным тазом. Я что есть силы прикусила щёку изнутри, усмиряя рвущийся наружу гнев, и склонив голову, прошептала:

– Простите.

Любовница Гаретта лишь фыркнула в ответ и неторопливо поплыла к центральному входу, цокая каблучками.

Выбравшись из дома на свежий воздух, я шмыгнула за калитку. Прохладный ветер остужал разгорячённое лицо, норовил сдёрнуть с головы капюшон и скользил вниз по позвоночнику. Из распахнутого окна гостиной доносился смех и звон бокалов – праздник был в самом разгаре.

Радостные гости и не подозревали, что наш брак с Гареттом Холзеном закончился, не успев начаться.

Через пару минут мучительного ожидания, я встрепенулась, услышав тихий шёпот Мэдди:

– Я тут. Всё нормально?

Кивнув ей, мы направились вдоль забора с внешней стороны и выдохнули лишь оказавшись в тёплом салоне экипажа. Напряжение отступило, оставив взамен свинцовую усталость, а лёгкий аромат кожи и хвои действовал успокаивающе.

– Первый шаг сделан, – прошептала Мэделин, сжимая мои ледяные пальцы. – Самое сложное уже позади. Кстати, этот свин даже не предложил проведать тебя. Махнул рукой и сказал, мол, пусть счастливая новобрачная отдыхает.

Закусив губу почти до крови, я лишь промолчала.

Ночь прошла как на иголках. Кровать подруги с лёгкостью могла вместить шестерых, и я до рассвета ворочалась с боку на бок, не боясь её разбудить.

В голове крутился водоворот мыслей: получится или нет?

Поверят ли мне?

И что будет, если кто-то из академии узнает, кто я такая?

И каждый раз, когда удавалось задремать, я видела торжествующую рожу Гаретта, указывающего на меня стражникам.

Утром тонкие лучи солнца очертили фигурку Мэдди у раскрытого окна.

– Нам повезло, – сказала она, усадив меня на стул и ловко орудуя ножницами, чтобы придать нашим волосам ещё больше сходства. – В том году ректор Орхард вернулся на пост главы Воинской Школы, а новый ректор прибыл по рекомендации из Кэррей. Он до сих пор мало с кем общается в Даркайне. По прибытию ты можешь выбрать любое направление экспериментального – зелья, артефакты, лекарский или углублённые боевые искусства.

Я внимательно слушала подругу, старательно заталкивая все воспоминания о Гаретте на задний план. Сердце требовало выплеснуть эмоции, но я решила, что поплачу всласть лишь тогда, когда окажусь в стенах Академии Даркайна. Выберусь вечером на свежий воздух, и в дальнем уголке как следует нарыдаюсь.

В экипаже я вздрагивала от каждого окрика, наблюдая за стражниками, снующими по улице. Пересохшее горло сжималось, и я то и дело растирала его ладонью.

Остановившись перед воротами академии, приветливо распахнутыми для учеников, Мэдди обняла меня на прощание:

– Запомни, с этой минуты ты – не Одри, ты Мэделин Блэр.

– Мэделин Блэр. Мэдди, – повторила, глядя подруге в глаза. – Даю слово, я буду осторожна.

Однако стоило ногам коснуться нагретых на солнце каменных плит, до моих ушей донёсся голос, до ужаса похожий на голос Гаррета.

Страх прошил тело ледяным копьём, и я сорвалась с места, стрелой бросившись вперёд.

И почти сразу врезалась в кого-то. Высокого и очень твёрдого на ощупь. Отпрянув, я потёрла ушибленный нос, и тут же услышала несколько медленных, издевательских хлопков в ладоши.

– Ну надо же, какая неукротимая тяга к знаниям, – протянул насмешливый мужской голос. – Радость моя невнимательная, скажи что ты спешишь не на женский экспериментальный?

Глава 4

Я подняла глаза и замерла с раскрытым ртом. Передо мной возвышался прекрасно сложенный широкоплечий мужчина с короткими светлыми волосами, которому на первый взгляд было немного за тридцать.

Его с уверенностью можно было бы назвать красавцем, если бы не этот прищуренный взгляд, полный откровенного ехидства.

Я растерянно сглотнула, ощущая, как пересохло во рту. Проигнорировать его реплику или извиниться?

Кто он вообще такой?

Свободные штаны и безрукавка выдавали в нём явно не преподавателя. Скорее, он был чьим-то родственником, который сплавил кровиночку и от скуки решил повеселиться над испуганной девчонкой.

