Арасия. Золотой дракон

Глава 3. Нехороший, плохой, злой и Сашка

Сашка

– Марру, ты что-то учуял?

Дракотик неожиданно припал к земле и медленно двинулся вперед, глядя перед собой. Крылья туго сложены, хвост чуть подрагивал от напряжения.

Стараясь не шуметь, Сашка шагнул ближе, вытащил кинжал. Тактика охоты выработалась как-то сама собой. Марру ловил, Сашка добивал – от каждого по способностям. Знал: дракотик прекрасно справился бы и сам, но милостиво позволял ему участвовать.

Сегодня им не везло – лес будто вымер, лишь одинокая птица посвистывала вдали. Они бродили между деревьями все утро, стараясь остаться незамеченными, и только теперь Марру кого-то учуял. Вот бы куропатку – Сашка особенно полюбил их нежное мясо. Да и готовить его получалось лучше всего. При мысле о куропатке в животе заурчало – с утра Сашка перекусил только сухой хлебной коркой.

Они были в пути уже третий день – горы оказались не так близко, как думалось, но главное – нужная крепость никак не находилась, приходилось бродить по округе, высматривая ее. После случившегося в последней деревне, людей они избегали, а поселения обходили стороной, поэтому спросить было не у кого. И все бы ничего, да запасы почти закончились. Оставалось еще немного сыра, но Сашка экономил его, держал на «черный день». Так что от этой охоты зависело, смогут ли они сегодня поесть или продолжат путь голодными.

Марру рванулся вперед, прыгнул в кусты. И Сашка бросился следом, чтобы помочь. Не успел. Мимо пронесся заяц, чуть не врезался в ноги, шарахнулся в сторону. Марру промчался следом и тут же взвился в воздух – крылья куда быстрее, чем ноги. Но догонит ли? Сашка только руками развел – за этими двумя ему никак не угнаться. Вздохнул. Вот же горе-охотник, никакой от него пользы! Рука машинально потянулась за сыром, но Сашка одернул себя – нет уж, не заслужил. Лучше накормит Марру.

Какой-то странный звук – то ли тихий гул, то ли чей-то стон – оборвал его мысли. Сашка замер. Прислушался. Что это? Нет, не гул и не стон, скорее… вой… или… Неужто поют? Человек? Или все же зверь? Огляделся, пытаясь понять, откуда идет звук. Кажется, из-за тех деревьев. Осторожно шагнул к ним, стараясь не наделать шума. Шаг… другой… третий… звук становился отчетливее. Точно кто-то напевает. А, может, плачет? Слишком странной была мелодия: заунывная, из трех повторяющихся нот. Сашка подкрался ближе. Пение, если это можно было так назвать, стало отчетливее. Теперь казалось, что голосов несколько.

Сашка присел, прячась за густым подлеском. Положил руку на эфес меча, подался вперед, осторожно выглянул из-за дерева… и обомлел.

Посреди небольшой полянки стоял невысокий мраморный алтарь, украшенный пышными гирляндами из крупных белых цветов… На нем зажженные свечи… Да неужели? Такие же алтари были в лагере ламарцев! Только там вокруг не танцевали девушки. Полностью обнаженные, длинные волосы распущены, пышные венки на головах, лица и руки расписаны белыми узорами… Они пели и кружились в странном ритуальном танце. На мгновение соединят руки над алтарем, тут же вскинут их к небу, разойдутся в стороны и кружатся вокруг алтаря, раскинув руки, почти касаясь друг друга пальцами. Поменяются местами и все по новой. И это странное заунывное пение, от которого мурашки по спине и во рту сухо-сухо. Кто эти жрицы? Зрелище заворожило Сашку так, что он боялся шевельнуться – вдруг все исчезнет.

За спиной зашуршало.

– Марру, шшшш, ты нас выдашь… – шикнул Сашка, не отрывая глаз от танцовщиц.

А в следующее мгновение голова взорвалась болью, все вспыхнуло ослепительным светом и тут же померкло.

