- -
- 100%
- +
– Она будет позже, ей что‑нибудь передать?
– Ага. Передайте. Передайте, что я высылала для нее свое резюме. Хочу у вас работать. Журналистом.
– Конечно, передам. А кто – «я»? – уточнила Агата, но из трубки уже горохом посыпались гудки.
Агата вздохнула и пошла заваривать себе чай.
Утренняя церемония одинокого чаепития несколько примиряла ее с жизнью. Этой самой жизнью Агата была не слишком‑то довольна.
…Собеседование, вопреки опасливым ожиданиям Агаты, прошло гладко и без лишнего напряжения.
Мария, девица средних лет с гладкими черными волосами, подстриженными каре, приняла резюме из рук Агаты и еще раз сосредоточенно его изучила.
Потом, откинувшись на спинку кресла, она закинула ногу на ногу и задала Агате несколько общих вопросов. Карьерные устремления, любимые предметы в вузе, семейное положение, скорость компьютерного набора.
Все, решительно все это было указано у Агаты в резюме. Яна постаралась – вместе с Агатой они учли максимальное количество пунктов, попытались потрафить всем запросам потенциальных работодателей.
Агата расслабилась и решила спокойно отвечать, невзирая ни на что.
Но, кажется, Марию все устраивало. Она коротко рассказала о компании, которую возглавляла де‑юре, и которой они вместе с мужем руководили де‑факто. Потом задала Агате еще несколько уточняющих вопросов – готова ли девушка задерживаться после работы, сколько ей добираться до офиса, и так далее. Собеседование завершилось неожиданным для Агаты образом:
– Ну, если у вас больше нет ко мне вопросов, – протянула Мария.
– Думаю, что нет, – честно призналась Агата. У нее уже не было сил вымучивать из себя какие‑то дополнительные вопросы.
– Когда сможете приступить к своим обязанностям?
– Что? – удивилась Агата. – Ой… Конечно, я могу выйти на работу. Скажем, в начале следующей недели…
– Я бы предпочла, – перебила ее Мария, – чтобы вы вышли… ну, например, завтра, во вторник. Особенно если учесть, что сегодня еще только понедельник. Я предлагаю вам выйти к нам на работу сразу же, не откладывая в долгий ящик, если, конечно, эта вакансия вас интересует.
– Завтра, да? Ну, хорошо. Конечно, – поспешно ответила Агата, опасаясь, что новоприобретенная должность может с такой же легкостью уплыть от нее. Следовало ковать железо, покуда оно еще было горячо.
* * *
Распрощавшись со свежеиспеченной начальницей, Агата заторопилась домой – приготовить ужин, за которым можно будет поделиться очередной хорошей новостью с Яночкой. А на следующее утро, экипировавшись должным образом – молочно‑белая водолазка из эластичной ткани, ладно сидящие темно‑синие брючки со стрелками и легкие черные ботильоны, – Агата отправилась на новую работу. В арсенале у нее были только природная сообразительность (как Агата надеялась), врожденная и отполированная за годы учебы в вузе грамотность, а также внушающая уважение скорость компьютерного набора и готовность создавать десятки писем в текстовом редакторе.
В сумочке, помимо исхудавшего кошелька, пары жетонов на метро (Агата все никак не могла привыкнуть к круглым жетонам после московских бумажно‑магнитных проездных), расчески и блеска для губ, лежали два бутерброда с сыром. Они должны были составить Агатин обед…
Яна, конечно, хотела собрать для подруги пластиковый контейнер с жареной картошкой и кусочком ветчины, но Агата засмущалась и отказалась.
Правильно сделала, как потом выяснилось…
Микроволновки в офисе не обнаружилось. Из повседневных благ имелись только электрический чайник да разнокалиберные чашки на низком ободранном столике, соседствующем с электрической розеткой.
Конечно, альтернатива была: приносить выпечку из ближайшего магазинчика или совершать вылазки в местное кафе. Агата, у которой не было лишних денег, решила отложить изучение мест общепита до лучших времен. В этом выборе с ней была единодушна и редактор журнала, которую звали Женечкой.
Женечка просыпала на работу всякий раз, а Мария, если на тот момент она оказывалась в офисе, делала строгие глаза. Непохоже было, что она таким образом шутила. Но непохоже было также, что Женечка сколько‑нибудь серьезно воспринимала гнев работодательницы.
