Распутья. Добрые соседи
- -
- 100%
- +
– Это вообще разные поговорки! – сварливо перебил его папа. – И скажите еще, что это не в ваших силах.
– Что я думаю о твоих гениальных идеях, я объясню тебе позже наедине, – изрек Раэл. – Что до практического их исполнения – посмотрю, что можно сделать. Пока ничего не обещаю.
– Когда вы скажете что-то определенное? – Шеллар поспешил опять взять обсуждение под свой контроль, пока господа не наболтали тут чего попало.
– Несколько дней, полагаю.
– Хорошо. Тогда все, что касается Мистралии, обсудим отдельно через несколько дней. А теперь, если все уяснили для себя текущую ситуацию и вопросов больше нет, можно перейти к более конкретным задачам и разработать предварительный план действий по остальным двум направлениям.
Первые пару дней обеды в тайной королевской резиденции Витьку угнетали. Хотя никаких церемоний при этом не происходило, особой роскоши не замечалось и всем было в высшей степени наплевать на его манеры, одного вида его величества хватало, чтобы испортить гостю настроение. Витьку раздражало в нем абсолютно все – и безупречный внешний вид, и непринужденный жест, которым король расправлял салфетку, и манера есть, и темы для застольных бесед, и даже то, что все это делалось не нарочно, а просто по привычке. Мало того – проницательный Элмаров кузен наверняка все это понимал и, кажется, находил чрезвычайно забавным.
Кроме них за обедом обычно присутствовали девушка-врач, молчаливая няня, глазастый мальчишка, изо всех сил старавшийся выглядеть солидно, Максова беременная невестка и кто-нибудь, кто окажется в гостях на момент обеда. В среду это была печальная принцесса, которая почему-то решила остаться и продолжить знакомство, в четверг – Жак и Элмар. В пятницу в гости занесло отважного кабальеро, доблестного истребителя пылесосов и шмякунов. Вернее, занесло его еще с четверга – около полуночи Витьку разбудили смех и возня в одной из соседних комнат, и он долго потом не мог уснуть и мысленно ругался на несознательных соседей. В пятницу веселая парочка выползла только к обеду, причем оба выглядели немного сонными, а кое-кто еще и не в настроении.
– Как прошла ночь? – любезно поинтересовался король, небрежным, но безошибочным движением заправляя за ворот салфетку.
– Нормально, – отозвался мистралиец, – если не считать того, что родная дочь отпинала меня ногами по почкам не хуже голдианского бандита.
– Добро пожаловать в сообщество отцов, – усмехнулся его величество. – А в остальном? Новости есть?
– Да. Рассказывать?
– Если тебе удобно совмещать рассказ с едой.
– Предварительная дата операции – двадцать четвертое. Ночью – эвакуация, утром – захват.
– Исходные точки?
– В Мистралии кабина установлена в одном из притонов в порту. В Эгине – в подсобных помещениях Большой Арены. В Ортане, – Диего ухмыльнулся, словно приглашая присутствующих оценить иронию обстоятельств, – в загородном доме семейства Монкар.
Король понимающе усмехнулся в ответ, Ольга простодушно ахнула, помянув какую-то змею, Витьке же названная фамилия ничего не говорила. Что-то знакомое, где-то слышал, но вспомнить лучше и не пытаться. Особенно если слышал он это от Элмара в ту памятную ночь с бочонком. Гораздо больше его заинтересовало упоминание о кабинах. Это что же получается, после всей той чистки, которая перетрясла агентство «Дельта» в прошлом году, в нем еще осталось такое количество продажных шкур, что они тут кабины возят куда хотят и расставляют где попало?
– Куда же Алиса подевала папеньку? – продолжал расспросы его величество. – В городском особняке у нее одни гости, в загородном доме – другие…
– Отослала в провинцию, чтобы не путался под ногами и не перемешал ненароком одних гостей с другими.
– Точное время уже известно?
– Время начала эвакуации – час ночи. Операция по захвату начнется, как только последний солдат покинет этот мир.
– Как-то двусмысленно звучит, – заметил Шеллар. – Кстати, не намерены ли хозяева Астуриаса хорошенько кинуть бедных каппийцев? Наш источник случайно не упоминал, куда их обещали переправить и куда намерены отправить на самом деле?
– Обещали куда-то в северные леса, а на самом деле – кто знает. Если и собрались кинуть, с «преемниками» это не обсуждали.