В Тронном зале Кастельтерна было душно. День клонился к закату, и солнце светило прямо в окна, слепило глаза. Свет падал сквозь витражные стекла, ложился на пол цветными бликами. Сашка загляделся, как пыль, тоже раскрашенная в разные цвета, танцует в лучах. Оторвал взгляд, только когда зазвучала музыка и по толпе прошел ропот. Шагнул вперед, вышел из-за колонны, чтобы лучше видеть зал.

Андра медленно шла по проходу. Вся в белом, как невеста. Свободные рукава свисали до самого пола. Шлейф с серебряной вышивкой растянулся на пару метров. Длинные волосы распущены и слегка завиты. На голове роскошный венок из крупных белых цветов. В руках такой же букет, щедро разбавленный зеленью. Тонкие травинки подрагивали в такт шагам.

Андра была невероятно, невозможно красивой! Глаза сияли, на губах блуждала едва заметная улыбка. Предзакатный свет золотил ее кожу и волосы, так что казалось, Андра светится изнутри. Она ступала совершенно бесшумно, будто плыла по воздуху. Неудивительно, что весь зал склонялся перед ней в почтительном поклоне. Невозможно было не склониться.

Сашка почувствовал, что улыбается, а внутри искрится восторг, такой же, как когда черный пегас приземлился на вершине Пегасьей башни и разрешил себя погладить.

Андра подошла ближе, поймала его взгляд, улыбнулась и протянула руку.

Сашка растерялся, замялся, но кто-то легко подтолкнул его в спину, знакомый голос шепнул: «Не дрейфь!». И Сашка шагнул вперед, сжал пальцы Андры, помог ей взойти по ступеням к трону…

Или не к трону?

Раньше здесь стояло совсем другое кресло – просторное, обитое мягким бархатом, украшенное пегасьими перьями… Теперь его место занимал деревянный стул с высокой резной спинкой. Очень старый: дерево потемнело и местами потрескалось. По-своему красивый, но явно не достойный звания королевского трона.

Андра остановилась перед ним. Развернулась к собравшейся толпе.

– Склонитесь перед Спасителем! – выкрикнула она и протянула Сашке букет.

Тот растерялся, не понимая, что происходит: толпа почтительно опускалась на колени перед ним.

Глянул на Андру – та подмигнула ему и тоже склонилась в красивом реверансе, так что ее волосы на мгновение коснулись пола.

– Андра, не надо, – шепнул он, потянул ее за руку, призывая подняться. Выронил букет – тот запрыгал по ступеням, подкатился к чьим-то ногам.

Атта?

Как это возможно?!

Старый друг глянул на него серьезно и качнул головой, как бы говоря: не дергайся, забудь про букет.

– Только самый благородный и чистый сердцем сможет усидеть на Погибельном месте, – зычно произнесла Андра. – Тот, кто заслужит прощение богов и вернет нам мир и процветание!

Сашка развернулся, уставился на нее:

– Андра, что происходит?

Та улыбнулась и указала рукой на деревянный стул, приглашая Сашку сесть.

Толпа замерла, и в зале повисла мертвая тишина.

– Андра?

– Ты должен доказать, что Избранный, Саша. Только так мы спасем Арасию.

– Но я не избранный! Ты же знаешь!

Толпа ждала, затаив дыхание. Сотня глаз глядела на Сашку, ожидая развязки.

Стражник в золотых латах взял его под локоть и потянул к стулу.

– Андра! – Сашка попытался схватить ее, но не дотянулся. – Андра, останови это!

Он задергался, пытаясь вырваться из рук стражника, но не смог. Легкий толчок в грудь – и Сашка плюхнулся на стул.

Ничего не произошло.

Сашка выдохнул и улыбнулся.

И в этот миг будто электрический ток прошел сквозь него. Все тело вывернуло. Рот открылся в немом крике. Навалилась темнота.

Улыбка Андры – последнее, что он увидел, прежде чем рассыпался серой пылью.