– Скажите, пожалуйста, – заявила она как‑то в половине одиннадцатого утра, убедившись, что Мария отошла на безопасное расстояние (покинула офис), и выкладывая на свой рабочий стол пирожковое содержимое объемной сумки.
– Что? – осторожно спросила Агата, поднимая глаза от испещренной цветными пятнами базы данных в Excel.
– Я – не офисный работник, я – редактор, а Мария, кажется, этого совсем не понимает.
Агата продолжала вежливо поддерживать беседу:
– В каком смысле?
– Я езжу по многочисленным интервью, налаживаю контакты, делая это, между прочим, для пользы журнала, – на стол плюхнулся пирожок с курагой в форме расплывшегося сердца, – даже по вечерам задерживаюсь на брифингах. А дома расшифровываю записи с диктофона, переношу текст в компьютер. Трачу на это свое личное время! И что же она?
– Кто?
– Мария, кто же еще?
– Ах, да. И что она?
– А она, – торжествующе заявила Женечка, – возмущается, когда я немного задерживаюсь с утра! Я не секретарь, мне не обязательно сидеть в офисе, как пришитой.
Агата тихонько вздохнула.
Эту должность что, все считают «козлом отпущения»?
Неугомонная Женечка меж тем продолжала изливать потоки гнева:
– Если я буду, подобно тебе, проводить в офисе время с десяти до шести, то развитие нашего журнала далеко не уедет! То есть не уйдет. Хочешь пирожок?
– Нет, спасибо.
– У меня есть с черносливом и с капустой.
– Я уже завтракала, правда.
– Не хочешь дружить – и не надо, – вздохнула Женечка.
* * *
Чаще всего утро Агаты начиналось относительно спокойно. Одинокое чаепитие вносило терпкую нотку грусти в офисные будни. Женечка задерживалась, Мария ездила по городу и решала всякие административные вопросы, а муж Марии, Вячеслав, сухой и неприятный тип в очках с толстой оправой, появлялся в редакции лишь тогда, когда намечались планерки.
В дни планерок редакцию посещала девушка, занимающаяся сбором рекламных материалов для журнала. Девушку звали Асей. Эту работу Ася совмещала с должностью менеджера по оценке эффективности рекламы в конторе, находящейся под патронажем Вячеслава. Поэтому Мария не могла придираться хотя бы к ее нахождению на рабочем месте, хоть наверняка и сожалела об этом…
Некоторое оживление в деятельность Агаты вносил водитель редакции. Впервые он заявил о себе громким звонком в дверь полуподвального помещения на второй или третий рабочий день Агаты.
– Ну что, – заявил он, – я тираж привез!
– Тираж чего? – не поняла Агата.
– Как чего? – он с подозрением посмотрел на девушку. Усы его буквально топорщились от возмущения.
– Да, чего?
– И не «чего», а «что».
Агата фыркнула. Не желая вступать в филологические пререкания с водителем, доставившим некий таинственный груз, она уточнила:
– Что за тираж?
– Ты откуда вообще взялась такая? – вопросом на вопрос ответил водитель. – Где Мария?
– Я новый секретарь, – с достоинством ответила Агата. – Мария в городской администрации. Будет только после обеда.
– Разве она не предупредила, что сегодня типография отгружает тираж журнала?
Агата молча покачала головой.
– Значит, я тебя предупреждаю. Открывай двери. Мне еще нужно все эти пачки перетаскать вниз, пока на дорогах не образовались пробки. Чего доброго, на «Бандитский Петербург» не успею.
Агата с любопытством смотрела, как любитель криминальных сериалов жонглирует извлекаемыми из грузовика тяжелыми пачками журналов.
– Будем пересчитывать? – хмуро спросил он, скинув на пол последнюю типографскую упаковку. Пачка при ударе об пол издала глухой протяжный звук.
– Зачем? – не поняла Агата.
– Чтобы все было в порядке. Сдал, принял. И расписаться.
– А разве в типографии вы не пересчитывали? – заинтересовалась она.
– Говорю ж, мое дело – маленькое. Давай, красавица, сосчитаем, и я помчался.
– Как считать‑то? – вздохнула Агата.
Груда журналов образовала маленькую египетскую пирамиду. Пирамида угрожающе пошатывалась, обещая погрести Агату под собой в случае неповоротливости и рассеянности девушки.
