Недотрога для тёмного дракона

Глава 10

Замираю на миг, лелея отчаянную надежду, что мне послышалось. Однако длинная, крылатая тень вдребезги разбивает мои мечты.

А стоит только представить, какой вид открывается саэру Уорду, как невыносимо-жгучая краска заливает меня от корней волос и до подушечек мизинцев.

– Мисс Россо, – драконий тон приобретает язвительный оттенок. Не такой откровенный, как у молодого родственничка, однако я и без того сейчас на пределе. – Признаюсь, ракурс интересный, но совсем не к месту.

Как только до меня доходит смысл его слов, а точнее, двусмысленность моей позы, я мигом вскакиваю на ноги и, опустив взгляд, поворачиваюсь к нему лицом. Краем глаза замечаю, как оторванный подол взмывает вверх от порыва ветерка и улетает прочь, оставляя нас с ректором вдвоём.

– Мисс Россо, – слышу острую, холодную сталь в его голосе и почти отчётливо различаю скрип ровных, белоснежных зубов.

– Да, с-саэр Уорд? – шепчу и, пересилив страх, смотрю на его из-под ресниц. Крылья уже исчезли, а на их месте тает лёгкая тёмно-серая дымка.

Мысленно готовлюсь к суровой выволочке или долгому, безжалостному допросу на солнцепёке. Голова ничем не защищена от пекла, и меня начинает слегка шатать из стороны в сторону. Только бы тепловой удар не схватить!

– Объясните, что вы забыли в таком месте и особенно в таком виде? – пристальный драконий взгляд обжигает неприкрытые голени похлеще солнца. Сильные, объёмные руки скрещены на широкой груди, до треска натягивая рубашку. Тёмные брови нахмурены, а голова слегка наклонена вбок.

Нервно сглатываю. Щёки горят так, что ещё немного и вспыхну, будто спичка. Спина давно взмокла, и ткань неприятно липнет к позвоночнику, сковывая движения.

Что мне ответить?

Сказать правду, будто меня притащил сюда его племянник Кеннет? А если он только этого и ждёт?

Обвинит в том, что я наговариваю на принца, и отчислит?

Или поверит, а венценосная ящерица нажалуется.

– Я… Я просто… Эм… – молчать уже нельзя, и я судорожно пытаюсь придумать достойное объяснение, но мысли разбегаются в разные стороны как тараканы.

От стеснения тереблю и тяну вниз края разорванного платья, тщетно пытаясь прикрыть ноги.

– Вы, мисс Россо, вы, – Дэриан делает шаг ко мне, скептически приподняв бровь. Его пальцы начинают элегантно постукивать по скрещённой руке.

Издевается.

– Это не то, что вы думаете, – говорю банальщину, отчего уголки драконьих губ дрожат в едва заметной усмешке.

– Мисс Россо…

Прикусываю щёку изнутри, чтобы не выдать раздражение от этого “мисс Россо”. Ещё так произносит, что у меня от страха дрожат коленки и скоро начнётся нервный тик.

– Мисс Россо, почему вы указали неверную информацию в вашем личном деле?

Похоже, он не столько зол, сколько наслаждается своей драконье-ректорской властью над простой человеческой студенткой.

Хмурюсь, слегка наморщив нос. Стараюсь вспомнить, что именно я указывала в анкете, и не припоминаю ничего подобного.

– О чём вы, саэр Уорд?

– В нём не указано, что вы ментал, Николь, – смотрит на меня грозно, а в глазах горят смешливые искры.

Спокойствие, Никки, только… Он назвал меня Николь?

– Простите? – от удивления даже неважное самочувствие отходит на второй план.

При чём тут ментальная магия? Я – зельевар. Без лишней скромности – один из лучших в нашей академии.

– “Это не то, что вы думаете,” – наигранно удивляется ректор. – Вы точно знаете, о чём я думаю, Николь? Как интересно! Расскажите, послушаем. Вам ведь некуда торопиться?

Кажется, я поняла, в кого Кеннет такой… Не могу подобрать верного слова.

У дяди научился ёрничать?

Не дракон, а вылитая ехидна!

Закипающая злость придаёт мне сил. Натянуто улыбаюсь и уверенно отвечаю:

– Саэра Мими рассказала, что я могу осмотреть всю территорию, за исключением тех зданий и мест, отмеченных красным символом, таким круглым с кучей скрещённых линий.