Сознание вернулось как-то сразу, Сашка будто проснулся от пинка. Вздрогнул, но открывать глаза не стал, не хотелось, и он продолжил лежать, не думая ни о чем, наслаждаясь непривычной тишиной. Секунду… другую… Потом нахлынули воспоминания, голова тут же отозвалась тупой болью, а в нос ударило вонью – мочой и гнилой соломой. Дышалось тяжело: свежий ветер сюда не захаживал, и воздух был пыльный и спертый. Сашка невольно поморщился: то ли от запаха, то ли от воспоминаний о подземельях Кастельтерна. Только этого не хватало!

Он вскочил на ноги, прижался к стене, завертел головой, только и успел понять, что один – комната поплыла перед глазами. Сашка опустился на сырую солому, потрогал затылок и поморщился от боли – приличный шишак, волосы слиплись от запекшейся крови. Осмотрел себя – ну конечно, ни сумки, ни меча, ни кинжала, даже теплую накидку – и ту забрали. На нем остались только рубаха, штаны да кроссовки. Спасибо, не связали.

Огляделся внимательнее. Света было мало, но глаза быстро привыкали к полумраку. Каменные стены обступали Сашку со всех сторон. Потолок высокий. С одной стороны, выше его роста, небольшое окошко. Даже не окошко – просто прямоугольный проем шириной в полстены. В нем виднелась полоска неба, ослепительно голубого, без единого облачка. Значит не подземелье, уже легче. Добраться бы до этого окошка…

Где он? Как попал сюда? Последнее, что помнил – девушки кружатся вокруг алтаря Эсты. Если, конечно, это был он. А потом вспышка боли – и все. Его схватили? Кто? И где Марру? Остался в лесу или тоже попался? А Като? Сашка тихо застонал – коня он привязал к дереву у места ночевки. Но кто ж знал, что все так обернется! Пропал конь. Кольнуло чувством вины. Надо найти хотя бы Марру!

Сашка завертелся, пытаясь разглядеть, не притаился ли дракотик в одном из углов. Тихо позвал.

– Марру?

В ответ прилетел какой-то шорох. Сашка замер, уставился в проем в стене и только теперь сообразил, что ни двери, ни решетки в его клетушке не было. Значит, это не все помещение? Только часть темницы? И он тут не один? Похлопал руками по полу. И что пытался найти? Кроме вонючей соломы ему ничего не оставили!

Сашка подкрался к проходу, прислушался.

Тихо.

Подождал, пока глаза привыкли к полумраку, и медленно выглянул, замер в нерешительности. Небольшой коридорчик разбегался в разные стороны. Справа расширялся, образуя небольшое помещение с массивной дверью. Выход отсюда? Слева убегал на пару десятков метров и упирался в широкую решетку, через которую падал яркий свет и виднелось небо.

И что дальше?

Что-то шаркнуло. Сашка повернулся на звук.

– Марру?

Решился. Шагнул влево, к решетке и свету.

Может и глупо, но он и так в темнице. Будь здесь тот, кто хотел причинить вред, он не стал бы ждать, пока Сашка очнется.

Шаг. Другой. Голова слегка кружилась. Сашка ступал осторожно, стараясь не поднимать высоко ног, чтобы не запнуться. Приблизился к соседней комнатушке, осторожно заглянул внутрь. Все, как и у него: такие же каменные стены, окошко выше человеческого роста, полусгнившая солома на полу. И ни души.

Двинулся дальше.

Еще несколько шагов до следующей комнатушки, кажется, предпоследней. Невольно замер, глядя вперед, за решетку. Отсюда можно было разглядеть не только небо, и Сашка невольно подошел ближе, к самой решетке. Так он был в башне! За решеткой оказалась небольшая ровная площадка без ограждения – пленников сбрасывать? А внизу зеленели и золотились поля, разделенные цепочками кипарисов. За ними, вдали, – небольшое поселение. Дома стояли хаотично: некоторые жались друг к другу, другие, наоборот, расположились поодаль, отгородились высокими заборами. Площадь пестрела разноцветным – наверное, ярмарочными лотками и флагами, тоже празднуют фестиваль урожая.