– А вампиров куда они собрались девать? Отправят с остальными, оставят себе, попытаются прикончить или же обманом забросят куда-нибудь в безлюдные места, чтобы сами передохли?
– Себе не оставят, это точно. А вот куда отправят – не сказали.
– Послушайте! – не выдержал Витька. – Вы или объясните мне, о чем речь, или выгоните за дверь, а то я чем дальше, тем сильнее чувствую себя мебелью.
Диего умолк и вопросительно уставился на короля, словно ожидая то ли высочайшего решения, то ли просто команды. Навострила ушки и Ольга.
– Вы, несомненно, правы, – повинился Шеллар. – Примите мои извинения. Конечно, я объясню вам все, но позвольте отложить этот разговор до окончания обеда и все же дослушать донесение моей столичной агентуры, поскольку дон Диего должен отправляться обратно. В ваше отсутствие у него прибавилось переводческой работы, и его наверняка с нетерпением ждут. Кстати, Кантор, как вернешься – скажи нашим мэтрам, что они будут нужны мне сегодня вечером. И предупреди Кайдена, что в следующий понедельник нам понадобится он сам и один телепортист. Возможно, придется привлечь к делу и старика Ушеба, но это мне надо еще обдумать. А вся группа телепортистов нужна будет в ночь на четверг.
– Опять какое-то коварное злодейство задумали? – подозрительно прищурился Диего. – Не подумайте, я не из праздного любопытства, меня же мэтры обязательно спросят, и с таким пристрастием, что лучше сказать сразу.
– Именно коварное злодейство, – рассмеялся король, ничуть своего коварства не стесняясь. – Я тут подумал, что, если в последний момент кто-то достойный доверия раскроет глаза обманутому руководству ордена, это весьма облегчит нам задачу. Святые братья начнут выяснять отношения с удирающим «небесным воинством». Принимая во внимание фанатизм высших посвященных и послушание низших, без драки не обойдется. Поскольку оружие у пришельцев более совершенное, победа будет за ними, и нам останется только добить случайных выживших. В то же время незапланированная драка на несколько часов задержит их отбытие, поломает планы их деловым партнерам и вынудит нервничать, суетиться и действовать уже не по плану, а по обстоятельствам. Думаю, стоит попробовать, но конечно же предварительно надо обсудить.
– Ну вы как всегда, – с неожиданным раздражением произнес мистралиец. – Еще не уяснили, что всякое коварство вечно выходит вам боком?
– Вовсе нет, – словно не замечая его тона, отозвался Шеллар. – Я имею в виду, не всякое, а только то, которое мне приходится воплощать в жизнь собственноручно.
– Да? А чем кончилась ваша гениальная интрига на поминках прошлой весной?
– Полной и несомненной победой. Некоторые издержки имели место, признаю, но, если ты помнишь, в тот раз мне тоже пришлось лично запачкать руки. Более того – самым безнравственным образом подставить друга… Кстати, о нем. В последний свой приезд Жак напомнил, что откладывает бракосочетание уже две луны. Сначала ждали, пока поправлюсь я, потому что он непременно хотел видеть меня на своей свадьбе. Пока ждали меня, уехала Кира, и теперь ждут ее, а то без нее тоже комплект гостей будет неполным. Дождались до того, что теперь придется как-то вписаться между приездом Киры и нашим отбытием в Даэн-Рисс, потому что с нами уедет Тереза, а без нее свадьбу уж точно не сыграть. Поэтому очень тебя попрошу, когда вернешься в тот мир, найди отца Жана и строго-настрого предупреди, чтобы с двадцать первого по двадцать третье был трезв и готов в любой момент провести церемонию. Позже день можно будет уточнить, но все равно пусть заранее морально готовится.
– Да он и так все время трезв, – ухмыльнулся Диего. – Ему там не наливают. Он страдает и жалуется, а святой Феандилль всякий раз торжественно заверяет, что это великое испытание, ниспосланное бедному пьянчуге Создателем для укрепления веры.
– И он верит? – искренне заинтересовался Шеллар.
– Да как же ему не верить? Во-первых, он вообще верующий, во-вторых, Феандилля он всегда слушает с раскрытым ртом, как особу, приближенную к Создателю, а в-третьих, он и сам заметил, что трезвый образ жизни усиливает его способности.
– Значит, есть надежда, что перед церемонией его не придется насильно протрезвлять магическим путем. Это замечательно. Продолжай.