Я отступила на шаг и, собрав остатки храбрости, встретилась с его взглядом.

– Извините, мы с вами знакомы? – мой голос прозвучал на удивление твёрдо, и я слегка приободрилась.

– Ещё нет, – белоснежно улыбнулся здоровяк, скрестив руки на широкой груди. – И, я надеюсь, не доведётся. Что я, зря целую неделю носил дары в храм богам?

“О чём он вообще? – подумала про себя, чувствуя, как странный разговор начинает меня нервировать. – При чём тут я и какие-то дары? Только зря время трачу.”

Я расправила плечи и выпрямилась. Даже приподнялась на цыпочки, почти достав ему макушкой до подбородка.

– Тогда, может, вспомните уроки этикета? – с вежливой улыбкой ответила нахалу. – Не стыдно так себя вести? Вы же взрослый мужчина, а позволяете себе хохмить как подросток и цепляться к тем, кого вы даже не знаете? В вашем возрасте это выглядит… странно, честно говоря.

Глаза блондина распахнулись, а брови взлетели вверх так резко, что едва не коснулись кромки волос. Маска самодовольства треснула, обнажив искреннее изумление.

Всего на миг, но мне и этого хватило.

– Одна-а-ако, – протянул он, разглядывая меня как диковинную зверушку.

Я обошла его, сухо кивнув на прощание:

– Всего доброго.

Мышцы напряглись. Нервы натянулись до предела, удерживая меня от позорного бегства. Между лопатками жгло от его взгляда, но обернуться я не смела.

А что, если там на самом деле был Гаретт?

Что, если он узнал меня или проследил за экипажем Мэдди?

Лёгкие сжались, отказываясь принимать воздух. Он же племянник начальника центрального отделения Даркайнской стражи, от него всего можно ожидать.

Лишь когда поток студентов сомкнулся вокруг меня, тиски страха чуть-чуть ослабли. Я добралась до просторного холла и ощутила, как подкашиваются колени. Прислонившись затылком к ближайшей колонне, закрыла глаза, наслаждаясь прохладой мрамора.

"Мэдди. Мэделин Блэр," – повторяла я про себя, как мантру, пока пульс в ушах не стал тише.

– Всем немедленно собраться в холле! – громкий мужской голос наотмашь ударил по барабанным перепонкам. Я вздрогнула так, что затылок стукнулся о камень и, подняв взгляд, увидела подвешенный над головой артефакт.

Так вот почему хорошо слышно оратора!

– Сейчас будет приветственная речь ректора Академии Даркайна!

Студенты быстрым ручейком стекались в холл, выстраиваясь вдоль стен в несколько рядов. Воздух здесь казался удивительно чистым и свежим, хотя за окнами сияло солнце.

В ожидании главы академии, я с интересом смотрела по сторонам, отмечая безупречную чистоту мраморного пола и величественные колонны, уходящие ввысь к расписному потолку.

Спустя несколько минут в холл вошёл приятный темноволосый мужчина средних лет с уверенной осанкой, одетый в идеально скроенный костюм с эмблемой академии. От моего взгляда не ускользнуло то, как головы студенток синхронно повернулись, а в воздухе повисли тихие, восхищённые вздохи.

Признаюсь, он был хорош. Пусть и не такой мускулистый, как тот наглец, с которым я столкнулась у ворот. Зато я более чем уверена, что у ректора по этикету была твёрдая пятёрка.

– Доброе утро, дорогие студенты! – голос мужчины звучал глубоко и спокойно. – Я Вестар Морт – ректор Академии Даркайна, и мне невероятно приятно видеть новые лица, которые только приступают к обучению.

Он говорил что-то ещё о традициях и возможностях, но мои мысли блуждали далеко, возвращаясь к неприятной встрече. Перед внутренним взором маячил саркастичный блондин, и желудок скручивало от смеси злости, досады и жгучего стыда.

– …и в завершение хочу продолжить традицию, которую спонтанно начал временный ректор Орхард в прошлом году, – слова господина Морта выдернули меня из мыслей. – Жду всех первокурсников в своём кабинете, а через два часа состоится собрание с деканами факультетов.

Закончив свою речь, ректор элегантно развернулся и направился к широкой лестнице. Студенты засуетились, и холл в одно мгновение превратился в муравейник. Часть, в основном девушки, устремились за ним, растянувшись длинным, извивающимся хвостом. Остальные сбились в небольшие группы, наполняя холл гулом разговоров, а кто-то и вовсе потянулся к выходу.

Я застыла в центре холла, будто приросла к полу. События последних суток навалились на меня тяжёлым грузом. Ещё вчера, в это же время, я стояла счастливая в храме и слушала кляву верности из уст Гаретта.

А сейчас готова на безумную авантюру, лишь бы больше никогда с ним не пересекаться.

Пальцы до онемения стиснули лямки сумки. Сердце колотилось как военный барабан.

Вокруг бурлила жизнь, а я стояла, не в силах решить, куда мне двигаться.

– Первый курс?

Приветливый женский голос раздался так внезапно, что я едва не вскрикнула. Резко обернувшись, я увидела улыбчивую брюнетку с зелёными глазами.

– Беги скорее за господином Мортом, – посоветовала она, указывая пальцем в сторону лестницы. – Нужно подписать документы, а если ты с женского боевого, то выбрать направление.

– Благодарю, – пробормотала я, вглядываясь в её лицо.

Где-то я её видела…

Точно!

В “Столичной штучке” ещё в прошлом году выходила статья аж на целый разворот о женитьбе мастера Воинской Школы Даррайна Орхарда. А передо мной сейчас стояла его молодая жена.

Опомнившись, я кинулась к лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Лёгкие горели от нехватки воздуха, и добежав до конца живой очереди, я согнулась пополам, восстанавливая сбитое дыхание.

Долго ждать не пришлось. Из кабинета то и дело выходили студенты с папками в руках и спешили прочь.

С каждым шагом к заветной двери в моей груди разрасталось тревожное предвкушение.

Что, если меня раскроют?

Спросят, что было на экзамене?

Или дядя Гаретта уже прислал своих людей в академию?

Когда настал мой черёд, я сделала глубокий вдох, ощущая как прохладный воздух наполняет лёгкие. Деревянная дверь скрипнула под моими подрагивающими пальцами.

Настал самый ответственный момент.

Господин Морт восседал за массивным столом, заваленным бумагами. Острый взгляд оценивающе скользнул по мне, и он с вежливой улыбкой придвинул стопку документов.

Сев на краешек стула, я взяла перьевую ручку на тонкой цепочке и замерла, осознав, что едва не подписалась своим настоящим именем!

В последний момент рука изменила траекторию.

“Мэделин Блэр”.

Буквы вышли слегка угловатыми, а хвостик на буквах “д” и “р” вышел кособоким, но ректор, не придал этому значения. Скорее всего, списал на банальное волнение.

– Какое направление выбираете, Мэделин? – поинтересовался он, постукивая кончиком карандаша по лакированной столешнице.

– Зелья, – уверенно ответила я.

Когда родители были ещё живы, они мечтали, чтобы я училась на зельевара. Артефакты имеют свойство ломаться, а зелья можно было приготовить и без врождённого таланта. Главное – внимательность, аккуратность и усидчивость.

Господин Морт удовлетворенно кивнул и протянул мне папку, идентичную тем, что я видела у других студентов.

– Нововведение этого года, – он коротко усмехнулся, прижав ладонь к губам. – По личному приказу королевы. Здесь собрана краткая информация о ваших преподавателях и перечень необходимого. Академия полностью обеспечивает учащихся всеми теоретическими и практическими материалами, к тому же каждый студент получает гарантированную стипендию.

Я поблагодарила его и выскользнула из кабинета, не веря своему счастью.

Получилось!

Я официально стала студенткой Академии Даркайна!

Осталось только продумать план и составить прошение королю об аннулировании брака с Гареттом, а потом поменяюсь местами с Мэдди. Если её, конечно, не отчислят за подмену.

“Возьму вину на себя и приму заслуженное наказание,” – решила я, слегка повеселев.

На ходу я раскрыла папку и замерла. Под заголовком “Декан экспериментального женского боевого факультета Конрад Гримстон” красовался большой, красочный портрет этого самого декана.

Папка выпала из моих внезапно ослабевших пальцев и с глухим стуком приземлилась на пол. Кровь отхлынула от лица, в ушах зазвенело.

Ну почему именно он?

Глава 5

Пока я пыталась снова начать дышать и не рухнуть замертво здесь же, в коридоре административного этажа, ко мне приблизился пожилой мужчина в светло-сером костюме с такой же эмблемой на лацкане, как у ректора.

Поравнявшись со мной, он сбавил шаг и с тревогой заглянул в мои глаза:

– Простите, вам нехорошо?

Я растерянно кивнула, очнувшись от оцепенения, и, заверив, что всё в порядке, начала собирать разлетевшиеся листы обратно в папку.

Взгляд против воли возвращался к портрету Гримстона. “Мучитель и тиран с ядовитым жалом вместо языка”, как описала его Мэдди, красовался там с таким же надменным, самоуверенным лицом, какое я видела у ворот.

Ну почему мне так не везёт?

Поднявшись на ватные ноги, я с трудом поволокла их в сторону лестницы. Каждый шаг давался с нечеловеческими усилиями, будто лодыжки заковали в большие, ржавые кандалы.

“Это провал! – крутилось в голове. – Причём в первый же день! Ну почему этот Гримстон одевается как… как я не знаю кто, а не ходит как порядочный декан? Я бы… “

Хотя что “я бы”?

С губ сорвался горький смешок.

Если бы он был просто преподавателем, я бы проглотила его хамство?

Родители всегда учили вежливо, но твёрдо отстаивать свои границы. Не позволять никому давать себя в обиду. Наша семья сумела выжить, когда одиннадцать лет назад враг снёс подчистую Даркайн, оставив от него руины. Мама с папой в первых рядах восстанавливали город из пепла, наряду такими же верными подданными, рука об руку с королём и королевой.

Я не имею право спускать с рук подобные выходки, но и лезть на рожон нельзя.

Хватит с меня и Гаретта.

Застонав сквозь зубы, я добралась до холла. Пальцы, держащие папку, взмокли настолько, что она то и дело норовила выскользнуть снова. Остановившись перед планом на стене, я отыскала глазами женской общежитие и выдохнула с облегчением. Оно чуть в стороне от основного корпуса, значит, шанс раньше времени столкнуться с тираном-деканом сведётся к минимуму.

Направляясь по дорожке к трёхэтажному корпусу с выбеленным крыльцом, я вдыхала аромат цветущих вдоль пути клумб с гладиолусами, астрами и георгинами. Цветочный аромат слегка успокаивал расшатанные нервы, а мягкое жужжание пчёл, собирающих нектар, создавало иллюзию обычного летнего дня.

Может, к нашей следующей встрече он уже забудет про меня?

Хотелось бы…

Во! Вместо косы буду ходить с распущенными волосами, чтобы он меня сходу не узнал!

Вряд ли такой мужлан, как он, запоминает женские лица.

В холле общежития за небольшой стойкой восседала суровая на вид комендантша в удивительно несуразном платье лимонного цвета с разноцветными бабочками по подолу. Седые волосы были уложены в высокую причёску, а виски кокетливо прикрывали мелкие кудряшки.

– Здравствуйте, – поздоровалась я. – Могу я получить ключ от комнаты?

– Имя? – спросила комендантша, подняв на меня рассеянный взгляд.

Кажется, я её от чего-то отвлекла.

– О… Мэдди, – ответила я, и тут же поправилась, – Мэделин Блэр.

– Ага-ага! – забормотала она, проходясь указательным пальцем по строчкам пухлого журнала, исписанного почти до самого конца. Пометив что-то галочкой, женщина будто невзначай задвинула локтем в сторону свежий номер “Столичной штучки”. – Второй этаж, моя хорошая, номер двести двадцать три. Только имей в виду, твоя соседка приедет завтра, учится у нас по обмену и задержалась в пути.

Сняв ключ с увесистой связки, она продолжила:

– Форма, тетради и писчие принадлежности уже на месте, книги принесут парни после обеда. Негоже девочкам таскать тяжести, даже если они и учатся на боевом факультете. Ох, не понимаю я решение Его Величества. Ну какие вы боевые? Вы – нежные цветочки, и относиться к вам должны соответственно.

– Благодарю вас, – искренне поблагодарила я женщину и поспешила наверх.

Переступив порог своего временного жилья, я замерла от приятного удивления. Просторное помещение было залито солнечным светом, проникающим через два высоких окна с лёгкими, полупрозрачными занавесками. Две аккуратные кровати с молочного цвета покрывалами стояли у противоположных стен, между ними располагались два письменных стола из светлого дерева и книжные шкафы. Мягкий ковер цвета топлёного молока приятно пружинил под ногами, даря ощущение домашнего уюта.