Сашка прижался лбом к прутьям решетки, нагретым солнцем. Куда же его занесло?

Новый шорох привлек внимание. Сашка опомнился, отошел от решетки и заглянул в ближайшую комнатушку – пусто. Прошел к следующей. Кто-то сидел в углу, обхватив руками колени и спрятав лицо. В первый миг показалось, что это ребенок: маленький, щуплый, темные волосы рассыпались по худеньким плечам.

– Эй! – негромко позвал Сашка. – Не бойся, я не трону.

Медленно подошел ближе, присел рядом.

– Ты кто?

Незнакомец поднял лицо. Сашка увидел перепачканные щеки, тонкий нос с горбинкой, пухлые обкусанные губы, огромные карие глаза, изучающе глядевшие из-под длинной челки. На вид совсем мальчишка, лет двенадцать, вряд ли больше. Похож на деревенского: босые ноги, простая рубаха, один рукав порван. Но взгляд серьезный, цепкий.

С минуту они глядели друг на друга.

– Меня Саша зовут, – улыбнулся, наконец, Сашка.

– Сен, – мальчишка отозвался не сразу, будто размышлял, стоит ли отвечать. Голос оказался высоким, почти девчоночьим.

– Давно ты здесь?

Сен опять задержался с ответом. Пробормотал что-то неслышное, потом коротко мотнул головой:

– Три дня.

– А я? Слышал как меня принесли?

Короткий кивок. Да уж, неразговорчивый сосед попался, слова не вытянешь.

– Давно это было?

Сен помотал головой. Потом подумал и уточнил:

– Солнце высоко стояло.

Сашка невольно посмотрел в оконце. Свет был яркий и чистый, дневной, до заката далеко. А охотились они с Марру долго, жриц он нашел ближе к обеду. Значит, Сашка пробыл в отключке пару часов, а башня, где его заперли, не очень далеко от места охоты. Только что дает эта информация?

– А меня одного принесли? Больше ничего не слышал?

Сен ничего не ответил, просто глядел.

– Или, может, видел? Большого такого кота с крыльями не было?

Глаза заинтересованно распахнулись, но Сен лишь медленно покачал головой.

Сашка раздосадовано выдохнул и поднялся. Так он ничего не узнает. Да и мог ли Сен что-то увидеть? А по звуку много поймешь? Но если Марру тоже схватили, то где он теперь? Лежит бездыханный в одной из комнатушек? Но Сашка дошел до конца коридора и заглянул во все. Разве что в противоположном конце?

– Тут есть еще кто-нибудь? Нужно обыскать комнаты. Вдруг они принесли Марру, и ему нужна помощь.

– Тебя одного…

– Уверен? Сам видел?

Сен не ответил. Пожал плечами и уткнулся носом в колени.

Сашка махнул рукой. Нужно что-то делать, проверить ту часть коридора, где он еще не был. Он вышел из комнаты, но не успел сделать и пары шагов, когда в другом конце коридора загремела дверь, раздались шаги. Коридор осветился несколькими факелами, и Сашка невольно попятился.

Стражников было человек пять, выглядели они внушительно: крупные, при оружии, толстые кожаные нагрудники поверх грубых рубах. Лишь на мгновенье задержались у его комнатушки и тут же разобрались, что к чему, подошли ближе.

– Очухался, значит… – буркнул тот, что шел впереди. По лицу не понять, злится он или нет. Сашка на всякий случай промолчал, но взгляд не отвел.

– Идешь с нами. Хозяин будет говорить с тобой.

– Кто твой хозяин? – Сашка постарался, чтобы голос не дрогнул. Не хотелось выдавать волнения.

– Лорд Коллиано.

– Кто это?

– Там узнаешь, – бросил стажник и подтолкнул Сашку в выходу.