– Флавиус еще спрашивал насчет инструкций. Что делать лично ему и его людям.
– Это тоже подлежит обсуждению. Думаю, завтра мэтр Вельмир передаст тебе окончательные результаты. Что еще?
– Вроде все.
– Кузину и дядюшку не навещал?
– Сегодня – нет. Но их регулярно навещают Толик с Раэлом.
– И у них до сих пор ничего, все так же тихо? А то ведь лето заканчивается, пора возвращаться…
– Да, похоже, их уже оставили в покое. История с камнем закончилась, скрывать подпольного мага больше нет необходимости, Мафея напрасно пытались выследить пару лун и, кажется, уже попрощались с этой идеей. Да и до конца лета – имеется в виду по их календарю – действительно осталось всего три недели, всем уехавшим пора возвращаться – у тетушки работа, у Насти учеба, Татьяне тоже надоело сидеть у родственников, да и маэстро Гаврюша помирает там со скуки. Дэн собирается съездить за ними на следующей неделе и заодно свозить Сашу, чтобы еще раз показать тамошним магам. А то ведь ерунда какая-то получается с этим пророчеством. То ли в той истории что-то пошло не так, то ли вовсе не о Саше шла речь, но в последний раз никаких изменений не обнаружили.
– Последний раз был на следующий день после той самой истории, когда доктор Рельмо навещал родину, чтобы восстановить разрушенные обереги? – уточнил Шеллар.
– Да, вот тогда он последний раз показывал Сашу тамошним шаманам, и никаких изменений в ней не обнаружили. Она еще так расстроилась…
Его величество задумчиво отодвинул тарелку.
– Вот и еще одно пророчество, которое не сбылось ожидаемым образом… Неужели теория Мафея все-таки верна и пророчества не учитывают участия иномирцев? Если бы это можно было проверить точно…
– Или предсказанная пакость еще случится в эти три недели, – помрачнел Диего. – Когда все уже расслабились и ничего не ждут. А с Мафеем вы по-свински поступили.
– Не начинай то же самое по тридцать второму разу, – поморщился Шеллар. – Знаю, что это было в высшей мере некрасиво с нашей стороны, но он сам виноват. Ему предоставили возможность решить эту ситуацию самостоятельно и достойно, он не сумел. Кстати, если Раэла или Толика не затруднит совершить пару перемещений между Бетой и нашим скромным жилищем, я был бы рад видеть юную барышню и мэтра Дэна… скажем, свадьба Жака будет удобным поводом для встречи. А уж как будет рад Мафей, можно даже не объяснять. Полагаю, и Виктор будет рад. Правда ведь?
– Э-э-э… Ну да… – Витька слегка растерялся, услышав такое. – В смысле, я не знал, что вы с Дэном знакомы.
– Не только знаком, но и многим ему обязан… Я слышу шаги в коридоре или мне кажется?
– Не кажется, – слегка помрачнел Диего. – Я их слышал еще на крыльце. Кстати, это Орландо, так что прощайтесь с десертом.
Как обычно улыбающийся король Мистралии ворвался в гостиную, жестом приветствуя сразу всех и одновременно шаря взглядом по столу.
– А Кантору, как всегда, жаль кусочек пирога для несчастного монарха в изгнании! – Прежде чем эта насмешливая фраза была произнесена, Орландо уже сидел за столом и тащил с блюда упомянутый кусок пирога с ягодами. – Будь это мороженое, вообще убил бы, наверное.
Услышать в ответ что-то не менее ехидное он не успел из-за вмешательства высших сил, то есть деятельного Шеллара.
– Кстати, раз уж ты здесь… Кантор, не перебивай, у вас еще будет уйма времени на ругань. Орландо, сегодня вечером надо будет собрать всех здесь. Дело сдвинулось, пора прорабатывать детали. Вы там на завтра никаких военных действий не планируете? Отлично, тогда слушай внимательно и, будь добр, ничего не перепутай…
Мистралийцы понимающе переглянулись, мгновенно забыв про взаимные подколки. Витька, хоть и не имел чести знать его величество так же хорошо, как старые знакомые, все равно прекрасно их понимал. В искусстве построения окружающих король Шеллар ничуть не уступал своему придворному магу, и во время очередного приступа организаторской деятельности лучше находиться от него как можно дальше. Желательно в другом мире. Хотя тоже не всегда помогает. Вон даже Ольга помрачнела и занервничала, хотя уж ее-то ко всем этим делам точно никто привлекать не будет…
И только тут Витька сообразил, что, заслушавшись, едва не прозевал одну заметную странность.