– Смотри. Тираж журнала в этот раз – штуки две. Тысячи то есть. В пачке – сорок журналов. Должно быть пятьдесят пачек. Усекла?
– Усекла, – согласилась Агата и принялась пересчитывать пачки.
Монотонный бубнеж водителя, вслух подсчитывающего упаковки в тугом блестящем полиэтилене, только сбивал ее с толку. Она пересчитала три раза, и все три раза количество пачек получалось разным.
– Пятьдесят, – выдохнул водитель, – все, я побежал!
– Ну, до свидания, – согласилась Агата.
* * *
Она осторожно разорвала сбоку одну из упаковок, извлекла оттуда тонкий, поблескивающий глянцем обложки журнал, еще пахнущий типографской краской. Налила себе чаю и уселась изучать продукт, для производства которого трудилась теперь и она, Агата.
Ослепительно белые буквы на насыщенной серо‑зеленой обложке гласили: «Обзор строительного комплекса Петербурга». Агата вздохнула – она уже устала выговаривать эти четыре слова каждый раз, когда звонил телефон и необходимо было снимать трубку.
Агата пролистала журнал. Выдержки из законодательных требований к строительству. Реклама цемента, черепицы, панелей. Интервью с руководителями строительных организаций. Скучно… Агата вздохнула снова, отложила журнал. Да, по степени увлекательности чтения это никоим образом не могло соперничать с женскими журналами.
– Что, тираж пришел?!
Агата и не заметила, как в кабинете появилась Мария.
– Да. Здравствуйте. Пришел.
– Виталий уже отправился развозить тираж? – деловито осведомилась Мария.
– Нет… – смутилась Агата. – Кажется, нет… Он вообще‑то домой поехал.
– Как он мог поехать домой, если по графику у него развозка журналов?
Агата молча пожала плечами.
– Почему ты не проконтролировала?
– Вы не рассказывали мне о том, что необходимо делать в таких случаях, – честно призналась Агата.
Мария зеленела на глазах.
– Ты могла хотя бы позвонить!.. Я проинструктировала бы тебя должным образом.
– Вы же сами сказали, что будете на важном совещании.
Мария махнула рукой:
– Давай присядем. Я тебе все объясню.
Агата послушно села, незаметно задвинув за монитор компьютера чашку с остывающим чаем.
– Когда приходит тираж, первое, что необходимо сделать – это принять его. Пересчитать. Понятно?
– Да, – кивнула Агата, – мы насчитали две тысячи.
– Обычно тираж больше. Просто после лета все только‑только раскочегариваются, и где‑то с сентября начинают шевелиться. Нет смысла летом печатать большой тираж.
– Ясно. А что нужно делать после приемки тиража?
– Нужно отдать Виталию табличку с адресами развозки. Наш журнал распространяется во всех крупных бизнес‑центрах. Стоит на бесплатных стойках. Лежит в некоторых гостиницах. Все это должно быть указано в сопроводительном листе. Сколько мы скажем водителю, столько журналов он и развезет по городу. Это ясно?
– Конечно.
– Из‑за сегодняшнего прокола читатели не найдут журнал в привычный день на привычном месте. Такое недопустимо. Этого больше не должно быть.
Агата хмуро посмотрела на нее.
«Вот если бы еще кто‑то нашел время, чтобы ввести меня в курс всего происходящего… Но нет, мы же большие начальники и нам некогда…»
– Кроме того, – соловьем разливалась Мария, – есть отдельный список адресов.
– Что это за адреса?
Агата старательно изображала на своем милом лице интерес к происходящему.
– Есть рекламодатели, которые получают бесплатные экземпляры журналов. Конечно, речь идет только о тех номерах, где размещена их реклама. Если наша рекламистка Асечка даст тебе список людей, которые только рассматривают перспективу публикации своей рекламы у нас, им также должны быть доставлены журналы. По возможности это должны быть лучшие номера; тебе совсем не обязательно дожидаться выхода очередного тиража из типографии.
– Значит…
– Таким образом, ты координируешь все развозки водителя, отдаешь ему адресные листы, готовишь журналы к отправке. Как только от меня, от Вячеслава, от Аси или Евгении тебе на стол попадает очередной адрес, ты заносишь его в список для водителя, прикрепляешь к журналу нашу визитку, организовываешь отправку. Твоя оперативность – это наш хлеб. Ты поняла?
– Поняла, – несколько ошеломленно кивнула Агата.
Мария посидела еще минуту, словно что‑то вспоминая.
– Ах, да! И еще. Это очень важно! Каждый адрес должен быть занесен в базу данных.
* * *
Предположительно эта база данных скоро уже должна была начать являться Агате в страшных снах…
Почему‑то Агата невзлюбила базу с самых первых дней знакомства с этим ценнейшим файлом.
– Здесь, – вещала Мария, – содержится вся информация о тех организациях, компаниях и лицах, которые должны получать наш журнал. База разбита на несколько основных файлов. Записываешь?
Агата записывала в потрепанный прошлогодний еженедельник, который Мария выдала ей «с барского плеча».
– Первое – основная база. Это адреса, по которым каждый раз развозится свежий тираж. База пополняется по мере необходимости. Есть файл, где учтены все одноразовые отправки. Также в базе можно осуществлять фильтрацию информации. Это – по адресам, это – по дате добавления, кроме того, существует поиск как по фамилиям, так и по названиям компаний.
Агата записывала. Она уже ненавидела эту базу. Почему – и сама не знала…
Мария с Вячеславом неоднократно подчеркивали важность своевременной актуализации и оперативного пополнения базы. Резервного копирования. Постоянного сохранения в компьютере.
Агата чувствовала себя каким‑то придатком к этому файлу, разграфленному по строгим рубрикам и раскрашенному в разные цвета. Голубой, коричневый, желтый. У Агаты рябило в глазах, когда она добавляла очередную запись: дом… улица… должность… сколько экземпляров необходимо доставить.
* * *
В один прекрасный день водитель отказался ездить по каким‑либо адресам, кроме бизнес‑центров.
– Какой смысл, – возмущенно спорил он с директором, – какой смысл мне ездить с одним или двумя экземплярами журнала, сжигая литры бензина? Мне что, дневать и ночевать в пробках?
– Так вы что, отказываетесь с нами работать? – Мария щелкнула было зажигалкой, потом вспомнила, что находится в офисе, и прикуривать передумала.
– Ну, конечно, совсем работать не отказываюсь, – примирительным тоном сказал Виталий. – Но одно дело, когда я везу несколько пачек журналов в «Асторию» или в «Сенатор». И совсем другое – возить по одной штучке… Наймите курьера, это дешевле обойдется.
Мария задумалась. Агата видела, как в зеленоватых глазах начальницы словно крутятся маленькие счетчики, учитывая доллары, евро, человеко‑часы и километраж.
«Наверное, думает, что, если бы курьеру не надо было платить, была бы существенная экономия бензина и водительского времени», – прикинула Агата и даже прыснула со смеху. Но тут зазвонил телефон, и она отвлеклась на очередной звонок.
Положив после разговора трубку, принявшись вновь корректировать базу, Агата думала о том, что хозяева журнала не слишком‑то склонны тратить деньги. Даже там, где тратить их действительно необходимо.
Не покупалась примитивная микроволновка, а это означало, что сотрудники не могут разогревать домашние обеды, не уходя далеко от своих рабочих мест.
Сам штат сотрудников, кстати, тоже набирался по минимуму. Вячеслав – учредитель, Мария – директор журнала. Женечка – редактор. Она же – журналист, она же по совместительству и корректор. Ася, занимаясь сбором рекламы в журнал, делала это почти без отрыва от непосредственных обязанностей по основному месту работы. Уборщица, которую Агате необходимо было запускать в полуподвальное помещение офиса раз в неделю, по пятницам, в половине десятого утра, и та была бы рада приходить чаще, поскольку каждая уборка оплачивалась ей отдельно.
Размышления Агаты находили свой отклик и в мыслях прочих сотрудников… Одновременно с водителем не выдержала столь интенсивной деятельности в одиночку Женечка.
Мария поручила Агате заняться поисками курьера. Требовалось найти какую‑нибудь зеленую, молодую студенточку («Девочки покладистее…»), которая согласилась бы в свободное от учебы время разносить и развозить экземпляры «ОСКП» по потенциальным рекламодателям.
– Повесишь объявления на соответствующих сайтах в Интернете, – распорядилась Мария.
– А как насчет объявления в газете? – уточнила Агата.
В свое время она нашла вакансию «Обзора…» именно в газете по подбору персонала.
– Незачем тратить лишние деньги, – отмахнулась Мария. – Да и Интернет быстрее.
– А как насчет меня? – прищурилась Женечка.
– Что насчет тебя?
Мария приостановилась в дверях кабинета, который она делила с Женечкой и Агатой, а также с электрическим чайником на обшарпанном столе.
– Мне тоже нужен помощник!
– Во‑первых, речь идет не о помощнике, а о курьере. А, во‑вторых, какой же помощник тебе нужен?
– Курьер берется в помощь водителю. А, значит, он будет именно помощником. Я ведь не имею в виду, что курьер берется в помощь Агате. Что касается меня, то я – редактор. У редактора в подчинении должны быть какие‑то авторы, журналисты. Хотя бы один автор.
Мария усмехнулась:
– Хочешь, Агата станет тебе подчиняться?
– Агата?..
– Я?!
Полузадушенный писк Агаты прошел незамеченным.
– С какой же это стати, интересно? – осведомилась Женечка.
– Будешь поручать ей писать или редактировать статьи.
– Про что? – мрачно спросила Женечка.
«Про бетон, про сухие строительные смеси…»
– Про что хочешь, – махнула рукой Мария. – Годится?
– Нет, конечно!
– Почему же это?
Теперь была очередь Женечки небрежно взмахивать кистью руки:
– Да что она понимает в написании статей? Сидит со своей базой целый день. А мне нужно вдохновение, нужен творческий подход. Креативное мышление, если хочешь. А откуда у меня взяться этому мышлению, если я все делаю сама? Материалы пишу сама, контакты ищу сама, расшифровываю записи, корректирую тексты. С дизайнером и то сижу сама, до мотыльков в глазах верстку проверяю. В общем, мне нужен еще один человек, и баста.
– Иначе?..
Женечка вздохнула.
– Ну зачем какое‑то «иначе», когда можно просто взять второго журналиста?
– Бог с тобой, золотая рыбка. – Мария уже почти исчезла в коридоре, оттуда донеслось: – Поисками займешься сама…
Хлопнула входная дверь.
Женечка весело посмотрела на Агату и подмигнула ей.
Агата сидела с каменным лицом. Когда Женечка заявила, что Агата копается в своей базе и не видит ничего, кроме табличек, девушка потеряла дар речи. Наверное, она упустила возможность как‑то проявить себя. Но та небрежность, с которой Женечка задвинула выпускницу университета Печати в угол, даже не поинтересовавшись ее навыками и способностями, повергла Агату в изумление.
«И пирожки мне твои тоже не нужны, вот», – с досадой подумала Агата.
Глава 5
Вечер пятницы стал для Агаты относительно радостным по ряду причин.
Во‑первых, само по себе радовало завершение очередной (второй) рабочей недели Агаты в «Обзоре…». В редакции все шло кувырком – на собеседования к Женечке один за другим являлись корреспонденты сомнительного вида и грамотности, желающих работать курьером не было вовсе, и Агата не знала, как отчитываться перед Марией, а водитель отказывался развозить журналы, если их количество не превышало одной упаковки. Неожиданно обнаружившаяся в полуподвальном помещении редакции хитрая крыса прокралась в тумбочку, поживилась сдобным печеньем с изюмом. В довершение всего Вячеслав, подытоживая результаты очередной планерки, которая проводилась в кабинете Марии, Женечки и Агаты, обозвал Агату «маленьким, но важным винтиком».
Девушку передернуло, хоть виду она и не подала. Но Агата уже успела понять, что, по большому счету, в журнале ей не нравится. Конечно, дела были не настолько плохи. Но они были и не так хороши, чтобы Агата могла самозабвенно радоваться жизни. Недовольство зарождалось из‑за несущественных, казалось бы, мелочей. Из‑за несерьезных деталей. Из‑за тонких, подчас неосознаваемых и самой Агатой нюансов…
Ей не нравилась атмосфера в редакции. Кажется, Женечка уже начала становиться в этом ее союзницей.
– И что ты думаешь? – возмущенно рассказывала она, делясь с Агатой содержанием очередной беседы с руководством. – Она забраковала двух вполне толковых журналистов, которых я с таким трудом нашла. Они еще хоть как‑то годились. Вместо этого Мария подсунула мне резюме какой‑то дамы в возрасте, которое прислали на прошлой неделе. Дама не задерживалась на каждой из предыдущих работ и полугода. А Мария хочет подсунуть мне это престарелое чудо в качестве помощника!
– Ты могла бы хотя бы позвонить ей, – осторожно предложила Агата. – Кто знает, вдруг у дамы окажется отличный стиль и заодно знание строительного рынка?
– Хорошо, – недовольно буркнула Женечка, – позвоню.
– Вот и славно.
– Но в понедельник, – проинформировала Женя Агату непонятно зачем. – А сегодня у нас вечер пятницы, и я уже хочу отдыхать.
– Тогда до понедельника, – согласилась Агата и принялась закрывать окошки программ на своем компьютере.
Агата торопилась на вокзал к поезду. Наконец‑то ей должны были привезти и отдать ключи от долгожданной питерской квартиры, а заодно записку с подробными указаниями от мамы: как Агате быть, что Агате делать…
* * *
Макс уже неделю как вернулся в скромную Яночкину обитель. Агата чувствовала себя до крайности неловко. Однако деваться ей было некуда, мама все никак не могла снарядить «гонца», который передал бы дочери ключи от квартиры.
Сталкиваясь с Максом по утрам в коридоре или на кухне, Агата вела себя неадекватно: краснела, бледнела, потом снова краснела. «Не хватало еще, чтобы Макс принял это на свой счет».
То есть на счет серо‑голубых глаз, выдающегося носа и широкого разворота мужественных плеч.
Но деваться Агате особо было некуда. Она старалась помогать Яне с уборкой квартиры, с готовкой ужина повкуснее. Пакеты из супермаркета теперь, к облегчению и счастью девчонок, таскал Макс.
А по ночам Агата, свернувшись клубочком на старом складном диване, вжимала уши в подушку и старалась не слышать легкого, но навязчивого скрипа кровати из соседней комнаты…
…Поэтому ключи, которые Агата сжимала сейчас в ладошке, казались ей самой ключами от пещеры сорока разбойников, доверху набитой сокровищами всех видов и мастей. Ключи к самостоятельной жизни, к вольному воздуху, к свободе и независимости…
Агата открыла дверь квартиры, обитую потертым дерматином. Стоящая за ней Яночка невольно сморщила нос.
Да, кажется, насчет вольного воздуха Агата несколько погорячилась…
Макс вслух озвучил то, о чем думали девчонки:
– Думаю, первым делом нужно будет выломать в твоей квартире окна, Агата.
– Это еще зачем?
Девушка осторожно перешагнула через порог квартирки. Квартира располагалась в одном из тех домов, что в Петербурге именовались «сталинками». Подобные дома отличались надежностью, чуть ли не вечностью постройки. Но пока вид квартиры ничем не мог порадовать Агату.
От дома Яночки до новоиспеченного дома Агаты дошли пешком. «Это же надо, в одном районе будем жить», – прокомментировала Яна. Дом находился в районе Черной речки, той самой, неподалеку от которой располагалось знаменитое место дуэли Пушкина…
«Исторические места», – согласилась Агата. Что‑то из питерской истории она еще помнила.
* * *
– Зачем? – засмеялся Макс. – Чтобы тут как следует проветрить!
– Не слушай его, Агата, – Яна отмахнулась от друга. – Он просто недоволен тем, что субботним утром вместо того, чтобы отсыпаться, мы отправились на такую вот экскурсию.
– И ничего я не недоволен, – отозвался Макс.
– Ребята, спасибо, спасибо вам огромное, – в очередной раз завела свою шарманку Агата.
– Брось. Подумаешь… И проходи. Не стой на пороге.
Принюхавшись, Агата решила, что запах, пожалуй, не такой уж и сильный. В нем смешивались запахи очень старого, наверное, даже слегка отсыревшего дерева, лекарств, приторной мяты и пыли, пыли, пыли…
Яна первым делом открыла все имеющиеся в квартире форточки. Макс, звеня ключами, запирал дверь.
В квартире были высокие потолки и толстые стены. В ней были большие окна и обширные дверные проемы. Пожалуй, это все, что в ней было хорошего…
– Комната одна, – вслух перечисляла Яна, обследуя помещения, – ванная тоже одна, один туалет и одна кухня.
Агата вздохнула и улыбнулась.
Это не было похоже на пентхаус, и это было все‑таки лучше, чем ничего.