Тот не стал сопротивляться. Один против пятерых вооруженных бугаев – смысл дергаться. Только разозлит их. И Сашка послушно пошел по коридору. Тяжелые сапоги стражников застучали следом.

– Не спеши, – буркнул главный, когда они дошли до двери.

Сашка и не рвался вперед, сам замедлил шаг, оглядываясь. Увы, новых комнат тут не оказалось. Марру тоже. Где же он?

– Со мной был зверь, похожий на кота, – наугад спросил Сашка. – Он здесь?

Его проигнорировали. Но Сашка не сдавался.

– Его тоже поймали? Где он? За что нас схватили?

– Помалкивай… – коротко и ясно.

Стражники перестроились так, чтобы Сашка оказался в окружении. И только тогда их главарь открыл дверь.

Они действительно были в башне – за дверью оказалась крутая спиральная лестница. Пришлось растянуться гуськом: трое стражников впереди, двое позади. Сашка невольно вспомнил, как вместе с Андрой, Метусом и ламарцами пытался пробиться к Сагусу на вершину Белой башни Кастельтерна. Поежился – не самое приятное воспоминание.

Спускались не очень долго. Сашка пытался считать ступени, но быстро сбился и бросил это занятие. Вышли на просторный двор, и Сашка невольно зажмурился на ярком солнце, остановился. Но его подтолкнули в спину, заставляя идти дальше. Они пересекли двор, прошли через высокие двери и оказались в просторном коридоре. Здесь было уютнее чем в башне: чисто, да и воздух свежий, по стенам кое-где развешаны знамена, на них один и тот же герб: на синем щите скрестились два меча, один обычный, другой в огне.

А стражники не церемонились. Сашку снова пихнули к проходу, и он оказался в просторном помещении. Что-то среднее между тронным залом и столовой. Длинный стол, у дальнего конца – роскошное кресло, почти трон. За ним на стене такие же знамена, как в коридоре, только крупнее и богато украшены золотой и серебряной бахромой. У окна музыкант негромко тренькал на каком-то инструменте вроде гитары, только округлом. Мелодия была простая, однотипная, напоминала ту, что жрицы пели в лесу. Музыкант поднял на Сашку глаза и заиграл что-то другое, спокойное, мелодичное.

Но его перебил громкий рык и грохот. Сашка вздрогнул и повернулся на звук.

– Марру!

Дракотик яростно зашипел в ответ и еще активнее заметался по просторной клетке, что стояла в дальнем углу. Сашка рванулся к нему, но его удержали, ударили по ногам, вынуждая опуститься на колени, придавили к каменному полу.

– Отпустите, вы! Я посланник королевы! – Сашка дергался, пытаясь высвободиться – не тут-то было, держали крепко.

Марру призывно замявкал, и Сашка перестал бороться, замер, уставился на дракотика. Хватка тут же ослабла, давить перестали. Встать не позволили, но Сашка смог выпрямиться, кивнул дракотику в ответ. Тот завертелся на месте, будто пытался показать, что он в порядке: хвост цел и крылья невредимы. Сашка слабо улыбнулся и перевел взгляд на мужчину, что сидел во главе стола.

Тот не обращал внимания на происходящее, молча грыз куриную ножку. У Сашки невольно заурчало в животе, а рот наполнился слюной. Он исподлобья уставился на лорда, ожидая, когда на него обратят внимание. Тот не спешил, пососал косточку, отхлебнул вина из серебряного кубка, ополоснул и медленно вытер пальцы. И только после этого взглянул на Сашку.