На протяжении всего разговора король внимательно следил за девушкой. Непонятно почему и по какой такой государственной необходимости, но он точно почти на каждой фразе тайком бросал взгляд на Ольгу, словно отслеживал ее реакцию на сказанное. Это еще что за игра? Неужто он ее в чем-то подозревает? Ну не собирается же он и ее задействовать в своих «коварствах», чем вообще может быть полезна при захвате правительственных зданий женщина на девятом месяце? Интересно, если его спросить – скажет или увильнет от ответа?
Глава 2
Мне уже много раз приходилось быть свидетелем того, как Кремер проигрывает Вульфу подобные споры. Ведь, в сущности, он добивался невозможного.
Р. Стаут– Иного я и не ожидал, – с легкой усмешкой прокомментировал Шеллар, неторопливо ковыляя по тропинке вдоль забора. Сегодня он впервые сменил костыль на обычную палку, и это немедленно сказалось на скорости и ловкости передвижения. – Прямые вопросы в лоб – лучшее, что у тебя получается в искусстве общения.
– Что-то я не заметил, чтобы это особо срабатывало, – откликнулся Витька, стараясь скрыть досаду. Черт, никогда не угадаешь с этим Элмаровым кузеном, когда он откровенен, а когда интриги плетет. Ладно бы он чего-то одного придерживался, а то ведь и так, и эдак бывает, вот и попробуй найти правильный подход для каждого случая…
– Разумеется, – охотно согласился король. – Срабатывает подобная тактика только в тех случаях, для которых она оптимальна. Что до заданного вопроса… было бы глупо отрицать то, что все равно заметили, но позволь мне воздержаться от подробностей. Дело всего лишь в том, что мне нужна от Ольги кое-какая информация, которой она почему-то не хочет делиться. И наблюдал я за ней именно для того, чтобы определить причину и найти способ эту причину устранить или обойти. Ты очень меня обяжешь, если не будешь влезать в это дело и задавать Ольге вопросы, которые у тебя так хорошо получаются. Мы с ней давно и хорошо друг друга знаем и любую проблему можем решить между собой, а твоя прямолинейность только испортит все.
– Ладно, понял, – покладисто согласился Витька. Лезть в чужие проблемы, в которых сами участники понимают больше, чем непрошеный помощник, действительно дело дурное и бесполезное. – Тогда растолкуйте то, что обещали. Кто тут у вас с кем договаривается, по какому поводу, кто там кому хозяин, кто змея и где чей папенька, потому что я в ваших недомолвках потерялся.
– С чего бы начать… – призадумался Шеллар, немного замедлив шаг. – О прошлогодней истории с продажными агентами в службе «Дельта» тебе известно или для начала следует рассказать тебе и это?
– Макс рассказывал, хоть и вкратце. Так что, прошлогодняя чистка не помогла?
– Частично помогла, но, поскольку верхушку она не затронула, повторение прошлогодней истории было лишь вопросом времени. Лишившись большей части своих людей в агентстве, корпорация полностью перевела собственную деятельность в этом мире на нелегальное положение. Еще до вторжения с Каппы на континенте была создана автономная сеть подпольных кабин, началась контрабандная торговля и шла подготовка к очередной серии переворотов. Неожиданное появление «небесного воинства» с их магоподавляющими излучателями оказалось для контрабандистов поистине даром богов.
– Еще бы… – Витька невольно присвистнул, представив себе перспективы от такого «подарочка». – Да они бы ради этих излучателей мать родную продали, лишь бы получить себе такие же и избавиться от эльфов и ограничений на освоение иных миров.
– Примерно этим они и занимались все лето и большую часть весны. Технологию они получили довольно быстро, сторговавшись с представителями Скаррона, но вот готовых кристаллов им никто не дал. Пришлось производить естественным путем, а растут они долго. Пару недель назад, обнаружив, что просто не успевают обзавестись собственными излучателями раньше, чем наши войска доберутся до последних трех работающих, господа озаботились и заторопились прибрать к рукам хотя бы то, что есть, чтобы иметь возможность продержаться до подхода первой партии новых. Как раз на днях они договорились. Оккупантам надо спасать свои шкуры, пока до них не добрались Кира с Александром, и передачу трех излучателей они сочли приемлемой платой за возможность отсюда убраться. Дальнейший расклад тебе понятен или объяснять подробно?
– Ну, то, что вам надо хорошенько подсуетиться, чтобы не остаться без королевств, я понял. Но… дальше-то что будете делать? Ну, захватите вы эти три последних излучателя, ну, уничтожите. Но через какое-то время их наделают еще, и вернутся же, сволочи.
– Над этим идет работа в двух направлениях. В вашем мире эльфы и шархи ищут место производства кристаллов, на Каппе наш агент ищет способ иммунизации от воздействия излучателей.
– А если не найдут?
– Тогда будет много крови, разруха и хаос. И здесь, и там. Потому что мы будем драться за свой мир до последнего, а как эльфы отреагируют на открытый разрыв договора – можешь себе вообразить. Раэл на эту тему изъясняется исключительно тонкими намеками, но, имея хоть некоторое представление о теории магии, можно сделать кое-какие выводы.
– Например?
– Ну вот самый простейший пример, который первым приходит в голову даже не сведущему в магии человеку. Ты слышал когда-нибудь о гремлинах? Ага, по лицу вижу, что слышал и все понял.
– Если они это сделают… – На продолжение Витьке не хватило слов, но менее впечатлительный король недрогнувшим голосом закончил за него:
– Это будет означать, что они не видят иного способа закрыть сообщение между мирами и намерены дорого продать свои жизни. Я же надеюсь, ты взрослый человек, знающий жизнь, и не питаешь иллюзий касательно дальнейшей судьбы эльфийских дипломатов и вообще всех, кто останется на Альфе в момент отключения магии?
Витька конечно же не питал. И осознание масштабов грядущей катастрофы выразил двумя простыми словами, понятными даже коронованным особам.
– Именно, – согласился Шеллар. – Я тоже так считаю.
– А эльфы что, не понимают? Чего ж они так медленно и неторопливо ищут?
– Потому что им сейчас приходится действовать втрое осторожнее, чем обычно. Малейший прокол с их стороны будет на руку врагам, стоит попасться на самом незначительном нарушении – и из него раздуют вселенский скандал и используют как повод для оправдания будущих действий.
– Так что же делать-то?
– То, что мы делаем и так. Бороться. Или ты имел в виду лично себя?
– А я-то что могу сделать? Ну, кроме того, что изображаю из себя героя пророчества, как полный придурок?
Король остановился и впервые за весь разговор посмотрел ему в глаза. Пристально, испытующе и беспощадно.
– Например, не выстрелить в спину Элмару, когда тебя об этом попросят. Или прикажут.
– Да ты охренел вообще! – в полный голос взвыл Витька, с трудом представив себе нечто подобное. – Да с чего?!
– Тебе виднее, на чем тебя можно поймать. – Сутулые, угловатые плечи его величества коротко дернулись. – Купить – нет, такие не продаются, а вот принудить… есть множество способов. И самый простой ты сам себе прекрасно представляешь.
– У меня никого нет, – резко рубанул Кангрем. – Никого, ни детей, ни жены, ни родителей, даже подружки и то нет. Да и с друзьями негусто. Только Дэн, но уж он-то себя в обиду не даст. Да и не посмеют… Как тебе вообще могло прийти в голову?..
– Подобные вещи просто обязаны приходить в голову, – без малейшего смущения, а скорее даже наставительно произнес король и опять двинулся вперед. – Мне скорее непонятно, как можно отвергнуть вариант не рассматривая, только потому, что он на первый взгляд кажется этически сомнительным. Я склонен тебе верить, ты действительно не из тех, кто может предать. Но все же будь готов к тому, что тебе рано или поздно это предложат. Или прикажут. По обстоятельствам.
– Но зачем? Чем кому-то мешает Элмар?
– Само его существование на этом свете плохо согласуется с основным тезисом вражеской пропаганды. А если он еще и заговорит, им останется тихо прикрыться плащом и закопаться, где стояли. Потому что одно слово Элмара перевесит все возможные «свидетельства» о моей якобы измене. Пока он на Каппе – он, по крайней мере, в относительной безопасности, но его возвращения очень постараются не допустить.
– Он сам-то об этом знает?
– Конечно знает. Но подобное знание ничего не гарантирует. Такие люди, как мой кузен, хороши в честной драке, но обычно оказываются совершенно беззащитны против подлости… Да, собственно, что я тебе объясняю, ты ведь сам точно такой же.
С полминуты Витька не мог выговорить ничего вразумительного, пытаясь переварить очередное королевское откровение и найти в нем хоть какой-то смысл.
– Ты трезв вообще? – наконец выговорил он. – Да чтобы найти в нас что-то общее, простой человеческой фантазии не хватит!
– В таком случае сделай что-нибудь со своей фантазией, – насмешливо отозвался Шеллар, – поскольку это общее видят все, кроме тебя. Неужели ты ни на минуту не задумывался о том, почему вы так легко и быстро спелись? Или ты, как обычно, усмотрел в этом лишь очередную выходку судьбы, на которую привык валить все, что с тобой происходит?
– Вот еще, для того чтобы подружиться, не обязательно иметь что-то общее. Противоположности тоже притягиваются. Ты же с Элмаром тоже дружишь с детства, а что у вас общего, кроме роста? Я уж молчу про Орландо.
– Не обязательно, – покладисто согласился Шеллар. – Но в твоем случае о противоположностях речь не идет. Вы действительно похожи, как все любимцы Вечного Воителя. И ничего удивительного, что тебе так не везло в искусстве и торговле, – только по своему пути человек может идти, не спотыкаясь на каждом камне и не падая в каждую канаву. Сейчас, когда ты встал на свой путь, разве не чувствуешь, как изменилась твоя жизнь?
– Не особенно. Правда, честно говоря, у меня не было времени об этом задумываться, но все равно… В «честной драке», как ты это называешь, я себя тоже пробовал. Кончилось это плачевно, а если бы не хорошая медицинская страховка, могло кончиться и хуже. Вплоть до самого худшего.
– Абсолютно непобедимых не бывает, каждый рано или поздно встречает противника сильнее себя. Это нормально. Думаешь, Элмару мало доставалось или тот же Кантор никогда не видел обратной стороны своего пути? Любая драка – это всегда два воина, две стороны. А то и больше. И покровитель один на всех. Кто-то оказывается сильнее, кто-то слабее. Поражение – это не конец пути, если ты его пережил. Но ты почему-то предпочел свернуть. Кстати, могу я поинтересоваться причиной? Если, конечно, это не будет расценено как праздное любопытство.
– Не настроен я откровенничать, – буркнул Витька. – Особенно с тобой и трезвый.
Король широко ухмыльнулся.
– Судя по последней твоей фразе, ты именно это и делаешь. Ибо прозвучала она более чем откровенно. Интересно, а если тебя как следует напоить, ты поведешь себя так же, как Элмар? То есть вывалишь все, что на душе, не помня, кто перед тобой, и наутро будешь о сказанном бурно сожалеть?
– Сожалеть я буду о выпитом, – огрызнулся Кангрем. – А кто передо мной, я помню всегда, сколько бы ни выпил. И если я пьяный с кем-то откровенничаю, это значит, что я и трезвый ему доверяю. А что до тебя… Я столько не выпью.
– Чем же я заслужил такое недоверие? Неужели всему виной лишь стиль общения и манера одеваться? Или я и тебе подсознательно напоминаю какую-нибудь сволочь, с которой ты когда-то имел несчастье столкнуться?
– Поменьше слушай Толика. – Витька досадливо поморщился, пытаясь скрыть смущение, но это у него не особенно получилось – чтобы еще и не покраснеть в такой ситуации, надо уметь регулировать кровообращение, как шархи. – Зойкин адвокат был ростом мне по плечо, и у него были пузо, лысина и кучерявая черная борода. На тебя он ни разу не похож. Просто что-то в тебе есть… Я это нутром чую, а объяснить не могу. Умом-то я понимаю, что ничего такого, но все время, что я с тобой общаюсь, я словно постоянно ожидаю подвоха. Не знаю почему.
Элмаров кузен понимающе кивнул, уставившись себе под ноги.
– Могу объяснить. Дело не во мне, дело в тебе. У вас, воинов, есть свое чутье – не нюх, как у нас, а что-то сродни инстинктам диких животных. И вот этим, как ты изволил изящно выразиться, «нутром» ты чувствуешь свою беззащитность перед такими, как я. Ту самую, о которой я упоминал несколько минут назад. Это тебя бесит, отталкивает и провоцирует на агрессию.