– Допустим, – кивает ректор.

– Вот я и решила, что лучший способ осмотреть территорию – забраться на самую высокую башню академии. Жарковато, но вид прекрасный.

– Да, – не спорит Дэриан, – я заметил.

Краснеть уже некуда, но меня заливает новой волной жара. Понятно, куда клонит этот хищный, уверенный в себе дракон.

Мог бы и не смотреть, чтобы не смущать молодую студентку.

– Когда вы прилетели, я как раз собиралась открыть дверь, но ручка накалилась, и я…

К горлу подкатывает тошнота, и я делаю первое, что приходит в голову: пытаюсь закрыть ладонями макушку, но волосы такие горячие, что вот-вот вспыхнут.

– Мисс Россо, вы… – на каменном лице ректора проявляется беспокойство, а я чувствую, как зашкаливает пульс.

Воздух кажется густым и тяжёлым, как шерстяное одеяло, словно я пытаюсь дышать через вату. В голове пульсирует тупая боль, и я уже не слышу, что говорит саэр Уорд.

Последнее, что помню перед тем, как провалиться в темноту – пол уходит из-под ног, и я падаю прямо на Дэриана.

Глава 11

Вокруг меня чернильная тьма. Уютная, нестрашная, прохожая на зимнее безлунное небо.

Где-то там, далеко-далеко, чувствую чьи-то бережные прикосновения, и щека прижимается к мягкой, дорогущей на ощупь ткани. Слышу торопливое биение сердца, неразборчивый шёпот, выдающий кучу убаюкивающих шипящих.

Мир будто замирает.

Сознание отрезает от постороннего шума, и некоторое время вокруг меня ничего нет. Я будто парю в небесах, чувствуя воздушную лёгкость и долгожданную прохладу ветерка.

В голове не остаётся ни единой мысли, и я погружаюсь в крепкий сон без сновидений. А стоит только открыть глаза, как передо мной маячит перепуганная мордашка Лоры.

– Никки! Хвала Заступнику!

Морщусь от громкого голоса, что вонзается в мозг длинной тупой иглой. Грудь сдавливает, когда подруга сжимает меня в объятиях, причитая сквозь жалобные всхлипы:

– Давай уедем, Николь! Это какой-то кошмар! Мне здесь не нравится. И Рону тоже!

Кое-как отстраняю от себя зарёванную подругу и осторожно кручу головой, а в это время со лба сползает что-то холодное и влажное.

– Помедленнее, – Лора заботливо возвращает мокрую блямбу на лоб и расправляет её по краям, – компресс уронишь.

Компресс?

Пытаюсь напрячь мозг и вспомнить хоть что-то, но память категорически отказывается работать. И вообще, где я?

Взгляд выхватывает светло-серые стены, белый потолок, щеголяющий свежей побелкой, какой-то узкий шкаф, две двери по разным сторонам и кровать напротив.

– Это наша комната, – подруга отвечает на мой невысказанный вопрос.

– И как я в ней оказалась? – морщу лоб и, вытянув губы трубочкой, пытаюсь сдуть стекающие в глаза капли. Хочу пошевелиться, но тело будто горит изнутри и отказывается подчиняться.

– Не знаю, – Лора задумчиво пожимает плечами, наматывая прядь волос на указательный палец. – Я пришла, а ты уже лежала на кровати. Рядом на тумбочке была записка со словами, что у новоприбывшей студентки тепловой удар, стакан с водой, компресс на голове, уже почти сухой, и несколько таблеток в коробочке. Их, кстати, надо будет выпить через два часа. Я смочила полотенце и только вернула его на место, а ты вдруг открыла глаза.

Под размеренный голос подруги в памяти начинают проявляться отдельные картины. Вот я стою перед ректором на площади. Саэр Уорд недоволен и хочет отправить нас обратно.

Следом вижу себя в воздухе рядом с Кеннетом. Бью его кулаками по плечам, а он с умным видом вещает о превосходстве драконов.

Затем я снова, второй раз за день препираюсь с Дэрианом, и мне становится плохо…

– Ох ты ж… – вовремя ловлю себя на полуслове и прикусываю язык, чтобы не выругаться в присутствии нежной фиалочки-подруги. – Погоди-погоди…

Ко мне возвращается способность двигаться, и я ёрзаю на мягком покрывале, стараясь приподняться. Лора заботливо подкладывает мне подушку под спину, поправляет компресс и протягивает стакан с водой:

– Тебе надо пить много жидкости. В Дрэйгене жарко даже зимой.

Послушно беру высокий стакан с гранёными стенками и маленькими глотками пью холодную, солоноватую воду. Головная боль начинает затихать, а в тело возвращается жизнь.

– Как вы выбрались из лабиринта? И где Рон?

– Не знаю, Никки. А Рон в мужском крыле, – вздыхает подруга. Берёт у меня стакан, несёт к небольшому столику и до краёв наполняет его водой из хрустального графина.

В целом, обстановка в комнате приятная. Светлые, сдержанные оттенки. Всё чистое, наглаженное и вкусно пахнет полевыми цветами. Занавески слегка колышутся от свежего ветерка, дующего через форточку. За окном постепенно сгущаются сумерки и слышны радостные голоса.

– Пей давай, – забавно хмурится Лора, пытаясь накачать меня водой по самую макушку. Изящные кулачки упираются в бока ситцевого платья в мелкий красный цветочек, и я делаю новый глоток, лишь бы не расстраивать подругу.

– Только представь, – убедившись, что я вполне справляюсь сама, она забирается на свою кровать и скрещивает ноги. – Мы с Роном пытаемся найти выход. Он тянет меня в одну сторону, а я кожей чувствую, что надо в другую. Начинаем спорить, как вдруг стены расступаются, и перед нами открывается проход наружу. Сначала, конечно, испугались. Думали, что принц наябедничал и за нами пришли преподаватели, но когда вышли, поблизости не было ни души.

Странно это всё.

Может, Кеннет раскаялся?

Вряд ли. Такие, как он, свято уверены в своей правоте.

Ректор Уорд?

Тем более нет. Он бы не упустил возможности отчислить их за то, что влезли, куда не следует. И вообще, мы были вместе, поэтому…

До меня только начинает доходить, что произошло на самом деле.

Я упала в обморок перед Дэрианом или НА Дэриана?

И как я оказалась в комнате?

Значит, ОН спустил меня с башни и перенёс в общежитие?

Мамочки!

Те лёгкие, бережные прикосновения, тот тихий, утешающий голос…

Всё это был чёрствый сухарь ректор Уорд?

– Никки, тебе плохо? – Лора возится на покрывале, пытаясь сменить позу. – Ты так покраснела! Температура повысилась?

Ну, как сказать…

В голове, как назло, формируются картинки, будто я вижу себя со стороны. Дэриан Уорд берёт меня на руки и касается ладонью моих голых ног.

Стыдобища!

С горестным стоном, похожим на вой, запрокидываю голову и принимаю единственно верное решение – не попадаться на глаза ректору до самого конца обучения.

А в следующий момент вздрагиваю от настойчивого стука в дверь и требовательного:

– Деревенщины, отрывайте! Не заставляйте меня ждать!

Глава 12

– Не открывай, – произношу едва слышно. Помню про острый драконий слух.

Для верности прикладываю палец к губам и мотаю головой, и Лора подчиняется. Замирает без движения и вслушивается в шум, доносящийся из коридора.

– Ёжик, не беси меня! Я и так зол! – наследный принц повышает голос, и я боюсь, что этому чешуйчатому гаду придёт в голову выбить дверь в нашу комнату.

Мысленно перебираю в голове варианты, каким ветром Кеннета занесло в женское общежитие, а Лора в шаге от того, чтобы сдаться и открыть.

Смотрит на меня умоляюще и стреляет глазами в добротную на вид створку, выкрашенную белой краской.

– Считаю до трёх! Р-р-р-раз! – не унимается Его нахальное Величество. – Два-а-а-а… Два с половиной… Два с хвостиком…

Меня начинает разбирать дикий смех, и Лора смотрит на меня как на умалишённую.

И дня не прошло на новом месте, а нервы уже ни к чёрту.

Спасение приходит откуда не ждали.

– Два с ниточкой, – дракон по неведомой нам причине оттягивает момент взлома, и на его блондинистую голову падает возмездие в виде сурового женского окрика.

– А ты чего тут забыл, поганец?

Слышу громкий топот и глухой шлепок. Переглядываемся с подругой, борясь с желанием подслушать, а ещё лучше – подсмотреть.

Тем временем ругань за дверью набирает обороты.

– Саэра Дейвис, напомнить, с кем вы говорите? – отчаянно возмущается Кеннет, вот только где его вызывающая наглость? Голос принца звучит жалобно и огрызается он как-то вяло.

– Властью угрожаешь? – женщина за дверью негодует. Выдаёт тираду на шипяще-свистящем драконьем, и я, сдавшая экзамен на отлично, понимаю, что половина слов мне не знакома. – Да я ещё твоих молодых отца с дядей гоняла ночами! Яблоко от яблоньки! Вам что тут, мёдом намазано? Прутся в цветник, как медведи на пасеку. Поставь поднос и дуй в мужское крыло! Не то сейчас же расскажу ректору Уорду!

– Так это он меня послал! – оправдывается блондин, позвякивая чем-то стеклянным.

– В женское крыло? К новеньким?

– Ну да! Это у него такое наказание.

Ушам не могу поверить. Будущий грозный правитель Дрэйгена оправдывается перед ней как нашкодивший хулиган! Да я при первой же встрече обниму и расцелую нашу спасительницу!

Так, а что значит наказание?

Для кого: Кеннета или нас?

Или ректор Уорд решил убить одним выстрелом двух зайцев?

– Так его, – Лора, слегка расслабившись, улыбается и дурачится. Сжимает узкие ладони в кулачки и неумело боксирует с воздухом. – Покажите ему!

– Ах, по-твоему, я к старости ума лишилась? – женщина и не думает ослаблять натиск.

– Обижаете, саэра Дэйвис! – Молодой дракон тут же меняет тактику и начинает вилять хвостом. – Вы дадите фору любой красотке! А ваша звериная ипостась… Ух! Красота! Мощь! Даже в вашем старческом возр… Ай!

– Вон, негодник! – ревёт во всю мощь лёгких неведомая саэра, и Кеннет послушно удаляется, не забывая громко возмущаться.

Шаги дракона затихают, и в нашу дверь аккуратно стучатся.

– Девочки, это я! Не бойтесь, негодник уже сбежал.

Лора торопливо открывает, не сразу справляясь с тугой щеколдой. Мысленно отмечаю, что здесь всё заточено под драконью силу и мощь, а значит, нам придётся туго в простейших бытовых вещах.

– Здравствуйте! – подруга торопливо кланяется, пропуская к нам пожилую даму неопределённого возраста. Такой можно дать и сорок, и шестьдесят.

Высокая, стройная, в строгом брючном костюме цвета кофе с молоком. На груди золотая табличка с резными краями: “Заведующая общежитием Аннэтт Дэйвис”. Волосы цвета соли с перцем, на лице, испещрённом тонкими, едва заметными ниточками морщинок, аккуратный повседневный макияж.

Не верится, что эта женщина только что устроила суровую взбучку принцу, а ещё гоняла молодых ректора и короля много лет назад.

– Доброго вечера! – забывшись, я запоздало подскакиваю с постели и отвешиваю поклон. Саэра-заведующая не выглядит простолюдинкой.

– Лежи, моя хорошая, – суровое лицо с резкими, крупноватыми чертами заметно смягчается, а улыбка, скользящая по губам, невероятным образом делает её моложе. – Как ты себя чувствуешь?

– С-спасибо, мне уже лучше, – запинаюсь и слегка краснею от смущения. За весь день только саэра Дэйвис проявила ко мне участие.

– Вы, наверное, голодные? – она бросает быстрый взгляд в коридор, и я вижу оставленный на полу поднос, заставленный тарелками, прикрытыми полупрозрачными стазисными чехлами.

Такие обычно использовали в Алгарде, чтобы сохранить изначальную температуру пищи.

– Если честно, то очень, – Лора неуверенно улыбается, а мой желудок подтверждает громким урчанием. Последний раз мы ели утром. Перехватили по чашке пустого чая со вчерашней булочкой на вокзале. Чёрствой и безвкусной.

– Я бы не рекомендовала есть то, что принёс Кеннет Уорд, – Аннэтт щурится, с неодобрением поглядывая на поднос, затем громко щёлкает пальцами, и он подёргивается густой сиреневой дымкой.

А когда та рассеялась – поднос неведомым образом исчез.

– На самом деле он хороший мальчик, но слишком уж избалован родителями. Временами неуправляем. Упёртый как баран, но не злопамятный. Не хотите проблем – обходите его стороной.

– Непременно, саэра Дэйвис, – я киваю как болванчик, вкладывая всю свою искренность.

– Ступайте за мной, – она манит нас на выход в тихий, пустующий коридор, – столовая уже закрыта, но я предусмотрительно захватила вам ужин. Заодно сориентирую в целом, раз экскурсия отменилась.

Счастливая Лора торопится, стараясь не отставать от доброй саэры, а вот во мне просыпается странное недоверие.

С чего это вдруг она прониклась к нам симпатией? Да ещё и та, кто может вот так запросто гонять наследного принца, а тот не смеет огрызаться на заведующую общежитием.

Так ли проста Аннэтт Дэйвис?

Я понимаю, что рискую, но вот если не спрошу прямо – буду мучиться подозрениями. Однако следует начать издалека и сперва узнать кое-что другое.

А там сориентируюсь по ситуации.

– Саэра Дэйвис, можно задать вопрос?

– Конечно, мисс Россо.

– Скажите, это ректор Уорд принёс меня в общежитие?

Глава 13

Заведующая смотрит на меня как на неразумное дитя.

– А кто ж ещё? – отвечает вопросом на вопрос и во взгляде видится нечто таинственное, непонятное.

Будто она знает то, что скрыто от остальных.

Ушам не верю!

Я-то думала, что ректор снял меня с крыши и передал на руки местным лекарям, а то и мог спихнуть на пробегающих без дела студентов.

А вон оно как.

У меня копится множество вопросов, но я не решаюсь их задать при Лоре. Подруга и без того пережила крайне неприятный день, а в присутствии доброй заведующей начинает понемногу успокаиваться.

Щёки порозовели, на губах привычная лёгкая улыбка, жесты становятся более плавными. Лора покорно следует за саэрой в небольшой уютный кабинет, где на журнальном столике стоят две глубокие миски с супом, от которых поднимается соблазнительный дымок.

– Спасибо, саэра Дэйвис!

Забыв обо всём, она осторожно присаживается на самый краешек стула, держа спину так ровно, будто к позвоночнику привязана линейка, и аккуратно зажимает пальцами большую ложку.

– Приятного аппетита, девочки, – Аннэтт незаметно подталкивает меня ладонью под спину, мол, поторопись. Сама идёт к письменному столу, чья столешница погребена под стопками толстых журналов в твёрдых переплётах.

“Ладно, сперва надо подкрепиться, а потом уже можно пристать с расспросами. Если, конечно, не выгонит,” – решаю я и зачерпываю ложку прозрачного бульона с маленькими ломтиками варёных овощей и ровными кубиками белого мяса.

Вопреки моим ожиданиям, саэра Дэйвис отодвигает журналы на самый край и подаётся в нашу сторону сложив руки домиком.

– Если не против, я пока доведу до ваших умов действительно важную информацию об Академии Вечного Пламени.

– Конечно, не против! – Лора отвечает быстрее, чем я успеваю раскрыть рот. Её глаза светятся живым, слегка наивным любопытством, словно она уже боготворит нашу защитницу. – Саэра Реджина торопилась и не успела рассказать нам обо всём.

Даже не знаю, плохо это или хорошо.

– Саэра Реджина – помешана на формальностях, – с улыбкой закатывает глаза драконица. – Если будете чётко следовать уставу и общепринятым правилам – долго не протянете. Мы же все живые, неважно люди, драконы, дриады или тёмные эльфы. Всем свойственно ошибаться.

“Намёк на то, что я припомнила ректору устав?” – думаю я, опуская взгляд к наполовину опустошённой миске. Я хоть и знаю саэру Дэйвис лишь несколько минут, она производит впечатление крайне проницательной женщины.

– В первую очередь никому не позволяйте сделать из себя жертву. Это правило касается всех. В древние времена родители избавлялись от слабого потомства. То же происходит и сейчас, пускай и в других условиях. Драконам в принципе свойственно жить инстинктами. Хранить, оберегать, защищать.

Едва я поднимаю взгляд, как тут же встречаюсь глазами с заведующей и чувствую, как лицо заливает краской.

Она явно пытается что-то донести между строк, но я слишком устала и не в силах понимать её намёки.

Саэра рассказывает действительно полезные вещи. Когда можно выйти в город, где докупить всё необходимое, когда выдают стипендию. К нашей удаче заботливая женщина сама перенесла в комнату всё необходимое и даже учебные принадлежности. Не собственными силами, естественно, а с помощью магии.

– Учтите, я добрая лишь в исключительных случаях, – посмеиваясь, говорит она, когда мы уже прощаемся. – Не соблюдаете правила – наказаны. И неважно, люди вы или представители высшей знати.

Глаза слипаются и нещадно клонит в сон, но я держусь изо всех сил, лишь бы улучить момент и расспросить обо всём Аннэтт. Стоит нам с Лорой подняться на пролёт выше – я охаю и делаю вид, будто хлопаю ладонями по карманам.

– Кажется, я забыла заколку в кабинете, – виновато улыбаюсь и машу рукой, – иди, я догоню.

Лора торопится наверх, а я возвращаюсь и быстро, чтобы не передумать, стучусь в закрытую дверь.

– Входи, Николь, – саэра Дэйвис отвечает почти сразу.

Возможно, так даже лучше.

Торопливыми движениями поправляю волосы, делаю глубокий вдох, быстро считаю до трёх и ужом проскальзываю в приоткрытую створку.

– Вы знали, что я приду, – не спрашиваю, а утверждаю.

Краем глаза кошусь на чистый журнальный столик, где ещё минуту назад стояла грязная посуда. Занавески цвета горького шоколада слегка колышутся, хотя окно в кабинете закрыто. Саэра рассматривает меня как неведомую зверушку, не скрывая явного интереса.

– Знала, – не спорит драконица и едва уловимым движением подбородка указывает на стул возле её стола. – Садись.

– Вы, правда, обо всём расскажете? – набираюсь смелости и устраиваюсь поудобнее на мягком стуле. – Мне? Той, кого вы видите впервые? Ладно, не первый раз, а второй, вы ведь…

– Дэриан спустил тебя с башни, – неожиданно жёстко перебивает меня саэра Дэйвис, и я пристыженно умолкаю. Поддалась соблазну узнать побольше и рассердила добрую женщину. – Сам немедля доставил к лекарям. Первый раз на моей памяти ректор носил студентку на руках. Учти, тебе это припомнят, и не раз.

Молчу, комкая пальцами подол, приоткрывающий голые коленки. Тут и думать не надо, кого выберут следующей жертвой.

– Те сняли физические последствия теплового удара и только когда подтвердили, что твоей жизни ничего не угрожает, разрешили перенести в общежитие, – невозмутимо продолжает Аннэтт. – И да, ректор Уорд снова отринул многочисленные дела и, забыв про сильную загруженность перед первым учебным днём, занялся лично твоим перемещением в комнату. Удивительно, правда?

– Н-наверное, – прошептала, не зная, куда деться от возникшего смущения.

Уж не решила ли она, что я таким образом пыталась понравиться ректору? Юная студентка, попавшая в беду, да ещё и в платье с оторванным подолом…

– Думаю, ты догадываешься, почему он это сделал. Не правда ли?

Глава 14

Я не догадывалась. Точнее, не хотела делать необоснованных предположений, поэтому молча опустила глаза и пожала плечами.

– Злой он на племянника. Всё искал способ проучить его как следует, а тут увидел, что принц запихнул тебя на самую верхнюю башню. А ты вместо того, чтобы признаться, зачем-то его выгораживаешь.

Знал?

Сердце подскакивает к горлу и падает обратно. Аж кончики пальцев чешутся, так хочется стукнуть кулаком по столу!

Ну что за интриган, этот ректор!

Чего хоть добивается?

Пытается стравить неугодных?

Хотя в чём-то это даже плюс. Можно выдохнуть и перестать думать о том, что Дэриан Уорд пытается выгородить бестолкового родственника.

Похоже, эмоции проступают на моём лице заглавными буквами, и саэра тихо смеётся.

– Позже поймёшь, зачем я тебе это рассказала. Но надеюсь, милая моя, ты продержишься здесь столько, сколько потребуется, и не станешь жертвой глупых игрищ богатеньких охальников.