Пару минут они играли в гляделки. Музыкант наигрывал ту же мелодию. Стражники покорно переминались с ноги на ногу. Марру ходил по клетке из угла в угол, временами слегка расправлял и складывал крылья. А Коллиано и Сашка молча разглядывали друг друга. Почему-то страха не было. Увидев Марру, Сашка вмиг успокоился, волнение сменилось собранностью и легким возбуждением. Да и Коллиано не наводил ужас. Вроде невысокий, жилистый, одет небрежно: свободная рубаха, кожаные брюки и высокие сапоги. Лорд как лорд, видал Сашка таких в Кастельтерне. Атта и Гней выглядели куда более грозно. К тому же Сашка ничего не натворил, никому не помешал, в чужие земли не вторгался. Недоразумение, обойдется!

Лорд разглядывал Сашку равнодушно, будто что-то обыденное, что видит каждый день и к чему давно привык. Как ни старался Сашка, ничего не мог прочитать ни по лицу, ни по взгляду. Но хороший ли это знак?

Он не выдержал первым:

– Почему я здесь? И где я, что это за место?

Коллиано не отвечал. Подцепил ножом крупную оливку и отправил в рот. Поглядел еще немного, потом выплюнул косточку и подал знак стражникам. Сашку отпустили, отошли на пару шагов, но рук с мечей не убрали. А Сашка, наконец, выпрямился, повел плечами, отгоняя неприятные ощущения от чужих сильных рук.

– Благодарю, – Сашка неуверенно улыбнулся, лихорадочно вспоминая, как положено обращаться к лордам. Не хотелось задеть Коллиано таким пустяком. Андра всех звала по имени. Но то Андра, она королева. – Надеюсь, благородный лорд Коллиано ответит, где я?

– Благородный лорд Коллиано… – протянул тот, будто и правда наслаждался тем, как звучит обращение. У него оказался красивый голос: глубокий, с легкой хрипотцой.

– Так где я? – не отставал Сашка.

– В Крепости Орлов.

Сашка вскинулся – именно на это место указала та синеглазая девчонка! Его он искал! Вот только он не в том положении, чтобы задавать вопросы. Он должен найти выход, должен как-то выпутаться!

– Вы, в Кастальтерне, зовете нас северянами, – продолжал Коллиано. – Но забываете, что настоящий север дальше.... за горами. А вот мы помним. И они про нас не забыли.

Мелодия вновь сменилась, теперь на что-то отрывистое, почти маршевое – музыкант раздражал Сашку, мешал сосредоточиться.

– Значит, это все еще Арасия? Эти земли? – настаивал Сашка.

Коллиано лишь усмехнулся, протянул слуге кубок, чтобы тот плеснул вина. Сашка понимающе кивнул – стало быть да, Арасия.

– Тогда отпустите меня. Именем королевы Андры…

– Я присягал королю Нисаму! – оборвал его лорд.

– Но…

– И не каждого преступника можно простить.

Сашка замер.

– Преступника? Но я ничего не сделал! Боюсь, произошла ошибка, благородный лорд.

Коллиано ухмыльнулся.

– Боюсь, нет. Не ошибка. Ты осквернил древний и священный обряд.

– Что? – опешил Сашка. Обряд? Он о тех жрицах в лесу? – Я же ничего не сделал!

– Ничего не сделал, – медленно, будто нехотя повторил Коллиано и откинулся на спинку трона. Уставился на Сашку в упор.

– Если вы о тех девушках в лесу… Я случайно наткнулся на них во время охоты, да. Но никому не помешал, меня никто не видел, обряд не прервался… Я был там всего минуту и уже хотел…

Коллиано взмахнул рукой. Стражники шагнули ближе к Сашке, и тот замолчал, уставился на лорда. Марру тревожно заметался в клетке, будто почуял недоброе. И его волнение начало передаваться Сашке.

– Мужчине не дозволено даже издали наблюдать за обрядом и жрицами, – вкрадчиво проговорил Коллиано. – А ты не только нарушил запрет, но и привел туда тварь, которая оскверняет Создателя!

– Что? Причем тут Создатель, это же обряд Эсты, а она…

Коллиано резко встал, и трон со скрежетом сдвинулся по каменному полу. Сашка осекся на мгновение, но заговорил снова, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно – страх снова проснулся, начал подниматься из живота к горлу: